Текст книги "Литературные Воспоминания". Чуковский николай книги


Николай Чуковский - биография, список книг, отзывы читателей

дата рождения: 2 июня 1904 г.

место рождения: Одесса, Херсонская губерния, Российская империя

дата смерти: 4 ноября 1965 г.

Биография писателя

Николай Корнеевич Чуковский (1904 — 1965) — русский советский писатель, переводчик прозы и поэзии. родился 20 мая (2 июня) 1904 года в Одессе. Первенец Корнея Чуковского и его жены Марии Борисовны, урожденной Гольдфельд. Сразу после свадьбы в 1903 году они отправились вместе в Лондон, где Корней Чуковский работал корреспондентом одесской газеты; в начале 1904 года беременная Мария Борисовна вернулась в Одессу, где и родился Николай-младший. Детство и юность провёл в Петербурге и Куоккале. В 1921 году окончил Тенишевское училище, занимался (до 1924 года) на общественно-педагогическом (историко-филологическом) факультете Петроградского университета. Окончил Высшие государственные курсы искусствоведения при Ленинградском институте истории искусств (1926—1930).Участвовал в работе литературной студии «Звучащая раковина», которой руководил Николай Гумилёв.

В 1922—1928 годах публиковал стихи (иногда под псевдонимом «Николай Радищев»). В период репрессий 1937—1938 годах имя Н. К. Чуковского неоднократно упоминалось в следственных делах по расследованию «антисоветских групп в среде московских и ленинградских писателей» в период 1933—1935 годы вместе с именами Ю. К. Олеши, Никулина, Дикого, Б. Лифшица, В. Л. Кибальчича, Куклина, Спасского, В. Стенича, ему грозила опасность разделить судьбу Б. Лифшица, Н. Олейникова, В. Стенича, но ареста удалось избежать. В 1939 году призван в армию, принимал участие в войне с финнами. С 22 июня 1941 года был военным корреспондентом газеты «Красный Балтийский флот», участник обороны Ленинграда, во время блокады оставался в городе. С октября 1943 года — инструктор Главного политуправления ВМФ СССР, Управления военно-морского издательства.

В последние годы жизни был членом правлений Союза писателей СССР и РСФСР, председателем секции переводчиков Союза писателей, членом правления издательства «Советский писатель».Н. К. Чуковский скончался внезапно, во сне, на 62-м году жизни. Смерть сына стала тяжёлым испытанием для 83-летнего Корнея Ивановича, который возвращался к воспоминаниям о нём в дневниках и письмах. Похоронен в Москве на Новодевичьем кладбище(участок № 6).

readly.ru

Автор: Чуковский Николай Корнеевич - 33 книг.Главная страница.

Биография

Никола́й Корне́евич Чуко́вский (1904—1965) — советский писатель, переводчик. Сын писателя Корнея Чуковского. Родился в Одессе, детство и юность провел в Петербурге и Куоккале. В 1921 окончил Тенишевское училище, занимался (до 1924) на общественно-педагогическом (историко-филологическом) факультете Петроградского университета. Окончил Высшие государственные курсы искусствоведения при Ленинградском институте истории искусств (1926—1930).

Участвовал в работе литературной студии «Звучащая раковина», которой руководил Николай Гумилёв. В 1921 сблизился с литературной группой «Серапионовы братья». В 1922—1928 годах публиковал стихи. После сборника стихов «Сквозь дикий рай» (Л., 1928) свои оригинальные стихотворения не печатал, публиковал только поэтические переводы.

В 1939 г. призван в армию, принимал участие в войне с финнами. С 22 июня 1941 г. был военным корреспондентом газеты «Красный Балтийский флот», участник обороны Ленинграда, жил в осаждённом городе. С октября 1943 г. — инструктор Главного политуправления ВМФ СССР, Управления военно-морского издательства.

Переводил на русский язык произведения Эрнеста Сетон-Томпсона, Роберта Льюиса Стивенсона, Марка Твена, Шандора Петёфи, Юлиана Тувима.

В частности, им выполнен наиболее известный перевод романа «Остров сокровищ» Стивенсона.

В последние годы жизни был членом правлений Союза писателей СССР и РСФСР, председателем секции переводчиков Союза писателей, членом правления издательства «Советский писатель». Библиография

* «Танталэна», 1925 * «Приключения профессора Зворыки», 1926 * «Разноцветные моря», 1928 * сборник стихов «Сквозь дикий рай», 1928 * «Русская Америка», 1928 * «Капитан Джеймс Кук», 1927 * «Навстречу гибели: Повесть о плавании и смерти капитана Лаперуза», 1929 * «Один среди людоедов», 1930 * «Путешествие капитана Крузенштерна», 1930 * роман «Юность», 1930 (о жизни бывших гимназистов в послереволюционной России) * «Слава», 1935 (о Кронштадтском восстании и НЭПе) * «Княжий угол», 1936 (о подавлении Тамбовского восстания) * «Ярославль», 1938, 2-я ред. 1949 (об антисоветском восстании в Ярославле в июле 1918) * «Водители фрегатов: Книга о великих мореплавателях», 1941 * роман «Балтийское небо», 1946—1954, опубл. 1955, одноименный фильм 1960. О лётчиках Балтийского флота, защитниках осажденного Ленинграда. * «Беринг». 1961. ЖЗЛ * «Неравный брак», 1963 * рассказ «Девочка Жизнь», 1965 (о войне) * «Цвела земляника», 1965 * «Литературные воспоминания», 1989 Титулы, награды и премии

