Адские механизмы. Книга 1. Механический ангел. Книга механический ангел


Cкачать книгу Механический ангел (2010) Кассандра Клэр бесплатно без регистрации или читать онлайн

Категории

  • Самомотивация
  • Книги, которые стоит прочитать до 30
  • 8 лучших книг для перезагрузки мозгов
  • а так же...
    • 10 книг в жанре Хоррор (10)
    • 10 книг для влюбленных в горы (10)
    • 10 книг о душевнобольных (10)
    • 10 книг по тайм-менеджменту (10)
    • 10 книг про вампиров и прочую нечисть (10)
    • 10 книг про животных (10)
    • 10 книг про путешествия во времени (10)
    • 10 книг с лучшей экранизацией (9)
    • 10 книг с неожиданным финалом (10)
    • 10 книг, вдохновивших на написание музыки (9)
    • 10 книг, которые должна прочитать каждая девушка (10)
    • 10 книг, которые заставят Вас улыбнуться (9)
    • 10 книг, основанных на реальных событиях (10)
    • 10 книг, от которых хочется жить (10)
    • 10 книг, с которыми классно поваляться на пляже (9)
    • 10 лучших книг-антиутопий (8)
    • 15 книг о Любви (14)
    • 15 книг о необычных детях (15)
    • 15 книг о путешествиях (14)
    • 15 книг про пришельцев (15)
    • 20 книг в жанре фэнтэзи (20)
    • 20 книг-автобиографий (18)
    • 8 книг, после которых не останешься прежним (8)
    Смотреть Все а так же...

Поиск

  • Войти /Регистрация
  • Закладки (0)
  • Механический ангел

Жанры

  • Военное дело
    •       Cпецслужбы
    •       Боевые искусства
    •       Военная документалистика
    •       Военная история
    •       Военная техника и вооружение
    •       Военное дело: прочее
    •       О войне
  • Деловая литература
    •       Банковское дело
    •       Бухучет и аудит
    •       Внешняя торговля
    •       Делопроизводство
    •       Корпоративная культура
    •       Личные финансы
    •       Малый бизнес
    •       Маркетинг, PR, реклама
    •       Недвижимость
    •       О бизнесе популярно
    •       Отраслевые издания
    •       Поиск работы, карьера
    •       Управление, подбор персонала
    •       Ценные бумаги, инвестиции
    •       Экономика
  • Детективы и Триллеры
    •       Боевик
    •       Детективная фантастика
    •       Детективы: прочее
    •       Иронический детектив
    •       Исторический детектив
    •       Классический детектив
    •       Криминальный детектив
    •       Крутой детектив
    •       Маньяки
    •       Медицинский триллер
    •       Политический детектив
    •       Полицейский детектив
    •       Техно триллер
    •       Триллер
    •       Шпионский детектив
    •       Юридический триллер
  • Детское
    •       Детская литература: прочее
    •       Детская проза
    •       Детская фантастика
    •       Детские остросюжетные
    •       Книга-игра
    •       Образовательная литература
    •       Подростковая литература
    •  &nbs

sanctuarium.info

Механический ангел читать онлайн

Для Джима и Кейт

Песня реки ТемзыОщущаешь запах соли,И река вздымает водыТемные, как крепкий чифирь,С переливом изумрудным.А на берегу колеса,Винтики и механизмы —Звон и ужас.Призрак чахлый,Спрятавшись среди деталей,Шепчет тайны.Винтик каждый — зуб из злата,А огромные колесаРуки-шатуны вращают,Загребая воду Темзы,Развращая, нагревая,Раскаляя, испаряя,Чтоб огромные машиныДо износа потрудились.Соль, коррозия с мазутомЗамедляют их работу.Ну, а ниже по теченьюМеталлические баки,Пришвартованные крепко,Полые, стучатся гулко,Словно колокол церковный.Барабаны, канонада,Возвещая речью грома,Что река все катит волны…

Лондон. Апрель. 1878.

Демон взорвался, забрызгав все вокруг ихором и внутренностями.

Уильям Херондэйл с силой выдернул кинжал, но было уже слишком поздно. Вязкая кровь демона, подобно кислоте, уже начала разъедать сверкающий клинок. Выругавшись, он отбросил теперь уже бесполезное оружие — кинжал упал прямо на середину грязной лужи. От его острия, как от зажженной спички, в воздух поднимался легкий дымок. Конечно, оружие было жаль, но самое главное — демон исчез, вернулся обратно в ад, где ему самое место. И теперь о его существовании напоминали лишь лужи зловонной крови.

— Джем! — обернувшись, позвал Уилл. — Где ты?.. Ты видел?! Я убил тварь одним ударом! Не плохо, а?

Но ответа не последовало. А он-то все это время был уверен, что напарник стоит у него за спиной и готов отразить любую опасность, если таковая, конечно, возникнет. Но кривая улочка, в которой запах плесени перебивал все остальные «ароматы» большого города, была пуста. Уилл остался один. Он нахмурился, чувствуя, как наползает раздражение — ему так хотелось похвастаться, но к чему, скажите на милость, устраивать представление, если рядом нет ни одного зрителя? Уилл посмотрел назад, туда, где узкая улочка прыгала прямо в черные воды Темзы. Вдалеке темнели силуэты огромных кораблей, стоявших в доках. Десятки острых, устремленных в небо мачт наводили на мысли о зимнем лесе — голые прямые стволы и ни одного листочка. Джема нигде не было. Может, понимая, что демону не выстоять, он решил вернуться на Узкую улицу? Вполне естественное желание — там хоть посветлее да посуше. Пожав плечами, Уилл отправился туда, откуда пришел.

Узкая улица пересекала Лимхаус и тянулась вдоль унылых доков и ветхих, кособоких домишек прямо до самого Уайтчепела. А Узкой, надо сказать, ее назвали вовсе не случайно — в некоторых местах достаточно было вытянуть руки в стороны, чтобы одной достать до серой стены склада, а другой — до изъеденной плесенью кирпичной стены очередной развалюхи. Выглядела Узкая улица на редкость негостеприимно, и даже пьянчужки, как клопы расползавшиеся от «Виноградников» в любое время дня и ночи, старались здесь не задерживаться и искали себе другое местечко, чтобы передохнуть. А вот Уиллу Лимхаус был по душе: здесь ему казалось, будто он оказался на самом краю мира. Он любил наблюдать за тем, как огромные корабли, мерно покачиваясь на волнах, медленно исчезали за горизонтом и отправлялись в неизведанные страны. Его не смущали ни пьяные моряки, разгуливающие по докам день-деньской, ни игорные дома, ни опиумные притоны, ни дешевые бордели. Напротив, если ты хотел хорошенько спрятаться, лучшего места было просто не найти. Со временем ему даже стало казаться, что особый, ни с чем не сравнимый запах доков — смесь «ароматов» дыма, плесени, пеньки, смолы, заморских специй и стоячей воды — по-своему недурен.

Уилл внимательно осмотрелся по сторонам, стараясь не упустить ни единой мелочи, но улица была пуста и ничто не привлекло его внимания. Тогда он остановился и попытался рукавом пальто стереть с лица ядовитый ихор, от которого уже начало жечь кожу. Ткань тут же покрылась зелеными и черными пятнами.

Потом он отстраненно подумал: не использовать ли лечебную руну? — так как на руке его кровоточил глубокий порез и выглядел он, надо сказать, не очень хорошо. Возможно, здесь бы помогла одна из рун, сделанных Шарлоттой, которая всегда отлично рисовала иратц.

И тут из темного угла, где сплетались черные и серые тени, выскользнул человек. Он медленно направился прямо к Уиллу, и тот сделал шаг вперед, полагая, что его друг наконец-то объявился. Но это был не Джем, а обычный патрульный, полицейский-мирянин в шлеме-колоколе и тяжелом пальто. Он уставился на Уилла или, точнее, внимательно посмотрел сквозь него. Уилла, уже давно привыкшего к колдовству, подобные вещи все же не переставали раздражать: а кому будет приятно, если станут на него смотреть как на пустое место? Секунду спустя в его глазах заплясали бесенята: желание отобрать полицейскую дубинку и посмотреть, как ничего не понимающий служитель закона станет крутить головой из стороны в сторону, было почти невыносимым. Однако зануда Джем всегда ругал его за подобные шалости, и этого Уилл понять был не в состоянии: ну зачем, скажите на милость, устраивать целое представление каждый раз, когда дело и яйца выеденного не стоит?

Полицейский же тем временем пожал плечами, быстро поморгал, словно пытаясь прогнать наваждение, и отправился по своим делам. Когда он проходил мимо Уилла, тот услышал, как полицейский бормочет себе под нос: мол, хватит пить джин, а то мерещится уже всякая чертовщина — так и умом недолго тронуться. Уилл отступил в сторону и, когда полицейский скрылся за углом, громко крикнул:

— Джеймс Карстаирс! Джем! Где ты там прячешься, хитрец?!

Тут же откуда-то издалека до него донесся чуть слышный голос:

— Здесь… Следуй за колдовским светом.

Недолго думая, Уилл пошел на звук голоса Джема, который, казалось, раздавался из темного прохода между двумя складами. Присмотревшись, он увидел бледный огонек, танцующий в окружении теней, — такие обычно вспыхивают на болотах и заводят путников в самую трясину.

— Ты слышал меня? Этот демон-шакс думал достать меня своими проклятыми клешнями, но я загнал его в угол и…

— Да, я слышал тебя. — Молодой человек, вышедший из проулка, казалось, появился из ниоткуда.

Молодой человек встал прямо под фонарем, в желтом неверном свете которого его лицо выглядело еще бледнее, чем обычно, а надо сказать, что обычно даже мертвец на его фоне казался румяным. Внешность у молодого человека была, что и говорить, примечательной. Шляпы у него не было, и если бы не серебристые, цвета только что отчеканенного шиллинга пряди, то можно было бы решить, что его волосы растут прямо из окутывавшей улицу темноты. Глаза у него были даже не серые, а какие-то серебристые — ну прямо под цвет прядей, черты лица — тонкими, можно даже сказать, аристократическими, однако все впечатление портил тяжелый квадратный подбородок, больше бы подошедший какому-нибудь работяге из Ист-Энда. Вообще же любой, кто знал родителей молодого человека, сказал бы, что тот на них вовсе не похож. Пожалуй, только раскосые глаза можно было бы назвать фамильной чертой.

1

Загрузка...

bookocean.net

Механический ангел читать онлайн бесплатно, удобно и без регистрации

Сейчас Тесс[8] казалось, что механический ангел был с ней всегда. Когда-то он принадлежал ее матери, и она носила его до самой смерти. После этого ангел «жил» в пустой шкатулке для драгоценностей, пока брат Тесс, Натаниэль[9], не вытащил его, чтобы поглядеть, работает ли механизм.

Ангел был не больше указательного пальца Тесс – крошечная статуэтка из меди, чьи сложенные за спиной крылья были не больше, чем у сверчка. Лицо с тонкими чертами, прикрытые глаза, похожие на полумесяцы, и скрещенные на мече руки. Тонкая цепочка, завязанная петлей ниже крыльев, позволяла носить ангела на шее.

