Читать онлайн "Чек-лист. Как избежать глупых ошибок, ведущих к фатальным последствиям" автора Гаванде Атул - RuLit - Страница 1. Чек лист книга


Читать онлайн книгу Чек-лист. Как избежать глупых ошибок, ведущих к фатальным последствиям

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 13 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

Назад к карточке книги

Атул ГавандеЧек-лист. Как избежать глупых ошибок, ведущих к фатальным последствиям

Хантеру, Хэтти и Уолкеру

© 2009, 2010 by Atul Gawande

© Издание на русском языке, перевод, оформление. ООО «АЛЬПИНА ПАБЛИШЕР», 2014

© Электронное издание. ООО «Альпина Паблишер», 2014

Все права защищены. Никакая часть электронного экземпляра этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав.

Предисловие

Я люблю общаться со своим однокашником по медицинскому институту, который сейчас работает хирургом общего профиля в Сан-Франциско. Мы рассказываем друг другу о необычных случаях, как это принято у хирургов. Однажды Джон поведал мне о парне, которого доставили в ночь Хэллоуина с колото-резаной раной. Он был на костюмированной вечеринке, где возникла шумная ссора, и в итоге очутился в больнице.

Состояние его было стабильным, болей парень не испытывал, просто был пьян и что-то бормотал, обращаясь к команде травматологов. Ему разрезали одежду и тщательно осмотрели все тело. Он был средней комплекции, весил примерно 80 кг, а весь лишний жирок сосредоточился в области живота. Именно там была рана – аккуратное, с запекшейся кровью отверстие размером 5 см, раскрывшееся как рыбья пасть, из которой язычком торчал сальник светло-горчичного цвета. Это был именно сальник из брюшины, а не желтоватый слой подкожной жировой ткани. Врачам следовало бы раньше отправить пациента в операционную, чтобы проверить, не повреждена ли брюшина, и зашить рану. Но Джон решил: ничего страшного.

Если бы рана была тяжелой, хирургам бы пришлось, не мешкая ни минуты, мчать парня на каталке в операционную, медсестрам – в спешке готовить хирургический инструмент, а анестезиологам – оторваться от истории болезни и думать об операции. Но рана казалась врачам легкой, и они решили, что у них еще достаточно времени. Пока готовили операционную, пациент продолжал лежать на носилках в приемном покое травматологии.

Вдруг медсестра заметила, что он замолчал, его сердцебиение участилось, а глаза закатились. Когда она потормошила парня, он не отреагировал. Медсестра позвала на помощь, и вскоре в помещение сбежались специалисты травматологического отделения. Кровяное давление у пострадавшего определялось с трудом. Ему вставили трубку в дыхательное горло и стали нагнетать воздух в легкие. Одновременно вводили физраствор и делали переливание крови. Но давление не поднималось.

Только теперь врачи бросились в операционную, толкая впереди себя каталку; медсестры забегали, чтобы подготовить инструмент к операции, анестезиолог оторвался от чтения истории болезни, а лечащий врач влил в живот пациента целую бутыль антисептика. Джон одним движением скальпеля вскрыл парню брюшную полость от грудной клетки до пупка.

– Прижигание.

Он провел наконечником термокаутера по подкожной жировой ткани, отделяя ее сверху вниз, а затем между брюшными мышцами углубился в соединительнотканную оболочку – фасцию. Продолжая погружаться в брюшную полость, Джон вдруг увидел, как из живота пациента фонтаном брызнула кровь.

– Только этого не хватало!

Кровь была повсюду. Нож нападавшего проник в тело более чем на 30 см, пробил кожу, жировую ткань, мышцы, прошел между кишками и левее позвоночника попал точно в аорту – главную артерию, идущую из сердца.

– Чушь какая-то, – сказал Джон.

На помощь пришел второй хирург, которому удалось пережать аорту выше точки прокола. Кровь перестала течь бесконтрольно, и хирургам удалось наконец справиться с ситуацией. Коллега Джона заметил, что такого ранения ему не приходилось видеть со времен вьетнамской войны.

Замечание оказалось весьма кстати, поскольку, как удалось впоследствии узнать Джону, второй участник инцидента, произошедшего на костюмированной вечеринке, был одет в солдатскую форму, и у него на поясе висел штык-нож.

Пациент еще несколько дней находился между жизнью и смертью, но в конце концов выкарабкался, хотя, вспоминая об этом случае, Джон всегда сокрушенно качал головой.

Существуют тысячи ситуаций, когда колото-резаная рана может преподнести сюрприз. Но в данном случае бригада врачей все делала правильно: они произвели тщательный осмотр пациента, постоянно контролировали уровень его кровяного давления, пульс и частоту дыхания, следили за тем, находится ли больной в сознании, делали внутривенные вливания, звонили в банк крови для того, чтобы им подготовили кровь нужной группы, а также вводили катетер в мочеточник, чтобы моча беспрепятственно выходила из организма. Но никому из членов хирургической бригады не пришло в голову поинтересоваться ни у пациента, ни у врачей скорой помощи, каким оружием было нанесено ранение.

– Я не мог даже предположить, что у кого-нибудь в Сан-Франциско есть штык-нож, – только и мог сказать Джон.

Однажды он рассказал мне еще об одном пациенте, которого оперировали по поводу рака желудка, у него вдруг произошла остановка сердца1   Фамилия и имя пациента по просьбе Джона не сообщаются. – Прим. авт.

[Закрыть]. Джон вспоминает, как он посмотрел на экран монитора и спросил у анестезиолога: «Это что – асистола?» Асистола означает полное прекращение сердечной деятельности. На кардиографе она выглядит как прямая линия, словно монитор не подключен к пациенту.

Анестезиолог ответил «Наверное, вилка из розетки выпала», поскольку никто не мог поверить, что сердце пациента остановилось. Ему было под 50, и он производил впечатление здорового человека. Опухоль у него обнаружили случайно. Мужчина обратился к терапевту с жалобой на кашель, а потом еще пожаловался на изжогу. Не совсем на изжогу – ему казалось, что ее вызывает пища, которая застревает в пищеводе. Врач потребовал сделать рентгенографию желудка с использованием раствора бария – густой жидкости молочного цвета. Анализ показал, что в верхней части желудка пациента есть новообразование размером с мышь, которое периодически вызывало непроходимость. Опухоль обнаружили вовремя, признаков ее роста не было. Единственным выходом оставалась гастрэктомия, или полное удаление желудка. На эту операцию обычно требуется не более четырех часов.