Награждён орденом Трудового Красного Знамени.

litvek.com

Биография и книги автора Чуковский Николай Корнеевич

Никола́й Корне́евич Чуко́вский (1904—1965) — советский писатель, переводчик. Сын писателя Корнея Чуковского.Родился в Одессе, детство и юность провел в Петербурге и Куоккале. В 1921 окончил Тенишевское училище, занимался (до 1924) на общественно-педагогическом (историко-филологическом) факультете Петроградского университета. Окончил Высшие государственные курсы искусствоведения при Ленинградском институте истории искусств (1926—1930).Участвовал в работе литературной студии «Звучащая раковина», которой руководил Николай Гумилёв. В 1921 сблизился с литературной группой «Серапионовы братья». В 1922—1928 годах публиковал стихи. После сборника стихов «Сквозь дикий рай» (Л., 1928) свои оригинальные стихотворения не печатал, публиковал только поэтические переводы.В 1939 г. призван в армию, принимал участие в войне с финнами. С 22 июня 1941 г. был военным корреспондентом газеты «Красный Балтийский флот», участник обороны Ленинграда, жил в осаждённом городе. С октября 1943 г. — инструктор Главного политуправления ВМФ СССР, Управления военно-морского издательства.Переводил на русский язык произведения Эрнеста Сетон-Томпсона, Роберта Льюиса Стивенсона, Марка Твена, Шандора Петёфи, Юлиана Тувима. В частности, им выполнен наиболее известный перевод романа «Остров сокровищ» Стивенсона.В последние годы жизни был членом правлений Союза писателей СССР и РСФСР, председателем секции переводчиков Союза писателей, членом правления издательства «Советский писатель».Библиография* «Танталэна», 1925* «Приключения профессора Зворыки», 1926* «Разноцветные моря», 1928* сборник стихов «Сквозь дикий рай», 1928* «Русская Америка», 1928* «Капитан Джеймс Кук», 1927* «Навстречу гибели: Повесть о плавании и смерти капитана Лаперуза», 1929* «Один среди людоедов», 1930* «Путешествие капитана Крузенштерна», 1930* роман «Юность», 1930 (о жизни бывших гимназистов в послереволюционной России)* «Слава», 1935 (о Кронштадтском восстании и НЭПе)* «Княжий угол», 1936 (о подавлении Тамбовского восстания)* «Ярославль», 1938, 2-я ред. 1949 (об антисоветском восстании в Ярославле в июле 1918)* «Водители фрегатов: Книга о великих мореплавателях», 1941* роман «Балтийское небо», 1946—1954, опубл. 1955, одноименный фильм 1960. О лётчиках Балтийского флота, защитниках осажденного Ленинграда.* «Беринг». 1961. ЖЗЛ* «Неравный брак», 1963* рассказ «Девочка Жизнь», 1965 (о войне)* «Цвела земляника», 1965* «Литературные воспоминания», 1989Титулы, награды и премииНаграждён орденом Трудового Красного Знамени.

www.rulit.me

Николай Корнеевич Чуковский | КулЛиб

загрузка...

Биография

Никола́й Корне́евич Чуко́вский (1904—1965) — советский писатель, переводчик. Сын писателя Корнея Чуковского.Родился в Одессе, детство и юность провел в Петербурге и Куоккале. В 1921 окончил Тенишевское училище, занимался (до 1924) на общественно-педагогическом (историко-филологическом) факультете Петроградского университета. Окончил Высшие государственные курсы искусствоведения при Ленинградском институте истории искусств (1926—1930).

Участвовал в работе литературной студии «Звучащая раковина», которой руководил Николай Гумилёв. В 1921 сблизился с литературной группой «Серапионовы братья». В 1922—1928 годах публиковал стихи. После сборника стихов «Сквозь дикий рай» (Л., 1928) свои оригинальные стихотворения не печатал, публиковал только поэтические переводы.

В 1939 г. призван в армию, принимал участие в войне с финнами. С 22 июня 1941 г. был военным корреспондентом газеты «Красный Балтийский флот», участник обороны Ленинграда, жил в осаждённом городе. С октября 1943 г. — инструктор Главного политуправления ВМФ СССР, Управления военно-морского издательства.

Переводил на русский язык произведения Эрнеста Сетон-Томпсона, Роберта Льюиса Стивенсона, Марка Твена, Шандора Петёфи, Юлиана Тувима.

В частности, им выполнен наиболее известный перевод романа «Остров сокровищ» Стивенсона.

