Книга "Фредерика" из жанра Исторические любовные романы - Купить и скачать, читать онлайн. Книга фредерика


Cкачать книгу Фредерика Джорджетт Хейер бесплатно без регистрации или читать онлайн

Категории

  • Самомотивация
  • Книги, которые стоит прочитать до 30
  • 8 лучших книг для перезагрузки мозгов
  • а так же...
    • 10 книг в жанре Хоррор (10)
    • 10 книг для влюбленных в горы (10)
    • 10 книг о душевнобольных (10)
    • 10 книг по тайм-менеджменту (10)
    • 10 книг про вампиров и прочую нечисть (10)
    • 10 книг про животных (10)
    • 10 книг про путешествия во времени (10)
    • 10 книг с лучшей экранизацией (9)
    • 10 книг с неожиданным финалом (10)
    • 10 книг, вдохновивших на написание музыки (9)
    • 10 книг, которые должна прочитать каждая девушка (10)
    • 10 книг, которые заставят Вас улыбнуться (9)
    • 10 книг, основанных на реальных событиях (10)
    • 10 книг, от которых хочется жить (10)
    • 10 книг, с которыми классно поваляться на пляже (9)
    • 10 лучших книг-антиутопий (8)
    • 15 книг о Любви (14)
    • 15 книг о необычных детях (15)
    • 15 книг о путешествиях (14)
    • 15 книг про пришельцев (15)
    • 20 книг в жанре фэнтэзи (20)
    • 20 книг-автобиографий (18)
    • 8 книг, после которых не останешься прежним (8)
    Смотреть Все а так же...

Поиск

  • Войти /Регистрация
  • Закладки (0)

sanctuarium.ru

Книга "Фредерика" из жанра Исторические любовные романы

 
 

Фредерика

Автор: Хейер Джорджетт Жанр: Исторические любовные романы Язык: русский Год: 2003 Страниц: 84 Издатель: Центрполиграф ISBN: 5-9524-0608-4 Город: Москва Переводчик: Тирдатов В. В. Добавил: Admin 15 Апр 11 Проверил: Admin 15 Апр 11 Формат:  FB2, ePub, TXT, RTF, PDF, HTML, MOBI, JAVA, LRF   онлайн фрагмент книги для ознакомления

фрагмент книги

Рейтинг: 5.0/5 (Всего голосов: 1)

Аннотация

Маркиз Вернон Элверстоук не привык потакать прихотям родни, лишь Фредерике Мерривилл, дочери своего дальнего родственника, он не смог отказать. Высокомерный маркиз с неохотой соглашается выполнить просьбу девушки ввести ее младшую сестру в высшее общество. Но вскоре замечает, что его влечет к Фредерике – этой провинциалке, так не похожей на привычных ему светских львиц…

Объявления

Где купить?

Нравится книга? Поделись с друзьями!

Другие книги автора Хейер Джорджетт

Похожие книги

Комментарии к книге "Фредерика"

Комментарий не найдено
Чтобы оставить комментарий или поставить оценку книге Вам нужно зайти на сайт или зарегистрироваться
 

www.rulit.me

Читать онлайн книгу «Фредерика» бесплатно — Страница 3

– В самом деле? – осведомился его светлость. – Но слухи, как вам, несомненно, известно, – это труба, на которой играют домыслы, зависть и предположения. Остальное я позабыл, но спешу вас уверить, дражайшая Лукреция, что в приглашениях на бал, если таковой состоится здесь, Хлоя не будет забыта. А теперь позвольте сопроводить вас к вашему экипажу: мысль о верной Гарриет, терпеливо ожидающей вас, не дает мне покоя.

– Постойте! – сказала мисс Донтри, пораженная очередной идеей. – А что, если мы с Луизой соединим наши возможности, какими бы они ни были, и устроим бал в честь обеих наших дочерей? Боюсь, что моя очаровательная Хлоя затмит бедную Джейн, но, как мне представляется, Луиза не станет особенно возражать, если поймет, что сможет немного сэкономить. – Сложив руки молитвенным жестом перед грудью, она добавила голосом, в котором лукавство сочеталось с лестью: – Позволите ли вы нам, дражайший Вернон, если Луиза согласится, устроить бал здесь, в вашей роскошной зале?

– Нет, дражайшая Лукреция, не позволю! – отозвался его светлость. – Но не спешите расстраиваться! Сие событие не состоится по той простой причине, что Луиза не согласится на ваш план, поверьте! Да, я знаю, что веду себя ужасно неучтиво, отчего вы можете лишиться чувств: быть может, позвать верную Гарриет?

Это было уже слишком, даже для миссис Донтри. Одарив его на прощание укоризненным взглядом, она удалилась, выражением лица весьма напоминая миссис Сиддонс[6] на портрете, написанном покойным сэром Джошуа Рейнольдсом и названном им «музой Трагедии».

Третьим посетителем маркиза стала леди Джевингтон, которая явилась не искать его благосклонности, а уговорить не поддаваться домогательствам леди Бакстед. Величественным и размеренным тоном она изложила, что не рассчитывает на его содействие в деле представления ее Анны высшему обществу, равно как и не намерена просить его об этом, но сочтет преднамеренным к себе неуважением, если он окажет таковое мисс Бакстед, которая (как многозначительно подчеркнула леди Джевингтон), в отличие от своей двоюродной сестры, не является его крестницей. Но если, добавила она, пристрастность маркиза вынудит его особо выделить Хлою, дочь Этой Женщины, то тогда ей не останется ничего иного, как умыть руки и снять с себя всяческую ответственность за последствия.

– Аугуста, ты почти убедила меня! – вскричал его светлость.

Слова эти, произнесенным нежно и ласково, сопровождались сладчайшей улыбкой; но леди Джевингтон, охваченная гневом, выплыла из комнаты, не добавив более ни слова.

– Теперь, – заявил маркиз своему секретарю, – осталось только, чтобы и ваша протеже потребовала от меня дать бал в ее честь!

