Шарлотта Бронте «Джейн Эйр». Эйр книга


Читать книгу Джейн Эйр Charlotte Bronte : онлайн чтение

Шарлотта БронтеДжейн Эйр

Глава I

В этот день нечего было и думать о прогулке. Правда, утром мы еще побродили часок по дорожкам облетевшего сада, но после обеда (когда не было гостей, миссис Рид кушала рано) холодный зимний ветер нагнал угрюмые тучи и полил такой пронизывающий дождь, что и речи не могло быть ни о какой попытке выйти еще раз.

Что же, тем лучше: я вообще не любила подолгу гулять зимой, особенно под вечер. Мне казалось просто ужасным возвращаться домой в зябких сумерках, когда пальцы на руках и ногах немеют от стужи, а сердце сжимается тоской от вечной воркотни Бесси, нашей няньки, и от унизительного сознания физического превосходства надо мной Элизы, Джона и Джорджианы Рид.

Вышеупомянутые Элиза, Джон и Джорджиана собрались теперь в гостиной возле своей мамы: она полулежала на диване перед камином, окруженная своими дорогими детками (в данную минуту они не ссорились и не ревели), и, очевидно, была безмятежно счастлива.

Я была освобождена от участия в этой семейной группе; как заявила мне миссис Рид, она весьма сожалеет, но приходится отделить меня от остальных детей, по крайней мере до тех пор, пока Бесси не сообщит ей, да и она сама не увидит, что я действительно прилагаю все усилия, чтобы стать более приветливой и ласковой девочкой, более уживчивой и кроткой, пока она не заметит во мне что-то более светлое, доброе и чистосердечное; а тем временем она вынуждена лишить меня всех радостей, которые предназначены для скромных, почтительных деток.

– А что Бесси сказала? Что я сделала?

– Джейн, я не выношу придирок и допросов; это просто возмутительно, когда ребенок так разговаривает со старшими. Сядь где-нибудь и, пока не научишься быть вежливой, молчи.

Рядом с гостиной находилась небольшая столовая, где обычно завтракали. Я тихонько шмыгнула туда. Там стоял книжный шкаф; я выбрала себе книжку, предварительно убедившись, что в ней много картинок. Взобравшись на широкий подоконник, я уселась, поджав ноги по-турецки, задернула почти вплотную красные штофные занавесы и оказалась таким образом отгороженной с двух сторон от окружающего мира.

Тяжелые складки пунцовых драпировок загораживали меня справа; слева оконные стекла защищали от непогоды, хотя и не могли скрыть картину унылого ноябрьского дня. Перевертывая страницы, я время от времени поглядывала в окно, наблюдая, как надвигаются зимние сумерки. Вдали тянулась сплошная завеса туч и тумана; на переднем плане раскинулась лужайка с растрепанными бурей кустами, их непрерывно хлестали потоки дождя, которые гнал перед собой ветер, налетавший сильными порывами и жалобно стенавший.

Затем я снова начинала просматривать книгу – это была «Жизнь английских птиц» Бьюика. Собственно говоря, самый текст мало интересовал меня, однако к некоторым страницам введения я, хоть и совсем еще ребенок, не могла остаться равнодушной: там говорилось об убежище морских птиц, о пустынных скалах и утесах, населенных только ими; о берегах Норвегии, от южной оконечности которой – мыса Линденеса – до Нордкапа разбросано множество островов:

 …Где ледяного океана ширьКипит у островов, нагих и диких,На дальнем севере; и низвергает волныАтлантика на мрачные Гебриды. 

Не могла я также пропустить и описание суровых берегов Лапландии, Сибири, Шпицбергена, Новой Земли, Исландии, Гренландии, «всего широкого простора полярных стран, этих безлюдных, угрюмых пустынь, извечной родины морозов и снегов, где ледяные поля в течение бесчисленных зим намерзают одни над другими, громоздясь ввысь, подобно обледенелым Альпам; окружая полюс, они как бы сосредоточили в себе все многообразные козни сильнейшего холода». У меня сразу же сложилось какое-то свое представление об этих мертвенно-белых мирах, – правда, туманное, но необычайно волнующее, как все те, еще неясные догадки о Вселенной, которые рождаются в уме ребенка. Под впечатлением этих вступительных страниц приобретали для меня особый смысл и виньетки в тексте: утес, одиноко стоящий среди пенящегося бурного прибоя; разбитая лодка, выброшенная на пустынный берег; призрачная луна, глядящая из-за угрюмых туч на тонущее судно.

Неизъяснимый трепет вызывало во мне изображение заброшенного кладбища: одинокий могильный камень с надписью, ворота, два дерева, низкий горизонт, очерченный полуразрушенной оградой, и узкий серп восходящего месяца, возвещающий наступление вечера.

Два корабля, застигнутые штилем в недвижном море, казались мне морскими призраками.

Страничку, где был изображен сатана, отнимающий у вора узел с похищенным добром, я поскорее перевернула: она вызывала во мне ужас.

С таким же ужасом смотрела я и на черное рогатое существо, которое, сидя на скале, созерцает толпу, теснящуюся вдали у виселицы.

Каждая картинка таила в себе целую повесть, подчас трудную для моего неискушенного ума и смутных восприятий, но полную глубокого интереса – такого же, как сказки, которые рассказывала нам Бесси зимними вечерами в тех редких случаях, когда бывала в добром настроении. Придвинув гладильный столик к камину в нашей детской, она разрешала нам усесться вокруг и, отглаживая блонды на юбках миссис Рид или плоя щипцами оборки ее ночного чепчика, утоляла наше жадное любопытство рассказами о любви и приключениях, заимствованных из старинных волшебных сказок и еще более древних баллад или же, как я обнаружила в более поздние годы, из «Памелы» и «Генриха, герцога Морландского».

И вот, сидя с книгой на коленях, я была счастлива; по-своему, но счастлива. Я боялась только одного – что мне помешают, и это, к сожалению, случилось очень скоро.

Дверь в маленькую столовую отворилась.

– Эй, ты, нюня! – раздался голос Джона Рида; он замолчал: комната казалась пустой.

– Куда, к чертям, она запропастилась? – продолжал он. – Лиззи! Джорджи! – позвал он сестер. – Джоаны нет здесь. Скажите мамочке, что она убежала под дождик… Экая гадина!

«Хорошо, что я задернула занавесы», – подумала я, горячо желая, чтобы мое убежище не было открыто, впрочем, Джон Рид, не отличавшийся ни особой зоркостью, ни особой сообразительностью, ни за что бы его не обнаружил, но Элиза, едва просунув голову в дверь, сразу же заявила:

– Она на подоконнике, ручаюсь, Джон.

Я тотчас вышла из своего уголка; больше всего я боялась, как бы меня оттуда не вытащил Джон.

– Что тебе нужно? – спросила я с плохо разыгранным смирением.

– Скажи: «Что вам угодно, мистер Рид?» – последовал ответ. – Мне угодно, чтобы ты подошла ко мне, – и, усевшись в кресло, он показал жестом, что я должна подойти и стать перед ним.

Джону Риду исполнилось четырнадцать лет, он был четырьмя годами старше меня, так как мне едва минуло десять. Это был необычайно рослый для своих лет увалень с прыщеватой кожей и нездоровым цветом лица; поражали его крупные нескладные черты и большие ноги и руки. За столом он постоянно объедался, и от этого у него был мутный, бессмысленный взгляд и дряблые щеки. Собственно говоря, ему следовало сейчас быть в школе, но мамочка взяла его на месяц-другой домой «по причине слабого здоровья». Мистер Майлс, его учитель, утверждал, что в этом нет никакой необходимости, – пусть ему только поменьше присылают из дому пирожков и пряников; но материнское сердце возмущалось столь грубым объяснением и склонялось к более благородной версии, приписывавшей бледность мальчика переутомлению, а может быть, и тоске по родному дому.

Джон не питал особой привязанности к матери и сестрам, меня же он просто ненавидел. Он запугивал меня и тиранил; и это не два-три раза в неделю и даже не раз или два в день, а беспрестанно. Каждым нервом я боялась его и трепетала каждой жилкой, едва он приближался ко мне. Бывали минуты, когда я совершенно терялась от ужаса, ибо у меня не было защиты ни от его угроз, ни от его побоев; слуги не захотели бы рассердить молодого барина, став на мою сторону, а миссис Рид была в этих случаях слепа и глуха: она никогда не замечала, что он бьет и обижает меня, хотя он делал это не раз и в ее присутствии, а впрочем, чаще за ее спиной.