В последние годы жизни был членом правлений Союза писателей СССР и РСФСР, председателем секции переводчиков Союза писателей, членом правления издательства «Советский писатель».Библиография

* «Танталэна», 1925* «Приключения профессора Зворыки», 1926* «Разноцветные моря», 1928* сборник стихов «Сквозь дикий рай», 1928* «Русская Америка», 1928* «Капитан Джеймс Кук», 1927* «Навстречу гибели: Повесть о плавании и смерти капитана Лаперуза», 1929* «Один среди людоедов», 1930* «Путешествие капитана Крузенштерна», 1930* роман «Юность», 1930 (о жизни бывших гимназистов в послереволюционной России)* «Слава», 1935 (о Кронштадтском восстании и НЭПе)* «Княжий угол», 1936 (о подавлении Тамбовского восстания)* «Ярославль», 1938, 2-я ред. 1949 (об антисоветском восстании в Ярославле в июле 1918)* «Водители фрегатов: Книга о великих мореплавателях», 1941* роман «Балтийское небо», 1946—1954, опубл. 1955, одноименный фильм 1960. О лётчиках Балтийского флота, защитниках осажденного Ленинграда.* «Беринг». 1961. ЖЗЛ* «Неравный брак», 1963* рассказ «Девочка Жизнь», 1965 (о войне)* «Цвела земляника», 1965* «Литературные воспоминания», 1989Титулы, награды и премии

Награждён орденом Трудового Красного Знамени.

coollib.com

Чуковский, Николай Корнеевич - это... Что такое Чуковский, Николай Корнеевич?

В Википедии есть статьи о других людях с такой фамилией, см. Чуковский.

Никола́й Корне́евич Чуко́вский (1904, Одесса —1965) — русский писатель, переводчик прозы и поэзии.

Биография

Первенец Николая Эммануиловича Корнейчукова (Корнея Чуковского) и его жены Марии Борисовны (Арон-Беровны), урожденной Гольдфельд. Сразу после свадьбы в 1903 году они отправились вместе в Лондон, где Корней Чуковский работал корреспондентом одесской газеты; в начале 1904 года беременная Мария Борисовна вернулась в Одессу, где и родился Николай-младший. Детство и юность провёл в Петербурге и Куоккале. В 1921 окончил Тенишевское училище, занимался (до 1924) на общественно-педагогическом (историко-филологическом) факультете Петроградского университета. Окончил Высшие государственные курсы искусствоведения при Ленинградском институте истории искусств (1926—1930).

Участвовал в работе литературной студии «Звучащая раковина», которой руководил Николай Гумилёв. В 1921 сблизился с литературной группой «Серапионовы братья». В 1922—1928 годах публиковал стихи (иногда под псевдонимом «Николай Радищев»). Стихи получили одобрение Гумилева, Ходасевича, Горького. После сборника стихов «Сквозь дикий рай» (Л., 1928) свои оригинальные стихотворения не печатал, публиковал только поэтические переводы.

В июле 1932 поехал в Коктебель по путевке в Дом отдыха Литфонда, застал последние дни жизни М. Волошина, скончавшегося 11 августа 1932 г. В числе немногих участвовал в похоронах, к могиле поэта на вершину холма Кучук-Янышар гроб несли на руках.

В период репрессий 1937—1938 гг. имя Н. Чуковского неоднократно упоминалось в следственных делах по расследованию «антисоветских групп в среде московских и ленинградских писателей» в период 1933—1935 г. вместе с именами Ю. Олеши, Никулина, Дикого, Б. Лифшица, В.Л. Кибальчича, Куклина, Спасского, В. Стенича, ему грозила опасность разделить судьбу Б. Лифшица, Н. Олейникова, В. Стенича, но ареста удалось избежать.[1]

В 1939 г. призван в армию, принимал участие в войне с финнами. С 22 июня 1941 г. был военным корреспондентом газеты «Красный Балтийский флот», участник обороны Ленинграда, во время блокады оставался в городе. С октября 1943 г. — инструктор Главного политуправления ВМФ СССР, Управления военно-морского издательства.

Переводил на русский язык произведения Эрнеста Сетон-Томпсона, Роберта Льюиса Стивенсона, Марка Твена, Шандора Петёфи, Юлиана Тувима. В частности, им выполнен наиболее известный перевод романа «Остров сокровищ» Стивенсона.

В последние годы жизни был членом правлений Союза писателей СССР и РСФСР, председателем секции переводчиков Союза писателей, членом правления издательства «Советский писатель».

Награждён орденом Трудового Красного Знамени.

Н. К. Чуковский скончался внезапно, во сне, на 62-м году жизни[2]. Смерть сына стала тяжёлым испытанием для 83-летнего Корнея Ивановича, который возвращался к воспоминаниям о нём в дневниках и письмах.

Интересные факты

Однажды, поздней осенью 1921 года, пошёл я с Таней в театр, находившийся в Пассаже... В фойе театра — неслыханная новость! — был буфет... Я подвёл Таню к стойке и предложил съесть по пирожному... Таня съела пирожное с величайшим наслаждением. Облизала пальцы, и сейчас же — цоп — взяла из вазы ещё одно. Я, конечно, не говорил ей: «Ложи взад». Но... пережил несколько страшных минут. Я не знал в точности, сколько у меня денег в кармане... На следующий день был я в Доме искусств, зашёл к Зощенко и рассказал ему о своем вчерашнем переживании в театре... На ближайшем серапионовом сборище он прочитал рассказ «Аристократка».