Глава 3

В свете нынешних обстоятельств казалось маловероятным, что маркиз, которому редко приходила блажь доставлять кому-либо удовольствие, кроме себя самого, откликнется на приглашение мисс Мерривиль; равным образом, Чарльз Тревор тоже не проявлял стремления освежить его память. Но то ли из любопытства, то ли оттого, что однажды он оказался неподалеку от улицы Аппер-Уимпол-стрит, но маркиз нанес-таки ей визит.

Дверь ему открыл пожилой дворецкий, который провел его по узкой лестнице в гостиную на втором этаже с медлительностью, красноречиво свидетельствующей о возрасте и дряхлости, и объявил о его прибытии.

Его светлость, остановившись на пороге и быстро оглядевшись по сторонам, понял, что подозрения его вполне оправдались: неизвестная родственница явно принадлежала к категории нуждающихся, поскольку комната была обставлена безо всякой элегантности и выглядела где-то даже облезлой и убогой. Не обладая необходимым опытом в таких делах, он не распознал признаков, которые подсказали бы человеку, пребывающему в не столь счастливых обстоятельствах, что дом принадлежал к числу тех, что сдаются внаем на сезон и, соответственно, обставляются как можно дешевле.

В комнате обнаружилась единственная обитательница – леди, которая что-то писала за небольшим столом, стоявшим справа от окна. Она быстро подняла голову и устремила на Альверстока взгляд, который был одновременно удивленным и оценивающим. Он увидел, что она довольно молода, лет двадцати трех – двадцати четырех от роду; не лишена привлекательности, и в лице ее обращают на себя внимание ласковые серые глаза, самоуверенный маленький носик, твердая линия губ и упрямый подбородок. Волосы ее, приятного светло-каштанового оттенка, были уложены в мелкие косички, которые на висках загибались к глазам; платье же, поверх которого она надела короткий полосатый жакет, было из хорошего льняного батиста, с высоким, под горло, воротом и двойной оторочкой по подолу. Альверсток, который был не чужд тонкостей женских нарядов, с первого взгляда отметил, что, хотя туалет молодой леди полностью соответствовал всем критериям моды, он не был ни броским, ни дорогим. Ни один знаток не рискнул бы назвать его изысканным; но, с другой стороны, никто не счел бы ее неряшливо или безвкусно одетой. Она носила свое простое платье с врожденным изяществом и выглядела свежей и опрятной.

Кроме того, она безупречно владела собой, и это обстоятельство заставило Альверстока задуматься, уж не старше ли она, чем ему показалось. Поскольку молодые незамужние леди, как правило, не принимают посетителей мужского пола, то было бы вполне естественно, если бы она капельку взволновалась при виде незнакомого джентльмена; но, похоже, его появление произвело на нее не большее впечатление, чем его холодный оценивающий взгляд. Явно не собираясь заливаться румянцем или опускать глаза, она не проявляла ни малейших признаков девичьей стыдливости. Напротив, она окинула его задумчивым взглядом, к тому же (как он с изумлением отметил про себя) довольно-таки критическим.

Маркиз выступил вперед в свойственной ему неспешной и одновременно грациозной манере.

– Имею ли я честь обращаться к мисс Мерривиль? – осведомился он.

Девушка встала из-за стола и вышла ему навстречу, протягивая руку.

– Да, я – мисс Мерривиль. Как поживаете? Прошу простить меня – я не ожидала подобного визита.

– Это я должен умолять вас простить меня! У меня сложилось впечатление, будто вы пригласили меня навестить вас.

– Да, но я уже перестала вас ждать. Что меня ничуть не удивляет, поскольку, как мне представляется, вы сочли мою просьбу докучливой и, пожалуй, назойливой!

– Ничуть не бывало! – с томной медлительностью протянул его светлость.

– Увы, боюсь, так оно и было. Дело в том, что я почти всю свою сознательную жизнь провела в Херефордшире, вследствие чего еще не успела должным образом ознакомиться с лондонскими обычаями. – В глазах ее заплясали озорные огоньки, и она заговорщическим тоном добавила: – Вы не представляете, как тяжело соблюдать правила приличия, когда ты долгие годы была полновластной хозяйкой в своем доме!

– Напротив! – с готовностью согласился маркиз. – Представляю, и очень даже хорошо!

Она рассмеялась:

– В самом деле? В таком случае мне будет нетрудно объяснить вам, почему я… почему я так настойчиво искала вашего визита!

– Какая замечательная фраза! – восхитился он. – Вы затвердили ее на память? Хотя мне представляется, что ваша настойчивая просьба больше походила на недвусмысленный приказ!

– О боже! – ахнула мисс Мерривиль. – А я так старалась не показаться самостоятельной и самоуверенной особой!

– А вы и в самом деле такая?

– Да, но что мне оставалось? Я должна рассказать вам, как все… Но, прошу вас, присаживайтесь же!

Он отвесил ей легкий поклон и подошел к креслу у камина. Она опустилась в точно такое же, стоявшее напротив, и, с сомнением оглядев его с головы до ног, изрекла:

– Я действительно намеревалась изложить вам все в своем письме, но у меня так путано получилось – как выражается мой брат Гарри, – что я предпочла встретиться лично и поговорить с вами! Поначалу я вовсе не собиралась обращаться к кому-либо из папиных знакомых, полагая, что моя тетя Скрабстер сделает все сама. Это лишь показывает всю глубину моего невежества. Так заблуждаться на ее счет! Но вся штука в том, что она – старшая из сестер моей матушки и она вечно писала нам о том, какой роскошный образ жизни ведет и как мечтает о том, чтобы ввести меня и мою сестру в высшее общество.

– Будучи твердо уверенной в том, что ей никогда не придется выполнять обещанное?

– Именно так! – просияла мисс Мерривиль, одарив его теплой улыбкой. – Хотя я не думаю, что все дело в том, что дядя нажил состояние торговлей. Он купец в Восточной Индии и вполне респектабельный, но, увы, совсем не светский человек. Вот почему, поняв, как ошибалась, я вынуждена была преодолеть свои сомнения и колебания и постараться найти того из папиных знакомых, кто лучше всего подходил бы для моей цели.

