Читать бесплатно книгу Завтрак в «Кафе Готэм» - Кинг Стивен. Книга готэм


Книга: Готэм-сити

LEGO Super Heroes 76053:Бэтман: Погоня на мотоциклах по Готэм-ситиДэдшот летает по городу на своем реактивном ранце и стреляет из базуки, ты должен выгнать его с помощью пушки Бэтмена! Поймай Харли и перенеси схватку на землю, используя Батаранг Бэтмена и его ружье… — (формат: Мягкая глянцевая, 32 стр.) Подробнее...1529бумажная книга
Lego Super Heroes Бэтман: Погоня на мотоциклах по Готэм-сити 76053Конструктор Lego Super Heroes Бэтман: Погоня на мотоциклах по Готэм-сити 76053 — (формат: Мягкая глянцевая, 32 стр.) Подробнее...1417бумажная книга
DC Super Heroes 76053 Погоня на мотоцикле в Готэм-ситиLEGO 76053 Super Heroes Бэтман: Погоня на мотоциклах по Готэм-сити — (формат: Мягкая глянцевая, 32 стр.) Подробнее...1962бумажная книга
LEGO Batman Movie. Хаос в Готэм-Сити! (с мини-фигуркой Бэтмена в килте)Добро пожаловать в Готэм! Здесь тебя ждут игры, прикольные истории, захватывающие приключения и тот, кого все называют Тёмным Рыцарем. То есть тот парень, который всё время ходит в чёрно-жёлтом… — (формат: 266.00mm x 177.00mm x 15.00mm, 216 стр.) Подробнее...525бумажная книга
Цветкова Н. (пер.)LEGO Batman Movie. Хаос в Готэм-Сити!Добро пожаловать в Готэм! Здесь тебя ждут игры, прикольные истории, захватывающие приключения и тот, кого все называют Тёмным Рыцарем. То есть тот парень, который всё время ходит в чёрно-жёлтом… — Эксмо, (формат: Мягкая глянцевая, 32 стр.) Подробнее...2017477бумажная книга
Юлия ВолченкоLEGO Batman Movie. Хаос в Готэм-Сити! (с мини-фигуркой) Добро пожаловать в Готэм! Здесь тебя ждут игры, прикольные истории, захватывающие приключения и тот, кого все называют Тёмным Рыцарем. То ес — ЭКСМО, (формат: Мягкая глянцевая, 32 стр.) Подробнее...2017299бумажная книга
Batman Movie. Хаос в Готэм-Сити!Добро пожаловать в Готэм! Здесь тебя ждут игры, прикольные истории, захватывающие приключения и тот, кого все называют Тёмным Рыцарем. То есть тот парень, который всё время ходит в чёрно-жёлтом… — (формат: Мягкая глянцевая, 32 стр.) Подробнее...649бумажная книга
LEGO Super Heroes Конструктор Бэтмен Погоня на мотоциклах по Готэм-сити 76053Дэдшот летает по городу на своем реактивном ранце и стреляет из базуки, вы должны выгнать его с помощью пушки Бэтмена! Поймайте Харли и перенесите схватку на землю, используя Батаранг Бэтмана и его… — (формат: Мягкая глянцевая, 32 стр.) Подробнее...1478бумажная книга
Конструктор Lego Super Heroes Бэтман: Погоня на мотоциклах по Готэм-сити 224 элемента 76053Бренд: LEGO, Назначение: для мальчиков, Серия: Super Heroes, Возрастная группа: более 12 лет, Возраст: 14 лет, Количество элементов: от 100 до 500, Количество: 224 элемента — (формат: Мягкая глянцевая, 32 стр.) Подробнее...1999бумажная книга
Конструктор LEGO Super Heroes 'Бэтмен: Погоня на мотоциклах по Готэм-сити'Дэдшот вооружен реактивном ранцем, а так же супер мощной базукой, выгони его из Готэма с помощью пушки Бэтмена! Используя бумеранг Бэтмена п — (формат: Мягкая глянцевая, 32 стр.) Подробнее...799бумажная книга
Super Heroes Бэтман: Погоня на мотоциклах по Готэм-ситиДэдшот летает по городу на своем реактивном ранце и стреляет из базуки, ты должен выгнать его с помощью пушки Бэтмана! Поймай Харли и перенеси схватку на землю, используя Батаранг Бэтмана и его ружье… — (формат: Мягкая глянцевая, 32 стр.) Подробнее... 1999бумажная книга
Бэтман: Погоня на мотоциклах по Готэм-ситиДэдшот летает по городу на своем реактивном ранце и стреляет из базуки, ты должен выгнать его с помощью пушки Бэтмана! Поймай Харли и перенеси схватку на землю, используя Батаранг Бэтмана и его ружье… — (формат: Мягкая глянцевая, 32 стр.) Подробнее...1999бумажная книга
Крэйг Шоу Гарднер, Саймон ХоукБэтмэн. Бэтмэн возвращается. Бэтмэн: по следу спектраВ книге три романа: "Бэтмэн" и "Бэтмэн возвращается" Крейга Шоу Гарднера, "Бэтмэн: по следу Спектра" Саймона Хоука. Главарь местной мафии Джокер правит городом Готэмом: жители дрожат от страха… — Эрика, (формат: 84x108/32, 447 стр.) Бестселлеры Голливуда Подробнее...1993378бумажная книга
Снайдер СкоттБэтмен. Книга 2. Город СовТемный Рыцарь выиграл битву с новым смертоносным противником, но, очевидно, не войну. Атака на Бэтмена была всего лишь первым шагом в новых завоеваниях Совиного Двора. У них есть цель и покрупнее –… — Азбука, (формат: 84x108/32, 447 стр.) Графические романы Подробнее...2017709бумажная книга
Снайдер, СкоттБэтмен. Книга 2: Город Сов: графический романТемный Рыцарь выиграл битву с новым смертоносным противником, но, очевидно, не войну. Атака на Бэтмена была всего лишь первым шагом в новых завоеваниях Совиного Двора. У них есть цель и покрупнее —… — Азбука, (формат: 266.00mm x 177.00mm x 15.00mm, 216 стр.) графические романы Подробнее...2016718бумажная книга

dic.academic.ru

Обзор комикса «Бэтмен. Книга 1. Я - Готэм» - Гикстер

Готэм, поприветствуй своих новых героев. Обладая силой, подобной Супермену, и непоколебимой верой во все лучшее, они намерены переломить ход вечной битвы за спасение души своего города. Но сможет ли Бэтмен подготовить их к этому тяжкому бремени? И сможет ли уберечь их от той темной сущности Готэма, что уже сокрушила столь многих?

Почему мы так любим Бэтмена? Ответ прост – каждый из нас любит своего Бэтмена. Во всей комикс индустрии, наверное, не найти персонажа, который так по разному изображался разными авторами. Поэтому смена авторской команды на Бэткомиксе событие всегда важное, привлекающее повышенный интерес аудитории. Что нового сможет привнести новый сценарист во всеобъемлющий образ Темного Рыцаря? Наблюдаем ли мы рождение живой классики или нас ждет жестокое разочарование?

И вот, после пятилетнего рана Скотта Снайдера, сценарные вожжи именного комикса про Бэтмена  – на этот раз в рамках Rebirth – были переданы Тому Кингу. Кинг – новая рок-звезда комиксного медиума, автор обласканных критикой Vision, Omega Men и Grayson, бывший ЦРУшник и вообще личность довольно интересная. Его истории наполнены психологизмом, саморефлексией и морально неоднозначными поступками. У него очень узнаваемый стиль диалогов и он не стесняется уместной иронии над своими персонажами. И то, что ему наконец дали работать над Темным Рыцарем, воспринимается никак иначе как логичный шаг в его стремительной карьере. Но вот смог ли он с ходу зацепить читателя также сильно, как некоторые его предшествующие работы, на этот вопрос так просто не ответить.