Привыкнув повиноваться Джону, я немедленно подошла к креслу, на котором он сидел; минуты три он развлекался тем, что показывал мне язык, стараясь высунуть его как можно больше. Я знала, что вот сейчас он ударит меня, и, с тоской ожидая этого, размышляла о том, какой он противный и безобразный. Может быть, Джон прочел эти мысли на моем лице, потому что вдруг, не говоря ни слова, размахнулся и пребольно ударил меня. Я покачнулась, но удержалась на ногах и отступила на шаг или два.

– Вот тебе за то, что ты надерзила маме, – сказал он, – и за то, что спряталась за шторы, и за то, что так на меня посмотрела сейчас, ты, крыса!

Я привыкла к грубому обращению Джона Рида, и мне в голову не приходило дать ему отпор; я думала лишь о том, как бы вынести второй удар, который неизбежно должен был последовать за первым.

– Что ты делала за шторой? – спросил он.

– Я читала.

– Покажи книжку.

Я взяла с окна книгу и принесла ему.

– Ты не смеешь брать наши книги; мама говорит, что ты живешь у нас из милости; ты нищенка, твой отец тебе ничего не оставил; тебе следовало бы милостыню просить, а не жить с нами, детьми джентльмена, есть то, что мы едим, и носить платья, за которые платит наша мама. Я покажу тебе, как рыться в книгах. Это мои книги! Я здесь хозяин! Или буду хозяином через несколько лет. Пойди встань у дверей, подальше от окон и от зеркала.

Я послушалась, сначала не догадываясь о его намерениях; но когда я увидела, что он встал и замахнулся книгой, чтобы пустить ею в меня, я испуганно вскрикнула и невольно отскочила, однако недостаточно быстро: толстая книга задела меня на лету, я упала и, ударившись о косяк двери, расшибла голову. Из раны потекла кровь, я почувствовала резкую боль, и тут страх внезапно покинул меня, дав место другим чувствам.

– Противный, злой мальчишка! – крикнула я. – Ты – как убийца, как надсмотрщик над рабами, ты – как римский император!

Я прочла «Историю Рима» Голдсмита1   Голдсмит, Оливер (1728–1774) – английский писатель, автор романа «Векфильдский священник».

[Закрыть] и составила себе собственное представление о Нероне, Калигуле и других тиранах. Втайне я уже давно занималась сравнениями, но никогда не предполагала, что выскажу их вслух.

– Что? Что? – закричал он. – Кого ты так называешь?.. Вы слышали, девочки? Я скажу маме! Но раньше…

Джон ринулся на меня; я почувствовала, как он схватил меня за плечо и за волосы. Однако перед ним было отчаянное существо. Я действительно видела перед собой тирана, убийцу. По моей шее одна за другой потекли капли крови, я испытывала резкую боль. Эти ощущения на время заглушили страх, и я встретила Джона с яростью. Я не вполне сознавала, что делают мои руки, но он крикнул: «Крыса! Крыса!» – и громко завопил. Помощь была близка. Элиза и Джорджиана побежали за миссис Рид, которая ушла наверх; она явилась, за ней следовали Бесси и камеристка Эббот. Нас разняли, и до меня донеслись слова:

– Ай-ай! Вот негодница, как она набросилась на мастера Джона!

– Этакая злоба у девочки!

И, наконец, приговор миссис Рид:

– Уведите ее в красную комнату и заприте там.

Четыре руки подхватили меня и понесли наверх.

Глава II

Я сопротивлялась изо всех сил, и эта неслыханная дерзость еще ухудшила и без того дурное мнение, которое сложилось обо мне у Бесси и мисс Эббот. Я была прямо-таки не в себе, или, вернее, вне себя, как сказали бы французы: я понимала, что мгновенная вспышка уже навлекла на меня всевозможные кары, и, как всякий восставший раб, в своем отчаянии была готова на все.

– Держите ее за руки, мисс Эббот, она точно бешеная…

– Какой срам! Какой стыд! – кричала камеристка. – Разве можно так недостойно вести себя, мисс Эйр? Бить молодого барина, сына вашей благодетельницы! Ведь это же ваш молодой хозяин!

– Хозяин? Почему это он мой хозяин? Разве я прислуга?

– Нет, вы хуже прислуги, вы не работаете, вы дармоедка! Вот посидите здесь и подумайте хорошенько о своем поведении.

Тем временем они втащили меня в комнату, указанную миссис Рид, и с размаху опустили на софу. Я тотчас взвилась, как пружина, но две пары рук схватили меня и приковали к месту.

– Если вы не будете сидеть смирно, вас придется привязать, – сказала Бесси. – Мисс Эббот, дайте-ка мне ваши подвязки, мои она сейчас же разорвет.

Мисс Эббот отвернулась, чтобы снять с дебелой ноги подвязку. Эти приготовления и ожидавшее меня новое бесчестие несколько охладили мой пыл.

– Не снимайте, я буду сидеть смирно! – воскликнула я и в доказательство вцепилась руками в софу, на которой сидела.

– Ну, смотрите!.. – сказала Бесси.

Убедившись, что я действительно покорилась, она отпустила меня; а затем обе стали передо мной, сложив руки на животе и глядя на меня подозрительно и недоверчиво, словно сомневались в моем рассудке.

– С ней никогда еще этого не было, – произнесла наконец Бесси, обращаясь к мисс Эббот.

– Ну, это все равно сидело в ней. Сколько раз я высказывала миссис Рид свое мнение об этом ребенке, и миссис всегда соглашалась со мной. Нет ничего хуже такой тихони! Я никогда не видела, чтобы ребенок ее лет был настолько скрытен.

Бесси не ответила; но немного спустя она сказала, обратясь ко мне:

– Вы же должны понимать, мисс, чем вы обязаны миссис Рид: ведь она кормит вас; выгони она вас отсюда, вам пришлось бы идти в работный дом.

Мне нечего было возразить ей: мысль о моей зависимости была для меня не нова, – с тех пор как я помню себя, мне намекали на нее, укор в дармоедстве стал для меня как бы постоянным припевом, мучительным и гнетущим, но лишь наполовину понятным. Мисс Эббот поспешно добавила:

– И не воображайте, что вы родня барышням и мистеру Риду, если даже миссис Рид так добра, что воспитывает вас вместе с ними. Они будут богатые, а у вас никогда ничего не будет. Поэтому вы должны смириться и угождать им.

– Мы ведь говорим все это ради вашей же пользы, – добавила Бесси уже мягче. – Старайтесь быть услужливой, ласковой девочкой. Тогда, может быть, этот дом и станет для вас родным домом; а если вы будете злиться и грубить, миссис наверняка выгонит вас отсюда.

– Кроме того, – добавила мисс Эббот, – Бог непременно накажет такую дурную девочку. Он может поразить ее смертью во время одной из ее выходок, и что тогда будет с ней? Пойдем, Бесси, пусть посидит одна. Ни за что на свете не хотела бы я иметь такой характер. Молитесь, мисс Эйр, а если вы не раскаетесь, как бы кто не спустился по трубе и не утащил вас…

Они вышли, затворив за собой дверь, и заперли меня на ключ.

Красная комната была нежилой, и в ней ночевали крайне редко, вернее – никогда, разве только наплыв гостей в Гейтсхэд-холле вынуждал хозяев вспомнить о ней; вместе с тем это была одна из самых больших и роскошных комнат дома. В центре, точно алтарь, высилась кровать с массивными колонками красного дерева, завешенная пунцовым пологом; два высоких окна с всегда опущенными шторами были наполовину скрыты ламбрекенами из той же материи, спускавшимися фестонами и пышными складками; ковер был красный, стол в ногах кровати покрыт алым сукном. Стены обтянуты светло-коричневой тканью с красноватым рисунком; гардероб, туалетный стол и кресла – из полированного красного дерева. На фоне этих глубоких темных тонов резко белела гора пуховиков и подушек на постели, застланной белоснежным пикейным покрывалом. Почти так же резко выделялось и мягкое кресло в белом чехле, у изголовья кровати, со скамеечкой для ног перед ним; это кресло казалось мне каким-то фантастическим белым троном.

В комнате стоял промозглый холод, оттого что ее редко топили; в ней царило безмолвие, оттого что она была удалена от детской и кухни; в ней было жутко, оттого что в нее, как я уже говорила, редко заглядывали люди. Одна только горничная являлась сюда по субботам, чтобы смахнуть с мебели и зеркал осевшую за неделю пыль, да еще сама миссис Рид приходила изредка, чтобы проверить содержимое некоего потайного ящика в комоде, где хранился фамильный архив, шкатулка с драгоценностями и миниатюра, изображавшая ее умершего мужа; в последнем обстоятельстве, а именно в смерти мистера Рида, и таилась загадка красной комнаты, того заклятия, которое лежало на ней, несмотря на все ее великолепие.