– И что же подтолкнуло вас остановить свой выбор на мне? – полюбопытствовал его светлость, уголки губ которого изогнулись в цинической улыбке.

Она с готовностью ответила:

– О, это был отнюдь не мой каприз, а всего лишь здравый смысл! Во-первых, папа всегда говорил, что вы – самый достойный изо всех его родственников. Хотя, судя по тому, что я слыхала, – с сомнением добавила она, – вряд ли это можно счесть комплиментом! Я никогда не видела ни своих кузенов, ни двоих моих тетушек Мерривиль, потому что, надобно вам знать, вся семья папы отреклась от него, когда он женился на моей матери вместо богатой наследницы, которую они ему подыскали. Посему я от всей души надеюсь, что такая встреча никогда не состоится. Что же касается того, чтобы обратиться к ним за помощью, какой бы они ни была, – нет, ни за что! – Нахмурившись, она ненадолго задумалась, после чего продолжала: – Кроме того, никто из них не мог оказать мне содействия, в котором я нуждалась, поскольку все они – ужасно скучные и старомодные люди, которые почти никогда не бывают в Лондоне из-за того, что не одобряют современных нравов. Что и стало еще одной причиной остановить свой выбор на вас.

Он приподнял брови.

– Что заставляет вас думать, будто я одобрительно отношусь к современным нравам?

– Ничего. Я имею в виду, что не знала о вас ровным счетом ничего, но дело не в этом! Хотя теперь я вижу, что вы большой модник… или мне это только кажется? – с вопросительной интонацией добавила она.

– Вы очень любезны! Я… э-э… прилагаю все усилия к тому, чтобы производить благоприятное впечатление.

– Да, и что самое главное, вращаетесь в высшем обществе. Это стало лишним поводом выбрать вас, – призналась она, одарив его очередной дружеской улыбкой.

– Что вы говорите! И для чего же? Или вы хотите, чтобы я угадал сам?

– В общем, вы и впрямь можете догадаться сами, потому что не производите впечатления глупца – хотя, должна признаться, я думала, что вы намного старше. Очень жаль, что это не так. Ну что ж, ничего не поделаешь, и, осмелюсь предположить, вы достаточно старый, чтобы оказаться мне полезным.

– Мне тридцать семь лет, мадам, – язвительно отозвался Альверсток, – и, пожалуй, я должен уведомить вас, что у меня нет желания оказываться полезным кому бы то ни было!

Девушка в величайшем изумлении воззрилась на него.

– В самом деле? Но почему?

Маркиз пожал плечами:

– Из чистого эгоизма, мадам, приправленного изрядной толикой отвращения к скуке.

Она с тревогой уставилась на него:

– А вас не слишком затруднит представить меня леди Альверсток? И узнать у нее, не будет ли она столь любезна, дабы оказать мне требуемое содействие?

– Это совершенно исключено, тем более что моя мать умерла много лет назад.

– Нет-нет, я имею в виду вашу супругу!

– Я не женат.

– Вот как? – воскликнула она. – Какая досада!

– Невежливо с моей стороны, не так ли? – сочувственно заметил он.

– Собственно, нет, ничего невежливого я не вижу, потому что вы же не могли знать, что я очень этого хотела, – заметила она, весьма любезно извиняя его.

Маркиз не замедлил с ответом, который был исполнен глубокой иронии:

– Следует ли понимать вас так, что знай я об этом, то должен был бы всенепременно исправить положение?

Она зарделась и с тревогой посмотрела на него:

– Умоляю вас, не берите в голову! Я вовсе не хотела показаться дерзкой, и, смею надеяться, мы сможем уладить дело ко всеобщему удовлетворению, если захотим.

– Мы?

Он заговорил с нескрываемым высокомерием, но уголки его губ предательски подергивались, а глаза под тяжелыми веками весело поблескивали. Эти симптомы не остались незамеченными мисс Мерривиль. Она испустила вздох облегчения и с обезоруживающей улыбкой сказала:

– Слава Богу! Мне уж показалось, будто я вывела вас из себя! Должна признать, что не могу вас винить за это, потому что, наверное, окончательно вас запутала. А ведь я полагала, что мне не составит особого труда изложить вам некоторые обстоятельства, если только я сумею встретиться с вами лицом к лицу!

– Итак, что же это за обстоятельства?

Несколько мгновений девушка молчала, явно пребывая, что было понятно по ее нахмуренному выражению, не в затруднении, а выстраивая в уме цепь логических объяснений:

– Можно сказать, что все началось со смерти папы, случившейся год тому назад. Но это отнюдь не значит, что я не задумывалась об этом раньше, потому что это не так; просто, когда он был жив, мне представлялось, что ничего нельзя сделать.

– Мне очень жаль слышать, что ваш отец умер, – прервал ее монолог маркиз, – но я, пользуясь случаем, спешу сообщить вам, что мое знакомство с ним было весьма поверхностным. Что касается нашего родства, то и оно, происходя со стороны семьи моей бабушки, было настолько отдаленным, что им вполне можно пренебречь.

– Но папа всегда отзывался о вас как о своем кузене! – возразила она.

Маркиз предпочел промолчать, и после короткой паузы девушка продолжала:

– Да, и мы с вами – родственники, потому что я видела ваше имя на фамильном древе в большой семейной Библии, что хранилась у нас дома.

– Только через посредство двух браков, – он явно не спешил обнадеживать ее.

– Понятно. Вы не хотите признавать нас, верно? В таком случае не вижу ни малейшей необходимости излагать вам наше затруднительное положение. Приношу свои извинения за то, что причинила вам беспокойство, вынудив навестить меня.