Хирургическая бригада уже сделала половину дела. Опухоль была удалена. Проблем никаких не предвиделось. Врачи как раз собирались восстанавливать желудочно-кишечный тракт пациента, когда монитор показал остановку сердца. Пять секунд ушло на то, чтобы проверить подключение прибора к сети. Анестезиолог убедился, что в сонной артерии пульс не определяется. Сердце мужчины остановилось.

Джон сорвал с пациента стерильные салфетки и приступил к компрессионному сжатию грудной клетки. При каждом надавливании из вскрытой брюшной полости показывались кишки. Медсестра подала сигнал об остановке сердца.

В этом месте Джон сделал паузу и спросил меня, как бы я поступил на его месте.

Я начал искать причину. Асистола возникла во время серьезной операции. Поэтому первое, что мне пришло в голову, это большая кровопотеря. Нужно вводить физраствор и смотреть, где начнется кровотечение.

Анестезиолог думал так же. Но перед Джоном находилась вскрытая брюшная полость пациента, и кровотечения не было, о чем он тут же сообщил анестезиологу.

– Тот не мог поверить, – вспоминал Джон, – и продолжал твердить, что без большой кровопотери не обошлось. Но оно отсутствовало.

Я не исключил прекращения подачи кислорода, поэтому предложил полностью открыть вентиль аппарата. Кроме того, нужно было сделать лабораторный анализ крови, чтобы исключить любые аномалии.

Джон подтвердил, что они думали так же. Но подача кислорода оказалась нормальной. Что касается анализа крови, то на это потребовалось бы не менее 20 минут, а такого количества времени у бригады не было.

Может, у пациента случился пневмоторакс2   Скопление воздуха или газов в плевральной полости. – Прим. ред.

[Закрыть]? Но соответствующих внешних признаков не наблюдалось, а с помощью стетоскопа прослушивалось движение воздуха в правом и левом легком.

Оставалась только легочная эмболия. Я решил, что сгусток крови достиг сердца и нарушил кровоток. Это случается крайне редко, но у онкологических больных во время серьезной операции такого исключать нельзя. При этом сделать для пациента можно не так уж много. Чтобы снова запустить сердце, нужно дать большую дозу эпинефрина – адреналина, но в данном случае это вряд ли бы помогло.

Джон сказал, что его бригада пришла к такому же выводу; 15 минут непрямого массажа сердца ни к чему не привели. Ситуация казалась безвыходной. Среди тех, кто пришел на помощь, был главный анестезиолог, который находился в операционной, когда больному давали наркоз. После его ухода все шло своим чередом, но Джон полагал, что кто-то все-таки совершил ошибку.

Он спросил у находившегося все время в операционной анестезиолога, все ли тот делал как обычно в те 15 минут, которые предшествовали остановке сердца.

Тот задумался, а потом вспомнил, что содержание калия в крови пациента, судя по результатам анализа, оказалось низким, хотя все остальные показатели были в норме. И анестезиолог решил ввести больному калий, чтобы исправить ситуацию.

Как же я мог это упустить! Низкое содержание калия – классическая причина остановки сердца. Она упоминается во всех учебниках. Почему я это проглядел! Низкий уровень калия может привести к остановке сердца, но чрезмерное его количество тоже чревато летальным исходом. Именно так государство приводит в исполнение смертные приговоры преступникам.

Главный анестезиолог попросил найти упаковку от введенного пациенту калия. Ее нашли в мусорной корзине, и тут все стало ясно. Анестезиолог по ошибке использовал не ту концентрацию – содержание калия в 100 раз превышало норму. Другими словами, он дал пациенту смертельную дозу.

Прошло слишком много времени, чтобы понять, можно еще спасти больного или нет. Но с этого момента все уже знали, что нужно предпринять. Мужчине сделали уколы инсулина и глюкозы, чтобы понизить уровень токсичности калия. Они должны были подействовать минут через 15, что было недопустимо долго. Поэтому пациенту внутривенно ввели кальций и сделали ингаляцию альбутерола, поскольку это лекарство действует значительно быстрее. Уровень калия быстро падал, и в конце концов сердце пациента снова забилось.

Хирургическая бригада пережила такой стресс, что не была уверена, удастся ли ей довести операцию до конца. Врачи и медсестры не только чуть не убили пациента, но даже не сразу поняли, как это сделали. Операцию они все-таки завершили, но Джон, выйдя из операционной, рассказал родственникам о том, что случилось. И ему, и его пациенту повезло – мужчина выздоровел, словно бы и не было произошедшего во время операции эпизода.

В историях, которыми хирурги делятся друг с другом, часто фигурируют такие неожиданности, как штык-нож в Сан-Франциско или остановка сердца, в ситуациях, когда все казалось совершенно нормальным. Как правило, в этих рассказах слышится сожаление об упущенных возможностях или досада из-за какой-то ошибки. Мы рассказываем о том, как спасаем жизни и как иногда терпим неудачи, без которых никто из врачей не обходится. Это часть нашей работы. Мы хотим, чтобы у нас было все под контролем, однако рассказы Джона заставили меня задуматься над тем, что мы действительно можем контролировать, а что – нет.

В 1970-е гг. философы Сэмюель Горовиц и Аласдер Макинтайр опубликовали небольшое эссе о природе человеческих ошибок. Оно попалось мне на глаза, когда я еще только осваивал профессию хирурга, и с тех пор не перестаю думать на эту тему. Горовиц и Макинтайр пытались ответить на вопрос, почему мы делаем ошибки и каково наше предназначение в этом мире. Одной из причин, названных философами, была «необходимая ошибочность», поскольку некоторые действия, которые мы хотим совершить, находятся за пределами наших возможностей. Даже усиленные самыми совершенными технологиями, наши физические и умственные способности ограничены. Бóльшая часть этого мира и Вселенной находится и будет находиться за пределами нашего понимания и контроля.

Тем не менее существуют сферы, в которых мы можем контролировать все. Мы умеем строить небоскребы, предсказывать снежные бури, спасать людские жизни при сердечных приступах и ножевых ранах. В таких сферах, как указывают Горовиц и Макинтайр, у нас есть по крайней мере две причины, по которым мы можем совершить ошибку.

