Серия: Чертополох - 3 книг. Книга чертополох


Чертополох -Воздаяние

За обложку огромное спасибо Neangel. Третья и заключительная часть истории про Энейру Ирташ. Столкнувшись с превращенным в беркута Ставгаром, Эрка не только узнала его в новом обличии, но и помогла бежать, нарушив тем самым волю князя Арвигена. Олдер, решившийся спрятать у себя Лесовичку, становится на опасный путь, который приведет его к потере имени и изгнанию... Но Седобородый еще не сказал своего последнего слова.

11716 просмотров | 137 комментариев | 135 в избранном | 6 наград

Часть текстадля всех Размер: 3,00 алк

Хэштег: #Фэнтези-колдовство

Из цикла: Чертополох

Произведение наградили Что такое награждение?

Пироженка Пироженка
  • 05.02.18, 22:29
  • Пироженка
  • svetw2008
  • + 5,00 * 20
Печенька
  • 19.01.18, 12:42
  • Печенька
  • Olga
  • + 5,00 * 2
Посмотреть остальные награды

prodaman.ru

Читать книгу «Чертополох. Излом» онлайн » Страница 2

Правообладателям и читателям! Данное произведение защищается авторским правом, поэтому, вы можете ознакомиться с легальным фрагментом. Если начало вам понравилось, то можно приобрести легальную полную версию произведения по ссылке на последней странице фрагмента у нашего проверенного и надежного партнера.

Позже Дари все же спросил у Илара о том, почему его мать и сестра умерли так рано. Старик, услышав вопрос, долго молчал, но, поняв по взгляду воспитанника, что тот не отступится, сказал: «Твоя мать хотела показать своему отцу внучку, и отправилась вместе с Лирейной на празднование в его имение. Твой отец не стал их сопровождать – он только что вернулся из похода, хотел отдохнуть в тишине… Кто ж знал, что праздник обернется кошмаром из-за восставших полувольных!» После этих слов старик замолчал, но потрясенный таким известием Дари все же нашел в себе силы еще для одного вопроса: «Полувольные… Они… Всех убили?» Старик тяжело вздохнул: «Восставшие никого не пожалели: ни старых, ни малых, ни гостей, ни их слуг – даже твою сестру убили вместе с попытавшейся защитить ее кормилицей… Но хватит об этом – дело это давнее, а здесь такого никогда не случится, потому как твой отец хоть и строг, но справедлив…»

Больше Илар так ничего и не рассказал, пресекая даже попытки мальчика вернуться к этому разговору, а у отца Дари спросить об этом не решался: и не потому, что опасался родительского гнева, а просто чувствовал – не стоит…

Единственное, что оставалось мальчику, это перебирать ранние воспоминания, в которых его отец был совсем иным: темноволосым, без суровых складок у губ, с весело блестящими глазами… Иногда, сбросивший на короткий срок ратное бремя, родитель становился почти прежним – так было позапрошлым летом, которое Дари провел в южном, расположенном у самого моря, имении. Отец был с ним почти целое лето – учил плавать и нырять, а еще они подолгу загорали, лежа на белом песке укромной бухточки… Эти дни стали для Дари одними из самых счастливых, но они так долго не повторялись, что уже начинали казаться почти что сном, а всему виной – бесконечные войны Амэна, в которых отец всегда принимал самое деятельное участие…

Подумав о войнах, уже преодолевший большую часть коридоров Дари невольно вздрогнул и, отклонившись от намеченного пути, заглянул в домашнее святилище. Там все было точно так же, как и обычно: сильно пахло можжевельником, у статуи Алого Мечника тлел огонек, на стенах святилища висели привезенные отцом трофеи… Дари сумрачно посмотрел на жестокое лицо статуи: на его взгляд, именно Воитель и был причиной всем неприятностям, ведь он постоянно требовал новой крови и ради этого отнимал отца и от дома, и от самого Дари, но самым худшим было то, что сила Мечника понемногу меняла отца – Дари чувствовал это и отчаянно противился происходящему всем своим существом, хотя, казалось бы, что он – не вылезающий из простуд, слабый и не вышедший даже ростом детеныш, мог противопоставить давнему божественному покровителю Остенов?..