Тесс знала, что внутри ангела спрятан какой-то хитрый механизм: каждый раз, стоило ей только поднести его к уху, она слышала слабое тиканье – словно часы. Ей помнилось, что в тот раз Нат сильно удивился – после стольких лет механизм все еще работал. Напрасно он потом искал кнопку, винт или что-то еще в этом роде, чтобы остановить механизм, он продолжал работать. Тогда, пожав плечами, Нат отдал фигурку Тесс, которая уже больше с ней не расставалась. Даже ночью, когда она спала, ангел лежал на ее груди. Мерное тик-так, тик-так напоминало Тесс биение крошечного сердечка, и ей казалось, будто ангел этот на самом деле живой.

И вот теперь она крепко держала ангела, зажав его между пальцами, в то время как «Океан» удивительно легко для такого большого парохода лавировал между другими величественными судами, чтобы найти свободное место в доках Саутгемптона.

Это Нат настоял на том, чтобы она высадилась в Саутгемптоне, а не в Ливерпуле, куда обычно прибывали трансатлантические пароходы. Впрочем, каприз его был вполне объясним: Саутгемптон всегда выгодно отличался от Ливерпуля, и, следовательно, Тесс, впервые приехавшую в Англию, не должно было постигнуть разочарование. Однако денек выдался мрачным. Унылый дождик с самого утра барабанил по городским крышам и превращал улицы в маленькие болотца. Поднимавшийся из корабельных труб черный дым, казалось, вот-вот испачкает и без того серое небо. В доках было людно. Наряженные в темные, одинаковые одежды, встречающие прятались под зонтиками, и Тесс, как ни силилась отыскать в толпе брата, так и не смогла этого сделать.

5

Кинжал, которым добивали поверженного рыцаря в Средние века. Обычно его просовывали между сочленениями рыцарских доспехов.

6

Уроборос, ороборос (греч. oύpoβуpoς, от oυpά – «хвост», и βopά, – «еда, пища»; букв. «пожирающий [свой] хвост») – мифологический Мировой змей, обвивающий кольцом Землю, ухватив себя за хвост. Считался символом бесконечного возрождения, преходящей природы вещей, одним из первых символов бесконечности в истории человечества. Уроборос также является символом самовозрождения, цикличности, подобно фениксу, а также идеи первоначального единства. В алхимии уроборос символизирует завершение Великого Делания и иногда изображается в виде восьмерки. В применении к философии истории – учение о вечном возврате. То, что один бок змеи изображается светлым, а другой – темным, отражает извечное единство и борьбу противоположностей (ср. инь и ян). По мнению ряда исследователей, толчком к созданию символа послужила форма галактики Млечный Путь.

7

Город и порт на юге Великобритании.

8

Уменьшительное от Терезы.

9

Библейский вариант имени Нафанаил. Нафанаил из Канны Галилейской был одним из тех, кому Иисус явился после Своего воскресения. Сам же Иисус увидел в Нафанаиле подлинного израильтянина, в сердце которого нет лукавства.

Она уже дрожала от холода – с моря дул ледяной ветер. В письмах Нат утверждал, что Лондон прекрасен в любую погоду, к тому же и солнце там светит намного чаще, чем в остальных городах Британии. «Хорошо, надеюсь, в Лондоне погода лучше, чем здесь», – с отчаянием подумала Тесс. Из теплой одежды у нее с собой была лишь шерстяная шаль, принадлежавшая когда-то тете Генриетте. Конечно, была у нее еще и пара перчаток, но их можно было бы назвать какими угодно, только не теплыми: слишком уж тонко выделанная кожа. Тесс не могла похвастаться большим гардеробом, так как была вынуждена основательно потратиться на похороны тети и продать кое-что из нарядов. Однако она надеялась, что брат купит ей все необходимое, как только она окажется в Лондоне.

Крики встречающих стали громче. «Океан» – черный гигант, чьи мокрые круглые бока, казалось, лоснились, как у большого сытого зверя, – бросил якорь. К нему тут же ринулись юркие лодочки, которые должны были отвезти на берег багаж. Пассажиры, успевшие соскучиться по твердой земле, ринулись вниз по трапу. «Как же отличается прибытие от отъезда», – с тоской подумала Тесс. В день отплытия из Нью-Йорка небо было синим, на причале играл духовой оркестр. Но там уже некому было сказать ей «до свидания».

Ссутулившись, Тесс медленно побрела к трапу; толпа подхватила ее и понесла вниз, словно шумная, быстрая река. Крошечные дождевые капли кололи, словно острия булавок, ее голую шею. Волосы тут же намокли. Руки в тонких перчатках стали влажными. Добравшись до причала, Тесс нетерпеливо огляделась по сторонам, надеясь увидеть Ната. На борту огромного корабля она была предоставлена самой себе и за все две недели путешествия ни с кем по-настоящему не разговаривала. И теперь она с нетерпением ждала появления брата – как же ей хотелось наконец-то выговориться, как же она соскучилась по ласковым словам и полным любви взглядам!

Но среди встречающих его не оказалось. Она тщетно оглядывалась по сторонам, надеясь, что просто не заметила Ната среди царившей в порту неразберихи. Возможно, он встал за грудой сваленного прямо на землю багажа или сейчас выйдет из-за поставленных друг на друга огромных ящиков, а может быть, покажется из-за горы фруктов и уже начавшей киснуть и расползаться под дождем зелени?..

От этого же причала буквально через несколько минут уходил корабль, отправлявшийся в Гавр, и вокруг Тесс сновали моряки, то и дело что-то выкрикивающие по-французски. Она сделала шаг в сторону, и ее едва не сбили с ног сразу несколько пассажиров, спешивших укрыться от колючего дождя в здании пароходства.

Нат по-прежнему не появлялся.

– Вы мисс Грей? – вдруг услышала она гортанный голос.

Из толпы, расталкивая снующих туда-сюда людей, вынырнул мужчина и встал прямо перед Тесс. Он был высок, носил широкое черное пальто и шляпу с большими полями, на которых уже собралось порядочно дождевой воды. Глаза у него напоминали лягушачьи, а кожа была грубой. Тесс с трудом сдержала желание кинуться прочь. Откуда он знает ее имя? Откуда он вообще ее знает? Может быть, его послал Нат?

Она слабо кивнула:

– Да.

– Меня прислал ваш брат. Идемте со мной.

– Где он? – спросила Тесс, но незнакомец, так и не ответив, повернулся и пошел прочь.

Шагал он широко, чуть припадая на одну ногу, как делают люди, страдающие последствиями тяжелого ранения. На раздумья у Тесс не было времени, поэтому она подобрала юбки и поспешила следом за незнакомцем.

Он быстро шел вперед, не обращая внимания на людей, к своему несчастью оказавшихся на его пути. Вслед незнакомцу неслись брань и проклятия, что, впрочем, совершенно нормально для тех случаев, когда человек усердно работает локтями и не считает нужным даже извиниться. Тесс уже почти бежала за ним. Незнакомец обошел груду сваленных прямо на дороге коробок и резко остановился перед большим черным экипажем. Прекрасно отлакированные дверцы украшали золотые буквы, но Тесс очень торопилась, да и туман был порядочным, поэтому разобрать их она не успела.

Дверь экипажа открылась, и из него выглянула женщина. Огромная шляпа с высоким плюмажем скрывала ее лицо.

– Мисс Тереза Грей?

Тесс кивнула. Пучеглазый ринулся вперед и помог даме выйти из экипажа. За первой женщиной последовала вторая. Они немедленно раскрыли зонтики, выставив их перед собой, словно щит. Только после этого они подняли головы и как по команде посмотрели на Тесс.

Выглядели они по меньшей мере странно. Одна высокая и стройная, с осунувшимся, усталым лицом. Почти бесцветные волосы были зачесаны назад, под шиньон, крепившийся на затылке. Платье из блестящего фиолетового шелка, на котором уже кое-где стали появляться мокрые пятна, и фиолетовые перчатки.

Другая женщина оказалась низенькой и пухлой, с маленькими, глубоко посаженными глазками. Ее массивные коротенькие руки в ярких розовых перчатках напоминали куриные лапы.

– Мисс Тереза Грей, – повторила та, что ниже ростом. – Как я рада наконец-то с вами познакомиться, моя милая. Я госпожа Блэк, а это моя сестра, госпожа Дарк[10]. Ваш брат сам не смог приехать и попросил нас проводить вас до Лондона.

Тереза, промокшая, продрогшая, расстроенная и не понимавшая, что происходит, лишь плотнее закуталась в свой насквозь промокший платок.

– Но где же Нат? Что у него случилось?

– В Лондоне его задержали дела. Причем дела настолько важные, что Мортмэйн не мог его заменить. Однако он прислал вам записку. – С этими словами миссис Блэк протянула Тесс сложенный вчетверо листок бумаги, уже порядком намокший.

Тесс, возможно, излишне резко для воспитанной барышни схватила записку и отвернулась, чтобы внимательно прочитать. Брат извинялся и объяснял, что дела задержали его в столице, но он полностью доверяет миссис Блэк и миссис Дарк. «Я называю их Темными сестрами, Тесси, и им, очевидно, очень приятно такое обращение, впрочем, мне и самому оно кажется удачным», – писал Натаниэль. Из письма выходило, что эти экстравагантные дамы действительно должны были сопровождать Тесс в Лондон. Вышеозначенные дамы были не только владелицами дома, в котором жил Натаниэль, но и его добрыми друзьями.

Без всякого сомнения, письмо было написано рукой Ната, и Тесс немного успокоилась. Она тяжело сглотнула, спрятала письмо в рукав и только после этого повернулась к сестрам.

– Хорошо, – пробормотала она, пытаясь подавить разочарование – она так ждала встречи с братом! – Должна ли я позвать носильщика, чтобы он принес мой кофр?

– Ах нет, дорогая, в этом нет никакой необходимости! – Веселый тон миссис Дарк совершенно не вязался с ее печальным лицом. – Мы обо всем договорились, и багаж уже погрузили. – Она щелкнула пальцами, и пучеглазый незнакомец влез на козлы. Потом она легко дотронулась до плеча Тесс своей тонкой костлявой рукой: – Пойдемте, моя милая. Хватит мокнуть под этим противным дождем.

Тесс молча пошла к экипажу. Сзади шла госпожа Дарк, которая так и не убрала руку с ее плеча. Наконец-то девушка оказалась достаточно близко, чтобы увидеть на дверцах внушительный позолоченный герб: между двух змей, кусающих друг друга за хвосты и образующих тем самым ровный круг, были вписаны слова: «Клуб Преисподняя». Тесс нахмурилась.

– Что все это означает?

– О, не волнуйтесь, моя милая, у вас на то, уверяю, нет ни единой причины, – объявила госпожа Блэк, которая уже забралась в экипаж и теперь старательно раскладывала свои пышные юбки. Внутри экипаж смотрелся не хуже, чем снаружи: мягкие сиденья, обитые фиолетовым бархатом, и занавески с золотым шитьем по краям.