— «О том, что видел»

Семья

  • Жена — переводчица Марина Николаевна Чуковская, урождённая Рейнке (1905—1993).
    • Дети:
    • Наталья (Тата, 1925) — в замужестве Костюкова, доктор медицинских наук, профессор, Заслуженный деятель науки России(2004),
    • Николай (по прозвищу Гулька, 1933) инженер-связист, МВТУ им. Н.Баумана,
    • Дмитрий (Митя, 1943) - телевизионный режиссер, снял, в частности, фильм «Огневой вы человек!» (Главная редакция литературно-драматических программ ЦТ), по сценарию своей двоюродной сестры - Елены Цезаревны Чуковской, к 100-летию со дня рождения знаменитого деда.

Сочинения

  • «Беглецы», 1925, с илл. А.Лаховского, изд-во Радуга
  • «Танталэна», 1925
  • «Приключения профессора Зворыки», 1926
  • «Разноцветные моря», 1928
  • сборник стихов «Сквозь дикий рай», 1928
  • «Русская Америка», 1928
  • «Капитан Джеймс Кук», 1927
  • «Навстречу гибели: Повесть о плавании и смерти капитана Лаперуза», 1929
  • «Один среди людоедов», 1930
  • «Путешествие капитана Крузенштерна», 1930
  • роман «Юность», 1930 (о жизни бывших гимназистов в послереволюционной России)
  • «Слава», 1935 (о Кронштадтском восстании и НЭПе)
  • «Княжий угол», 1936 (о подавлении Тамбовского восстания)
  • «Ярославль», 1938, 2-я ред. 1949 (об антисоветском восстании в Ярославле в июле 1918)
  • «Водители фрегатов: Книга о великих мореплавателях», 1941
  • роман «Балтийское небо», 1946—1954, опубл. 1955, одноименный фильм 1960. О лётчиках Балтийского флота, защитниках осажденного Ленинграда.
  • «Беринг». 1961. ЖЗЛ
  • «Неравный брак», 1963
  • рассказ «Девочка Жизнь», 1965 (о войне)
  • «Цвела земляника», 1965
  • «Литературные воспоминания», 1989
  • «О том, что видел», 2005 ISBN 5-235-02681-0

Литература

  • «Писатели Москвы — участники Великой Отечественной войны.» — М., 1997. — С. 452—453.

Примечания

  1. ↑ Евгений Никитин. Добрая память Николая Чуковского/ в книге Николай Чуковский. О том, что видел. 2005. ISBN 5-235-02681-0
  2. ↑ в дневнике К. И. Чуковского 5 ноября 1965 г. сделана запись: «Пришла Клара. С нею Митя и Люша. Я дико обрадовался. Кларочка обняла меня сзади и вдруг, покуда я болтал чепуху, сказала: вчера днём умер Николай Кор».

Ссылки

dic.academic.ru

Читать онлайн книгу Литературные Воспоминания

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 23 страниц) [доступный отрывок для чтения: 13 страниц]

Назад к карточке книги

НИКОЛАЙ ЧУКОВСКИЙЛИТЕРАТУРНЫЕ ВОСПОМИНАНИЯ

Л. ЛевинТАЛАНТЛИВАЯ ПАМЯТЬ(ПРЕДИСЛОВИЕ)

Николай Чуковский начинал как поэт. 13 марта 1923 года М. Горький писал М. Слонимскому: «Привет Николаю Чуковскому, мне очень нравится его «Козленок». Идет в первой книге «Беседы».

М. Горький жил тогда в Берлине и редактировал журнал «Беседа», выходивший в 1923—1925 годах.

В статье «Серапионовы братья», относящейся примерно к тому же времени, М. Горький писал: «По словам В. Ходасевича, лучшего, на мой взгляд, поэта современной России, большие надежды возбуждает юноша Чуковский: его поэма «Козленок» напечатана в первой книге журнала «Беседа».

Впоследствии «Козленок» вошел в первую книгу стихов Н. Чуковского «Сквозь дикий рай» (1928). Но эта первая книга оказалась и последней (если не считать стихотворных переводов, которыми Н. Чуковский занимался всю жизнь; в частности, много раз издавались его переводы произведений Ш. Петёфи и Ю. Тувима).

Почему Н. Чуковский перестал писать стихи?