Из-за сквозняка огонек у подножья статуи отклонился в сторону и затрепетал, и в тот же миг Дари показалось, что каменные черты Мечника на миг исказились в насмешливой и немного презрительной гримасе – божество словно бы смеялось над его потугами изменить сложившийся расклад, заранее предсказывая неудачу… Но Дари лишь покрепче сжал в руках сапоги и узелок с приношением, и покинул святилище со всем возможным достоинством – своим видом он хотел показать Мечнику, что такими мороками его не испугаешь и не загонишь обратно в кровать, под защиту старого Илара…

Остаток избранного Дари пути пролегал в полной темноте, но мальчик пробирался по ведущим к черному входу закуткам с проворством и бесшумностью кошки. Поскольку окружающий Дари мир, по большей части, ограничивался имениями семьи, изрядная доля незаметной деятельности мальчика сводилась к их старательному исследованию – этот дом он изучил едва ли не до последней выбоины, не обделив вниманием даже самые темные и заброшенные уголки, в которых служанки иногда забывали сметать паутину…

А еще Дари, смекнув, что окружающие его взрослые никогда не скажут ему всей правды, наблюдая за населяющей имение прислугой, старался держать глаза и уши открытыми. Со временем выуженные таким образом крупицы знаний складывались во вполне определенную картину, ну, а когда малолетний Остен подслушал на кухне разговор двух служанок и узнал из него, что грозный Седобородый может выполнить твое заветное желание, если, набравшись смелости, принести ему ночью на перекрестке требу, у него появилась вполне определенная цель…

Дари с самого начала осознал что именно ему нужно, но вот ускользнуть от внимания престарелых наставников было куда более сложной задачей, чем собрать необходимое приношение, так что теперь, ни Мечник, ни возможное ненастье его не остановят…

Добравшись до узкой, ведущей в примыкающий к дому сад, двери, Дари, устроившись на полу, поспешно натянул сапоги, и, вцепившись в тяжелый засов двумя руками, с трудом его отодвинул. Потом подобрал узелок, и, прижимая его к груди, протиснулся в чуть приоткрытую дверь – самым сложным было выбраться из дома, а теперь надо всего лишь наискось пересечь сад и выйти на подъездную дорогу, а там уже будет рукою подать до перекрестка…

На улице оказалось еще холоднее, чем на галерее – даже теплая куртка не спасала Дари от шумящего в кронах деревьев ветра, но мальчик, быстрым шагом миновав высаженные ровными рядами яблони, с трудом продрался сквозь густые кусты живой изгороди. Оказавшись же на подъездной, окруженной тонкими тополями дороге, Дари и вовсе перешел на бег: осознание того, что он вышел из-под привычной домашней защиты и оказался один на один с населяющими ночь призраками, вновь вернуло притихший было страх – мальчику чудилось чужое дыхание за спиной, а тени колеблемых ветром тополей казались ему длинными руками, готовыми вот-вот схватить его, так и не позволив дойти до цели… И Дари бежал – все быстрее и быстрее, не смея ни оглянуться, ни перевести дыхание, и остановился лишь тогда, когда перед ним – вконец запыхавшимся, появился каменный столб-указатель, отмечающий развилку.

Успокаивая заходящееся ударами сердце, Дари прижался разгоряченной от бега щекою к серому камню, и стоял так до тех пор, пока очередной порыв ветра не растрепал ему волосы и не выхолодил спину. В самом деле – нечего ему стоять без толку, ведь время уходит, а самое главное даже не начато! Отойдя от столба, мальчик присел на корточки и развязал принесенный узелок. Расстелив ткань на дороге, разложил на ней несколько пирожков и откупорил крошечный глиняный кувшинчик, в который, пробравшись тайком в погреб, нацедил вина из бочки… Покончив с приготовлениями, Дари еще раз внимательно осмотрел приношение, и, подумав, передвинул кувшинчик чуть левее. Теперь оставалось самое главное – пролить собственную кровь, и, окропив ею приношение, дождаться глухого, отдаленного карканья, которое, по словам служанок, символизировало то, что Хозяин Троп принял жертву и готов внимать твоей мольбе.

Дари, подумав немного, поддернул вверх рукав куртки, оголил тоненькое, беззащитно белеющее в окружающем сумраке запястье и, быстро чиркнув по нему лезвием кинжала, вытянул руку так, чтобы кровь из ранки закапала на разложенный дар.

– Хозяин Троп, Седобородый! Прими эту жертву и выполни мою просьбу! Мне это и вправду очень надо!..

