Джордж Р. Р. Мартин, Гарднер Дозуа «Негодяи». Книга негодяи


Мартин Джордж Р. Р., Ротфусс Патрик, Аберкромби Джо, Флинн Гиллиан, Уиллис Конни. Негодяи

В Википедии есть статьи о других людях с такой фамилией, см. Уиллис.

Конни Уиллис (англ. Connie Willis) — одна из самых титулованных американских писателей-фантастов. На ее счету 9 премий «Хьюго», 6 премий «Небьюлы» и с десяток «Локусов».

Биография

Конни Уиллис родилась 31 декабря 1945 года в Денвере, (штат Колорадо). После окончания университета в Северном Колорадо, Уиллис работала учительницей начальной школы. После брака с учителем физики Кортни Уиллисом и рождения дочери Корделии, Конни решает стать профессиональной писательницей. Свои первые новеллы издала в начале 1980-х годов. Уиллис известна как автор, пишущий в жанре комедии нравов, её творения нередко пронизаны сатирой и юмором, часто ей присущ легкий искрящийся стиль, в котором она берется раскрывать самые серьёзные и сложные темы, но вам может попасться и новелла-«ужастик» со смертельной серьёзностью. Одна из её любимых тем — путешествия во времени.[1]

Сейчас Конни Уиллис проживает с семьей в городе Грили, штат Колорадо.

Творчество

Первой НФ-публикацией Конни считается рассказ «Святая Титикака» («Santa Titicaca», 1971), однако известность к ней пришла с изданием новеллы в духе традиционного реализма «Пожарная охрана», в которой повествуется о студенте-историке, попавшем в состав пожарного дозора собора Св. Павла в Лондоне во время фашистских налетов Второй Мировой войны. В том же 1983 году, отмечен премией был рассказ «Письмо от Клири» — история о тяготах постапокалиптической жизни простой семьи, среди шастающих банд отморозков, мародерствующих после ядерных взрывов.

Уиллис намеренно пробует свои силы в самых разных манерах письма, в ее творчестве встречаются многие жанры: традиционный реализм «Пожарной охраны» соседствует со сказочными мотивами «Отца невесты» («The Father of the Bride»), или невероятными ситуациями «Посиневшей Луны» [1984, «Blued Moon», так похожей на «Year of the Jackpot» Хайнлайна].

В 1984 Конни Уиллис участвует в создании шестого «Берсеркерка» (вместе с П.Андерсоном, Э. Брайантом, С. Дональдсоном, Л. Нивеном, Ф. Саберхагеном и Роджером Желязны). Хотя и новелла «The Sidon in the Mirror» (1984, о том, что не надо поддаваться дурному влиянию), и полная юмора «Посиневшая луна», и «Spice Pogrom», и «Chance» (1987) так и остались номинантами на премии, в творчествe Конни следует новый успех: в 1988 — «Мечты Линкольна» («Lincoln’s Dreams») — повествование о неразделённой женской любви приносит ей Мемориальную премию Дж. Кемпбелла, и повесть «Последняя «виннебаго» об исчезновении всех собак после пандемии на Земле, в 1989 году. Так же следует отметить произведения-лауреты: рассказ о превратностях женской физиологии «Даже у королевы» (1992), роман «Книга Страшного суда» о тяжелом путешествии во времени в XIV век в самый разгар эпидемии чумы (1992), рассказ «Смерть на Ниле» о крушении лайнера с туристами, продолжающими своё тур-путешествие под присмотром Анубиса (1994), «Неразведанная территория» (1994) об исследовании чужих планет, роман «Bellwether» (1996) об исследованиях теории хаоса и «закономерных» случайностей, а также роман «Passage» (2001) об исследовании случаев клинической смерти и других запредельных явлений вокруг да около смерти.

Среди удач Конни Уиллис есть также три романа в соавторстве с Синтией Фелис. Первый из них, «Water Witch» (1982), повествует о борьбе на засушливой планете за власть и влияние отца девушки, которую он выдает за ведьму, способную вызвать ливень. «Light Raid» (1989) описывает войну западной и восточной частей Северной Америки, полосующих друг друга лазерными лучами большой мощности. И, наконец, «Promised Land» (1997) интригует нас приключениями девушки, приехавшей из мира высоких технологий в заболоченную провинцию получить наследство после кончины матери и узнавшей о том, что ей впридачу достается муж по закону после их обручения в детстве.