При этих словах маркиз, твердо вознамерившийся положить конец разговору при первой же возможности, вдруг совершенно нелогично решил продолжить его. Что заставило его смягчиться – то ли мисс Мерривиль показалась ему забавной, то ли факт, что его отказ, против обыкновения, был встречен без возражений, и это его заинтриговало, – осталось невыясненным даже для него самого. Словом, какой бы ни была причина, но он вдруг рассмеялся, насмешливо глядя на нее:

– О, какие мы обидчивые! Нет-нет, не задирайте так свой носик: вам это не идет! Я ничуть не возражаю против того, чтобы признать вас, как вы выражаетесь, и даже не стану отказываться от родства – хотя и не стану давать обещание оказать вам содействие в чем бы то ни было. Кстати, что, по-вашему, я могу для вас сделать?

Она смягчилась и благодарно улыбнулась ему:

– Я очень вам обязана! От вас мне нужен совершенный пустяк: ввести мою сестру в общество!

– Ввести вашу сестру в общество? – тупо переспросил он.

– Да. Должна предупредить, что, не исключено, вам придется представить и меня тоже, если только я не сумею убедить сестру в том, что это совершенно излишне. Короче говоря, эта девушка отвечает самым взыскательным вкусам света, но сейчас уверяет, что не станет бывать на приемах, если только я не составлю ей компанию, чем создает определенные для меня трудности, но у нее такой любящий нрав, что…

Маркиз вновь без церемоний перебил ее:

– Милая девочка, вы серьезно полагаете, что должны совершить свой выход в свет при моем содействии? Вам нужна какая-либо почтенная матрона, которая возьмет вас под свою опеку, а вовсе не холостяк!

– Я и сама это знаю, – согласилась она. – Вот почему я с большим разочарованием узнала, что вы и впрямь холостяк. Но я уже придумала, как мы можем обойти это препятствие! Вы ведь не станете возражать, если мы сделаем вид, будто папа поручил нас вашему попечению? Не всех нас, разумеется, потому что Гарри только что достиг совершеннолетия, да и мне уже исполнилось двадцать четыре года, а лишь троих самых младших?

– Стану, причем категорически!

– Но почему? – принялась она уговаривать его. – Вам не придется делать для нас ничего, кроме помощи Чарис – и мне, быть может, – во время представления нас обществу! Естественно, я не рассчитываю, что вы проявите интерес к чему-либо еще, что нас касается! Откровенно говоря, мне бы это очень не понравилось, – прибавила она.

– Право же, вам нечего опасаться! Почему вы не хотите понять, мадам, что моя поддержка вряд ли станет для вас пропуском в высший свет?

– Как прикажете это понимать? – пожелала узнать девушка. – Я полагала, что уж перед маркизом все двери открыты!

– Это, мисс Мерривиль, зависит от маркиза!

– Вот как! – пробормотала она и задумалась, переваривая услышанное. – Папа говорил, что вы прожженный интриган и повеса. Означает ли это, что появляться в вашем обществе неприлично?

– Абсолютно непозволительно! – тут же заверил он ее.

Она вдруг захихикала:

– Ах вы, обманщик! Я в это не верю! Даже бедный папа не был настолько плох!

– Даже бедный папа… – повторил маркиз.

Нашарив монокль, он поднес его к глазу и принялся внимательно изучать свою собеседницу, словно энтузиаст, обнаруживший крайне интересный экземпляр.

Девушка, на которую его действия не произвели особого впечатления, продолжала:

– Да-да, хотя, полагаю, до встречи с матушкой он отличался буйным нравом – и то, что он сбежал с ней, было еще не самым страшным! Мне всегда представлялось странным, что она согласилась на это, потому что происходила из очень приличной семьи и была ну очень добродетельна! Однако же, думаю, люди, питающие друг к другу пылкую страсть, способны на самые неординарные поступки – и еще мне думается, что она легко поддавалась убеждению. Не то чтобы я очень хорошо ее знала – она умерла вскоре после рождения Феликса, но Чарис – вылитая ее копия, а уж она-то очень внушаема! Ну и, конечно, оба они были так молоды! Подумать только! Папа стал совершеннолетним всего за неделю до моего рождения! Не постигаю, как он умудрялся содержать семью, потому как его отец оставил его без гроша, а я не думаю, что он имел какое-либо доходное занятие. Но после женитьбы на маме он отказался от разгульного образа жизни; а учитывая, что они вызывали у моих дедушки с бабушкой наибольшую тревогу и замешательство, то мне представляется, что они поступили ужасно несправедливо, не приняв маму в семью!

Маркиз предпочел тактично промолчать. Его воспоминания о покойном мистере Мерривиле, с которым он свел знакомство не столь уж много лет назад, не соответствовали благостной картине личности, испытавшей духовное перерождение.

– Что до меня, – продолжала мисс Мерривиль, – то, думаю, они сполна получили по заслугам за свою неприязнь, когда тиф с интервалом всего в один день унес и моего деда, и моего дядю Джеймса, который был их наследником! Вот так папа и унаследовал их собственность – и как раз вовремя, так что Гарри родился уже в Грейнарде! А потом, после него, на свет уже появились Чарис, Джессами и Феликс. – Она умолкла, заметив недоумение на лице маркиза, и улыбнулась. – Я знаю, о чем вы думаете, и вы совершенно правы! У всех у нас, кроме Гарри, поистине нелепые имена! Уверяю вас, они доставляют нам массу неудобств. Мама и слышать не хотела ни о чем, кроме как наречь меня Фредерикой – в честь папы, вы же понимаете. Затем последовал Гарри, потому что маму звали Гарриет. Имя для моей сестры выбирал уже папа, который заявил, что она – самый грациозный и ладный ребенок на свете. Джессами назвали так в честь его крестного отца, а имя Феликс придумала мама, потому что мы были таким счастливым семейством! Правда-правда – во всяком случае, вплоть до смерти мамы. – Девушка вновь умолкла, но тут же заговорила опять, покачав головой, словно отгоняя неприятные воспоминания, и сказала уже куда более веселым тоном: – Итак, нам не оставалось ничего иного, кроме как смириться со своими дурацкими именами! А мы с Джессами поклялись никогда не называть друг друга Джесси и Фредди, равно как не позволять этого и никому другому.