Миссис Дарк помогла Тесс подняться, а следом и сама вскарабкалась. Не успела еще Тесс как следует устроиться, как госпожа Блэк протянула руку и захлопнула дверцу. Тяжелые шторки качнулись, спрятав и серое небо, и мокрую гавань. Тесс от неожиданности вскинула голову, и госпожа Блэк ей улыбнулась, ее зубы сверкнули в полумраке, словно были сделаны из металла.

– Устраивайтесь удобнее, Тереза. Поездка будет долгой.

Тесс положила руку на механического ангела, висевшего у нее на шее под одеждой, и знакомое мерное тиканье ее постепенно успокоило. Экипаж же тем временем, покачиваясь, медленно катил вперед и вскоре скрылся за пеленой дождя.

Шестью неделями позже

Глава первая

Темный дом

  • Из-под покрова темноты
  • Из черной ямы адских мук[11].

Уильям Эрнест Хенли[12] «Непокоренный»

– Миссис Блэк и миссис Дарк хотели бы видеть вас в своих апартаментах, мисс Грей.

Тесс положила книгу, которую только что читала, на ночной столик и повернулась к Миранде, стоящей в дверях ее маленькой комнаты. Каждый день повторялось одно и то же: одни и те же слова в одно и то же время. Через мгновение Тесс попросит, чтобы Миранда подождала в коридоре, и та выйдет из комнаты. Но через десять минут она вернется и повторит те же самые слова. Иногда Тесс задумывалась: а что будет, если однажды она не послушает Миранду и откажется спускаться в жаркую, вонючую комнату, где ее ждут Темные сестры? Может статься, что Миранда, которая выглядела весьма бойкой девушкой, схватит ее тогда за волосы и, громко ругаясь, стащит по лестнице вниз?

10

«Блэк» – черный, «дарк» – темный (англ.).

11

Перевод М. Шенгаута.

12

Английский поэт, издатель, критик (1849 – 1903).

Вот уже целых шесть недель она жила в Темном доме – так Тесс про себя называла дом миссис Блэк и миссис Дарк. И каждый божий день сестры приглашали ее вниз. Поначалу она подумывала отказаться, а если будет надо, то и подраться с Мирандой, но потом решила, что силы ей еще пригодятся.

– Секундочку, Миранда, – пробормотала Тесс.

Короткостриженая – представьте себе только! – девица сделала неуклюжий реверанс и вышла в коридор, закрыв за собой дверь.

Тесс встала и оглядела маленькую комнату, которая стала ее тюрьмой. Невысокие, оклеенные обоями в мелкий цветочек стены, простой стол, покрыт

ubooki.ru

Адские механизмы. Книга 1. Механический ангел

Тесс Грей пересекает океан в поисках своего брата, и в Лондоне времен правления королевы Виктории она обнаруживает Нижний мир, где по улицам бродят вампиры, могущественные чародеи, оборотни и другие создания. Письмо брата оказывается ловушкой, и девушку похищают Темные сестры из тайной организации "Клуб Преисподняя", которые используют ее сверхъестественную способность превращаться в любого человека, узнавая чужие мысли и чувства. Спасенная из плена Сумеречным охотником, Тесс попадает в сети коварных интриганов и с ужасом понимает, что над всеми нефилимами нависла смертельная опасность. Перед девушкой стоит сложный выбор - найти и освободить брата или вместе с Сумеречными охотниками вступить в битву за спасение мира. На этом пути Тесс предстоит понять, что любовь бывает опаснее самого страшного колдовства…

О книге

  • Название:Адские механизмы. Книга 1. Механический ангел
  • Автор:Кассандра Клэр
  • Жанр:Ужасы, Фэнтези
  • Серия:Адские механизмы
  • ISBN:978-5-386-04088-8, 978-5-386-05080-1
  • Страниц:127
  • Перевод:Л. Я. Соловьева
  • Издательство:Рипол Классик
  • Год:2012

Электронная книга

Для Джима и Кейт

Песня реки Темзы

Ощущаешь запах соли,

И река вздымает воды

Темные, как крепкий чифирь,

С переливом изумрудным.

А на берегу колеса,

Винтики и механизмы —

Звон и ужас.

Призрак чахлый,

Спрятавшись среди деталей,

Шепчет тайны.

Винтик каждый — зуб из злата,

А огромные колеса

Руки-шатуны вращают,

Загребая воду Темзы,

Развращая, нагревая,

Раскаляя, испаряя,

Чтоб огромные машины

До износа потрудились.

Соль, коррозия с мазутом

Замедляют их работу.

Ну, а ниже по теченью

Металлические баки,

Пришвартованные крепко,

Полые, стучатся г...

lovereads.me

Механический ангел читать онлайн - Кассандра Клэр

Кассандра Клэр

Механический ангел

Для Джима и Кейт

Песня реки ТемзыОщущаешь запах соли,И река вздымает водыТемные, как крепкий чифирь,С переливом изумрудным.А на берегу колеса,Винтики и механизмы —Звон и ужас.Призрак чахлый,Спрятавшись среди деталей,Шепчет тайны.Винтик каждый — зуб из злата,А огромные колесаРуки-шатуны вращают,Загребая воду Темзы,Развращая, нагревая,Раскаляя, испаряя,Чтоб огромные машиныДо износа потрудились.Соль, коррозия с мазутомЗамедляют их работу.Ну, а ниже по теченьюМеталлические баки,Пришвартованные крепко,Полые, стучатся гулко,Словно колокол церковный.Барабаны, канонада,Возвещая речью грома,Что река все катит волны…

Элка Клок

Пролог

Лондон. Апрель. 1878.

Демон взорвался, забрызгав все вокруг ихором [Название серозно-кровянистой жидкости, отделяемой, например, гангренозными язвами. А вот в греческой мифологии ихором называли кровь богов. — Примеч. пер.] и внутренностями.

Уильям Херондэйл с силой выдернул кинжал, но было уже слишком поздно. Вязкая кровь демона, подобно кислоте, уже начала разъедать сверкающий клинок. Выругавшись, он отбросил теперь уже бесполезное оружие — кинжал упал прямо на середину грязной лужи. От его острия, как от зажженной спички, в воздух поднимался легкий дымок. Конечно, оружие было жаль, но самое главное — демон исчез, вернулся обратно в ад, где ему самое место. И теперь о его существовании напоминали лишь лужи зловонной крови.

— Джем! — обернувшись, позвал Уилл. — Где ты?.. Ты видел?! Я убил тварь одним ударом! Не плохо, а?

Но ответа не последовало. А он-то все это время был уверен, что напарник стоит у него за спиной и готов отразить любую опасность, если таковая, конечно, возникнет. Но кривая улочка, в которой запах плесени перебивал все остальные «ароматы» большого города, была пуста. Уилл остался один. Он нахмурился, чувствуя, как наползает раздражение — ему так хотелось похвастаться, но к чему, скажите на милость, устраивать представление, если рядом нет ни одного зрителя? Уилл посмотрел назад, туда, где узкая улочка прыгала прямо в черные воды Темзы. Вдалеке темнели силуэты огромных кораблей, стоявших в доках. Десятки острых, устремленных в небо мачт наводили на мысли о зимнем лесе — голые прямые стволы и ни одного листочка. Джема нигде не было. Может, понимая, что демону не выстоять, он решил вернуться на Узкую улицу? Вполне естественное желание — там хоть посветлее да посуше. Пожав плечами, Уилл отправился туда, откуда пришел.

Узкая улица пересекала Лимхаус и тянулась вдоль унылых доков и ветхих, кособоких домишек прямо до самого Уайтчепела [Один из беднейших районов Ист-Энда, восточная часть Лондона, в прошлом — рабочие кварталы.]. А Узкой, надо сказать, ее назвали вовсе не случайно — в некоторых местах достаточно было вытянуть руки в стороны, чтобы одной достать до серой стены склада, а другой — до изъеденной плесенью кирпичной стены очередной развалюхи. Выглядела Узкая улица на редкость негостеприимно, и даже пьянчужки, как клопы расползавшиеся от «Виноградников» в любое время дня и ночи, старались здесь не задерживаться и искали себе другое местечко, чтобы передохнуть. А вот Уиллу Лимхаус был по душе: здесь ему казалось, будто он оказался на самом краю мира. Он любил наблюдать за тем, как огромные корабли, мерно покачиваясь на волнах, медленно исчезали за горизонтом и отправлялись в неизведанные страны. Его не смущали ни пьяные моряки, разгуливающие по докам день-деньской, ни игорные дома, ни опиумные притоны, ни дешевые бордели. Напротив, если ты хотел хорошенько спрятаться, лучшего места было просто не найти. Со временем ему даже стало казаться, что особый, ни с чем не сравнимый запах доков — смесь «ароматов» дыма, плесени, пеньки, смолы, заморских специй и стоячей воды — по-своему недурен.

Уилл внимательно осмотрелся по сторонам, стараясь не упустить ни единой мелочи, но улица была пуста и ничто не привлекло его внимания. Тогда он остановился и попытался рукавом пальто стереть с лица ядовитый ихор, от которого уже начало жечь кожу. Ткань тут же покрылась зелеными и черными пятнами.

Потом он отстраненно подумал: не использовать ли лечебную руну? — так как на руке его кровоточил глубокий порез и выглядел он, надо сказать, не очень хорошо. Возможно, здесь бы помогла одна из рун, сделанных Шарлоттой, которая всегда отлично рисовала иратц [Баскское женское имя, аналог Девы Марии. Метафизическими символами Богородицы считаются лестница Иакова (так как в Богородице соединяются Небеса, где пребывает Бог, и земля), Неопалимая Купина и сосуд с манной, поскольку Ее Сын является «хлебом жизни». В данном случае, скорее всего, имеется в виду символ лестницы Иакова — лестница из сна Иакова, соединяющая землю и небо.].

И тут из темного угла, где сплетались черные и серые тени, выскользнул человек. Он медленно направился прямо к Уиллу, и тот сделал шаг вперед, полагая, что его друг наконец-то объявился. Но это был не Джем, а обычный патрульный, полицейский-мирянин [Читателям предыдущей трилогии К. Клэр «Орудия смерти»: переводчик постарался максимально сохранить знакомую им терминологию и реалии, однако в связи с тем, что действие романа происходит на сто лет раньше, эти термины, как и язык героев, отличаются у самого автора.] в шлеме-колоколе и тяжелом пальто. Он уставился на Уилла или, точнее, внимательно посмотрел сквозь него. Уилла, уже давно привыкшего к колдовству, подобные вещи все же не переставали раздражать: а кому будет приятно, если станут на него смотреть как на пустое место? Секунду спустя в его глазах заплясали бесенята: желание отобрать полицейскую дубинку и посмотреть, как ничего не понимающий служитель закона станет крутить головой из стороны в сторону, было почти невыносимым. Однако зануда Джем всегда ругал его за подобные шалости, и этого Уилл понять был не в состоянии: ну зачем, скажите на милость, устраивать целое представление каждый раз, когда дело и яйца выеденного не стоит?