Конечно, по первой сюжетной арке невозможно сказать, насколько сильным получится ран в целом. Однако уже можно заметить, что Кинг четко понимает, как он хочет писать Бэтмена. Его Брюс Уэйн – это рациональный психопат, прекрасно осознающий, насколько безумен и обречен его крестовый поход против преступности. Но также, он человек, который не хочет, чтобы Бэтмен был его единственным наследием. Более того, Кинговский Брюс Уэйн – это человек с надеждой на спасение. Спасение не только Готэма, но и спасение самого себя – от одиночества, от безумия, от растянутого во времени самоубийства.

И довольно уместно, что свое физическое воплощение эта надежда получает в лице двух новых городских супергероев. Готэм и Готэм-Гёрл – ох уж этот нэйминг – это ходячая манифестация всего того, за что борется Бэтмен. Их личности сформированы Бэтменом, они разделяют его идеалы, они также готовы пожертвовать собой ради этих идеалов. Но они лучше Бэтмена, они могут достигнуть того, чего он не сможет никогда, если прежде не будут сокрушены тем мраком, той жестокостью, которой пропитан весь город.

И в этом весь новый том Бэтмена – этот комикс не про его борьбу с преступностью. Он про борьбу Бэтмена с самим с собой, с тем ужасом, что сформировал его и сломил многих прочих. Про нахождение надежды вопреки всему, даже если по ночам ты надеваешь костюм летучей мыши и бьешь лица суперзлодеям. Такого Бэтмена легко полюбить, и наверняка у рана Кинга будет множество преданных фанатов.

Но нельзя сказать, что в сюжетном плане арка получилось безупречной. Чуда не случилось, и Кинг поначалу довольно осторожно распоряжается выданными ему персонажами. Если в плане заложенных идей «I Am Gotham» чувствуется наравне с лучшими историями о Бэтмене, то вот их исполнение кажется чересчур торопливым и сумбурным. Комикс ощущается не как «Работа Тома Кинга», а как «сюжет, который может адаптировать DC Animated». Не для всех это будет существенной проблемой, но легкая горчинка от упущенного потенциала остается.

Основным художником первого арка выступает Дэвид Финч, и с стороны DC это было, наверное, решение логичное, но не наилучшее. Финч – ветеран индустрии и работает с Бэтменом далеко не в первый раз. Его рисунок чист, высокодетализирован и радует глаз в каждой панеле. Но его кинематографичный и ориентированный на экшн-сцены стиль не очень сочетается со сценарными навыками Кинга. Пока горит Готэм, рушатся здания, а люди мрут пачками, диалоги персонажей кажутся слегка неуместными и отстраненным от происходящего вокруг. Гораздо более гармоничным выглядит входящий в состав тома Batman: Rebirth #1, который рисовал Микель Ханин. Художник активно работал с Кингом еще в Grayson, и их сложившаяся динамика продолжила приносить плоды. Рисунок Ханина можно критиковать за избыточную схожесть с компьютерными рендерами, но в данном случае он добавляет истории перерождения Календарного Человека осязаемость и даже легкую щепотку крипоты.

Так как это первая арка нового большого этапа в жизни Готэмского Рыцаря, судить ее как самостоятельное произведение было бы не совсем правильно. Это красивая открывающая история, призванная задать новый жизненный вектор для Брюса Уэйна. Она не сумела избежать всех болячек «первого тома», но если вы хотите переизобрести для себя образ Бэтмена, лучшей возможности в ближайшее время у вас не представится.

Вердикт

Новый образ Бэтмена и новая глава в его историиВпечатляющий рисунокKite-Man! Hell Yeah!

Не впечатляет так, как лучшие работы Тома Кинга

7.3Хорошо

Сюжет7

Рисунок8

Ценность для жанра6

Качество издания8

BatmancomicsDCRebirthбэтменкомиксыобзор

geekster.ru

Batman vol 3 - # 1 / Бэтмен том 3

Читать комиксы Онлайн:

Главная > Комиксы > Бэтмен том 3 > # 1 Я Есть Готэм, Часть 1 (перевод DC Comics)

# 1 Я Есть Готэм, Часть 1 (перевод DC Comics)

# 47 (перевод Russian Project Universe)# 46 (перевод Russian Project Universe)# 46# 45 (перевод Russian Project Universe)# Приквел к Свадьбе - Робин против Рас Аль Гула# 45# 44# 43# 42# 41# 40# 39# 38# 37# 36Ежегодник # 2# 35 Правила применения силы, часть 3# 34 Правила применения силы, часть 2# 33 Правила применения силы, часть 1# 32# 31# 30# 29# 28 Война Шуток и Загадок# 27 Война Шуток и Загадок, Интерлюдия. Балада о Воздушном Змее, часть1# 26 Война Шуток и Загадок, часть 2# 25 Война Шуток и Загадок, часть 1.# 24# 23# 22 Значок. Часть 3 (перевод DC Comics)# 22 Значок. Часть 3# 21 Значок. Часть 1# 20 (перевод DC Comics)# 20 Я Бэйн. Часть 5# 19 (перевод DC Comics)# 19 Я Бэйн. Часть 4# 18 Я Бэйн. Часть 3# 17 Я Бэйн. Часть 2# 16 (перевод DC Comics)# 16# 15# 14 (перевод Supercomics)# 14# 13 (перевод Supercomics)# Ежегодник 2016# 13 Я Самоубийца. Часть 5# 12 Я Самоубийца. Часть 4 (перевод Supercomics)# 12 Я Самоубийца. Часть 4# 11 Я Самоубийца. Часть 3 (перевод Supercomics)# 11 Я Самоубийца. Часть 3# 10 (перевод Supercomics)# 10 Я Самоубийца. Часть 2# 9 (перевод Supercomics)# 9 Я Самоубийца. Часть 1# 8 Ночь Людей Монстров. Часть 4# 7 Ночь Людей Монстров. Часть 1# 6 (перевод DC Comics)# 6# 5 (перевод DC Comics)# 5# 4 (перевод DC Comics)# 4# 3# 2 Я Есть Готэм, Часть 2 (перевод DC Comics)# 2# 1 Я Есть Готэм, Часть 1 (перевод DC Comics)# 1 -1--2--3--4--5--6--7--8--9--10--11--12--13--14--15--16--17--18--19--20--21--22--23--24--25--26--27--28--29--30--31--32--33--34--35--36--37--38--39--40--41- Увеличить -1--2--3--4--5--6--7--8--9--10--11--12--13--14--15--16--17--18--19--20--21--22--23--24--25--26--27--28--29--30--31--32--33--34--35--36--37--38--39--40--41-

Читать Мангу Онлайн:

 

online-comics.ru

Готэм | Вселенная DC вики

Ночной Готэм

Го́тэм-Си́ти (англ. Gotham City) – вымышленный город, в котором происходит действие историй о Бэтмене. Расположен на Восточном побережье США. Мрачный мегаполис с гипертрофированными недостатками. Его прототипом является Нью-Йорк, антиподом — вымышленный город Метрополис, где живёт Супермен. Данное впечатление тем более усиливается от того, что в Метрополисе действие обычно происходит днём, а в Готэм-сити ночью. По фигуральному выражению одного из первых авторов Бэтмена Денниса О’Нила, Метрополис это Нью-Йорк выше 14-ой улицы, а Готэм — Нью-Йорк ниже 14-ой улицы.

В современной киновселенной DC Comics прототипом Готэм-Сити стал Чикаго (с элементами Нью-Йорка).

