Солтан ДзарасовКуда Кейнс зовет Россию? Книга кейнс


Джон Мейнард Кейнс и кейнсианство - Анна Герт

  • Обложка: Не Святой Валентин (СИ)

    Просмотров: 3428

    Не Святой Валентин (СИ)

    Елена Николаева

    Застукав новоиспечённого мужа за изменой в день их свадьбы, отчаявшаяся Валерия сбегает. Имея…

  • Обложка: Золушка (ЛП)

    Просмотров: 3311

    Золушка (ЛП)

    Джоуэл Киллиан

    — Я получил то, зачем приехал, — говорю я, наслаждаясь ужасом, который отражается на лице…

  • Обложка: Чёрный вдовец (СИ)

    Просмотров: 2535

    Чёрный вдовец (СИ)

    Ирина Успенская

    Даже если ты лорд и далеко не безобидный мальчик, это не мешает судьбе подкидывать проблемы одна…

  • Обложка: Гильдия (СИ)

    Просмотров: 2528

    Гильдия (СИ)

    Елена Звездная

    С Первым апреля!С весной, замечательные мои! Не забудьте влюбиться, в первую очередь в себя, потому…

  • Обложка: Роза для Палача (СИ)

    Просмотров: 2235

    Роза для Палача (СИ)

    Франциска Вудворт

    Каждый из нас носит маску. Любимый жених может оказаться подлым изменником, случайный знакомый —…

  • Обложка: Жена поневоле (СИ)

    Просмотров: 2226

    Жена поневоле (СИ)

    Анастасия Маркова

    Подписывая брачный договор, Оливия даже не подозревала, как над ней жестоко подшутит судьба, решив,…

  • Обложка: Мой невыносимый босс (СИ)

    Просмотров: 1987

    Мой невыносимый босс (СИ)

    Матильда Старр

    Что делать, если твой новый босс совершенно невыносим, но уволиться ты не можешь? А если он к тому…

  • Обложка: Невеста Серебряного Дракона (СИ)

    Просмотров: 1774

    Невеста Серебряного Дракона (СИ)

    Сказа Ламанская

    Замечательная книга Форы Клевер "Охота за сердцем короля" позволяет с неожиданной стороны взглянуть…

  • Обложка: Дикая кошка (СИ)

    Просмотров: 1647

    Дикая кошка (СИ)

    Мелек Челик

    Меня зовут Александра. Довольно странное имя для этих мест. Но не оно меня выделяет из общей массы…

  • Обложка: Секретарша (СИ)

    Просмотров: 1631

    Секретарша (СИ)

    Надежда Волгина

    Макс — большой босс, перфекционист и мрачный тип. Он срочно нуждается в опытном секретаре. Но вот…

  • Обложка: Императорский отбор. Поцелованная Тьмой (СИ)

    Просмотров: 1604

    Императорский отбор. Поцелованная Тьмой (СИ)

    Кристина Корр

    Было у Императора четыре сына. И пришло время одному из них жениться. Собрали Совет Пяти, и с…

  • Обложка: Академия Мира. Два Бога за моим телом (СИ)

    Просмотров: 1572

    Академия Мира. Два Бога за моим телом (СИ)

    Алекс Анжело

    Передо мной стоял выбор: выйти замуж за старого графа Олдуса, или пройти экзамен и поступить в…

  • Обложка: Батарейка для арда (СИ)

    Просмотров: 1445

    Батарейка для арда (СИ)

    Яна Ясная

    Все знают, что этот мир защищают воины-арды. Они почти каждый день рискуют жизнью, сдерживая жутких…

  • Обложка: Бомж из номера люкс (СИ)

    Просмотров: 1431

    Бомж из номера люкс (СИ)

    Ева Горская

    Проснулась с тяжелой головой и не менее тяжелой рукой на своей груди. Открывать глаза было боязно,…

  • Обложка: Тайна Чёрного дракона (СИ)

    Просмотров: 1394

    Тайна Чёрного дракона (СИ)

    Аманди Хоуп

     Иной мир оказался совсем не сказочным. Я лишь пытаюсь выжить и вернуться. 

  • Обложка: Пара волка (ЛП)

    Просмотров: 1333

    Пара волка (ЛП)

    София Стерн

    Дана долгое время не была дома, но, после звонка тети, расстроившей ее плохими новостями, она…

  • Обложка: Все хотят замуж (СИ)

    Просмотров: 1328

    Все хотят замуж (СИ)

    Елена Вилар

    Для того чтобы увидеть истинный оттенок собственных чувств, иногда стоит оказаться на краю земли. И…

  • Обложка: Неземная любовь (СИ)

    Просмотров: 1308

    Неземная любовь (СИ)

    Lita Wolf

    Едешь к жениху? Но по дороге тебя похищают. Паника, ужас! Кто эти люди, чего хотят? Их окружают…

  • Обложка: Я твой хозяин! (СИ)

    Просмотров: 1217

    Я твой хозяин! (СИ)

    Кристина Амарант

    Еще вчера ты — Наама ди Вине, избалованная аристократка, почти принцесса, а сегодня — дочь…

  • Обложка: Харрисон (ЛП)

    Просмотров: 1168

    Харрисон (ЛП)

    Терра Вольф

    После единственной ночи, проведенной с фигуристой официанткой, медведь-перевертыш Джеймс Харрисон…

  • Обложка: Нянька для чудовища (СИ)

    Просмотров: 1116

    Нянька для чудовища (СИ)

    Елена Соловьева

    Марина знает, каково это - притворяться сильной. Трудится на износ, живет над кафе, где…

  • Обложка: Строитель (ЛП)

    Просмотров: 993

    Строитель (ЛП)

    Фрэнки Лав

    Я наблюдал за тем, как Лотти спускается по ступеням и идет в мою сторону, уперев руки в округлые…

  • Обложка: Доминант 80 лвл. Обнажи свою душу (СИ)

    Просмотров: 982

    Доминант 80 лвл. Обнажи свою душу (СИ)

    Мила Ваниль

    Дина приехала в Москву в поисках работы и, едва сойдя с поезда, стала жертвой мошенников. От…

  • Обложка: В подарок высшему вампиру (СИ)

    Просмотров: 886

    В подарок высшему вампиру (СИ)

    Дарья Урусова

    Я живу на окраине леса. Времена нынче трудные. Только недавно закончилась война. Живу совсем одна.…

  • Обложка: Городские легенды Уэстенса (СИ)

    Просмотров: 798

    Городские легенды Уэстенса (СИ)

    Елена Звездная

    От всех прочих городков северной Ландрии наш Уэстенс отличал один неоспоримо положительный факт — у…

  • Обложка: Джекс (ЛП)

    Просмотров: 796

    Джекс (ЛП)

    Инка Лорин Минден

    Джекс состоит в элитном подразделении, которое удерживает всякий сброд подальше от города. Когда…