Полицейский же тем временем пожал плечами, быстро поморгал, словно пытаясь прогнать наваждение, и отправился по своим делам. Когда он проходил мимо Уилла, тот услышал, как полицейский бормочет себе под нос: мол, хватит пить джин, а то мерещится уже всякая чертовщина — так и умом недолго тронуться. Уилл отступил в сторону и, когда полицейский скрылся за углом, громко крикнул:

— Джеймс Карстаирс! Джем! Где ты там прячешься, хитрец?!

Тут же откуда-то издалека до него донесся чуть слышный голос:

— Здесь… Следуй за колдовским светом.

Недолго думая, Уилл пошел на звук голоса Джема, который, казалось, раздавался из темного прохода между двумя складами. Присмотревшись, он увидел бледный огонек, танцующий в окружении теней, — такие обычно вспыхивают на болотах и заводят путников в самую трясину.

— Ты слышал меня? Этот демон-шакс думал достать меня своими проклятыми клешнями, но я загнал его в угол и…

— Да, я слышал тебя. — Молодой человек, вышедший из проулка, казалось, появился из ниоткуда.

Молодой человек встал прямо под фонарем, в желтом неверном свете которого его лицо выглядело еще бледнее, чем обычно, а надо сказать, что обычно даже мертвец на его фоне казался румяным. Внешность у молодого человека была, что и говорить, примечательной. Шляпы у него не было, и если бы не серебристые, цвета только что отчеканенного шиллинга пряди, то можно было бы решить, что его волосы растут прямо из окутывавшей улицу темноты. Глаза у него были даже не серые, а какие-то серебристые — ну прямо под цвет прядей, черты лица — тонкими, можно даже сказать, аристократическими, однако все впечатление портил тяжелый квадратный подбородок, больше бы подошедший какому-нибудь работяге из Ист-Энда. Вообще же любой, кто знал родителей молодого человека, сказал бы, что тот на них вовсе не похож. Пожалуй, только раскосые глаза можно было бы назвать фамильной чертой.

Приглядевшись, Уилл увидел, что на белой манишке друга расплываются бурые пятна. Руки его также были перепачканы чем-то темным.

Уилл напрягся:

— У тебя идет кровь? Что случилось?

Джем только рукой махнул в ответ:

— Это не моя кровь. — Он кивнул в сторону переулка, прятавшегося в темноте прямо у него за спиной: — Кровь ее.

Уилл посмотрел в указанную другом сторону, плотные тени вились, как стая уродливых ворон, над маленькой, скрюченной фигуркой, лежащей на углу, прямо у входа. Он присмотрелся внимательнее и разглядел бледную руку и светлые волосы.

— Мертвая женщина? Мирская?

— На самом деле еще девочка. Ей не больше четырнадцати.

Услышав такой ответ, Уилл разразился столь изощренными проклятиями, что местные пьянчуги, если бы таковые оказались поблизости, непременно бы заслушались. Джем терпеливо ждал, когда друг выпустит пар.

— Если бы мы появились чуть раньше… — Уилл уже начал выдыхаться. — Тогда бы тот проклятый демон…

— Нет, раны у нее уж больно необычные. Не думаю, что это работа демона, — нахмурился Джем. — Шаксы — все равно что земные паразиты. Они бы утащили жертву в свое логово, и там, еще живой, отложили бы ей под кожу свои мерзкие яйца. Эта же девочка… Ей наносили удар за ударом. Не думаю, что это был шакс. Да и крови тут слишком мало. Думаю, на нее напали в другом месте, а она каким-то чудом приползла сюда. Впрочем, ее усилия были напрасными…

Уилл скривился:

— Но шаксы…

— Сказал ведь, это не шакс! Возможно, где-то она и столкнулась с шаксом, от которого попыталась убежать. Может быть, демон даже погнался за ней. Но вот убило ее что-то другое.

— Шаксы хорошо различают запахи, — поразмыслив, сказал Уилл. — Слышал даже, что чародеи с их помощью ищут пропавших или… выслеживают своих жертв. Эти демоны никогда не теряют следа. — Он вновь взглянул на тело несчастной девочки, окончившей свои дни в темном, вонючем переулке. — А оружия ты не нашел?

— Вот. — Джем вытащил что-то из внутреннего кармана жилета. Этим чем-то оказался нож, завернутый в белую ткань. — Мизерикорд [Кинжал, которым добивали поверженного рыцаря в Средние века. Обычно его просовывали между сочленениями рыцарских доспехов.], или кинжал милосердия. Только взгляни, какой тонкий клинок.

Уилл взял кинжал. Клинок действительно был тонким, ручка вырезана из полированной кости. На лезвии и рукоятке темнели пятна высохшей крови. Нахмурившись, Уилл начал вытирать клинок о грубую ткань своего пальто. Он тер и тер, до тех пор, пока на клинке не проступил символ — две змеи, ухватившие друг друга за хвост, образовывали ровный круг.

— Уроборос [Уроборос, ороборос (греч. o?po?уpo?, от o?p? — «хвост», и ?op?, — «еда, пища»; букв. «пожирающий [свой] хвост») — мифологический Мировой змей, обвивающий кольцом Землю, ухватив себя за хвост. Считался символом бесконечного возрождения, преходящей природы вещей, одним из первых символов бесконечности в истории человечества. Уроборос также является символом самовозрождения, цикличности, подобно фениксу, а также идеи первоначального единства. В алхимии уроборос символизирует завершение Великого Делания и иногда изображается в виде восьмерки. В применении к философии истории — учение о вечном возврате. То, что один бок змеи изображается светлым, а другой — темным, отражает извечное единство и борьбу противоположностей (ср. инь и ян). По мнению ряда исследователей, толчком к созданию символа послужила форма галактики Млечный Путь.], — пробормотал Джем, наклонившись и внимательно рассматривая клинок. — Как думаешь, что это значит?

— Конец мира… и его начало, — объявил Уилл, все еще рассматривая кинжал и едва заметно улыбаясь.

Джем нахмурился:

— Я хорошо знаком с тайными символами, Уильям. Думаешь, этот имеет значение?

Ветер, налетевший с реки, взъерошил волосы Уилла, и он, не отводя взгляда от ножа, откинул их назад нетерпеливым жестом.

— Этот алхимический символ не используют ни чародеи, ни существа из Нижнего мира. Скорее это любимый знак тех глупых и никчемных людишек, которые полагают, будто лучший способ разбогатеть — это сбывать всем кому ни попадя волшебные товары, запрещенные к продаже.

— Такие люди в конце своего жизненного пути обычно представляют собой груду окровавленных тряпок, валяющихся посредине какой-нибудь пентаграммы. — Голос Джема звучал мрачно.

— Так и есть, но ума у них немного и учиться на чужих ошибках они не умеют. Поэтому, если в наш мир проникнет какая-нибудь тварь из Нижнего, они решат «схитрить» и никому не расскажут о случившемся. — Уилл аккуратно обернул носовой платок вокруг клинка и сунул его обратно в карман. — Думаешь, Шарлотта позволит мне исследовать рукоять?

— Думаешь, тебе разрешат заняться этим делом и связаться с существами из Нижнего мира? Азартные игры, магические притоны, женщины легкого поведения…

Уилл улыбнулся так, как мог бы улыбнуться Люцифер, прежде чем упасть с Небес.

— Завтра будет не слишком рано, чтобы начать поиски, как полагаешь?

Джем вздохнул:

— Поступай как знаешь, Уильям. Впрочем, ты всегда поступаешь именно так.

Саутгемптон [Город и порт на юге Великобритании.]. Май

Сейчас Тесс [Уменьшительное от Терезы.] казалось, что механический ангел был с ней всегда. Когда-то он принадлежал ее матери, и она носила его до самой смерти. После этого ангел «жил» в пустой шкатулке для драгоценностей, пока брат Тесс, Натаниэль [Библейский вариант имени Нафанаил. Нафанаил из Канны Галилейской был одним из тех, кому Иисус явился после Своего воскресения. Сам же Иисус увидел в Нафанаиле подлинного израильтянина, в сердце которого нет лукавства.], не вытащил его, чтобы поглядеть, работает ли механизм.

Ангел был не больше указательного пальца Тесс — крошечная статуэтка из меди, чьи сложенные за спиной крылья были не больше, чем у сверчка. Лицо с тонкими чертами, прикрытые глаза, похожие на полумесяцы, и скрещенные на мече руки. Тонкая цепочка, завязанная петлей ниже крыльев, позволяла носить ангела на шее.

Тесс знала, что внутри ангела спрятан какой-то хитрый механизм: каждый раз, стоило ей только поднести его к уху, она слышала слабое тиканье — словно часы. Ей помнилось, что в тот раз Нат сильно удивился — после стольких лет механизм все еще работал. Напрасно он потом искал кнопку, винт или что-то еще в этом роде, чтобы остановить механизм, он продолжал работать. Тогда, пожав плечами, Нат отдал фигурку Тесс, которая уже больше с ней не расставалась. Даже ночью, когда она спала, ангел лежал на ее груди. Мерное тик-так, тик-так напоминало Тесс биение крошечного сердечка, и ей казалось, будто ангел этот на самом деле живой.

И вот теперь она крепко держала ангела, зажав его между пальцами, в то время как «Океан» удивительно легко для такого большого парохода лавировал между другими величественными судами, чтобы найти свободное место в доках Саутгемптона.

Это Нат настоял на том, чтобы она высадилась в Саутгемптоне, а не в Ливерпуле, куда обычно прибывали трансатлантические пароходы. Впрочем, каприз его был вполне объясним: Саутгемптон всегда выгодно отличался от Ливерпуля, и, следовательно, Тесс, впервые приехавшую в Англию, не должно было постигнуть разочарование. Однако денек выдался мрачным. Унылый дождик с самого утра барабанил по городским крышам и превращал улицы в маленькие болотца. Поднимавшийся из корабельных труб черный дым, казалось, вот-вот испачкает и без того серое небо. В доках было людно. Наряженные в темные, одинаковые одежды, встречающие прятались под зонтиками, и Тесс, как ни силилась отыскать в толпе брата, так и не смогла этого сделать.

Она уже дрожала от холода — с моря дул ледяной ветер. В письмах Нат утверждал, что Лондон прекрасен в любую погоду, к тому же и солнце там светит намного чаще, чем в остальных городах Британии. «Хорошо, надеюсь, в Лондоне погода лучше, чем здесь», — с отчаянием подумала Тесс. Из теплой одежды у нее с собой была лишь шерстяная шаль, принадлежавшая когда-то тете Генриетте. Конечно, была у нее еще и пара перчаток, но их можно было бы назвать какими угодно, только не теплыми: слишком уж тонко выделанная кожа. Тесс не могла похвастаться большим гардеробом, так как была вынуждена основательно потратиться на похороны тети и продать кое-что из нарядов. Однако она надеялась, что брат купит ей все необходимое, как только она окажется в Лондоне.

Крики встречающих стали громче. «Океан» — черный гигант, чьи мокрые круглые бока, казалось, лоснились, как у большого сытого зверя, — бросил якорь. К нему тут же ринулись юркие лодочки, которые должны были отвезти на берег багаж. Пассажиры, успевшие соскучиться по твердой земле, ринулись вниз по трапу. «Как же отличается прибытие от отъезда», — с тоской подумала Тесс. В день отплытия из Нью-Йорка небо было синим, на причале играл духовой оркестр. Но там уже некому было сказать ей «до свидания».