    Существует реальная английская деревня Готэм в графстве Ноттингемшир. В английском фольклоре она фигурирует в народных рассказах о дураках. Самый известный рассказ повествует о том, как жители деревни прикинулись безумными, чтобы не пропустить через свою территорию английского короля Джона. В другой истории они построили ограду вокруг кукушки, чтобы не дать ей улететь. Эти рассказы были напечатаны в 1540 году популярным юмористом Энрю Бордом. В первом издании книга носила название «Весёлые рассказы о безумных мужчинах Готэма», во втором слово «безумные» было заменено на «мудрые». В 1807 году Вашингтон Ирвинг в сборнике сатирических рассказов «Сальмагуди» сравнил деревню дураков с Нью-Йорком, с этого времени слово «Готэм» превратилось в одно из его прозвищ. В качестве имени вымышленного мегаполиса оно впервые появилось в феврале 1941 года (Detective Comics #48), спустя полтора года после начала выпуска комиксов про Бэтмэна. До того действие происходило или в Нью-Йорке, или в неназванном городе. Название города находится в резонансе со словом гот (gotham - goth), это подчеркивается нарочитой мрачностью города, самого Бэтмена и его противников, в мультфильмах и старых фильмах франчайза в городе показано множество готических небоскребов и статуй (современная киновселенная является исключением в этом отношении).

    Историко-географический очеркПравить

    Готэм-Сити расположен на восточном побережье США, по-видимому, в штате Нью-Джерси; недалеко от Метрополиса. Из информации, изложенной в комиксах, известно, что город был основан в 1635 году шведским подданным Джоном Лоджеркуистом. Поселение получило название «Форт Адольфус» (в честь шведского короля Густава II Адольфа). Своё нынешнее имя форт получил после перехода под власть Англии в 1674.

    Символ Бэтмена в небе, создаваемый с помощью мощного прожектора на крыше Департамента Полиции Готэма

    Неблагополучная история Готэма связывается с его неудачно выбранным названием, в котором можно увидеть искажённую фразу «goddam» — «проклятый богом». Отмечается также, что рассказы о дураках лишь романтизированная интерпретация более древних преданий, в которых на самом деле речь идёт о безумии. Менее достоверная легенда (изложенная в комиксах) утверждает, что во время Войны за Независимость территория Готэма была местом проведения оккультных обрядов, которые пробудили злой дух города. Этими мистическими совпадениями пытаются объяснить тот факт, что Готэм стал местом повышенной концентрации всевозможных зловещих сил, а также вполне земных пороков: преступности и коррупции. Как бы то ни было, город прочно обрёл славу одного из самых неблагополучных мегаполисов страны.

    Как и другие города севера США в XIX веке Готэм стремительно развивался благодаря притоку европейских переселенцев. К концу столетия он превратился в крупнейший промышленный и финансовый центр. Бурный рост сопровождался противоречивыми социальными процессами, когда на одном полюсе стремительно росло благосостояние узкого слоя магнатов, а на другом — скапливались миллионы полунищих иммигрантов, чьё униженное существование стало питательной средой для преступности. Мафия окончательно подчинила себе город с наступлением в 1920 эры Сухого закона. В Готэме влияние гангстеров было более масштабным и более продолжительным, чем в среднем по стране.

    Реформирование полиции и частичное искоренение коррупции связано с деятельностью комиссара полиции Джеймса Гордона и окружного прокурора Харви Дента (впоследствии ставшего жертвой покушения и превратившегося в маньяка Двуликого). При поддержке муниципальных властей органы правопорядка начали крестовый поход против преступности. Однако отличительной чертой криминальной ситуации Готэма стало появление плеяды сверхзлодеев. Как правило это были психопаты, которые обладали некоторыми феноменальными способностями. Они возглавляли собственные банды и устраивали широкомасштабный террор против горожан. Власти оказались бессильны противостоять новой угрозе и заключили официальный договор с Бэтменом — таинственным героем, взявшимся защищать город. Комиссар Гордон, который сначала намеревался поймать Бэтмена, убедился в его добрых намерениях и разрешил установить на крыше полицейского управления прожектор, призывающий героя в случае опасности.

    Тёмный Рыцарь на страже города

    В комиксах и мультфильмах город пережил самые разнообразные катаклизмы: замораживание, землетрясение, эпидемию чумы, изоляцию от остальной страны.

    ДостопримечательностиПравить

    Готэм-Сити страдает от экологических проблем, вызванных в первую очередь чрезвычайной скученностью застройки. Архитектурный облик города сформировался в начале XX века: центральная часть застроена в неоготическом стиле и имеет сверхурбанизированный облик. Город является крупным экономическим центром: имеется фондовая биржа, высотные офисы банков и корпораций. Большое количество театров и музеев, университет. Из особых достопримечательностей — психиатрическая лечебница «Аркхем», где содержатся уцелевшие неординарные преступники.

    • Карта города из DC Universe Online с указанием уцелевших линий монорельса

      В игре Batman: Arkham Asylum открывается панорама на город. Также по радиоприёмнику можно услышать «Gotham FM».
    • В игре Batman: Arkham City действие происходит в отдельной от остального города части Готэма (с множеством улиц, домов, церковью, полицейским участком, музеем и многими другими зданиями), отданной под тюрьму и психиатрическую лечебницу после разрушения острова Аркхем. в игре за Женщину-кошку есть возможность выйти в город и пройти в нём несколько шагов.
    • В игре Batman Vengeance действие разворачивается в Готэме.
    • В игре Batman: Toxic Chill действие происходит в некоторых улицах Готэма, и говорится, что город построен на древнем вулкане; незадолго до рождения Брюса Уэйна было землетрясение.
    • Игровая площадка в LEGO Batman.
    • Локация в игре DC Universe Online. В DLC 8 Sons of Trigon появилась новая зона – кошмарная версия Готэма, переполненная человеческими пороками. В этой пустоши оказывается заточён демон Тригон.

    ru.dcuo.wikia.com

    сити - это... Что такое Готэм-сити?

    У этого термина существуют и другие значения, см. Готэм.

    Го́тэм-си́ти (англ. Gotham City) — вымышленный город, в котором происходит действие историй о Бэтмене. Расположен на Восточном побережье США. Мрачный мегаполис с гипертрофированными недостатками. Его прототипом является Нью-Йорк, антиподом — вымышленный город Метрополис, где живёт Супермен. Данное впечатление тем более усиливается от того, что в Метрополисе действие обычно происходит днём, а в Готэм-сити ночью. По фигуральному выражению одного из первых авторов Бэтмена Денниса О’Нила, Метрополис это Нью-Йорк выше 14-ой улицы, а Готэм — Нью-Йорк ниже 14-ой улицы.

    В современной киновселенной DC Comics прототипом Готэм-сити стал Чикаго (с элементами Нью-Йорка), а прототипом Метрополиса — Ванкувер (тоже с элементами Нью-Йорка).

    Слово «Готэм»

    Происходит от англ. goat — козёл. Готэм — реальная английская деревня в графстве Ноттингемшир. В английском фольклоре она фигурирует в народных рассказах о дураках. Самый известный рассказ повествует о том, как жители деревни прикинулись безумными, чтобы не пропустить через свою территорию английского короля Джона. В другой истории они построили ограду вокруг кукушки, чтобы не дать ей улететь. Эти рассказы были напечатаны в 1540 году популярным юмористом Энрю Бордом. В первом издании книга носила название «Весёлые рассказы о безумных мужчинах Готэма», во втором слово «безумные» было заменено на «мудрые». В 1807 году Вашингтон Ирвинг в сборнике сатирических рассказов «Сальмагуди» сравнил деревню дураков с Нью-Йорком, с этого времени слово «Готэм» превратилось в одно из его прозвищ. В качестве имени вымышленного мегаполиса оно впервые появилось в феврале 1941 года (Detective Comics #48), спустя полтора года после начала выпуска комиксов про Бэтмэна. До того действие происходило или в Нью-Йорке, или в неназванном городе.

    Историко-географический очерк

    Готэм-сити расположен на восточном побережье США, по-видимому, в штате Нью-Джерси; недалеко от Метрополиса. Из информации, изложенной в комиксах, известно, что город был основан в 1635 году шведским подданным Джоном Лоджеркуистом. Поселение получило название «Форт Адольфус» (в честь шведского короля Густава II Адольфа). Своё нынешнее имя форт получил после перехода под власть Англии в 1674.