  • Обложка: Кукла колдуна (СИ)

    Просмотров: 739

    Кукла колдуна (СИ)

    Сильвия Лайм

    Много звёзд погасло с тех пор, как исчез мой народ. Остались лишь мы с братом посреди королевства…

  • Обложка: Она моя (ЛП)

    Просмотров: 670

    Она моя (ЛП)

    Сем Крезент

    Дрю Рейнольдс – трудолюбивый человек. Он не богач и не мечтатель, и когда найдёт свою любимую, то…

  • itexts.net

    Кейнс Джон Мейнард - Энциклопедия по экономике

    Кейнс Джон Мейнард (1883—1946) — крупнейший английский экономист, оставивший заметный след во многих разделах экономики. Один из основателей Бреттонвудской системы. Последняя книга — Общая теория занятости, процента и капитала (1936). Полное собрание сочинений Кейнса в 29 томах издано Королевским Экономическим Обществом (1971-1979). - Прим. ред.  [c.10] Кейнс Джон Мейнард (1883-1946) — выдающийся английский экономист и государственный деятель, основоположник кейнсианства  [c.819]

    Кейнс Джон Мейнард (1883-1946) — английский экономист, один из основоположников макроэкономического анализа. Особенностью метода Дж. Кейнса был акцент на агрегированных макроэкономических показателях — потоках инвестиций, доходов, накоплении и сбережении, на потреблении и производстве в масштабе всего общества.  [c.445]

    Квота в страховании 278 Квота золотая 278 Квота импортная 278 Квота экспортная 278 Квотирование 56, 278, 428, 539 Кейнс Джон Мейнард 279 Кейнса эффект 279  [c.789]

    Джон Мейнард Кейнс  [c.1]

    Напутствием для изучения менеджмента могут стать слова великого экономиста Джона Мейнарда Кейнса, которые он сформулировал для характеристики экономики, но они в полной мере относятся к менеджменту На первый взгляд представляется, что изучение экономики не требует специальных способностей особенно высокого порядка. Не является ли экономика, с интеллектуальной точки зрения, очень легким предметом по сравнению с высшими разделами философии или чистой науки Тем не менее, хороший или даже просто компетентный экономист является редкой птицей. Легкий предмет, в котором очень немногие достигают успеха Возможно, этот парадокс находит свое объяснение в том, что квалифицированный экономист должен обладать редкой комбинацией талантов. Он должен достигнуть высокого уровня в нескольких различных областях и должен соединить в себе таланты, которые нечасто можно найти вместе. Он должен быть, в определенной степени, математиком, историком, государственным деятелем, философом. Он должен представлять себе частное в терминах общего и улавливать абстрактное и конкретное в одном и том же полете мысли. Он должен изучать настоящее в свете прошлого для объяснения будущего .  [c.4]

    Джон Мейнард Кейнс, 1883-1946)  [c.7]

    Основу западных экономических теорий составляет теория английского экономиста Джона Мейнарда Кейнса (1883-1946), считающегося выдающимся исследователем в рыночной макроэкономике. Свою теорию Кейнс разрабатывал в годы Великой депрессии с целью объяснить причины массовой безработицы и низкого уровня выпуска продукции, которые упорно сохранялись в раз-  [c.58]

    ДЖОН МЕЙНАРД КЕЙНС (1883-1946)  [c.201]

    Английский экономист Джон Мейнард Кейнс считается основоположником современной макроэкономики.  [c.201]

    В 1935 г. Джордж Бернард Шоу получил письмо от Джона Мейнарда Кейнса, в котором Кейнс сообщал Мне кажется, я пишу книгу по экономической теории, которая совершит революцию... в подходах к экономическим проблемам . И действительно, книга Кейнса Общая теория занятости, процента и денег (1936) совершила революцию в экономическом анализе и сделала Кейнса одним из самых заметных и влиятельных экономистов всех времен.  [c.201]

    Последний штрих .) Каково значение книги Джона Мейнарда Кейнса Общая теория занятости, процента и денег , опубликованной в 1936 г.  [c.205]

    Этот эпизод открыл еще одну фундаментальную ошибку в европейском механизме, а именно между обязательствами "якорной" валюты и валюты, которая попадает под ее давление, существует асимметрия. Все обязательства падают на слабую валюту. Следует здесь вспомнить, что в момент подписания Бреттон-Вудского соглашения Джон Мейнард Кейнс подчеркивал необходимость симметрии между сильным и слабым. Он основывал свои аргументы на опыте предвоенного периода. Текущая ситуация все больше напоминает этот период. Иногда кажется, что Кейнса просто не было на свете.  [c.318]

    Теория Дж. Кейнса. Экономическая теория английского экономиста Джона Мейнарда Кейнса (1883—1946), возникшая как потребность капиталистического производства в государственном регулировании, оказала огромное влияние на формирование финансовой концепции и разработку финансовой политики. Кейнсианские рекомендации с различными модификациями использовались на практике многими государствами в течение длительного периода. В основе финансовой концепции Дж. Кейнса лежит идея эффективного спроса .  [c.473]

    Одна из наиболее известных и признанных школ экономической теории, предложившая свои рецепты регулирования экономики, неразрывно связана с именем и работами англичанина Джона Мейнарда Кейнса (1883—1946). Рецепты Кейнса нашли применение на практике, в экономических программах, практических мерах и акциях экономической политики. Кейнсианские рекомендации применялись не только в Англии и США, но и в других странах Запада. Выводы и положения этой экономической школы в известной мере полезны и для нас.  [c.133]

    Эта модель господствовала до 30-х гг. XX в., до Великой депрессии, когда она и оказалась несостоятельной. Во время Великой депрессии факторы производства — труд и капитал, а также и технология существенно не изменились, но тем не менее ВНП сильно упал, следовательно, изменение ВНП произошло по какой-то другой причине. Эту причину указал в своей книге известный английский экономист Джон Мейнард Кейнс (в 1936 г.). Он предположил, что цены не являются гибкими и не могут гарантировать стабильности ВНП. Скачки ВНП, по теории Кейнса, вызваны изменениями не в предложении, а в спросе. Кейнс предложил свою модель совокупного предложения.  [c.30]

    А теперь подробно рассмотрим два наиболее важных элемента рынка — спрос и предложение. Спрос — это то, что хотят люди продовольствие, одежда, жилье или что-то отвлеченное, например книга, которая позволит обогатить знания о каком-либо предмете. Все представленные на рынке продукты — это ответ на ожидаемый спрос. Английский экономист лорд Джон Мейнард Кейнс в 30-х гг. описал понятие спрос в двух ипостасях, и первая из них — это простой спрос, т.е. то, что хотят люди, а вторая — эффективный спрос, т.е. то, что люди хотят и на приобретение чего они имеют средства. Иными словами, кто-либо может иметь желание получить большое количество различных продуктов, однако если он не располагает достаточными средствами для их приобретения, то не сможет создать эффективный спрос путем размещения заказов на продукты и приобретения их.  [c.49]