Ссутулившись, Тесс медленно побрела к трапу; толпа подхватила ее и понесла вниз, словно шумная, быстрая река. Крошечные дождевые капли кололи, словно острия булавок, ее голую шею. Волосы тут же намокли. Руки в тонких перчатках стали влажными. Добравшись до причала, Тесс нетерпеливо огляделась по сторонам, надеясь увидеть Ната. На борту огромного корабля она была предоставлена самой себе и за все две недели путешествия ни с кем по-настоящему не разговаривала. И теперь она с нетерпением ждала появления брата — как же ей хотелось наконец-то выговориться, как же она соскучилась по ласковым словам и полным любви взглядам!

Но среди встречающих его не оказалось. Она тщетно оглядывалась по сторонам, надеясь, что просто не заметила Ната среди царившей в порту неразберихи. Возможно, он встал за грудой сваленного прямо на землю багажа или сейчас выйдет из-за поставленных друг на друга огромных ящиков, а может быть, покажется из-за горы фруктов и уже начавшей киснуть и расползаться под дождем зелени?..

От этого же причала буквально через несколько минут уходил корабль, отправлявшийся в Гавр, и вокруг Тесс сновали моряки, то и дело что-то выкрикивающие по-французски. Она сделала шаг в сторону, и ее едва не сбили с ног сразу несколько пассажиров, спешивших укрыться от колючего дождя в здании пароходства.

Нат по-прежнему не появлялся.

— Вы мисс Грей? — вдруг услышала она гортанный голос.

Из толпы, расталкивая снующих туда-сюда людей, вынырнул мужчина и встал прямо перед Тесс. Он был высок, носил широкое черное пальто и шляпу с большими полями, на которых уже собралось порядочно дождевой воды. Глаза у него напоминали лягушачьи, а кожа была грубой. Тесс с трудом сдержала желание кинуться прочь. Откуда он знает ее имя? Откуда он вообще ее знает? Может быть, его послал Нат?

Она слабо кивнула:

— Да.

— Меня прислал ваш брат. Идемте со мной.

— Где он? — спросила Тесс, но незнакомец, так и не ответив, повернулся и пошел прочь.

Шагал он широко, чуть припадая на одну ногу, как делают люди, страдающие последствиями тяжелого ранения. На раздумья у Тесс не было времени, поэтому она подобрала юбки и поспешила следом за незнакомцем.

knizhnik.org

Читать Механический ангел - Клэр Кассандра - Страница 1

Кассандра Клэр

Механический ангел

Для Джима и Кейт

Ощущаешь запах соли,

И река вздымает воды

Темные, как крепкий чифирь,

С переливом изумрудным.

А на берегу колеса,

Винтики и механизмы —

Звон и ужас.

Призрак чахлый,

Спрятавшись среди деталей,

Шепчет тайны.

Винтик каждый — зуб из злата,

А огромные колеса

Руки-шатуны вращают,

Загребая воду Темзы,

Развращая, нагревая,

Раскаляя, испаряя,

Чтоб огромные машины

До износа потрудились.

Соль, коррозия с мазутом

Замедляют их работу.

Ну, а ниже по теченью

Металлические баки,

Пришвартованные крепко,

Полые, стучатся гулко,

Словно колокол церковный.

Барабаны, канонада,

Возвещая речью грома,

Что река все катит волны…

Песня реки Темзы, Элка Клок

Пролог

Лондон. Апрель. 1878.

Демон взорвался, забрызгав все вокруг ихором [1] и внутренностями.

Уильям Херондэйл с силой выдернул кинжал, но было уже слишком поздно. Вязкая кровь демона, подобно кислоте, уже начала разъедать сверкающий клинок. Выругавшись, он отбросил теперь уже бесполезное оружие — кинжал упал прямо на середину грязной лужи. От его острия, как от зажженной спички, в воздух поднимался легкий дымок. Конечно, оружие было жаль, но самое главное — демон исчез, вернулся обратно в ад, где ему самое место. И теперь о его существовании напоминали лишь лужи зловонной крови.

— Джем! — обернувшись, позвал Уилл. — Где ты?.. Ты видел?! Я убил тварь одним ударом! Не плохо, а?

Но ответа не последовало. А он-то все это время был уверен, что напарник стоит у него за спиной и готов отразить любую опасность, если таковая, конечно, возникнет. Но кривая улочка, в которой запах плесени перебивал все остальные «ароматы» большого города, была пуста. Уилл остался один. Он нахмурился, чувствуя, как наползает раздражение — ему так хотелось похвастаться, но к чему, скажите на милость, устраивать представление, если рядом нет ни одного зрителя? Уилл посмотрел назад, туда, где узкая улочка прыгала прямо в черные воды Темзы. Вдалеке темнели силуэты огромных кораблей, стоявших в доках. Десятки острых, устремленных в небо мачт наводили на мысли о зимнем лесе — голые прямые стволы и ни одного листочка. Джема нигде не было. Может, понимая, что демону не выстоять, он решил вернуться на Узкую улицу? Вполне естественное желание — там хоть посветлее да посуше. Пожав плечами, Уилл отправился туда, откуда пришел.

Узкая улица пересекала Лимхаус и тянулась вдоль унылых доков и ветхих, кособоких домишек прямо до самого Уайтчепела [2]. А Узкой, надо сказать, ее назвали вовсе не случайно — в некоторых местах достаточно было вытянуть руки в стороны, чтобы одной достать до серой стены склада, а другой — до изъеденной плесенью кирпичной стены очередной развалюхи. Выглядела Узкая улица на редкость негостеприимно, и даже пьянчужки, как клопы расползавшиеся от «Виноградников» в любое время дня и ночи, старались здесь не задерживаться и искали себе другое местечко, чтобы передохнуть. А вот Уиллу Лимхаус был по душе: здесь ему казалось, будто он оказался на самом краю мира. Он любил наблюдать за тем, как огромные корабли, мерно покачиваясь на волнах, медленно исчезали за горизонтом и отправлялись в неизведанные страны. Его не смущали ни пьяные моряки, разгуливающие по докам день-деньской, ни игорные дома, ни опиумные притоны, ни дешевые бордели. Напротив, если ты хотел хорошенько спрягаться, лучшего места было просто не найти. Со временем ему даже стало казаться, что особый, ни с чем не сравнимый запах доков — смесь «ароматов» дыма, плесени, пеньки, смолы, заморских специй и стоячей воды — по-своему недурен.

Уилл внимательно осмотрелся по сторонам, стараясь не упустить ни единой мелочи, но улица была пуста и ничто не привлекло его внимания. Тогда он остановился и попытался рукавом пальто стереть с лица ядовитый ихор, от которого уже начало жечь кожу. Ткань тут же покрылась зелеными и черными пятнами.

Потом он отстраненно подумал: не использовать ли лечебную руну? — так как на руке его кровоточил глубокий порез и выглядел он, надо сказать, не очень хорошо. Возможно, здесь бы помогла одна из рун, сделанных Шарлоттой, которая всегда отлично рисовала иратц [3].

И тут из темного угла, где сплетались черные и серые тени, выскользнул человек. Он медленно направился прямо к Уиллу, и тот сделал шаг вперед, полагая, что его друг наконец-то объявился. Но это был не Джем, а обычный патрульный, полицейский-мирянин [4] в шлеме-колоколе и тяжелом пальто. Он уставился на Уилла или, точнее, внимательно посмотрел сквозь него. Уилла, уже давно привыкшего к колдовству, подобные вещи все же не переставали раздражать: а кому будет приятно, если станут на него смотреть как на пустое место? Секунду спустя в его глазах заплясали бесенята: желание отобрать полицейскую дубинку и посмотреть, как ничего не понимающий служитель закона станет крутить головой из стороны в сторону, было почти невыносимым. Однако зануда Джем всегда ругал его за подобные шалости, и этого Уилл понять был не в состоянии: ну зачем, скажите на милость, устраивать целое представление каждый раз, когда дело и яйца выеденного не стоит?

Полицейский же тем временем пожал плечами, быстро поморгал, словно пытаясь прогнать наваждение, и отправился по своим делам. Когда он проходил мимо Уилла, тот услышал, как полицейский бормочет себе под нос: мол, хватит пить джин, а то мерещится уже всякая чертовщина — так и умом недолго тронуться. Уилл отступил в сторону и, когда полицейский скрылся за углом, громко крикнул:

— Джеймс Карстаирс! Джем! Где ты там прячешься, хитрец?!

Тут же откуда-то издалека до него донесся чуть слышный голос:

— Здесь… Следуй за колдовским светом.

Недолго думая, Уилл пошел на звук голоса Джема, который, казалось, раздавался из темного прохода между двумя складами. Присмотревшись, он увидел бледный огонек, танцующий в окружении теней, — такие обычно вспыхивают на болотах и заводят путников в самую трясину.

— Ты слышал меня? Этот демон-шакс думал достать меня своими проклятыми клешнями, но я загнал его в угол и…

— Да, я слышал тебя. — Молодой человек, вышедший из проулка, казалось, появился из ниоткуда.

Молодой человек встал прямо под фонарем, в желтом неверном свете которого его лицо выглядело еще бледнее, чем обычно, а надо сказать, что обычно даже мертвец на его фоне казался румяным. Внешность у молодого человека была, что и говорить, примечательной. Шляпы у него не было, и если бы не серебристые, цвета только что отчеканенного шиллинга пряди, то можно было бы решить, что его волосы растут прямо из окутывавшей улицу темноты. Глаза у него были даже не серые, а какие-то серебристые — ну прямо под цвет прядей, черты лица — тонкими, можно даже сказать, аристократическими, однако все впечатление портил тяжелый квадратный подбородок, больше бы подошедший какому-нибудь работяге из Ист-Энда. Вообще же любой, кто знал родителей молодого человека, сказал бы, что тот на них вовсе не похож. Пожалуй, только раскосые глаза можно было бы назвать фамильной чертой.

Приглядевшись, Уилл увидел, что на белой манишке друга расплываются бурые пятна. Руки его также были перепачканы чем-то темным.

Уилл напрягся:

— У тебя идет кровь? Что случилось?

Джем только рукой махнул в ответ:

— Это не моя кровь. — Он кивнул в сторону переулка, прятавшегося в темноте прямо у него за спиной: — Кровь ее.