    Неблагополучная история Готэма связывается с его неудачно выбранным названием, в котором можно увидеть искажённую фразу «goddam» — «проклятый богом». Отмечается также, что рассказы о дураках лишь романтизированная интерпретация более древних преданий, в которых на самом деле речь идёт о безумии. Менее достоверная легенда (изложенная в комиксах) утверждает, что во время Войны за Независимость территория Готэма была местом проведения оккультных обрядов, которые пробудили злой дух города. Этими мистическими совпадениями пытаются объяснить тот факт, что Готэм стал местом повышенной концентрации всевозможных зловещих сил, а также вполне земных пороков: преступности и коррупции. Как бы то ни было, город прочно обрёл славу одного из самых неблагополучных мегаполисов страны.

    Как и другие города севера США в XIX веке Готэм стремительно развивался благодаря притоку европейских переселенцев. К концу столетия он превратился в крупнейший промышленный и финансовый центр. Бурный рост сопровождался противоречивыми социальными процессами, когда на одном полюсе стремительно росло благосостояние узкого слоя магнатов, а на другом — скапливались миллионы полунищих иммигрантов, чьё униженное существование стало питательной средой для преступности. Мафия окончательно подчинила себе город с наступлением в 1920 эры Сухого закона. В Готэме влияние гангстеров было более масштабным и более продолжительным, чем в среднем по стране.

    Реформирование полиции и частичное искоренение коррупции связано с деятельностью комиссара полиции Джеймса Гордона и окружного прокурора Харви Дента (впоследствии ставшего жертвой покушения и превратившегося в маньяка Двуликого). При поддержке муниципальных властей органы правопорядка начали крестовый поход против преступности. Однако отличительной чертой криминальной ситуации Готэма стало появление плеяды сверхзлодеев. Как правило это были психопаты, которые обладали некоторыми феноменальными способностями. Они возглавляли собственные банды и устраивали широкомасштабный террор против горожан. Власти оказались бессильны противостоять новой угрозе и заключили официальный договор с Бэтменом — таинственным героем, взявшимся защищать город. Комиссар Гордон, который сначала намеревался поймать Бэтмена, убедился в его добрых намерениях и разрешил установить на крыше полицейского управления прожектор, призывающий героя в случае опасности.

    В комиксах и мультфильмах город пережил самые разнообразные катаклизмы: замораживание, землетрясение, эпидемию чумы, изоляцию от остальной страны.

    Достопримечательности

    Готэм-сити страдает от экологических проблем, вызванных в первую очередь чрезвычайной скученностью застройки. Архитектурный облик города сформировался в начале XX века: центральная часть застроена в неоготическом стиле и имеет сверхурбанизированный облик. Город является крупным экономическим центром: имеется фондовая биржа, высотные офисы банков и корпораций. Большое количество театров и музеев, университет. Из особых достопримечательностей — психиатрическая лечебница Аркхэм, где содержатся уцелевшие неординарные преступники.

    В Готэм-сити возведён памятник Бэтмену.[источник не указан 138 дней]

    В видеоиграх

    • В игре Batman: Arkham Asylum открывается панорама на город. Также по радиоприёмнику можно услышать «Gotham FM».
    • В игре Batman: Arkham City действие происходит в отдельной от остального города части Готэма с множеством улиц, домов, церковью, полицейским участком, музеем и многими другими зданиями, в игре за Женщину-кошку есть возможность выйти в город и пройти в нём несколько шагов.
    • Игровая площадка в LEGO Batman.
    • Локация в игре DC Universe Online.

    Ссылки

    dic.academic.ru

    Читать онлайн электронную книгу Завтрак в кафе Готэм Lunch at the Gotham Cafe - Стивен Кинг. Завтрак в «Кафе Готэм» бесплатно и без регистрации!

    Как-то в Нью-Йорке я заглянул в один приятный ресторан. В зале метрдотель показывал семейной паре столик. Мужчина и женщина о чем-то спорили. Метрдотель перехватил мой взгляд и очень цинично подмигнул мне. Я вернулся в гостиницу и написал рассказ. Работал три дня, ни о чем другом не думал. Конечно же, меня интересовал не безумный метрдотель, а леденящие душу отношения между разводящимися мужем и женой. По-своему эта парочка безумнее метрдотеля. Куда как безумнее.

    Как-то я вернулся домой из брокерской фирмы, в которой работаю, и нашел на обеденном столе письмо – а вернее, записку – от моей жены с сообщением, что она уходит от меня, что ей необходимо некоторое время побыть одной и что со мной свяжется ее психотерапевт. Сидел на стуле у обеденного стола, вновь и вновь перечитывая короткие строчки, не в силах поверить. Помнится, около получаса у меня в голове билась одна-единственная мысль: «Я даже не знал, что у тебя есть психотерапевт, Диана».

    Потом я поднялся, пошел в спальню и огляделся. Ее одежды не было (если не считать подаренного кем-то свитера с поблескивающей поперек груди надписью «ЗОЛОТАЯ БЛОНДИНКА»), а комната выглядела как-то странно, неряшливо, будто ее обыскивали, ища что-то. Я проверил свои вещи – не взяла ли она чего-нибудь. Мои руки казались мне холодными и чужими, словно их накачали транквилизатором. Насколько я мог судить, все, чему следовало там быть, там было. Я ничего иного и не ждал, и тем не менее комната выглядела странно, словно она ее дергала, как иногда в раздражении дергала себя за кончики волос.

    Я вернулся к обеденному столу (который занимал один конец гостиной – в квартире ведь было всего четыре комнаты) и перечел еще раз шесть адресованных мне фраз. Они остались прежними, но теперь, заглянув в странно взъерошенную спальню, в полупустой шкаф, я был уже на пути к тому, чтобы им поверить. Она была ледяной, эта записка. Ни «целую», ни «всего хорошего», ни даже «с наилучшими» в заключение. «Береги себя» – такой была максимальная степень ее теплоты. И сразу под этим она нацарапала свое имя.

    «Психотерапевт». Мои глаза снова и снова возвращались к этому слову. «Психотерапевт». Наверное, мне следовало бы радоваться, что это не был «адвокат», но радости я не испытывал. «С тобой свяжется Уильям Хамболд, мой психотерапевт».

    – Свяжись вот с этим, пупсик, – сказал я пустой комнате и прижал ладонь к паху. Но это не прозвучало круто и язвительно, как мне хотелось, а лицо, которое я увидел в зеркале напротив, было белым, как бумага.

    Я прошел на кухню, налил себе апельсинового сока в стакан и уронил его на пол, когда попытался взять со стола. Сок облил нижние ящики, стакан разбился. Я знал, что непременно порежусь, если начну подбирать осколки, – у меня тряслись руки. Но я начал их подбирать. И порезался. В двух местах. Неглубоко. Я все думал: это шутка, потом понял, что нет и нет. Диана не была склонна к шуткам. Но только я же ничего подобного не ждал и ничего не мог понять. Какой психотерапевт? Когда она у него бывала? О чем она говорила? Впрочем, пожалуй, я знал, о чем. Обо мне. Вероятно, всякую чушь о том, как я всегда забываю спустить воду, кончив мочиться, как я требую орального секса до надоедливости часто. (На какой частоте возникает надоедливость? Я не знал.) Как я мало интересуюсь ее работой в издательстве. И еще вопрос: как она могла обсуждать самые интимные стороны своего брака с человеком по имени Уильям Хамболд? В самый раз для физика из Калифорнийского технологического института или заднескамеечника в Палате лордов.

    И еще супервопрос: почему я не замечал, как что-то назревало? Каким образом я мог нарваться на это, точно Сонни Листон на знаменитый неуловимый апперкот Кассиуса Клея? По глупости? Из-за отсутствия чуткости? По мере того как проходили дни и я перебирал в памяти последние шесть – восемь месяцев нашего двухлетнего брака, у меня сложилось убеждение, что причина заключалась и в том, и в том.

    В тот вечер я позвонил ее родителям в Паунд-Ридж и спросил, не у них ли Диана.