С тех пор, как умер мистер Рид, прошло девять лет; именно в этой комнате он испустил свой последний вздох; здесь он лежал мертвый; отсюда факельщики вынесли его гроб, – и с этого дня чувство какого-то мрачного благоговения удерживало обитателей дома от частых посещений красной комнаты.

Я все еще сидела на том месте, к которому меня как бы приковали Бесси и злючка мисс Эббот. Это была низенькая софа, стоявшая неподалеку от мраморного камина; передо мной высилась кровать; справа находился высокий темный гардероб, на лакированных дверцах которого смутно отражались бледные световые блики; слева – занавешенные окна. Огромное зеркало в простенке между ними повторяло пустынную торжественность комнаты и кровати. Я не была вполне уверена в том, что меня заперли, и поэтому, когда, наконец, решилась сдвинуться с места, встала и подошла к двери. Увы! Я была узницей, не хуже, чем в тюрьме. Возвращаться мне пришлось мимо зеркала, и я невольно заглянула в его глубину. Все в этой призрачной глубине предстало мне темнее и холоднее, чем в действительности, а странная маленькая фигурка, смотревшая на меня оттуда, ее бледное лицо и руки, белеющие среди сумрака, ее горящие страхом глаза, которые одни казались живыми в этом мертвом царстве, действительно напоминали призрак: что-то вроде тех крошечных духов, не то фей, не то эльфов, которые, по рассказам Бесси, выходили из пустынных, заросших папоротником болот и внезапно появлялись перед запоздалым путником.

Я вернулась на свое место. Я уже была во власти суеверного страха, но час его полной победы еще не настал. Кровь моя все еще была горяча, и ярость восставшего раба жгла меня своим живительным огнем. На меня снова хлынул поток воспоминаний о прошлом, и я отдалась ему, прежде чем покориться мрачной власти настоящего.

Грубость и жестокость Джона Рида, надменное равнодушие его сестер, неприязнь их матери, несправедливость слуг – все это встало в моем расстроенном воображении, точно поднявшийся со дна колодца мутный осадок. Но почему я должна вечно страдать, почему меня все презирают, не любят, клянут? Почему я не умею никому угодить и все мои попытки заслужить чью-либо благосклонность так напрасны? Почему, например, к Элизе, которая упряма и эгоистична, или к Джорджиане, у которой отвратительный характер, капризный, раздражительный и заносчивый, все относятся снисходительно? Красота и розовые щеки Джорджианы, ее золотые кудри, видимо, пленяют каждого, кто смотрит на нее, и за них ей прощают любую шалость. Джону также никто не противоречит, его никогда не наказывают, хотя он душит голубей, убивает цыплят, травит овец собаками, крадет в оранжереях незрелый виноград и срывает бутоны самых редких цветов; он даже называет свою мать «старушкой», смеется над ее цветом лица – желтоватым, как у него, не подчиняется ее приказаниям и нередко рвет и пачкает ее шелковые платья. И все-таки он ее «ненаглядный сыночек». Мне же не прощают ни малейшего промаха. Я стараюсь ни на шаг не отступать от своих обязанностей, а меня называют непослушной, упрямой и лгуньей, и так с утра и до ночи.

Голова у меня все еще болела от ушиба, из ранки сочилась кровь. Однако никто не упрекнул Джона за то, что он без причины ударил меня; а я, восставшая против него, чтобы избежать дальнейшего грубого насилия, – я вызвала всеобщее негодование.

«Ведь это же несправедливо, несправедливо!» – твердил мне мой разум с той недетской ясностью, которая рождается пережитыми испытаниями, а проснувшаяся энергия заставляла меня искать какого-нибудь способа избавиться от этого нестерпимого гнета: например, убежать из дома или, если бы это оказалось невозможным, никогда больше не пить и не есть, уморить себя голодом.

Как была ожесточена моя душа в этот тоскливый вечер! Как были взбудоражены мои мысли, как бунтовало сердце! И все же в каком мраке, в каком неведении протекала эта внутренняя борьба! Ведь я не могла ответить на вопрос, возникавший вновь и вновь в моей душе: отчего я так страдаю? Теперь, когда прошло столько лет, это перестало быть для меня загадкой.

Я совершенно не подходила к Гейтсхэд-холлу. Я была там как бельмо на глазу, у меня не было ничего общего ни с миссис Рид, ни с ее детьми, ни с ее приближенными. Если они не любили меня, то ведь и я не любила их. С какой же стати они должны были относиться тепло к существу, которое не чувствовало симпатии ни к кому из них; к существу, так сказать, инородному для них, противоположному им по натуре и стремлениям; существу во всех смыслах бесполезному, от которого им нечего было ждать; существу зловредному, носившему в себе зачатки мятежа, восставшему против их обращения с ним, презиравшему их взгляды? Будь я натурой жизнерадостной, беспечным, своевольным, красивым и пылким ребенком – пусть даже одиноким и зависимым, – миссис Рид отнеслась бы к моему присутствию в своей семье гораздо снисходительнее; ее дети испытывали бы ко мне более товарищеские дружелюбные чувства; слуги не стремились бы вечно делать из меня козла отпущения.

В красной комнате начинало темнеть; был пятый час, и свет тусклого облачного дня переходил в печальные сумерки. Дождь все так же неустанно барабанил по стеклам окон на лестнице, и ветер шумел в аллее за домом. Постепенно я вся закоченела, и мужество стало покидать меня. Обычное чувство приниженности, неуверенности в себе, растерянности и уныния опустилось, как сырой туман, на уже перегоревшие угли моего гнева. Все уверяют, что я дурная… Может быть, так оно и есть; разве я сейчас не обдумывала, как уморить себя голодом? Ведь это же грех! А разве я готова к смерти? И разве склеп под плитами гейтсхэдской церкви уж такое привлекательное убежище? Мне говорили, что там похоронен мистер Рид… Это дало невольный толчок моим мыслям, и я начала думать о нем со все возрастающим ужасом. Я не помнила его, но знала, что он мой единственный родственник – брат моей матери, что, когда я осталась сиротой, он взял меня к себе и в свои последние минуты потребовал от миссис Рид обещания, что она будет растить и воспитывать меня, как собственного ребенка. Миссис Рид, вероятно, считала, что сдержала свое обещание; она его и сдержала – в тех пределах, в каких ей позволяла ее натура. Но могла ли она действительно любить навязанную ей девочку, существо, совершенно чуждое ей и ее семье, ничем после смерти мужа с ней не связанное? Скорее миссис Рид тяготилась необходимостью соблюдать данное в такую минуту обещание: быть матерью чужому ребенку, которого она не могла полюбить, с постоянным присутствием которого в семье не могла примириться.

Мною овладела странная мысль: я не сомневалась в том, что, будь мистер Рид жив, он относился бы ко мне хорошо. И вот, созерцая эту белую постель и тонувшие в сумраке стены, а также бросая время от времени тревожный взгляд в тускло блестевшее зеркало, я стала припоминать все слышанные раньше рассказы о том, будто умершие, чья предсмертная воля не выполнена и чей покой в могиле нарушен, иногда посещают землю, чтобы покарать виновных и отомстить за угнетенных; и мне пришло в голову: а что, если дух мистера Рида, терзаемый обидами, которые терпит дочь его сестры, вдруг покинет свою гробницу под сводами церковного склепа или неведомый мир усопших и явится мне в этой комнате? Я отерла слезы и постаралась сдержать свои всхлипывания, опасаясь, как бы в ответ на бурное проявление моего горя не зазвучал потусторонний голос, пожелавший утешить меня; как бы из сумрака не выступило озаренное фосфорическим блеском лицо, которое склонится надо мной с неземной кротостью. Появление этой тени, казалось бы, столь утешительное, вызвало бы во мне – я это чувствовала – безграничный ужас. Всеми силами я старалась отогнать от себя эту мысль, успокоиться. Откинув падавшие на лоб волосы, я подняла голову и сделала попытку храбро обвести взором темную комнату. Какой-то слабый свет появился на стене. Я спрашивала себя, не лунный ли это луч, пробравшийся сквозь отверстие в занавесе? Нет, лунный луч лежал бы спокойно, а этот свет двигался; пока я смотрела, он скользнул по потолку и затрепетал над моей головой. Теперь я охотно готова допустить, что это была полоска света от фонаря, с которым кто-то шел через лужайку перед домом. Но в ту минуту, когда моя душа была готова к самому ужасному, а чувства потрясены всем пережитым, я решила, что неверный трепетный луч – вестник гостя из другого мира. Мое сердце судорожно забилось, голова запылала, уши наполнил шум, подобный шелесту крыльев; я ощущала чье-то присутствие, что-то давило меня, я задыхалась; всякое самообладание покинуло меня. Я бросилась к двери и с отчаянием начала дергать ручку. По коридору раздались поспешные шаги; ключ в замке повернулся, вошли Бесси и Эббот.

