Читать книгу «Бэйсд» онлайн. Книга бэйсд


Читать онлайн книгу Бэйсд (ЛП)

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 12 страниц)

Назад к карточке книги

Глава 13

Обри

В моей комнате было очень жарко. Я не помнила, чтобы в ней бывало так жарко, но в данный момент моя комната напоминала духовку. Мой вентилятор сломался, честно говоря, но где-то в доме должен был быть кондиционер, не так ли?

Но я знала, что это неправда уже в тот момент, когда думала об этом.

То, что он сказал мне. Этот взгляд. Его слова всё ещё звенели у меня в ушах.

«Твои губы, твоё чертовски идеальное тело – это всё, чего я хочу» – так сказал Бэйсд. Но в тот момент я могла думать только о том, что мой отец мог отправить его в тюрьму, или о его карьере, которая могла разрушиться из-за грязных сплетен, или о своём собственном положении в лаборатории, которое могло пострадать.

Я вздохнула, выскользнув из кровати, немного мокрая от пота. Надела шорты и вышла в коридор, не уверенная в том, куда собиралась пойти.

Своими голыми ногами я чувствовала мягкий ковёр. Я пошла в противоположный конец дома и уже собиралась спуститься вниз, когда услышала мягкий звук рояля из музыкальной комнаты.

Мне следовало развернуться и уйти. Не следовало обращать на это внимание. Но я знала, кто находится в этой комнате.

И он был прав, когда сказал, что я его тоже хочу.

Тихо я подошла к двери, дважды постучала, а затем открыла её. Перед роялем сидел Линкольн, одетый лишь в тёмно-синие гимнастические шорты. На секунду я уставилась на татуировки на мускулистом теле и на то, как он играл.

– Будешь смотреть всю ночь? – сказал он нежно.

– Нет, – я закрыла за собой дверь и прислонилась к ней.

Картер не поднял глаз.

– Ты можешь войти. Я не укушу.

– Не могу уснуть.

– Ага. В этом доме слишком много народа.

Я подумала, что мне лучше уйти. Вместо этого прошла дальше в комнату и села рядом с роялем, прислонившись спиной к стене. Линкольн не взглянул на меня, а просто уставился на клавиши и продолжал играть.

– То, что произошло ранее, было странно, – сказала я.

– Что именно?

– Интервью. Джесс была настоящей стервой.

Он не ответил, а продолжил играть. Я молча смотрела на него в течение минуты, уставившись на накаченное голое тело и слушая мягкую нежную музыку. Контраст между игрой и рельефным телом был странным, но я не могла перестать пялиться. Казалось, Линкольн пытался сконцентрироваться, но я не могла решить на музыке или на попытке меня игнорировать.

– Ты слышал что-нибудь о моём отце? – спросила я.

– Нет.

– Ты говорил с Джулс?

– Ещё нет. Завтра.

Я скорчила гримасу.

– Ты будешь продолжать в том же духе?

Он продолжал играть.

– Что ты хочешь, Бри?

– Не знаю. Может, чтобы ты посмотрел на меня.

Картер вздохнул и посмотрел на меня пристальным взглядом.

– Так лучше?

– На самом деле нет.

Он мягко улыбнулся.

– Я не хотел.

– Я здесь не для того, чтобы бороться с тобой.

– Хорошо. Я тоже не хочу этим заниматься.

– Ладно. Прекрасно.

Картер отвернулся и продолжал игру ещё минуту, а я внутренне одёрнула себя. Какого чёрта я творила? Было очевидно, что он не хотел видеть меня рядом, и могла ли я его винить? С ним происходило так много дерьма, что парень не мог спать по ночам. Бэйсд не хотел, чтобы я была рядом, а я ещё больше раздражала его.

– Ты собираешься сидеть там всю ночь? – сказал он, прервав ход моих мыслей.

– Где ещё мне сидеть?

Он прервал игру и подвинулся на скамейке.

– Садись, я научу тебя кое-чему.

Я встала и засмеялась.

– Я так не думаю.

Линкольн указал на скамейку, и я села рядом с ним.

– Я хороший учитель.

– Я самый худший ученик. В моём теле нет ни единой музыкальной косточки.

Он широко улыбнулся.

– Могу одолжить.

Мне понадобилась доля секунды, чтобы понять подтекст.

– Как мило. Так по-взрослому, – сказала я, но не смогла не засмеяться, настолько плоская была шутка.

– Смотри, это просто. Я научу тебя играть примитивную пьеску.

– Хорошо. Но не принимай на свой счёт, если я всё испорчу.

Мужчина засмеялся и положил пальцы на клавиши.

– Вот, смотри.

Он медленно играл, а я смотрела, не совсем понимая. Картер сыграл снова, ещё медленнее.

– Ладно. Кажется, я могу сыграть, – сказала я.

– Правда?

– Не совсем. Я говорила тебе, что я самый не музыкальный человек на свете.

Он улыбнулся.

– Сюда, поставь свои пальцы сюда.

Я протянула руки и поставила пальцы на клавиши.

– Сюда?

– Нет, вот так, – я почувствовала прикосновение его тёплых и твёрдых рук, когда Картер нежно поставил мои пальцы в правильную позицию.

– А, ладно.

– Теперь нажми на клавиши.

Я так и сделала. Каким-то образом получился нужный звук, но, тем не менее, казался немного другим.

– Хорошо, – сказал он. – Теперь двигайся сюда. – Линкольн взял меня за руки, чтобы направить, и прижал их к клавишам. Он положил свои руки на мои, задержав прикосновение. Мы вместе нажали на клавиши, и звуки музыки наполнили комнату.

Я почувствовала, что у меня прерывается дыхание. Его руки прижимали мои, а наши ноги и плечи соприкасались.

– Хорошо. Теперь сюда, – сказал он, двигая наши руки и нажимая на клавиши.

– Я справляюсь.

– Не хуже, чем я, когда начинал.

– Ага, твой учитель так же управлял твоими руками?

Он улыбнулся.

– Не совсем.

Мы дважды исполнили произведение вместе, его руки направляли мои нежно, но твёрдо, наши тела были рядом друг с другом.

– Теперь попробуй сама.

Я покачала головой.

– Это будет ужасно.

– Всё хорошо. Просто попробуй.

Я поставила пальцы в нужную позицию и надавила на клавиши, двигая руки в подходящем темпе.

– Хорошо, теперь... – сказал он, когда я двигала свои руки. – Хорошо. Нажми здесь.

Я нажала, и звук получился неожиданно красиво.

– Чудесно, теперь перемести руки, – сказал Линкольн.

Я передвинула руки и завершила куплет.

Он засмеялся.

– Великолепно. Теперь ты официально сама сыграла пьеску.

Я остановилась и улыбнулась.

– Я такая талантливая.

– Ты хороша. Довольно скоро ты сможешь сыграть Моцарта.

– Ага, правильно. Я думаю, это поможет моей музыкальной карьере.

Линкольн всё ещё сидел прямо рядом со мной, наши тела были тесно прижаты друг к другу, его лицо в нескольких дюймах от моего. Внезапно я резко ощутила то, что касалась его кожи, покрытой татуировками.

Наступила пауза.

– У тебя много татушек, – сказала я, запинаясь.

Он посмотрел на себя.

– Ага, так и есть. Они затягивают.

Я дотронулась до одной на его руке.

– Это из видеоигры?

Линкольн засмеялся.

– Да, это из «Halo». Я много играл в дороге. Наверно, она обрела смысл через какое-то время.

– Я и не подозревала, что ты такой зануда.

– Эй, это самая не занудная игра из всех видеоигр.

Я закатила глаза.

– Ага, конечно.

Он схватил мою руку и передвинул её со своей руки на грудь. Линкольн прижал мои пальцы к другой татушке – черепу, обвитому змеёй и розой. Я моргнула и почувствовала, как возбуждение наполнило всё моё существо, когда осознала, что касалась его накаченной мускулистой груди, чувствуя под своими пальцами гладкую кожу и ощущая прерывистое дыхание.

– Как насчёт этой? – спросил он.

– Мм, а что насчёт неё?

– Это самая новая. Подходит зануде?

– Нет. Я имею в виду, совсем не занудная.

Его рука крепче сжала мою. У меня закружилась голова от близости, от того, как сильно я хотела Линкольна. Тихий голосок где-то на задворках сознания, который спасал меня от идиотских поступков, упорно молчал.

– Линкольн... – начала я.

– Ничего не говори. Не в этот раз.

А затем он обрушился на меня с крепким поцелуем.

Правой рукой он всё ещё прижимал мою к груди, и я чувствовала, как бешено билось его сердце. Другой рукой Картер сжал моё лицо, продолжая крепко целовать, наши языки сплелись, по спине побежали мурашки. Я хотела этого, хотела так сильно, что не могла оттолкнуть его. Не могла даже представить, что отталкиваю.

А затем я обвила руками Бэйсда, прижимаясь к его губам ещё сильнее, зная, что не собиралась отступать.

Наши тела сплелись, он обнял меня руками, прижав к своему крепкому торсу, и жадно поцеловал, хотя в этом наши губы не уступали друг другу. Желание захлестнуло меня, заполняя каждую клеточку тела.

Он на секунду прервал поцелуй.

– Чёрт, я так долго ждал этого момента, – сказал Картер, целуя мою шею.

Я провела руками по его мускулистой спине.

– Мы не должны. Но мне уже наплевать, – простонала я.

– Хорошо. К чёрту все эти должны и не должны, – он снова вернулся к моим губам.

Линкольн встал, оттолкнув назад скамейку, и заставил меня подняться на ноги. Я едва не задохнулась, когда он практически сорвал с меня футболку. На мне не было лифчика, и прохладный воздух коснулся кожи. Он с жадностью смотрел на мою грудь, и я покраснела. У меня никогда не было парня, который таращился бы на моё тело в процессе.

– Ты совершенна, – сказал он.

– Это просто слова.

Линкольн схватил мою грудь и начал ласкать соски, прижавшись ко мне. Я чувствовала, как его напряжённый член прижался к моей ноге.

– Не просто слова.

– Чёрт, Линкольн, – простонала я, когда он целовал мою грудь и шею.

– Скажи мне, что ты думала об этом годами.

– Нет, – прошептала я.

Он переместил одну руку и схватил меня за волосы. Бэйсд не потянул меня за них, но крепко держал, вынуждая поднять подбородок. Его губы были мягкими, когда мужчина целовал мою шею. Я вздохнула и приглушённо застонала.

– Не ври мне.

– Линкольн, – сказала я.

Другую руку он переместил мне на живот, двигаясь вниз к моей влажной промежности.

– Признайся.

– Хорошо. Я думала об этом годами.

– О чём именно?

Своей рукой он проскользнул в мои шорты. Я почти дрожала в предвкушении.

– О тебе. Твоём теле. Твоих губах. Как это, чувствовать... – я замолчала.

– Скажи. – Рукой он нашёл мой клитор, и я, вздохнув, начала вращать бёдрами.

– О, чёрт. Как это, чувствовать тебя внутри.

– Мм. Чёрт, Бри. Ты потекла для меня.

– Знаю, – простонала я.

Пальцами он продолжал играть с моим клитором, медленно двигаясь кругами, посылая волны наслаждения по телу, а своими губами снова нашёл мои. Немного подразнив, Бэйсд вошёл в меня пальцем, и я снова вздохнула. Мужчина прикусил мою губу, одновременно причинив боль и наслаждение.

Я с трудом могла переносить. Он был большим, намного больше меня, и прекрасно владел своим телом. Одна рука была у меня в волосах, немного сдавливая голову, в то время как другой Картер двигал в моей вагине, попеременно трахая меня и потирая клитор.

Я не могла думать. Подавшись вперёд, я обхватила его член через тонкие шорты, и он застонал.

– О, Боже, – сказала я, ощутив всю его длину.

– Знаю. Неплохо.

– Неплохо?

Я передвинулась к нему, и Линкольн немного освободил мои волосы. Я стянула вниз его шорты, и напряжённый член выскользнул из-под пояса. Засмеявшись, я обхватила ствол обеими руками.

– Больше чем ты ожидала?

– Огромный, – сказала я и провела по всей его длине.

Линкольн застонал и снова нежно потянул меня за волосы, прижимаясь своими губами к моим. Я гладила его обеими руками, пока он продолжал ласкать влажный клитор, вращая пальцами, вводя их в меня снова, и обрушивая на меня свой голодный рот.

Я откинулась назад.

– Чертовски хочу тебя, – простонала я.

Он отпустил мои волосы и обнял. Внезапно я почувствовала, что Бэйсд поднял меня, а затем осторожно опустил на верхушку рояля. Я тихо засмеялась. Парень прижал руки по бокам от меня и смотрел прямо в глаза, а его напряжённый член был между нами.

– Ты хочешь, чтобы я тебя трахнул? – спросил он.

– Пожалуйста. Трахни меня.

Линкольн сорвал с меня шорты.

– Ты без трусиков. Я знал, что что-то не так.

– Я не сплю в них.

– Грязная девчонка.

Я снова засмеялась.

– Перестань.

Он снова нашёл мой клитор, и я широко раздвинула ноги, ощущая попой холодную крышку рояля.

– Ты хочешь, чтобы я остановился?

– Нет. Нет, не останавливайся.

– Хорошо. – Линкольн поцеловал мою шею, продолжая потирать клитор. Спустя секунду он толкнул меня и зарылся лицом между моих ног.

– Эй... – сказала я, а затем почувствовала его язык.

Он жадно облизывал мой клитор, одновременно лаская мою киску. Я забыла абсолютно всё, что хотела сказать, из-за ошеломляющего наслаждения, которое накрыло меня. Я ухватилась за края рояля и крепко сжала, когда почувствовала, как Бэйсд вводил в меня палец, пока продолжал медленно облизывать мой разбухший клитор.

В нём не было ничего нежного или милого. Был лишь безумный голод, казалось, что он изголодался по мне. Картер приподнялся на одной руке и обхватил мою грудь, продолжив ласкать моё тело.

– Чёрт, Линкольн, – повторяла я, мой мозг перестал соображать от наслаждения.

Оно казалось непереносимым. Накрыло всё моё существо, быстрое и медленное, но, в то же время, тяжёлое, и вдруг Бэйсд отодвинулся от меня, а затем прижал своё тело к моему.

– Ещё рано кончать, – сказал он.

Я лежала, задыхаясь.

– Тогда ты вовремя остановился, – ответила я.

Он ухмыльнулся.

– Знаю.

Линкольн прижался своими губами к моим, крепко целуя.

– Трахни меня, – взмолилась я, откинувшись назад.

– Да, мадам, – сказал он, улыбаясь.

Я приподнялась на локтях и смотрела, как Линкольн подошёл к роялю и опустился на колени, чтобы подобрать что-то. «Бумажник и телефон», – подумала я. Он достал что-то из бумажника, открыл, а затем натянул презерватив на свой огромный член.

Я застонала, когда мужчина снова вернулся ко мне и обнял.

– Повтори ещё раз, – прошептал он мне на ухо.

– Трахни меня, пожалуйста.

Бэйсд замер, а затем вошёл в меня.

Я застонала и снова схватила Линкольна за спину, зарываясь пальцами в его кожу. Он издал стон наслаждения.

– Боже мой, Бри.

Он лёг на меня на рояле, и на мгновение я испугалась, что тот сломается. Но затем Линкольн начал двигаться, его член входил и выходил из моей влажной киски, заполняя каждый сантиметр. Мысли о структурной целостности рояля мгновенно исчезли, когда он начал вонзаться в меня.

Картер взял меня за волосы и нашёл своими губами мои, вонзаясь глубже и жёстче.

– Проклятье, ты такая узкая, – выдохнул он.

Это буквально свело меня с ума.

– Я хотела этого так долго, – прошептала я.

– Я мечтал о тебе.

– О, да, там, – простонала я, когда он сжал руками мои бёдра.

Линкольн вошёл глубже, грубо и медленно. Я обхватила его ногами, а он продолжал вонзаться в меня, наполняя собой.

– Я представлял это столько раз, – прошептал он мне на ухо.

– Ты такой огромный, – выдохнула я, сходя с ума от удовольствия.

Мужчина застонал.

– Ты даже не представляешь себе, что делаешь со мной, когда говоришь так.

Я нашла его губы своими, и он снова прикусил мою нижнюю губу, продолжая двигаться внутри меня. Я стонала и сжимала его плечи, когда Бэйсд снова и снова входил, то нежно, то жёстко и быстро.

Затем он оторвался от меня, отодвинувшись назад. Я наблюдала за тем, как Картер встал на ноги, заняв место у самого края рояля.

– Линкольн, – взмолилась я.

Он схватил меня за бёдра и потянул вперёд, мой зад оказался на краю рояля, и тогда Линкольн снова вошёл в меня.

Я лежала, ухватившись за края рояля, а он брал меня грубо и быстро, так, что у меня разметались волосы.

Бэйсд схватил своими сильными руками меня за ноги, крепко держа и продолжая двигаться. Я отпустила один край и положила руку себе на грудь, начав мять её, отчаянно желая его член, чувствуя, как наслаждение заполняло каждый дюйм моего тела.

– Продолжай в том же духе, – скомандовал он.

Я посмотрела на него. Взгляд Линкольна был прикован к моей груди.

– Тебе нравится? – спросила я.

– Да. Чёрт. Да. Мне нравится трахать твою узкую киску и смотреть, как ты играешь со своей грудью.

Я откинула голову назад и застонала, когда пальцем он нашёл мой клитор. Я мяла свою грудь для него, а Линкольн нежно ласкал меня, трахая своим огромным членом и играя с моим клитором.

– Чёрт, хорошо, чёрт. Я сейчас кончу, – простонала я, теряя контроль.

– Скажи «пожалуйста», – прохрипел он.

– О, Линкольн. Пожалуйста, Линкольн. Пожалуйста, позволь мне кончить.

Его толчки стали глубже и жёстче, более отчаянными.

– Кончи для меня, Бри. Кончи на мой толстый член.

Это подтолкнуло меня к краю. Его толчки, его палец, его грязные словечки, я не могла терпеть. Оргазм накрыл моё тело, унося меня по волнам наслаждения, и в голове не осталось ни одной мысли. Он сотряс всё моё тело, от головы до кончиков пальцев, я выгибалась дугой и сжимала колени, мои мускулы напрягались и сжимались.

Он пронёсся по мне словно ураган. Линкольн, его мускулистое тело, его самоуверенная улыбка, его идеальные пухлые губы и жёсткая челюсть, его пристальный взгляд, всё в нём – большой член и руки, язык, всё это и, даже больше, накатило на меня, когда я кончила сильнее, чем когда-либо в жизни.

А затем он сжал мою грудь, и его толчки стали ещё сильнее, ещё глубже. Мой оргазм постепенно стал затухать, когда Бэйсд подошёл к финишу.

– Трахни меня, Линкольн. Трахни жёстче, – простонала я.

Он прижался ко мне, когда кончал, его толчки были глубокими и сильными. Я вздохнула и застонала, наслаждение всё ещё переполняло меня.

А затем всё закончилось. Я не могла перестать улыбаться и тихо посмеиваться, когда он встал, оторвавшись от меня. Линкольн улыбнулся.

– Не двигайся. Ни одного чёртова движения, – сказал он.

Я приподнялась на локтях, моё тело было покрыто потом, ноги свешивались с рояля. Посмотрев на его блестящий торс, я засмеялась.

– Почему?

– Я хочу ещё посмотреть на тебя. Ты выглядишь чертовски красиво на этом рояле.

Я покраснела и села.

– Опять слова.

– Ты ещё не поняла, Бри? Это не слова. Ты, правда, так действуешь на меня.

Я посмотрела на него, и мои губы раскрылись. Он снова поцеловал меня, а затем оттолкнул.

– Что? – спросила я.

– Хочу снять эту штуку.

Я снова засмеялась, когда он снял презерватив и завернул его в бумагу. Я соскользнула с края рояля и встала на ноги, голая и вспотевшая, уставившись на него.

– Линкольн, – сказала я нежно.

– Да, я знаю.

– Но что сейчас?

Мне не нужно было объяснять.

– Да. По крайней мере, ещё несколько часов.