Произнеся это, Дари замолчал и стал внимательно вслушиваться в заполонившие ночь звуки, стараясь не пропустить условного знака, но тут произошло то, чего мальчик никак не ожидал: карканье раздалось не издалека, а совсем близко – прямо над склоненной головою Дари, и тот, подняв глаза вверх, увидел, как на верхушке столба-указателя клубится с каждым мгновением все более уплотняющаяся, становящаяся осязаемой тьма… Несколько ударов сердца – и вот уже не тьма, а огромный ворон, устроившись на камне, крепко вцепился в него когтистыми лапами и, чуть склонив голову набок, внимательно посмотрел на мальчика круглым глазом…

– Седобородый… – едва слышно прошептал ошеломленный таким видением Дари, а ворон, переступивши с лапы на лапу, устроился поудобнее на своем насесте и наградил мальчика еще одним пристальным, отнюдь не птичьим взглядом – весь его вид словно бы говорил: «Ну, давай уже – говори. Что там у тебя?»

Дари облизал внезапно пересохшие губы и заговорил, изо всех сил стараясь, чтобы его голос звучал твердо и уверено – так, как и подобает истинному Остену.

– У меня есть заветное желание… Точнее – два. Я хочу, чтобы отец вернулся из похода живым и невредимым… – тут мальчик запнулся, не зная, как лучше высказать свое соображение, но нужные слова нашлись почти мгновенно. – А еще нам с папой очень нужна мама!

– Каррр? – у сидящей на столбе ворона даже перья встопорщились от изумления – похоже, такую просьбу ему доводилось слышать нечасто, а Дари, испугавшись, что в этом желании ему будет отказано, зачастил.

– Я понимаю, что это непросто выполнить, но когда у нас появится мама, отец будет чаще возвращаться домой и не станет так хмуриться, а я буду во всем ее слушаться и ничем не огорчу… Правда!

Слушая мальчика, птица вроде бы, немного успокоилась, но оставалась по-прежнему неподвижной и безмолвной. Дари задумался, и, припомнив все, услышанные им сказки, решительно тряхнул головой.

– Выполни мое желание, Седобородый, а за это я отдам тебе самое дорогое, что у меня есть!

Расстегнув воротник куртки, Дари снял с шеи носимый им оберег – маленький, плоский камень с выточенной волнами дырой посередине, и, встав с колен, протянул его ворону, пояснив.

– Это морское око – мы его вместе с отцом позапрошлым летом нашли. Теперь оно твое!

– Каррр! – ворон взглянул на мальчика с каким-то лукавым озорством, и, подхватив клювом шнурок оберега, расправил крылья. Взмыв вверх со столба, птица почти мгновенно растворилась в окружающей ее черноте ночи, а Дари, проводив ее взглядом, облегченно вздохнул. Седобородый выполнит его просьбу и у них с отцом все будет хорошо…

На обратной дороге с мальчиком не случилось ничего необычного – ему удалось вернуться домой так же незаметно, как и выскользнуть из него. Утром, правда, выяснилось, что Дари на своей ночной прогулке сильно простыл. Старый Илар, растирая мальчика козьим жиром и отпаивая его горячим травяным настоем, долго изумлялся тому, что его воспитанник сумел не только подхватить хворь, но еще и сильно оцарапаться, не вылезая из теплой постели.

Приставший к голенищу сапога тополиный лист, так и остался незамеченным из-за уже изрядной подслеповатости Илара, а сам Дари не обращал на ворчание своего опекуна никакого внимания, и неудивительно – какое значение имеет очередная простуда, если вскоре отец вернется целым и невредимым, а в доме появится мама…

Ставгар

Почти утонувшая в высоком кресле, высохшая от времени Старшая Жрица Дельконы едва заметно качнула головой:

– Ты не знаешь, о чем просишь, Бжестров, а потому – нет.

Сидящий напротив согласившейся-таки принять его Матери Вероники Ставгар мимовольно сжал кулаки, но уже в следующий миг распрямил стиснутые до побелевших костяшек пальцы. Сейчас излишняя горячность ему не поможет – скорее уж навредит, да еще и вызовет на сморщенных, сухих губах Старшей жрицы снисходительную улыбку.