Уилл посмотрел в указанную другом сторону, плотные тени вились, как стая уродливых ворон, над маленькой, скрюченной фигуркой, лежащей на углу, прямо у входа. Он присмотрелся внимательнее и разглядел бледную руку и светлые волосы.

online-knigi.com

Книга Механический ангел читать онлайн бесплатно, автор Кассандра Клэр на Fictionbook

Cassandra Clare

THE INFERNAL DEVICES

Book One

Clockwork Angel

Печатается с разрешения автора и литературных агентств Baror International, Inc. и Nova Littera SIA

Copyright © 2010 by Cassandra Clare, LLC

© И. Панаев, перевод на русский язык

© ООО «Издательство АСТ», 2015

* * *

Посвящается Джиму и Кейт

 Солью тянет чуть слышно:река поднимает воды,темнеет, как крепкий чай,выходит из берегов.Над нею – валы и колесачудовищных механизмов,и в каждом – безумный призракцепями гремит и стонети шепчет страшные тайны.Каждая шестеренкаскалит златые зубы,каждый большой маховиклопасти-руки вертит,жадно черпая воду,плоть реки поглощая;вода становится паром,и движутся механизмы,питаясь ее распадом.Тихо идет прилив –ржавчина, соль и глина:он железо разъест,и маховик застынет.Плещет волна о причалы,и стонет гулко и страшно,словно колокол с башни,баков полая сталь, –а воды катятся вдаль. Элка Клоук

Пролог

Лондон, апрель 1878 года

Демон взорвался фонтаном ихора и внутренностей.

Уильям Эрондейл поспешно выдернул кинжал – но слишком поздно. Едкая кислота, заменявшая демону кровь, уже начала разъедать блестящее лезвие. Уильям выругался и отшвырнул клинок; тот шлепнулся в вонючую лужу и задымился, как плохо погашенная спичка. Демон, конечно, уже исчез – отправился обратно в родную преисподнюю, оставив за собой только кучу грязи. – Джем! – крикнул Уилл своему напарнику. – Ты видел?! Я его сделал одним ударом! Недурно, да?

Но никто не откликнулся. Странно. Казалось, еще несколько секунд назад второй охотник стоял позади, прикрывая ему спину. Уилл покрутил головой и нахмурился: что толку устраивать представление, если никто его не оценит? Он заглянул в проем между домами, где улица сужалась до тесного переулка, обрывавшегося прямо над черными водами Темзы. В дальних доках маячили темные силуэты кораблей – частокол мачт, словно зимний лес без единого листика. Джема не было видно. Может, он решил вернуться на Узкую улицу? Там все-таки посветлее. Уилл пожал плечами и зашагал обратно той же дорогой, которой пришел.

Узкая улица – узкая не только по названию – тянулась через Лаймхаус, между доками и чередой кособоких деревянных лачуг, лепившихся друг к другу вплотную, до самого Уайтчепела. Сейчас там не было ни души. И даже ни одного пьяного тела: видно, завсегдатаи «Виноградника» подыскали себе другие места, чтобы прикорнуть на ночь. Уиллу нравился Лаймхаус: здесь его охватывало чувство, будто он где-то на самом краю мира, откуда каждый день уходят в неведомую даль все новые и новые корабли. Игорных домов, опиумных притонов и дешевых борделей тут развелось видимо-невидимо, но Уиллу это ничуть не мешало. Наоборот, это было хорошо: в таком месте затеряться – раз плюнуть. Его не раздражал даже запах – неповторимая смесь дыма, пеньки и смолы, заморских пряностей и грязной речной воды.

Окинув взглядом пустую улицу, Уилл потер щеку рукавом пальто: расставаясь с жизнью, демон забрызгал его ихором, и кожу изрядно жгло. Рукав тут же покрылся зелеными и черными пятнами. Вдобавок на тыльной стороне руки обнаружился порез, и довольно глубокий. Целебная руна пришлась бы кстати. Лучше всего – одна из Шарлоттиных. Ираци ей особенно удавались.

Стоило ему об этом подумать, как из гущи теней вынырнула и медленно двинулась в его сторону одна, определенно человеческая. Уилл шагнул было навстречу, но остановился. Это был не Джем. Всего лишь патрульный, обычный полисмен в шлеме-колоколе и тяжелом пальто. На лице его читалось удивление. Патрульный таращился прямо на Уилла – или, точнее, сквозь него. К чарам иллюзий Уиллу было не привыкать, но все равно это было странно – когда кто-то смотрит прямо на тебя, и видит пустое место. Уилла посетила шальная мысль: а не отобрать ли у этого простеца дубинку? Вот смеху-то будет, когда он начнет крутить головой, недоумевая, куда она подевалась. Раньше Уилл уже такое проделывал, но Джем всегда его за это ругал, так что на сей раз он решил сдержаться: не стоит попусту огорчать напарника.

Полицейский между тем пожал плечами, пару раз сморгнул и двинулся дальше мимо Уилла, бормоча себе под нос, что с джином пора завязывать, а то уже и так мерещится черт знает что. Уилл отступил, чтобы пропустить его, дождался, пока полицейский скроется из виду, и крикнул во весь голос:

– Джеймс Карстерс! Джем! Куда ты запропастился, негодяй?

И на этот раз ответ пришел. Откуда-то из темноты донесся чуть слышный голос второго охотника:

– Я здесь. Иди за колдовским светом.

Уилл зашагал на голос – в темный проход между двумя складами. Там, среди теней, и впрямь мерцал бледный огонек вроде тех, что загораются по ночам на болотах.

– Ты что, не слышал, как я зову? Этот шакс чуть не достал меня своими чертовыми клешнями, но я загнал его в угол и…

– Я все слышал.

В свете уличного фонаря молодой человек, вышедший из проулка, казался еще бледнее обычного – а обычно он и так был бледен, как мертвец. Шляпы на нем не имелось, а оттого волосы мгновенно приковывали к себе взгляд: они сияли серебром, как новенький шиллинг. Таким же серебром сверкали чуть раскосые глаза на тонкокостном, скуластом лице.

Белую манишку Джема пятнали какие-то темные потеки, а руки его были густо перемазаны красным.

Уилл напрягся:

– Ты ранен?

Джем раздраженно отмахнулся от его заботы:

– Кровь не моя. – Он обернулся и посмотрел в глубину переулка: – Это ее.

Уилл проследил за взглядом друга. Среди теней в дальнем конце прохода едва виднелась маленькая, скрюченная фигурка. Прищурившись, Уилл разглядел бледную руку и прядь светлых волос.

– Мертвая женщина? Из простецов?

– Скорее, девочка. Ей от силы четырнадцать.

Уилл разразился чередой ругательств – витиеватых и очень громких. Джем терпеливо ждал.

– Если бы мы только успели чуть раньше… – наконец выдохнул Уилл. – Тогда бы этот чертов демон…

– Знаешь, не все так просто. Думаю, демон тут ни при чем, – нахмурился Джем. – Шаксы – они же паразиты. Они бы утащили жертву в свое логово и там отложили свои яйца ей под кожу, пока она еще жива. А эта девочка… Ее ударили ножом – и не один раз. И, думаю, это случилось не здесь. Крови тут слишком мало. Скорее, на нее напали в другом месте, а сюда она приползла умирать.

– Но шаксы…

– Говорю тебе, это не шакс! Шакс, я думаю, как раз на нее и охотился – шел на запах крови. Но мы нашли его раньше.

– У шаксов острый нюх, – уступил Уилл. – Я даже слыхал, что колдуны с их помощью разыскивают пропавших. И, похоже, он действительно шел по следу. – Он вновь взглянул на тело, скорчившееся в темном переулке. – А оружия ты не нашел?

– Вот. – Джем вытащил из внутреннего кармана куртки нож, завернутый в белую тряпицу. – Что-то вроде мизерикорда или охотничьего кинжала. Посмотри, какой тонкий клинок.

Уилл взял кинжал. Лезвие и впрямь тонкое; ручка из полированной кости. Клинок покрывала засохшая кровь. Нахмурившись, Уилл начал вытирать его рукавом пальто, и вскоре из-под грязи показался символ, выжженный на лезвии. Две змеи, держащие друг друга за хвост, – идеальный круг.

– Уроборос, – объявил Джем, наклонившись, чтобы разглядеть клинок. – Двойной. Ну и что это, по-твоему, означает?

– Конец мира… – ответил Уилл, все еще рассматривая кинжал и едва заметно улыбаясь. – Конец… и начало.

Джем нахмурился:

– Это я и без тебя знаю. Меня интересует другое: зачем его изобразили на кинжале?

Ветер с реки взъерошил волосы Уилла; он откинул их со лба нетерпеливым жестом и снова уставился на кинжал.

– Это алхимический символ. Ни колдуны, ни обитатели Нижнего Мира его не используют. Значит, скорее всего, это сделали люди – кто-то из тех глупых простецов, которые заигрывают с магией в надежде на богатство и славу.

– Ага, из тех, от кого потом остается только груда кровавого тряпья посредине какой-нибудь пентаграммы, – угрюмо подхватил Джем.

– И из тех, кто вечно нарывается на встречу с гостями из Нижнего Мира, – подытожил Уилл и, аккуратно обернув кинжал носовым платком, сунул его в карман. – Как ты думаешь, Шарлотта разрешит мне вести расследование?

– С чего ты взял, что в Нижнем Мире тебе вообще хоть что-то доверят? Азартные игры, магические притоны, женщины легкого поведения…

Уилл улыбнулся так, как мог бы улыбнуться Люцифер за миг до того, как рухнуть с небес.

– Если я приступлю прямо завтра, как ты думаешь, это будет не слишком рано?

Джем вздохнул:

– Поступай как знаешь, Уильям. Ты ведь всегда все делаешь по-своему.

Саутгемптон, май

Тесс казалось, что механический ангел был с ней всегда – и она всегда его любила. Когда-то он принадлежал ее матери, и та носила его до самой смерти. После этого ангел поселился в маминой шкатулке для драгоценностей, а потом, в один прекрасный день, брат Тесс, Натаниэль, достал его, чтобы проверить, работает ли механизм.

Ангел был не больше мизинца Тесс: крошечная статуэтка из желтой меди со сложенными за спиною крыльями, не больше, чем у сверчка. Изящные черты лица, полумесяцы закрытых глаз и руки, скрещенные на мече. Чуть ниже крыльев к ангелу была привязана тонкая цепочка, так что его можно было носить на шее.

Тесс знала, что внутри спрятан какой-то механизм: стоило поднести его к уху, как слышался тихий перестук – словно тиканье часов. Нат тогда очень удивился, что после стольких лет завод еще не кончился. Ни кнопки, ни винта, чтобы остановить механизм, он так и не нашел и, пожав плечами, отдал фигурку Тесс. С тех пор она носила ангела на шее, не снимая. Даже ночью, когда она спала, ангел лежал у нее на груди и мерно тикал, точно второе, крошечное сердце.

 

Вот и сейчас она крепко держала ангела, зажав его между пальцами, пока «Начальник» пробирался между другими огромными пароходами в поисках свободного местечка в доках Саутгемптона. Это Нат настоял, чтобы она сошла на берег в Саутгемптоне, а не в Ливерпуле, куда обычно прибывали трансатлантические пароходы. Саутгемптон, уверял он, куда приятнее Ливерпуля, – и Тесс, поверив ему, сейчас переживала некоторое разочарование от первой встречи с Англией. День выдался мрачный. Дождь барабанил по шпилю дальней церквушки, а поднимавшийся из пароходных труб черный дым пятнал и без того пасмурное небо. На пристани толпились под зонтиками люди в темных одеждах. Тесс напрасно выискивала среди них брата: из-за тумана и брызг все лица сливались в сплошное пятно.