В 1992 году, в соавторстве с Мартин Г. Гринберг, Конни Уиллис выпустила антологию The New Hugo Winners III, в которую вошли произведения Майка Резника, Джорджа Алек Эффинджера, Конни Уиллис, Терри Биссона, Роберта Силверберга, Лоис Макмастер Буджолд, Джо Холдемана.

Награды

  • 1983 год:
    • премия «Хьюго» за лучшую короткую повесть (Пожарная охрана 1982 года),
    • премия «Небьюла» за лучшую короткую повесть (Пожарная охрана),
    • премия «Небьюла» за лучший рассказ (Письмо от Клири 1982 года).
  • 1987 год — премия Asimov’s Readers' Awards (журнал «Asimov’s Science Fiction») за лучшую повесть (Spice Pogrom 1986 года).
  • 1988 год:
  • 1989 год:
    • премия «Хьюго» за лучшую повесть (Последняя «виннебаго» 1988 года),
    • премия «Небьюла» за лучшую повесть (Последняя «виннебаго»),
    • премия Asimov’s Readers' Awards за лучшую повесть (Последняя «виннебаго»).
  • 1990 год:
    • премия «Небьюла» за лучшую короткую повесть (В отеле «Риальто» 1989 года).
  • 1993 год:
    • премия «Хьюго» за лучший роман (Doomsday Book 1992 года),
    • премия «Небьюла» за лучший роман (Doomsday Book),
    • премия «Локус» за лучший НФ-роман (Doomsday Book),
    • премия «Хьюго» за лучший рассказ (Даже у королевы 1992 года),
    • премия «Небьюла» за лучший рассказ (Даже у королевы),
    • премия «Локус» за лучший рассказ (Даже у королевы),
    • мемориальная премия Теодора Старджона (англ. Theodore Sturgeon Award) в номинации Поощрительная награда (Даже у королевы),
    • премия Asimov’s Readers' Awards за лучший рассказ (Даже у королевы).
  • 1994 год:
    • премия «Хьюго» за лучший рассказ (Смерть на Ниле 1993 года),
    • премия «Локус» за лучший рассказ (Close Encounter 1993 года),
    • премия Asimov’s Readers' Awards за лучшую короткую повесть (Гостиница 1993 года),
    • премия «Локус» за лучший авторский сборник (Impossible Things 1993 года).
  • 1996 год — премия «Локус» за лучшую повесть (Remake 1995 года).
  • 1997 год:
    • премия «Локус» за лучшую повесть (Bellwether 1996 года).
    • премия «Хьюго» за лучший рассказ (Душа найдет родную душу 1996 года).
  • 1998 год — премия «Локус» за лучшую короткую повесть (Newsletter 1997 года).
  • 1999 год:
    • премия «Хьюго» за лучший роман (To Say Nothing of the Dog 1998 года),
    • премия «Локус» за лучший НФ-роман (To Say Nothing of the Dog).
  • 2000 год — премия «Хьюго» за лучшую повесть (Вихри Мраморной арки 1999 года).
  • 2002 год — премия «Локус» за лучший НФ-роман (Passage 2001 года).
  • 2006 год — премия «Хьюго» за лучшую повесть (Inside Job 2005 года)[2].
  • 2008 год:
    • премия «Хьюго» за лучшую повесть (All Seated on the Ground 2007 года).
    • премия «Локус» за лучший авторский сборник (Вихри Мраморной арки 2007 года)[3].
  • 2009 год:
    • введена в Зал Славы научной фантастики и фэнтези.
  • 2011 год:
    • премия «Хьюго» за лучший роман (Blackout/All Clear 2010 года),
    • премия «Небьюла» за лучший роман (Blackout/All Clear),
    • премия «Локус» за лучший НФ-роман (Blackout/All Clear),
    • премия Роберта А. Хайнлайна,
    • премия Грандмастер имени Деймона Найта.
  • 2012 год:
    • премия Asimov’s Readers' Awards за лучшую короткую повесть (All About Emily 2011 года).