Первая – это неведение. Мы можем делать ошибки потому, что наука не дает нам полного знания о том, как устроен мир. Есть небоскребы, которые мы пока не знаем, как построить. Есть снежные бури, которые мы не умеем предсказывать, и есть инфаркты, которые мы не умеем лечить. Второй причиной наших ошибочных действий философы называют наше неумение, когда знания существуют, но мы не можем их правильно применить. Скажем, мы неправильно строим небоскреб, и он рушится, или происходят снежные бури, признаки которых метеорологи умудряются просмотреть. Наконец, врачи забывают спросить, чем была нанесена рана пациенту.

Думая о рассказанных Джоном случаях как о трудностях, с которыми медицина сталкивается в начале XXI в., я не мог не поразиться тому, насколько изменилось соотношение между неведением и неумением. Получается, что на протяжении всей истории людскими жизнями управляет неведение. Это становится тем более очевидным, когда речь заходит о болезнях. Мы мало знаем об их причинах и о том, что нужно делать, чтобы от них избавиться. Однако в последние несколько десятилетий, причем именно на этом отрезке времени, наука уравняла соотношение между незнанием и неумением.

Рассмотрим инфаркты. Еще в середине 1950-х гг. врачи имели смутное представление о том, как их лечить и предупреждать. Мы не знали, например, об опасности высокого кровяного давления, но даже если бы у нас были такие знания, то мы не могли бы их применить. Первое безопасное лекарство для лечения гипертензии было создано и испытано только в 1960-е гг. Мы ничего не знали ни о роли холестерина, ни о генетике, ни о вреде курения или диабете.

Более того, когда у человека происходил инфаркт, мы с трудом себе представляли, что с ним делать. Давали пациенту обезболивающее, иногда прописывали кислород и строгий постельный режим на многие недели. Ему запрещалось даже пользоваться душем, чтобы не нагрузить больное сердце. Оставалось только молиться и надеяться на чудо, чтобы пациент покинул больницу и оставшуюся часть жизни провел дома как инвалид-сердечник.

Сегодня, наоборот, у нас есть с десяток методов, позволяющих уменьшить вероятность инфаркта. Например, контроль за артериальным давлением, назначение статина для уменьшения уровня холестерина и воспалительных процессов, снижение содержания глюкозы в крови, регулярные физические упражнения, оказание помощи при отказе от курения, а если даже после всего этого сердце не перестает болеть, то пациента направляют к кардиологу для получения дополнительных рекомендаций. Если у человека случился инфаркт, то сегодня мы можем прибегнуть к целому ряду эффективных методов лечения, которые не только спасают жизнь, но и уменьшают вред, наносимый сердцу болезнью. У нас есть медикаментозные средства разблокировки коронарных артерий, есть баллонные катетеры, восстанавливающие кровоток, и есть кардиохирургия, позволяющая обойти заблокированные сосуды. Мы поняли, что в некоторых случаях пациенту достаточно назначить постельный режим, кислород, аспирин, статины и гипотензивные препараты, и через пару дней его можно выписать домой, для постепенного возвращения к привычному образу жизни.

Но сейчас мы сталкиваемся с проблемой некомпетентности, или «компетентности», если речь идет о правильном применении знаний. Из-за обилия имеющихся вариантов даже опытный клиницист испытывает трудности при назначении лечения инфарктному больному. Опять же, вне зависимости от выбранного метода врачу не удается избежать проблем и осложнений. Например, проведенные исследования показывают, что использовать баллонные катетеры имеет смысл не позднее чем через 90 минут с момента госпитализации больного с инфарктом. По их истечении вероятность его спасения резко падает. Это означает, что за считаные минуты медицинская бригада должна провести все анализы для каждого пациента, госпитализированного по поводу болей в груди; поставить правильный диагноз и составить план лечения; обсудить его с пациентом и получить согласие на предлагаемое лечение; убедиться, что у больного нет аллергии и других проблем медицинского характера, которые необходимо учесть; подготовить бригаду врачей и лабораторию катетеризации, доставить туда пациента и начать лечение.

Какова вероятность того, что обычная больница сможет уложиться в полтора часа? В 2006 г. она составляла менее 50 %.

Этот пример нельзя назвать нетипичным. Такого рода неудачи – обычное явление в медицине. Исследования показывают, что не менее 30 % больным с инсультом врачи назначают неполное или неправильное лечение. То же характерно для 45 % астматиков и 60 % пациентов с пневмонией. Сделать все правильно – задача немыслимой сложности даже тогда, когда человек знает, что нужно предпринять.

В течение какого-то времени я пытаюсь понять причины наибольших трудностей и стрессов в медицине. И дело не в деньгах, позиции правительства, опасности оказаться в суде по обвинению во врачебной ошибке или в разборках со страховыми компаниями, хотя и это играет свою роль. Виноваты возросшая сложность научных представлений и то напряжение, которое возникает, когда мы пытаемся реализовать обещания науки. Это не только американская проблема. Я сталкивался с ней и в Европе, и в Азии, и в богатых странах, и в бедных. Более того, к моему удивлению, я обнаружил, что такая ситуация характерна не только для медицины.

Сложность профессиональных знаний существенно возросла в различных сферах человеческой деятельности, и, как результат, нам стало труднее реализовывать эти знания. Это видно хотя бы по тому, как часто власти ошибаются при возникновении стихийных бедствий – ураганов или торнадо. За последние четыре года на 36 % выросло количество судебных исков против прокуроров, совершающих правовые ошибки. Наиболее частые среди них – простые административные ошибки, например несоблюдение сроков рассмотрения дел, «завинчивание гаек», а также неверное применение статей закона. Вы сталкиваетесь с ошибками в компьютерных программах, видите их в неудачах иностранных спецслужб, в банкротстве банков – по сути, везде, где мы сталкиваемся с необходимостью обладать высоким мастерством исполнения или большим объемом знаний.

Выработать правильное отношение к подобным ошибкам нам не дают наши эмоции. Мы можем простить неведение. Если отсутствует стандарт того, как должна выполняться конкретная работа, то мы радуемся даже тому, что человек старается. Однако, если требуемые знания существуют, но были неправильно применены, нашему возмущению нет границ. Какой смысл мы вкладываем в слова, когда говорим, что половина больных с инфарктом вовремя не получают медицинской помощи? Что мы имеем в виду, когда утверждаем, что две трети смертных приговоров отменяются из-за судебных ошибок? Ведь неслучайно философы дали этой категории ошибок такое безжалостное название – неумение. Правда, те, кого это касается, называют это по-другому – недосмотр или даже халатность.