Правообладателям и читателям! Данное произведение защищается авторским правом, поэтому, вы можете ознакомиться с легальным фрагментом. Если начало вам понравилось, то можно приобрести легальную полную версию произведения по ссылке на последней странице фрагмента у нашего проверенного и надежного партнера.

knigochei.net

Читать книгу Чертополох Юлии Остапенко : онлайн чтение

Чертополох

Это был один из лучших дней, больше у них таких не случалось. Небо с самого рассвета затягивали облака, и на солнце, пробивавшееся сквозь пухлую сизую дымку, было не больно смотреть. Полина сидела на траве, поджав ноги под себя, а на её коленях лежал пучок цветущего чертополоха. Она любила чертополох – чудачка. Он казался ей нетривиальным.

– Мне иногда такие дурацкие сны снятся, – сказала она и сорвала травинку. Кажется, она немножко нервничала. Максим знал, что у неё сейчас опасные дни, а презервативам она не очень доверяет. Однажды ей уже пришлось сделать аборт по вине то ли китайского производителя, то ли чересчур ретивого партнёра. Она неохотно об этом вспоминала, да Максим и не особо расспрашивал. Его не интересовало её прошлое. Его интересовало их будущее.

– Да? – с искренним интересом переспросил он и, приподнявшись на локте, взглянул в Полинино тёмное лицо. Серебристый ореол солнечных лучей вокруг её головы делал смуглую кожу ещё темнее. Полина подняла на него гигантские глаза – почти не в меру гигантские, почти некрасивые, – у-у, стерва глазастая, думали те, кто её не любил, а их было много. В полусвете-полумраке сверкнули её белки.

– Ну вот сегодня бред такой приснился, ужас, – тревожно сказала она и поёжилась. Зябко так, неуверенно – повела худыми плечиками, словно стряхивая песок. Потом сунула травинку в рот и принялась сосредоточенно жевать.

– Ты рассказывай, давай, – усмехнулся Максим, легонько толкнув её под локоть. Она стрельнула в него глазищами – сердито, но немного растерянно. – Рассказывай, я же вижу, что ты хочешь.

– Ладно, – сказала Полина и замолчала. Максим взял стебелёк чертополоха с её голого колена, хищно откусил головку, выплюнул, скривившись.

– Я тебе снился, точно? – вкрадчиво поинтересовался он.

– М-м, – мотнула головой Полина. – Что я умерла… снилось.

Максим сел, скрестил ноги по-турецки. Поднял голову, посмотрел прищурившись на солнце. Взял ещё один стебелёк. Повертел в пальцах. Положил обратно.

– Опять?

– Ага, – как-то вдруг сразу беспечно заговорила Полина. – Стояла на краю балкона… на самом-самом краешке. И пьяная была – чувствую, что пьяная, хотя во сне поди разбери. А потом полезла на перила. Ты кричишь: «Полинка, стой, ты что, сдурела?!», а я лезу и всё.

– Я там был? – переспросил Максим.

Она склонила коротко стриженую голову на бок, словно раздумывая. Потом хмыкнула, улыбнулась, кивнула.

– Вроде да. Я тебя не видела, правда. Только крик твой слышала.

– Ну, а дальше что?

– А дальше залезаю на перила и падаю вниз, медленно так. Рукой схватилась за поручень и тут же отпустила. И уже вроде не пьяная, а поздно. Макс, кричу, Макс! Ты подбегаешь… то есть я думаю так: ты подбегаешь, а я уже падаю. Руки вверх, точно ласточкой в бассейн прыгать собралась, и – падаю…

– Солдатиком, – машинально подсказал Максим.

– Не-а… Солдатиком – это когда руки по швам. И лечу вниз, долго-долго так лечу… вниз… мимо балконов, мимо окон. А дом и мой и не мой вроде. То есть некоторых я узнала. Леночка с пятого этажа уроки за столом делает, и сидит неправильно, ссутулившись, Гришка с четвёртого опять в одиночку надирается, но не самогон у него почему-то, а «Smirnoff»…

– И как это ты всё запомнила, – недоверчиво перебил Максим; ему то ли смешно было, то ли нет, он сам не мог понять.