Примечания

Ссылки

dic.academic.ru

Джордж Р. Р. Мартин, Гарднер Дозуа «Негодяи»

Антология «Негодяи», которую составили для нас Джордж Мартин и Гарднер Дозуа, посвящена людям весьма противоречивых профессий: воры, мошенники, убийцы, аферисты, жрицы любви, экстрасенсы — именно они стали главными действующими лицами двадцати одной истории, вошедших в эту книгу. «Противоречивыми» я называю данные профессии по той причине, что, с одной стороны, в нашей обыденной жизни представителей этих ремесел мы недолюбливаем, осуждаем и, даже, боимся, но, с другой стороны, буквально взахлеб следим за приключениями разномастный негодяев на страницах книг или экранах кинотеатров, восторгаясь их насыщенной жизнью, смелостью, смекалкой, искрометным чувством юмора и дьявольской удачей. Вот и Джордж Мартин в своем эссе «Все любят негодяев», открывающим антологию, рассуждает о том, что время исключительно положительных или отрицательных героев ушло, в современном мире читателю стали интересны «серые», многогранные, персонажи, играющие на грани добра и зла.

Стоит отметить, что Мартин и Дозуа не стали ограничивать состав антологии произведениями фантастического, фэнтезийного и мистического направлений, здесь также представлены такие жанры как триллер, детектив и, даже, историческая проза. Но, несмотря на подобное разнообразие жанров, которое, как мне кажется, является безусловным плюсом для читателя, качество не всех рассказов и повестей оказалось на должном уровне, впрочем это характерно для подобных тематических сборников — на фоне отличных произведений и «крепких середнячков» сюда затесались и откровенно халтурные вещи, которые, по всей видимости, были добавлены исключительно для объема.

А начну я свой подробный обзор антологии с тех работ, без которых «Негодяи» прекрасно могли бы обойтись:

- худшей работой сборника я назову рассказ Чери Прист, «Тяжелый металл», в котором имеют место быть все ингредиенты для создания идеального блюда — брутальный главный герой, некая сущность, живущая в озере неподалеку от заброшенного рудника и пожирающая людей, пронизывающая безысходностью атмосфера умирающей местности, однако, вместо того, чтобы раскрыть эти компоненты, добавить изюминки и грамотно соединить в полноценную историю, автор просто взяла и максимально упростила повествование до неудобоваримой консистенции.

- еще один совсем не понравившийся мне рассказ — это «Легкая смерть» Пола Корнелла, автор, как мне показалось, не подумал о людях, незнакомых с миром, где разворачиваются события цикла о приключениях Джонатана Гамильтона, английского шпиона альтернативного XIX века, поэтому меня, как неподготовленного читателя, поставили в тупик деревья, отдающие приказы, девушка по имени Бесценное Ничто, учащаяся «Колледжа герольдов», и молодой двойник главного героя из параллельной реальности, которого непременно нужно убить, хотя, не могу не признать, что попытка соединить элементы стимпанка с приключениями Джеймса Бонда выглядит достаточно интересной.

- «Ревущие двадцатые» Керри Вон имеют два существенных недостатка — во-первых, рассказ не тянет на полноценное, законченное произведение, больше похоже, что перед нами пролог или первая глава большого романа, и именно в нем читателю раскроют образы героев и расскажут о тех переменах, которые так пугают действующих лиц, а пока повествование вызывает лишь чувство недосказанности; во-вторых, автору не удалось передать атмосферу времени, в котором происходит действие рассказа, слишком уж пресно для эпохи джаза, контрабандного виски и Великой депрессии.