Однако сами исполнители (т. е. те, кто лечит больных, применяет законы, просто реагирует на нужды людей) считают, что при таком подходе не принимается во внимание вся сложность выполняемой работы. Каждый день растет объем того, чем нужно управлять, что приходится исправлять и чему следует учиться. При такой сложности ситуации ошибки возникают от чрезмерного старания, а не от отсутствия такового. Поэтому в большинстве профессий принято не наказывать за ошибки, а поощрять повышение квалификации.

В случаях, рассказанных Джоном, удивительно то, что он – один из лучших хирургов, которых я знаю и который уже более 10 лет занимается практической хирургией. При этом мой друг – не исключение. Основная проблема не в наших индивидуальных способностях. В большинстве областей профессиональная подготовка стала интенсивнее, чем когда-либо. Люди тратят годы, занимаясь по 60, 70 и даже 80 часов в неделю, выстраивая свою базу знаний и накапливая опыт, прежде чем приступить к самостоятельной практике. И не важно, кто они – врачи, преподаватели вузов, юристы или инженеры. Люди стремятся к самосовершенствованию. Сегодня даже трудно представить, насколько еще можно повысить профессионализм. Тем не менее ошибки совершаются с прежней частотой, несмотря на то что индивидуальное мастерство каждого специалиста растет.

Вот какой оказалась ситуация на начало XXI в. Мы накопили огромные знания, мы вложили их в руки самых образованных, самых обученных и самых трудолюбивых представителей нашего общества. С помощью этих знаний они действительно совершают невообразимые вещи. Тем не менее полученные знания часто оказываются неуправляемыми. Люди продолжают совершать ошибки, которых можно было бы избежать. Излишне говорить, что они деморализуют и создают ощущение тщетности усилий, чего бы это ни касалось – медицины, финансов, бизнеса или власти. При этом мы все четче осознаем причину наших ошибок: объем и сложность полученных знаний мешают нам правильно, безопасно и надежно воспользоваться их плодами. Знания, когда-то давшие нам свободу, превратились в наше бремя.

Это означает, что во избежание ошибок нам нужна новая стратегия, которая одновременно учитывает и накопленный опыт, и наличие у людей определенных недостатков. И такая стратегия существует, хотя, на первый взгляд, она может показаться излишне простой, даже примитивной тем, кто долгие годы потратил на создание более совершенных навыков и технологий.

Эта стратегия называется «Чек-лист».

Назад к карточке книги "Чек-лист. Как избежать глупых ошибок, ведущих к фатальным последствиям"

itexts.net

Манифест чек лист - Гаванде Атул

Гаванде Атул — Манифест чек лист

«Манифест чек лист» — это книга, автором которой является специалист по общей хирургии Гаванд Атул. Она представляет собой некий лист условно прописанных правил о том, как избежать фатальных ошибок в «сверхсложных» ситуациях. Причем это общие правила, которые можно применить не только в области медицины, но и в других, не менее важных сферах деятельность. Под «сверхсложными» ситуациями автор подразумевает сложившиеся события, которые требуют немедленного реагирования.

В сложные моменты, когда решение необходимо принять оперативно, человек не в состоянии воспользоваться имеющимся багажом знаний только потому, что находиться в полной растерянности. А ведь и правда, подавляющее количество фатальных ошибок выявляются вследствие оплошностей, которые люди допускают по простой невнимательности.

В защиту виновников можно отметить то, что это происходящее по причине выбранных действий, но это не совсем их вина. Будь под рукой лист, с четко прописанными правилами, все могло бы закончиться иначе. Именно этот лист и создал Гаванде Атул. Отличительная черта чек-листа заключается в том, что он не оптимизирован под определенных людей, это сбор неких правил, которые станут путеводителем для каждого.

Чек листы

Чек листы – это универсальное приспособление, которое давно вошло в жизненный обиход. Грамотный человек составляет список запланированных покупок перед походом в магазин за продуктами, фиксирует в голове определенную идею, перед тем, как пойти за одеждой или обувью. В повседневной жизни, люди редко задумываются об этом, считая этот элемент чем-то из разряда «в порядке вещей». Составление списка и правда помогает не совершить лишних трат, или скажем, пойдя за курткой не приобрести совершенно ненужное платье, которое навязал продавец.

Гаванд Атул оригинально подошел к раскрытию сути книги, которую хотел донести до читателя. Каждая глава – это не что иное, как отрезок чей-то жизни, жизни самого автора. Для того чтобы продемонстрировать в главах книги эти ситуации всему миру, автор проделал сложный путь. Он наблюдал за тем, как опираются повара на кухне ресторана на чек-лист, выдавая хорошо прожаренные стейки или запеченные омары точно в срок. Атул анализировал как строительная бригада работает по четко прописанным правилам, и сколько ошибок при этом допускает. Важно было понять, действительно ли чек-лист так необходим как кажется, или это просто предрассудки. Вывод оказался ошеломительным, он не только работают уже в сложившихся «сверхсложных» ситуациях, они помогают их вовсе предупредить заранее.

«Манифест чек-лист» — путеводитель для начинающих

Для человека, который только стремится к тому, чтобы достичь успеха, настольная книга Гаванда Атуля может стать отличным путеводителем и помощником на протяжении этого сложного пути. «Манифест чек-лист» — это признанный бестселлер, а это только с большей уверенностью доказывает, что советы автора и правда работают. Процесс прочтения этой книги – это не простое восприятие информации, это целый жизненный путь, который читатель проходит вместе с автором.

Прочитайте книгу, и напишите советы для самого себя, которые в сложных ситуациях будете перечислять в голове и ставить при этом галочки, и можете не сомневаться, успех вам гарантирован. Советы автора ни в коем образе не подталкивают к тому, чтобы их переписать и выучить. Главы книги подталкивают к тому, чтобы человек задумался о том, что для достижения цели необходимы некие заметки, которые каждый определяет для себя индивидуально.

Скачать книгу «Стратегия Голубого Океана» Вы можете, щёлкнув по кнопке: Скачать Книгу PDF версия

investorzzz.ru

Читать онлайн "Чек-лист. Как избежать глупых ошибок, ведущих к фатальным последствиям" автора Гаванде Атул - RuLit

Атул Гаванде

Чек-лист. Как избежать глупых ошибок, ведущих к фатальным последствиям

Хантеру, Хэтти и Уолкеру

© 2009, 2010 by Atul Gawande

© Издание на русском языке, перевод, оформление. ООО «АЛЬПИНА ПАБЛИШЕР», 2014

© Электронное издание. ООО «Альпина Паблишер», 2014

Все права защищены. Никакая часть электронного экземпляра этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав.