    Джон Мейнард Кейнс и кейнсианство  [c.108]

    КЕЙНСИАНСТВО, направление в экономической (макроэкономической) теории, ведущее своё начало от идей, изложенных в книге знаменитого английского экономиста и государственного деятеля Джона Мейнарда Кейнса (1883—1946) Общая теория занятости, процента и денег (1936 г.). Книга Кейнса, которая произвела переворот в мировой экономической мысли, была вызвана к жизни небывало глубоким и длительным спадом производства, поразившим все развитые страны в 1929—33 гг. и получившим впоследствии название Великая депрессия . Многим в то время приходила в голову мысль, что изменившаяся экономическая реальность требует новой теории, не настолько связанной с равновесным подходом, как господствовавшая в то время неоклассическая экономическая теория. Эту роль как раз и сыграла теория Кейнса.  [c.121]

    К его основным работам относятся Экономический цикл (1936), К теории экономической динамики (1948), Жизнь Джона Мейнарда Кейнса (1951), Дополнение к теории экономической динамики (1952), Политика против инфляции (1958), Второй очерк по теории экономической динамики (1961) и Экономическая динамика (1973).  [c.216]

    Кейнс Джон Мейнард (1883—1946) — английский учёный-экономист, лорд, один из наиболее выдающихся экономистов XX века. Разработал теорию денег, изложенную в его главной книге Общая теория занятости, процента и денег (1936). Именно тогда, в пору великой депрессии , им была рассмотрена типичная для современной экономики ситуация, в которой суммарный спрос и суммарное предложение находятся в равновесии, а полная занятость при этом не достигается. Безработица сохраняется неопределенно долго, и требуются особые правительст-  [c.563]

    КЕЙНС ДЖОН МЕЙНАРД (1883-1946 - английский экономист, государственный деятель, основоположник одного из современных направлений экономической мысли, названного в его честь теорией кейнсианства, утверждающей ведущую роль государства в рыночной экономике, способного обеспечить подъем производства и рост благосостояния нации. Дж.Кейнс получил экономическое и математическое образование в Итоне и в Королевском колледже в Кембридже. С 1908 по 1915 г. - он преподаватель, с 1920 г. - профессор Кембриджского университета. В 1912-1946 гг. - редактор журнала по экономическим проблемам.  [c.350]

    КЕЙНС ДЖОН МЕЙНАРД (1883— 1946) — английский экономист, государственный деятель и публицист, основоположник одного из наиболее значительных течений экономической мысли XX в. — кейн-сианства.  [c.279]

    Кейнс, Джон Мейнард 200 Кейплс,Джон 626 Кейт, Р. 1144 Кельвин 426  [c.1156]

    Великая депрессия 1930-х годов показала практически полную бесполезность классической теории на практике. Общий уровень цен и заработной платы существенно снизился во время кризиса, но то же самое произошло с объемом производства и уровнем занятости. Реальный национальный доход упал на 25% в период с 1929 до 1933 г., а безработица достигала 17% от численности трудоспособного населения в самые тяжелые периоды кризиса. Экономисты постдепрессионного периода, ведомые великим экономистом Джоном Мейнардом Кейнсом, попытались основать новую школу экономической мысли, изучающую функционирование экономики и роль денежно-кредитной политики, воздействующей на размер валового национального продукта, уровень занятости, расходов и цен.  [c.457]

    Одним из моих любимых предметов в школе была экономика. Каждый период экономической истории связывают с именем того или иного человека — выдающегося экономиста своего времени, например Адама Смита, Давида Рикардо, Томаса Мальтуса и Джона Мейнарда Кейнса. Истории их жизни и то, как они видели мир, очень наглядно показывают, как с течением времени развивались технологии, люди и экономика. Один из периодов экономики был назван по имени группы людей, называвших себя луддитами. Они объединились для того, чтобы совершать нападения на фабрики и разрушать находящиеся там машины и станки, которые, как считали луддиты, лишали их работы. В наше время, когда кого-нибудь называют луддитом, под этим часто подразумевается, что данный человек критически относится к технологическим изменениям, считает, что эти изменения несут в себе какую-то угрозу для него, или просто надеется, что они пройдут мимо, ничем не нарушив его спокойное и размеренное течение жизни. И хотя прежние луддиты давным-давно исчезли с лица земли, их заменили современные луддиты. История, как правило, повторяется.  [c.75]

    Является ли экономике практической наукой Стоит ли затрачивать наши время и труд на ее изучение Полвека назад Джон Мейнард Кейнс (John Maynard Keynes 1883-1946) - несомненно, самый влиятельный экономист нашего столетия — дал убедительный ответ на этот вопрос  [c.4]

    В 1936г. английский экономист Джон Мейнард Кейнс объяснил, почему в капиталистических экономиках занятость носит циклический характер. В своей работе Общая теория занятости, процента и денег он разгромил основы классической теории, тем самым сделав крупный революционный шаг в развитии экономической мысли, изучающей макроэкономику. Кейнс раскритиковал закон Сэя, указав, что в некоторые периоды не весь доход затрачивается на произведенную продукцию. Когда повсеместно возникает недостаток расходов, на складах производителей накапливаются непроданные товары. На рост запасов производители отвечают сокращением производства и занятости, после чего наступает спад, или депрессия.  [c.182]

    Известный экономист Джон Мейнард Кейнс заметил, что гипотеза ожиданий неправильно объясняла формирование фьючерсных цен10. Он утверждал, что в целом хеджеры продают фьючерсные контракты, тем самым побуждая спекулянтов покупать их. Поскольку приобретение контрактов связано с риском, то Кейнс выдвинул гипотезу, что хеджеры стимулируют спекулянтов с помощью ожидаемой доходности, которая должна быть больше безрисковой ставки. Это потребует того, чтобы фьючерсная цена была меньше ожидаемой спотовой цены  [c.705]

    В своей статье в Journal of Finan e (март 1983 г.) Джесс Чуа и Ричард Вудворд исследовали инвестиционное мастерство известного экономиста Джона Мейнарда Кей-нса. Портфель, управлявшийся Кейнсом, имел следующие доходности  [c.915]

    Кейнс (Keynes) Джон Мейнард (1883— 1946), английский экономист, государственный деятель и публицист, заложил основы одного из наиболее значительных течений экономической мысли XX в. — кейнсианства. Получил образование в Кембриджском университете и впоследствии там работал (1908—1015 1920—1946). Редактор The E onomi Journal (1911—1946), одного из наиболее известных английских экономических журналов. Наряду с преподавательской работой в 1920-е—30-е годы служил в различных государственных учреждениях Англии, советник британского казначейства и правительства с 1940 г. Основное сочинение — Общая теория занятости, процента и денег (1936). Сторонник концепции постоянного государственного регулирования экономики.  [c.747]

    economy-ru.info

    Книга: Кейнс. Возвращение Мастера - портал новостей LB.ua

    Роберт Скидельски (Robert Skidelsky), фото с его персонального сайта

    Экономист Роберт Скидельски родился в Харбине (Китай) в еврейской семье с российскими корнями. Учился в Оксфорде и преподавал в университете Джона Хопкинса. С 1991 года он — член палаты лордов, с 1994 года — член Британской академии. На постсоветском пространстве авторские колонки Роберта появляются в российской газете "Ведомости".