- я очень хорошо помню конец восьмидесятых — начало девяностых годов прошлого века, тогда на книжных лотках, стоящих практически у каждой станции метро в Москве, появились книги Картера Брауна, Микки Спиллейна, Ричарда Пратчетта, Раймонда Чандлера и других мастеров остросюжетного детектива, в этих произведениях крутые полицейские и частные детективы разбирались, без страха и упрека, с мафией, маньяками, прогнившими политиками и нечистыми на руку чиновниками, в то время все это было ново и свежо, «Согнутая ветка» Джо Р. Лансдейла может подарить несколько мгновений ностальгии по детективной литературе прошлого, но не более того, слишком наивно и притянуто выглядит попытка героев рассказа восстановить справедливость в отдельно взятом провинциальном городке США.

- единственная удачная находка Брэдли Дентона в его рассказе «Крутая медь» — это образ главного героя, учитель на замену, который в свободное от преподавания время грабит школьных хулиганов, выглядит как минимум оригинально. В остальном перед нами очередной выпуск передачи «Сельская жизнь», посвященный жизни и преступной деятельности участников школьного оркестра одного из небольших населенных пунктов «штата одной звезды», в общем — местечково, пустовато и совсем неинтересно.

- Лиза Татл в рассказе «Странное дело мертвых жен» сделала попытку создать вариацию на тему произведений о приключениях Шерлока Холмса и доктора Ватсона, к сожалению, этот опыт оказался крайне неудачным: во-первых, автор не сумела передать ни толики духа эпохи викторианской Англии; во-вторых, и главные герои, и второстепенные персонажи рассказа оказались абсолютно обезличенными, никакого желания сопереживать подобным литературным заготовкам у меня не возникло; в-третьих, Лиза Татл умудрилась уместить расследование дела в два опроса свидетелей, я конечно прошу прощения, но, по моему мнению, это слишком примитивно и непрофессионально.

Теперь перейдем к тем произведениям, которые я назвал «крепкими середнячками», хотя, если говорить точнее, этим работам не хватило того или иного фактора, чтобы составить достойную конкуренцию лучшим, по моему мнению, произведениям представленной антологии:

- Гиллиан Флинн в рассказе «Что мне делать?» буквально «порвала» меня, в хорошем смысле этого слова, своим литературным размахом — живые, проработанные персонажи, особенно оригинальной вышла главная героиня — практиковавшая «handjob» жрица любви, которая, в связи с профессиональной травмой запястья, была вынуждена переквалифицироваться в экстрасенса, мистический антураж проклятого дома, в духе первого сезона «Американской истории ужасов», семейная драма отношений мачехи и пасынка и концовка, которая... А вот как раз концовка оказалась слабым звеном произведения, автор буквально «слила» финал, развеяв таинственную атмосферу банальностью и убогостью.

- «Таверна семи благословений» Мэтью Хьюза — легкий, ни к чему не обязывающий рассказ о приключениях вора Раффалона, которому в течении всего повествования сказочно, а точнее, божественно везет, он умудряется не только избежать участи быть съеденным племенем людоедов и спасти из плена красотку, но и выпустив на волю целый сомн богов получить от каждого из них по благословению, причем без каких-либо подвохов, и все бы хорошо, но авторы фэнтезийной литературы настолько приучили своего читателя к факту, который звучит как аксиома — «честных сделок с богами не бывает», что подобный финал хотя и оставляет приятные ощущения, но выглядит несколько просто.

- «Смуглые девки» Майкла Суэнвика — это еще одна история о приключениях Даргера и Довеска, на этот раз их ждет Новый Орлеан, где неразлучная парочка аферистов попытается воплотить в жизнь очередную мошенническую операцию, кстати, единственный минус произведения заключается именно в концепции аферы — друзья планируют «кинуть» трех бонз преступного мира города предлагая им настолько простенькую схему, что не заметить подвоха могли бы только полные лохи, а уж никак не авторитетные товарищи. В остальном же рассказ идеален — автор создал интересный, перспективный мир, населив его нетривиальными персонажами, а, кроме того, удивительно бережно перенес на страницы книги дух города свободы, джаза и беззаботности.

- самым атмосферным произведением антологии, по моему мнению, оказался рассказ Дэниела Абрахама, «Суть любви», воздух Независимого Северного Берега, места в котором разворачиваются события, буквально пропитан запахами нищеты. отчаяния, продажной любви, дешевой выпивки и опиума, автор показывает читателю настолько отталкивающее место, что в нем страшно оказаться даже на короткое время, однако, создав колоритный до дрожи мир и населив его запоминающимися персонажами, Дэниел Абрахам несколько «сэкономил» на образах главных героях, оставив их слишком поверхностными и недоработанными.