– Ну сон ведь! – засмеялась Полина и, схватив стебелёк чертополоха, смяла узловатую головку цветка в ладони. – Вот, а на третьем этаже люди какие-то незнакомые просто сидят молча, не знаю, кто такие. На втором дворничиха Галина Васильевна хохочет с каким-то противным толстым типом, на её мужа совсем не похожим. А на первом…

Она запнулась, опустила голову. Максим пытливо взглянул в её маленькое лицо, протянул руку, коснулся ладонью щеки. Полина закрыла глаза. Головы не подняла. Руки лежали на разбросанном чертополохе. Максим заметил, что растрёпанные блекло-сиреневые шапочки цветков уже начали мокнуть и вять. А ещё увидел желтое пыльцовое пятнышко на ногте ее мизинца.

– На первом что, Полина? – тихо спросил он.

Она вздохнула, быстро, прерывисто, но головы не подняла. Максим чувствовал лёгкое движение её кожи под своей ладонью, когда она ответила.

– А на первом нет никого. Пусто.

Помолчали немного. Потом она сказала:

– Ну вот, и врезаюсь я ногами в землю. Дальше вниз, ступни уходят в бетон и всё. И я умерла.

– И проснулась?

– Да нет, – она скинула его руку. – Не проснулась. Умерла.

Максим молча смотрел на неё. Она слабо улыбнулась, потом шире, потом хихикнула, легонько шлёпнула его по тыльной стороне ладони.

– Ну и проснулась, конечно, – бросила она. – Потом уже.

– А, – сказал Максим. Ему хотелось снова заняться с ней любовью. Полутень делала её лицо почти красивым.

– Да, дела, – сказала Полина и повернулась к нему. Встревоженная всё ещё? Да нет, кажется, полегчало. Рассказала – и полегчало, всё как всегда. А часто ей сны эти снятся. То машина её собьёт, то отравится чем-то, то СПИДом заболеет, то маньяк зарежет… А однажды рассказала, как Максим её собственноручно в окно выбросил. В порыве ревности. Как Отелло свою Дездемону, сказала, и засмеялась – ломко, неправильно, не по-настоящему. Сегодня – вот, сама сиганула. А впрочем глупости. Глупости и всё. Ему тоже много чего снится… иногда. Только ведь он ей никогда об этих снах не рассказывает. Чтобы не пугать.

Максим поднял голову, увидел, что Полина смотрит на него, придвинулся к ней, положил руки ей на колени. Стебельки под его ладонями были сухими и колючими.

– Я тебя люблю, – сказал он.

– Ага, – тонко улыбнулась она в ответ и потрепала его по волосам. Максиму захотелось зарыться лицом в её колени. Или не так: сначала поцеловать её, а потом положить затылок на чертополох и рассматривать небо. И облака. И собак, которыми они порой кажутся. Интересно, им тоже снится, что они умирают? И что это значит для облаков?

– Максим.

– А?

– Как ты думаешь, я живая?

Он улыбнулся, взял в ладони утреннюю дымку и поцеловал дрожащий воздух перед своим лицом. А потом лег на спину, положив голову на рассыпанный по сырой траве чертополох, и стал смотреть на облака.