– Мисс Эйр, вы заболели? – спросила Бесси.

– Какой ужасный шум! Я до смерти испугалась! – воскликнула Эббот.

– Возьмите меня отсюда! Пустите меня в детскую! – закричала я.

– Отчего? Разве вы ушиблись? Или вам что-нибудь привиделось? – снова спросила Бесси.

– О!.. Тут мелькнул какой-то свет, и мне показалось, что сейчас появится привидение! – Я вцепилась в руку Бесси, и она не вырвала ее у меня.

– Она нарочно подняла крик, – сказала Эббот презрительно, – и какой крик! Как будто ее режут. Верно, она просто хотела заманить нас сюда. Знаю я ее гадкие штуки!

– Что тут происходит? – властно спросил чей-то голос; по коридору шла миссис Рид, ленты на ее чепце развевались, платье угрожающе шуршало. – Эббот, Бесси! Я, кажется, приказала оставить Джейн Эйр в красной комнате, пока сама не приду за ней!

– Мисс Джейн так громко кричала, сударыня, – просительно сказала Бесси.

– Пустите ее, – был единственный ответ. – Не держись за руки Бесси, – обратилась она ко мне. – Этим способом ты ничего не добьешься, можешь быть уверена. Я ненавижу притворство, особенно в детях; мой долг доказать тебе, что подобными фокусами ты ничего не достигнешь. Теперь ты останешься здесь еще на лишний час, да и тогда я выпущу тебя только при условии полного послушания и спокойствия.

– О тетя! Сжальтесь! Простите! Я не могу выдержать этого… Накажите меня еще как-нибудь! Я умру, если…

– Молчи! Такая несдержанность отвратительна!

Я и в самом деле была ей отвратительна. Она считала меня уже сейчас опытной комедианткой; она искренне видела во мне существо, в котором неумеренные страсти сочетались с низостью души и опасной лживостью.

Тем временем Бесси и Эббот удалились, и миссис Рид, которой надоели и мой непреодолимый страх, и мои рыдания, решительно втолкнула меня обратно в красную комнату и без дальнейших разговоров заперла там. Я слышала, как она быстро удалилась. А вскоре после этого со мной, видимо, сделался припадок, и я потеряла сознание.

iknigi.net

Шарлотта Бронте "Джейн Эйр": обзор книги

Пост навеян прочтением романа Шарлотты Бронте "Джейн Эйр" (Charlotte Brontë "Jane Eyre") о жизни небогатой, но очень сильной характером женщины, которая идет по жизни, преодолевая все препятствия, сложности и удары судьбы. Будучи в школе, я проигнорировал эту книгу на зарубежной литературе. Теперь восполнил пробел.Краткое содержание романа "Джейн Эйр" Шарлотты БронтеДжейн Эйр растет в доме своей тети с момента смерти своих родителей. Между Джейн, тетей и ее детьми лежит глубокая неприязнь, вызванная тем, что Джейн имеет непокорный характер и не смиряется с оскорблениями и унижениями. Старший сын миссис Рид Джон откровенно издевается над Джейн. Не смирившись с таким порядком вещей, Джейн пытается давать сдачи, но пропасть все растет и, наконец, ситуация разрешается, когда миссис Рид отдает Джейн в школу, где Джейн проводит восемь лет: шесть - как ученица, еще два - как учительница. Она учится там стандартному набору знаний для английской школьницы и весьма преуспевает в освоении программы. Джейн оставалась в школе, пока в ней работала директор мисс Темпль, которая всегда хорошо относилась в Джейн и другим ученицам. Мисс Темпль вышла замуж и оставила школу, а Джейн Эйр решила сменить место работы и стать гувернанткой.

Джейн подала объявление в газету и быстро нашла место гувернантки девятилетней девочки Адель, которую взял под опеку мистер Рочестер, богатый человек из высшего английского общества. Он взял ее, так как в молодости у него был роман с матерью Адель. Джейн приезжает в имение мистера Рочестера и начинает занятия с Адель. Сам Рочестер не живет в имении, он постоянно путешествует по миру, неожиданно возникая и так же неожиданно пропадая. Возникнув в очередной раз, мистер Рочестер остался жить в имении надолго. Знакомтство Джейн Эйр и мистера Рочестера произошло неожиданно: Рочестер упал с лошади, а Джейн, свидетель этой сцены, помогла ему. Они стали сближаться и много беседовать на разные темы. В один момент Джейн поняла, что она любит Рочестера.

Однажды ночью Джейн услышала странные звуки и почувствовала запах дыма из комнаты Рочестера. Оказалось, что в его комнате пожар. Джейн спасла ему жизнь, потушив огонь и разбудив его, уже одурманенного дымом. Джейн точно уверена, что пожар организовала швея Грейс Пул, странная, замкнутая женщина, которая давно живет в доме. Рочестер, узнав это, попросил Джейн молчать и объявил пожар несчастным случаем. После пожара Рочестер исчез на несколько недель, но вскоре объявил, что вернется с большим количеством гостей. Весь дом готовился к приему гостей, которые, наконец, пожаловали. Среди гостей была мисс Ингрэм, красивая, образованная, но пустая дама, которая хотела выйти замуж за Рочестера. Джейн Эйр это заметила и почувствовала ревность к ней.

Тем временем приезжает мистер Мэзон, друг Рочестера. Ночью на него совершено нападение, его ударили ножом и укусили, но и этот случай замалчивается Рочестером. Джейн Эйр утверждается в своем подозрении, что Грейс Пул невменяема и очень опасна.

Джейн понимает, что очень любит Рочестера, и очень ревнует к мисс Ингрэм, но ничего не может поделать, так как все уверены в их скорой свадьбе. Однажды Джейн узнает, что в семье ее тетки миссис Рид несчастье: от непутевой и невоздержанной жизни умер Джон Рид, а миссис Рид (его мать) находится при смети и очень хочет ее видеть. Джейн едет к тете и застает все так же, как было много лет назад, когда она оставила этот дом, чтобы учиться в школе. Ее кузины все так же высокомерны, а сама тетя все так же ее ненавидит и отказывается признавать за ней любые положительные черты. Несмотря на то, что Джейн простила плохое отношение тетки к себе, примирения не наступает, но тетка рассказывает Джейн, что она ввела в заблуждение дядю Джейн, который хотел оставить ей наследство: она сказала ему, что Джейн умерла. Вскорости тетка умирает, Джейн остается в доме, пока не решились все проблемы, связанные с похоронами и устройством новой жизни своих кузин (они пошли каждый своей дорогой).

Джейн возвращается в дом Рочестера, происходит объяснение с Рочестером. Он делает ей предложение выйти за него замуж, она соглашается. Месяц до свадьбы протекает по-старому, но в день свадьбы уже в церкви выясняется, что Рочестер женат, и жена его жива. Джейн узнает, что не Грейс Пул была сумасшедшей, в доме в потайной комнате жила сумасшедшая жена Рочестера, и именно она устроила поджог и напала на Мезона (это был ее родной брат). Оказывается, Рочестер женился на Берте Мезон много лет назад и никак не мог оборвать эту связь, несмотря на то, что Берта гораздо больше походила на опасное животное, чем на человека. Рочестер рассказывает Джейн несчастливую историю своей женитьбы и просит ее остаться с ним. Джейн, несмотря на свою любовь, отказывается и незаметно покидает дом Рочестера, взяв с собой только самое необходимое и почти не имея денег. Она скитается несколько дней без крова и еды, пока ее не приютило бедное, но очень достойное семейство Риверсов (две сестры Диана и Мери, брат Сент-Джон и их старая служанка). Они смогли разглядеть в ней достойную даму, не нищенку, и она осталась у них. Спустя месяц сестры уехали, а брат помог Джейн устроить учительницей в сельскую школу. Сам Сент-Джон собирался стать миссионером и покинуть Англию.