– И что же, вы добились своего?

– Да, причем почти всегда! Должна признаться, что Феликс иногда говорит «Джесси», но только когда Джессами выходит из себя; да и Гарри время от времени называет меня Фредди, когда мы остаемся одни, но совсем не для того, чтобы подразнить меня! И он никогда не зовет Джессами «Джесси», как бы тот ни провоцировал его, потому что он на четыре года старше, не говоря уже о том, что он – глава семьи и счел бы недостойным затеять с Джессами потасовку, когда знает, что способен победить его одной левой. При этом Гарри всегда говорит, что у Джессами храброе сердце, но… О боже, что-то я совсем разболталась, но говорю совсем не о том! Так на чем я остановилась?

– По-моему, вы заговорили о смерти своей матушки.

– О да! Словом, это произвело ужасное действие на всех нас. По-моему – собственно, я знаю это наверняка, – папа был буквально раздавлен ее кончиной, и мы даже начали опасаться за его душевное здоровье. Впрочем, тогда я была слишком мала, чтобы отдавать себе отчет в происходящем, но все-таки помню, что он долго болел – или так мне казалось, – а когда выздоровел, то уже не был таким, как прежде. Собственно говоря, он стал чужим в нашем доме и почти перестал бывать там. Он больше не мог жить там без мамы. Наверное, тогда нам бы это не понравилось, но теперь я думаю, что было бы лучше, если бы он женился снова. Я понимаю, что с моей стороны нехорошо так говорить, но отец, увы, повредился рассудком.

– В общем, да, – признал Альверсток. – Но неужели он бросил вас на произвол судьбы? Мне трудно в это поверить!

– Нет-нет, что вы! Разумеется, нет! К нам переехала моя тетя Серафина – незамужняя сестра мамы, – и она живет с нами с того самого момента, как умерла мама!

– И сейчас она тоже с вами?

– Конечно! Господи милосердный, да разве мы смогли бы приехать в Лондон без ее разрешения?

– Вы должны простить меня: я никогда не видел – а до этой минуты и не слышал – вашей тетушки, и у меня сложилось впечатление, что вы решили обойтись без компаньонки[7].

– Я еще не настолько дряхлая! Что заставило вас предположить… О! Ваше чувство приличия оскорблено тем, что я принимаю вас в отсутствие компаньонки! Моя тетя Скрабстер предупреждала меня, что так оно и будет, но, видите ли, я – не девочка, сбежавшая из пансиона. Более того, хотя мы вполне привыкли к ее манере, не думаю, что вам моя тетя понравилась бы! Во-первых, она глуха как тетерев; во-вторых, она немного эксцентрична! Если она войдет сюда, умоляю, только не ссорьтесь с нею!

– Обещаю, что не буду! – сказал он. – А что, она у вас – скандалистка?

– Нет, но она ненавидит мужчин, – пояснила Фредерика. – Мы думаем, что в молодости она пережила какое-то разочарование или нечто в этом роде. Пожалуй, застав здесь вас, она тотчас же удалится.

– Едва ли ее можно назвать идеальной компаньонкой! – заметил маркиз.

– Вы правы. Хуже того, она разлюбила Гарри. Папу она буквально ненавидела, но это хотя бы можно было понять, потому что он не только был груб с ней, но и вообще вел ужасный образ жизни, промотав поместье и свое состояние. К счастью, он не успел окончательно пустить нас по миру – с ним случился удар.

– Вам и впрямь повезло, – заметил он, стараясь сохранять серьезность.

– Да, не так ли? Потому что он хотя и поправился и к нему даже вернулась способность двигаться, но разум его пострадал. Не хочу сказать, будто он лишился рассудка, но стал страдать забывчивостью – и изменился! Он не буйствовал, не впадал в крайности и был очень счастлив. Откровенно говоря, таким он мне нравился намного больше. Он позволил мне управлять поместьем и своими делами, так что мне, с помощью, разумеется, мистера Салькомба – это наш стряпчий – удалось уберечь нас от краха. Это было пять лет назад, и я уверена, что если Гарри сумеет продержаться еще немного, то станет весьма обеспеченным землевладельцем и даже сможет выделить некоторое содержание Джессами и Феликсу, чего он твердо намерен добиться, поскольку полагает несправедливым, что все должно достаться ему, раз папа не оставил завещания.

– Святой Боже! А что будет с вами и вашей сестрой?

– О, о нас можно не беспокоиться! – заверила она его. – Видите ли, состояние мамы было завещано ее дочерям, так что мы получили по пять тысяч фунтов каждая. Пожалуй, вам эта сумма не кажется такой уж значительной, но нам она позволяет чувствовать себя независимыми, а это означает, что Чарис не станет бесприданницей.

– Ага! Видимо, она уже обручена?

– Нет, еще нет. Вот почему сразу после смерти папы, около года назад, я решила привезти ее в Лондон. Видите ли, в Грейнарде она все равно что похоронена заживо! Рядом с нами нет даже завалящего курорта с минеральными водами, и как прикажете ей заводить приличные знакомства? Она… она буквально пропадает зря, лорд Альверсток! Когда вы увидите ее, то поймете, почему я сочла своим долгом вывезти ее в Лондон! Она – само очарование! У нее самый кроткий нрав, ей не свойственны приступы гнева или раздражения, и она заслуживает шанса сделать достойную партию!

– По словам моего секретаря, она – алмаз чистейшей воды, – сухо заметил его светлость. – Но прекрасные браки, мисс Мерривиль, в первую очередь зависят от блистательного приданого!