iknigi.net

Книга: Чертополох

Юлия ОстапенкоЧертополох«Это был один из лучших дней, больше у них таких не случалось. Небо с самого рассвета затягивали облака, и на солнце, пробивавшееся сквозь пухлую сизую дымку, было небольно смотреть. Полина сидела на… — Автор, электронная книга Подробнее...20035.99электронная книга
Юлия ОстапенкоЧертополох«Это был один из лучших дней, больше у них таких не случалось. Небо с самого рассвета затягивали облака, и на солнце, пробивавшееся сквозь пухлую сизую дымку, было небольно смотреть. Полина сидела на… — Юлия Остапенко, Подробнее...2006бумажная книга
Максим КанторЧертополохТридцать эссе о путях и закономерностях развития искусства, посвященные основным фигурам и эпизодам европейской живописи, отвечают на ключев — АСТ, (формат: Твердая глянцевая, 352 стр.) Подробнее...2016269бумажная книга
Л. Л. КлочкоЧертополох. СтихиСтихи появляются и прорастают между белой бумагой и чёрными буквами. Поэзия стоит на самой тонкой грани и смотрит то в небо, то в бездну, объединяя их. Сборник стиховЛюдмилы Клочко Чертополох состоит… — Красико-Принт, (формат: Твердая глянцевая, 352 стр.) Подробнее...2018382бумажная книга
Фаддей БулгаринЧертополох, или новый Фрейшиц без музыки«…Солнце скрылось за небосклоном, и ночь одевала мраком город, над которым вился туман и, подымаясь, исчезал в лучах. О, если б все дурные желания испарялись ежедневно из больших городов, и любовь к… — Public Domain, электронная книга Подробнее...1830электронная книга
Фаддей БулгаринЧертополох, или новый Фрейшиц без музыки«…Солнце скрылось за небосклоном, и ночь одевала мраком город, над которым вился туман и, подымаясь, исчезал в лучах. О, если б все дурные желания испарялись ежедневно из больших городов, и любовь к… — Public Domain, Подробнее...1989бумажная книга
Волошины Анна и ОльгаЧертополох в хрустальной вазеЖизнь Альбины текла совершенно благополучно. Рано овдовевший отец ее любил и баловал. Муж души не чаял. Но после смерти отца все рухнуло. Муж присвоил и фирму, и все имущество, и она оказалась на… — Центрполиграф, Романтические истории Подробнее...2007288бумажная книга
Максим КанторЧертополох. Философия живописиТридцать эссе о путях и закономерностях развития искусства посвящены основным фигурам и эпизодам истории европейской живописи. Фундаментальный труд писателя и художника Максима Кантора отвечает на… — АСТ, электронная книга Подробнее...2016299электронная книга
Максим КанторЧертополох. Философия живописиТридцать эссе о путях и закономерностях развития искусства посвящены основным фигурам и эпизодам истории европейской живописи. Фундаментальный труд писателя и художника Максима Кантора отвечает на… — АСТ, Подробнее...2016бумажная книга
Шихарева Варвара ЮрьевнаЧертополох. ЛесовичкаЕе прежняя жизнь сгорела в пламени осажденного города, а горечь предательства легла на сердце тяжелым камнем, но травница Эрка Ирташ не сломалась, а ее душа по-прежнему полна отваги и сострадания. Да… — Эксмо, Колдовские миры Подробнее...2016330бумажная книга
Шихарева ВарвараЧертополох. ЛесовичкаЕе прежняя жизнь сгорела в пламени осажденного города, а горечь предательства легла на сердце тяжелым камнем, но травница Эрка Ирташ не сломалась, а ее душа по-прежнему полна отваги и сострадания. Да… — Эксмо, Колдовские миры Подробнее...2016135бумажная книга
Шихарева В.Ю.Чертополох. ЛесовичкаЕе прежняя жизнь сгорела в пламени осажденного города, а горечь предательства легла на сердце тяжелым камнем, но травница Эрка Ирташ не сломалась, а ее душа по-прежнему полна отваги и сострадания. Да… — Издательство "Эксмо" ООО, Колдовские миры Подробнее...2016122бумажная книга
Помысова Т., Синякова С., Геронимус В., Просперо М.Чертополох моих желанийОчередной том книжной серии "Живое авторское слово" включает в себя стихотворения четырех поэтов: Татьяны Помысовой, Стеллы Синяковой, Василия Геронимуса и МихаилаПросперо. Собранные вместе, они… — Скифия СПб, (формат: Твердая глянцевая, 512 стр.) Подробнее...2013295бумажная книга
Варвара ШихареваЧертополох. ЛесовичкаЕе прежняя жизнь сгорела в пламени осажденного города, а горечь предательства легла на сердце тяжелым камнем, но травница Эрка Ирташ не сломалась, а ее душа по-прежнему полна отваги и сострадания. Да… — Эксмо, (формат: Твердая глянцевая, 512 стр.) Колдовские миры электронная книга Подробнее...2016149электронная книга
Шихарева В.Чертополох ЛесовичкаЕе прежняя жизнь сгорела в пламени осажденного города, а горечь предательства легла на сердце тяжелым камнем, но травница Эрка Ирташ не сломалась, а ее душа по-прежнему полна отваги и сострадания. Да… — Издательство Э, (формат: Твердая глянцевая, 352 стр.) Подробнее...2016166бумажная книга