Может быть, сыграли свою роль слова, сказанные О. Мандельштамом: «Каким гуттаперчевым голосом эти стихи ни читай, они все равно плохие». Кстати, мы никогда не узнали бы об этом отзыве на стихи Н. Чуковского, если бы он сам не рассказал о нем в воспоминаниях об О. Мандельштаме. Точно так же В. Каверин в трилогии «Освещенные окна» (в повести «Петроградский студент») вспомнил, как тот же О. Мандельштам отвадил его от поэзии: «Ему было важно, чтобы я перестал писать стихи, и все, что он говорил, было защитой поэзии от меня и тех десятков и сотен юношей, которые занимаются игрой в слова…»

Так или иначе, уже со второй половины двадцатых годов – еще совсем молодым (год рождения – 1904-й) – Н. Чуковский перешел на прозу. Он увлекся биографическими повестями о знаменитых мореплавателях. Этот жанр пришелся ему по душе. В нем он чувствовал себя как-то особенно свободно. В 1941 году Н. Чуковский издал большую книгу повестей «Водители фрегатов» – о морских путешественниках Дж. Куке, Ж. Лаперузе, И. Крузенштерне, Ж. Дюмон-Дюрвиле. Уже после Великой Отечественной войны – в 1961 году – вышла его повесть о Беринге.

Эти книги предназначались для юного читателя, но с одинаковым интересом воспринимались и взрослыми, много раз переиздавались.

Кроме повестей о мореплавателях Н. Чуковский написал до войны три романа – «Слава» (1935), «Княжий угол» (1936) и «Ярославль» (1938). Все они посвящены первым годам Советской власти, борьбе, которую ей пришлось вести с вспыхивавшими то тут, то там контрреволюционными восстаниями и мятежами.

С Николаем Корнеевичем Чуковским и его женой Мариной Николаевной я познакомился в Ленинграде в начале тридцатых годов. За месяц до войны мы жили бок о бок в писательском Доме творчества в городе Пушкине. Дружеские отношения, сложившиеся тогда, сохранились на всю жизнь.

Николай Чуковский был образованнейшим человеком. Наука интересовала его не меньше, чем литература. Он очень много читал, в том числе и научные книги. Превосходно знал историю и географию. Геолог и физик, философ и психолог находили в нем достойного собеседника. Ему хотелось как можно больше знать об удивительном мире, окружающем человека.

Общение с Николаем Корнеевичем всегда было для меня большой радостью.

В годы войны мы с Н. Чуковским часто переписывались. Николай Корнеевич служил тогда в одном из подразделений военно-морской авиации, действовавших в районе Ладожского озера. Несмотря на то, что мы находились в нескольких десятках километров друг от друга, повидаться на Ладоге нам не удалось. За все годы войны мы встретились лишь однажды – летом 1943 года в Ленинграде.

Отлично справляясь с нелегкими военно-журналистскими обязанностями, Н. Чуковский много работал и как писатель-беллетрист. Уже в 1941 году появились его брошюры о морских летчиках. В этих брошюрах можно разглядеть отдельные детали; вошедшие затем в роман «Балтийское небо». В 1943 году появилась повесть «Девять братьев», опять-таки посвященная морским летчикам. Наконец, уже после войны – в 1947 году – вышла книга повестей «Талисман», непосредственно предшествующая «Балтийскому небу».

«Балтийское небо» (1954) снискало широчайшую читательскую популярность. Но и после него Н. Чуковский выпустил немало книг, также имевших успех у читателей и одобрительно встреченных критикой. Две книги – «Девочка Жизнь» и «Цвела земляника» – вышли в 1965 году, который стал последним годом жизни писателя – Николай Корнеевич умер рано, но легкой скоропостижной смертью, во сне.

Как свидетельствует Марина Николаевна Чуковская, свои воспоминания Н. Чуковский начал писать в конце пятидесятых годов. «Я перечитал эту книгу в 1959 году, через тридцать лет после ее появления в свет»,– писал Н. Чуковский о романе К. Вагинова «Козлиная песнь». Эти слова подтверждают правоту М. Чуковской.

Воспоминания Н. Чуковского писались в атмосфере идей XX съезда партии, в годы «оттепели», когда, казалось, наступило время правды в жизни и литературе. Н. Чуковский писал свои воспоминания неторопливо, как бы от случая к случаю, когда можно было сделать перерыв в главном деле – в работе над повестью, рассказом или поэтическим переводом. Писать воспоминания было для него удовольствием, чуть ли не отдыхом.

Детство Николая Корнеевича Чуковского прошло в Финляндии. С младенческих лет он рос в кругу широких литературных интересов. В Куоккале, в доме своего отца, он близко наблюдал многих выдающихся современников. Он был человеком с редкостной наблюдательностью, с удивительно цепкой, устойчивой, можно сказать, талантливойпамятью. Много лет спустя он без видимого труда с поражающей точностью восстанавливал образы людей, давно ушедших из жизни, но оставивших заметный след в литературе. При этом он писал, начисто игнорируя всяческие запреты, не считаясь ни с какими конъюнктурными веяниями, описывая людей такими, какими их знал и запомнил. Так мало-помалу складывалась и сложилась – хотя и не была завершена – книга литературных воспоминаний, ныне предлагаемая читателю.

Первый раз мне посчастливилось ознакомиться с ней много лет назад – в конце шестидесятых или начале семидесятых годов. К тому времени кое-что из нее уже было напечатано: воспоминания об О. Мандельштаме – в «Москве», о Н. Заболоцком – в «Неве», об Е. Шварце – в сборнике «Мы знали Евгения Шварца», о ленинградской блокаде – в сборнике «Рядом с героями». Но о том, чтобы напечатать воспоминания, скажем о Н. Гумилеве или В. Ходасевиче, нечего было и думать.