    – Да, она здесь и она не хочет разговаривать с вами, – сказала ее мать. – Больше не звоните.

    Тишина в трубке у моего уха.

    Два дня спустя мне в контору позвонил знаменитый Уильям Хамболд. Удостоверившись, что действительно говорит со Стивеном Дэвисом, он тут же начал называть меня Стивом. Может, вам чуточку трудно в это поверить, однако было именно так. Голос Хамболда был мягким, тихим, интимным, и мне представился кот, мурлыкающий на шелковой подушке.

    Когда я спросил про Диану, Хамболд ответил, что «все идет настолько хорошо, насколько можно было ожидать», а когда я спросил, нельзя ли мне поговорить с ней, он выразил мнение, что «это на данном этапе было бы контрпродуктивно». Затем, совсем уж немыслимо (во всяком случае, на мой взгляд), он осведомился карикатурно заботливым тоном, как поживаю я.

    – Лучше некуда, – ответил я. Я сидел за столом, опустив голову, обхватив лоб левой рукой. Глаза у меня были зажмурены, чтобы не смотреть в ярко-серую глазницу экрана моего компьютера. Я много плакал, и было такое ощущение, что под веки попал песок. – Мистер Хамболд… ведь «мистер», а не доктор?

    – Я предпочитаю «мистера», хотя имею степени…

    – Мистер Хамболд, если Диана не хочет вернуться домой, если она не хочет разговаривать со мной, так чего же она хочет? Зачем вы звоните?

    – Диана хотела бы получить доступ к сейфу, – сказал он вкрадчивым, мурлыкающим голоском. – Вашему ОБЩЕМУ сейфу.

    Тут я понял, почему у спальни был такой мятый, взъерошенный вид, и ощутил первые яркие проблески злости. Ну конечно же! Она искала ключ к сейфу. Она не интересовалась моей небольшой коллекцией серебряных долларов, чеканившихся до Второй мировой войны, или кольцом с розовым ониксом, которое купила мне к первой годовщине нашей свадьбы (годовщин этих у нас было всего две)… но в сейфе хранилось бриллиантовое колье, которое я ей подарил, и примерно на тридцать тысяч долларов ценных бумаг. Ключ был в нашем летнем домике в Адирондакских горах, вспомнил я. Не нарочно, а по забывчивости я оставил его на книжном шкафу у самой стены среди пыли и мышиного помета.

    Резкая боль в левой руке. Я посмотрел и увидел, что она стиснута в тугой кулак. Я раскрыл пальцы. В подушечке ладони ногти отпечатали глубокие полумесяцы.

    – Стив? – промурлыкал Хамболд. – Стив, вы слушаете?

    – Да, – ответил я. – Мне надо сказать вам две вещи. Вы готовы?

    – Разумеется, – сказал он все тем же мурлыкающим голоском, и на миг мне представилось, как Уильям Хамболд мчится по пустыне на «харлей-дэвидсоне» в окружении своры Ангелов Ада. А на спине его кожаной куртки: «РОЖДЕН ДЛЯ КОМФОРТА».

    Снова боль в левой руке. Она вновь непроизвольно стиснулась в кулак, как смыкаются створки устрицы. На этот раз, когда я его разжал, два маленьких полумесяца из четырех кровоточили.

    – Во-первых, – сказал я, – сейф останется запертым до тех пор, пока какой-нибудь судья по бракоразводным делам не распорядится открыть его в присутствии адвоката Дианы и моего. А тем временем никто его не обчистит, и это точно. Ни я, ни она. – Я помолчал. – И ни вы.

    – По-моему, враждебная позиция, которую вы заняли, контрпродуктивна, – сказал он. – И, Стив, если вы подумаете о том, что сейчас наговорили, возможно, вам будет легче понять, почему ваша жена настолько эмоционально сокрушена, настолько…

    – Во-вторых, – перебил я его (это мы, враждебно настроенные, умеем!), – то, что вы называете меня уменьшительным именем, я нахожу оскорбительно фамильярным и бестактным. Попробуйте еще раз по телефону, и я сразу повешу трубку. Попробуйте назвать меня так в лицо, и вы на опыте убедитесь, насколько враждебна моя позиция.

    – Стив… мистер Дэвис… мне кажется…

    Я повесил трубку. Сделав это, я ощутил что-то вроде удовольствия – в первый раз после того, как нашел на обеденном столе записку, придавленную ее тремя ключами от квартиры.

    В тот же день я поговорил с приятелем в юридическом отделе, и он порекомендовал мне своего друга, который брал бракоразводные дела. Я не хотел развода – я был в бешенстве из-за нее, но по-прежнему любил ее и хотел, чтобы она вернулась, – однако мне не нравился Хамболд. Мне не нравилась сама идея его существования. Он действовал мне на нервы – он и его мурлыкающий голосишко. Мне кажется, я предпочел бы крутого крючкотвора, который позвонил бы и сказал: «Отдайте нам ключ от сейфа до конца рабочего дня, Дэвис, и, может быть, моя клиентка сжалится и решит, оставить вам что-нибудь сверх двух пар исподнего и карточки донора, усекли?»

    Это я мог бы понять. А вот от Хамболда разило подлой пронырливостью.

    Специалиста по разводам звали Джон Ринг, и он терпеливо выслушал повесть о моих горестях. Подозреваю, почти все это он уже много раз слышал раньше.

    – Будь я совершенно уверен, что она хочет развода, по-моему, мне было бы легче, – закончил я.

    – Так будьте совершенно уверены, – сразу же сказал Ринг. – Хамболд просто ширма, мистер Дэвис… и потенциально сокрушительный свидетель, если дело дойдет до суда. Не сомневаюсь, что сначала ваша жена обратилась к адвокату, и когда адвокат узнал про пропавший ключ от сейфа, он рекомендовал Хамболда. Адвокат не мог бы вам позвонить, это было бы нарушением этики. Предъявите ключ, друг мой, и Хамболд исчезнет со сцены. Можете не сомневаться.

    Почти все это я пропустил мимо ушей. Мои мысли сосредоточились на его первых словах.

    – Так вы считаете, она хочет развода, – сказал я.

    – Безусловно, – сказал он. – Она хочет развода. Очень хочет. И, покончив с браком, не намерена остаться с пустыми руками.

    Я договорился с Рингом обсудить все подробнее на следующий день. Домой из конторы я вернулся как мог позднее, некоторое время бродил по квартире, решил пойти в кино, не нашел ни одного фильма, который хотел бы посмотреть, включил телевизор, не нашел ни одной заинтересовавшей меня программы и опять принялся бродить из комнаты в комнату. В какой-то момент я обнаружил, что стою в спальне у открытого окна в четырнадцати этажах над улицей и швыряю вниз все мои сигареты, даже затхлую пачку «Вайсройз», завалявшуюся у дальней стенки ящика письменного стола, – пачку, которая, возможно, пролежала там десять лет или дольше, иными словами, с того времени, когда я понятия не имел, что на свете существует такая тварь, как Диана Кислоу.

    Хотя в течение двадцати лет я выкуривал от двадцати до сорока сигарет в день, не помню, чтобы у меня внезапно возникло желание покончить с курением, не помню и никакой внутренней борьбы – ни даже логичной мысли, что, может быть, третий день после ухода вашей жены – не самый оптимальный момент, чтобы бросить курить. Я просто выкинул через окно в темноту нераспечатанный блок, полблока и две-три начатые пачки, которые нашел в комнатах. Затем закрыл окно (мне в голову не пришло, что было бы эффективнее выбросить не курево, а курильщика, – ни разу не пришло), растянулся на кровати и закрыл глаза.

    Следующие десять дней, пока я терпел худшие следствия физического отказа от никотина, были трудными, часто тягостными, но, пожалуй, не настолько скверными, как я ожидал. Меня тянуло закурить десятки… нет, сотни раз, я этого не сделал. Были минуты, когда мне казалось, что я сойду с ума, если сейчас же не закурю, а встречая на улице курящего прохожего, испытывал почти непреодолимое желание завизжать: «Отдай, мудак! Она моя!», – но удерживался.