- еще один легкий, забавный рассказ — это «Недоразумение в Тире» Стивена Сэйлора, в котором автор отдает дань уважения творчеству Фрица Лейбера и его самым знаменитых персонажам. Римский юноша Гордиан путешествуя вместе со своим учителем греческим поэтом Антипатром Сидонийским оказываются в одной из таверн Тира, стены которой расписаны картинками из жизни Фафхрда и Серого Мышелова, Гордиану предстоит не только узнать истории приключений кумиров юности своего учителя, но и самому стать непосредственным участником сделки по продаже знаменитых Книг Тайного Знания, таким образом судьбы героев циклов Стивена Сэйлора и Фрица Лейбера оказываются связанными друг с другом сквозь время и пространство.

- Уолтер Йон Уильямс, в повести «Бриллианты из текилы», подобно пронырливому журналисту ведет репортаж без купюр с площадки съемок очередного голливудского блокбастера, показывая не только производственный процесс, но и вытаскивая на свет все грязное белье изнанки кинобизнеса, читатель получает крутой коктейль из лживых чувств, наигранных, но обязательно взаимовыгодных отношений, наркотиков, секса, разбитых судеб, больших денег и смертей. Водоворот событий раскручивается все быстрее втягивая в себя новых действующих лиц и уже кажется, что нас ждет забойная концовка... Но в самый ответственный момент автор, словно испугавшись масштаба собственного замысла, обескураживает читателя слащавым, неправдоподобным финалом.

Вполне ожидаемым был тот факт, что лучшими произведениями «Негодяев» станут работы мастодонтов мировой фантастики, чьи имена уже давно не нуждаются в представлении, но тем приятнее увидеть в этой плеяде двух авторов, творчество которых еще мало знакомо российским читателям:

- Филлис Эйзенштейн в рассказе «Караван в никуда» удивляет своего читателя не только проработанными персонажами, неожиданными сюжетными ходами, неизбитым местом действия и оригинальным взглядом на проблему наркомании, но и тем, как удивительно точно, буквально осязаемо, ей удалось передать атмосферу Востока — караван, пустыня, миражи, океан песка, оазисы и барханы — все это складывается в цельную, удивительную картину. Перед нами как раз тот случай, когда все элементы повествования находятся на своих местах и, по воле искусного рассказчика, переплетаются в потрясающий своей красотой узор.

- рассказ Дэвида Болла, «Сертификат происхождения», выделяется на фоне других работ антологии не только жанром — перед нами полноценное историческое произведение, но и выбором главного героя, в данном случае — это шедевр живописи работы Кавараджо, автор сквозь время и пространство прослеживает историю картины, рассказывает о жизни ее создателя и судьбах людей, которые были так или иначе связаны с ней. Кроме того, Дэвид Болл предлагает читателю задуматься и самому выбрать кандидатуру главного злодея, причем претендентов на эту роль собралось более чем достаточно — офицер СС, готовый пойти на любое злодеяние ради обладания картиной, его брат, нарисовавший копии и торгующий ими, проповедник, наживший бешеное состояние на подаяниях прихожан или священник, защищающий тайну нахождения шедевра ценой жизней верующих своей паствы?!

- Скотт Линч в рассказе «Год и день в старом Терадане» рассказал нам историю, в которой все элементы повествования отличаются необычностью — оригинальная команда героев-преступников, город, где многие годы не затихает разрушительное противостояние могущественных волшебников, миссия, полученная от одной из противоборствующих сторон в наказание за чрезмерное употребление горячительных напитков, и нетривиальный подход к решению задачи. Также, хотелось бы сказать о том, что «Год и день в старом Терадане» получился очень насыщенным — событий и сюжетных ходов вполне могло бы хватить на полноценный роман, а если еще и учесть предысторию приключений героев, то и на целый цикл.