    Роберт Скидельски — автор нескольких книг по экономике. Но его самым заметный труд - биография Джона Мейнарда Кейнса — столпа экономической науки. Скидельски кропотливо собирал и анализировал факты из жизни Кейнса, пытался наложить его идеи на сегодняшнюю ситуацию в мире.

    В 2009 году, после финансового кризиса в США, Скидельски выпускает книгу "Кейнс. Возвращение Мастера". В 2011 году издательство "Альпина Бизнес Бук" издает книгу в русском переводе. Книга написана тяжелым слогом и не будет интересна тому, кто привык читать об экономике легкие развлекательные научно-популярные тексты. Не будет она интересна и тем, кто видит в экономике математику: ряды формул, цифр, графики и таблицы.

    На видео: Роберт Скидельски рассказывает о Джоне Кейнсе проекту http://econstories.tv. Видео на английском языке, но при помощи настроек вы можете включить титры, а также настроить перевод на любой язык. Перевод не совершенен, но позволяет судить о сути сказанного.

    Больше всего «Кейнс...» похож на философский трактат. Есть там и немного истории, и социология, и политика, и психология. Все это укладывается в кейнсианское понимание экономики как науки скорее гуманитарной, чем точной.

    Кризис экономической науки

    «Экономическая наука заблудилась, ибо экономисты — как профессиональная группа — приняли элегантность математических моделей за доказательство их истинности», - писал Нобелевский лауреат Пол Кругман в статье в The New Yourk Times 2 сентября 2009 года.

    Книга Скидельски — о том, как экономисты утратили идеи. Вместо того, чтобы руководствоваться гуманитарными ценностями, они стали слепо поклоняться математическим моделям. Сторонники свободного рынка и невмешательства государства в эклономику не сумели удержать рынки от падения, не сумели учесть все риски. Их эконометрические модели оказались бессильны перед реальностью.

    Финдиректор Goldman Sachs, одного из крупнейших в США банков, Дэвид Веньяр в сентябре 2007 года заявил в интервью Financial Times, что его сотрудники по несколько дней подряд наблюдали на рынке колебания, в 25 раз превышавшие по амплитуде стандартное отклонение. По их расчетам такие события могли случаться оин раз в 10 в 140-й степени раз. Прямо как в фильме Margin Call.

    Крах мировой экономики 2007-2009 годов — это не просто ошибка в расчетах, пишет Скидельски. Это своего рода кара за то, что мы перестали руководствоваться здравым смыслом и отвернулись от экономического учения Кейнса.

    «Крах банкиров был частью более широкого правового и интеллектуального провала, продуктом морального климата, где погоня за деньгами ставилась выше любой другой деятельности», - заключает Скидельски.

    Кейнс против современных экономистов

    Экономические теории рациональных ожиданий, реальных деловых циклов и эффективных рынков не имеют ничего общего с реальностью, полагает Скидельски. Хотя на них зиждется неоклассическая макроэкономика, а их создатели стали Нобелевскими лауреатами.

    Из теории рациональных ожиданий выходит, что будущее предопределено, познаваемо, безработица — дело добровольное, а вычисления могут заменить здравый смысл. Это вера в то, что все риски поддаются измерению. Но Кейнс писал, что экономические агенты не могут обладать исчерпывающей информацией для принятия рациональных решений.

    Теория реальных деловых циклов говорит, что рынки саморегулируются без вмешательства государства. «Рациональные» экономические агенты быстро реагируют на изменения на рынках и снова наступает равновесие. По Кейнсу все иначе: зарплаты и цены реагируют на изменения в экономике слишком медленно, и государству приходится регулировать выпуск товаров, чтобы вернуть рынки к равновесию.

    Фото: skidelskyr.com

    Теория эффективных рынков суммирует предыдущие теории и применяется на финансовых рынках. Так, по этой теории, акции на биржах всегда оцениваются справедливо. Якобы цена акций — это точная оценка стоимости актива на сегодняшний момент с учетом всей информации. Модели управления банковскими рисками в США рассчиттаны на основе этой теории. Но Кейнс писал, что мы не можем обладать полной информацией, что инвесторы на самом деле не рассчитывают риски рационально, а действуют в условиях неопределенности. И потому говорить об эффективности финансовых рынков не приходится.

    Все эти теории не помогли избежать кризиса. Не помогли они и вытащить экономику из финансовой ямы.

    Как поддержать рост

    До последнего кризиса экономисты стимулировали рост при помощи процентных ставок. Кейнс же советовал наращивать госрасходы, потому что ставки Центробанка могут и не повлиять на решение кредитора, напуганного нестабильностью.

    «...кредитор, чье доверие к рынку подорвано прежним опытом, запросит по кредиту под новое предприятие такие ставки, какие заемщик никак не рассчитывает оправдать. В этом случае нельзя будет избежать долгой и, возможно, бесконечной депрессии, если не вмешается государство, чтобы стимулировать и субсидировать новые инвестиции», - писал Кейнс.

    Другими словами, деньги могут быть очень доступны и дешевы, но ни бизнес, ни обыватели не захотят ими пользоваться. Вместо того, чтобы тратить, они будут гасить прежние долги. Они будут покупать гособлигации или растить свои депозиты вместо того, чтобы покупать новые товары и услуги.

    «Если нас соблазняет сравнение денег с бодрящим напитком, стимулирующим активность экономической системы, то следует вспомнить, что кубок может и не дойти до рта», - отмечал Кейнс.

    Скидельски пишет, что опальный Кейнс, которого либералы называли чуть ли не марксистом, вдруг стал популярен во всем мире после кризиса. Бесконечные вливания денег в банки путем включения «печатного станка» не принесли ожидаемой пользы — кредиты никто не хотел брать. Тогда и США, и Китай, и Британия после кризиса выписали счета на инфраструктурные и социальные проекты, чтобы завести машину экономического роста.

    Идея Кейнса проста. Чтобы свести колебания экономики к минимуму, правительству следует управлять спросом на товары и услуги.

    После Кейнса

    «В долгосрочной перспективе все мы покойники», - эта фраза Кейнса стала крылатой. Но мало кто знает ее продолжение: «Экономисты задают себе чересчур легкую, слишком бесполезную задачу, если в сезон бурь готовы только сообщить нам, что, когда шторм останется далеко позади, волны в океане снова улягутся».