– Не всегда! – быстро поправила она его. – Вспомните сестер Ганнинг! Подумать только, одна из них побывала замужем за двумя герцогами и при этом отнюдь не была состоятельной наследницей. Об этом мне рассказывал папа, и, по его словам, обе они Чарис и в подметки не годятся! Не то чтобы я рассчитывала на то, что Чарис выйдет замуж за герцога или иного вельможу, если, разумеется, таковой сам не сделает ей предложение! Но я положительно надеюсь, что она составит прекрасную партию, если только мне удастся устроить должным образом ее выход в свет! Я твердо решила добиться этого, но вот каким способом, пока не знаю. А потом, когда мне уже начало казаться, что я так и не найду выхода из положения, мистер Салькомб обратился ко мне с предложением снять меблированный дом, да еще на целый год! Дело в том, что он узнал о том, что один джентльмен вышел в отставку и желает приобрести имение в Херефордшире, но, не найдя искомого, решил снять особняк в сельской местности на некоторое время, чтобы пожить там и приглядеться. Таким образом, ему не придется всякий раз мчаться туда из Лондона, чтобы осмотреть очередное поместье, которое неизменно оказывалось неподходящим. Надеюсь, вы представляете, с какой радостью я готова была пойти ему навстречу?

– О да, вполне представляю – как, кстати, и то, что ваш брат не возражал?

– Что ж, в то время он еще не достиг совершеннолетия, но, разумеется, без его согласия я бы ничего не стала предпринимать. Правда, поначалу сама идея ему не понравилась: по-моему, гордость его была уязвлена. По правде говоря, мне она тоже была не очень-то по душе – но что может быть глупее, чем цепляться за предрассудки и при этом влачить жалкое существование? До сих пор только режим строжайшей экономии позволял нам не наделать долгов, и до появления мистера Порта с предложением насчет дома и я мечтать не могла о том, чтобы отправиться в Лондон. Даже если бы я сумела изъять какую-либо часть средств из основной суммы[8], что мне категорически возбраняется, я все равно не стала бы делать этого, потому что в таком случае оказалась бы на попечении бедного Гарри. – Она строго посмотрела через стол на его светлость. – Этого не должно случиться никогда. Я ничего ему не говорю, потому что он еще очень молод, и ему представляется вполне естественным, что все мы и дальше будем жить в Грейнарде. Но я не удивлюсь, если через год или два он захочет жениться. Представляете, какое недовольство вызовут у его супруги живущие с ним сестры и насколько неловко будем себя чувствовать мы?

1 2 3 4 5 6 7 8

www.litlib.net

Фредерик Бегбедер все книги список

Фредерик Бегбедер — его имя знакомо читателям по всему миру.

Получив образование в сфере рекламы и маркетинга Бегбедер пошел работать копирайтером в рекламное агентство. Параллельно он плодотворно сотрудничал с известными журналами, выступая литературным критиком.

После выхода «99 франков», где писатель раскрыл все нелицеприятные секреты рекламного бизнеса, его уволили из агентства, где он работал. Но это стало для него толчком в развитии своих писательских талантов и создании новых книг. Представляем вам все книги Фредерика Бегбедера — полный список

Азбука-бестселлер

Уна & Сэлинджер

Жанр своей новой книги «Уна & Сэлинджер» Ф. Бегбедер с присущим ему стремлением эпатировать определяет как faction, то есть fact плюс fi ction. Факты просты: 1940 год, Нью-Йорк.

21-летний начинающий писатель Джерри Сэлинджер познакомился с 15-летней Уной О’Нил, дочерью известного драматурга. Идиллия продлилась недолго, через несколько месяцев японцы напали на Пёрл-Харбор, Сэлинджер отправился воевать в Европу, а Уна решила попытать счастья в Голливуде.

Попробовавшись на роль в фильме Чарли Чаплина, она получила главную роль в его и своей жизни. Сэлинджер честно воевал, потом пробивался сквозь журнальные публикации в большую литературу и наконец создал свою главную вещь – «Над пропастью во ржи». Но Бегбедера интересуют не столько факты, сколько та волшебная встреча героев, которая обернулась разлукой на всю жизнь и все же стала тем, что эту жизнь определяет.

Интервью сына века

Фредерик Бегбедер – современный французский писатель, автор бестселлеров «Любовь живет три года» и «99 франков» – актуальных, саркастичных, умных. Такими же получились и беседы, которые Бегбедер в качестве литературного критика вел на протяжении ряда лет со знаменитыми писателями.

Среди героев этой книги итальянец Умберто Эко, французы Мишель Уэльбек («Элементарные частицы», «Покорность») и Жан д’Ормессон («Услады Божьей ради»), американцы Чак Паланик («Бойцовский клуб») и Брет Истон Эллис («Американский психопат») и многие другие замечательные авторы, принадлежащие к разным поколениям и литературным течениям.

Читая книгу, легко почувствовать себя собеседником незаурядных, много на своем веку повидавших людей – словно сидишь с ними за одним столом, с бокалом хорошего вина, соглашаешься или подыскиваешь контраргументы. Присоединяйтесь, bon appetit!

Без серии

Любовь живет три года

Любовь живет три года – это закон природы. Так считает Марк Марронье, знакомый читателям по романам «99 франков» и «Каникулы в коме».

Но причина его развода с женой никак не связана с законами природы, просто новая любовь захватывает его целиком, не оставляя места ничему другому.

Однако Марк верит в свою теорию и поэтому с затаенным страхом ждет приближения роковой даты.

99 франков

Роман «99 франков» представляет собой злую сатиру на рекламный бизнес, безжалостно разоблачает этот безумный и полный превратностей мир, в котором все презирают друг друга и так бездарно растрачивается человеческий ресурс…

Роман Бегбедера провокационен, написан в духе времени и весьма полемичен.

Он стал настоящим событием литературного сезона, а его автор, уволенный накануне публикации из рекламного агентства, покинул мир рекламы, чтобы немедленно войти в мир бестселлеров.

Идеаль

Фредерик Бегбедер, всеевропейская литературная звезда, автор мировых бестселлеров “99 франков”, “Любовь живет три года”, “Windows on the World”, “Романтический эгоист”, прославился за эти годы своими скандальными визитами в Россию – с бурными похождениями по ночным клубам и модным барам обеих столиц. Именно о России он и написал свой новый роман. Выход его во Франции обернулся колоссальным скандалом.