Джейн работает в школе и постепенно ее начинают любить и уважать в округе, а ее ученицы, дети самых обычных людей, делают успехи в учебе. Джейн, тем не менее, продолжает сильно тосковать по мистеру Рочестеру. К ней присматривается и сильно привязывается Сент-Джон, прямой, честный и несгибаемый пастор, уготовивший себе судьбу миссионера в Индии. Случайно выясняется, что дядя Джейн Эйр умер и оставил ей большое наследство, которое делало ее очень богатой. Оказывается также, что он был также и дядей Сент-Джона, Мери и Дианы (Джейн оказалась их двоюродной сестрой, так как отец Риверсов был родным братом матери Джейн). Джейн очень рада найти своих родственников, которые так искренне и тепло ее приняли в свою семью, когда она была бездомной и голодной. Джейн делит наследство поровну со своими вновь обретенными родственниками и переселяется жить в их дом.

Сент-Джон предлагает Джейн поехать с ним в Индию и выйти за него замуж. Джейн видит, что он ее не любит так, как ее любил Рочестер и отказывается от замужества, но согласна поехать с ним, чтобы помогать ему. Сент-Джон продолжает уговаривать ее и почти добивается своего: в самый последний момент Джейн уезжает из дома и решает во что бы то ни стало найти Рочестера, которого она безумно любит. Она приезжает в поместье Рочестера и обнаруживает только пепелище. Она узнает, что в доме был пожар, который устроила Берта, дом полностью сгорел, Берта прыгнула с крыши и разбилась насмерть, а мистер Рочестер стал инвалидом, пытаясь спаси Берту, он потерял кисть руки, один глаз, а на второй ослеп. Джейн его находит в крайне угнетенном состоянии: он живет отшельником и не может примириться с тем, что он потерял свои силы, здоровье. Но сильнее всего он грустит по своей ненаглядной Джейн. Они воссоединяются, играют скромную свадьбу и начинают жить друг другом в великом счастье: у них рождается ребенок, зрение частично возвращается к Рочестеру, они не могут оторваться друг от друга, живут душа в душу.

Книга "Джейн Эйр" Шарлотты Бронте заканчивается описанием того, как живут все причастные в Джейн люди: Мери и Диана счастливы в браках, Сент-Джон ведет свою работу в Индии (у него сильно пошатнулось здоровье).

СмыслРоман "Джейн Эйр" Шарлотты Бронте повествует о сильной духом девушке, не наделенной богатством, знатным происхождением и внешней красотой, но богатой внутренне. В романе "Джейн Эйр" поднимаются темы религии, морали, прощения, любви и семьи, отношений между разными классами общества. Джейн всю жизнь приходится делать сложный выбор между земным счастьем и моральным долгом, совестью и страстью, балансировать между разными классами общества, терпеть на себе большое количество предубеждений. За свою несгибаемость, твердость и силу Джейн Эйр в итоге щедро вознаграждается: она становится сначала образованной, потом независимой приличной женщиной, обретшей свое самое большое счастье.

ВыводИнтернет и моя старая школьная программа по зарубежной литературе считают роман Шарлотты Бронте "Джейн Эйр" одним из самых знаменитых романов в мире. Несмотря на то, что в школе я его не читал, я с радостью за него взялся. Читал быстро и с большим удовольствием. Книга понравилась, при этом, правда, не могу сказать, что меня сильно зацепил сюжет и контекст романа "Джейн Эйр", это было мне совершенно неблизко. Соответственно, я не считаю роман "Джейн Эйр" Шарлотты Бронте лучшим из всего, что я читал, но читать очень рекомендую!

Рекомендую почитать также обзоры книг (и сами книги тоже, разумеется):1. Эрих Мария Ремарк "Жизнь взаймы" - самый популярный пост моего блога;2. Аркадий Гайдар "Тимур и его команда";3. Айн Рэнд "Атлант расправил плечи";4. Артур Хейли "Отель";5. Чарльз Диккенс "Рождественская песнь в прозе"

shvetsovmn.livejournal.com

«Джейн Эйр» - книга о вечном…

Ещё в начале прошлого столетия особую популярность приобрела так называемая «женская литература», которую считают приметой нового времени, когда менялся социальный, этический, психологический статус женщины. Эта литература имеет большую аудиторию и по сей день. О чём чаще всего пишет женщина? Конечно же, о чувствах и переживаниях, о своей женской судьбе, об отношениях с окружающим миром, о любви... Но женская литература бывает очень разной. Творчество сестёр Бронте, наряду с творчеством таких великих писательниц и поэтесс, как Жорж Санд, Анна Ахматова и Марина Цветаева, я бы отнесла к разряду литературы высокой. Со своих женских позиций они вглядываются в женскую суть, женскую долю, вековую боль, внимательно постигают, анализируют причины, последствия и издержки не только женского рабства, но и раскрепощения, принявшего в XX веке тотальный характер.

Вступление сестер Бронте в литературу было мгновенным, таким же внезапным оказался и их уход. Дольше всех сияла на литературном небосклоне Шарлотта Бронте. Но скупо отсчитанные им годы они прожили так, как если бы прожили долгую жизнь. Эмили и Шарлотта – признанные классики, но и Энн, чей талант был не столь ярок, также оставила свой след в литературе.

Моё знакомство с сёстрами Бронте, их жизнью, творчеством, и, в частности, с книгой Ш. Бронте «Джейн Эйр», произошло на их родине – в местечке Хауорт, в английском графстве Йоркшир, которое мне посчастливилось посетить прошлым летом. Именно здесь находится дом-музей сестёр Бронте, где жили и творили писательницы большую часть своей жизни. Дом-музей сестёр Бронте поддерживается силами этой организации уже более 75 лет. Это прекрасно сохранившийся дом приходского священника, который до сих пор стоит среди вересковых пустошей, как будто над ним не властно время. Комнаты, в которых жили и работали члены семьи, до сих пор обставленные старинными предметами мебели, хранят в своих стенах одежду и личные вещи семьи. Все книги на полках, собственность семьи Бронте, сохранены с тех времен, а остальные хранятся в специальных местах. Даже на кухне находится вся посуда и мебель, которая использовалась семьей Бронте, и она вновь реконструирована так, чтобы выглядеть максимально приближенной к своему первоначальному виду. Регулярно в музее проходят выставки и экспозиции, посвященные той или иной теме в жизни литературной семьи Бронте, поэтому здесь всегда можно увидеть что-то новое и неожиданное.

Я прониклась той особой атмосферой, которая царит в стенах музея, а, гуляя по улочкам Хауорта, я словно перенеслась в Англию начала прошлого века, это ощущение было столь явственным и сильным, что, конечно же, после возвращения домой я не могла не прочесть главного произведения Ш. Бронте, книгу, имевшую и имеющую до сих пор невероятный успех среди читателей – «Джейн Эйр».

Самый знаменитый роман Шарлотты Бронте открывает перед нами удивительную историю эмоционального и духовного роста главной героини, которая является непосредственным отражением самой Шарлотты (в книге много автобиографичного). Книга описывает поиски Джейн своего собственного достоинства, несмотря на низкий социальный статус в обществе; поиск индивидуальности, несмотря на свою материальную зависимость от других людей в жестоком мире, где подобная женская амбициозность, мягко говоря, не приветствовалась.

Маленькая Джейн с детства познаёт унижение и несправедливое обращение в доме тётушки Рид, приютившей девочку-сироту. Желая избавиться от ненавистного ей «подкидыша», миссис Рид приглашает в дом управляющего Ловудской школой-приютом, мистера Брокльхерста, прося у него принять на обучение «лживое, непослушное дитя». Вскоре Джейн начинает новую жизнь в Ловудском приюте, где царит строгий режим. Здесь она учится выживать в ужасных условиях, и преуспевает в обучении, что позволяет ей стать учительницей в этом же месте. Но тяга к новой жизни толкает её на поиски новой жизни, она дает объявление о поиске работе, и, в конце концов, находит место личной учительницы для маленькой Адель – девочки, опекаемой мистером Эдвардом Рочестером в замке Торнфилд. До этой части книги Шарлотта описывает свои личные тягостные годы жизни, но это не делает роман совершенно автобиографичным. Так, к примеру, жизненный опыт Шарлотты и её сестёр в качестве гувернанток был еще более суровым, чем это описано в романе, а в жизни самой Шарлотты, к сожалению, не было Рочестера, полюбившего ее с такой силой.