- рассказ «Груз слоновой кости» стал моим первым знакомством с творчеством Гарта Никса и нужно сказать, что я очарован. Прекрасный фэнтезийный мир в лучших традициях жанра, интересные герои, странствующий рыцарь Сэр Герварл и волшебник Мистер Фитц, который оказывается куклой — этакие тайные агенты на службе Совета по исполнению Договора Мировой Безопасности, динамичный сюжет, держащий в постоянном напряжении, оригинальный подход к подаче информации читателю в виде ироничных диалогов главных героев — вот лишь некоторые элементы этого прекрасного произведения. Очень жаль, что ранее я не обращал внимание на работы Гарта Никса, но после прочтения «Груза слоновой кости» с нетерпением жду новых встреч, как с Сэром Герваром и Мистером Фитцом, так и с другими героями произведений австралийского писателя.

- я очень надеюсь, что когда-нибудь Нил Гейман напишет продолжение своего великолепного «Никогде», а пока любители творчества британского писателя могут скрасить гипотетическое ожидания «большого» возвращения в мир Нижнего Лондона прекрасным рассказом «Как маркиз свой кафтан назад получил». Только Мастеру под силу превратить такое, казалось бы, банальное действие как возврат потерянной вещи, в полноценную приключенческую историю, причем автор не ограничивается уже знакомыми персонажами и локациями, а открывает новые проходы в еще неизведанные места лабиринта нижнего города, населяет свою вселенную доселе неизвестными народами, а также знакомит с новыми запоминающимися героями.

- о каких только теориях заговора нам не приходилось читать, чего только не выдумывали авторы, чтобы удивить своего читателя очередной конспирологической идеей на волне моды на подобную литературу, сейчас, когда ураган любви к Дэну Брауну и компании заметно утих, Конни Уиллис в ироническом рассказе «Впервые на экране» представляет свою концепцию гипотетической лжи мирового масштаба — зачем тратить большие деньги на производство очередного блокбастера, когда можно ограничиться трейлером, а потом просто всеми возможными способами не пустить купивших билет зрителей на сеанс?! Несмотря на то, что перед нами произведение-шутка, возможность ситуации, с которой столкнулись герои рассказа не так уж и мала, по крайней мере в российском кинопроизводстве давно уже используют предложенную автором схему, правда пока только в облегченной версии.

- к сожалению, я пока не знаком с основными произведениями из цикла Патрика Ротфусса, «Хроника Убийцы Короля», поэтому судить о влиянии повести «Грозовое дерево» на эпопею в целом я пока не готов, однако, прочитав представленное в антологии произведение не могу не отметить легкий, почти воздушный, авторский стиль, наполненный постоянным действием сюжет и плеяду запоминающихся персонажей.

- конечно мы все беззаветно верим, что полки книжных магазинов в ближайшие годы украсят романы, завершающие основную сагу «Песни Льда и Огня», но когда это случится, видимо, не знает даже сам автор. Чтобы фанаты серии окончательно не разочаровались в своем ожидании, Джордж Мартин периодически радует своих читателей произведениями, которые проливают свет на различные события вселенной Семи королевств. Рассказ «Принц-негодяй, брат короля» рассказывает нам о жизни принца Деймона Таргариана, фигуры одиозной и далеко неоднозначной, деяния которого ввергли страну в кровопролитную войну, известную как «Танец с драконами». Хотелось бы отметить, что воспринимать данный рассказ как художественное произведение удается лишь с натяжкой, больше похоже, что перед нами один из параграфов учебника по истории Вестероса.

- и в заключении несколько слов о самом лучшем, по моему мнению, произведении «Негодяев». «Жить всё труднее» Джо Аберкромби — это динамичное, захватывающее, не дающее читателю ни на секунду расслабиться действо, в котором уровень экшена временами настолько зашкаливает, что существует возможность забыть из-за чего разгорелся весь сыр-бор, хотя, по правде сказать, достоверно об этом ни герои, ни читатель и не знали. Концентрация негодяев на каждую страницу повествования просто зашкаливает, причем автор уделяет внимание каждому персонажу, мастерски, двумя-тремя предложениями, создавая полноценную личность.