    Худшие минуты наступали поздно ночью. Мне кажется (но я не уверен: мои мыслительные процессы того времени вспоминаются мне крайне смутно), будто я решил, что, бросив курить, буду лучше спать, но ничего подобного! Иногда я лежал без сна до трех часов утра, сцепив руки под подушкой, глядя в потолок, слыша сирены и погромыхивание тяжелых грузовиков. И я думал о круглосуточном корейском супермаркете почти прямо напротив моего дома. Я думал о белом сиянии флюоресцентных плафонов внутри, таком ярком, что оно приводило на память соприкосновение Кублер-Росс со смертью[1]Кублер-Росс Элизабет, психиатр, автор книги «О смерти и умирании», 1969 год. – Примеч. пер.. Видел, как оно выплескивается на тротуар между витринами, которые еще через час два молодых корейца в белых бумажных колпаках начнут заполнять фруктами. Я думал о мужчине постарше за прилавком, тоже корейце, тоже в бумажном колпаке, о блоках и блоках сигарет на полках у него за спиной, величиной не уступающих скрижалям, с которыми в «Десяти заповедях» Чарльз Хестон спускается с Синая. Я думал о том, как встану, оденусь, пойду туда, куплю пачку сигарет (а может быть, девять или десять пачек) и, сидя у окна, буду курить «Мальборо» одну за другой, а небо на востоке зарозовеет, и взойдет солнце… Я этого не сделал, но ночь за ночью в предрассветные часы я засыпал, считая не слонов, а марки сигарет: «Уинстон»… «Уинстон 100с»… «Вирджиния слимс»… «Дорал»… «Мерит»… «Мерит 100с»… «Кэмел»… «Кэмел филтерс»… «Кэмел лайтс».

    Попозже – примерно тогда, когда последние три-четыре месяца нашего брака, правду сказать, начали представляться мне более ясно – у меня сложилось убеждение, что мое решение бросить курить именно тогда, быть может, не было таким скоропалительным, как казалось сперва, и вовсе не безрассудным. Я не отличаюсь блестящим умом, да и особым мужеством тоже, но это решение можно счесть и блестящим, и мужественным. Во всяком случае, это не исключено: иногда мы становимся выше самих себя. В любом случае отказ от курения помог мне в первые дни после ухода Дианы сосредоточить мысли на чем-то конкретном; обеспечил моей тоске словесную форму, которой иначе она была бы лишена – не знаю, поймете ли вы. Скорее всего нет. Но не знаю, как выразить это иначе.

    Прикидываю ли я, что отказ от курения в тот момент мог сыграть свою роль в том, что произошло тогда в «Кафе Готэм»? Естественно… Но это меня не трогает. В конце-то концов никто из нас не способен предсказать финальный результат наших поступков, да и мало кто пытается. Большинство поступает так, как поступает, чтобы продлить удовольствие или на время заглушить боль. И даже когда наши поступки диктуются самыми благородными побуждениями, последнее звено в цепи слишком часто обагрено чьей-то кровью.

    * * *

    Хамболд позвонил мне через две недели после того вечера, когда я бомбардировал сигаретами Восемьдесят третью улицу, и на этот раз он строго придерживался «мистера Дэвиса», как формы обращения. Он спросил меня, как я поживаю, и я ответил ему, что хорошо. Отдав таким образом дань вежливости, он сообщил мне, что звонит по поручению Дианы. Диана, сказал он, хотела бы встретиться со мной и обсудить «некоторые аспекты» нашего брака. Я подозревал, что «некоторые аспекты» подразумевают ключ к сейфу, не говоря уж о разных других финансовых вопросах, которые Диана сочтет нужным прояснить до того, как вытолкнет на сцену своего адвоката, однако моя голова сознавала одно, а тело вело себя совсем иначе. Я чувствовал, как краснеет моя кожа, как все быстрее колотится сердце. Я ощущал дерганье пульса в руке, держащей трубку. Не забывайте, в последний раз я видел ее утром того дня, когда она ушла. Но видел ли? Она спала, зарывшись лицом в подушку.

    Однако у меня хватило здравого смысла спросить, о каких, собственно, аспектах мы говорим.

    Хамболд сально хихикнул мне в ухо и ответил, что предпочел бы отложить это до нашей встречи.

    – Вы уверены, что это такая уж хорошая идея? – спросил я, чтобы оттянуть время. Я ведь знал, что это очень плохая идея. И еще я знал, что соглашусь. Я хотел увидеть ее еще раз. Чувствовал, что должен увидеть ее еще раз.

    – О да, я в этом убежден. – Сказано это было мгновенно, без колебаний. И последние сомнения в том, что Хамболд и Диана тщательнейшим образом отработали это между собой (и, да, вполне вероятно, советуясь с адвокатом), тут же улетучились… – Всегда следует дать пройти какому-то времени, прежде чем главные участники конфликта встретятся – дать им поостыть, однако, на мой взгляд, встреча лицом к лицу теперь облегчит…

    – Позвольте мне сообразить, – сказал я. – Вы имеете в виду…

    – Завтрак, – сказал он. – Послезавтра? У вас найдется для него время?

    «Ну конечно, найдется, – подразумевал его тон. – Просто, чтобы снова ее увидеть… почувствовать легчайшее прикосновение ее руки. А, Стив?»

    – В любом случае первую половину дня в четверг я свободен, так что тут затруднений не возникнет. Мне привести с собой моего… моего психотерапевта?

    Снова сальный смешок задрожал у меня в ухе, будто нечто, секунду назад извлеченное из формочки для желе.

    – А у вас он есть, мистер Дэвис?

    – Собственно говоря, нет. Вы уже наметили место?

    Я было спросил себя, кто будет платить за этот обед, и тут же улыбнулся собственной наивности. Сунул руку в карман за сигаретой, и мне под ноготь вонзился кончик зубочистки. Я вздрогнул, выдернул зубочистку, осмотрел ее кончик на предмет крови, ничего не обнаружил и сунул зубочистку в рот.

    Хамболд успел что-то сказать, но я прослушал. При виде зубочистки я вновь вспомнил, что ношусь по волнам мира без сигарет.

    – Простите?

    – Я спросил, знаете ли вы «Кафе Готэм» на Пятьдесят третьей улице? – сказал он уже с легким нетерпением… – Между Мэдисон и Парком?

    – Нет, но не сомневаюсь, что сумею его отыскать.

    – В полдень?

    Я хотел было сказать ему, чтобы он сказал Диане, чтобы она надела свое зеленое платье в черную крапинку с длинным разрезом на боку, но решил, что это может оказаться контрпродуктивным.

    – Прекрасно, значит, в полдень.

    Мы сказали то, что обычно говорят, кончая разговор с тем, кто вам уже не нравится, но с кем у вас есть дела. Затем я расположился перед компьютером и задумался, достанет ли у меня сил встретиться с Дианой, если я не выкурю предварительно хотя бы одной сигареты.

    По мнению Джона Ринга, ничего прекрасного здесь не было. Ни в чем.

    – Он вас подставляет, – сказал он. – И она с ним вместе. При такой расстановке сил адвокат Дианы будет там присутствовать незримо, а я – ни в каком качестве. Воняет за милю.

    «Может быть, но тебе-то она никогда не всовывала язык в рот, чувствуя, что ты вот-вот кончишь», – подумал я. Но, поскольку таких вещей не говорят адвокату, чьими услугами вы только-только заручились, я сказал лишь, что хочу увидеть ее еще раз, посмотреть, нет ли шанса все уладить.

    Он вздохнул.