dic.academic.ru

Чертополох. Лесовичка

Ее прежняя жизнь сгорела в пламени осажденного города, а горечь предательства легла на сердцем тяжелым камнем, но травница Эрка Ирташ не сломалась, а ее душа по-прежнему полна отваги и сострадания. Да только достаточно ли этого, чтобы спутать все планы пришедшему в ее край грозному тысячнику-колдуну, Олдеру, по прозвищу Амэнский Коршун, который до сего дня не знал поражений? И стоит ли верить словам любви молодого владетеля Ставгара, что упрямо пытается загладить свою нечаянную вину перед живущей среди густого леса травницей? Хозяин троп человеческих сплел судьбы этих троих в сложный узор, в котором смешались старые долги, колдовство и неисполненные клятвы. Узлы чародейского плетения стянулись так крепко, что теперь лишь время покажет, чем станет молодая женщина для двух заклятых врагов - гибелью или спасением, и какой путь изберет для себя сама травница.              Текст размещен не полностью. Книга вышла в ноябре 2016 г. в издательстве ЭКСМО. Ссылки, где можно купить, смотрите ниже.

Категории: Историческое фэнтези

1624 просмотров | 5 комментариев | 21 в избранном | 1 наград

Полный текстдля всех Размер: 6,44 алк

Хэштег: #Фэнтези-колдовство

Из цикла: Чертополох

Произведение наградили Что такое награждение?

Пироженка
  • 05.02.18, 22:26
  • Пироженка
  • svetw2008
  • + 5,00 * 20

prodaman.ru

Серия: Чертополох - 3 книг. Главная страница.

КОММЕНТАРИИ 235

Живите вечно. Повести, рассказы, очерки, стихи писателей Кубани к 50-летию Победы в Великой Отечественной войнеАлександр Васильевич Стрыгин

Из ранее опубликованного в Интернете и СМИ России... ОСТОРОЖНО, ПЛАГИАТ! ПРИНУЖДЕНИЕ К ПРАВДЕ... "Гражданин республики Беларусь Бобровничий Владимир Григорьевич - не автор и не соавтор стихов "Площадь памяти", не автор и не соавтор песни-баллады "ПЛОЩАДЬ ПАМЯТИ" (Слова Сааковой В. Г., музыка Шапошникова Г. Г.)"... Из истории стихов "Площадь памяти" и одноименной песни-баллады "ПЛОЩАДЬ ПАМЯТИ"... 230-я штурмовая авиационная дивизия в составе 4-й воздушной армии 2-го Белорусского фронта участвовала в освобождении советской Белоруссии от немецко-фашистских захватчиков, но самые большие потери личного состава и боевой техники 230-я ШАД понесла в ходе кровопролитных боёв за Крымский полуостров. И в День Победы, 9 мая 1968 года, в Керчи, на открытии памятника воинам-авиаторам, павшим в Великую Отечественную войну, жена фронтового лётчика и мать военного лётчика, поэтесса Валентина Григорьевна Саакова, посвятила погибшим однополчанам свои стихи "Площадь памяти", на которые руководитель матросского ансамбля "Ладожане", композитор и поэт-песенник, дивизионный штурман Лен.ВМБ Балт.флота Геннадий Георгиевич Шапошников, написал одноименную песню-балладу "ПЛОЩАДЬ ПАМЯТИ" (Слова В. Сааковой, музыка Г. Шапошникова)... За полу-вековую жизнь стихов "Площадь памяти" и полу-вековое звучание песни-баллады "ПЛОЩАДЬ ПАМЯТИ" не было зафиксировано ни одного случая злонамеренного покушения на авторство этих произведений. Но 13 марта 2014 года, житель г. п. Лоев Гомельской области республики Беларусь, гражданин РБ Бобровничий В. Г., официально-публично (Регистрационный номер - № 0200689 от 13.03.2014 г.), заявил, что это он, Владимир Григорьевич Бобровничий, - автор стихов "Площадь памяти" и автор текста песни-баллады "ПЛОЩАДЬ ПАМЯТИ", фактически, не являясь автором или соавтором этих стихов и текста этой песни... Пресс-служба "ИнтерПолисВести", города-герои Керчь и Ленинград, город Сочи, г. п. Красная Горбатка и Лоев Гомельской области республики Беларусь, 27.08.2018 г.