    Проще говоря, Кейнс разрабатывал свою теорию не для интеллектуального удовольствия, а для практического применения. Для него экономика не была ни игрой, ни развлечением. Сам он имел опыт торговца ценными бумагами, а также работал в государственном казначействе. Весь практический опыт он старался систематизировать.

    Великая Депрессия 1930-х годов в США заставила политиков прислушаться к учению Джона Кейнса. Суверенные правительства озаботились борьбой с безработицей. В мировом масштабе возникла Бреттон-Вудская валютная система. Начался период стремительного экономического роста. Но уже с 1960-х ситуация начала меняться, и к 80-м рынки окончательно перестали использовать кейнсианство. Правительство из решения само превратилось в проблему.

    С приходом к власти Маргарет Тетчер (1979) в Британии и Рональда Рейгана (1981) в США регулирование рынков уменьшилось, налоги были снижены, а профсоюзы и международные институты потеряли влияние.

    Бреттон-Вудская система управляемого капитализма уступила место Вашингтонскому консенсусу. Этот термин заключает в себе рекомендации США развивающимся странам: приватизация, свобода торговли, сбалансированность бюджетов, дерегулирование, таргетирование инфляции и плавающие валютные курсы. Произошел откат экономической теории от кейнсианских к классическим представлениям о саморегулирующихся рынках. Интеллектуальным лидером реакции стал Нобелевский лауреат Милтон Фридман, сторонник «снижения налогов при любых обстоятельствах, в любых условиях и под любым предлогом».

    Роберт Скидельски сравнивает экономические системы таким образом:

    Автор книги считает первую систему более эффективной и в доказательство приводит такие данные:

    Источники: МВФ, Maddison

    Темные вертикальные полосы на графике говорят о периодах глобальной экономической рецессии (согласно определению МВФ — когда прирост мировой экономики составляет менее 3% в год). То есть в Бреттон-Вудский период мировых рецессий не было вовсе, а в период Вашингтонского консенсуса их случилось уже пять! При этом замедлился и рост ВВП на душу населения.

    Другой пример — уровень безработицы. Везде, кроме США, в годы Бреттон-Вудской системы наблюдалась низкая безработица. Впрочем, в условиях Вашингтонского консенсуса уровень безработицы вырос повсюду, даже в США.

    Источники: Госстаты стран, ОЭСР, Минтруда США, Th.Liesener для Германии и Японии, Всемирный банк, D.Aldcroft&S.Morewood.

    Конечно, Роберт Скидельски не беспристрастен и искренне любит своего героя. Он превозносит отношение Кейнса к деньгам, ретранслирует его моральные постулаты и политические убеждения. Благодаря этому вдумчивое чтение этой дискуссионной книги доставляет удовольствие.

    lb.ua

    Солтан ДзарасовКуда Кейнс зовет Россию?

    © Дзарасов С.С., наследники, 2015

    © ООО «ТД Алгоритм», 2015

    Введение

    Настоящая работа предлагается читателю в связи с 75-летием выхода в свет главного произведения ХХ века по экономической теории – «Общей теории занятости, процента и денег» Дж. М. Кейнса и 65-летием смерти автора. Как в теоретическом, так и в практическом аспекте ни одна другая книга не оказала на экономическое мышление ХХ века такое влияние, как она. В ней была доказана возможность государственного регулирования экономики, а первая четверть века после Второй мировой войны была воспринята как подтверждение ее положений. Весьма интересна также необыкновенная судьба, которая ждала ее со дня выхода в свет. В отличие от множества других работ, которым пришлось долго ждать своего признания, и оно чаще всего наступало после смерти автора, в данном случае все было по-другому. Книга Кейнса с восторгом была принята общественностью вскоре после появления на книжном рынке, словно она только ее и ждала. Это было потому, что каждая ее строка дышала духом того бурлящего времени, в котором она была написана. Только что скрылась за горизонтом Великая депрессия 1929-1933 годов, но ее тяжелые последствия оставались на виду и требовали своего объяснения. Они и были даны в работе Кейнса.

    При этом отметим, что Кейнс не был первым, кто дал ответы на остро вставшие тогда проблемы. За несколько лет до Кейнса польский экономист Михаил Калецкий опубликовал ряд работ об истоках мирового экономического кризиса и дал аналогичные Кейнсу решения и рекомендации с марксистских позиций. Но, в отличие от Кейнса, его работы не привлекли должного внимания. Во-первых, потому, что западный мир не был склонен прислушиваться к голосу из марксистского лагеря. Во-вторых, потому, что работы были написаны по-польски, а читающая на этом языке публика не была достаточно подготовленной к признанию отечественного пророка.

    Судьба Кейнса была более счастливой. Он родился и подвизался в стране высокой культуры, где, с одной стороны, всегда по достоинству ценилась научная новизна, а с другой – была терпимость даже к тому, что в данный момент не считалось общепринятым. Поэтому кейнсианская оригинальность, состоявшая в решительном отходе от общепринятых тогда в экономической теории неоклассических (по терминологии Кейнса классических) постулатов, вовсе не шокировала английскую общественность. Это не значит, что новаторство Кейнса проходило без сучка и задоринки. Здесь тоже было то, что бывает всегда. Труднее всего новаторство признается в профессиональной среде. Отказ от теории саморегулирующего рынка и переход на позиции регулируемой государством экономики был таким громом с ясного неба, и поначалу он вызывал большое недоумение среди выросших на маршаллианской традиции коллег. Но суровая реальность мирового кризиса и его не уходящие последствия, объясненные гением Кейнса, сделали свое дело, и в скором времени его идеи получили полное признание.

    И все-таки полного торжества своих идей, пришедших на первую четверть после Второй мировой войны, самому Кейнсу не было суждено увидеть. 21 апреля 1946 года, в возрасте 63 лет, в расцвете творческого дарования очередной сердечный приступ унес его из жизни. Но он оставил 30 томов своего бесценного теоретического наследства, главным из которого является рассматриваемая нами здесь работа. Ее разбору в мировой литературе посвящена гора других работ, и отличиться среди них непросто. Но поскольку, как мы постараемся показать на страницах предлагаемой книги, наследство Кейнса подверглось различным толкованиям и искажениям, то здесь обнаружилось и белое пятно. Это особенно касается российского следа в воззрениях Кейнса. Он остался за пределами внимания тех, кто писал о нем. Поэтому для российских ценителей Кейнса его наследие с нашей сегодняшней ситуации имеет троякий смысл, который состоит, во-первых, в установлении российского следа в его взглядах; во-вторых, в восстановлении подлинного смысла его теории в духе работ посткейнсианских последователей; в-третьих, в применимости этой теории к объяснению современной российской ситуации. Предлагаемая книга посвящена этим именно вопросам.