Он обнял меня. Мы снова поцеловались.

Ещё несколько часов я собиралась принадлежать ему.

Глава 14

Линкольн

Впервые за долгие месяцы я спокойно проснулся. Не было чувства страха после сна. Я не был покрыт потом, и мои ноги не болели сильнее, чем обычно. Наоборот, я чувствовал себя отдохнувшим, будто, наконец, уснул спустя месяцы бессонницы.

Я посмотрел на раннее утреннее солнце, пробивающееся в окно. Я чувствовал, что всё хорошо. Чувствовал, что всё правильно.

Я посмотрел налево, и моё сердце едва не остановилось.

Свернувшись рядом со мной, лежала Обри, одетая лишь в свободную футболку. Я посмотрел на себя и осознал, что на мне только обтягивающие белые боксеры.

На меня обрушились воспоминания о прошлой ночи. Тело Обри, её кожа, ошеломляющее желание, которое свело меня с ума. Её бёдра и то, как глубоко я вонзался в неё. И то, как всё повторялось. Снова и снова. Я не мог вспомнить время, когда бы я столько смеялся с девушкой, не говоря о том, чтобы заниматься любовью снова и снова.

Несмотря на это, у меня был сильный утренний стояк. Мой член упирался в хлопковые боксеры, словно жил сам по себе. Я тихо простонал, когда посмотрел на спящую Бри, на её чертовски совершенное тело. На абсолютно лишённое ограничений тело.

До меня вдруг дошло, насколько ненормально то, что первая ночь с момента несчастного случая, когда меня не мучили кошмары, являлась той ночью, когда я занимался любовью со своей сводной сестрой. Нужно отметить, что я хотел её ещё до того, как наши родители официально поженились, но всё же.

В наших отношениях было столько нюансов. Слишком много, чтобы перечислять. Большинство из них принадлежали мне, и я не мог этого отрицать. Иногда я боялся, что этот груз потянет меня вниз, но больше всего меня пугало то, что этот груз мог потянуть её вниз вместе со мной. Все свою жизнь я стремился парить над землёй, но впервые в жизни я хотел стоять твёрдо на ногах.

– Эй. Доброе утро, – нежно сказал я.

Бри пошевелилась, а затем резко подскочила.

– Линкольн? Чёрт, мы проспали?

– Ага.

Она выглядела взволнованно.

– Который час?

– Ещё довольно рано. Солнце лишь немного взошло.

– Кто-нибудь..? – начала она, затем замерла.

– Не думаю.

Бри моргнула, а затем медленно села.

– Не могу поверить, что уснула на полу, – сказала она, захихикав.

Я приподнялся на локте и начал исследовать локон, покоившийся на её плече.

– Я спал как большой пьяный ребёнок.

Она потянулась.

– А как спят пьяные дети?

– Хорошо. Они ведь пьяные.

Бри засмеялась.

– Наверно, мне пора идти.

– Конечно, – я не хотел, чтобы она уходила.

– Я проскользну в свою комнату. Мы ведь не хотим, чтобы нас поймали.

– Верно.

Бри посмотрела на меня долгим взглядом.

– Нам нужно поговорить об этом?

Я схватил её руку и прижал к себе, затем поцеловал. Она совсем не сопротивлялась. Мне было наплевать на несвежее дыхание и прочее дерьмо. Я просто хотел целовать её так сильно и так долго, как мог. Казалось, она хочет того же.

Мы оторвались друг от друга, и Бри посмотрела на мой пах, задержавшись взглядом на выдающейся выпуклости.

– Да ладно? – сказала она, засмеявшись.

Я пожал плечами.

– Удивлён так же, как и ты.

Она снова быстро меня поцеловала, а затем встала и собрала свои вещи. Я наблюдал за ней в полном молчании.

– Увидимся позже, – сказала Бри, остановившись у двери.

– Ага. Увидимся.

Бри открыла дверь и исчезла в коридоре. Я смотрел на то место, где она стояла, и мечтал, чтобы девушка осталась. Чёрт бы побрал страх быть пойманными. К чёрту её отца, к чёрту тюрьму, к чёрту мои сломанные ноги. Всё, чего я хотел – это сидеть в лучах восходящего солнца и целовать её плечи, шею и губы.

Вместо этого, я спустил свои боксеры и начал работать над своим членом, представляя, как её губы обхватили его кончик. Я тихо простонал имя, когда кончил, смеясь над собой.

Откуда, чёрт возьми, у меня взялась энергия, чтобы мастурбировать после такой ночи?

Она чертовски сводила меня с ума – вот откуда. Я надеялся, что это поможет продержаться день и не преследовать её, чтобы затрахать до смерти.

***

Я едва успел вовремя на сеанс физиотерапии и сразу же понял, что Джесс уже в дерьмовом настроении.

– Долго спал? – ядовито спросила она, когда группа начала настраивать аппаратуру.

– Не мог справиться с собой. Всю ночь мечтал о тебе.

Она закатила глаза.

– Всё как обычно. Никаких сюрпризов.

Я изогнул бровь.

– Что заставило тебя думать, что могут быть какие-либо сюрпризы?

– От тебя всего можно ожидать, Линкольн.

«Например, то, что я трахну свою сводную сестру?» – подумал я, но не сказал этого вслух.

– Рад, что ты, наконец, это поняла.

Она засмеялась.

– Я давно это поняла. Ты не такой уж и загадочный.

Я почувствовал, что группа наблюдает за нами. Осмотрев комнату, я понял, что нет Трейси.

– Что с тобой не так сегодня? – спросил я.

– Ничего. Просто я устала снимать одного распущенного засранца целыми днями.

Я уставился на неё.

– Тебя продинамили прошлой ночью или что-то в этом духе?

– Не совсем.

– Не изливай своё дерьмо на меня. Ты хочешь уйти, валяй. Мне тоже не нравится, что ты постоянно крутишься рядом.

Я мог сказать ещё что-нибудь, чтобы вывести её из себя. Я не понимал, что происходит, но что-то, определённо, происходило. Конечно, не стоило подливать масло в огонь, но я не мог удержаться. Если кто-то дерьмово вёл себя по отношению ко мне, а я ещё даже ничего не успел сделать, чтобы это заслужить, я старался сделать так, чтобы всё было по справедливости.

– Неважно, – наконец, сказала она. – И вообще, где Трейси?

– Я думал, ты знаешь.

Она покачала головой.

– Не имею представления. Но, разумеется, её не будет сегодня.

Почти как по команде, в комнату внезапно влетела Трейси.

– Простите, я опоздала, – сказала она, в своей обычной бодрой манере.

Краем глаза я наблюдал за тем, как Джесс поморщилась.

– Всё в порядке? – спросил я.

– О, абсолютно. У моей подружки были проблемы с машиной сегодня утром.

– Я уверен, ты справилась.

– Да. Всё в норме.

Я улыбнулся ей.

– Я мог бы подшучивать над тобой подольше, учитывая то, что ты всё равно собираешься пытать меня.

– Будь я проклята, если не собираюсь.

После этого мы принялись за работу. Джесс облокотилась на стену в дальнем конце комнаты до окончания занятий и едва проронила пару слов, что происходило впервые. Обычно она мелькала перед глазами, раздавая всем инструкции о том, как лучше передать эмоции, но также следя и за ходом нашей работы.

Она постоянно повторяла фразы типа: «Линкольн, не мог бы ты передать состояние тщетной надежды?» или: «Замри и думай о своих ногах, я имею в виду, на самом деле, думай о боли», а иногда даже: «С твоей нынешней репутацией, представь, что вся твоя расширившаяся семья поддерживает тебя, словно ты близок к получению награды за храбрость». По правде говоря, она была безумна в лучшие из своих дней.

И по какой-то причине мне не хватало её постоянных комментариев. Это стало частью рутины. Мы с Трейси даже получали от этого больное удовольствие. Она добилась больших успехов в создании впечатления «чопорной Джесс».

Однако, несмотря на плохое настроение Джесс и тяжелое утро Трейси, сеанс прошёл хорошо. Я не мог полностью сосредоточиться, потому что в моей голове продолжали проноситься образы обнаженной Бри, но это не имело значения. Даже если бы всё, чего я хотел – просто лежать весь день в той музыкальной комнате рядом с обнажённой Бри, мне следовало сосредоточиться.

Я должен был вернуть свои ноги.

Позже, когда команда прервала съёмку и удалилась на короткий перерыв, я, задыхаясь, сел, прислонившись спиной к зеркальной стене. Воспоминания о прошлой ночи обрушились на меня.

***

Её руки были прижаты к поверхности рояля, спина выгибалась дугой, когда я входил во влажную промежность. Мы уже второй раз занимались любовью, и я задыхался от изнеможения.

Она посмотрела на меня через плечо.

– Трахни меня жёстче, Линкольн, – простонала она.

Это завело меня. Я схватил Бри и глубоко вошёл в неё, вращая бёдрами. Внезапно после третьего толчка я почувствовал, как боль обрушилась на меня, боль, которую я, как мог, пытался игнорировать.

– Чёрт, – прорычал я, откинувшись назад и пошатнувшись.

– Линкольн! – вскрикнула она, двинувшись в мою сторону.

Я отмахнулся от неё.

– Я в порядке. Всё дело в моих чёртовых искалеченных ногах. В таком положении трудно стоять.

– Прости. Мне так жаль, – она прикоснулась к моей груди.

Я посмотрел на свой по-прежнему каменно-твёрдый член.

– Забудь об этом. Глупо не воспользоваться таким стояком.

Она ухмыльнулась.

– Не воспользоваться? Ты шутишь?

– Определённо, нет. Ты можешь приступить к работе, раз тебе не понравилась моя шутка.

Она снова засмеялась и упала вместе со мной на пол, обхватив мои бёдра своими ногами и медленно опуская свое совершенное тело на мой член. Я схватил её за попу, а Бри усердно скакала на моём члене, сжимая свои бёдра.

Нетрудно предположить, что происходило после. Но вся проблема заключалась в том, что боль просто грозила разорвать меня на части. Я не осознавал, насколько она сильна, пока контролировал себя и занимался любовью. Само собой, она не исчезла полностью, даже когда Бри была сверху, но на секунду я подумал, что мои силы на исходе.

Что было чертовски некстати.

***

Трейси вырвала меня из воспоминаний. Когда она села рядом, я слегка передвинулся, чтобы скрыть свой надвигающийся стояк.

– Что с Джесс? – мягко спросила она.

Я взглянул на Джесс через всю комнату. Она тихо говорила по телефону. Я пожал плечами:

– Без понятия. У неё было хреновое настроение, когда я утром спустился вниз.

– Не помню, чтобы раньше мы столько обходились без неё.

– Знаю. Может, у неё умерла собака.

Трейси засмеялась.

– Она и хозяйка собаки? Да уж.

– А может её бросили.

– Это интереснее. Но я выяснила, что она какое-то время одна, так что, определённо, вожделеет твой член.

Теперь засмеялся я.

– Ты тоже это заметила?

– Трудно не заметить. Она практически вешается на тебя.

– Ну, очевидно, сегодняшний день – исключение.

– Ты кажешься таким разочарованным.

– Она хорошо выглядит. Но я скорее поимел бы точилку для карандашей.

Трейси снова засмеялась, и я улыбнулся ей.

– Что ни говори, точилка для карандашей стала бы лучшей компанией, – сказала она.

Мы всё ещё смеялись, когда Джесс повесила трубку и посмотрела в нашу сторону.

– Перерыв подходит к концу, – прокричала она.

– Сэр, да, сэр, – пробормотал я.

– А ты думал, что я пытаюсь убить тебя, – прошептала Трейси.

Я улыбнулся ей, когда она встала и подошла к своим вещам, чтобы выпить воды.

Чтобы не происходило с Джесс, это меня не касалось, по крайней мере, я на это надеялся. Какая-то глупая часть меня, не переставая, думала о том, что Джесс знает о нас с Бри.

Но это было невозможно. Она никогда не оставалась на ночь, всегда уходила вечером. Должно было быть что-то ещё.

Потихоньку съёмочная группа собралась, и занятие продолжилось. Я пытался не думать о Джесс и её проблемах, но что-то не давало мне покоя. Я сосредоточился на своём задании и постарался не зацикливаться по этому поводу.

***

Я обрушился на рычаги, пинбольная машина горела как вывески на пляже. Я растворился в ярких огнях и ритмичных звуках, пытаясь выбросить всё из головы.

Что было абсолютно невозможно. Я занимался сексом с Бри прошлой ночью, уснул рядом с ней и всё, чего я хотел, чтобы это не заканчивалось. Но чувство, что Джесс всё контролирует, не давало мне покоя.

Я ничего не мог поделать. Что если она пришла рано утром и застала нас лежащими на полу? Я не был уверен в том, что Джесс не заметила, как я иногда убегаю в музыкальную комнату. Она никогда не поднималась, чтобы разбудить меня, но с ней я не был уверен ни в чём.

Я был настолько занят своими переживаниями, что не заметил, как за мной открылась и закрылась дверь.

– Эй, – сказала Бри.

Я перестал играть, мяч скатился между рычагами, а я посмотрел на Бри.

– Привет.

Она неуверенно улыбнулась и подошла ко мне. Я моргнул, а дыхание прервалось. Её волосы были длинными и пышными, а губы совершенными, а я смотрел на напряженные соски девушки, проступившие через тонкую ткань футболки и верх бикини.

– Расслабляешься? – спросила она, кивком указав на машину.

– Ты знаешь.

– Хорошо. Ещё не побил рекорд?

Я покачал головой.

– Нет. Но побью.

Воцарилась нервная пауза.

– Ну что ж, это очень странно.

Я засмеялся, а затем с улыбкой посмотрел на неё.

– Не заметил.

– Мы должны поговорить о прошлой ночи.

– Я могу бесконечно говорить, что нет, но, наверно, мне этого не избежать.

– Линкольн, ты знаешь, что это было.

– В любом случае это было чертовски горячо. Я знаю.

– Я не это имела в виду, – она посмотрела сначала в сторону, затем на пол, – не усложняй всё.

Я снова засмеялся.

– Что, ты со мной расстаёшься?

Она зло посмотрела на меня.

– Нет! Нет. Совсем не то.

– Я понял, Бри, детка. Я – это беда на твою голову. Даже если бы наши родители не были женаты, ты бы не стала путаться с «Бэйсдом» Картером.

Её слова задели меня за живое.

Назад к карточке книги "Бэйсд (ЛП)"

itexts.net

Читать онлайн книгу «Бэйсд» бесплатно — Страница 10

– Хмм, ладно. Ты такой скучный, – надувшись, сказала Мисти.

Я откинулся на своём стуле.

– Может, ты мне расскажешь о своём самом болезненном воспоминании? Думаешь, это весело?

– Линкольн, – голос Джесс прервал короткий неловкий момент.

Я ответил на её суровый взгляд ухмылкой.

Мисти засмеялась, решив, что я пошутил.

– Ты такой забавный!

– Видишь, Джесс, я забавный.

Джесс покачала головой, а я повернулся к Мисти.

Весь вечер был невероятно неправдоподобным. На самом деле этого не должно было быть, учитывая то, чем закончилось благотворительное мероприятие. Насколько я знал, сломанная коленная чашечка Брента хорошо заживала, что только ещё больше выводило меня из себя.

Брент заслужил гораздо худшей участи. Иногда я вспоминал его лицо, когда он схватил Бри за руку, и меня переполнял гнев.

– Что ты любишь пить больше всего, Линкольн? – спросила меня Мисти.

– Не знаю. Я всегда был поклонником виски.

– Не удивительно, – сказала она и кивнула в знак согласия. – Папочка всегда пьёт виски. Ты так похож на папочку.

– А чем папочка занимается?

Мисти закатила глаза.

– Я не знаю, чем-то скучным, связанным с инвестициями. Но кому это интересно?

– Пока он не перестанет снабжать тебя деньгами, правильно?

Девушка засмеялась.

– Точно! Должна заметить, однако, есть что-то сексуальное в том, что мужчина пьёт виски.

Удивившись, я поставил стакан на стол.«Должно быть, я недооценил то, насколько эта девушка ужасна»,– подумал я.

– Почему ты так считаешь? – спросил я, не интересуясь ответом.

– Это так по-мужски. Люблю мужественных мужчин.

Я еле сдержал порыв закатить глаза.

– Почему ты считаешь это мужественным?

Мисти сделала глоток своего напитка и наклонилась над столом, практически прижав свои сиськи к моему лицу.

– Я люблю татушки как у тебя. И мужчин, которые ничего не боятся как ты.

– Понятно. Значит, ты думаешь, что я мужественный.

– Чрезвычайно.

Я вспомнил хруст своей трости, когда ударил Брента по колену, а потом по рёбрам; как целовал Бри, и то, что произошло позже, как прижимал её к стене и трахал до умопомрачения. Мы не спали вместе, но я снова и снова доводил девушку до экстаза.

На следующее утро, в день после мероприятия, я проснулся с ужасным утренним стояком. Но не мастурбировал и не мечтал об избавлении.

Бри была для меня словно чёртово лекарство или что-то вроде того.

И ко всему прочему, когда я спустился вниз для ежедневной физиотерапии, Брента не было с командой. Его заменил какой-то парень. Но когда я посмотрел на Джесс, та просто пожала плечами.

– Брент уволен, – просто сказала она. – И он не выдвинул обвинения.

– Как это возможно? – спросил я.

– Мы засняли его, когда он напал на Обри. Брент решил, что для него лучше спустить всё на тормозах, чем ходить с клеймом насильника.

Должен признать, что, несмотря на всё, связанное с Джесс, я хотел смачно поцеловать женщину в губы. Её навязчивая властолюбивая натура, наконец, сыграла мне на руку.

Дни тянулись один за другим, а я продолжал по ночам тайком проникать в комнату Обри. После того дня мы больше не слышали о Бренте.

Это были самые лучшие ночи в моей жизни. Была Обри и только Обри, её тело, губы и всё это соединилось и стало сильной потребностью. Мы каждую ночь проводили вместе и разлучались только тогда, когда были уверены, что полностью истощены.

Но потом, конечно, мама настояла на том, чтобы я пошёл на это идиотское свидание, и мне пришлось согласиться. Она всё устроила, даже заказала лимузин. Джесс сказала, что это отличный материал для документалки, и он показал бы меня в моей привычной среде. Как будто лимузин и дорогой ресторан были моей «стихией».

Подошедший официант вернул меня в настоящее. Мисти допила свой мартини и заказала ещё.

– Такой же грязный, – сказала она, снова подмигнув мне.

Я допил свой напиток и тоже заказал ещё один.

Стейк оказался вкусным и стал прекрасным поводом, чтобы отвлечься от разговоров Мисти о дизайне платьев и какой-то новой сумке, которую она купила на деньги папочки. Мне показалось, что девушка сказала – это был оригинал марки «Моника Левински», но я мог и ошибаться.

Практически не слушая её, я просто мычал в ответ. Когда я жевал сочные, вкусные куски стейка, которые запивал большими глотками дымчатого виски, то представлял, что буду делать с Обри по возвращению домой.

Мисти остановилась и уставилась на меня, и тогда я понял, что пропустил то, что она сказала.

– Абсолютно верно, – промямлил я.

Мисти засмеялась.

– Ты тоже любишь носить шёлковые стринги?

Я улыбнулся.

– Не лично я.

Мисти подалась вперёд.

– Если тебе это нравится, может мне стоит показать, что ношу я.

– Нет, спасибо, – сказал я.

Девушка не выглядела растерянной.

– Ты уверен? – спросила Мисти, надув губы. – Мне кажется, тебе понравится. Розовые и легко снимаются.

«Эта девушка серьёзна или она настолько пьяна, что не замечает камеры?»– подумал я про себя, и, посмотрев на Джесс, заметил, что та едва сдерживала улыбку.

Я снова посмотрел на Мисти.

– Ты ведь знаешь, что это ненастоящее свидание, так?

Мисти улыбнулась и допила второй бокал мартини.

– Возможно. Но я могу быть очень убедительной, когда хочу.

Я вздохнул.

– Я уверен в этом, Мисти.

Девушка снова мне улыбнулась.