Мистера Рочестера привлекает в Джейн вовсе не внешность (она была невысокой, простой, худощавой, как и сама Шарлотта), а та откровенность, чистота и честность суждений, ее здравый смысл и реальный взгляд на вещи, убежденность в том, что он не сможет сделать ее жизнь счастливой из-за огромной разницы в социальном положении. Кроме того, бедная девушка настолько затравлена и замучена с детства, что, когда встречает на своем пути доброе к себе отношение, не может поверить, что это настоящие, искренние чувства... Но любовь пробивает себе дорогу, душа девушки открывается навстречу чувствам, Рочестер делает Джейн предложение, и после трогательной и тяжелой сцены признания в любви, Джейн соглашается выйти за него замуж, они идут к алтарю, но, уже за порогом церкви, невеста узнает шокирующую ее новость. Мистер Рочестер уже имеет законную жену, Берту – женщину, сошедшую с ума, которую он держит взаперти в собственном замке. Джейн отказывается продолжать с Эдвардом какие-либо отношения и убегает из Торнфилда. Бездомную, без средств к существованию, на грани отчаяния – такую её находит семья Риверс и берёт под свой кров. К великому удивлению Джейн, эти люди оказываются ее родственниками, о которых она ничего не знала раньше. Вскоре она наследует деньги родного дяди по имени Джон Эйр, умершего на Мадейре. Сент-Джон Риверс предлагает Джейн стать его женой, и последовать за ним в Индию в качестве миссионера. Джейн было почти согласилась, но ей внезапно слышится внутренний голос, жалобный зов, как бы доносящийся от Рочестера. Она отказывается предать свои чувства к Эдварду, и возвращается в Торнфилд в поисках замка, однако ее встречают лишь обгоревшие руины. Она узнает, что дом был подожжен Бертой, а мистер Рочестер ослеп от ожогов, спасая жену. Теперь она может выйти за Эдварда замуж, и не потому что он овдовел, а потому, что он стал калекой, а значит, физически зависимым – и именно это дало Джейн то равноправие, о котором она всегда мечтала.

Элементы фантазии и сверхъестественных сил преобладают в романе «Джейн Эйр». Описываемые бури и пожар отражают внутреннее смятение героев.

Тот путь, который прошла Джейн, она вынесла со стойкими моральными принципами, которые сильно угнетали ее, но, в конечном счете, привели к счастью. Брокльхерст и Сент-Джон Риверс – представители церкви, однако их холодность и каменная педантичность не имеет ничего общего с теплотой истинной веры. Джейн пыталась найти свое собственное спасение, но она искала его с помощью традиционных христианских догм; однако, лишь пожертвовав своим мнимым счастьем со здоровым Рочестером, она, в итоге, спасла их обоих.

Я прочитала книгу на одном дыхании! Викторианская Англия, готическая атмосфера, настоящая любовь, проверенная испытаниями, увлекательный сюжет, прекрасный слог – всё это «Джейн Эйр». Мне кажется, невозможно, читая эту книгу, не прочувствовать все эмоции главных героев, всю их боль, невозможно остаться равнодушной! Но больше всего моего восхищения заслужил образ главной героини, скромной и милой Джейн – это поистине воплощение искренности и честности, силы духа и оптимизма, воли к жизни и страсти к справедливости, эта девушка прошла все испытания с достоинством, не сломалась, не ожесточилась, а наоборот, научилась прощать и самозабвенно любить. Я часто спрашивала себя – а смогла бы я поступить также в той или иной трудной жизненной ситуации? Смогла бы я не потерять себя, остаться верной себе и своим принципам в непростых жизненных обстоятельствах? Это невероятно трудно... Я вынесла из этой книги очень многое, но главные постулаты такие – никогда не нужно опускать руки, нужно быть сильным, постоянно трудиться на пути к своей мечте, не гнуться под ударами судьбы, чтобы добиться цели. Любовь и вера – сильные орудия в руках человеческих. И, конечно, я ещё раз убедилась, что внутренняя красота важнее красоты внешней.

Я уверена, сколько бы времени ни прошло, этот роман не утратит своей популярности, ведь классика всегда остаётся классикой, она о вечном: о надежде, которую нельзя терять, об ошибках, которые никогда не поздно исправить, о вере – в себя, в свои силы, в справедливость мироздания, о настоящих чувствах, которые не меняются даже через столетия.

timix.nios.ru

Рецензия на книгу "Джейн Эйр" Шарлотты Бронте

Если Вы хотите что-то прочесть зимним, тёмным, но уютным вечером, а не знаете какую книгу, то приходите к нам за помощью. Сегодня мы уделим внимание произведению, о котором слышали практически все. Может, обсуждали подружки или рекомендовала мама, как это было у меня. Но могу пообещать одно точно – Вы не пожалеете, потратив свое время на неё.

«Джейн Эйр» (Jane Eyre) – роман, написанный английской писательницей Шарлоттой Бронте в 1847 году. При первой публикации книга вышла под названием «Jane Eyre: An Autobiography» («Джейн Эйр: автобиография») и неспроста. Повествование ведется от первого лица: сама девушка рассказывает о своей жизни.

Популярность книги нельзя отрицать: она заняла 10 место в списке 200 самых лучших книг в мире, так что в любом случае заслуживает нашего внимания. О чем же она? Кто такая Джейн Эйр? И почему эта книга является ярким примером классической литературы? Давайте узнаем.

Краткое содержание

Рассказ начинается с детских лет Джейн, когда она была маленькой 9-летней девочкой. Когда умерли родители, жить пришлось у маминого брата, который вскоре тоже скончался. Родных и вовсе не осталось, разве что тётка и её дети, которые постоянно унижали и били девочку.

Джейн была болезненным и физически очень слабым ребенком, но моральная сила героини действительно заставляет ею восхищаться. Она молча терпела все унижения, которые принесла ей судьба, в надежде, что когда-то все же наступят лучшие времена.

Любые попытки завоевать любовь своей тётушки заканчивались неудачей: та её просто ненавидела, называя Джейн не иначе, как «врушкой». Бедная девочка не могла понять, чем заслужила такое отношение. Но стоило осмелиться сказать хоть слово наперекор – её наказывали, запирая в пустующей комнате, где когда-то умер дядя.

Вскоре, тётушка отправляет Джейн подальше от дома, в Ловудскую школу для девочек. Кажется, жизнь героини кардинально меняется к лучшему. Она находит подруг, многому учится. Правда, условия проживания в школе-приюте очень тяжёлые — в комнатах холодно, дети недоедают, а со временем становится еще похуже.

Эпидемия тифа убивает многих детей, от чахотки умирает подруга Джейн. На душе снова становится горько, но девушка остается в этой школе и два года работает там учительницей. Лишь после того, как директриса школы, подруга Джейн мисс Темпл выходит замуж, девушка принимает решение что-то поменять в своей жизни и отправляется на поиски нового.

Она подает объявление и вскоре получает место гувернантки маленькой 9-летней француженки Адели Варанс в поместье Торнфильд. Там же она и знакомится с опекуном девочки мистером Эдвардом Рочестером. На вид некрасив, ироничный, сложного нрава, но уверенный в себе и слегка угрюм.

Джейн нравятся долгие вечерние беседы с Рочестером, его грубоватый, но интересный характер, который очень быстро ей полюбился. Эдвард отвечает взаимностью. Скрывать свои чувства они не могли: Рочестер просит Джейн выйти за него замуж, но, увы, у жизни на этот счет были свои планы.

Судьба разлучает влюбленных. Некоторое время они не знают ничего друг о друге. За это время случается много и радостного, и до боли грустного, трагического.

Мнение о книге

Я не стану рассказывать финал книги, чтобы не убивать интригу, но именно с момента разлуки Джейна и Эдварда начинается самое интересное. Могу сказать только одно: где бы вы ни были, любящие сердца всегда находят друг друга и соединяются навсегда.

Читая последние страницы, ощущаешь облегчение, радость за героев, понимая, как много они прошли и все же остались вместе. Да, этот роман называют женским, но не стоит так предвзято относиться к слову «женский».

Основная тема книги – это сила воли, характера при борьбе со всеми несчастьями и бедами, выпавшими на твоем пути, противостояние жестокому миру. Не у всех мужчин найдется столько мужества, как у этой девушки. Джейн хочет быть самостоятельной, найти средства для жизни, выйти замуж по истинной крепкой любви, а не по принуждению.

Шарлотта Бронте бросает вызов патриархату своим романом, подрывает его основы, показывая, что женщины могут быть самостоятельными. Конечно же, в книге присутствует много описаний, свойственных классике, отлично чувствуется настроение эпохи 19 века с его скромностью, сдержанностью и непоколебимой верой людей в Бога и уважением его законов.

Читая этот роман, ощущаешь чистоту, искренность человеческих эмоций и чувств, чего так не хватает в современном мире.

Книга имеет на своем счету 9 экранизаций. Первая датируется 1934 годом, последняя же – 2011. Пишите в комментарии впечатления от прочтения или просмотра фильма. И да: никогда не судите книгу по её экранизации.