    Беда в том, что одновременно с моделью рынка laissez faire российские власти приняли также господствующую в западных странах неоклассическую экономическую теорию (экономикс), которая заняла у нас место прежней политической экономии. Но от этого мы только попали из огня да в полымя и запутались в трех соснах. Несмотря на свою догматичность, советская политическая экономия была если не полным, то все-таки отражением нашей ситуации и для ее понимания давала определенные ориентиры. О принятой нами неоклассической ортодоксии ничего подобного сказать нельзя. Во многих западных работах доказывается, что экономикс не отражает реалии даже капиталистических стран. Так, задолго до принятия нами этой теории, еще в 1983 году, выдающийся американский экономист, создатель теории корпоративной экономики А. Эйхнер писал: «Экономикс как самостоятельная дисциплина включает в качестве главного содержания концепцию… которая не находит подтверждения в реальности. Действительно, данная теория – не более чем надуманный набор утверждений, основанных на метафизических, и, следовательно, ненаучных аксиомах. Неудивительно, что государственная политика, следуя подобной теории, просто обречена на неудачу». (Эйхнер, 2004, с. 342).

    А. Эйхнер говорил это применительно к западной ситуации. Что касается глубоко отличной ситуации постсоветских государств, то к ней представленная в экономикс неоклассическая теория подходит еще меньше. К сожалению, ни тогда, когда начались реформы, ни теперь, когда уже накопился большой опровергающий их материал, мы не прислушались к предостерегающим соображениям о несостоятельности этой теории. Между тем, не только классический марксизм, но и признанная на Западе респектабельная кейнсианская теория, в особенности в ее посткейнсианской трактовке, указывает на то, что капитализм чреват конфликтами и кризисами, против которых не только надо держать ухо востро, но и порох сухим. Иначе говоря, кейнсианство указывает на необходимость как теоретической концепции объяснения конфликтов и кризисов, так и соответствующего набора инструментов для их предотвращения или смягчения. Неоклассический мэйнстрим поступает наоборот. Делая главной своей задачей идеализацию капитализма, он выдвигает на первый план теорию общего равновесия и оптимальность по Парето, и тем закрывает глаза на возможность конфликтов и кризисов.

    Эту предвзято идеализированную картину капитализма восприняло российское население в начале 90-х годов прошлого века с подачи тех, кто нацелился на захват народной собственности путем ее реформирования и приватизации. Они рисовали капитализм в самых привлекательных красках как царство изобилия и свободы, предлагая последовать примеру тех стран, кто идет этим путем. Людям говорили, что рай находится за углом, стоит ввести рыночную экономику вместо плановой, а народные богатства изъять из ведения государства и отдать в частные руки, как наша экономика поднимется на небывалую высоту и мы заживем счастливой жизнью народов преуспевающих стран.

    Многие восприняли разукрашенный правами человека фасад капитализма за реальность. Они того не знали (не хотели знать), что за привлекательным фасадом скрывается нечто другое: отношения господства и подчинения, и благополучие одних строится за счет страданий других, будь то эксплуатация работников своей страны или населения зависимых (периферийных) стран, находящихся под господством мирового капитала. Многие из нас знали, что источник достижений развитых стран состоит не столько в частной собственности, сколько в другой культуре и положении в мире, и простой заменой одной формы собственности другой проблема не может быть решена. Причина разного уровня развития стран Северной и Южной Америки была не в том, что в одном случае есть, а в другом нет рынка и частной собственности, а в том положении, которое одни (США и Канада) занимают в системе мирового хозяйства по сравнению с другими (латиноамериканскими) странами. Отсюда недоверчивое отношение многих к предложенной нам тогда от имени МВФ и Мирового банка неоклассической модели рынка. И вовсе не потому, что мы были марксистскими ретроградами, как утверждали наши оппоненты, а совсем по другой причине. Десятилетиями мы изучали и преподавали историю и теорию капитализма не только по Марксу и Ленину, но и по Смиту, Рикардо, Миллю, австрийской школе, Веблену, Кейнсу, Самуэльсону и другим западным экономистам, многие работы которых были переведены на русский язык и были хорошо знакомы советским специалистам. Из них было видно, что рынок и капитализм представляют собой очень сложный продукт длительного исторического развития. Пройти подобный путь в течение считаных дней, как предлагали нам тогда, невозможно. Не надо обладать семью пядями во лбу для понимания того, что в стране, лишенной традиций частного предпринимательства, в мгновение ока не могут появиться эффективные собственники, которые одним махом поднимут экономику на уровень более развитых стран.

    Тем более что с высоты марксистского взгляда на капитализм довольно зримо просматривалось его сползание в некое подобное новой Великой депрессии. Массовый характер спекуляций с ценными бумагами (финансализация) не был секретом. Правда, точно никто не знал, когда и чем это кончится. Но такие знатоки капитализма, как Джон Гэлбрейт (1961) и Хайман Минский (1986), выдвигали «гипотезу финансовой нестабильности» (Financial Instability Hypotheses), что было далеко от той гравюрной картины, которую нам рисовали миссионеры рынка. Более того, рекламированные тогда рейганомика и тэтчеризм, снимавшие все преграды экспансии капитала и его проделкам, казались многим содержащими в себе источники будущих осложнений внутри стран и на международной арене. В то время как мэйнстрим разоружал общество, вводя его в заблуждение относительно его будущего, посткейнсианцы открывали ему глаза, вооружая его реалистическим пониманием надвигающихся на него угроз. Понятно, что такая обстановка должна была насторожить каждого непредвзятого человека относительно нашего поворота на неизвестное бездорожье.

     

    Но трезвость в оценке ситуации тогда была не в моде. Спекулятивная нажива принималась как признак здорового успеха, и капитализм подавался нам как выход из ада дефицита в рай изобилия. Для этого была задействована налаженная система тотальной промывки мозгов. Теперь с помощью средств массовой пропаганды можно убедить людей, что черное есть белое – и наоборот. Так и было сделано, и множество людей поверили, что, отдав свое право собственности и накопленные сбережения невесть откуда взявшимся людям, мы заживем лучшей жизнью.

    В книге будет показано, что в отличие от названных выше посткейнсианцев, предупреждавших о приближении нового мирового кризиса, неоклассические теоретики (Р. Лукас, Б. Бернанке) доказывали, что «современная макроэкономическая политика решила проблему делового цикла» (Кругман, 2009, Roubini and Mihm 2010) и связанная с ними опасность якобы уже миновала. В таких же успокоительных утверждениях не было недостатка и накануне Великой депрессии 1929-1933 годов, в годы, отмеченные беззаботным просперити. Позиция же Кейнса была другой. С того момента, как он покинул Пражскую мирную конференцию 1919 года, бросив в лицо ее участникам свою книгу о роковом характере принятых ими решений, он стал бить в набат относительно угроз, наступающих на капитализм с разных сторон. Его выступления в им же основанном «Клубе политической экономии», а также газете «Нация» были проникнуты заботой о будущем. Кейнс указывал, что «любовь к деньгам», с одной стороны, стимулирует предпринимательство и выпуск продукции, но с другой – усиливает социальное и имущественное неравенство до степени, создающей угрозу самому существованию капитализма. Свободный рынок (laissez faire) для него, как мы покажем, было не что иное, как безудержный разгул порочной «страсти к деньгам», создающей кричащие неравенства и тем самым несущей угрозу обществу, в котором он жил.