Я люблю общаться со своим однокашником по медицинскому институту, который сейчас работает хирургом общего профиля в Сан-Франциско. Мы рассказываем друг другу о необычных случаях, как это принято у хирургов. Однажды Джон поведал мне о парне, которого доставили в ночь Хэллоуина с колото-резаной раной. Он был на костюмированной вечеринке, где возникла шумная ссора, и в итоге очутился в больнице.

Состояние его было стабильным, болей парень не испытывал, просто был пьян и что-то бормотал, обращаясь к команде травматологов. Ему разрезали одежду и тщательно осмотрели все тело. Он был средней комплекции, весил примерно 80 кг, а весь лишний жирок сосредоточился в области живота. Именно там была рана – аккуратное, с запекшейся кровью отверстие размером 5 см, раскрывшееся как рыбья пасть, из которой язычком торчал сальник светло-горчичного цвета. Это был именно сальник из брюшины, а не желтоватый слой подкожной жировой ткани. Врачам следовало бы раньше отправить пациента в операционную, чтобы проверить, не повреждена ли брюшина, и зашить рану. Но Джон решил: ничего страшного.

Если бы рана была тяжелой, хирургам бы пришлось, не мешкая ни минуты, мчать парня на каталке в операционную, медсестрам – в спешке готовить хирургический инструмент, а анестезиологам – оторваться от истории болезни и думать об операции. Но рана казалась врачам легкой, и они решили, что у них еще достаточно времени. Пока готовили операционную, пациент продолжал лежать на носилках в приемном покое травматологии.

Вдруг медсестра заметила, что он замолчал, его сердцебиение участилось, а глаза закатились. Когда она потормошила парня, он не отреагировал. Медсестра позвала на помощь, и вскоре в помещение сбежались специалисты травматологического отделения. Кровяное давление у пострадавшего определялось с трудом. Ему вставили трубку в дыхательное горло и стали нагнетать воздух в легкие. Одновременно вводили физраствор и делали переливание крови. Но давление не поднималось.

Только теперь врачи бросились в операционную, толкая впереди себя каталку; медсестры забегали, чтобы подготовить инструмент к операции, анестезиолог оторвался от чтения истории болезни, а лечащий врач влил в живот пациента целую бутыль антисептика. Джон одним движением скальпеля вскрыл парню брюшную полость от грудной клетки до пупка.

– Прижигание.

Он провел наконечником термокаутера по подкожной жировой ткани, отделяя ее сверху вниз, а затем между брюшными мышцами углубился в соединительнотканную оболочку – фасцию. Продолжая погружаться в брюшную полость, Джон вдруг увидел, как из живота пациента фонтаном брызнула кровь.

– Только этого не хватало!

Кровь была повсюду. Нож нападавшего проник в тело более чем на 30 см, пробил кожу, жировую ткань, мышцы, прошел между кишками и левее позвоночника попал точно в аорту – главную артерию, идущую из сердца.

– Чушь какая-то, – сказал Джон.

На помощь пришел второй хирург, которому удалось пережать аорту выше точки прокола. Кровь перестала течь бесконтрольно, и хирургам удалось наконец справиться с ситуацией. Коллега Джона заметил, что такого ранения ему не приходилось видеть со времен вьетнамской войны.

Замечание оказалось весьма кстати, поскольку, как удалось впоследствии узнать Джону, второй участник инцидента, произошедшего на костюмированной вечеринке, был одет в солдатскую форму, и у него на поясе висел штык-нож.

Пациент еще несколько дней находился между жизнью и смертью, но в конце концов выкарабкался, хотя, вспоминая об этом случае, Джон всегда сокрушенно качал головой.

Существуют тысячи ситуаций, когда колото-резаная рана может преподнести сюрприз. Но в данном случае бригада врачей все делала правильно: они произвели тщательный осмотр пациента, постоянно контролировали уровень его кровяного давления, пульс и частоту дыхания, следили за тем, находится ли больной в сознании, делали внутривенные вливания, звонили в банк крови для того, чтобы им подготовили кровь нужной группы, а также вводили катетер в мочеточник, чтобы моча беспрепятственно выходила из организма. Но никому из членов хирургической бригады не пришло в голову поинтересоваться ни у пациента, ни у врачей скорой помощи, каким оружием было нанесено ранение.

www.rulit.me

8 чек-листов, которые помогут завести полезные привычки

Наталия Булатова

Мы в МИФе любим чек-листы. Они помогают не тратить мыслетопливо на рутинные операции, не забивать память деталями и в то же время помнить о важном. Чек-листы можно использовать не только в работе, но и в личной жизни, чтобы заводить полезные привычки, заботиться о себе и всё успевать. Поэтому мы сделали красивые, разноцветные чек-листы с сердечками, домиками и желудями на разные случаи жизни. Рассказываем, в обретении каких привычек они помогут.

Как чек-лист спасает жизни, или Почему это работает

Переключайтесь

Многие думают, что чек-листы — это слишком просто, чтобы действительно что-то изменить. Но ведь простые инструменты всегда работают лучше всего. Чек-листы способны не просто помочь в жизни, но и спасти ее. Не верите? Вот история.

Пациенты клиник часто лежат под внутривенной капельницей. Если в капельницу попадет инфекция, последствия могут быть очень тяжкими. Устав от «капельничных инфекций», доктор Питер Проновост из Университета Джона Хопкинса составил чек-лист из пяти разделов.

В нем были прямые советы: врач должен мыть руки перед установкой капельницы, кожу пациента надо обработать антисептиком и так далее. Никаких научных новшеств, ничего спорного. Однако результаты удивили: за 18 месяцев после введения чек-листа в практику одной из больниц заражения практически исчезли, а больница сэкономила примерно 175 миллионов долларов на лечении сопутствующих осложнений.

Чек-лист спас более 1500 жизней.

Как такая простая мера оказалась столь мощной? Чек-листы учат людей лучшему и показывают надежный способ сделать все правильно. Это как раз то, что нужно, чтобы начать действовать и не сбиться с верного пути.