Она вздрогнула: ветер с моря пронизывал до костей. В письмах Нат утверждал, что Лондон прекрасен и солнце там светит день-деньской. «Ну что ж, – подумала Тесс, – будем надеяться, что в Лондоне погода и впрямь получше». Теплой одежды она с собой не взяла – только шерстяную шаль, оставшуюся от тети Гарриет, и пару тонких перчаток. Почти весь гардероб пришлось распродать, чтобы достойно похоронить тетю, – но Тесс ни на миг не сомневалась, что брат обеспечит ее всем необходимым, как только она приедет в Лондон.

Крики с пристани стали громче. «Начальник», черный великан, сверкающий в каплях дождя, бросил якорь. К нему тотчас устремились, сражаясь с волнами, буксирные суденышки, которым предстояло доставить на берег пассажиров и багаж. Пассажиры, истосковавшиеся по твердой земле под ногами, ринулись вниз по трапу. Тесс вспомнила, что в день отплытия из Нью-Йорка небо было синим и на причале играл духовой оркестр. Но прощаться там ей уже было не с кем.

Ссутулив плечи, Тесс побрела к трапу; людская река подхватила ее и понесла за собой. Капли дождя кололи ее голую шею, словно булавками. Волосы намокли, руки под тонкой кожей перчаток стали влажными. Наконец, Тесс добралась до причала и принялась нетерпеливо оглядываться в поисках Ната. За две недели путешествия она не перемолвилась словечком ни с единой живой душой. Какое же это будет облегчение – наконец выговориться!

Но брата нигде не было. Напрасно Тесс озиралась вокруг, надеясь, что Нат сейчас выйдет из-за груды сваленного на землю багажа, из-за штабеля ящиков или горы овощей и фруктов, уже раскисающих под дождем. От соседнего причала вот-вот должен был отойти корабль в Гавр, и вокруг Тесс носились сломя голову моряки, выкрикивающие что-то по-французски. Она попыталась отойти в сторону, но толпа пассажиров, спешивших укрыться от дождя в здании пароходства, едва не сбила ее с ног.

Ната по-прежнему нигде не было видно.

– Вы – мисс Грей? – вдруг услышала она гортанный голос с сильным акцентом.

Перед Тесс очутился высокий мужчина в просторном черном пальто и высокой шляпе, с полей которой ручьями текла вода. Глаза у него были навыкате, как у лягушки, а кожа грубая, словно сплошной шрам. Тесс с трудом взяла себя в руки – так хотелось отшатнуться, отойти от него подальше. Но этот человек знает ее имя. Наверняка его послал Нат.

– Да, – ответила она.

– Меня прислал ваш брат. Пойдемте.

– Где он? – спросила Тесс, но мужчина уже повернулся и двинулся прочь широким шагом, чуть прихрамывая, словно от старой раны. Тесс ничего не оставалось, как подобрать юбки и поспешить следом.

Незнакомец шел уверенно и быстро, расталкивая встречных. Осыпая его проклятиями, люди отскакивали в сторону, а Тесс пришлось перейти на бег, чтобы не отстать. Резко обогнув очередной штабель из ящиков, мужчина остановился перед большим глянцево-черным экипажем. Дверцы украшала какая-то надпись золотыми буквами, но из-за дождя и тумана Тесс не разобрала ни слова.

Дверь экипажа отворилась, и наружу выглянула женщина. Огромная шляпа с перьями скрывала ее лицо.

– Мисс Тереза Грей?

Тесс кивнула. Ее пучеглазый провожатый помог даме выйти из кареты. За первой женщиной последовала вторая. Обе тотчас раскрыли зонтики и уставились на Тесс.

Странная то была парочка. Одна женщина – высокая и стройная, с изможденным лицом и бесцветными волосами, зачесанными на затылок, под шиньон, в платье из блестящего фиолетового шелка, уже покрывшемся мокрыми пятнами от дождя, и в перчатках под цвет платья. Вторая – невысокая и полная, с маленькими, глубоко посаженными глазками; ее пухлые руки, обтянутые ярко-розовыми перчатками, походили на лапы какого-то странного животного.

– Тереза Грей, – повторила толстушка. – Какое удовольствие наконец-то с вами познакомиться. Я – миссис Блэк, а это моя сестра, миссис Дарк. Ваш брат попросил нас сопроводить вас до Лондона.

Тереза поплотнее запахнула промокшую шаль.

– Ничего не понимаю! Где Нат? Почему он сам не приехал?

– Его задержали в Лондоне важные дела. Мортмейн не смог его отпустить. Вот, он прислал вам записку. – Миссис Блэк протянула Тесс сложенный вчетверо листок бумаги.

Тесс выхватила записку из ее руки и отвернулась, чтобы прочитать. Брат извинялся за свое отсутствие и утверждал, что миссис Блэк и миссис Дарк можно полностью доверять. «Я называю их Темными Сестрами, Тесси, – и мне кажется, им это даже приятно», – писал Натаниэль. Из письма следовало, что эти дамы были владелицами дома, в котором жил Натаниэль, и его добрыми друзьями.

Тесс немного успокоилась: никакого подвоха тут нет. Почерк, несомненно, принадлежал брату, да и никто, кроме него, не называл ее «Тесси». Тяжело сглотнув, она сунула письмо в рукав и повернулась к Сестрам.

– Замечательно, – пробормотала она, сражаясь с разочарованием от несостоявшейся встречи с братом. – Позовем носильщика, чтобы он принес мой кофр?

– Ну что вы, дорогая, в этом нет никакой необходимости! – бодрый тон миссис Дарк совершенно не сочетался с ее унылым, осунувшимся лицом. – Мы все устроили заранее, и багаж уже погрузили. – Она прищелкнула пальцами, и их пучеглазый спутник влез на козлы. Затем миссис Дарк легонько коснулась плеча Тесс своей тощей, костлявой рукой: – Пойдемте, деточка; нечего тут стоять и мокнуть под дождем.

Тесс направилась к экипажу. Миссис Дарк шла следом, так и не убрав руку с ее плеча. Приблизившись к карете, девушка увидела на дверцах сверкающий позолотой герб: две змеи, кусающие друг друга за хвост и замкнутые в идеальный круг, а посередине надпись: «Клуб Пандемониум». Тесс нахмурилась.

– Что это значит?

– О, не обращайте внимания, ничего особенного, – прощебетала миссис Блэк, которая уже забралась внутрь, заняв добрую половину сиденья своими пышными юбками. Внутри обнаружились мягкие сиденья, обитые фиолетовым бархатом, и занавески с золотыми кистями.

Миссис Дарк помогла Тесс подняться и последовала за ней. Пока Тесс устраивалась на сиденье, миссис Блэк протянула руку и захлопнула дверцу. Серое небо скрылось из виду. Миссис Блэк улыбнулась Тесс, и зубы ее сверкнули в полутьме, как металлические.

– Устраивайтесь удобнее, Тереза. Нам предстоит долгое путешествие.

Тесс положила руку на механического ангела, спрятанного на шее под одеждой, и вскоре нашла утешение в привычном мерном тиканье. Экипаж тронулся с места и скрылся за пеленой дождя.

1Темный Дом

 Где мрак не знает берегов,У черной бездны на краю… Уильям Эрнест Хенли, Invictus

Шесть недель спустя

– Сестры желают видеть вас в своих покоях, мисс Грей.

Тесс отложила книгу на ночной столик и повернулась к Миранде, стоявшей в дверях ее комнатушки. Каждый день – одно и то же: одни и те же слова в одно и то же время. Сейчас Тесс попросит Миранду подождать в коридоре, и та уйдет, но через десять минут вернется и повторит все то же самое. И если Тесс ослушается, Миранда попросту схватит ее за руку и потащит вниз по лестнице в темную, вонючую комнату, где ждут ее Темные Сестры.

В первую неделю, которую Тесс провела в Темном Доме, – так она называла про себя дом, где ее держали в плену, – так повторялось каждый день. Но, в конце концов, она поняла, что брыкаться и визжать толку нет: лучше поберечь силы. Они ей еще пригодятся.

– Минуточку, Миранда, – сказала Тесс.

Служанка присела в неуклюжем реверансе и вышла в коридор, закрыв за собой дверь.

Тесс встала и обвела взглядом комнатушку, которая стала ее тюрьмой. Тесная, оклеенная цветочными обоями и обставленная совсем небогато: покрытый белой кружевной скатертью деревянный столик, за которым она обедала; узкая медная кровать, где она спала; треснутая раковина и фарфоровой кувшин для умывания; подоконник, на который она сложила свои книги, и табуретка, на которую она усаживалась каждый вечер и писала письма брату – письма, которые она не могла отослать и просто прятала под матрас, где Темные Сестры их не найдут. Это был своего рода дневник и напоминание о том, что рано или поздно она снова увидит Ната.

Подойдя к зеркалу на дальней стене, Тесс пригладила волосы. Темные Сестры – а им, похоже, и вправду нравилось, когда их так называли, – не желали, чтобы она выглядела неряшливо. Зато во всем остальном ее внешний вид нисколько их не беспокоил – и это, пожалуй, к лучшему, решила Тесс, поморщившись при виде своего отражения. Запавшие серые глаза на бледном, как мел, лице, и простое, черное, как у монашки, платье, которое Сестры вручили ей в первый же день по прибытии. Другой одежды у Тесс не было: ее багаж так и остался в гавани Саутгемптона – никто и не подумал погрузить его в карету. Тесс отвернулась от зеркала.

До сих пор ей не приходилось стесняться собственного отражения. Красавчик Нат унаследовал всю прелесть их покойной матери, но Тесс была вполне довольна и тем, что на ее долю достались гладкие каштановые волосы и спокойные серые глаза. К тому же, каштановые волосы были у Джейн Эйр и других ее любимых героинь. И высокий рост Тесс не смущал: тетя Гарриет говорила, что высокая девушка всегда будет выглядеть королевой – надо только держать осанку.

Но сейчас до королевы Тесс было как до луны. Измученная пленом и неизвестностью, она исхудала, и безобразное черное платье висело на ней мешком – ни дать ни взять огородное пугало. Если так будет продолжаться, Нат, чего доброго, ее даже не узнает! Сердце Тесс сжалось при мысли о брате. Нат. Ведь это ради него она сюда приехала. Иногда тоска по брату становилась совсем нестерпимой. Без него Тесс была одна в целом свете. Без него никому нет дела, останется она жить или умрет. Думать об этом было так ужасно, что временами Тесс погружалась в черную пучину отчаяния, из которой, казалось, нет возврата. Если никому на свете до тебя нет дела, может, и тебя самой на свете нет?

Щелчок замка прервал ее раздумья. Дверь распахнулась; на пороге стояла Миранда.

– Пора, – объявила она. – Миссис Блэк и миссис Дарк уже заждались.

Тесс бросила на служанку взгляд, полный отвращения. Сколько же этой девице лет? Девятнадцать? Двадцать пять? Круглое гладкое лицо без возраста; волосы цвета помоев, крепко зачесанные назад и собранные в узел на затылке. И лягушачьи глаза навыкате, точь-в-точь как у того кучера. Тесс давно уже предположила про себя, что они родственники.