Бегбедер возвращает на сцену своего собственного двойника – героя романа “99 франков” по имени Октав Паранго. Успешный и циничный рекламист приезжает теперь в Россию: он ищет новое “рекламное лицо” для мирового гиганта косметической индустрии. Закружившись в вихре снега, красавиц и кокаина, Октав неожиданно для себя беззаветно влюбляется.

В минуты отчаяния он исповедуется знакомому священнику в храме Христа Спасителя, попутно комментируя свои похождения. “Идеаль” – вывернутый наизнанку роман-исповедь в “русском” ключе, парадоксальный и ироничный текст о мире, подчиненном диктатуре моды, гламура и утонченного разврата. А еще – о любви: по Тургеневу и по Бегбедеру.

Каникулы в коме

“Каникулы в коме” – дерзкая и смешная карикатура на современную французскую богему, считающую себя центром вселенной.

На открытие новой дискотеки “Нужники” приглашены лучшие из лучших, сливки общества – артисты, художники, музыканты, топ-модели, дорогие шлюхи, сумасшедшие и дети.

Среди приглашенных и Марк Марронье, который в этом безумном мире ищет любовь… и находит – правда, совсем не там, где ожидал.

Романтический эгоист

Фредерик Бегбедер – самая скандальная и шумная из действующих литературных звезд сегодняшней Франции, автор мировых бестселлеров “99 франков”, “Любовь живет три года”, “Каникулы в коме”, “Windows on the World”.

“Романтический эгоист” Бегбедера – это, по его собственным словам, “Лего из Эго”: под маской героя то исповедуется сам автор, то наговаривает на себя выдуманный писатель, пресыщенный славой.

Клубы, где флиртует парижская литературная богема, пляжи и дискотеки модных курортов, “горячие кварталы” и престижные отели, светская и художественная жизнь крупнейших мегаполисов, включая Москву, – детали головоломки мелькают вперемешку с остроумными оценками нашей эпохи и ее героев на фоне смутного осознания надвигающегося краха.

Windows on the World

Спустя год после теракта, уничтожившего Всемирный торговый центр в Нью-Йорке, Фредерик Бегбедер мучительно ищет слова, способные выразить невыразимое.

Ужас реальности, которая превзошла самые мрачные голливудские фантазии, – и одновременно стремится понять, как могла произойти самая чудовищная катастрофа в истории Америки.

И как нам всем жить в том новом мире, что возник на планете 11 сентября 2001 года.

Французский роман

«Французский роман» – книга автобиографическая.

В основе ее реальная история из жизни автора: за употребление кокаина в общественном месте Фредерик Бегбедер, к тому времени уже знаменитый писатель, был задержан полицейскими и препровожден в тюрьму.

Оказавшись в грязной тесной камере, он приходит в отчаяние. И внезапно, выплыв из глубин памяти, перед ним возникают воспоминания детства и юности, мрачные стены словно раздвигаются и на время исчезают, а на их месте одна за другой появляются картины прошлого, эпизоды из истории его семьи.

«Французский роман» вызвал бурную дискуссию в прессе. Несомненные литературные достоинства этого произведения были отмечены престижной премией Ренодо за 2009 год.

Конец света: первые итоги

Фредерик Бегбедер, встав на защиту бумажных книг в борьбе против электронных, составил список произведений XX века, которые, по его мнению, непременно должен прочесть каждый – причем именно на бумаге.

В этом списке представлены разные литературные жанры, выбор автора порой спорен, а порой не вызывает ни малейших сомнений.

Это список образованного и зрелого читателя, страстно любящего книгу.

topspiski.com

Книга "Фредерик и Фредерика" из серии Панорама романов о любви

Последние комментарии

 
 

Фредерик и Фредерика

Автор: Лав Лира Жанр: Современные любовные романы Серия: Панорама романов о любви Язык: русский Год: 2005 ISBN: 5-7024-1900-6 Добавил: Admin 17 Июн 12 Проверил: Admin 17 Июн 12 Формат:  FB2 (299 Kb)  RTF (302 Kb)  TXT (286 Kb)  HTML (312 Kb)  EPUB (422 Kb)  MOBI (1153 Kb)  

Рейтинг: 0.0/5 (Всего голосов: 0)

Аннотация

Странное, поистине фантастическое стечение обстоятельств сводит вместе богатую владелицу кофейной плантации на Юге Африке и простого американского парня — водителя большегрузного автомобиля. Нескольких дней, за которые огромный грузовик пересекает штат за штатом весь североамериканский континент, им хватает, чтобы понять, насколько безрадостными по своей сути были их налаженные, хотя и не схожие между собой жизни. Что истинный смысл существования они обретут, только оставшись вместе.И тем не менее они чуть было не расстаются…

Объявления

Где купить?

Нравится книга? Поделись с друзьями!

Другие книги серии "Панорама романов о любви"

Похожие книги

Комментарии к книге "Фредерик и Фредерика"

Комментарий не найдено
Чтобы оставить комментарий или поставить оценку книге Вам нужно зайти на сайт или зарегистрироваться
 

 

2011 - 2018

www.rulit.me

Книга Фредерика Брукса «Мифический человеко-месяц»

Не многие книги, так или иначе связанные с программированием, вспоминают через десяток лет. А уж таке книги, чтобы их переиздавали спустя почти 40 лет, это вообще уникальные. Этот пост как раз и посвящен одной такой книге, первое издание которой вышло аж в 1975 году, но на нее до сих пор ссылаются на форумах и статьях. Это книга Фредерика Брукса «Мифический человеко-месяц».

Автор книги в 60-ых годах прошлого века работал в компании IBM и участвовал в качестве менеджера в создании операционной системы OS/360 для компьютеров System/360 (это те самые компьютеры, которые были клонированы в СССР под названием ЕС ЭВМ). В этой книге автор описывает проблемы и возможные пути решения, возникающие при создании больших программных систем. В первую очередь книга описывает взгляд на разработку с точки зрения менеджера, работающего с группой программистов. Основной посыл книги — это проблема срывов сроков при создании софта, над которым трудится некоторое количество человек, больше одного-двух.