Если чек-листы способны помочь в таком серьезном деле, как медицина, стоит ли удивляться, что они могут облегчить нашу жизнь? Вот 8 привычек, которые легко внедрить с помощью чек-листов.

Заводить полезные привычки

Супермен по привычке

Тайнан, автор книги «Супермен по привычке», говорит: «Все на свете — привычка, даже привычка вырабатывать новые привычки». И это действительно так. Мы можем вместить в свою жизнь много полезных практик, если превратим их в привычки.

В этом деле главное — регулярность. Часто бывает так: вечером твердо решил ходить по лестнице, а утром вспоминаешь об этом, уже выходя из лифта. Или утром собираешься выпить за день два литра чистой воды, а вечером понимаешь, что не выпил и стакана.

Чек-лист, размещенный в стратегически правильном месте (на входной двери, если речь идет о лестнице, или возле чайника, если о воде), не даст забыть про новую привычку. А галочки, которые вы ставите после выполнения нужного действия, помогают следить за прогрессом.

Чек-лист полезных привычек поможет обрести космическую суперсилу.

В нашем чек-листе есть место для трех полезных привычек, которые можно отслеживать в течение 4-х недель (после этого, как правило, за привычкой уже не надо так пристально следить). Вы можете завести все привычки одновременно, но лучше добавлять по одной новой в неделю или даже в месяц. Тише едешь — дальше будешь.

Делать важные дела

От срочного к важному

Подумайте минутку о том, что вы хотели бы сделать в жизни, но руки так и не дошли. Может, вы всегда мечтали получить диплом специалиста или докторскую степень, пробежать марафон, написать книгу, открыть бизнес, отправиться в путешествие или отреставрировать винтажный автомобиль…

А теперь вспомните, когда вы в последний раз сделали шаг к этой цели или занялись любимым делом?

Мало кто, рассказывая о мечтах, говорит об оплате счетов за электричество или заполнении налоговой декларации. Но в жизни мы почему-то отводим основное место именно этому: рутинным делам, которые просто избавляют нас от текущих проблем. А занятия, которые ведут к большим целям, мы оставляем на потом. Которое никогда не наступает.

Запланируйте важные для вас дела прямо сейчас.

Впишите их в чек-лист и делайте по одному делу каждый день. Это не сложно и не долго. Главное — начать.

Чек-лист важных дел, которые больше нельзя откладывать

Высыпаться

Личные границы

Готовы поспорить, вам не надо рассказывать о пользе сна и вреде недосыпа. Мы все слышали об этом сотню раз. Вопрос в другом: как начать высыпаться? Ведь всегда находятся дела поважнее. Поэтому нам нужен план.

Определите, во сколько вы хотите проснуться, и отсчитайте 8 часов назад. Это время, когда нужно заснуть. Отсчитайте от него еще некоторое время, необходимое для подготовки ко сну. Сколько минут понадобится, чтобы запереть дверь, умыться и почитать перед сном?

Вот примерный ритуал: 22:00 — включить посудомойку, проверить входную дверь, 22:15 — почистить зубы, 22:30 — лечь в постель с книжкой, 23:00 — заснуть.

В помощь — чек-лист с сонными домиками. Ваша задача — усыпить всю деревню. Как быстро вы с этим справитесь?

Чек-лист с сонными домиками поможет следить за своим отдыхом

Питаться здоровой пищей

Ближе к телу

Считать калории и каждый день бегать по магазинам в поисках сельдерея утомительно. Есть более простой способ обогатить рацион — метод сбалансированной тарелки. Его преимущество в том, что не нужно ограничивать или взвешивать свою еду, подсчитывать калории или изучать ингредиенты. Все, что потребуется, — это глаза и чек-лист-напоминалка.

Сбалансированный чек-лист для правильного питания

Одна важная особенность: основу рациона должны составлять растительные продукты. Почему? Потому что они снабжают организм клетчаткой, витаминами и минералами. Две или даже три четверти сбалансированной тарелки состоят из растительной пищи — фруктов, овощей, бобовых, семян, орехов и цельнозерновых продуктов. Если вы как следует поработаете над адекватным наполнением этой части тарелки, остальное не будет иметь особого значения.

Сбалансированная тарелка дает энергию, оздоровляет процесс пищеварения, поддерживает нормальную кишечную микрофлору, повышает иммунитет и помогает сохранять оптимальную форму. Просто повесьте чек-лист на холодильник и ешьте на здоровье.

Вести дневник

Дневник как путь к себе

Дневник помогает следить за событиями вашей жизни, отслеживать динамику и рост, помнить о важных вехах. Он служит личным психотерапевтом: изливая на бумагу свои мысли и чувства, мы становимся спокойнее, лучше понимаем себя, находим пути и возможности, которых не видели из-за бурлящих эмоций.

Многие отказываются от дневников из-за нехватки времени. В книге «Дневник как путь к себе» есть замечательный способ вести дневник очень быстро, буквально за одну минуту в день. Вот этот способ.

Вечером в настенном календаре записывайте только один эпитет, характеризующий ваш день. Под ним расположите еще один, описывающий мечты на завтра. Это станет увлекательным упражнением по созданию собственной реальности.

Метод очень хорош, только вот писать в календаре неудобно. К тому же, мы пользуемся Google-календарем, который для этого не предназначен. Поэтому мы сделали специальный чек-лист.

Дневниковый чек-лист, помогающий творить свою реальность

Говорить «спасибо»

Управляй гормонами счастья

Нет-нет, мы сейчас не о вежливости. Мы о том, сколько в вашей жизни положительных эмоций. Маловато? Тогда заведите привычку каждый день находить 3 вещи, за которые вы можете сказать жизни или окружающим «спасибо».

Сначала может быть сложно, но постепенно вы будете видеть всё больше поводов и радостных событий. В кране есть горячая вода? Спасибо. С утра выглянуло солнышко? Спасибо. Кофе получился как раз как вы любите? Спасибо.

Чтобы не забывать благодарить, мы сделали специальный чек-лист. Когда вы начнете его заполнять, количество приятных моментов станет нарастать, как снежный ком. Заполнив чек-лист до конца, вы сможете его перечитать и порадоваться тому, сколько в вашей жизни хорошего. Попробуйте. Этот чек-лист действительно волшебный.

Чек-лист благодарности

Читать книги

Читать больше — вопрос не времени, а привычки. Люди, которые много читают , делают это везде: в пробках и очередях, в метро и трамваях, на обеде и перед сном. Даже если удается за раз выхватить всего 5 страниц, в сумме это дает ощутимое движение вперед.