    – Не морочьте себе голову. Вы видите в этом ресторане его, вы видите ЕЕ, вы преломляете с ними хлеб, выпиваете немного вина, она закладывает ногу за ногу, вы смотрите, вы мило беседуете. Она снова закладывает ногу за ногу, вы смотрите и смотрите, и, возможно, они убедят вас сделать дубликат ключа к сейфу…

    librebook.me

    Читать книгу Завтрак в «Кафе Готэм» »Кинг Стивен »Библиотека книг

    Завтрак в «Кафе Готэм»Стивен Кинг

    Кровь и дым

    Стивен Кинг

    Завтрак в «Кафе Готэм»

    _Как-то_в_Нью-Йорке_я_заглянул_в_один_приятный_ресторан._В_зале_метрдотель_показывал_семейной_паре_столик._Мужчина_и_женщина_о_чем-то_спорили._Метрдотель_перехватил_мой_взгляд_и_очень_цинично_подмигнул_мне._Я_вернулся_в_гостиницу_и_написал_рассказ._Работал_три_дня,_ни_о_чем_другом_не_думал._Конечно_же,_меня_интересовал_не_безумный_метрдотель,_а_леденящие_душу_отношения_между_разводящимися_мужем_и_женой._По-своему_эта_парочка_безумнее_метрдотеля._Куда_как_безумнее._

    * * *

    Как-то я вернулся домой из брокерской фирмы, в которой работаю, и нашел на обеденном столе письмо – а вернее, записку – от моей жены с сообщением, что она уходит от меня, что ей необходимо некоторое время побыть одной и что со мной свяжется ее психотерапевт. Сидел на стуле у обеденного стола, вновь и вновь перечитывая короткие строчки, не в силах поверить. Помнится, около получаса у меня в голове билась одна-единственная мысль: «Я даже не знал, что у тебя есть психотерапевт, Диана».

    Потом я поднялся, пошел в спальню и огляделся. Ее одежды не было (если не считать подаренного кем-то свитера с поблескивающей поперек груди надписью «ЗОЛОТАЯ БЛОНДИНКА»), а комната выглядела как-то странно, неряшливо, будто ее обыскивали, ища что-то. Я проверил свои вещи – не взяла ли она чего-нибудь. Мои руки казались мне холодными и чужими, словно их накачали транквилизатором. Насколько я мог судить, все, чему следовало там быть, там было. Я ничего иного и не ждал, и тем не менее комната выглядела странно, словно она ее дергала, как иногда в раздражении дергала себя за кончики волос.

    Я вернулся к обеденному столу (который занимал один конец гостиной – в квартире ведь было всего четыре комнаты) и перечел еще раз шесть адресованных мне фраз. Они остались прежними, но теперь, заглянув в странно взъерошенную спальню, в полупустой шкаф, я был уже на пути к тому, чтобы им поверить. Она была ледяной, эта записка. Ни «целую», ни «всего хорошего», ни даже «с наилучшими» в заключение. «Береги себя» – такой была максимальная степень ее теплоты. И сразу под этим она нацарапала свое имя.

    «Психотерапевт». Мои глаза снова и снова возвращались к этому слову. «Психотерапевт». Наверное, мне следовало бы радоваться, что это не был «адвокат», но радости я не испытывал. «С тобой свяжется Уильям Хамболд, мой психотерапевт».

    – Свяжись вот с этим, пупсик, – сказал я пустой комнате и прижал ладонь к паху. Но это не прозвучало круто и язвительно, как мне хотелось, а лицо, которое я увидел в зеркале напротив, было белым, как бумага.

    Я прошел на кухню, налил себе апельсинового сока в стакан и уронил его на пол, когда попытался взять со стола. Сок облил нижние ящики, стакан разбился. Я знал, что непременно порежусь, если начну подбирать осколки, – у меня тряслись руки. Но я начал их подбирать. И порезался. В двух местах. Неглубоко. Я все думал: это шутка, потом понял, что нет и нет. Диана не была склонна к шуткам. Но только я же ничего подобного не ждал и ничего не мог понять. Какой психотерапевт? Когда она у него бывала? О чем она говорила? Впрочем, пожалуй, я знал, о чем. Обо мне. Вероятно, всякую чушь о том, как я всегда забываю спустить воду, кончив мочиться, как я требую орального секса до надоедливости часто. (На какой частоте возникает надоедливость? Я не знал.) Как я мало интересуюсь ее работой в издательстве. И еще вопрос: как она могла обсуждать самые интимные стороны своего брака с человеком по имени Уильям Хамболд? В самый раз для физика из Калифорнийского технологического института или заднескамеечника в Палате лордов.

    И еще супервопрос: почему я не замечал, как что-то назревало? Каким образом я мог нарваться на это, точно Сонни Листон на знаменитый неуловимый апперкот Кассиуса Клея? По глупости? Из-за отсутствия чуткости? По мере того как проходили дни и я перебирал в памяти последние шесть – восемь месяцев нашего двухлетнего брака, у меня сложилось убеждение, что причина заключалась и в том, и в том.

    В тот вечер я позвонил ее родителям в Паунд-Ридж и спросил, не у них ли Диана.

    – Да, она здесь и она не хочет разговаривать с вами, – сказала ее мать. – Больше не звоните.

    Тишина в трубке у моего уха.

    * * *

    Два дня спустя мне в контору позвонил знаменитый Уильям Хамболд. Удостоверившись, что действительно говорит со Стивеном Дэвисом, он тут же начал называть меня Стивом. Может, вам чуточку трудно в это поверить, однако было именно так. Голос Хамболда был мягким, тихим, интимным, и мне представился кот, мурлыкающий на шелковой подушке.

    Когда я спросил про Диану, Хамболд ответил, что «все идет настолько хорошо, насколько можно было ожидать», а когда я спросил, нельзя ли мне поговорить с ней, он выразил мнение, что «это на данном этапе было бы контрпродуктивно». Затем, совсем уж немыслимо (во всяком случае, на мой взгляд), он осведомился карикатурно заботливым тоном, как поживаю я.

    – Лучше некуда, – ответил я. Я сидел за столом, опустив голову, обхватив лоб левой рукой. Глаза у меня были зажмурены, чтобы не смотреть в ярко-серую глазницу экрана моего компьютера. Я много плакал, и было такое ощущение, что под веки попал песок. – Мистер Хамболд... ведь «мистер», а не доктор?

    – Я предпочитаю «мистера», хотя имею степени...

    – Мистер Хамболд, если Диана не хочет вернуться домой, если она не хочет разговаривать со мной, так чего же она хочет? Зачем вы звоните?

    – Диана хотела бы получить доступ к сейфу, – сказал он вкрадчивым, мурлыкающим голоском. – Вашему ОБЩЕМУ сейфу.

    Тут я понял, почему у спальни был такой мятый, взъерошенный вид, и ощутил первые яркие проблески злости. Ну конечно же! Она искала ключ к сейфу. Она не интересовалась моей небольшой коллекцией серебряных долларов, чеканившихся до Второй мировой войны, или кольцом с розовым ониксом, которое купила мне к первой годовщине нашей свадьбы (годовщин этих у нас было всего две)... но в сейфе хранилось бриллиантовое колье, которое я ей подарил, и примерно на тридцать тысяч долларов ценных бумаг. Ключ был в нашем летнем домике в Адирондакских горах, вспомнил я. Не нарочно, а по забывчивости я оставил его на книжном шкафу у самой стены среди пыли и мышиного помета.

    Резкая боль в левой руке. Я посмотрел и увидел, что она стиснута в тугой кулак. Я раскрыл пальцы. В подушечке ладони ногти отпечатали глубокие полумесяцы.

    – Стив? – промурлыкал Хамболд. – Стив, вы слушаете?

    – Да, – ответил я. – Мне надо сказать вам две вещи. Вы готовы?

    – Разумеется, – сказал он все тем же мурлыкающим голоском, и на миг мне представилось, как Уильям Хамболд мчится по пустыне на «харлей-дэвидсоне» в окружении своры Ангелов Ада. А на спине его кожаной куртки: «РОЖДЕН ДЛЯ КОМФОРТА».

    Снова боль в левой руке. Она вновь непроизвольно стиснулась в кулак, как смыкаются створки устрицы. На этот раз, когда я его разжал, два маленьких полумесяца из четырех кровоточили.