Шли годы. Благодаря неустанным усилиям М. Чуковской воспоминания Н. Чуковского стали появляться на страницах журналов и сборников. Были опубликованы воспоминания об А. Блоке, В. Маяковском, М. Волошине, А. Белом, Вс. Вишневском, Ю. Тынянове, салоне Наппельбаумов. Каждая из этих публикаций, благодаря своим бесспорным литературным достоинствам, несомненной жизненной достоверности, тонкой и умной писательской наблюдательности, неизменно привлекала к себе живейшее читательское внимание. Становилось все яснее, что на наших глазах складывается отличная книга литературных воспоминаний. Талант Н. Чуковского с самой выгодной стороны выказывал себя и в этом совершенно новом для него жанре.

Теперь перед нами книга, дополненная многими еще не известными читателю материалами, которые никак не удавалось напечатать ни при жизни писателя, ни двадцать с лишним лет после его смерти.

Пролежав больше двадцати лет в архиве писателя, книга нисколько не состарилась. Пожалуй, никто до Н. Чуковского (за исключением В. Каверина и К. Федина) не рассказывал так подробно и с таким самостоятельным, трезвым, объективным взглядом на вещи о литературном Петрограде двадцатых годов, о создании группы «Серапионовы братья», о каждом из членов этой группы, о таких крупных русских поэтах, как Н. Гумилев и В. Ходасевич, о таком своеобразном представителе литературного Петрограда двадцатых и Ленинграда тридцатых годов, как В. Стенич…

Николай Чуковский был одним из умнейших людей, с которыми сталкивала меня жизнь. Ум его был особого, иронического склада, что я не раз испытывал на себе. Эта особенность его острого, глубокого и, честно говоря, не слишком доброго ума в полной мере отразилась в его воспоминаниях.

Он отлично понимал масштаб людей, о которых вспоминал. Искренне восхищаясь одними (например, К. Вагиновым), он сохранял критическое, а порой ироническое – иногда добродушное, иногда весьма злое – отношение к другим. Вероятно, найдутся любители поэзии, которые возжелают защитить от него Н. Гумилева. «Не сотвори себе кумира» – этому девизу Н. Чуковский оставался верен на протяжении всей своей жизни.

Воспоминания о том или ином деятеле литературы, никогда не ограничиваясь его портретом, превращаются у Н. Чуковского в рассказы о времени, в котором жил и действовал этот деятель, о людях, которые его окружали.

Так, например, рассказ о М. Волошине становится развернутым повествованием о Коктебеле, сыгравшем важную роль в жизни многих советских писателей, о литературной жизни, кипевшей в нем не менее бурно, чем в Москве или Петрограде.

Рассказ о В. Стениче – Н. Чуковский удивительно метко называет его «милым демоном моей юности» – развертывается в широкую картину литературного – и не только литературного – Ленинграда двадцатых и тридцатых родов.

Время со всеми его характерными особенностями так или иначе присутствует в каждом мемуарном очерке Н. Чуковского. Очерк «Дом искусств» от первой до последней! строки проникнут поистине поэтическим ощущением двадцатых годов, когда все грубо материальное, казалось, было отброшено и наружу вырвалась ничем не сдерживаемая сила человеческого интеллекта.

Очерк «Салон Наппельбаумов» Н. Чуковский начинает так: «Мы уехали в Псковскую губернию весной 1921 года из Петрограда военного коммунизма, а осенью вернулись в Петроград нэповский». Далее следует подробный рассказ о том, что происходило в салоне Наппельбаумов – о его хозяине, извёстном фотографе, снимавшем В. И. Ленина, о его детях, о множестве людей, приходивших сюда (здесь и Б. Пастернак, и Н. Тихонов, и В. Ходасевич, и Г. Иванов, и М. Кузмин, и Вс. Рождественский, и А. Радлова, и С. Колбасьев, и Н. Браун, и Е. Полонская, и многие другие). Казалось бы, плацдарм, на котором ведется повествование, не столь уж широк – всего лишь салон Наппельбаумов! – но все, что происходит в этом салоне, дается на достоверном фоне нэповского Петрограда, сопровождается навсегда врезавшимися в память неповторимыми приметами переживаемой исторической эпохи.

С еще большей силой нэповский Петроград представлен в воспоминаниях о К. Вагинове. Это – едва ли не лучшие страницы книги Н. Чуковского.

Совершенно забытый сейчас писатель – поэт и прозаик – Константин Вагинов (1899—1934) был особой, ни на кого не похожей фигурой в среде литераторов Петрограда-Ленинграда.

С многими из тех, о ком вспоминает Н. Чуковский,– например, с В. Стеничем – я был более или менее близко знаком, но К. Вагинова видел всего несколько раз и запомнил именно таким, каким его изобразил Н. Чуковский – в заношенном бобриковом пальто и в детской шапке-ушанке, завязывавшейся под подбородком. Всем своим обликом он выказывал полное пренебрежение к нормальному человеческому быту.