Тесс вышла в коридор и направилась к лестнице; Миранда шагала рядом, переваливаясь, как утка. Тесс подняла руку и потрогала цепочку на шее, на которой по-прежнему висел механический ангел, – она делала это каждый раз, когда шла на встречу с Темными Сестрами. Прикосновение к подвеске успокаивало ее и придавало сил.

Темный Дом казался очень большим, хотя Тесс не видела ничего, кроме лестницы, апартаментов Сестер и своей комнатушки. Наконец, они добрались до сырого подвала, похожего на склеп. Похоже, Сестрам это место было по душе. Их приемная скрывались за широкими двустворчатыми дверями, а узкий коридор уводил дальше, в глубину подвала, – и Тесс надеялась никогда не узнать, куда именно.

Двери в приемную были открыты. Миранда вошла без стука, но на всякий случай громко затопала, предупреждая хозяек о своем появлении. Тесс неохотно последовала за ней: эту комнату она ненавидела всем сердцем.

Здесь всегда стояла влажная жара, как на болоте, даже когда на дворе было пасмурно. Стены сочились сыростью, а обивка стульев и диванов цвела плесенью. Запах тоже был странный и неприятный, как на берегах Гудзона в жаркий день: стоячая вода, ил и отбросы.

 

Сестры, как всегда, сидели за огромным высоким столом – и, как всегда, были разряжены в пух и прах: миссис Блэк – в платье цвета сочной лососины, а миссис Дарк – в переливчато-синем. По контрасту с ярким атласом лица их казались серыми и походили на сдутые воздушные шарики. Обе Сестры, несмотря на жару, были в перчатках.

– Ступай, Миранда, – распорядилась миссис Блэк, вращая пухлым большим пальцем тяжелый медный глобус, стоявший на столе. Тесс не раз пыталась рассмотреть его получше: что-то в расположении континентов казалось неправильным, особенно в центральной части Европы. Но Сестры никогда не подпускали ее близко. – И закрой за собой дверь.

Миранда равнодушно исполнила приказ. Тесс постаралась не вздрогнуть, когда дверь захлопнулась и легкий ветерок, хоть немного освежавший эту затхлую комнату, исчез.

Миссис Дарк склонила голову набок:

– Подойди сюда, Тереза. – Она была добрее сестры и обходилась уговорами там, где миссис Блэк предпочитала пощечины и угрозы. – И возьми это.

Она протянула Тесс потрепанный розовый лоскуток, когда-то, возможно, служивший лентой для волос.

Тесс уже привыкла, что Темные Сестры то и дело давали ей подержать какие-то вещи. Вещи, некогда принадлежавшие другим людям: булавки и часы, брошки и детские игрушки. Однажды ей вручили шнурки от ботинок, в другой раз – серьгу, испачканную кровью.

– Возьми, – нетерпеливо повторила миссис Дарк. – И преобразись.

Тесс взяла ленту. Та легла ей на ладонь, легкая, словно крыло мотылька. Темные Сестры смотрели на нее бесстрастно. Тесс вспомнились книги, герои которых дрожали на скамье подсудимых в Олд-Бейли, молясь про себя услышать спасительное слово:: «Невиновен». В этой комнате Тесс всякий раз чувствовала себя, словно в зале суда, хотя и представить себе не могла, в чем ее обвиняют.

Она повертела ленту в руке, вспоминая, как Темные Сестры вручили ей самую первую вещицу – женскую перчатку с перламутровыми пуговками, – и стали кричать, чтобы Тесс преобразилась. Они хлестали ее по щекам и трясли за плечи, а она снова и снова с нарастающим ужасом повторяла, что понятия не имеет, о чем они говорят.

Как ни странно, в тот раз она так и не заплакала, хотя и очень хотела. Тесс терпеть не могла плакать, особенно на глазах у людей, которым не доверяла. Но один из двух человек, которым она доверяла, уже умер, а второй был в плену. Темные Сестры сказали, что ее брат у них и что он умрет, если она не будет их слушаться. В доказательство они показали ей перстень, доставшийся Нату в наследство от отца, – и перстень был перепачкан кровью. Тесс не позволили подержать его в руках, но она узнала его без малейших сомнений.

После этого она не смела ослушаться ни единого приказа Сестер. Она беспрекословно пила все зелья, которые ей давали, и проводила часы в изматывающих тренировках. Сестры велели ей воображать себя глиной на гончарном круге – аморфной и податливой, обретающей форму лишь по желанию мастера. И еще они велели, чтобы Тесс мысленно погружалась в предметы, которые ей давали, и представляла их живыми существами, а затем вытягивала наружу оживляющий их дух.

Прошло несколько недель, прежде чем она преобразилась впервые. Это оказалось невыносимо больно: Тесс вырвало, а потом она лишилась чувств и очнулась на одной из заплесневелых кушеток в подвале Темных Сестер. На лице у нее лежало влажное полотенце. Миссис Блэк наклонилась к Тесс, обдавая ее кислым дыханием; глаза ее сияли восторгом.

– Ты сегодня хорошо поработала, Тереза, – сказала она. – Очень хорошо.

Когда Тесс пришла в себя и вернулась в свою каморку, на столе ее ждали подарки: две новые книги – «Большие надежды» и «Маленькие женщины». Каким-то образом Темные Сестры догадались, что Тесс обожает читать романы. Она прижала книги к груди и, наконец, дала волю слезам.

С тех пор преображаться стало гораздо легче. Тесс так и не поняла, как именно это происходит, но запомнила наизусть всю последовательность действий, которой обучили ее Темные Сестры, – как слепой запоминает, сколько шагов нужно сделать, чтобы дойти от кровати до двери комнаты.

Вот и сейчас, крепко сжимая в руке розовую ленточку, она положилась на память. Она отворила свой разум и впустила тьму. И тонкая связь между ленточкой и духом, что в ней обитал, – призрачный отголосок ее бывшей владелицы – развернулась перед ней, как золотая нить, уводящая в страну теней. Душный подвал, шумное дыхание Сестер – все исчезло, осталась лишь узенькая тропка, по которой Тесс уходила все дальше и дальше. Золотой свет разгорелся ярче, и она завернулась в него, как в одеяло.

Кожу стало покалывать – все сильнее и сильнее, будто в нее вонзались тысячи крохотных жал. Это было худшее во всем Преображении: в первый раз Тесс даже показалось, что она сейчас умрет. Но с тех пор она привыкла и переносила боль стоически. Механический ангел, висевший на шее, как будто затикал быстрее, нагоняя участившийся пульс. Давление внутри черепа усилилось… Тесс ахнула – и широко распахнула глаза.

Все кончилось.

Тесс заморгала: в первую секунду после Преображения всегда хотелось протереть глаза, словно она с головой погрузилась в воду. Немного придя в себя, она оглядела свое новое тело. Оно оказалось невысоким и хрупким, почти истощенным. Платье стало ей велико и обвисло, как на вешалке; подол лежал на полу. Руки, прижатые к груди, были бледными и худыми, с обломанными и обкусанными ногтями. Незнакомые, чужие руки.

– Как тебя зовут? – спросила миссис Блэк. Она поднялась на ноги, жадно разглядывая Тесс. Бледные глаза ее горели огнем.

Тесс не требовалось самой искать ответ. Девочка, тело которой она на себя надела, ответила за нее, как духи говорят через медиумов. Впрочем, Тесс не нравилось это сравнение: то, что с ней происходило, было гораздо глубже, гораздо страшнее.

– Эмма, – произнесли ее губы. – Мисс Эмма Бейлис, мэм.

– И кто ты такая, Эмма Бейлис?

Слова полились изо рта Тесс, порождая в ее сознании яркие образы. Эмма родилась в Чипсайде и была одной из шести детей в семье. Ее отец умер, а мать торговала мятной водой с тележки в Ист-Энде. Эмма еще совсем ребенком научилась шить ради заработка. Ночами она сидела за столиком на кухне, делая стежки при свете сальной свечи. Если свеча выгорала, а денег на новую не было, она выходила на улицу и шила под газовым фонарем…

– Значит, вот почему ты оказалась на улице в ту ночь, когда умерла? – спросила миссис Дарк. Тонкие губы ее растянулись, язык пробежал по нижней губе, словно она хотела распробовать ответ на вкус.

Тесс увидела как наяву узкие, темные улицы, окутанные густым туманом, и серебристую иглу, мелькающую в тусклом желтом свете газового фонаря. Услышала приглушенные шаги. Потом из теней вынырнули руки, схватили ее за плечи и потащили куда-то в темноту. Она закричала. Иголка с ниткой выпали у нее из рук, бант соскользнул с волос. Кто-то грубо прикрикнул на нее. А затем серебряное лезвие сверкнуло во тьме и рассекло ей кожу. Полилась кровь. Боль обожгла ее огнем – и такого ужаса она не испытывала еще никогда в жизни. Она ударила ногой державшего ее мужчину, выбила нож у него из руки, умудрилась поймать клинок на лету и, спотыкаясь, побежала прочь. Но каждый шаг давался ей все труднее, кровь вытекала из раны слишком быстро… Добравшись до переулка, она упала и свернулась калачиком. Позади злобно зашипела какая-то тварь. Она поняла, кто это, и понадеялась, что умрет раньше, чем та ее схватит…

Преображенное тело внезапно спало с нее, и Тесс с криком рухнула на колени. Ленточка выпала у нее из руки – из ее собственной руки. Эмма ушла; Тесс снова стала сама собой.

– Тереза? – голос миссис Блэк донесся до нее словно издалека. – Где Эмма?

– Она умерла, – прошептала Тесс. – Умерла в том переулке, истекла кровью.

– Хорошо, – с удовлетворением выдохнула миссис Дарк. – Молодец, Тереза. Это было превосходно.

Тесс промолчала. Ее платье пятнала кровь, но больно не было. И Тесс знала, что эта кровь – не ее, а той девочки, Эммы. Такое уже случалось. Она закрыла глаза, стараясь не поддаться накатившей дурноте.

– Давно надо было это сделать, – заметила миссис Блэк. – Эта Бейлис меня беспокоила.

– Девчонка была еще не готова, – возразила ей миссис Дарк. – Помнишь, что случилось, когда мы работали с Адамс?

Тесс сразу поняла, о чем они. Неделю назад она превратилась в женщину, погибшую от выстрела в сердце, – это и была Адамс. Увидев кровь, хлынувшую на платье, Тесс завизжала от ужаса и снова стала собой. Сестрам пришлось потрудиться, чтобы уверить ее, что сама она осталась невредима и кровь эта – не ее.

– С тех пор она многого добилась, не так ли? – Миссис Блэк приподняла бровь. – Учитывая, с чего она начинала… Она ведь даже не догадывалась, кто она.

– Действительно, поначалу это был бесформенный кусок глины, – согласилась миссис Дарк. – Мы сотворили настоящее чудо. Магистр оценит наши труды по достоинству.

1. Пер. Е. Гроссмана.

fictionbook.ru