    – Во-первых, – сказал я, – сейф останется запертым до тех пор, пока какой-нибудь судья по бракоразводным делам не распорядится открыть его в присутствии адвоката Дианы и моего. А тем временем никто его не обчистит, и это точно. Ни я, ни она. – Я помолчал. – И ни вы.

    – По-моему, враждебная позиция, которую вы заняли, контрпродуктивна, – сказал он. – И, Стив, если вы подумаете о том, что сейчас наговорили, возможно, вам будет легче понять, почему ваша жена настолько эмоционально сокрушена, настолько...

    – Во-вторых, – перебил я его (это мы, враждебно настроенные, умеем!), – то, что вы называете меня уменьшительным именем, я нахожу оскорбительно фамильярным и бестактным. Попробуйте еще раз по телефону, и я сразу повешу трубку. Попробуйте назвать меня так в лицо, и вы на опыте убедитесь, насколько враждебна моя позиция.

    – Стив... мистер Дэвис... мне кажется...

    Я повесил трубку. Сделав это, я ощутил что-то вроде удовольствия – в первый раз после того, как нашел на обеденном столе записку, придавленную ее тремя ключами от квартиры.

    * * *

    В тот же день я поговорил с приятелем в юридическом отделе, и он порекомендовал мне своего друга, который брал бракоразводные дела. Я не хотел развода – я был в бешенстве из-за нее, но по-прежнему любил ее и хотел, чтобы она вернулась, – однако мне не нравился Хамболд. Мне не нравилась сама идея его существования. Он действовал мне на нервы – он и его мурлыкающий голосишко. Мне кажется, я предпочел бы крутого крючкотвора, который позвонил бы и сказал: «Отдайте нам ключ от сейфа до конца рабочего дня, Дэвис, и, может быть, моя клиентка сжалится и решит, оставить вам что-нибудь сверх двух пар исподнего и карточки донора, усекли?»

    Это я мог бы понять. А вот от Хамболда разило подлой пронырливостью.

    Специалиста по разводам звали Джон Ринг, и он терпеливо выслушал повесть о моих горестях. Подозреваю, почти все это он уже много раз слышал раньше.

    – Будь я совершенно уверен, что она хочет развода, по-моему, мне было бы легче, – закончил я.

    – Так будьте совершенно уверены, – сразу же сказал Ринг. – Хамболд просто ширма, мистер Дэвис... и потенциально сокрушительный свидетель, если дело дойдет до суда. Не сомневаюсь, что сначала ваша жена обратилась к адвокату, и когда адвокат узнал про пропавший ключ от сейфа, он рекомендовал Хамболда. Адвокат не мог бы вам позвонить, это было бы нарушением этики. Предъявите ключ, друг мой, и Хамболд исчезнет со сцены. Можете не сомневаться.

    Почти все это я пропустил мимо ушей. Мои мысли сосредоточились на его первых словах.

    – Так вы считаете, она хочет развода, – сказал я.

    – Безусловно, – сказал он. – Она хочет развода. Очень хочет. И, покончив с браком, не намерена остаться с пустыми руками.

    * * *

    Я договорился с Рингом обсудить все подробнее на следующий день. Домой из конторы я вернулся как мог позднее, некоторое время бродил по квартире, решил пойти в кино, не нашел ни одного фильма, который хотел бы посмотреть, включил телевизор, не нашел ни одной заинтересовавшей меня программы и опять принялся бродить из комнаты в комнату. В какой-то момент я обнаружил, что стою в спальне у открытого окна в четырнадцати этажах над улицей и швыряю вниз все мои сигареты, даже затхлую пачку «Вайсройз», завалявшуюся у дальней стенки ящика письменного стола, – пачку, которая, возможно, пролежала там десять лет или дольше, иными словами, с того времени, когда я понятия не имел, что на свете существует такая тварь, как Диана Кислоу.

    Хотя в течение двадцати лет я выкуривал от двадцати до сорока сигарет в день, не помню, чтобы у меня внезапно возникло желание покончить с курением, не помню и никакой внутренней борьбы – ни даже логичной мысли, что, может быть, третий день после ухода вашей жены – не самый оптимальный момент, чтобы бросить курить. Я просто выкинул через окно в темноту нераспечатанный блок, полблока и две-три начатые пачки, которые нашел в комнатах. Затем закрыл окно (мне в голову не пришло, что было бы эффективнее выбросить не курево, а курильщика, – ни разу не пришло), растянулся на кровати и закрыл глаза.

    * * *

    Следующие десять дней, пока я терпел худшие следствия физического отказа от никотина, были трудными, часто тягостными, но, пожалуй, не настолько скверными, как я ожидал. Меня тянуло закурить десятки... нет, сотни раз, я этого не сделал. Были минуты, когда мне казалось, что я сойду с ума, если сейчас же не закурю, а встречая на улице курящего прохожего, испытывал почти непреодолимое желание завизжать: «Отдай, мудак! Она моя!», – но удерживался.

    Худшие минуты наступали поздно ночью. Мне кажется (но я не уверен: мои мыслительные процессы того времени вспоминаются мне крайне смутно), будто я решил, что, бросив курить, буду лучше спать, но ничего подобного! Иногда я лежал без сна до трех часов утра, сцепив руки под подушкой, глядя в потолок, слыша сирены и погромыхивание тяжелых грузовиков. И я думал о круглосуточном корейском супермаркете почти прямо напротив моего дома. Я думал о белом сиянии флюоресцентных плафонов внутри, таком ярком, что оно приводило на память соприкосновение Кублер-Росс со смертью[1 - Кублер-Росс Элизабет, психиатр, автор книги «О смерти и умирании», 1969 год. – Примеч. пер.]. Видел, как оно выплескивается на тротуар между витринами, которые еще через час два молодых корейца в белых бумажных колпаках начнут заполнять фруктами. Я думал о мужчине постарше за прилавком, тоже корейце, тоже в бумажном колпаке, о блоках и блоках сигарет на полках у него за спиной, величиной не уступающих скрижалям, с которыми в «Десяти заповедях» Чарльз Хестон спускается с Синая. Я думал о том, как встану, оденусь, пойду туда, куплю пачку сигарет (а может быть, девять или десять пачек) и, сидя у окна, буду курить «Мальборо» одну за другой, а небо на востоке зарозовеет, и взойдет солнце... Я этого не сделал, но ночь за ночью в предрассветные часы я засыпал, считая не слонов, а марки сигарет: «Уинстон»... «Уинстон 100с»... «Вирджиния слимс»... «Дорал»... «Мерит»... «Мерит 100с»... «Кэмел»... «Кэмел филтерс»... «Кэмел лайтс».

    Попозже – примерно тогда, когда последние три-четыре месяца нашего брака, правду сказать, начали представляться мне более ясно – у меня сложилось убеждение, что мое решение бросить курить именно тогда, быть может, не было таким скоропалительным, как казалось сперва, и вовсе не безрассудным. Я не отличаюсь блестящим умом, да и особым мужеством тоже, но это решение можно счесть и блестящим, и мужественным. Во всяком случае, это не исключено: иногда мы становимся выше самих себя. В любом случае отказ от курения помог мне в первые дни после ухода Дианы сосредоточить мысли на чем-то конкретном; обеспечил моей тоске словесную форму, которой иначе она была бы лишена – не знаю, поймете ли вы. Скорее всего нет. Но не знаю, как выразить это иначе.

    Прикидываю ли я, что отказ от курения в тот момент мог сыграть свою роль в том, что произошло тогда в «Кафе Готэм»? Естественно... Но это меня не трогает. В конце-то концов никто из нас не способен предсказать финальный результат наших поступков, да и мало кто пытается. Большинство поступает так, как поступает, чтобы продлить удовольствие или на время заглушить боль. И даже когда наши поступки диктуются самыми благородными побуждениями, последнее звено в цепи слишком часто обагрено чьей-то кровью.

    www.libtxt.ru