Брукс сравнивает разработку больших систем со смоляной ямой, в которую попадали доисторические животные. Сначала вроде бы кажется, что они завязли совсем немного — лишь по щиколодку (ну выбились из графика не день-другой), но чем больше они трепыхаются, тем сильнее их затягивает смола, и тем дольше затягивается проект.

Нужно приходить в возбуждение при отставании на один день, ибо они являются составляющими катастрофы.

В качестве главной причины провалов проектов он считает нехватку времени, а грубейшей ошибкой менеджеров — это попытку вытянуть проект в срок добавлением новых программистов в команду. Собственно, отсюда и название книги, что неправильно оценивать коллективную разработку программного или хардварного обеспечения в человеко-месяцах. Он доказывает, что добавление человека в команду не ускоряет, а только замедляет работу, ведь новичку нужно не только разобраться в новом для него проекте (на это уходит несколько недель), но и придется заново перераспределять задачи. Более того, если программисты активно взаимодействуют между собой, то больше времени начинает тратиться на взаимодействие между ними, чем на независимую работу. Брукс об этом не пишет, но по сути это напоминает закон Амдала для расчета выигрыша от использования многоядерности процессора (процессоров) при параллельных вычислениях, когда при большом числе потоков выиграть от распараллеливания теряется на фоне тормозов на обмен данными. Таким образом возникает противоречие, что наиболее эффективно работает маленькая команда из нескольких человек, но в то же время большой проект эта команда будет писать слишком долго:

Дилемма предстаевляется жестокой. Для эффективности и концептульной целостности предпочтительнее, чтобы проектирование и создание системы осуществили несколько светлых голов. Однако для больших систем желательно поставить под ружье значительный контингент, чтобы продукт мог увидеть свет вовремя.

Подобной проблемой также является оценка сроков, необходимых для завершения работы над проектом. Автор считает, что программисты как правило являются оптимистами и непроизвольно занижают время, необходимое им для работы. На самом деле всегда что-нибудь пойдет не так, любая новая программа уникальна. Хуже, если время занижают менеджеры, чтобы угодить заказчику. Брукс считает, что одной из задач менеджеров является отстаивание тех сроков, которые менеджер считает реальными. При этом автор признает, что не существует методики для оценки сроков заранее, через некоторое время их все-равно придется корректировать.

Пока методы оценивания не получат более прочной основы,менеджерам остается только мужаться и защищать свои прогнозы, утверждая, что полагаться на их слабую интуицию все же лучше, чем основываться на одних желаниях.

Брукс рассматривает взгляд на организацию команды, предложенную Харланом Миллзом,сравнивая ее с операционной бригадой, в которой нет демократии, за систему в целом и ее архитектуру отвечает «хирург», авторитет которого непоколебим, остальные члены команды выполняют каждый свою роль (не буду их перечислять). Также должны быть ограничены ресурсы, выделяемые разрабатываемой программе (в первую очередь в виде оперативной памяти). Автор считает, что такое ограничение на «полет мыслей» только идет на пользу конечному продукту, поскольку заставляет разработчиков искать более эффективные способы решения задач, а у программы появляется «концептуальная целостность».

На практике коэффициент стоимость / эффективность созданного продукта больше зависит от исполнителя, а простота его использования — от архитектора.

В книге автор дает множество советов по организации работы программистов и менеджеров, в том числе и по написанию документации, что очень не любят делать разработчики (ох, не любят…)

В самом начале я сказал, что книга «Мифический человеко-месяц» вышла в 1975 году, но в 2013 году на русском языке было издано юбилейное издание 1995 года (хотя эта книга у нас издавалась и до этого), в которую вошел не только исходный текст книги без каких-либо исправлений, но и некоторые дополнительные главы. Самый интересный «бонус» — это статья Брукса (не менее известная, чем сама книга) «Серебряной пули нет» 1986 года, в которой автор утверждает, что программирование — вещь сложная, но в ближайшее десятилетие не появится технология, которая сама по себе сможет повысить эффективность разработки программ хотя бы на порядок, в то время как продуктивность создания аппаратного обеспечения уже выросло на несколько порядков, пройдя стадии от ламп до микропроцессоров.

В свое время эта статья вызвала еще большее обсуждение и критику, чем «Мифический человеко-месяц» (в тексте книги автор удивляется, что «человеко-месяц» широко обсуждался, но практически не критиковался), и даже на русскоязычных форумах давно уже фраза «серебряная пуля» ходит как мем. В этой статье Брукс последовательно рассматривает различные технологии, на которые когда-то возлагались большие надежды и высказывает свой скептицизм по поводу того, что одна эта технология сможет повысить производительность на порядок. В качестве таких технологий рассматриваются: язык Ada, объектно-ориентированное программирование (автор сам является сторонником этого подхода), искусственный интеллект, экспертные системы, «автоматическое» и графическое программирование, верификация программ и среды программирования, появление мощных рабочих станций. Автор не утверждает, что все это не нужно (наоборот он считает, что удобные инструменты обязательны и даже считает, что инструментарием должен заниматься отдельный человек в команде), но считает, что эти технологии только устраняют второстепенные проблемы и рутину, возникающих при создании сложных систем, но главная сложность при создании систем остается в самой сути программирования.

Еще несколько дополнительных глав второго издания посвящено критике и пересмотру отдельных моментов «Мифического человека-месяца» и «Серебряной пули». Как ни странно, но лишь немногие пункты книги 75-го года устарели и автор пересмотрел свою точку зрения.

Несмотря на то, что книга рассматривает разработку программ в первую очередь со стороны менеджера, но и программистам полезно прочитать эту книгу, чтобы лучше организовывать свою работу или более аргументированно отстаивать сроки будущей разработки. Эту книгу лучше читать с карандашом в руках, подчеркивая наиболее важные именно для вас моменты, мне давно не попадалось книги, в которой я так много начеркал.

В общем, книга must read.

jenyay.net