ПЛОЩАДЬ ПАМЯТИ. НЕ ПРЕДАТЬ ЗАБВЕНИЮ.   27-08-2018 в 20:31   #235 Не ищите приключенийИрина Сергеевна Грибовская

Интересная, позитивная книжка. Написанная легко, светло и юмором. Интриги, зависть, предательство, месть, честь, дружба, верность, любовь - все это на фоне приключений. Вроде бы и ничего особенного, но книга заставляет улыбнуться и поднимает настроение, как хорошая добрая сказка))

Марина   22-08-2018 в 10:56   #231 Родовая земляАлександр Сергеевич Донских

Роман «Родовая земля» о том, как простой человек своим трудом и с верой в милость Бога созидает изо дня в день своё счастье. Но препятствий всегда много, в любые времена, для любого человека, в каком бы государстве он не жил. А потому нужно остаться человеком, не замарать душу, чтобы потом предстать перед Творцом на Страшном суде. Автор ведёт нас к тому, чтобы мы заботились о своей душе. Ведёт умело, рассыпая повсюду для нас интересные идеи, пейзажные зарисовки, психологические этюды и т.д. Блестящая вещь. Читается легко, а когда прочитаешь, то думаешь долго о прочитанном, и тоже легко.

Истрин Е.   20-08-2018 в 14:57   #230 50 стихотворений Шела Сильверстина (СИ)Шел Сильверстин

Комментарий мой следующий: мое имя Алекс Бард, и сборник был взят с моей странички в самиздате без моего уведомления (http://samlib.ru/a/a_bardowi/shel5.shtml). Я являюсь переводчиком данных стихотворений, так что прошу либо указать, что этот перевод сделан мной, либо удалить весь сборник.

Алекс Бард   19-08-2018 в 07:49   #229 Хождение за три моряАфанасий Никитин

Афеня Никита не мог отправиться из Москвы по той причине, что Великое тверское княжество противостояло в те времена московскому княжеству Историю родины следовало бы знать.

Вталий Александрович   17-08-2018 в 09:54   #227 Живите вечно. Повести, рассказы, очерки, стихи писателей Кубани к 50-летию Победы в Великой Отечественной войнеАлександр Васильевич Стрыгин

ПРИНУЖДЕНИЕ К ПРАВДЕ. 18 января 2018 года, электронное периодическое издание Журнал ГОРБАТКА.РУ опубликовало статью Александра Глазунова "История одной песни: "Площадь памяти", в которой журналист подвёл итоги своего расследования по уточнению автора стихов "Площадь памяти" и определению авторов одноименной песни-баллады "ПЛОЩАДЬ ПАМЯТИ". Установлено и подтверждено документально. Автор стихов "Площадь памяти" - жена фронтового лётчика и мать военного лётчика, Заслуженный работник культуры Кубани, член Союза журналистов и член Союза писателей России, руководитель лит.объединений и автор-редактор литературно-поэтических сборников, поэтесса Валентина Григорьевна Саакова (город Сочи). Её стихи, "Площадь памяти", публиковались многими периодическими изданиями и, в том числе, были напечатаны в журнале "ОГОНЁК" (№ 10, от 7 марта 1970 года, стр. 12.). Автор-создатель песни-баллады "ПЛОЩАДЬ ПАМЯТИ" (Музыка Г. Шапошникова, слова В. Сааковой) - бывший руководитель матросских ансамблей Лен.ВМБ Балт.флота "Волна" и "Ладожане", лауреат Всесоюзного фестиваля народного творчества, поэт, композитор и журналист, в прошлом, лучший дивизионный штурман, отличник погранвойск и военкор ИТАР-ТАСС, старший офицер ВМФ России Геннадий Георгиевич Шапошников (город-герой Ленинград). Текст и ноты песни-баллады "ПЛОЩАДЬ ПАМЯТИ" (Слова В. Сааковой, музыка Г. Шапошникова), также, неоднократно печатались различными изданиями и, в том числе, были опубликованы журналами ЦК ВЛКСМ "КОМСОМОЛЬСКАЯ ЖИЗНЬ" и "СМЕНА" (№ 12, июнь 1973 года, стр. 8.). Житель Гомельской области республики Беларусь, гражданин РБ Бобровничий Владимир Григорьевич, объявивший себя 13 марта 2014 года автором стихов "Площадь памяти" и автором текста песни-баллады "ПЛОЩАДЬ ПАМЯТИ", не является автором или соавтором этих двух музыкально-поэтических произведений.

ПЛОЩАДЬ ПАМЯТИ. ОСТОРОЖНО, ПЛАГИАТ!   15-08-2018 в 13:20   #226

ВСЕ КОММЕНТАРИИ

litvek.com