«Константин Константинович Вагинов,– пишет Н. Чуковский,– был один из самых умных, добрых и благородных которых я встречал в своей жизни. И, возможно, один из самых даровитых. То, что он писал, было в свое время известно то очень узкому кругу, а сейчас неизвестно никому. Виною этого был он сам – он не старался быть понятым».

Эта оценка может показаться преувеличенной. Но вот что рассказывает Л. Гинзбург в своей книге «Литература в поисках реальности» (1987):

«Недели две тому назад Борису Михайловичу (Эйхенбауму. Л. Л.) в час ночи позвонил Мандельштам, чтобы сообщить ему что:

– Появился Поэт!

– ?

– Константин Вагинов.

Б. М. спросил робко: «Неужели же вы в самом деле считаете, что он выше Тихонова?»

Мандельштам рассмеялся демоническим смехом и ответил презрительно: «Хорошо, что вас не слышит телефонная барышня».

Дело, конечно, не в том, кто выше – Н. Тихонов или К. Вагинов. Не забудем, что К. Вагинов ушел из жизни в тридцать пять лет. Дело в том, что О. Мандельштам, оказывается, умел не только отваживать молодых людей от поэзии, как это было в случаях с В. Кавериным и Н. Чуковским, но и замечать истинные поэтические дарования.

В очерке Н. Чуковского о К. Вагинове рассказана, в сущности, вся его жизнь начиная с детства в семье жандармского полковника и крупнейшего домовладельца. Совсем юным он ушел из дома, целыми ночами блуждал по городу, чуть не стал кокаинистом и, вероятно, стал бы им, если бы его не призвали в Красную Армию. Он воевал в Сибири против Колчака, заболел сыпным тифом, попал в госпиталь, был демобилизован и вернулся в Петроград.

К введению нэпа К. Вагинов отнесся с резкой враждебностью, видя в нем торжество тупого реакционного мещанства, среди которого прошло его детство.

Начав с того, что все написанное К. Вагиновым оставалось и остается непонятым, а написал он, в общем-то, немало – несколько книг стихов, в том числе «Опыты соединения слов посредством ритма» (1931), и несколько романов, в том числе «Козлиную песнь» (1928), Н. Чуковский весьма искусно, как бы ненароком, подводит нас к прямо противоположному выводу и демонстрирует отличное понимание всего того, что К. Вагинов написал. Сама собой возникает мысль об издании стихов и прозы К. Вагинова с превосходным очерком Н. Чуковского в качестве вступительной статьи.

Очерки, составившие книгу воспоминаний Н. Чуковского, вообще не следует воспринимать как чисто мемуарные. Это – художественные портреты. В них не нужно искать абсолютной точности фактов и обстоятельств. Вместе с тем созданные Н. Чуковским образы многих представителей литературы тех лет отличаются глубиной и тонкостью характеристик.

Про В. Ходасевича Н. Чуковский пишет, что, приходя в салон Наппельбаумов, он, конечно, презирал этот салон, «но не больше, чем все остальное на свете». Уже одно это дает нам известное представление о В. Ходасевиче. Но Н. Чуковский не ограничивается этим и дает блестящую характеристику В. Ходасевича: «Он был превосходный поэт одной темы. Он не принимал не какие-нибудь отдельные стороны действительности,– скажем, мещанство, как многие, или капитализм, как Блок и Маяковский, или революцию, как поэты-белогвардейцы,– но любую действительность, какой бы она ни была. Он писал:

 Счастлив, кто падает вниз головой,Мир для него хоть на миг, а иной». 

В этой формуле поэзии В. Ходасевича все точно выверено, вплоть до упоминания его в одном ряду с А. Блоком и В. Маяковским.

«Михаил Алексеевич Кузмин,– пишет Н. Чуковский в другом месте,– был самый чистопородный (! – Л. Л.), без всяких примесей эстет в русской литературе, небогатой чистыми эстетами. Решительно все явления бытия он рассматривал только с одной точки зрения: вкусно или безвкусно. Всякая государственная власть, безразлично какая, была для него безвкусицей. Всякую философию, все то, что люди называют мировоззрением, он считал безвкусицей».

«Такой он был всегда,– пишет Н. Чуковский о Н. Гумилеве,– прямой, надменный, выспренний, с уродливым черепом, вытянутым вверх, как огурец, с самоуверенным скрипучим голосом и неуверенными, добрыми, слегка косыми глазами. Он вещал, а не говорил и, хотя имел склонность порою тяжеловесно и сложно пошутить, был полностью лишен чувства юмора».

«Отец мой, – добавляет Н. Чуковский, – не любил его стихов и называл их “стекляшками”».

(Кстати, в мемуарной книге сына почти ничего не говорится об отце. Скорее всего это объясняется тем, что книга писалась при жизни отца – Корней Иванович пережил Николая Корнеевича на четыре года.)

Столь критически относясь к Н. Гумилеву и его стихам Н. Чуковский не отрицает, что было время, когда он увлекался ими. Но «в семинаре, руководимом Гумилевым, все была его сторонники – кроме меня. Для меня Блок был выше всего на свете».