    Глубокая тревога о судьбе этого общества захватила Кейнса под влиянием двух драматических событий ХХ века: русской революции 1917 года и Великой депрессии 1929-1933 гг. В отличие от множества других политиков, ученых и других деятелей Запада, он не считал их случайными, а вполне закономерными, возникшими на почве дряхлеющего капитализма. Но, верный ценностям этого общества, целью своей жизни он сделал их защиту перед лицом исторического вызова. Но не путем апологетического приукрашивания язв капитализма, как это делали многие его коллеги, а путем их вскрытия и устранения и, таким образом, его обновления и улучшения.

    Никто из западных мыслителей, подвизавшихся на арене общественно-экономической мысли, не проникся этой миссией так, как Кейнс. Его кипучая деятельность и неимоверные интеллектуальные усилия, вершиной которых стала Общая теория занятости, процента и денег, являются еще одним свидетельством того, что великие идеи не возникают на пустом месте, они оказываются под силу тому, кто воспринимает драму эпохи как личную драму. Таким был Карл Маркс, принявший близко к сердцу несправедливости капиталистического общества, угнетенное положение безжалостно эксплуатируемого рабочего класса, и он встал в его защиту. С этих позиций он осветил реальности капиталистического общества с непревзойденной силой и полнотой. Как бы сама эпоха вручает свою судьбу тому, кто острее других страдает от ею же причиняемой боли, ибо только переживаемая обществом драма придает человеку ту остроту зрения, благодаря которой он способен видеть то, что не видно другим. Для XIX века таким был Маркс. Для ХХ века таким стал Кейнс. Правда, Маркс оценивал буржуазию как класс, паразитирующий на теле рабочего класса, и рассматривал проблемы капитализма с позиций защиты его интересов, в том числе и преобразования общества. Кейнс же придерживался противоположных взглядов. Превыше всего он ставил ценности капиталистического общества, а их защиту перед лицом исторического вызова считал главным смыслом своей жизни. Вначале он провозглашал: «Я хочу скроить такое общество, в котором большинство существующих проявлений неравенства и его причин будет устранено». (См.: Скидельски, 2005, т. 1, с. 645). Затем к этому он добавляет существенное уточнение: «Я не хочу уравнивать индивидуумов. Я хочу дать поддержку всякому исключительному усилию, способности, храбрости, характеру. Я не хочу противодействовать преуспевающему, исключительному. Я полагаю, что, если сравнивать человека с человеком, средний класс и даже верхний класс оказывается выше рабочего класса». (там же). Высокомерие к рабочему классу предопределило также его предвзято мещанскую оценку русской революции.

    В отличие от Маркса, стоявшего на стороне рабочего класса, Кейнс стоял на стороне властвующей буржуазии. Но в отличие от тех защитников капитализма, которых банковский счет приковывает к господствующим представлениям крепче, чем Гефест приковал Прометея к скале, Кейнс был свободен от этих цепей. Он мог позволить себе беспощадно критиковать не только правителей, но и капиталистические порядки в том, в чем их считали противоречащими здравому смыслу и целям благополучия не только верхних слоев общества, но всего народа. В таком духе и написана его Общая теория, в которой многие догматы неоклассической (по терминологии Кейнса классической) ортодоксии пересмотрены под углом зрения обеспечения полной занятости и народного благосостояния. Но такой пересмотр осуществлен им не для отказа от капитализма, а его улучшения, что было невозможно без вскрытия его негативных сторон и научного осмысления его реальных проблем. В кейнсианской теории, таким образом, познавательная функция политической экономии является ведущей, а идеологическая – ведомой, а не наоборот, как во многих других случаях.

    Однако, как будет показано в книге, за прошедшие 75 лет со времени выхода в свет Общей теории она не осталась неизменной. Эта работа, так же как и наследство Кейнса в целом, подверглась существенной переработке мэйнстримом в целях удаления из нее критических оценок капиталистических реальностей и истолкования его идей в духе вульгарной идеализации капитализма, получив название неоклассического синтеза. В первой главе книги я попытался, насколько хватило места и сил, представить кейнсианские идеи в их первозданном виде, опираясь на высказывания самого Кейнса и пренебрегая изобилующими в литературе их вольными трактовками на вкус различных авторов. Эта глава, названная «Кейнсианская революция в экономической теории», с тем же правом могла бы называться «Восстановить Кейнса, чтобы пойти вперед», ибо революцией кейнсианские идеи могут называться в их первоначальном виде и значении, а переработанные и включенные в неоклассический синтез уже носят подсобный характер и на революцию никак не тянут.

    Возвращение к подлинному Кейнсу для нас важнее всего потому, что именно на его основе, как будет показано в книге, сложилось посткейнсианство в качестве особого направления современной экономической мысли. Предлагаемый в книге переход от модели спонтанного развития к модели регулируемого развития, предполагается более отвечающей нашим нуждам посткейнсианской экономической теорией. По этой причине ей в книге уделено значительное внимание.

    В этой связи с самого начала внесем ясность в то, что название «посткейнсианство» многие считают неудачным, ибо источником создания этой теории Маркс послужил не менее, чем Кейнс, а затем стали Калецкий, Кальдор, Джоан Робинсон и ряд других выдающихся экономистов современности. Но поскольку название стало обиходным, то приходится его придерживаться. Гораздо важнее, что посткейнсианцы отвергают неоклассику и противопоставляют ей свой альтернативный подход по широкому кругу проблем – вплоть до методологии экономического анализа, что при всех различиях авторов придает этой теории определенную цельность.

    Посткейнсианство отвергает исходное положение нео-классики о свойстве рынка и капитализма к спонтанному саморегулированию, достижению общего равновесия, так называемой оптимальности по Парето, и способности агентов рынка рассчитать и предвидеть результаты своих действий. Наоборот, говорит оно, экономика характеризуется фундаментальной неопределенностью будущего и точные последствия своих действий люди рассчитать не могут. Кризисные спады – явный тому показатель. В рынке и капитализме заложена тенденция не к равновесию, а к его нарушению, когда экономике приходится функционировать «на острие ножа», чреватой обострением социальной напряженности. Единственное, что могут делать люди, это с помощью государства в желательном направлении воздействовать на развитие экономики. Отсюда выдвижение кейнсианством на первый план задачи обеспечения занятости путем стимулирования частных и государственных инвестиций и накачивания совокупного спроса как стимулятора экономического роста.