Не будь снобом... Сделай репост!

toprating.in.ua

Джейн Эйр — ТОП КНИГ

Автор: Шарлотта Бронте

Год издания книги: 1847

Роман «Джейн Эйр» Шарлотты Бронте в некоторых аспектах является автобиографическим произведением. Это наиболее известное произведение классика английской литературы, которое и в наши дни вызывает живой интерес. Книгу Шарлотты Бронте «Джейн Эйр» поставили на 10 место в списке лучших произведений художественного жанра по версии BBC, поэтому не удивительно, что роман девять раз экранизировался. Последняя одноименная экранизация была осуществлена в 2011 году.

Романа Шарлотты Бронте «Джейн Эйр» краткое содержание

В книге Шарлотты Бронте «Джейн Эйр» читать можно о судьбе десятилетней Джейн. В своем малом возрасте она осталась сиротой и воспитывается в доме тети Сары Рид. Живется ей здесь не сладко, ведь все ей указывают на то, что ее жизнь здесь лишь их милость. Поэтому ей часто приходится терпеть унижение и несправедливость. Переломным моментом становится ее сора с сыном Сары Рид – Джоном. Он часто донимал Джейн, а на этот раз расшиб ей голову. Джейн бросается на Джона, но прибежавшая на шум тетка наказывает ее заключением в Красной комнате. В этой комнате умер брат матери Джейн и муж тетки. Главная героиня романа «Джейн Эйр» ужасно боится этой комнаты из-за чего у нее случается обморок. Благодаря этому в дом был вызван аптекарь, который неплохо разобрался в ситуации и посоветовал Саре отдать девочку в школу.

Далее в нашем книги Шарлотты Бронте «Джейн Эйр» кратком содержании читать можно как тетка воспользовалась этим советом. Но только она сказала наставнику Ловудской школы, что Джейн лгунья. Несмотря на это в школе у девочки сложились хорошие отношения с другими воспитанницами и учителями. И хотя условия в школе были весьма спартанские, дружба с директрисой школы – Марией Темпл и на год старшей воспитанницей Элен Бернс спасали ситуацию. Вскоре, в результате ужасных условий жизни в школе, Элен Бернс умирает от лихорадки. Благодаря этому условия в школе несколько улучшаются и Джейн проводит здесь шесть лет ученицей и еще два года учительницей. Но отчасти из-за отъезда Марии Темпл главная героиня романа «Джейн Эйр» решает начать новую жизнь. Она дает объявление в газете и вскоре ее приглашают гувернанткой в поместье Торнфильд.

По прибытию в поместье в романе Шарлотты Бронте «Джейн Эйр» читать можно о том, как девушка быстро знакомится со своей воспитанницей девятилетней Адели Варанс. С ней Джейн быстро находит общий язык, как и с другими обитателями дома, кроме Грейс Пул. Грейс была швеей в поместье и с ней мало кто общался. Вскоре в поместье приезжает хозяин – Ричард Мэзон. Девушка легко находит с ним общий язык и между ними вспыхивает симпатия. Однажды ночь Джейн спасает Ричарда, когда обнаруживает пожар в его комнате.

Если дальше книги Шарлотты Бронте «Джейн Эйр» читать краткое содержание, то вы узнаете, как мистер Ричард заставляет Джейн ревновать к слухам о его свадьбе с Бланш Ингрем. Кроме того, вы узнаете, как Джейн посещает Сару Рид, которая находится присмерти. От нее она узнает, что у нее есть еще один дядя и он интересовался ее прошлым. При этом в романе «Джейн Эйр» не происходит как в произведениях Вальтера Скотта примирения с теткой. По возвращению в Торнфильд, Джейн узнает от Ричарда, что он решил жениться и нашел ей новое место. Но каково же ее изумление, когда он объявляет, что жениться хочет на ней. Девушка согласна, и пишет об этом письмо своему дяди, о котором рассказала Сара Рид.

Далее в романе Шарлотты Бронте «Джейн Эйр» кратком содержании вы узнаете, как в день свадьбы, появляется незнакомый человек и объявляет, что она не может состояться. Дело в том, что Ричард женат. Этот человек является поверенным дяди Джейн. Мистер Ричард Мэзон во всем признается и рассказывает свою историю. В их семье было два брата. Все наследство решили передать старшему. А младшему было предложено жениться на богатой вест-индийской наследнице Берте. Но вскоре оказывается, что она буйно помешенная в третьем поколении и что по законам Англии Ричард не может с ней развестись. Это именно она устраивала пожар в Торнфильде и именно она как-то раз укусила Ричарда. Адели же дочь Робертса от его романа с одной из певиц, которая убежала сама и бросила ему ребенка.

Не в силах сдержать своего горя и не желая жить на условиях содержанки, главная героиня романа Шарлотты Бронте «Джейн Эйр» решает бежать. Она платит все имеющиеся деньги за дилижанс и едет в случайном направлении. Когда деньги закончились она пытается найти работу, но у нее нечего не входит. Изнеможённую и голодную ее находит священник Сент-Джон Риверс. Его сестры Диана и Мэри выхаживают девушку, а священник устраивает ее в местную школу. Тем не менее Джейн живет под чужой фамилией, дабы ее не могли найти.

Далее в книге Бронте «Джейн Эйр» читать можно о том, как становится известна ее настоящая фамилия. После этого выясняется, что недавно умер ее дядя и оставил ей в наследство 20 тысяч фунтов. Кроме того, выясняется, что он же был дядей Сент-Джону Риверсу и его сестрам. Благодарная Джейн предлагает разделить наследство поровну. Сент-Джон же решил ехать с миссионерской миссией в Индию. Он человек достаточно прагматичный, и несмотря на то, что любит мисс Оливер предлагает Джейн стать его женой и уехать с ним в Индию. Девушка согласна ехать с ним в Индию, но на роль жены долго не соглашается. И когда он уже почти согласна стать женой священнику, она слышит голос Роберта: «Джейн! Джейн!». Он как будто завет ее.

После этого события в романе «Джейн Эйр» главная героиня решает посетить Торнфильд. Но ее встречают лишь обгоревшие обломки поместья. Оказывается, Берта все-таки выполнила свою давнюю мечту и сожгла поместье. Но при этом сама сгорела в нем. Роберт честно пытался спасти ее из-за чего потерял зрение и сильно обгорел. Теперь он живет в небольшом поместье. Главная героиня романа «Джейн Эйр» едет к нему и едва узнает поколоченного и осунувшегося Роберта. Но с ее приездом он оживает на глазах. Вскоре они играют свадьбу, а через два года к Роберту возвращается зрение, и он лично может видеть их первенца.

Роман «Джейн Эйр» на сайте Топ книг

Интерес роман Шарлотты Бронте «Джейн Эйр» читать с годами не становится меньше. С завидным постоянством это произведение занимает высокие места среди лучших книг о любви, а так же среди лучших книг зарубежной классики. При этом история любви Джейн Эйр с годами не теряет свой актуальности и в дальнейшем эта книга Шарлотты Бронте еще не раз может появиться в нашем рейтинге лучших исторических романов о любви.

 

Роман Шарлотты Бронте «Джейн Эйр» читать онлайн на сайте Топ книг вы можете здесь.

 

Роман Шарлотты Бронте «Джейн Эйр» скачать на сайте Топ книг вы можете здесь.

 

  1. Джейн Эйр         

  

top-knig.ru

Шарлотта Бронте «Джейн Эйр»

Тяжело писать отзыв на то, что уже было удостоено многократной похвалы, да притом похвалы в словах правильных и ярких. Однако же поклонение моё данному произведению настолько велико, что я решилась-таки добавить в море отзывов и свой.

Более всего меня поразило по прочтении, что «Джейн Эйр» — дебютный полновесный роман Шарлотты Бронте, одной из знаменитых сестёр Бронте, создавших бессмертные произведения «Грозовой перевал», «Агнесс Грей» и прочие. Данный факт приводит в восхищение. Приступая же к роману, я ожидала увидеть историю очередной Золушки, щедро политую страданиями и непременно заканчивающуюся смертью. Почему смертью? Право слово, некоторые изображения на изданиях так странны, что ничего иного и в голову не приходит.

Итак, мир девочки Джейн, живущей в семье нетерпящей её тётки, принимает читателя в свои объятия. И сразу же возникает жалость к ней, так как условия, в которых ей приходится существовать, невыносимы. Сразу же остро встаёт проблема заброшенных детей, к которым некому прислушаться. Естественным образом появляется и непослушание, и некоторая наглость, и в этом отношении роман перекликается с «Грозовым перевалом» Эмили Бронте. Так же, как и в «ГП», героиня проявляет характер, однако причины этого проявления разнятся так же, как разняться сами тона двух знаменитых романов: в «Перевале» Кэти была эгоистична, в «Джейн Эйр» малышка Джейн несчастна. Однако именно такие выходки героини делают её интересной, так как, в данном контексте, без бунта нет движения.