– Ты когда-нибудь трахал блондинку в лимузине?

Я чуть не поперхнулся стейком.

– Нет. Не могу это утверждать.

– Ты бы хотел этого?

Я моргнул.

– Нет, спасибо.

– Мм-м, ну давай, «Бэйсд». Я думала, ты весёлый, – улыбнувшись, сказала девушка.

– Прости, Мисти. Мы не должны терять профессионализм.

– Это чудесно. Потому что по выходным я танцую стриптиз и могу продемонстрировать тебе своё мастерство.

Я чуть не свалился со стула и услышал, как кто-то из команды начал задыхаться от подавляемого смеха.

– Ты танцуешь стриптиз? Я думал, что твой отец снабжает тебя деньгами.

– Да, но стриптиз – это весело. Мне нравится, когда мужчины суют деньги в мою промежность.

Я не смог сдержаться. И как только она сказала «промежность», я засмеялся в унисон с командой. Мисти была самым нелепым человеком, которого я когда-либо встречал в своей жизни.

– Что смешного? – спросила Мисти, откинувшись назад.

Девушка казалась удивлённой.

– Ничего. Просто это слово – «промежность». Ты, правда, думала, что это сработает?

– Ты чертов засранец.

– О, ну ладно.

– Нет, чёрт возьми. Ты хоть представляешь, сколько парней мечтают об этом? – Мисти указала на себя, а я снова разразился смехом.

– Прости. Я уверен, ты очень желанна, – между приступами смеха проговорил я.

– Ты кусок дерьма. Ты прощёлкал лучший секс в своей жизни, – Мисти наклонилась вперёд. – У меня нет чёртова рвотного рефлекса.

Я окончательно потерял контроль над собой. Откинувшись назад, я смеялся во всё горло, пока Мисти всё больше краснела, выходя из себя.

– Чёрт бы побрал это всё и тебя в том числе. Тебя можно называть «Засранец» Картер.

– Ой, да ладно, подожди, – сказал я, пока Мисти поднималась.

Однако у меня не получилось остановить её, так как я всё ещё не мог прекратить смеяться.

– Нет. Ты упустил свой шанс. Отвали.

Я наблюдал за тем, как Мисти вылетела из комнаты. Спустя пару минут, наконец-таки собрав своё самообладание в кулак, я заметил, что большая часть команды смеялась вместе со мной. Все, кроме Джесс, конечно.

– Тебе и в самом деле нужно было это делать? – спросила меня Джесс.

Медленно пережевывая кусочек стейка, я ответил:

– Нет, не должен был. Но разве ты не слышала эту хрень?

– Мисти неплохо выглядит.

– Она идиотка. Это было бы слишком легко.

– Я не знала, что ты такой разборчивый, Бэйсд.

Я посмотрел на Джесс.

– ТЫ чертовски хорошо знаешь, что это так.

Джесс замолчала.

– Расплачивайся. Мы подождём тебя в машине.

Как по щелчку команда начала разбирать освещение и сворачивать оборудование. А я вернулся к столу, чтобы доесть последний кусок стейка и допить свой виски.

В целом, это был не такой уж и плохой вечер. Мне было немного не по себе, потому что я довёл Мисти до такого состояния, но и ей следовало контролировать себя. Предлагать себя на камеру всегда плохая идея.

Определённо это было не самое худшее свидание в моей жизни. В конце концов, я съел стейк.

Глава 17

Обри

Я ненавидела ревность.

Не существует ничего хуже, чем это чувство, особенно тогда, когда для него нет никаких причин. Но не чувствовать её я не могла. Только лишь от мысли на кого была похожа Мисти, и что Линкольну пришлось идти с ней на свидание, мне захотелось спрятаться под кровать.

Я знала, что мне не о чем волноваться. И просто вела себя как идиотка. Бэйсд не хотел идти на это свидание.

Но меня по-прежнему грызла ревность. И он не мог её не чувствовать. Прежде, чем уйти, Линкольн нашёл меня, целенаправленно игнорируя окружающую ауру.

– Бри, детка, как я выгляжу? – ухмыляясь, спросил он.

Я посмотрела на него. Бэйсд как и всегда выглядел великолепно, особенно в костюме.

– Ты выглядишь мило, – сказала я.

– Изображаешь недотрогу. Мне нравится.

Линкольн прошёл через комнату и, присев на кровать, притянул меня к себе. Он засмеялся и поцеловал мои губы и шею.

– Разве тебе не нужно идти на свидание? – спросила я.

– Уж не ревность ли это?

– Ничуть. Просто напоминаю.

– Не волнуйся. Я хочу только тебя.

Я оттолкнула Линкольна.

– Заканчивай с этим.

– Эй! Ну, правда, – Бэйсд обхватил моё лицо и притянул к себе. – Я тоже не в восторге от того, что происходит, но это всего лишь на пару часов.

– Знаю. Ничего страшного. Всё равно ты будешь на виду у камер. Так что вряд ли умудришься сильно всё испортить.

Линкольн усмехнулся.

– Ты бы удивилась.

– Окей, иди подоставай кого-нибудь другого.

– Ты имеешь в виду моё свидание?

– Точно.

Линкольн поцеловал меня в последний раз и встал.

– Увидимся когда я вернусь.

– Конечно. Почему бы и нет, – и отмахнувшись от Бэйсда, я сосредоточилась на открытой страничке «Фейсбука».

Рассмеявшись, Линкольн развернулся и вышел.

Этой же ночью, когда все заснули и дом погрузился в тишину, Бэйсд прокрался в мою комнату. И в прошлые ночи Линкольн заставлял меня кончать не меньше дюжины раз, но по какой-то неизвестной причине, этой ночью он был ненасытен.

Поэтому на следующее утро я проснулась разбитой. Это была приятная усталость, дурманящее удовлетворение, как после тяжёлой работы. С ревностью было окончательно и бесповоротно покончено.

Я потянулась и откинула одеяло. Самым неприятным моментом в наших с Линкольном отношениях, если их можно так назвать, было то, что он никогда не оставался на ночь. Всё, что между нами было – это тайные жесты и взгляды днём, и жаркие нетерпеливые ласки ночью.

Но и тогда нам приходилось вести себя тихо. И даже когда мне хотелось выкрикивать его имя, я лишь впивалась ногтями в спину Линкольна и шептала ему на ухо. Последнее, чего мы оба хотели – это разбудить его мать или моего отца.

Я медленно встала с кровати и вышла в коридор, ведущий в ванную. И проделав свои обычные утренние дела, вспомнила события прошлой ночи.

Руки Линкольна обхватывали моё тело, его язык между моих ног. Сильные руки держали меня за бёдра, пока Бэйсд снова и снова вколачивался в моё тело. Я сжимала пальцами простыни, и, уткнувшись лицом в подушку, старалась не стонать слишком громко.

Закончив чистить зубы и умываться, я открыла дверь ванной и едва не подпрыгнула от неожиданности.

– Привет, Обри. Доброе утро, – сказала Джесс.

– Боже, Джесс, ты меня напугала.

Джесс стояла напротив двери, прислонившись спиной к стене. Под её правой рукой была зажата какая-то серая пластиковая коробочка.

– Извини. Я искала тебя.

– Что тебе нужно?

Осмотрев коридор, я не обнаружила камер. Уже неплохо.

– Ну, я хотела кое-что тебе показать.

– Это не может подождать? Я ещё даже не оделась.

– Может, но думаю, ты бы захотела это увидеть.

– Что это?

– Пленка. Со вчерашним свиданием Линкольна.

Я моргнула.

– И почему бы я захотела это увидеть?

– Я заметила, как вы двое сблизились. Думаю, ты бы хотела знать, с каким типом имеешь дело.

Моё сердце бешено колотилось в груди, пока я смотрела на Джесс.«Она знала обо мне и Линкольне? Нет, едва ли Джесс что-то знала. Не могла знать».

– Извини. Но мне, правда, всё равно. Мы не настолько близки.

Джесс улыбнулась.

– Я знаю. Должна признаться, у меня есть корыстная цель. Я надеялась, что ты выскажешь своё мнение об этом.

– Зачем?

– Не могу решить, не чересчур ли всё это. А из всех здесь присутствующих никто не отваживается сказать мне правду.

Девушка одарила меня широкой улыбкой победителя, и я вздохнула. Должна признать, мне была интересна эта плёнка, но я с трудом верила в то, что Джесс вообще было интересно моё мнение. И всё же, так как меня это не волновало, было бы лучше, если бы я просто села и посмотрела видео. Просто чтобы сбить Джесс с толку.

Мне нечего было скрывать. Или, по крайней мере, в этом я убеждала окружающих.

– Ладно, только дай мне одеться.

Я обошла её, и зашла в свою комнату, чтобы одеться.

– Входи.

Джесс вошла, и присев на кровать, положила на плед плоскую серую штуковину. Нажатием крышки она открыла её, и тут до меня дошло, что это был портативный DVD-плеер. Я засмеялась.

– Давненько я их не видела.

Девушка ухмыльнулась.

– Да, знаю. Киноиндустрия иногда бывает старомодной.

Я села напротив Джесс.

– Напомни ещё раз, зачем мы это делаем?

– Никакой конкретной цели нет. Просто мне нужно независимое мнение. Готова?

– Конечно. Готова.

Однако я совсем не была готова.

Джесс нажала на воспроизведение.

Я смотрела на то, как Линкольн и Мисти вошли в роскошный ресторан, и их проводили в вип-зал. Бэйсд как всегда держался уверенно, даже несмотря на трость, а вот Мисти была одета совершенно неуместно. Девушка явно пыталась запихнуть свои сиськи Линкольну в лицо.

Как настоящий джентльмен, Бэйсд отодвинул для неё стул, они уселись и стали выбирать напитки.

– Мне грязный мартини, – сказала Мисти. – Очень грязный.

При этих словах девушка посмотрела на Линкольна и подмигнула ему.

Камера переключилась на Линкольна. Бэйсд ответил ей своей фирменной ухмылкой.«Неужели Линкольн всерьёз купился на это дерьмо?»

В следующем кадре Бэйсд заказал виски, и официант удалился.

– Итак, Мисти, – начал Линкольн. – Позволь кое-что у тебя спросить.

Девушка, наклонившись вперёд, хлопала глазками и выставляла свои сиськи. Смотреть на то, как Мисти домогалась Линкольна, было отвратительно.

– Окей. Спрашивай всё, что пожелаешь. Я расскажу тебе абсолютно всё.

Камера снова показала довольную ухмылку Линкольна, а его глаза откровенно шарили по телу девушки.

– Сколько тебе лет, Мисти? – спросил Бэйсд.

– Двадцать три.

Явная ложь, но Линкольн продолжал улыбаться Мисти. Официант вернулся с напитками, и они сделали заказ.

«Конечно же, в стейк-хаусе она заказала салат»,– скептически подумала я.

Как только официант ушёл, Мисти заговорила:

– Итак, Бейсд, что ты любишь делать?

– Я люблю играть на фортепьяно.

Камера переключилась на реакцию Мисти – широкая улыбка – потом вернулась к Линкольну.

– А ты?

– Я люблю вечеринки. А тебе нравятся вечеринки?

Камера показала Линкольна.

– Конечно, это весело.

Я сощурилась. «Он это серьёзно? Это всё по-настоящему? Неужели Линкольн на самом деле весь вечер флиртовал с этой девушкой, а потом пришёл домой и трахал меня?»На мгновение я почувствовала себя грязной. В это трудно было поверить, но доказательства были передо мной.

Камера снова переключилась на Мисти.

– Ты такой забавный!

Бэйсд ухмыльнулся ей и сделал глоток виски.

– Какой твой любимый напиток, Линкольн?

– Не знаю. Я из тех, кто выбирает виски.

В следующий момент камера показала, как нога девушки медленно двигалась вверх по ноге Линкольна. Камера снова вернулась к Бэйсду, который с усмешкой потягивал виски, и явно не возражал против такого развития событий. Меня стало плохо.

– Ты так похож на папочку, – сказала Мисти.

Я громко застонала, и Джесс улыбнулась мне.

– Есть что-то сексуальное в мужчине, пьющем виски, – продолжала Мисти.

– Почему ты так думаешь? – спросил Линкольн.

– Это мужественно. Мне нравятся мужественные мужчины.

«Должно быть, Мисти – самый тупой человек на свете»,– сказала я про себя. И всё же, казалось, Линкольн проглатывал всю ту чушь, которую несла девушка.

– И что, по-твоему, является мужественным? – спросил он.

– Например, мне нравятся татуировки как у тебя. И мужчины вроде тебя, которые ничего не боятся.

– То есть, ты считаешь меня мужественным?

– Чрезвычайно.

В следующем кадре к ним подошёл официант с заказом. Мисти заказала ещё один напиток – «такой же грязный», а Линкольн на очередное подмигивание только улыбнулся.

Официант ушёл.

– Знаешь, Линкольн, одна из моих самых любимых вещей в мире – это сексуальное шёлковое белье, – сказала Мисти.

– Точно, согласен, – хрюкнул «Бэйсд».

– Думаю, тебе бы понравилось. Розовое и такое, чтобы его можно было легко снять.

– Звучит мило, – сказал Линкольн.

Камера показала его усмешку.

– Я могу быть очень убедительной, – сказала Мисти, снова погладив бедро Линкольна своей ногой.

– Я в этом не сомневаюсь, Мисти.

Сцена закончилась на том, как они ели, и улыбались друг другу.

Джесс убрала плеер. Шокированная, я откинулась назад. Мне пришлось сопротивляться настойчивому желанию придушить мерзавца.

– Что думаешь?

Я посмотрела на Джесс, отчаянно попытавшись сохранить безразличное лицо.

– Кажется, им было весело.

– С ума сойти, верно?

– Наверное. Разве это не похоже на Линкольна?

– Похоже. Но тебе не кажется, что это было слишком?

– Не знаю. Я, правда, ничего не знаю.

Мне захотелось убежать. Я хотела, чтобы Джесс побыстрее убралась из моей комнаты.

«Как Линкольн мог флиртовать с такой шлюхой?» Я была бледна, и мне было больно, но больше всего – сбита с толку. Бэйсд не был похож на того, кто поведётся на такой явный и глупый флирт. И всё же, судя по видео, Линкольн попался.

И самое ужасное, что после этого он вернулся домой и трахнул меня.

– Что-то не так? – спросила Джесс.

– Нет. Просто мне нехорошо. Ты зашла в неудачный момент.

Джесси улыбнулась.

– Извини, иногда меня заносит.

– Всё в порядке. Мне просто нужно прилечь.

– Конечно, без проблем. Может быть, я позже покажу тебе остальное. Это довольно бессмысленно, – Джесс встала, и улыбнулась. – Спасибо за помощь.

– Конечно.

Девушка развернулась и вышла из комнаты.

Я уткнулась лицом в подушку и закричала. На секунду мне стало лучше. Я едва могла усидеть на месте от злости и нервозности. Хотелось сбежать по лестнице и обличить Линкольна в присутствии всех, но я знала, что это безумие.

«Зачем вообще Джесс показала мне видео?»Предполагалось, что я сводная сестра Линкольна. Чем больше я думала об этом, тем более странной казался мне беседа. Джесс вообще не волновало, что я думала о съёмке. Фактически, когда я сказала, что неважно себя чувствую, она выглядела очень довольной.

«Неужели сучка показала мне всю эту мерзкую сценку только для того, чтобы вывести меня из себя? Не исключено, что так».

Но от этого лучше мне не стало. Я по-прежнему хотела хоть что-нибудь сделать со своими чувствами, но не могла рисковать и идти на поводу у Джесс.

Вместо этого, сев обратно на кровать, убивала время до перерыва в съёмках. Я знала, где найду его.

И было бы неплохо, если бы этот ублюдок к тому моменту придумал, что сказать.

***

Я нашла Линкольна играющим в «Пинбол». Неизменно во время перерыва между утренними и дневными съемками, Бэйсд приходил в игровую и срывал гнев на «Пинболе». Раньше Линкольн играл на фортепьяно, но с тех пор, как мы стали спать друг с другом, он всё реже и реже приходил в музыкальную комнату. Я несколько раз наблюдала за ним, но чаще всего оставляла одного, чтобы нас не заметили вместе.

Но, возможно, было уже поздновато волноваться об этом, раз Джесс что-то заметила.

Я стояла, облокотившись на стол для пула, и смотрела, как Линкольн играл, мои эмоции представляли собой смесь замешательства и гнева. Мне нелегко было поверить, но я видела всё своими глазами. Линкольн флиртовал с тупейшей девкой на свете, бесстыдно, прямо перед камерой.

Наконец, я громко кашлянула. Линкольн повернулся и удивился.

– Бри, детка. Давно ты здесь?

– Недавно. Нам нужно поговорить.

Ухмылка мужчины поблекла, когда он услышал, каким тоном это было сказано.

– Что случилось?

Я собралась с духом.

– Джесс приходила ко мне сегодня утром.

– Что ей было нужно?

– Она мне кое-что показала.

Линкольн вздохнул, ехидно улыбнулся и скрестил руки.

– Ты будешь ходить вокруг да около или, наконец, расскажешь мне, в чём дело?

– Я злюсь, Линкольн, – выдохнула я. – Ты серьёзно? Мисти?

– Мисти? – Бэйсд поднял голову, а затем расхохотался. – Ты имеешь в виду дурочку с моего благотворительного свидания?

– Да, эту Мисти, – взглядом я сверлила Линкольна. – Джесс показала мне съёмку вашего свидания.

– Окей. Но я всё равно не понимаю, чем ты расстроена.

Удивившись, я посмотрела на Бэйсда.«Он что, бредит?»

– Слушай, я понимаю, что то, что между нами происходит, должно оставаться в тайне, и мы на самом деле не встречаемся или что-то в этом роде, но мне было противно смотреть на то, как ты флиртуешь с этой дурой.

Линкольн растерянно посмотрел на меня.

– Флиртую? Ты чокнулась? Эта девка была мерзкой.

– Джесс мне показала другое.

– Твою мать, – сказал он. – Скажи мне точно, что ты видела.

Я скривилась.

– Не хочу это пересказывать.

– Бри, послушай меня. Это важно. Скажи мне точно, что ты видела на плёнке.

Я уставилась на Линкольна, не уверенная, что мне нужно было сделать, но что-то в его взгляде убедило меня. И поэтому начала рассказывать всё с самого начала. Линкольн слушал и кивал, до тех пор, пока я не перешла к моменту с его флиртом.

– Этого не было, – сказал мужчина.

– Чего именно?

– Ноги Мисти на моей? Она сделала это. Но я сразу же отодвинул свою ногу.

– На пленке всё выглядело так, как будто тебе понравилось, – медленно проговорила я.

– Что ещё там было?

К тому моменту, когда я закончила рассказ, лицо Линкольна выражало чистую ярость.

– Чёртова сука, – сказал «Бэйсд».

– Ты хочешь сказать, что она меня обманула?

– Всё это было, но Джесс многое пропустила. И не всё из этого происходило в таком порядке.

– О чём ты говоришь?

– Твою мать, – он пододвинулся ко мне. – Слушай, Бри, эта девчонка была чокнутой. Да, Мисти заигрывала со мной. Но я отшил её, и она сразу же отвалила. Держу пари, этого Джесс тебе не показала.

Я отрицательно покачала головой.

– На самом деле, Джесс больше ничего не показывала.

– Джесс обрезала запись, чтобы всё выглядело так, будто я запал на Мисти. Но этого не было.

– Зачем ей это делать?

Линкольн огорченно вздохнул.

– Твою мать, да я понятия не имею.

– Что если Джесс всё знает?

– Она не знает, – твёрдо сказал мужчина. – Но опредёленно происходит что-то странное.

Я замолчала.

– И ты, правда, не флиртовал с этой девчонкой?

Выражение лица Линкольна смягчилось, и он обнял меня. В первую секунду мне хотелось его оттолкнуть, но лицо Бэйсда было таким взволнованным, а прикосновение таким приятным, что я растаяла в его объятиях.

– Нет. Клянусь.

– Это грёбаный дурдом, – прошептала я.

– Да, есть немного.

Я отодвинулась.

– Мне нужно идти.