    Посткейнсианство дает наиболее адекватное объяснение современному капитализму и благодаря этому также наиболее верные подходы к оценке проблем пореформенного развития постсоветских государств. В соответствии с этой необходимостью в книге представлена картина сложившейся в России экономической ситуации. В пределах ее небольшого объема во второй главе приводится довольно богатый статистический и фактический материал, бесстрастным языком говорящий о горьких уроках происшедших в нашей стране негативных перемен. Их коренную причину я усматриваю в принятии не соответствующей нашим условиям неоклассической модели рынка. Несоответствие этой модели нашей специфике и потребностям является центральной идеей книги, проводимой от первой до последней ее строки. Обильный фактический материал второй главы рассматривается в книге как экспериментальное опровержение легших в основу наших реформ догматов неоклассической ортодоксии, несостоятельность которых в свое время была доказана Кейнсом, но позднее, не мытьем так катаньем, восстановленных в правах в виде современного монетаризма.

    К счастью для нас, в западных странах, прежде всего в Англии и США, с кейнсианским наследством проводилась работа в целях восстановления первоначального смысла содержащихся в нем идей и дальнейшего их развития применительно к менявшейся ситуации в мире. Со временем несостоятельность неоклассических постулатов становилась все более очевидной, а альтернативная трактовка тех же проблем на основе изначального кейнсианства все более необходимой. Это нашло свое выражение в создании упомянутого посткейнсианства как теории третьего пути, альтернативного как тоталитарному социализму с его жестко централизованной экономикой, так и бесчеловечному капитализму с неограниченным рынком и безжалостной эксплуатацией труда капиталом. Круг этих проблем рассматривается в третьей главе книги.

    В ней читатель увидит, что задолго до того, как наши горе-либералы стали воспринимать неоклассические постулаты в качестве спасительных откровений, посткейнсианские авторы доказывали их несоответствие реалиям капиталистической действительности и неспособность быть основой эффективных решений. В свете посткейнсианских идей становится ясно, что завидное со стороны западное изобилие и благополучие определяются не тем, что рыночная экономика эффективнее плановой, а в немалой степени тем, что составляющие центр силы мирового капитала страны подчинили себе и эксплуатируют страны капиталистической периферии, выжимая оттуда соки для себя. Толком не разобравшись в этом и схватившись за чуждую нам модель рынка, мы выбрали не путь подъема до уровня развитых стран, как нас дурачила официальная пропаганда, а путь сползания до уровня периферийных стран, как оказалось на деле.

    Теперь мы пожинаем плоды своего рокового выбора. С тем большей необходимостью нам надо разобраться в том, какая теория отвечает нашим нуждам, а какая нет. Наиболее подходящей нашим условиям представляется институционально-посткейнсианская экономическая теория, различные аспекты которой рассматриваются в третьей главе. Читатель ознакомится здесь с тем, как и почему она складывалась и что собой представляет ее современный потенциал, а самое главное – какие идеи этого направления каким образом могут быть использованы в российской практике. Само собой разумеется, что нужной нам теории в готовом виде нигде нет. Посткейнсианство также не является таковым. Разработанное западными учеными на их собственном материале, оно далеко не в полной мере учитывает нашу специфику. Поэтому его приспособление к нашим условием предполагает дальнейшее развитие этого учения с учетом нашего опыта, что требует большой дополнительной работы. Но важно ее начать, и предлагаемая книга достигнет своей цели, если она станет первым шагом по этому пути.

    Такая необходимость встает перед нами с тем большей остротой, что, в отличие от нас, многие другие страны и народы сумели найти подходящую им теорию и модель развития и развиваются высокими темпами. Имеются в виду, прежде всего, Китай, Вьетнам, Индия и Бразилия, экономика которых развивается наиболее высокими темпами, достигающие на этой основе роста благосостояния своих народов. В более ранний период, правда, в иных условиях, в целях противодействия экспансии коммунизма высокие темпы развития были приданы Японии и так называемым «юго-восточным тиграм» (Южная Корея, Тайвань, Сингапур).

     

    В четвертой главе рассматривается разнообразный и оригинальный опыт этих стран под тем углом зрения, что мы могли бы у них принять. Читатель увидит, что, хотя условия и мотивы пионеров ускоренного развития (Япония и юго-восточные страны) существенно отличались от условий и мотивов тех, кто принял их эстафету (Китай, Вьетнам, Индия, Бразилия), тем не менее в их развитии была и есть некая общая черта – никто из них слепо не воспроизвел англо-американскую модель рынка. В отличие от нас, каждая из этих стран разработала и осуществляет собственную модель экономики в соответствии со спецификой своей страны, ценностями культуры и ментальностью народа.

    Этому в книге уделено значительное внимание. Вслед за японским теперь мир стал свидетелем китайского, вьетнамского, индийского и бразильского «чудес». Феномен этих чудес, состоящий в необыкновенно высоких темпах экономического роста, и происходящее в результате этого изменение соотношения сил на мировой арене привлекают широкое внимание мировой общественности. Об этом говорят и пишут. В зарубежной литературе этот опыт широко обсуждается.

    К сожалению, у нас ему должного внимания не уделяется. Российские власти воспринимают этот опыт как укор за то, что направили развитие своей страны по иному, гибельному для нее пути, а потому стараются его замолчать. Ни в текущей, ни в учебной литературе причины высоких темпов роста в указанных странах объяснения не находят. Ни в одном из известных нам учебниках нет концептуально-теоретического объяснения причин высоких темпов роста стран, собственным путем поднимающихся к вершинам высокой развитости. Внимание в них ограничено опытом западных стран, «золотой век» которых в течение послевоенного (после Второй мировой войны) врмени объясняется использованием кейнсианских методов государственного регулирования экономики, предупреждения спадов и обеспечения занятости. В то же время отмечается, что эти методы со временем привели к чрезмерному росту инфляции (стагфляции), а потому от них пришлось отказаться и принять монетаристскую концепцию свободного (нерегулируемого) рынка. Таким образом, бросается тень на кейнсианство, создавая впечатление, что для какой-то особой ситуации оно пригодилось, а в целом оказалось непригодным и его пришлось переделать (неоклассический синтез).

    Если это так, то чем объяснить высокие темпы роста указанных стран? Во многом тем, что они практикуют многие рекомендации кейнсианской концепции регулирования экономики. В неоклассических учебниках на этом счет никаких ответов нет. В меру своих возможностей мы постарались осветить этот чрезвычайно интересный для нас опыт и тем подтвердить, что разработанные 75 лет назад идеи Кейнса, дополненные его последователями за счет классической политической экономии (Маркс) и анализа новых явлений современного капитализма (посткейнсианство), являются альтернативой неоклассической ортодоксии и высшим достижением современной экономической мысли.

    fictionbook.ru