Критическое отношение к Н. Гумилеву не мешает Н. Чуковскому твердо заявить: «Безусловно верно одно: расстреливать Гумилева – при всех обстоятельствах – не следовало» (вспомним, что это писалось в те годы, когда имя Н. Гумилева было под строжайшим запретом). Он приводит слова своего «милого демона» В. Стенича: «Если бы он (Н. Гумилев.– Л. Л.) теперь был жив, он перестроился бы одним из первых и сейчас был бы видным деятелем ЛОКАФа» (так называлось существовавшее в начале тридцатых годов Литературное объединение Красной Армии и Флота).

Главное достоинство воспоминаний Н. Чуковского – богатство жизненного и литературного материала, самостоятельный, не подвластный никаким конъюнктурным поветриям, глубоко нетривиальный взгляд на вещи.

Многое в воспоминаниях Н. Чуковского может показаться да и на самом деле является спорным. Это ни в какой степени не должно смущать читателя – общеизвестно, что любые воспоминания несут на себе печать личности мемуариста. Досаднее всего бывает иметь дело с безличными воспоминаниями. Они чаще всего возникают в тех случаях, когда их автору, в сущности, нечего вспомнить, и он, вместо того чтобы вспоминать, пускается в безличные рассуждения на общие темы.

Н. Чуковскому прежде всего есть что вспомнить, и вспоминает он с присущими ему умом и талантом. Перед вами – не только одно из лучших произведений его прозы, но и заметное явление нашей мемуаристики в целом.

Что же касается некоторых спорных мыслей, высказываемых Н. Чуковским, то, повторяю, было бы странно, если бы их не оказалось.

Литературную генеалогию Н. Гумилева Н. Чуковский ведет, например, от В. Брюсова. Мне это кажется спорным. Наоборот, влияние Р. Киплинга на Н.Гумилева Н. Чуковский отрицает, заявляя, что Н. Гумилев шел не от английской, а от французской поэтической традиции. С этим тоже можно поспорить.

О «Петербурге» А. Белого Н. Чуковский отзывается как о «талантливом, но до того манерно написанном романе о борьбе с самодержавием, что сейчас его почти невозможно прочесть».

«Разве не сплошным чудачеством было, например,– пишет Н. Чуковский,– все, что делал и писал Велимир Хлебников, Председатель Земного Шара?»

Так он считает, и это – его право.

Кстати, работая над воспоминаниями, Н. Чуковский завел специальную папку «Чудаки двадцатых годов». Такими чудаками он называл К. Вагинова, В. Стенича, Б. Лившица, Л. Добычина, Д. Хармса, С. Нельдихена, М. Карцова (как старый ленинградец, я добавил бы к этому списку П. Сторицына). Некоторым из этих чудаков посвящены отдельные очерки. Герой одного из них – Моисей Карцов, «он же дядя Миша, он же Милицейский Глаз, неистовый безбожник, редактор-издатель газеты «Вавилонская башня».

Очерку предпослано пространное вступление на тему о чудачестве, которое художественная интеллигенция тех лет склонна была рассматривать «как особо ценную эстетическую категорию». В качестве чудаков кроме перечисленных выше называются Вс. Мейерхольд, В. Шкловский, Г. Козинцев, Л. Трауберг. Это невольно вызывает возражения – ну каким же чудаком был, к примеру, Г. Козинцев? – но опять-таки Н. Чуковский вправе изображать людей такими, какими они ему представляются.

Остается только пожалеть, что он не осуществил свой замысел и не создал задуманную им галерею чудаков. Написаны были очерки о К. Вагинове, В. Стениче, М. Карцове. Собирался, но не успел написать о Д. Хармсе и Л. Добычине. Человек замкнутый и угрюмый, Л. Добычин, как заметил В. Каверин, дружил с одним Н. Чуковским. Тем досаднее, что о своей дружбе с Л. Добычиным Н. Чуковский так и не написал…

Работа над воспоминаниями продолжалась до самой смерти писателя. Многое, очень многое он не успел вспомнить: детство в Куоккале, родительский дом, его хозяев Марию Борисовну и Корнея Ивановича, Тенишевское училище, довоенные годы в Ленинграде, послевоенную жизнь в Москве.

Но и то, что Н. Чуковский успел вспомнить, имеет огромную ценность.

Значительную, я бы сказал, главную часть его книги составляют воспоминания, публикуемые впервые. Таковы мемуарные этюды о «Серапионовых братьях», о Н. Гумилеве, о В. Ходасевиче, о поездке в Холомки, о Доме искусств, о К. Вагинове, о В. Стениче. Соединенные с теми, что уже печатались, они создают широкую и художественно достоверную картину жизни литературного Петрограда двадцатых и Ленинграда тридцатых годов.

Так написать мог только художник, обладающий даром не только изображать то, что ему запомнилось, но самостоятельно и глубоко, без всякой оглядки на традиционные представления, а зачастую и вопреки им, осмысливать запомнившееся.

Таким художником был Николай Корнеевич Чуковский.

Назад к карточке книги "Литературные Воспоминания"

itexts.net