– Нас больше не должны видеть днём вместе. Я имею в виду, не нужно меня избегать, но и не пытайся искать меня.

– Как всё запуталось.

– Знаю. Чертовски запуталось.

Я развернулась и направилась к двери.

– Я разберусь с этим, – сказал мне Линкольн.

Я посмотрела на него, и внутри меня что-то оборвалось. Мне не хотелось говорить, правда не хотелось, но я знала, что так было правильно.

– Не приходи ко мне сегодня. Давай сделаем перерыв. Ненадолго. Пока не разберёмся со всем этим.

Линкольн молча сверлил меня взглядом в течение секунды.

– Окей. Я сообщу, когда что-нибудь узнаю.

– Хорошо.

Я выходила из комнаты как по раскалённым углям. Уходить мне не хотелось, но я понимала, что это значит, и так же знала, что так было правильно. Джесс, шныряющая вокруг, была опасна.

Вернувшись в главную часть дома, я осознала, что с тех пор как мы начали... то, что начали, мне впервые нечего было ждать дальше.

Я надеялась, что не совершила огромную ошибку.

И уже начала скучать по горячим ночным прикосновениям Линкольна.

Глава 18

Линкольн

Этой ночью я проснулся из-за кошмаров, весь покрытый потом, и меня трясло, но это было впервые с тех пор, как мы с Бри стали спать вместе.

Чёрт, не видеться с Бри было даже хуже, чем ходить с посиневшими яйцами. Рядом с ней я не просыпался из-за зубодробительных кошмаров, которые выворачивали меня наизнанку.

Выбравшись из кровати, я оделся и умылся, но по-прежнему был зол и полон решимости всё изменить.

«Сколько ещё раз я буду просыпаться таким образом? И сколько кошмаров мне придётся увидеть?»

Несмотря на плохой сон, моим ногам было легче. С каждым днем были небольшие улучшения. Трейси была поражена тем, что я вернул себе такую гибкость, и боль понемногу отступала, но для меня это было логично. Так как я каждый день, часами напролёт, занимался жёсткой и изнурительной физиотерапией, и мне, чёрт побери, нужен был результат.

Плюс, я не тот, кто останавливался на полпути. Мне нужно было полностью восстановить свои ноги.

Я спустился вниз по ступеням, направившись в дальнее крыло дома. Целеустремленность была написана на моём лице, и мне нужно было идти на физиотерапию, но я так же понимал, что не смогу оставить всё как есть.

Я толкнул дверь, ведущую на боковую террасу. Это была застеклённая комната, охлаждаемая летом, но без подогрева зимой. Всё убранство комнаты составляли растения, расставленные по подоконникам, и простая мебель.

Как и ожидалось, в кресле сидел Клифф. Когда я вошёл, он оторвался от газеты.

– Доброе утро, Линкольн. Я не видел тебя уж несколько дней.

– Клифф, – кивнув, сказал я.

– Присаживайся. Кофе?

– Да, конечно.

Я дохромал до маленького столика, отодвинул кресло и сел напротив него. И налил себе кофе из металлического кофейника, который Клифф поставил на серебряный поднос.

Типичный, чёрт его побери, Клифф. Даже обычным утром он вёл себя по-королевски. Да, у меня тоже были деньги, но я ненавидел выставлять это напоказ. Между богатым и омерзительно богатым была граница, и Клифф пересекал её при первой возможности.

– Чем могу помочь? – спросил он, пока я сделал глоток кофе.

– Нам нужно поговорить.

– Что ж, – мужчина отложил газету и снял очки для чтения. – Давай поговорим.

– Ты знаешь, что вчера выкинул твой продюсер?

Клифф пожал плечами.

– Наверняка что-то, что тебя раздражает. Если уж я должен догадываться.

– Да, чертовски верно.

– Линкольн, я не уверен, что хочу об этом знать.

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13

www.litlib.net

Читать онлайн книгу «Бэйсд» бесплатно — Страница 3

Я открыл заднюю дверь. Мой член уже начал твердеть, когда я, хромая, пересекал газон, по направлению к ней. Мы могли побыть наедине, пока съёмочная группа собирала оборудование и разбирала декорации.

– Эй, – позвал я.

Она посмотрела на меня с отвращением.

– Что тебе нужно, Линкольн? Хочешь ещё больше смутить меня?

– Я не собирался тебя смущать, – сказал я, садясь в свободное кресло рядом с ней. Боль разлилась по конечностям, но я не обращал на неё внимания. – Может, немного завести.

– Отлично получилось. Я на взводе. На самом деле, я просто в бешенстве.

– Я так и понял. Ты зла на меня.

– Ты исчез, даже не позаботившись о том, чтобы позвонить. Я думала мы... – она оборвала себя и отвернулась. – Я думала, мы будем друзьями.

– Ага, друзьями, – ответил я.

Бри снова посмотрела на меня.

– Что?

Я покачал головой.

– Ничего. Слушай, ты дала интервью, так что я твой должник.

Она моргнула и расслабилась.

– Я думала, что договор потерял силу, потому что я ушла.

– Я сдержу своё слово, несмотря на то, что ты ответила лишь на несколько вопросов.

– Хорошо, – сказала она, явно успокоившись. – Спасибо, наверное.

– Но Джесс хочет, чтобы ты участвовала в съёмках. Просто чтобы ты знала.

– А я по-прежнему не хочу этого.

– Я знаю. И не пытаюсь тебя заставить.

– Ладно, а что тогда ты делаешь?

– Смотрю на тебя. – Я улыбнулся. – Ты чертовски хороша в бешенстве.

Она закатила глаза.

– Прекрати, Линкольн.

– Здесь нет камер, Бри, детка. Нет нужды притворяться.

Она снова смерила меня взглядом.

– Я не притворяюсь. И действительно не хочу слушать это.

Я засмеялся.

– Конечно, как пожелаешь. Пусть будет так.

– Ты всегда такой?

– По большей части да.

Наступила тишина, и Обри стала всматриваться в гладь бассейна. Наконец, когда я собирался нарушить молчание, она снова посмотрела на меня.

– И всё же, почему ты исчез тогда?

– Что ты имеешь в виду?

– Ну, тогда, после свадьбы. Ты просто уехал и никогда больше не возвращался.

– Ты знаешь почему.

Бри пристально смотрела на меня.

– Как ты сказал на интервью, ты был очень занят.

Я поднялся на ноги.

– Точно. Именно поэтому. Ладно, Джесс и команда скоро закончат, так что я лучше пойду. Увидимся.

– Да, конечно.

Я улыбнулся ей напоследок, повернулся и направился к дому. И чувствовал, как она пялится на мою спину. Ну и пусть. Я не собирался мешать ей притворяться, будто ничего не происходит.

Но я был не в силах притворяться во время этих долгих съёмок. О чём я думал, дразня Бри на интервью? Каждый, кто посмотрит этот фильм, сразу поймёт, чего я от неё хочу.

Все, что мне было нужно от Бри – это её нежный рот, обхвативший мой член; мои руки, скользящие во влажное местечко между девичьих ног. Я хотел сделать так, чтобы все её тело сотрясал оргазм.

Зайдя в дом, я стал более осторожен. Несмотря на то, что до приезда Бри я проводил дни за бесконечной чередой курсов физиотерапии, я не мог поддаться соблазну. Не мог рисковать не столько из-за себя, сколько из-за неё.

Я открыл дверь и увидел приближающуюся команду. Затем изобразил одну из лучших улыбок для камер и приготовился к ещё большему дерьму.

Бесконечному дерьму, в которое превратилась моя жизнь.

Глава 5

Обри

Я избегала его как зачумлённого после того случая.

Это оказалось на удивление просто. Несмотря на то, как Картер пытался вывести меня в первые два дня, он успокоился и, кажется, тоже избегал меня. Очень кстати оказывалось так, что когда я была дома, парень был слишком занят со своим физиотерапевтом и съёмочной группой, чтобы беспокоить. Меня это вполне устраивало, потому что я его не выносила.

Я не могла выкинуть из головы интервью. То, как он смотрел на меня, улыбался, так самоуверенно и дерзко, то, как напрягались его мускулы, когда Бэйсд поворачивался ко мне. Татушки, обвивающие его руки, и пресс, который я видела каждый раз, когда Линкольн менял позу на стуле.

Даже будучи мудаком, он был ужасно привлекательным.

«Здесь нет камер, Бри, детка»,– сказал он после интервью.

Но они всегда были рядом, а мы оба притворялись, будто не было того сокровенного вечера. Всё так запуталось. Впрочем, кажется, его это не смущало. Он постоянно намекал на тот поцелуй, и на секунду мне показалось, что Картер признается, что уехал тогда в Европу из-за меня. Но вместо этого Бэйсд улыбнулся в своей обычной дерзкой манере и увернулся от всех вопросов.

Но в одном он был прав. Я тоже не слишком пыталась его найти. Я мечтала снова и снова, что он позвонит, напишет или пришлет e-mail, просто скажет: «Привет», пусть как мой сводный брат. Но этого не произошло, а я слишком боялась прервать молчание. Мы оба были виноваты.

Несмотря на всё это, несмотря на то, что от его взгляда я теряла самообладание, я постоянно думала о нем. Мимолётно видела его в каждом уголке дома, но мы не пересекались, будто две луны, находившиеся на противоположных сторонах планеты. Я, может, и хотела бы быть ближе к нему, но не позволяла себе.

Спустя три дня после интервью, которое оказалось катастрофой, я снова сидела у бассейна, прокручивая новости в телефоне, безумно скучая и страстно желая, чтобы кто-нибудь ещё был дома, когда внезапно приехала Джулс.

– Обри, дорогая, – позвала она.

– Привет, Джулс.

Она присела на край моего шезлонга.

– Как дела?

– Хорошо, правда, немного скучно.

– Тебе скучно? Даже со всеми этими камерами?

Я засмеялась.

– Не все любят быть на экране.

– О, полагаю, ты права.

– В чём дело, Джулс?

– Я знаю, ты согласилась помочь мне с мероприятиями, и я, наконец, нашла для тебя работу.

Я понимала, что рано или поздно это произойдёт. Джулс хоть и глупая, но никогда не забывала обещания.

– Рада помочь, – солгала я.

– Это так мило с твоей стороны. Ну, у нас состоится небольшой раут, что-то вроде небольшого собрания, но есть проблемы с местом проведения. Мне нужно, чтобы ты нашла, где собрать триста человек.

Я моргнула.

– Триста человек?

– Ну, скорее, ближе к четырёмстам. Чтобы не прогадать.

Я вздохнула.

– Ладно, я найду что-нибудь подходящее. – А про себя подумала, что наши понятия о маленьком мероприятии не совпадают.

– Замечательно, – радостно сказала она. – Я отправлю тебе по почте всю необходимую информацию.

– Отлично.

Она широко мне улыбнулась.

– Ну, а как у вас дела с Линкольном?

Я пожала плечами и отвела взгляд.

– Относительно неплохо. Мы редко видимся.

– Сделайте усилие и сможете быть друзьями. Я знаю, он высокого мнения о тебе.

Я моргнула от удивления и снова посмотрела на нее.

– Неужели? Я этого не знала.

– О, ну, конечно. Он всегда спрашивал о тебе, до несчастного случая.

– Правда?

– Конечно. Даже хотел навестить, кода вышел из тюрьмы. Но он этого не сделал.

– Нет, не сделал.

– Ну, – сказала она, похлопав меня по ноге, – ещё раз спасибо, дорогая. Я пойду, мне нужно сделать несколько звонков.

Джулс встала.

– Да, конечно. Без проблем.

– Увидимся позже! – прокричала она, направившись к дому.

Я даже не поняла, как мачеха ушла. Линкольн постоянно спрашивал обо мне? Почему она не упоминала об этом? Я осознала, что, наверно, потому, что, закончив школу, я не особо общалась с Джулс. Нахмурившись, я пообещала себе, что постараюсь проводить с ней больше времени, пока нахожусь дома.

Намного шокирующей, однако, оказалась новость о том, что Линкольн был высокого мнения обо мне. Что происходило с этим парнем? В одну секунду он выводил меня из себя перед камерами, а в другую – говорил о том, что нам вообще не следовало обсуждать произошедшее между нами. Я не знала, что и думать. Ко всему прочему, Бэйсд спрашивал обо мне, будто ему было дело до моей жизни. Каждый раз, узнавая Картера с новой для себя стороны, я чувствовала себя всё более растерянной и всё сильнее хотела находиться рядом с ним. Хотела изучать его, узнать, что же скрывалось за его татушками, хромотой и бравадой, которую Линкольн напускал на себя.

«Я не должна так думать»,– повторяла я себе это тысячи раз. –«Он мой сводный брат. Мне не нужно ничего знать о нём».

Однако, он всё ещё мой должник. Я не задумывалась над этим всерьёз, но это могло сыграть мне на руку. Может, мне удастся заставить его сделать такое, что смутит Картера, например, надеть платье на сеанс физиотерапии, но это слишком по-детски. Или, может, спихнуть ему часть моей работы. Телефон по-прежнему молчал, и по-прежнему никого из друзей не было дома.

Я встряхнула головой, совершенно не зная, что делать дальше. Я так многого хотела от него; например, хотела бы, чтобы он находился без рубашки у меня в спальне в течение недели. Но, с другой стороны, я хотела бы, чтобы Линкольн больше не дразнил меня.

А он даже не пояснил, какую услугу имел в виду. Предполагалось, что я попрошу что-нибудь мне купить или что-нибудь более пошлое?

И почему я всё время представляла его без рубашки?

Как всё запутано. Я встала, потянулась и направилась прямо к дому, надеясь, что Линкольн до сих пор на сеансе физиотерапии. Открыла дверь в кухню и резко остановилась, когда увидела, кто стоял у холодильника. Даже находясь дома, я не ожидала встретить его.

– Папа, – позвала я.

Он повернулся, удивлённый не меньше меня. У него ушла секунда, на то, чтобы как-то отреагировать. И реакцией стала широченная улыбка, затем он засмеялся.

– Обри? Что ты здесь делаешь?

Он подошёл и заключил меня в объятия. Я тоже обняла его немного робко и неуверенно. Папа очень эмоциональный мужчина и никогда не стесняется выражать свои чувства, но я долго не видела его. Правда заключалась в том, что в детстве я редко видела папу, и росла сама по себе после смерти мамы. Мне тогда было двенадцать.

– Джулс заставила меня приехать домой, – сказала я.

Он сделал шаг назад и улыбнулся.

– Очень похоже на неё.

Отец постарел. Я не видела его около года, хотя мы общались по телефону настолько часто, насколько позволяло его расписание. Похудел на несколько фунтов, а волосы отросли и поседели, но было ещё что-то. Может, больше морщинок у уголков рта и глаз, а может, здоровый загар. В любом случае, выглядел он утомлённым.

– Где ты был?

Папа вздохнул и подошёл к холодильнику, взял содовую и закрыл дверь.

– В Лос-Анджелесе по работе. Искал новые места. Ты когда-нибудь была в Долине Смерти?

Я засмеялась.

– Нет, папа. Я почти всё время была в Индиане.

– Что ж, по-моему, тебе следует съездить туда. Может показаться, что там нет ничего особенного, но столько красоты скрывается под кучей пыли и песка. Восхитительное место.

Я снова засмеялась.

– Конечно. Обязательно съезжу.

– Так как же Джулс заставила тебя приехать? Впервые, по-моему, за три года?

– Ага, три года. Она попросила помочь с организацией нескольких мероприятий. А ещё сказала, что ты скучаешь по мне.

– Понятно, – кивнул он. – Классический родительский приём. Вынужден признать, что не мог ничего с этим поделать. Но я, правда, рад, что ты здесь.

– Спасибо, папа.

– Что нового? Удачно окончила семестр?

– Да, спасибо. Я рассказывала тебе о новом проекте, которым занимаюсь в лаборатории. Думаю, с результатами экзаменов всё в порядке, но с высшей химией нельзя быть полностью уверенным.

– Высшая химия. Боль всей моей жизни.

Я засмеялась.

– О, понимаю. – Я замолчала и посмотрела в сторону комнаты, откуда, по моему мнению, исходили стоны. Возможно, Линкольн пытался произвести впечатление на симпатичную девушку-физиотерапевта. – Ты знал, что Линкольн дома?

– Разумеется.

– И что?

Он на секунду задумался.

– Ну, ты же слышала о несчастном случае. Ему нужно было место, где он мог бы восстановиться после травмы, подальше от всякого дерьма, ты понимаешь. Я и предложил ему приехать сюда.

Я приподняла бровь.

– Подальше от дерьма? И, само собой, ты решил всё снимать.

Папа неуверенно улыбнулся.

– Что мне ответить, милая. Когда есть возможность, я её использую.

Я облокотилась на барную стойку и вздохнула.

– Как долго он здесь пробудет?

– Столько, сколько продлиться его лечение, наверно. А что, съёмочная группа мешает тебе?

– Нет, ничуть. А вообще да, немного.

– Чем конкретно? Я могу поговорить с Джесс, если хочешь.

– Нет, правда, не нужно. Я просто не привыкла, что меня окружают камеры.

– Понятно. А почему бы тебе не принять участие в съёмках?

– Не знаю. Съёмки – это не моя история.

– Ты моя дочь. Разумеется, это твоя история.

– Но вся эта дребедень с «Бэйсдом» Линкольном не мой стиль.

– Даже если и так, вы теперь брат и сестра. Тебе пойдёт на пользу, если проведёшь с ним время.

– Просто потому, что это выгодно тебе я должна принимать участие в съемках.

Он засмеялся.

– Нет, правда, если не хочешь, можешь не участвовать в этом, я скажу Джесс, чтобы она вырезала все эпизоды с тобой. Просто мне кажется, что вам с Линкольном это пойдёт на пользу.

– Да, может быть, – неуверенно сказала я.

Он подошёл и положил руки мне на плечи.

– Слушай, я не заставляю тебя делать то, чего ты не хочешь. Но Линкольн постоянно будет рядом, и было бы неплохо вам подружиться.

Я вскинула голову.

– Постой, что? Он будет рядом постоянно?

– Абсолютно точно. Он не вернётся в Европу.

Я этого не знала. Линкольн не говорил ничего о том, что не собирается уезжать, и я сделала вывод, что он находится дома временно, пока не встанет на ноги.

– Но почему?

Папа отошёл и скорчил гримасу.

– Ты не знаешь об этом.

– Не знаю о чём?

Он вздохнул.

– Я не думаю, что Линкольн хочет, чтобы люди знали, но ты его семья. Врачи сказали, что он никогда больше не сможет прыгать. Любое неудачное приземление чревато для него серьёзными последствиями.

У меня отвисла челюсть.

– Да ладно?

– Да, я был там, когда ему сообщили эту новость.

– Но бэйсджампинг – это его жизнь.

– Да, милая. Так и было.

– А как же терапия?

– Она поможет ему снова самостоятельно ходить не испытывая сильной боли. Он, в самом деле, очень неудачно приземлился, Бри.

Я не могла поверить в то, что слышала. Вся жизнь Линкольна, должно быть, разлетелась на кусочки; пострадали не только ноги, но и его дальнейшая карьера. Но он даже вида не подал, что ему не наплевать на это. Несмотря ни на что, Картер надрывал свой зад, чтобы прийти в форму. Не удивительно, что он немного раздражён.

– Ладно, мне нужно распаковать чемоданы. Оставим то, что я сказал, между нами, договорились? Не хочу, чтобы бедняга ещё больше расстраивался.

– Конечно, папа.

Он снова улыбнулся.

– Был рад тебя увидеть, милая.

– Я тоже.

Он повернулся и ушёл, поднявшись вверх по лестнице.

Я подумала про себя, что даже представить не могла, насколько Линкольну было тяжело. Большую часть жизни он провёл, прыгая со зданий, рискуя собой по непонятным мне причинам, и всё это, что так много для него значило, потерял в одночасье. Я понимала, ему повезло, что он остался в живых, но я только и думала о том, как же парень себя чувствует, осознавая всё это.

Я увидела его в совершенно другом свете. Он был таким дерзким и великолепным, моим сводным братом, а ещё был совершенно разбит. И мы понятия не имели, удастся ли ему собрать себя снова по кусочкам.