Но знаете, что нужно, чтобы это сработало? Список для чтения и книги под рукой. Если выдалась свободная минутка, а книги нет — рука сама собой полезет за телефоном, глаза уткнутся в соцсети и прощай, время, которое можно было посвятить чудесной, незабываемой, желанной и долгожданной книге.

Чтобы такого не произошло, мы сделали книжную полку — в виде чек-листа, конечно. Впишите сюда названия книг, которые хотите прочитать, и не забудьте их купить. А потом читайте и закрашивайте корешки.

Чек-лист читателя

Заботиться о себе

Самое важное дело, о котором так легко забыть. Помните, как говорят в самолете: сначала наденьте кислородную маску на себя, потом помогите другим. С заботой то же самое. Если вы не позаботитесь о себе, на других просто не хватит сил. Так что прежде, чем помогать друзьям с переездом, доделывать за коллегу квартальный отчет и готовить для любимой семьи ужин из восьми блюд, подумайте: а о себе вы уже позаботились?

Начав заботиться о себе прямо сейчас, вы скорее станете тем, кем хотите быть.

В помощь — чек-лист заботы о себе. Вспомните дела, которые наполняют вас силами и дарят хорошее настроение. Принять ванну, выпить чашечку ароматного чая, побыть в одиночестве, прогуляться перед сном… Делайте хотя бы одно такое дело каждый день. И наполняйтесь любовью.

Сердечный чек-лист, который не позволит забыть о самом главном человеке в вашей жизни

Чек-листы на все случаи жизни

Нам так понравилось жить с чек-листами, что мы сделали целых 16 штук и периодически добавляем новые. Следить за пополнением коллекции и скачивать нужное можно на специальной странице. Заглядывайте туда, когда нужен помощник для полезных привычек. И делитесь в комментариях идеями о том, какой еще чек-лист мог бы помочь в жизни.

По материалам книг «Переключайтесь», «Супермен по привычке», «От срочного к важному», «Дневник как путь к себе», «Ближе к телу», «Личные границы»

blog.mann-ivanov-ferber.ru

Поставь галочку, похвали себя

Скачать чек-листы на все случаи жизни

Что вы хотите не забывать делать регулярно — выпивать стакан воды по утрам, писать пост в блог или составлять план на день? Помогут чек-листы. Выбирайте подходящий, распечатывайте — и вперед! Сделали черно-белые и цветные варианты — на любой принтер.

 

Повысить уровень счастья

 

Делай раз, делай два

 

Больше улыбаться

 

Дневник-минутка

 

Чек-лист важных дел

 

Баланс на тарелке

 

Чек-лист хорошего отдыха

 

Чек-лист позитива

 

... и не забыть их названия

 

Попробовать новое

 

Заполнять вдвоем

 

 

Утром пить стакан воды

 

Не забыть о зарядке

 

Заполнить самому

 

Прокачать навык

Twitter

Google+

Facebook

Вконтакте

www.mann-ivanov-ferber.ru

Осенний чек-лист: книги, фильмы, приятные дела и рецепты

Пусть уже прошла большая часть осени, есть ещё время ею насладиться. Я составила свой осенний чек-лист (книги, фильмы, рецепты и приятные дела), который гарантированно поднимает настроение) Предлагаю дополнить его вместе и обсудить, за что вы любите или не любите осень!Начнем со списка приятных дел и ритуалов. Осенью для меня важно создать уют везде - начиная от квартиры, заканчивая душой) Но также это время года я люблю за то, что оно толкает меня развиваться. В этом году я, например, занимаюсь преодолением страхов, о чем рассказывала здесь. На это и наприавлены почти все дела, приведенные ниже:
  • Собрать гербарий из красно-желтых листьев всех возможных видов и размеров
  • Украсить дом (в том числе с помощью гербария), создать уютную атмосферу
  • Пойти гулять в лес или парк и греться горячим чаем из термоса
  • Сходить за грибами и ягодами, а потом приготовить что-нибудь вкусное из собранного
  • Ввязаться в какой-нибудь эксперимент (например, гардеробный или книжный вызов)
  • Просто обязательно пораскидывать ногами опавшие листья
  • Купить новый теплый свитер или шарф
  • Баловать себя облепиховым чаем (или имбирным)
  • Сделать тревел-бук о прошедшем лете
  • Начать вести арт-дневник, чтобы фиксировать все самые приятные моменты осени
  • Приготовить что-нибудь вкусное из главного героя осени - тыквы (например, потрясающий тыквенный латте)
  • Подвести промежуточные итоги года
  • Научиться чему-нибудь новому (осень - самое лучшее для этого время года)
  • Съездить в мини-путешествие и узнать, как выглядит осень за пределами вашего родного города
  • Устроить вечер глинтвейна и упоительных разговоров (либо просмотра осенних фильмов)

Осенние фильмы для меня, это не только те, где есть желтые листья и клетчатые шарфы (хотя не без этого), но еще и мотивирующие картины, после просмотра которых хочется идти покорять мир, а также экранизации классических произведений. Ну и, конечно же, Гарри Поттер - кто-то смотрит его ближе к новому году, а для меня фильмы о нем - это чисто осенняя история (ведь каждый фильм - это начало нового учебного года). В общем, список фильмов выглядит так:

  • Гарри Поттер все части
  • Любовь и дружба
  • Шерлок Холмс
  • Кадры
  • Я не знаю как она это делает
  • Осень в Нью-Йорке
  • Сентябрьский номер
  • Дьявол носит «Prada»
  • Стажер
  • Доброе утро
  • Женщины
  • 1+1
  • Фокус-покус
  • Сладкий ноябрь
  • Запах женщины
  • Джейн Эйр
  • Милый друг
  • Грозовой перевал
  • Портрет Дриана Грея
  • Гордость и предубеждение
  • Война и мир (новая экранизация ВВС)
  • Идиот
  • Анна Каренина
  • Вам письмо (не смотрела, но очень советуют)
Осень и зима - это время, когда я усиленно готовлю, потому что уют дома невозможен без ароматов выпечки, специй и других вкусностей. Вдохновляюсь, конечно же, на Пинтерест, собираю к себе на доску все то, что мне нравится (посмотреть можно здесь). Но фаворитами осени, бесспорно, являются тыквенный латте, овсяное печенье, морковные капкейки, яблочный пирог и чай с облепихой)