Движение происходит с взрослением Джейн. Именно теперь она становится тем эльфом, что в дальнейшем покорит героя: её широкая душа, горячее сердце, чёткое понимание себя (кто я есть и что я могу) и своего места в жизни делают её очень глубоким существом, очень прямым человеком, которому не свойственно прощать тех, кто её обидел. Этим Джейн отличается от остальных сердобольных Золушек, которых создавали уже после Шарлотты Бронте. В ней, в отличие от тех же героинь Джейн Остин, был не только жар, но и закалённая сталь: она всегда знала, что правильно для неё и какие поступки следует только осуждать. Всепрощение? Нет уж, увольте. Непримиримый эльф с невзрачной внешностью и безупречной вышколенностью, но с собственным внутренним миром – вот Джейн Эйр.

Не секрет, что становление Джейн как гувернантки было взято из собственной жизни Шарлотты. Это было тяжёлое, гнетущее становление, и сам факт того, что героине предстоит быть только гувернанткой, без претензий на будущее, несколько угнетал. Ведь понятно же, что любая героиня заслуживает самого лучшего, а уж Джейн Эйр – и подавно.

Она заслужила – но лишь на миг. В роли принца выступает мистер Рочестер, который хоть сам и не нанимает Джейн, но владеет поместьем, куда её наняли. Не столько даже любопытна подопечная молодой гувернантки, сколько её отношения с хозяином поместья. Не одно читательское сердце обмерло на тех многочисленных страницах, где эльф впервые получает таковое название и оправдывает его, где Джейн и мистер Рочестер хоть и сближаются, но остаются каждый при своём мнении. Многочисленные условности и тогдашний нрав самой жизни мешает нашей героине признаться в любви к нанимателю даже через посредника (эпизод с переодеванием мистера Рочестера в гадалку – неподражаем!). Но когда всё же это происходит, и счастье уже, кажется, близко, читатель в ужасе встречает весть о том, что принц уже женат.

Этот неординарный момент в романе не имеет, вероятно, дубликатов в более поздних произведениях. Он делает роман не просто сентиментальным, но готическим, брутальным романом, в котором сталкиваются естественность и невероятное. Вампиры?! Да Бог с вами, откуда в таком романе взяться вампирам?!

Но спокойно, дело всего лишь в сумасшествии. И надо же, благодаря ему и некоторым другим фактам Джейн исчезает из жизни мистера Рочестера, и много последующих страниц политы горькими читательскими слезами. Кажется, что ничто не сможет утолить боль этой утраты, ведь мистер Рочестер успел стать хорошим другом тому, кто чтил героиню. Как можно перенести скитания Джейн, когда она просит милостыню, и даже тот факт, что она находит добрых людей? Как?

Но будет. Джейн обретает кров, друзей, но не обретает душевного спокойствия, так как, ликует читатель, она не предаёт память о том, что готов был жениться на ней, бедной гувернантке, кто увидел в ней эльфа – озорного, своенравного. А угроза в виде претендента на сердце Джейн, как вам это нравится? Что она выберет – служение людям или служение сердцу?

Далее раскрывать сюжет не могу – совестно.

Финал, конечно, потрясающий по силе воздействия на неокрепшую от горя душу читателя. Сколько будет стоять мир, столько барышни будут лить слёзы над этим финалом – слёзы радости за Джейн, и гордости за неё, и за её стойкость, и веру, и любовь.

+10

fantlab.ru

Роман Шарлотты Бронте «Джейн Эйр»

Джейн Эйр (Jane Eyre, 1847)

Скачать книгу Джейн Эйр (на английском языке)

Скачать книгу Джейн Эйр (на русском языке)

Роман вышел в свет в 1847 году под псевдонимом Каррер Белл в издательстве «Смит, Элдер и К°» и был отклонен многими издательствами, пока, наконец, в августе 1847 года, его не прочел У. Уильямс, редактор «Смит, Элдер и К°». Уильямс, согласно свидетельству писательницы Элизабет Гаскелл, первому биографу Шарлотты Бронте, был «поражен его оригинальностью». Уже 19 октября — рекордные для того времени сроки — Шарлотта получила шесть авторских экземпляров.

Самый знаменитый роман Шарлотты Бронте рисует перед нами процесс эмоционального и духовного роста главной героини, которая является непосредственным отражением реальной Шарлотты. Книга описывает поиски Джейн Эйр своего собственного достоинства, несмотря на низкий социальный статус; поиск индивидуальности, несмотря на свою материальную зависимость от других людей в мире, где подобная женская амбициозность, мягко говоря, не приветствовалась.

Джейн впервые предстает перед читателем осиротевшей девочкой, которую приютила в своем доме в Гейтсхэдхолле ее тетя Рид. Однако маленькая Джейн подвергается строгому, холодному, и несправедливому обращению со стороны тетушки, которая на фоне этого сладко балует своих собственных детей — Элизу, Джона и Джоржиану, потакая им в любой прихоти. Желая избавиться от ненавистного ей «подкидыша», миссис Рид приглашает в дом управляющего Ловудской школой-приютом, мистера Брокльхерста, прося у него принять на обучение «лживое, непослушное дитя». Джейн начинает новую жизнь в Ловудском приюте, где царит строгий режим. Здесь она учится выживать в ужасных условиях, и преуспевает в обучении, что позволяет ей стать учительницей в этом же месте. Ища новых перспектив, она дает объявление о поиске работы гувернанткой, и, в конце концов, находит место личной учительницы для маленькой Адель — девочки, опекаемой мистером Эдвардом Рочестером в замке Торнфилд. До этой части книги Шарлотта описывает как свои тягостные годы жизни, так и ее сестер, но это не делает роман совершенно автобиографичным. Тетя, которая занималась воспитанием Шарлотты после смерти ее матери, оказала благотворное влияние на развитие девочек. Но, в противоположность описываемым романом событиям, жизненный опыт сестер в качестве гувернанток был еще более суровым, и не было в жизни Шарлотты Рочестера, полюбившего ее с такой силой.

То, что привлекло мистера Рочестера к Джейн — это не ее внешность (она была невысокой, простой, худощавой, как и Шарлотта), но та откровенность и честность суждений, ее здравый смысл и реальный взгляд на вещи, убежденность в том, что он не сможет сделать ее жизнь счастливой из-за огромной разницы в социальном положении. Однако он делает ей предложение, и после трогательной и тяжелой сцены признания в любви, Джейн идет под алтарь, но уже за порогом церкви она узнает шокирующую ее новость. Мистер Рочестер уже имеет законную жену Берту — женщину, сошедшую с ума, которую он держит взаперти в собственном замке. Джейн отказывается продолжать с Эдвардом какие-либо отношения, и убегает из Торнфилда. Бездомная, без средств к существованию, она забредает под кров Мурхауза к семье Риверс. К великому удивлению Джейн, они оказываются ее родственниками, о которых она ничего не знала раньше. Она наследует деньги родного дяди по имени Джон Эйр, умершего на Мадейре. Сент-Джон Риверс предлагает Джейн стать его женой, и последовать за ним в Индию в качестве миссионера. Джейн было почти согласилась, но ей внезапно слышится жалобный зов, как бы доносящийся от Рочестера. Она отказывается предать свои чувства к Эдварду, и возвращается в Торнфилд в поисках замка, однако ее встречают лишь обгоревшие руины. Она узнает, что дом был подожжен Бертой, а мистер Рочестер ослеп от ожогов, спасая жену. Теперь она может выйти за Эдварда замуж, не потому что он овдовел, а потому что он стал калекой, а значит, физически зависимым — это дало Джейн то равноправие, о котором она всегда мечтала.

Элементы фантазии, волшебной выдумки и сверхъестественных сил преобладают в романе «Джейн Эйр». Бури и пожар отражают внутреннее смятение героев.

Тот путь, который прошла Джейн, она вынесла со стойкими моральными принципами (в отличие от «Грозового Перевала»), которые сильно угнетали ее, но которые, в конечном счете, привели ее к счастью. Брокльхерст и Сент-Джон Риверс — представители церкви, однако их холодность и каменная педантичность не имеет ничего общего с истинной теплотой веры. Джейн пыталась найти свое собственное спасение, но она искала его с помощью традиционных христианских догм; однако лишь пожертвовав своим мнимым счастьем со здоровым Рочестером, она, в итоге, спасла их обоих.

brontesisters.ru