Совершенно растерянная, я подошла к лестнице, чтобы подняться, принять душ и переодеться. Я всё время думала о Линкольне, о татушках, обвивающих его руки, о том, как при малейшем движении перекатывались его мускулы, о том, как он притворялся, что ему не больно, когда садился рядом со мной.

Что-то неведомое мне заставляло его двигаться вперёд, несмотря ни на что.

Глава 6

Линкольн

Я прижался к её спине, крепко, наши тела, блестевшие от пота, разделяли какие-то миллиметры. Я мычал от удовольствия смешанного с болью и задвигался ещё сильнее, ещё ближе, настолько, что чувствовал её дыхание на шее. Мне показалось, что я услышал стон, но не был в этом уверен. Наши тела переплелись, и я не мог понять, где заканчивается моё тело и начинается её.

Я продолжал двигаться. Я хотел достичь своей цели. Хотел пройти весь путь и дойти до конца.

– Это всё, на что ты способен? – спросила она.

– Чёрт, ничего подобного, – простонал я.

– Давай же. Двигайся сильнее.

– Я двигаюсь, чёрт возьми.

– Сильнее.

Я протянул руку, схватил её ступни и потом свалился на спину, задыхаясь. Трейси, мой физиотерапевт, настоящая садистка, встала и рассмеялась надо мной.

– Ты большой ребёнок. Мы просто немного растянули тебя.

Я хотел было сорваться на неё, но камеры были рядом. И, честно говоря, я был слишком утомлён, чтобы придумать достойный ответ, который не походил бы на детское нытье.

– Длинный день, – вместо этого проворчал я.

– И, правда. Ты молодец.

Она протянула руку, и я ухватился за неё, чтобы встать. Мои ноги тряслись, но я не распластался на полу, что, несомненно, было большим достижением. Точнее болезненным, шатким, но всё же шагом вперед.

Женщина вернула мне трость, и я опёрся на неё, моя белая футболка пропиталась потом.

– Завтра в это же время? – спросила она.

– Будто ты не знаешь.

– Ты отлично справляешься, Линкольн. Правда. Большинство моих пациентов и вполовину так усердно не трудились, и никто не достиг таких успехов, как ты.

– Спасибо, Трейси.

Она улыбнулась и пошла к своим вещам, чтобы обтереться полотенцем и выпить воды. Я мгновение наблюдал за ней, но быстро отвернулся, не заинтересовавшись. Безусловно, то, что она стройная блондинка с шикарными сиськами – это плюс, но было в ней что-то обыденное. Осознал я и то, что неделю назад так не думал.

Обри всё изменила.

Я не мог выбросить из головы свою чёртову сводную сестру.

Я взглянул на Джесс и пошёл к своим вещам, вытерся полотенцем, выпил воды и переоделся. Само собой, это всё снимали камеры, потому что они для этого и находились в доме. Но почему-то они меня раздражали, и мне хотелось хотя бы одну гребаную секунду перевести дыхание не притворяясь, что я не испытываю мучительную боль каждую секунду.

– Джесс, ты не возражаешь?

– О чём ты, Линкольн?

Я посмотрел на неё.

– Я спросил, ты не возражаешь оставить меня одного ненадолго?

Она вскинула голову.

– В чём дело?

– Я устал. Просто хочу побыть недолго без камер.

Я знал, что мне просто следовало замолчать и не обращать на них внимания. Я знал, что они, скорее всего, вырежут это или выставят как мои эмоциональные переживания и внутреннюю борьбу. Но не мог ничего с собой поделать. Я человек, и мне свойственны человеческие чувства. Я был раздражён. В конце концов, я же не отказался от этого дерьма совсем.

– Это тоже должно быть в кадре, Линкольн.

– Знаю, просто дай мне несколько секунд.

Она вздохнула.

– Ладно, сделаем перерыв.

Я кивнул ей, когда команда выключила камеры и куда-то исчезла, наверно, чтобы покурить или заняться чем-нибудь ещё. Джесс осталась и подошла ко мне.

– В чём дело? Обычно ты спокойнее.

– Всё нормально. Просто плохой день.

Она нахмурилась и подошла ближе.

– Я могу чём-нибудь помочь?

Я приподнял бровь. Этот тон я слышал множество раз от множества других женщин и сразу распознал его. Это был тон «позволь мне трахнуть тебя и ты забудешь о боли», и, обычно, ответ был положительный.

Но у меня, в самом деле, не было настроения.

– Нет, я в порядке. Хочу принять душ. А после сам найду парней.

– Ладно. Уверен, что тебе не нужна помощь?

Я начал её рассматривать. Она призывно раскрыла губы. Хотя Джесс напыщенная и высокомерная, но, несомненно, красивая. Длинные чёрные волосы, блестящие голубые глаза, которые женщина скрывала за очками, и только слегка приоткрытая ложбинка. Но всё это не производило на меня впечатления.

– Абсолютно.

Я поковылял из комнаты так быстро, как только мог, даже не потрудившись оглянуться на неё.

У меня в запасе было минут пятнадцать, в лучшем случае двадцать. Я поднялся наверх, потеряв несколько минут на лестнице, и пошёл по длинному залу к дальнему концу второго этажа. Открыл самую крайнюю дверь слева и вошёл в комнату.

Она была практически пуста, с паркетным полом и кабинетным роялем, который стоял в самом центре. Когда-то давно, это, наверно, была музыкальная и танцевальная комната, но, видимо, ей больше не пользовались в этих целях. Я присел на скамью возле рояля, открыл крышку и начал играть.

Мне заметно полегчало. После несчастного случая только музыка помогала мне успокоиться. Музыка и выбивание дури из пинбольных автоматов, которые стояли внизу. Я не лучший музыкант на свете, но в детстве брал уроки и возобновил их, когда несколько месяцев жил в Хельсинки. Там у меня был друг, очень талантливый альпинист, который также давал уроки игры на рояле, чтобы подработать. Он многому меня научил, по крайней мере, я стал уверенным в своих силах настолько, что мог играть перед публикой.

Но в тот момент я никого не хотел видеть. Всё, что мне было нужно – это музыка, льющаяся из-под клавиш, темп и нойз, мои ноги, нажимающие на педали, несмотря на боль.

Это было моё утешение, и я тщательно скрывал его от камер. Я не мог себе представить, чтобы эти два мира смешались. Они засекли меня, когда я играл в пинбол, но я не собирался позволить им засечь меня за игрой на рояле.

Когда я закончил играть простой концерт, которому меня научил Сорен, дверь с треском распахнулась. Я сразу остановился и развернулся.

– Линкольн?

Прямо в дверном проёме стояла Обри с влажными после душа волосами. На ней был обтягивающий чёрный топ на бретельках и короткие джинсовые шорты, и я мог видеть лямку лифчика, выглядывающего из-под топа. Чёрного кружевного лифчика. Я чувствовал, как напрягался мой член, когда я представил её только в чёрном лифчике и таких же трусиках.

– Привет, Бри, детка, – сказал я.

– Что ты делаешь?

– Мастурбирую.

Она скорчила гримасу.

– Какая гадость.

Я пожал плечами.

– Ты сама спросила.

– Ну, серьезно, это ты играл?

Я кивнул, немного смущённый, хотя и не понимал почему.

– Да, я.

Бри зашла в комнату, скрестив руки на груди.

– Я не знала, что ты умеешь играть.

– Я просто любитель. А что, игра на рояле не подходит образу «Бэйсда» Картера?

– Я не это имела в виду. Просто удивилась.

Я улыбнулся, радуясь тому, как легко её смутить. Она нахмурилась.

– Расслабься, я просто дразню тебя.

Я снова повернулся к роялю, немного нервничая. Я очень давно не нервничал. И чувствовал затылком, что она смотрела на меня, когда я заиграл мелодию.

– Очень красиво, – сказала Бри и подошла ко мне.

Я помахал ей и предложил присесть рядом.

Она села, а я продолжил играть.

– Что это?

– Песня Ника Кейва, называется«Ко мне в руки».

– Любовная песня?

– Да, что-то типа того.

– Она со словами?

– Конечно.

Девушка улыбнулась.

– Спой для меня.

Я засмеялся.

– Ты уверена, что хочешь этого?

– Пожалуйста?

– Это будет считаться услугой?

– Нет, просто хочу услышать эту песню.

Я вздохнул. Когда музыка подошла к припеву, я запел:

О, не касайся своих волос

Оставь всё как есть

Если он посчитает нужным, то направит тебя

Тогда он направит тебя прямо ко мне в руки

Ко мне в руки, о Боже

Ко мне в руки, о Боже

Ко мне в руки, о Боже

Ко мне в руки, о Боже.

Я остановился, внезапно почувствовав себя слишком смущённым, чтобы продолжать. Бри пристально смотрела на меня каким-то странным взглядом, её чертовски сексуальный ротик наполовину приоткрылся, а тело тесно прижалось к моему на узкой скамейке. Я ощущал тепло и нежную кожу ноги Бри, прижатой к моей ноге. Я не знал, о чём она думала, но представлял, как странно я должно быть выглядел.

– Это всё? – спросила она.

– Нет, она намного длиннее.

– Спой до конца.

– Не могу, – сказал я. – Забыл слова.

Бри нахмурилась.

– Она, правда, очень красивая.

Я засмеялся.

– Что ж, послушай как-нибудь оригинал.

– Ник Кейв?

– Ага. Тёмный Принц рок-н-ролла.

– Странный псевдоним для парня, пишущего песни о любви.

– Послушай что-нибудь ещё у него.

Бри засмеялась, а я заиграл ещё один простой концерт.

– Так что же ты делаешь здесь, Бри?

– А что, мне нельзя поговорить с тобой?

– Конечно можно. Просто ты избегала меня несколько дней. Я думал, ты ещё злишься из-за интервью.

– Да, я злюсь. То есть, я пытаюсь успокоиться.

– Хорошо. Много думала о том, что я говорил?

Она задумалась.

– Ты знал, что папа приехал?

Я внезапно остановился. Никто не сказал мне, что Клифф вернулся. Он определённо был последним человеком на земле, кого я хотел бы видеть, особенно учитывая то, что из-за него я должен сниматься в чёртовом низкосортном документальном фильме.

– Нет, я не слышал об этом.

– Да, я видела его внизу.

– Отлично.

Она снова замолчала, но, казалось, хотела добавить что-то ещё, но я снова заиграл. Сбитая с толку, Бри смотрела на меня. Я сделал несколько ошибок, но мне показалось, девушка не заметила. Я никогда не был настолько смущён, но было что-то такое в её взгляде и в том, как тело Бри действовало на меня, что сконцентрироваться на музыке было чертовски нелегко.

Это не приносило покой, наоборот, возбуждало. В конце концов, песня закончилась, и я откинулся на спинку.

– Ты неподражаем, – сказала она.

– У меня был хороший учитель. В Хельсинки.

– Хельсинки? Ты там жил?

– Какое-то время.

– Какой клёвый парень, «Бэйсд» Картер. – Бри засмеялась.

Я улыбнулся ей.

– Чертовски верно сказано. Только я могу сделать так, чтобы трость выглядела сексуально.

– Я не была бы в этом так уверена.

Я подсел к ней ближе и улыбнулся.

– Ты не стреляешь в меня глазками каждый раз, когда я прохожу мимо?

– Определённо нет. – Девушка покраснела и отвела глаза.

– Уверен, что нет, Бри, детка. Не захотела бы поступить неправильно.

Она резко повернулась. Нас разделяли какие-то дюймы.

– Что это должно значить?

– Точно то, что я сказал.

Бри явно боролась со своим темпераментом.

– Не будь засранцем, Линкольн. Я уже хотела рассказать тебе, что папа заставил меня участвовать в ещё одном интервью.

Я удивлённо моргнул.

– Правда?

– Вроде да.

– Джесс сойдёт с ума. Ты уверена, что хочешь этого?

– Да. То есть, нет, совсем не уверена. Но папа привёл неоспоримые доводы, и ты тоже, и, в общем, я не знаю. – Она замолчала. – Я снимусь в ещё одном интервью.

Я засмеялся, удивлённый тем, что Бри так быстро меняла свои решения. Она отодвинулась и встала, снова скрестив свои руки, и посмотрела на меня.

– Но ты должен пообещать – не дразнить меня, как в прошлый раз.

Я невинно улыбнулся.

– Что-то не припомню такого.

– Ты знаешь, о чём я.

Я засмеялся.

– Что, не хочешь, чтобы я злил тебя?

Она уставилась на меня.

– Да, мудак. Именно.

– Но тебя так легко разозлить.

– Ты хочешь, чтобы я снялась в интервью?

– Можешь делать, что хочешь, правда.

Она покачала головой.

– Ты невозможен.

– Ладно, не буду доводить тебя.

– Обещаешь?

– Обещаю, без подвохов.

Бри пристально посмотрела на меня, а мне захотелось посадить её на колени и спрятать лицо в пышной груди. Я хотел прикусить девичью губу и чувствовать влагу между её ног. Я мечтал отыметь Бри на рояле, и плевать, если бы он не выдержал и рухнул, когда я заставил бы её кончить.

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13

www.litlib.net

Читать онлайн книгу «Бэйсд» бесплатно — Страница 6

И вдруг его телефон начал вибрировать и звонить.

В ночи раздался старомодный звонок. Я отодвинулась, касаясь лбом его лба и глубоко дыша.

– Выключи звук, – сказала я. Линкольн улыбнулся и полез в карман правой рукой, а левой держал меня за талию. Его трость лежала на земле, всеми забытая.

Он достал телефон и замер, держа палец над кнопкой, которая убирала звук. Картер медленно повернул голову, и я посмотрела на определившийся номер. На экране было имя «Клифф», и это мог быть только мой папа.

– Что ему нужно? – пробормотала я.

Затем Линкольн пришёл в себя, отодвинулся, одной рукой поднёс телефон к уху, а другую убрал подальше от моего тела. Я чувствовала себя опустошённой и хотела, чтобы он вернулся, но сомнение, которое вышло из-под контроля от его прикосновений, снова накатило на меня, и я не верила, что это и вправду происходило.

Хуже того, я удивлялась тому, насколько мне казалось это правильным.

– Алло, – сказал он.

Он замолчал и прислушался.

– Мы вышли прогуляться. Обри неважно себя чувствовала.

Я встала и отошла немного, пытаясь взять себя в руки. Оглянулась, и увидела выражение лица Линкольна, одновременно растерянное и злое.

– Хорошо, – сказал он.

Картер слушал ещё секунду и затем повесил трубку.

– Чего он хотел? – спросила я.

– Нам нужно доставить тебя домой. – Он нагнулся и схватил трость, а затем выпрямился.

– Линкольн, нам надо поговорить.

Он подошёл ко мне, его лицо было сосредоточенным.

– Нет, не нужно. Давай не будем говорить. Я сказал, что хотел. Ты подумай об этом и, если желание говорить не исчезнет, сделаем это завтра.

– Ты не можешь мной командовать.

– Слушай, нам надо домой. Твой отец волнуется.

– Ладно. Поехали.

Я пошла к машине Линкольна, не заботясь о том, успевал он за мной или нет. Я была раздражена, что парень командовал мной и что отстранился от меня, когда позвонил папа.

Хотя, в основном, я злилась на себя. Потому что, как бы я не пыталась отрицать, но я хотела его. Я была вся влажная и немедленно занялась бы с ним любовью, если бы и он меня хотел. Я понятия не имела, какого чёрта со мной не так.

Это была самая неловкая и молчаливая поездка домой. Но в одном он был прав: мне было нужно подумать о том, что произошло. Мне нужно было подумать о том, чего я хотела.

Мне необходимо было решить, поддамся ли я тому, что могло стать огромной ошибкой.

Глава 10

Линкольн

Я падал. Я чувствовал, как ветер трепал мои волосы и свистел в ушах, а небо вокруг было мрачным. Я не видел здание, с которого только что спрыгнул, и место на которое должен был приземлиться, но мне было всё равно, потому что она была там, прямо передо мной. Я мог почувствовать запах её волос и кожи, несмотря на то, что во время свободного полёта все чувства притуплялись. Я обвил Бри руками, тесно прижал к себе, даже теснее, чем ремни, удерживающие девушку на месте.

И мы падали вместе. Я чувствовал себя более живым, чем когда-либо, и мог утверждать, что смеялся. Я поцеловал её и удивился, почему она была привязана лицом ко мне, а не спиной, как обычно. Но мне было всё равно. Разве это имело значение. Я поцеловал Бри, и она ответила на поцелуй. Наши губы и конечности переплелись. Мы мчались к земле быстрее, чем поезд, наши тела были крошечными в бесконечности чёрной ночи, и больше всего на свете я хотел её. Мой член был напряжён и уже не помещался в брюках. Я знал, что возьму Бри, когда мы приземлимся, прямо на том месте. Я собирался трахать её, пока всё не исчезнет, и она не станет моей.

Я оттолкнулся, чтобы посмотреть на Бри. Она улыбнулась мне, и её рот зашевелился. Но я не слышал, что девушка говорила.

– Что? – попытался я перекричать ветер.

Она снова что-то проговорила. Прежде чем я смог ответить, старая знакомая паника сжала мне грудь.

– Мне нужно потянуть шнур, – прокричал я.

Она все улыбалась и говорила что-то, снова и снова.

Я потянулся назад за старым знакомым тросом, но там ничего не было. Я попытался посмотреть через плечо, выкручивая свою шею, но вокруг была тьма, и мы быстро падали. Я ощупал всё тело, лихорадочно ища шнур, но его не было.

Совсем.

Кто-то неправильно снарядил Обри, трос был обрезан, и мы неслись прямо к земле. Мы неизбежно должны были вместе разбиться как падающая звезда.

– Я не могу найти трос, – прокричал я.

Она всё улыбалась и говорила что-то, снова и снова.

Я обхватил её руками, прижимая к груди. И начал вращаться в надежде, что моё тело смягчит удар, чтобы у Бри был шанс выжить. Я крепко держал девушку, а земля всё приближалась.

***

Я проснулся, обливаясь потом. «Ещё один грёбаный кошмар»,– подумал я.

Это был практически тот же сон, только лишь с небольшой разницей. Вместо того, чтобы снова пережить то падение, я был привязан к Обри, и мы падали вместе. Мы падали без парашюта.

Я потряс головой, пытаясь прийти в себя после ночного кошмара, и сел. Я не разговаривал с Обри со времени того благотворительного мероприятия, которое было пять дней назад, но думал только о ней. Поцелуй, лицо Бри и звонок её отца. Более того, каждую ночь я с трудом сдерживался, чтобы не ворваться в комнату девушки и не разорвать на ней одежду.

Я сделал попытку встать и посмотрел на себя. И вздохнул, обнаружив, что ткань моих боксёров была натянута. Утренний стояк – самая неприятная часть дня. Было немного странно, что сон, как мы с Обри несёмся навстречу своей смерти, возбудил меня, но я не был настроен анализировать. Я достаточно испытал на себе всё это фрейдовское дерьмо и не собирался разгадывать каждый знак из сна.

Я встал и похромал в ванную комнату. Дождался, пока стояк немного спадёт, чтобы отлить, и посмотрелся в зеркало.«Возьми себя в руки»,– сказал я своему отражению. Чтобы я не делал, я не мог забыть тот поцелуй. Никогда никого не хотел так, как Бри, и прошедшие годы лишь усилили моё желание.

То, что я давно ни с кем не трахался, лишь усугубляло ситуацию. Я продолжал мастурбировать, представляя, как вагина Обри обхватывала головку моего члена, её стон, пока она медленно принимала в себя всю мою длину. Я мечтал приподнять Бри и резко опустить вниз, прижимаясь к ней всё теснее. Хотел заставить её откинуть голову назад и стонать, пока бы девушка не охрипла. Я хотел трахать Бри снова и снова, пока ей не станет трудно двигаться, так же как и мне. Мечтал кончить ей в рот, в вагину, на полные упругие груди, на упругую попку.

Я посмотрел на свой член, снова принявший полную боевую готовность. Вздохнув, я сел на крышку унитаза, взял его в руку и начал водить по нему вверх и вниз по всей длине.