Хочу поделиться и небольшим списком книг, которые, по моему мнению, создают осеннее настроение. Список литературы разделю на проверенные книги (это те, которые я прочитала и могу советовать) и рекомендуемые (те, которые пока что висят в моейм списке к прочтению или уже в читаются)

Проверенные:

  • Гордость и предубеждение. Джейн Остин
  • Джейн Эйр. Бронте Шарлотта
  • Нортенгерское аббатство. Джейн Остин
  • Счастлива дома. Гретхен Рубин
  • Тринадцатая сказка. Диана Сеттерфилд
  • Грозовой перевал. Эмили Бронте
  • Остаток дня. Кадзуо Исигуро
  • Жареные зеленые помидоры в кафе "Полустанок". Фэнни Флэгг

Рекомендуемые:

  • Осень в карманах. Андрей Аствацатуров
  • Осень в Петербурге. Дж. М. Кутзее
  • Канун всех святых. Рэй Брэдбери

Список осенних книг оказался прискорбно мал, поэтому я буду рада любым советам) Расскажите, что вы любите делать, читать, смотреть и готовить осенью? Любите ли осень в целом? Как создаете себе настроение?

marvianna.livejournal.com

Читать онлайн "Чек-лист. Как избежать глупых ошибок, ведущих к фатальным последствиям" автора Гаванде Атул - RuLit

В сложной ситуации эксперты сталкиваются с двумя проблемами. Во-первых, это несовершенство памяти и внимания человека, особенно когда речь идет о рутинных делах, которые легко проглядеть на фоне более сложных событий. (Если у пациента рвота, а его родственники пристают с вопросом «Доктор, ну что с ним?», то нет ничего удивительного в том, что врач забудет измерить пульс.) Несовершенство памяти и рассеянность приводят к ситуации, которую инженеры называют «все или ничего»: бежите ли вы в магазин за ингредиентами для домашнего торта, готовите ли воздушное судно к взлету или осматриваете пациента в больнице, – если вы упустите хоть один ключевой момент, все ваши усилия могут пойти насмарку.

Еще одна трудность возникает, когда люди уговаривают себя не совершать какие-то шаги, хотя прекрасно о них помнят. В сложных процессах есть этапы, не имеющие особого значения. Скажем, в самолете рули высоты всегда разблокированы, и в большинстве случаев проверять это не имеет смысла. Возможно, в сложной ситуации измерение всех четырех показателей у больного позволит обнаружить что-то опасное всего лишь у одного из 50 пациентов. Люди скажут: «С этим никогда не было проблем» – но однажды проблема все-таки возникнет.

Чек-лист, похоже, спасает от таких неудач. Он напоминает нам о минимальном количестве нужных шагов и делает их наглядными. Чек-листы не только упрощают проверку, но и вводят строгую дисциплину, при которой повышается производительность. Именно так происходит с основными показателями жизнедеятельности, хотя доктора здесь вовсе ни при чем.

Рутинная регистрация четырех основных показателей стала нормой в западных больницах только в 1960-е гг., когда это дело доверили медсестрам. Они стали чертить графики и составлять таблицы, которые, по сути, превратились для них в чек-листы. Помимо всего того, что медсестры должны были делать с пациентами в течение всего дня и ночи (раздавать лекарства, перевязывать раны, выявлять проблемы), «чек-листы» позволяли им быть уверенными в том, что каждые шесть часов или чаще, если в этом будет необходимость, они не забудут измерить пациенту пульс, кровяное давление, температуру и частоту дыхания или точно определить его состояние на определенный момент.

В большинстве больниц с того времени добавился еще один показатель – боль, которая определяется пациентом по десятибалльной шкале. Кроме этого, медсестры сами ввели несколько нововведений по уходу за лежачими больными, например графики приема лекарств и небольшие записки с перечислением того, что нужно сделать для конкретного пациента. Никто не называет это чек-листами, но, по сути, они таковыми являются. Это нововведение хорошо показало себя в сестринском уходе, но не стало популярным у докторов.

Графики и чек-листы – скучный удел медсестер, а не врачей, которые и учились больше, и практиковались дольше, и имеют узкую специализацию.

В 2001 г. специалист по интенсивной терапии из госпиталя Джонса Хопкинса по имени Питер Проновост решил испробовать чек-лист для врачей. Он не пытался составить полный список того, что необходимо делать с больным в палате интенсивной терапии в течение дня. Питер составил перечень того, что нужно делать при решении всего одной из сотен задач – той, которая чуть не стоила жизни Энтони Дефилиппо, т. е. при инфицировании центрального катетера.

На листке обычной бумаги он обозначил шаги, необходимые для того, чтобы избежать инфицирования при катетеризации больного. Врачи должны: 1) вымыть руки с мылом; 2) промыть кожу пациента хлоргексидином; 3) стерильными салфетками закрыть все тело пациента; 4) надеть маску, шапочку, стерильный халат и перчатки; 5) наложить стерильную повязку, как только канюля введена. Затем перепроверить выполнение каждого пункта. Для такой работы много ума не нужно, все это давно известно и входило в программу обучения. Поэтому было бы глупо создавать чек-лист для столь очевидных вещей. Тем не менее Проновост просил медсестер в своей палате интенсивной терапии в течение месяца следить за тем, как подключается катетер, и записывать, сколько раз выполняется каждый шаг. При обслуживании более чем трети пациентов хотя бы один шаг пропускали.

Через месяц Проновост и его группа убедили администрацию госпиталя Джонса Хопкинса предоставить медсестрам право останавливать врачей в тех случаях, когда они не выполняют один из этапов, отмеченных на чек-листе. Кроме того, медсестры должны были ежедневно интересоваться у врачей, какие трубки нужно менять, чтобы они не использовались дольше, чем положено. Это было настоящей революцией. Раньше медсестры по-разному убеждали врачей не делать ошибок, начиная с простого напоминания («Доктор, вы не забыли надеть маску?») и заканчивая более решительными мерами (одна из моих сестер решила меня обыскать, когда посчитала, что я положил на больного недостаточно много стерильных салфеток). Многие медсестры сомневались, стоит ли по мелочам вступать в конфронтацию с врачами. (Зачем укрывать больному ноги, если зонд вводится через грудную клетку?) Новые правила все расставили по своим местам. Если врачи четко не выполняли все, что положено, медсестры могли обращаться за помощью к администрации.

www.rulit.me