Я не мог ходить по дому, думая лишь о том, как сильно мне хотелось раздвинуть ноги Бри и жёстко трахать сзади. Я не мог даже представить, что бы сделал, увидев её сидящей возле бассейна в купальнике, практически не скрывающем ничего. Возможно, я подошел бы к ней прямо туда, снял с девушки трусики и облизывал киску Бри до тех пор, пока она бы не взмолилась взять её. Затем я бы позволил ей оседлать себя и трахал, пока она бы не кончила, снова и снова. Или заставил бы прогнуться, положить руки на спинку стула, крепко схватил бы Обри за бёдра и ворвался бы в её влажное лоно. Я погружался бы в неё всё глубже и глубже, шлепаясь об её попку.

Я быстрее задвигал рукой, думая о разных позах, в которых хотел оттрахать и довести до изнеможения Обри. Представляя все способы, которыми я хотел заставить её кончить, все звуки, которые мог заставить издавать, пока она не выбилась бы из сил.

Я тихо застонал, когда кончил, рисуя в своём воображении Обри, обхватившую губами мой член.

Медленно я пришёл в чувство и привёл себя в порядок. Я встал, задыхаясь от боли.

Я кончил, но ни на шаг не приблизился к удовлетворению. И я не совсем был уверен, что это когда-либо произойдёт.

Свет казался горячее, чем обычно, когда я бежал на финишной прямой. Двигаясь, пытаясь растрясти мышцы, освобождаясь от боли.

– Ты становишься сильнее, – сказала Трейси, вставая.

Я пожал плечами, пытаясь восстановить дыхание.

– Я уже сильный. Просто пытаюсь довести ноги до уровня всего остального тела.

Она засмеялась.

– Я тебе верю.

Я посмотрел на Джесс и заметил, что она слегка кивнула мне. Я понял, что ей понравился спуск, немного меня вымотавший. Со времени благотворительного мероприятия, я всё сильнее ощущал присутствие камер.

Перед появлением Обри они были лишь ещё одним признаком конца, ещё одним пиар ходом, чтобы продолжить мою карьеру. Но, внезапно, они стали помехой на пути к тому, чего я хотел больше всего.

– Осилишь ещё десять? – спросила Трейси.

– Всегда готов для большего.

К середине нашего утреннего занятия я вымок от пота и был измотан. Я, может, слишком загонял себя, но у меня было, для чего работать, что-то большее, чем просто возможность прыгать с высоток. Мы, как обычно, сделали перерыв на пятнадцать минут, и я сел, прислонившись спиной к стене, восстанавливая дыхание, пока команда разбрелась в разные стороны. Джесс подошла ко мне с хитрой улыбкой.

– Как сегодня идут дела, Бэйсд?

– Нормально. Как ты чувствуешь себя, эксплуатируя мой имидж?

– Да ладно, не будь таким. У нас получается прекрасный материал.

– Я так рад, что могу развлечь кого-то.

Она широко улыбнулась.

– Я, вообще-то, хотела поговорить с тобой об этом.

Я уставился на неё.

– И что?

Она уселась рядом со мной.

– Нам нужно что-то ещё, Линкольн. Ты весь покрытый потом – это хорошее зрелище, но мы не можем показывать только то, как ты потеешь два часа. Мы собираемся продать это как что-то вдохновляющее и значимое.

– У вас есть все записи со мной.

– Да, это так. И это хорошо, многие из них мы используем.

– И интервью.

– Тоже хорошая вещь. Но нам нужно заснять тебя в тот момент, когда ты обычный человек.

– Что, я недостаточно обычный?

Она засмеялась.

– Нет, ты ненормальный. И мы оба это знаем.

Я нахмурился, не понимая, следует мне быть оскорблённым или польщённым.

– Куда ты за этим пойдешь?

– Нам нужно, чтобы ты навестил друзей, поговорил с семьёй, в общем, делал что-то ещё, кроме как ходил с кислым лицом между сеансами физиотерапии.

Это вконец вывело меня из себя.

– Я не хожу с кислым лицом. Какого чёрта тебе от меня надо?

– Я хочу, чтобы ты выполнял свою работу. Проведи время со своей сестрой.

– Сводной сестрой, – поправил я её.

– Не важно. Поговори с матерью. Помоги ей с мероприятиями. Позвони старым школьным приятелям. Сделай что-нибудь не такое депрессивное, как обычно.

Я сжал челюсть и поднялся на ноги. Джесс осталась на месте и посмотрела на меня.

– Чёрт тебя возьми, Джесс. Я делаю всё, что в моих силах.

– Этого недостаточно.

– Чертовски плохо, – я повернулся и направился к двери.

– Я поговорю с ним, если придётся.

Я остановился и медленно повернулся к ней. Она встала и нахально улыбнулась мне.

– Что ты только что сказала?

– Я поговорю с ним. Я не хочу этого, но я это сделаю.

– Ты думаешь, что это чёртова игра? Что ты можешь угрожать мне моим отчимом, тюрьмой или чем-либо ещё?

– Мне нужно большее, Линкольн. Просто помоги мне немного.

– Я предпочту снова гнить в камере, чем помогать тебе.

Я повернулся и ушёл, не потрудившись выслушать ответ. Я был взбешён, просто вышел из себя. Никогда не думал, что мог воспринять фразу «прийти в бешенство» буквально, но я буквально пришёл в бешенство. Мои глаза застилала красная пелена ярости. Я хотел что-нибудь сломать, хотел чьей-нибудь крови, наказать кого-нибудь так, как мир наказывал меня.

Хотел разгромить весь чёртов дом своими руками.

Я остановился у передней двери, которая распахнулась передо мной. Я отступил на несколько шагов, тяжело дыша.

– Ты в порядке?

Я посмотрел через плечо на Брента, оператора, который курил сигарету.

– Ага. В порядке.

Он пожал плечами и сделал шаг.

– Ты кажешься расстроенным.

Я кивнул ему.

– Дашь закурить?

– Конечно.

Я подошёл к нему, взял сигарету и зажигалку. Сделал затяжку, поджигая зажигалку, вдыхая дым и вбирая его в лёгкие. Я вернул ему зажигалку, а никотин затуманил голову, приводя меня в состояние лёгкой заторможенности. Я курил, когда жил в Европе, но вернувшись в штаты, решил бросить.

Это дурацкая, омерзительная привычка. Но в моём состоянии было чертовски здорово сделать что-нибудь безрассудное. Я не собирался снова начать курить, но было чертовски хорошо.

– Я понял, – сказал Брент, спустя секунду.

Я прислонился к стене рядом с ним.

– Понял что?

– Почему ты зол.

– И почему же?

– Джесс. Иногда она может быть настоящим куском дерьма.

Я рассмеялся, удивлённый.

– Разве она не твой босс?

– Да. Но что бы ни было, это правда.

Я улыбнулся ему. Брент был довольно милым парнем, но довольно тихим. Я осознал, что был удивлён, услышав, что он говорил о Джесс.

– Полагаю, что так.

Он засмеялся.

– Полагаешь? Да брось. Она снимает, как ты надрываешь свой зад на сеансах, и наблюдает за тобой, будто ты животное в зоопарке.

– Я заметил.

– Хочу сказать, она чертовски горяча, и я уверен, она даст тебе за секунду, но будем честны. Она больная.

– Больная, – повторил я, улыбаясь.

– Да, больная. Будто ты труп, а она хочет расчленить тебя или что-то в этом роде.

Я засмеялся, качая головой.

– Никогда не думал об этом в подобном ключе.

– Это лишь моё мнение.

Я сделал глубокую затяжку.

– Ну, может, ты и прав, старик. Кроме той части о давании.

– Да нет. Я абсолютно уверен, это самая правильная часть.

Я улыбнулся ему.

– Не-а. Я бы не прикоснулся к ней даже в хирургических перчатках.

Он засмеялся.

– Я тебя и не виню. Но лично я не хотел бы трахнуть её.

– Словно трахаешь боксёрскую грушу. По крайней мере, для меня.

– Что не говори, чертовски горячую боксёрскую грушу.

Я снова засмеялся и докурил сигарету, затем выбросил на землю и затушил.

– Спасибо, Брент.

– Да не за что.

Я повернулся, чтобы уйти.

– А, кстати, – сказал он. Я оглянулся. – Твоя сестра тебя искала.

– Сводная сестра, – машинально поправил я.

– Какая разница. Сводная сестра. Обри. Она искала тебя.

– Что она хотела?

– Девушка не сказала. Я думаю, она где-то наверху.

– Ладно. Спасибо.

– Что-то не так?

Я покачал головой, собираясь с мыслями.

– Не-а. Ещё раз спасибо.

– Не за что. Увидимся.

Моё мужество поубавилось, когда я открыл переднюю дверь и вошёл внутрь. Обри искала меня, в первый раз пытаясь прервать молчание, возникшее между нами. Взволнованный, но готовый выслушать всё, что она скажет, я поднялся наверх.

Когда я шёл по коридору, то внезапно понял, где она может быть. Это место даже подходило отчасти. Если это должно было произойти, то могло произойти и там.

Если она собиралась сказать, что мы не можем делать то, чего я так сильно хотел.

Я остановился перед дверью музыкальной комнаты и глубоко вздохнул. Я уже чувствовал, как медленно твердел мой член от одной лишь мысли о ней.

Я открыл дверь и улыбнулся.

Глава 11

Обри

Его губы были мягкими, но одновременно жёсткими, и вкус был точно таким же, каким я всегда представляла. Сладкий, свободный, грубоватый и, даже более того.

Правда заключалась в том, что мне не следовало думать об этом. Мне следовало претвориться, что ничего не произошло, что он не сжимал меня в объятиях и не целовал так крепко; целовал так, как я представляла сотни раз. Было правильно претвориться, что я не становилась влажной, представляя его губы и тело рядом с моим.

Вместо этого, лёжа ранним утром в своей постели, я пробегала пальцами по своему разбухшему клитору и думала о нём. Линкольн занимал все мои мысли: начиная с того как играли его мускулы, когда он двигался и заканчивая дерзкой улыбкой и самоуверенностью, когда парень пытался скрыть признаки боли, отражающиеся на лице.

Я хотела чувствовать кожу Бэйсда своей. Хотела чувствовать, как его член проникал в меня. Хотела слышать, как он стонет, когда глубоко входит в меня.

Вместо этого я довольствовалась тем, что утешала себя рукой. Удовольствие пронзило тело, когда я представила, как он сжал мои руки над моей головой и целовал мою шею.

Я хотела трахать его, пока не перехватит дыхание.

Хотела вбирать в себя каждый его дюйм, до тех пор, пока во всём мире не остался бы лишь он.

Я хотела смотреть ему в лицо, когда он кончит, когда наши тела намокнут от пота, и будут двигаться в одном ритме, позволяя удовольствию разрушить всё и отстроить снова.

Когда я представила, как его сильные руки схватили мои бёдра, то кончила, моя спина выгнулась, а ноги затряслись.

Я кончила, представляя, что занимаюсь сексом с Линкольном.

Когда оргазм прошёл, я вытащила руку из трусиков и нахмурилась. Я не была удовлетворена, даже близко, но это было лучше, чем ничего. Я не могла позволить себе слишком сблизиться с ним. Это было слишком опасно, особенно потому, что Бэйсд был знаменит и вокруг него всё время были камеры. Честно говоря, я боялась его.

Боялась того, что чувствовала к нему. Боялась того, что это могло значить и для меня и него.

Наконец, я выбралась из постели, помыла руки, почистила зубы и оделась. Посмотрела на часы, удостоверяясь, что Линкольн занят физиотерапией, и спустилась вниз, чтобы позавтракать.

С большой осторожностью я стояла подальше от той комнаты, где он занимался. Я не хотела слушать, как Линкольн стонал от напряжения; ведь по опыту знала, что это наведёт меня на определённые фантазии и не даст покоя весь вечер, а я и, в самом деле, не хотела этого.

Я насыпала себе хлопьев и села за стол. Когда я начала есть, то услышала шум и вскинула голову.

– Доброе утро, Обри, – сказала Джулс.

– Доброе утро, Джулс.

Она буквально вплыла на кухню, одетая в лёгкую блузку и юбку, и взяла йогурт из холодильника. Мачеха прислонилась к столешнице и улыбнулась мне.

– Как дела?

– Нормально. Правда, немного скучно.

Она засмеялась.

– Прекрасно.

Я про себя вздохнула.

– Почему моя скука прекрасна?

– У меня есть для тебя работа.

Я ждала этого. Джулс было несвойственно оставлять меня без работы более чем на сутки, не говоря уже о пяти днях.

– И что же это?

Женщина глупо улыбнулась.

– Мне кажется, она тебе не понравится.

– Я должна кого-то убить?

Она снова засмеялась.

– Нет, ничего подобного. По крайней мере, не совсем так.

– Ладно, ты меня дразнишь. Какая работа?

– Мне нужно, чтобы ты заставила Линкольна пожертвовать памятную реликвию и посетить благотворительный аукцион.

Я уставилась на неё.

– Почему ты поручаешь это мне?

– Вы двое, кажется, сблизились. Все заметили на последнем мероприятии, как вы сдружились.

Я пыталась не выдать себя.

– Да, мы болтали больше, чем обычно.

– Ну, он не слушает меня, и я подумала, что ты можешь помочь.

– Он и меня не особо слушает, Джулс.

– Я уверена, так и есть. Но ты могла бы попытаться?

Она и понятия не имела, о чём просила. Если бы Джулс знала, то, возможно, закричала бы и убежала прочь. Или, по крайней мере, сторонилась меня, словно я чудачка.

– Ладно, хорошо, – неохотно согласилась я. – Попробую. Но ничего не обещаю.

– Великолепно! – сказала она, оживившись. – Это хорошо отразится на мероприятии. Он произвёл фурор на последнем.

– В самом деле?

– О, конечно. Линкольн не был на публике, с тех пор как получил травму. Я думаю, ходили сплетни, что он умер или ещё что-нибудь более глупое.

– Что он умер, – повторила я безжизненно.

– О, да, ты знаешь, всякие глупости. И то, что он появился на вечере, сыграло ему на руку.

Я и не понимала, что Линкольн не выходил в свет, но это имело значение. Он не относился к тому типу людей, которые позволяли видеть себя уязвимыми, и от этого вся история с документальным фильмом казалась ещё более странной. Но Картер делал это, чтобы мой отец не давил на него. Но почему он пришёл на мероприятие?

Правда, я потребовала это взамен не услугу, но он мог сказать «нет». Я не собиралась предъявлять ему контракт или что-то в этом роде.

– В любом случае, я пойду заниматься. Приятного тебе дня, дорогая.

– Да, конечно. Наслаждайся.

Она быстро вышла из кухни, скорее всего, чтобы не дать мне время передумать. Что было вполне возможно.

Я вздохнула, доела свой завтрак и осмотрела кухню. Снова посмотрела на время и поняла, что отключилась, думая о том, что мне делать с Линкольном. Он заканчивал сеанс физиотерапии, и мне нужно было убираться из кухни.

В спешке, я положила свою миску в посудомоечную машину и ушла в холл. Когда я повернула за угол, то почти стремглав врезалась в совершенно сбитого с толку человека. Когда я отошла в сторону, оператор Линкольна, Брент, робко мне улыбнулся.

– Ты торопишься, – сказал он.

– Чёрт, прости.

– Всё в порядке. Не парься. – Он повернулся, направляясь к передней двери.

– Эй, – позвала я, и мужчина обернулся. – У вас перерыв?

– Ага. Босс даёт нам несколько минут каждый день, чтобы передохнуть.

– Мило, – промямлила я.

– Уже время работать.

– Ты не знаешь, где Линкольн?

Он покачал головой.

– Не-а. Я потерял его из виду, как только камера отключилась.

– Устал пялиться на него?

– Ага, но ничего личного. Снимая одно и то же изо дня в день, приходится и заскучать.

Я засмеялась.

– Да, в этом есть смысл.

– В любом случае, ты хочешь, чтобы я передал ему, что ты его искала?

– Да, спасибо.

– Без проблем.

Я повернулась и ушла, чувствуя, что он пялился мне в спину. Когда я поднималась наверх, то осознала, что едва знаю съёмочную группу, несмотря на то, что они постоянно рядом.

Брент, возможно, был на несколько лет старше меня, и, казалось, что он главный в команде. Джесс была режиссёром, но парень был тем, кого слушалась команда, или, по крайней мере, те, кого я видела. Хоть мы и были постоянно в одном доме, я почти не говорила с ним.

И потом, я слишком усердно пыталась избегать их. Поэтому было не удивительно то, что я не очень хорошо знала Брента. Он был в этом не виноват.

Стоя на верхней площадке, я вздохнула. Я не сказала Бренту, где меня можно найти после обеда, поэтому пошла туда, где Линкольн точно меня нашёл бы – в музыкальную комнату.

Я зашла в свою комнату, взяла книгу, а затем села в музыкальной комнате, прислонившись спиной к стенке. Там было тепло и уютно, солнечный свет проникал сквозь тюлевые занавески.

Прошло пять дней, а я не обмолвилась с ним и словом. Пять дней – это слишком долгий срок, когда между вами произошло нечто такое, как наш захватывающий поцелуй. Я не имела представления, что произойдёт дальше, если он будет вести себя так же странно. Но не могла больше притворяться, что его не существует. Моя помощь Джулс с её мероприятием была отличным предлогом, чтобы оставить позади то, что произошло между нами.

Хоть я и не была уверена, что хочу оставить всё в прошлом. В этом и заключалась вся проблема.

Мне не удалось прочитать что-либо. Я не могла даже сконцентрироваться. После того как я просмотрела полглавы, открылась дверь. Я подняла глаза и увидела, что в проёме стоял Линкольн и улыбался мне.

– Я слышал, ты меня искала, – сказал он.

– Возможно.

Картер сделал несколько шагов, чтобы войти, и скрестил руки на груди. Он был немного потным после утренней тренировки, и мне пришлось признать, что парень чертовски сексуален. Майка между мускулами была влажной от пота, и он так дерзко улыбался, что я вдруг поняла, что совершаю ошибку.

– Как дела, Бри, детка?

Я закрыла книгу и выпрямилась. Он подошёл и сел рядом на скамейку возле рояля.

– Хватит называть меня так. Звучит так, словно я маленький ребёнок.

– Я шёл к сексапильной девушке, но не важно.

Я решила не попадаться на его уловку.

– Твоя мама попросила меня поговорить с тобой.

– В самом деле? Почему она сама не пришла?

– Она думает, что ты послушаешь меня.

Он засмеялся.

– Почему она так думает?

– Очевидно, ты произвёл большой фурор на последнем мероприятии.

Бэйсд застыл.

– Правда?

– Она хочет, чтобы ты помог ей с предстоящим благотворительным аукционом.

Он нахмурился.

– Я пошёл на предыдущее мероприятие только потому, что проиграл тебе.

– Я знаю. Но я не могла сказать ей это.

– Что ей нужно?

– Я точно не знаю. Полагаю, какая-то памятная вещица. Ты должен подписать что-то. Возможно, просто показаться.

Линкольн задумался.

– Какая мне от этого выгода?

Я вздохнула.

– Ты сделаешь свою маму счастливой.

– Почти уговорила. Но моя мать не та женщина, которую я хочу порадовать.

Я отвернулась.

– Хватит.

– Хватит что, Бри, детка?

– Ты знаешь что.

Я посмотрела на него, и он улыбался.

– Я позволил тебе избегать меня несколько дней, а сейчас даже не могу подразнить тебя?

– Я не избегала тебя.

Мужчина засмеялся.

– Да ладно? Так ты не планируешь свой день исходя из моих сеансов физиотерапии?

Я замерла.

– Абсолютно точно нет.

– Ладно. Хорошо. Мы можем поиграть, если ты хочешь.

– Послушай, я здесь всего лишь посыльный. Ладно?

– Мой вопрос всё ещё в силе: какая в этом выгода для меня?

Я сжала челюсть. Иногда он бывал таким упрямым и эгоистичным.

– Не знаю, Линкольн. Шанс сделать хоть раз что-то хорошее.

– Я делаю массу хорошего. Это меня не интересует.

Я раздражённо вздохнула.

– Что ты хочешь?

Он приподнял бровь и шаловливо посмотрел на меня.

– Это другой разговор. Есть кое-что.

Я покраснела.

– Это не обсуждается.

Он сделал паузу, а потом рассмеялся.

– Ну же, Бри. Ты думаешь, я шантажирую тебя, чтобы ты потрахалась со мной?

– Я не знаю наверняка, на что ты способен.

На секунду он стал серьёзным.

– Если я решу тебя трахнуть, ты должна будешь сначала умолять меня.

Я заморгала, чувствуя, как жар разливался у меня между ног от напряжённого взгляда, которым он меня одарил. На долю секунды я поверила ему.

– А, ладно. Что тогда ты хочешь? – удалось мне выдавить из себя.

– Вообще-то, ты уже согласилась на это. Мне нужно ещё одно интервью.

Я выдохнула.

– И это всё?

– Оказывается того, что меня целыми днями снимают на тренировках, недостаточно. Джесс хочет вытолкнуть меня из моей зоны комфорта. Я надеюсь, ещё одно интервью успокоит её.

– И если я дам его, ты обещаешь сделать всё, о чем попросит твоя мама для этого мероприятия?

– Ладно. Я сделаю всё, что ты хочешь.

Я проигнорировала его реплику.

– Договорились. По рукам.

Он улыбнулся, а затем встал и подошёл ко мне с протянутой рукой. Я замерла. Но всё же протянула руку в ответ, и почувствовала крепкое рукопожатие, а на его лице сияла игривая улыбка. Линкольн не отпускал меня дольше, чем положено, и мне показалось, что парень потянет меня, чтобы я встала, но вместо этого Бэйсд отпустил меня и отошёл.

– Приятно иметь с тобой дело, Бри, детка.

– Жаль, что я не могу сказать того же.

Он подошёл к двери.

– Интервью состоится завтра, ближе к обеду. Оденься понаряднее.

– Я всегда нарядно одета, – выпалила я в ответ.

– Замечательно. Не растеряй этот огонь и остроумие до завтра.

Я закатила глаза, когда он вышел из комнаты. Я наблюдала за тем, как Картер уходил, сердце бешено билось в груди.

Я продолжала мучить себя, продолжала отталкивать его только лишь для того, чтобы снова позвать. И как бы ненавистно это не было, не могла прекратить.

Это всего лишь интервью. Мы будем в комнате, набитой людьми. Слишком опасно для него будет сказать или сделать что-либо, что раскрыло бы нашу тайну.

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13

www.litlib.net

Читать онлайн книгу «Бэйсд» бесплатно — Страница 5

Я подёргал ручки и шарики по всей поверхности. Всё вокруг было залито светом и звуком, когда я включил машину. Я сам себе проиграл.

И когда я действительно увлёкся, то услышал за спиной кашель. Шарик отскочил от ручки, прикатившись обратно ко мне, вращаясь между ручками.

Игра окончена.

Я повернулся. Обри прислонилась к бильярдному столу, улыбаясь мне. Я уставился на её тело и мысленно чертыхнулся. Казалось, что она хотела возбудить меня. На ней была белая майка, а под ней красный купальник, её грудь практически вываливались из него, а ещё те хлопковые шорты, которые мне нравились. Волосы девушки были слегка влажные, и я понял, что она плавала.

– Кат дела, Бри, детка? – спросил я.

– Не думала, что увижу тебя здесь.

– Мне нравится играть после терапии.

– Я бы скорее предположила, что ты выберешь бильярд, а не Бэтмена.

– Внешность обманчива. Пинбол – игра, в которой необходим навык.

Она засмеялась.

– В это трудно поверить. Есть успехи?

– Я мастер игры в пинбол, набираю самые высокие очки. У меня искусные руки.

Бри приподняла бровь.

– В самом деле?

– Да. Леди ценят мастерство моих пальцев.

Она окинула меня взглядом.

– Я имела в виду самые высшие очки.

Я ухмыльнулся.

– Ага. Но не с этим сукиным сыном, – я слегка толкнул коробку бедром.

Девушка снова засмеялась.

– Подумать только. Мастер игры на рояле и пинбольной машине. Необычное сочетание.

– Я разносторонний мужчина.

Она отвернулась, возможно, чувствуя двойной смысл моих слов.

– Молодец. У меня к тебе небольшой вопрос, – сказала Бри, меняя тему.

Я скрестил руки.

– В чём дело?

– Какие у тебя планы через две недели?

Я засмеялся.

– Никаких. Я играю на рояле и пинбольной машине, потому что больше ни на что не способен.

– Хотел бы пойти на благотворительное мероприятие?

Я вскинул голову. Это было интересно. Почему она куда-то меня приглашала?

– Зависит от того, какое мероприятие.

– Вечер устраивает твоя мама. Я нашла для неё помещение и составила расписание.

– Быстро работаешь.

– Ну, да, Джулс была крайне настойчива. Можно сказать, мотивировала меня.

Я засмеялся.

– Иногда она похожа на надзирателя.

– Ага, и в правду. Честно говоря, от этого немного не по себе.

– Ну, и почему ты хочешь, чтобы я пошёл?

– Не знаю. То есть хочу сказать, что никого из моих друзей нет дома, а мне нужен спутник. Я подумала... – она замешкалась.

– Ты хочешь, чтобы я был твоей парой?

Она удивлённо на меня посмотрела.

– Нет! Я имею в виду, не в том смысле.

– А, похоже, что в том, Бри, детка.

– Перестань, засранец.

Мне следовало сказать «нет». Мне следовало уйти оттуда так быстро, как было возможно с моими ногами. Особенно, учитывая, что Клифф просил держаться от неё подальше. И особенно потому, что он с лёгкостью мог отправить меня в тюрьму.

– Ты просишь об услуге?

– Да. Это и будет услугой.

Мне следовало отказаться.

– Ну, тогда мои руки связаны. Я обещал сделать всё, что ты попросишь.

– Это не свидание. Мы просто друзья.

– Всё, что пожелаешь, Бри.

Она прикусила губу, и мой член сразу отреагировал на это. Я хотел повалить Бри на бильярдный стол и попробовать на вкус её маленькую киску. Хотел чувствовать каждый дюйм девичьей кожи. А также хотел убраться оттуда, пока не выкинул что-нибудь совершенно идиотское.

– Ладно, хорошо. Я расскажу тебе детали позже.

– Договорились.

Она замолчала и, казалось, хотела добавить что-то ещё. Я приподнял бровь, не пытаясь скрыть то, что осматривал её тело. Уж если я собирался поиметь себя, по крайней мере, то хотел извлечь из этого какую-то выгоду.

– Спасибо, Линкольн. Увидимся позже.

– Без проблем, Бри, детка.

Она оттолкнулась от бильярдного стола и быстро вышла из комнаты. Я наблюдал за ней, наслаждаясь покачиванием её сладкой попки.

– Чёрт, – громко выругался я.

Я вернулся к Бэтмену и начал снова играть, но моё сердце было не там.

Всё, о чём я думал – то, как сильно хочу Бри и как это невозможно. И вот появилась она с просьбой быть её парой на благотворительном мероприятии, которое устроила моя мама, но всё же.

Я мог пойти как её друг. Мы были сводными братом и сестрой, если на то пошло.

Может я и обманывал себя, но я уже сам в это поверил.

Глава 9

Обри

Благотворительное мероприятие

Около получаса я простояла возле главного входа перед началом мероприятия с папкой в руках и переносной рацией-наушником. И чувствовала себя идиоткой, когда что-то говорила в неё, будто была какой-то сумасшедшей побирушкой или чем-то вроде того, но я не переставала напоминать себе, что оказывала услугу Джулс. Очевидно, должно было состояться какое-то выступление известного защитника окружающей среды в конце вечера, что, несомненно, было главным событием, из-за которого пришла публика.

Билеты стоили двести баксов. Собранные средства собирались направить на создание заповедников в Колорадо. Однозначно, я была самым нищим человеком в данном собрании, если не брать в расчёт ничего постороннего, потому что у меня не было собственных средств. Не оставалось времени на подработку, если прилежно посещать школу.

Мне нужно было встречать гостей на входе, а также давать номерок в гардеробе, но я была немного не в себе. В голове снова и снова всплывал разговор с Линкольном, и, хотя казалось, что он избегал меня все дни до мероприятия, он обещал, что придёт. Картер уже почти на полчаса опаздывал, но я и не ожидала от него пунктуальности. Но, по крайней мере, звонок или сообщение меня успокоили бы.

– Всё в порядке, Бри? – прохрипел голос Джулс в наушнике.

Я передёрнулась.

– Ага. Всё отлично. Нужно что-нибудь сделать?

– Нет, дорогая. Всё просто великолепно. Огромное спасибо.

Её рация отключилась, и я улыбнулась. Нужно заметить, что в последний момент упорных поисков, я нашла вполне подходящее место. Это было старое здание пожарной части, которое было продано и переделано для проведения разных мероприятий год или два назад, и, к счастью, в последний момент кто-то отказался от брони. Какая-то отменённая свадьба или что-то в этом роде.

Ну, ладно. Трагедия этой пары сыграла мне на руку. Возможно, было к лучшему, что они не поженились. К счастью, они всё поняли до свадьбы.

Я на несколько минут выпала из реальности, а поток гостей начал возрастать.«Осталось мало времени до начала программы»,– подумала я. Когда я уже собиралась повернуться и связаться с Джулс, знакомый голос пробился через гул чужих голосов.

– Эй, родная.

Я оглянулась.

– Привет, пап. Вижу, откопал свой смокинг.

Он улыбнулся. Нужно отметить, что для своего возраста, папа был в хорошей форме и выглядел элегантно в модном прикиде. Не то, чтобы он часто наряжался. По правде говоря, я понятия не имею, как часто отец наряжался. Я стала осознавать, что, в действительности, не знала своего отца, несмотря на то, что он вырастил меня. Но между нами не было разногласий, несмотря на то, что Линкольн рассказал мне о нём. Я не думала об отце, кроме как о мужчине, который был со мной, когда мама умерла много лет назад. Даже если мы не были близки, я знала, что он любил меня.

Папа поднялся и быстро потрепал меня по щеке.

– Как держится Джулс? – спросил он.

Я пожала плечами.

– Вроде хорошо, – ответила я, указывая на наушник.

Отец засмеялся.

– Правда? Ты будто из спецслужб.

Я улыбнулась.

– Всё намного серьёзнее. Джулс, и в самом деле думает, что спасает мир.

– Кто её знает. Вполне возможно.

– Иногда она обескураживает.

– Да. Ты хоть знаешь, где она?

– Не имею представления. В последний раз я видела её улаживающей вопрос с напитками.

– Ладно, детка. Оставлю тебя наедине с работой.

Я засмеялась.

– Почти всё время я стою здесь с важным видом.

– Это самая трудная работа. Увидимся позже.

Он улыбнулся и отошёл. Я наблюдала за тем, как отец испарился в толпе, мягко улыбаясь, в то время как всё больше и больше народу пробрались внутрь и заняли свои места.

Десять минут прошли в попытке объяснить потерявшейся старушке, где её место. Двадцать минут и поток людей приостановился. Помещение в основном было заполнено богачами, в полном блеске восседавшими за банкетными столиками и слишком выпивающими у стойки бара.

Я бы тоже позволила себе выпить. Но, к сожалению, была на службе.

Линкольн молчал. Я снова проверила свой телефон и написала ему сообщение:«Где ты? Мероприятие началось». Я нажала«Отправить»и вздохнула, услышав голос Джулс в наушнике.

– Как там дела?

– В основном всё хорошо. Мы начинаем?

– Определённо, да. Подожди ещё несколько минут. Затем садись на своё место.

– Хорошо, спасибо.

Она отключилась и я вздохнула. Линкольн так и не появился. Не знаю, почему я думала, что всё будет по-другому, но почему-то мне казалось, что он придёт во время, раз уж задолжал мне услугу. Но вместо этого, я была вынуждена сидеть возле пустого стула за своим столиком, как неудачница.

Свет в главном помещении приглушили, и главное фойе расчистилось. Все ожидали начала. Я снова вздохнула, с ужасом ожидая неловкого обеда, и посмотрела на свой телефон. Никаких сообщений.

– Ладно, Обри, закрывай дверь и иди к своему месту, – прохрипела мне в ухо Джулс.

– Поняла.

Скрепя сердцем, я повернулась и направилась к главному залу, медленно закрывая за собой дверь. Когда они почти захлопнулись, яркий свет привлёк моё внимание. Я смотрела как Линкольн, одетый в смокинг, хромая, направлялся к фойе, а за ним шли Джесс и лишь один оператор, ослепивший меня светом от камеры.

Я зажмурилась и отвернулась.

– Эй, Бри, – сказал Линкольн.

– Ты опоздал. – Я отступила в фойе, пытаясь скрыться от света.

И уставилась на Линкольна. Никогда не видела его таким, но он выглядел невероятно. Чёрно-белая одежда идеально подходила, подчёркивая каждый мускул накаченного тела, и тёмно-зелёные глаза Бэйсда выделялись на фоне стильно уложенных волос. Он, как и прежде, был покрыт татуировками, но только одна была заметна из-под рукавов и воротника рубашки. На лице как всегда была щетина, но это придавало ему ещё более желанный вид.

Внезапно я пожалела, что пригласила его. Он выглядел слишком хорошо.

– Здесь я тебя и оставлю, – сказал он, обращаясь к Джесс.

– Ты что-нибудь скажешь обожающей тебя публике напоследок? – спросила она.

Картер посмотрел прямо в камеру.

– Оставайтесь в школе и носите резинку, чёртовы монстры.

Оператор издал смешок, а я улыбнулась. Джесс закатила глаза.

– Ладно, Брент, хватит. Давай вырежем это.

– Вы остаётесь, ребята? – спросила я, когда Брент начал укладывать своё оборудование.

– Нет, их не приглашали, – ответил Линкольн, глядя на Джесс.

– Надо снять Линкольна во всём блеске.

Я засмеялась.

– Странно видеть его в чём-то, кроме спортивной одежды.

Он улыбнулся.

– Я даже трость взял нарядную.

Картер поднял её, и я засмеялась. Набалдашник представлял собой серебряный череп с маленькими глазами из бриллиантов, а сама трость была чёрной, отполированной до блеска. Джесс покачала головой.

– Он был так восхищен этой тростью.

– Разве меня можно винить? Взгляни на неё. Она чертовски превосходна.

Я покачала головой.

– Поторопись. Мы уже опаздываем. Джулс будет вне себя, если мы не окажемся на своих местах в течение двадцати секунд.

Линкольн нахально улыбнулся мне, и я указала на ухо.

– Это мама, дорогая?

– Совершенно точно.

– Ладно. Не стоит заставлять её ждать. Джесс, Брент, счастливого пути и доброй ночи.

– Веселитесь, детки, – сказала Джесс, а Брент кивнул.

Линкольн похромал ко мне и протянул руки.

– Моя леди?

– Какой джентльмен.

Я положила руку на бицепс Линкольна, ощущая его силу. Мурашки побежали у меня по спине.

– Не такой уж и джентльмен. Ты нужна мне для опоры.

Я засмеялась.

– Ну, по крайней мере, создаётся такое впечатление.

– Ты меня знаешь. Всегда пытаюсь произвести впечатление.

Мы вместе вошли в банкетный зал, как раз в тот момент, когда Джулс объявляла выступающего. Она не посмотрела на нас, но многие в зале обратили внимание. Линкольн приковывал взгляды, но, казалось, этого не замечал или это не имеет для него значения. Он просто двигался вперёд, а я вместе с ним, и выглядел пафосно и уверенно, заходя в зал. Я и представить не могла, что кто-то узнал Бэйсда, потому что присутствующие не были его целевой аудиторией, но всё-таки несколько человек были знакомы с поп культурой настолько, чтобы он показался им знакомым. Я просто надеялась, чтобы появление Линкольна не выглядело странно.

Мы быстро нашли свои места, и официанты наполнили наши бокалы вином. Линкольн улыбнулся мне, когда на сцену вышел выступающий.

Внезапно взглянув на его уверенную и очаровательную улыбку, я кое-что осознала.

Пригласить его было не лучшей идеей. Очень плохой идеей. Я думала, что будет весело, если рядом окажется кто-то моего возраста, но моё сердце, казалось, готово было выскочить из груди, а я ведь просто сидела рядом с ним и ловила его взгляды. Такие самоуверенные, сексуальные взгляды, которые заставляли мои коленки дрожать.

Ночь обещала быть длинной.

***

– Вы Бэйсд Картер?

Девушка была примерно нашего возраста, может, на пару лет младше, с тёмно-русыми волосами, собранными в конский хвост. Она подходила под общепринятые стандарты красоты: худая, высокая и всё в этом роде. Девушка была нашей официанткой, и я заметила, как она весь вечер пялилась на Линкольна, в то время как один выступающий сменялся другим. Бэйсд притворялся, что не замечал ничего, или, по крайней мере, казалось, что ему всё равно, пока она не переборола нерешительность и не задала вопрос:

– Абсолютно верно. А как тебя зовут?

– Ух ты. Я Синди. Я твоя большая фанатка.

– Круто. Спасибо, Синди. Всегда приятно познакомиться с фанатом.

– Слушай, может, дашь автограф?

– Конечно. На салфетке?

– Но это же ткань, – сказала она нахмурившись.

Он не слушал. Взяв салфетку с коленей, Линкольн посмотрел на неё. Она колебалась лишь секунду, затем протянула чёрный фломастер. Картер написал на салфетке: «Для Синди, отключись и летай, Бэйсд Картер», и вручил ей.

– Я ей не пользовался, честно.

Она захихикала.

– Всё в порядке. То есть, большое спасибо.

– Без проблем, Синди, – он подарил ей улыбку победителя.

Я удивилась, как легко Линкольн справился с ситуацией. Я знала, что он знаменитый, но в первый раз видела, как парень общался с фанатами. Однозначно, у него была практика.

Девушка постояла ещё немного, пялясь на него, перед тем, как скрыться, быстро спрятав салфетку в карман. Я посмотрела на Линкольна.

– Такое часто происходит? – спросила я.

– На самом деле нет. Имею в виду, больше, чем раньше в пошлом году, но бэйсджампинг не так популярен.

– Но всё равно, наверно, странно.

– Ты шутишь. После всей фигни с линией одежды и рекламы «Pepsi», меня стали чаще узнавать. Вот что было странно.

– Реклама «Pepsi». Я и забыла.

Он засмеялся.

– Как ты могла? Худшее дерьмо из всего, что мне приходилось делать, но мне хорошо заплатили.

Я засмеялась вместе с ним. Он никогда не говорил о своей карьере прежде. В течение этих лет разлуки, я наблюдала за тем, как из неизвестного джампера Линкольн превратился в звезду рекламы. Он не был голливудским селебрити или чем-то в этом роде, но если была какая-нибудь спортивная кампания, непременно звали Бэйсда Картера. Он стал довольно узнаваем.

Настолько, что официантка восхищалась им так, будто он был кем-то особенным.

Я отправила салат себе в рот и уставилась в пространство. Выступающие на этот вечер закончили свои речи, и большинство гостей просто ели «бесплатный» ужин и пили напитки в баре. Линкольн развлекал всех за нашим столиком рассказами о своих путешествиях, от историй о друге, который прикинулся, что падает со скалы, хотя на самом деле у него был парашют, до того, как побил мировой рекорд по прыжкам со зданий, созданных человеком, и был арестован несколько часов спустя. Он бы очарователен, добр и притягателен, и я с трудом могла отвести от него взгляд.

Что только усугубляло мои сомнения, а это намного хуже. Я знала, чего хотела, но на нашем пути было слишком много препятствий.

А самым главным было то, что он был моим сводным братом.

Когда официантка унесла наши тарелки, заиграла медленная, но пригодная для танцев музыка. Я наблюдала за тем, как парочки вставали из-за столиков, направляясь на танцпол, и начали медленный танец. Линкольн улыбнулся мне.

– Вот это я называю классикой, – сказал он.

– Что ты имеешь в виду?

– Старые люди танцуют под ретро хиты.

Я засмеялась.

– Выглядит немного... заторможено.

– А ты любишь побыстрее, – сказал Картер. Это был не вопрос, а утверждение.

Я схватила его бедро.

– Хватит.

Он невинно посмотрел на меня.

– Что? Просто делаю логическое умозаключение.

– Да, ты всегда такой логичный, не так ли?

– Совершенно верно. То, что я не пошёл в колледж, не значит, что не способен думать.

Я сжала зубы.

– Я не это имела в виду.

– О, просто мой необразованный мозг, должно быть, не понял.

Я, расстроившись, покачала головой, и Линкольн широко мне улыбнулся.

– Ты когда-нибудь отключаешься? – спросила я.

– Совершенство нельзя выключить.

– Не важно.

– Для меня важно. И, между прочим, почему ты сегодня на грани?

Я вздохнула и отпила глоток вина.

– Не знаю. Наверно, просто не переношу подобные сборища.

– Что именно, благотворительные мероприятия с кучей старых белых людей?

Я засмеялась.

– Ага. А ещё толпы и работу на твою маму.

– Я тебя не виню за это.

– Мне грех жаловаться. Она была добра ко мне.

– Ты можешь чувствовать всё, что угодно, Бри, детка. Это круто.

Я моргнула, удивлённая его сдержанным ответом.

– Было ли это проблеском человечности с твоей стороны?

Он засмеялся, и я захотела потянуться и поцеловать его заросшую щетиной шею.

– Не привыкай к этому.

Линкольн откинулся на стул и тремя большими глотками осушил бокал с виной, затем подозвал жестом официантку. Она быстро подошла и снова налила вино. Я закатила глаза, когда девушка ушла.

– Наверно, приятно быть знаменитым, – сказала я.

– Есть свои преимущества.

Я осмотрела помещение в поисках папы или Джулс, но никого не нашла.

– Ты ещё не видел папу? – спросила я.

Он замер на стуле.

– Клифф здесь?

Я взглянула на него.

– Да, разумеется. Это мероприятие его жены.

– Просто мне казалось, он слишком занят.

– Нет. Отец здесь. В чём дело, почему ты встревожился?

Линкольн покачал головой и собрался, хотя на секунду он напомнил мне приведение. Но его выражение лица быстро вернулось к обычной самоуверенной ухмылке, и мне оставалось лишь догадываться, что всё это значило.

– Не думай об этом, карамелька. Хочешь потанцевать?

Я засмеялась.

– Танцевать? Да ты с трудом ходишь.

Он кивнул головой в сторону танцпола.

– Ты слышишь темп. Я думаю, что могу с ним справиться.

– Не знаю. Не хочу тебя толкнуть.

Линкольн придвинулся ко мне, и кровь быстрее заструилась в жилах.

– Ты не сможешь слишком меня толкнуть, даже если захочешь.

– Ладно. Давай попробуем. – Я отодвинула стул и встала.

На лице у него заиграла широкая улыбка, когда Бэйсд встал на ноги и взял свою идиотскую, с черепом-набалдашником, трость.

– Так держать.

Мы вместе пошли на танцпол, когда одна песня сменила другую. Секунду мы стояли и смотрели, как танцуют старики.

– Думаешь, справишься? – спросил он меня.

– Только после вас, принц Чарминг.

Он выкинул трость на ковёр и ступил на пол, подзывая меня. Я встала напротив, вложив свою ладонь в его руку, а Картер, в свою очередь, положил свою другую руку мне на бедро, таким образом, мы приняли самую старую и самую характерную танцевальную позицию.

– Как думаешь, моя трость в безопасности? Эти стариканы выглядят довольно подозрительно.

Я тихо захихикала.

– Думаю, всё в порядке.

Мы начали танцевать, пытаясь попасть в темп, который создавали окружающие люди. Танец состоял из простого шага, несколько па и поворотов, и ритм был довольно простым.

На мгновение мир перестал существовать. Линкольн не был моим сводным братом, а я не сходила с ума из-за Джулс и своего заточения в доме без сверстников. Существовали только я и он, его сильные руки, которые направляли меня, его дыхание обжигало моё лицо, и сердце, готовое выскочить из груди. Мне было всё равно, кто видел нас и что они думали. Я лишь хотела, чтобы музыка не заканчивалась. Он был ловок, силён и уверен в себе, и мы быстро попали в шаг. Несмотря на травмы, Бэйсд ни разу не пошатнулся и не дал повод подумать, что испытывал дискомфорт.

Я глубоко вздохнула и вобрала в себя его запах, растворяясь в нём. Никогда ни с кем не танцевала так прежде, мой опыт сводился к танцам с парнями-тусовщиками в клубах, а с Линкольном происходило что-то интимное. Хотя моя попа не касалась его члена, и мы выглядели, как подобает богатым людям, я чувствовала себя намного ближе к Картеру, чем к кому бы то ни было в жизни. Может, всему виной было вино, в чём я сомневалась.

Становилось всё сложнее сопротивляться. То, чего я желала, отчаянно желала, грозило вылиться в то, что я делала. Каждый новый шаг, новый поворот, каждый раз, когда я вдыхала его запах и ощущала сильные руки на своих бёдрах, я становилась ближе к краю.

– Ты в порядке? – спросил он, пытаясь перекричать музыку.

– Да, всё хорошо. Просто немного душно. – Я отвела взгляд от его тёмно-зелёных глаз.

– Давай уберёмся отсюда, – практически прокричал он мне в ухо.

– Я не могу. В смысле, Джулс меня убьёт.

Линкольн протянул руку и снял наушник. Прежде чем я осознала, что происходит, он вставил его себе в ухо и нажал кнопку, чтобы наладить связь.

– Джулс, это твой сын. Я везу Бри домой. Ей нездоровится.

Мы продолжали танцевать, а выражение лица у него оставалось неизменным, пока он слушал ответ. Спустя секунду Бэйсд улыбнулся мне и вынул наушник.

– Путь свободен, – сказал он.

– Ты уверен?

– Пошли. Это дерьмо уже ничем не поправить.

Я вздохнула.

– Ладно. Пойдём.

Мы ушли с танцпола, хромота Линкольна стала немного заметнее. Я схватила его трость, и он схватил меня за руку. Картер немного сильнее опирался на меня, чем раньше, но на лице не было ни намёка на боль. Однако было понятно, что танец вымотал парня. Этот кретин не собирался жаловаться, он позволял мне изматывать его танцем.

Мы вышли на свежий вечерний воздух, располагая всем центром Боулдера.

– Мы приехали? – спросила я.

– Да.

– Ладно. Куда теперь?

– Давай просто пройдёмся.

– Веди меня.

Линкольн направился в центр города, и я поплелась за ним, пытаясь идти медленно. Он не нарушал тишину, по его лицу невозможно было что-либо понять, поэтому я не знала, что мы делали и куда шли. Но я и не возражала; ночь была приятная и на центральной пешеходной дороге, которая пролегала между деловыми улицами, было мало людей. Он выглядел сурово и серьёзно, возможно, было больно, и я хотела протянуть руку и прикоснуться к его щеке, но просто продолжала молчать и оставалась в покое, наслаждаясь прелестью ночи.

Вдалеке выделялись горы.

Я чуть не врезалась в его спину, не поняв, что он остановился.

– Тормози, – сказал Картер, поймав меня, когда я споткнулась рядом с ним.

– Извини. Я не поняла, что ты остановился.

Бэйсд улыбнулся мне и обнял меня за талию. Мы оба не двигались, и он склонил ко мне голову.

– Давай присядем. – Линкольн кивнул на скамейку.

Я пожала плечами и отодвинулась от него, высвобождаясь из объятий, и опустилась на скамейку. Он сел рядом, испустив громкий стон.

– Болят ноги? – спросила я.

– Да. И мне не доставляет радости признавать, что они чертовски болят.

Я засмеялась.

– Очень доходчиво.

– Что я могу сказать. Трудно быть остроумным, когда даже ходить больно.

Я откинулась на спинку скамейки.

– Всё-таки, что мы здесь делаем?

Он потянулся к пиджаку, доставая фляжку. Я посмотрела на него и засмеялась.

– Даже не пришлось красть, – сказал Бэйсд.

Я уставилась на него, ничего не ответив. Протянула руку, и он передал мне металлическую емкость. Открутив колпачок, я сделала большой глоток. Это был виски, причём, не из дешёвых. Напиток прокатился по горлу, оставляя вкус мёда и липы, очень приятный на вкус. Я передала флягу обратно.

– Хорошо, – сказала я.

– Ага, такую дрянь либо трудно пить, либо она кажется нектаром. Нет никакого баланса.

– Кончается всё одинаково, независимо от вкуса.

Линкольн засмеялся и произнёс тост:

– За тот самый конец, – сказал он, делая глоток.

– Осторожнее. Ты ведь мой водитель.

– Я выпил не больше одного бокала на похоронной церемонии богачей.

– Ты имеешь в виду благотворительное мероприятие.

– В самом деле? Прости, видимо, я что-то перепутал.

Я засмеялась и покачала головой, осматривая город. Кроме нас на скамейке, вокруг никого не было; лишь большая живая изгородь за нами и открытая местность впереди. Я снова посмотрела на горы и вздохнула. В Индиане единственной панорамой на огромные расстояния было ещё больше расстояния и снег. Обычно просто снег, когда его выпадало достаточно, чтобы покрыть расстояние. А большую часть года сверху нависало огромное, тёмное, неизменное облако, которое лишало удовольствия и закрывало солнце.

Несмотря на то, что я умирала от скуки дома, я не могла не признать, что в Колорадо довольно красиво.

– Неплохо, – прошептал Линкольн.

– Что именно?

– Это, – кивнул он на горы.

– Прыгал когда-нибудь с них?

Он засмеялся и придвинулся ближе ко мне. Сердце неистово заколотилось в груди.

– Лишь однажды. Когда я только начал прыгать.

– И что чувствуешь в этот момент?

Бэйсд молчал минуту, всматриваясь в горы. Я уже подумала, что он меня не слышал, но вдруг он заговорил:

– Это как свобода. Страшно и волнующе, ты и жив и мёртв и всё вместе сразу. Ты знаешь, что это чревато травмами или ещё хуже, но то чувство, когда ты приземляешься, оправдывает все риски. Когда ты там, всё замирает.

– Не думаю, что могла бы сделать это.

Он засмеялся.

– Смогла бы. Ты самый храбрый человек из всех, кого я знаю.

Я улыбнулась.

– Почему ты говоришь так?

Его лицо приблизилось к моему. Я чувствовала тёплое дыхание.

– Прекрасная, смелая и храбрая. Я не переставал думать о тебе всё это время.

– Линкольн, – всё, что я смогла сказать в ответ.

– Чёрт, Бри. Ты знаешь, что со мной делаешь?

– Нет.

Он подсел ближе, прижав своё бедро к моему. Мне следовало встать, но я не могла.

– Ты даришь мне то чувство. То самое чувство. Свободы и ужаса, и неба, готового обрушиться на меня. Ты вернула меня на землю, Обри. И мне плохо, потому что ты не со мной.

Я хотела ответить, но Картер обрушил на меня свои губы, и мои слова заглушил его поцелуй.

Он был таким же, как и тогда, много лет назад. Я прижалась к нему и обвила руками за шею, всё моё тело трепетало, дрожь сотрясала мои губы и грудь, мурашки бегали по спине. Было свежо, его рот был открыт и безошибочно нашёл мои губы, язык Картера касался моего. А я не способна была ни на что, ни на что на свете, кроме как сидеть на скамейке и отвечать на его поцелуй. Именно этого я хотела больше всего на свете. Переживания и стресс, страх и желание, всё было, и одновременно не было, это было наслаждение в чистом виде. Мне казалось, что всё будет длиться вечно, и я не имела ничего против.

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13

www.litlib.net

Читать книгу «Бэйсд» онлайн » Страница 10

Чёрт бы её побрал, Обри снова вернулась в мою жизнь. Может, если всё пойдёт хорошо, я восстановлюсь быстрее, чем ожидал, а мама займёт её чем-нибудь. Может, этим летом мы не будем слишком часто встречаться.

Может, мне не придётся провести следующие три месяца, пытаясь скрывать свой стояк каждый раз, когда она нагнётся что-нибудь подобрать.

Глава 3

Обри

Я смотрела на отблески солнца в бассейне, отправив очередное сообщение. Паника начала постепенно заполнять моё существо.

За последний час, который последовал за маленьким столкновением с Линкольном на кухне, я отправила S.O.S. сообщения всем своим друзьям из старшей школы с надеждой, что кто-нибудь ещё проводит каникулы дома. Не получив через некоторое время ни одного ответа, я начала осознавать, что, возможно, мне придётся провести все летние каникулы только в обществе Линкольна.

Мой сводный брат. Линкольн «Бэйсд» Картер. Даже прихрамывая, он выглядел чертовски потрясающе. Когда парень спускался по лестнице, тяжело опираясь на трость, я могла видеть, как мускулы перекатывались под его белой футболкой. Это делало его цветные татушки более заметными. Он бросил на меня одновременно «я-знаю-ты-меня-хочешь» и «я-великий-дар-Бога-этому-миру» взгляд, со свойственной ему уверенностью в себе и высокомерием, которые совершенно меня взбесили и невероятно возбудили. Моё сердце безумно билось в груди всё время, пока мы обменивались любезностями. Когда он, наконец, подошёл к шкафчику, чтобы взять хлопья, у меня появилась возможность рассмотреть те его мышцы, которые находились ниже поясницы, и кусочек татушки на боку.

Какого чёрта со мной произошло? Я уставилась на него, как будто парень кусок мяса и я только и ждала момента наброситься на него. Я думала только о том, способен ли он заниматься сексом после своей травмы. Хотя, наверно, это не имело для Картера значения.

Я посмотрела на телефон.

Тишина.

И застонала. Это был кошмар. Я едва сдерживала порыв убраться из дома, пока не нагрянула съемочная группа и не стала тыкать микрофонами в лицо, в ожидании, что я начну расхваливать Линкольна. Я совершенно точно не собиралась становиться частью его документального фильма или чего бы то ни было. Ни за что и никогда.

Честно говоря, я не хотела быть ещё одним лицом в гламурной жизни Линкольна. У него было достаточно фанатов и прилипал, которые с удовольствием немного поучаствовали бы в этом шоу. Но только не я. Меня это не интересовало бы, даже если я не перестала бы думать о нём с той ночи.

Я откинула голову и окунулась в воспоминания.

***

Мы ввалились в дом через заднюю дверь немного пьяные, немного легкомысленные и совершенно измотанные. Но адреналин, который бурлил во мне всё время, пока я всю ночь напролёт танцевала, тесно прижавшись к чертовски сексуальному сводному брату, вдыхая его запах и сгорая от желания взять в рот член Линкольна, не давал мне расслабиться. Он был слишком идеальным, с чётко очерченными чертами лица и телом, над которым парень, однозначно, усердно работал.

— Ш-ш, ты перебудишь весь дом, — прошептал он.

— Идиот, никого нет, — хихикая, ответила я.

Картер засмеялся.

— Верно. У них медовый месяц.

— Нет. Брачная ночь.

— Готов поспорить, они прямо сейчас консумируют его.

Я скорчила гримасу.

— Фу, какая гадость! Не хочу представлять папу, консумирующим что-либо.

— А ты думаешь, я хочу представлять свою маму, занимающуюся этим?

— Ты завёл этот разговор.

Он засмеялся и игриво толкнул меня. Затем стал подниматься по лестнице. Я, хихикая, шла за ним.

— Хочешь ещё выпить? — спросил Картер.

— Что, у тебя есть выпивка?

Он лукаво усмехнулся.

— Небольшая заначка.

knigochei.net

Читать книгу «Бэйсд» онлайн » Страница 2

Летние каникулы.

Услышав эти слова, представляешь восхитительные, наполненные солнцем дни и себя, лежащую у бассейна или на песочке. Предполагается, что во время летних каникул человек убегает от обыденных ежедневных проблем, просто расслабляется и не испытывает стресс.

Я поняла, что таких каникул у меня не предвидится, когда тащила за собой чемодан по парадным ступенькам огромного дома в штате Колорадо, который принадлежал моему отцу.

За две недели до окончания семестра мне позвонила мачеха. Джулия, бывшая супермодель, и, хотя ей за сорок, женщина до сих пор чертовски красива. Она больше не участвует в фотосессиях, проводя большую часть времени за организацией благотворительных мероприятий и появляясь в самых популярных модных телешоу. Я до сих пор помню, чем конкретно занималась в тот день, прежде чем подняла трубку: заказывала билеты на самолёт до Лос-Анджелеса, чтобы погостить у подруги. Прямо перед тем, как я нажала кнопку «Подтвердить», раздался её звонок, как будто у мачехи был дар предвидения.

Сдуру я ответила.

— Алло?

— Обри? Привет, милая!

— Привет, Джулия. Как дела?

— Всё прекрасно. Как твои? Семестр почти закончился, не так ли?

— Да, ещё две недели.

— Это просто потрясающе. Подумать только, ты почти старшекурсница.

— Знаю, это безумие.

— Послушай, дорогая, какие у тебя планы на лето?

Мне следовало солгать. Следовало сказать, что у меня уже есть сверхважные планы, и это было бы только наполовину ложью, потому что в моих планах главным событием был отдых на пляже. Вместо этого я сказала правду. Как последняя идиотка.

— Ну, вообще-то, я собираюсь в Лос-Анджелес к подруге. Мы планировали тусить всё лето.

— Должно быть весело. Но послушай. Я хочу попросить тебя об услуге.

Мне следовало просто повесить трубку.

— О какой?

— У нас запланировано несколько благотворительных собраний этим летом. И все они будут проходить здесь, в Боулдере. Я надеюсь, что ты согласишься приехать домой и помочь мне их организовать.

Мне следовало закричать «нет». Мне следовало выбросить телефон и поступить по другому: нажать кнопку «подтвердить» и больше не думать об этом.

— Моя помощь действительно необходима? — вместо этого спросила я.

— О, да, в самом деле, необходима. Твой отец тоже обрадуется, увидев тебя дома летом. Ты ведь знаешь, как он скучает.

Всё было решено. Она меня подловила. Точно знала, что сказать, чтобы я испытала чувство вины и изменила все свои планы (горячих сёрферов, море солнца и чтение книг). Так началось моё долгожданное возвращение в Боулдер, штат Колорадо.

И завершилось оно, спустя две недели, попытками втащить чемодан в огромный холл в доме моего отца.

— Эй, — позвала я. Вокруг царила пугающая тишина. Единственное, что я слышала, был звук отъезжающего такси, на котором я приехала из аэропорта.

Я огляделась. Снова дома. Или, точнее, в одном из нескольких домов моего отца. Он довольно успешный бизнесмен, который занимается режиссурой и продюсированием, поэтому всё время занят. Дом, где мы постоянно живём — это, особняк в Боулдере, в котором я выросла, однако у него есть владения в Нью-Йорке и Напа-Вэлли. Несмотря на то, что в киноиндустрии полно чудиков, он не похож на обитателей Голливуда и предпочитает жить как можно дальше оттуда.

По пути из холла в дом я оглядывалась по сторонам. С последнего моего визита он не изменился. Это было на День благодарения, и я была крайне удивлена. Джулия любит по-новому оформлять интерьер. Можно сказать, слишком любит. Некоторое время всё вокруг было в лиловых тонах, в стиле «Арабских ночей», пока однажды она не посмотрела «Король лев». Тогда всё внезапно преобразилось в стиль сафари.

Мне нравилась Джулия. Даже очень. Добрая и заботливая. А также самая искренняя из всех, кого я встречала в жизни. Она смеялась над моими шутками и интересовалась тем, что я говорила или делала. Но вряд ли её можно назвать светлым умом.

Честно говоря, она даже немного глуповата.

Но такая милая. Мне невыносимо быть грубой по отношению к ней, даже в мыслях. Но я ничего не могла с собой поделать. Джулия напоминала мне золотистого ретривера: преданная, любящая повеселиться, всегда счастливая, но немного заторможенная.

knigochei.net