Итог: Джордж Мартин и Гарднер Дозуа собрали повести и рассказы, которые показали образ негодяя практически во всех его проявлениях, но, к сожалению, далеко не все произведения антологии оказались высокого уровня.

fantlab.ru

Книга: Мартин Р.Р. Джордж. Негодяи

НегодяиХан Соло вполне мог бы почивать на лаврах. Как-никак этот самоуверенный контрабандист и капитан"Сокола тысячелетия"сыграл ключевую роль в дерзком налете на — (формат: Твердая бумажная, 287 стр.) Подробнее...210бумажная книга
Владимир МединскийНегодяи и гении PR. От Рюрика до Ивана III ГрозногоВ этой книге о многом говорится впервые, многое предстает в ней в неожиданном виде. Кто был основателем русского государства? Варяги? Кто был первым князем? Рюрик? Это не так. Но если вы так думаете… — Питер, (формат: 60x90/16, 320 стр.) 1000лет русского PR Подробнее...2008660бумажная книга
Зан Т.Негодяи: романХан Соло вполне мог бы почивать на лаврах. Как-никак, этот самоуверенный контрабандист и капитан «Тысячелетнего сокола» сыграл ключевую роль в дерзком налете на «Звезду смерти», гибель которой стала… — Азбука, (формат: 126х200, 416 стр.) звездные войны Подробнее...2015304бумажная книга
Тимоти ЗанНегодяи. Звёздные ВойныХан Соло вполне мог бы почивать на лаврах. Как-никак этот самоуверенный контрабандист и капитан "Сокола тысячелетия" сыграл ключевую роль в — Азбука, (формат: Твердая бумажная, 287 стр.) Подробнее...2016199бумажная книга
Негодяи (изд. 2015 г. )`Подлецы, ловкачи и прохвосты. Лоботрясы, воры, обманщики и плуты. Плохие парни и девчонки. Жулики, соблазнители, трюкачи, самозванцы, лжецы, хамы_ имен у них много, онипоявляются в самых разных… — ЭКСМО, (формат: Твердая бумажная, 287 стр.) The Best Of.Фантастика Подробнее...2015486бумажная книга
Квартет ИСамая смешная книга Мексиканские негодяи и не только…Театр "Квартет И" Самая смешная книга. Мексиканские негодяи и не только... Театр «Квартет И» представляет идеальную программу телепередач, включающую в себя самое главное: культовый сериал… — АСТ, (формат: Твердая бумажная, 287 стр.) Подробнее...200877бумажная книга
Самая смешная книга. Мексиканские негодяи и не толькоТеатр «Квартет И» представляет идеальную программу телепередач, включающую в себя самое главное: культовый сериал «Мексиканские негодяи», интерактивные опросы, рейтинговые новости культуры, анонсы… — АСТ, (формат: 60x90/16, 320 стр.) Театр"Квартет И" Подробнее...200860бумажная книга
Самая смешная книга: Мексиканские негодяи и не только...Театр "Квартет И" представляет идеальную программу телепередач, включающую в себя самое главное: культовый сериал" Мексиканские негодяи", интерактивные опросы, рейтинговые новости культуры, анонсы"… — АСТ, (формат: 60x90/16, 320 стр.) Очень смешная книга Подробнее...2008401бумажная книга
Театр "Квартет И"Самая смешная книга. Мексиканские негодяи и не только...Театр «Квартет И» представляет идеальную программу телепередач, включающую в себя самое главное: культовый сериал «Мексиканские негодяи», интерактивные опросы, рейтинговые новости культуры, анонсы… — АСТ Москва, Харвест, Жанры, АСТ, (формат: 60x84/16, 288 стр.) Подробнее...2008196.7бумажная книга
Театр "Квартет И"Самая смешная книга. Мексиканские негодяи и не только...Театр "Квартет И" представляет идеальную программу телепередач, включающую в себя самое главное: культовый сериал "Мексиканские негодяи", интерактивные опросы, рейтинговые новости культуры, анонсы… — АСТ, АСТ Москва, Харвест, (формат: 60x84/16, 288 стр.) Подробнее...2008300бумажная книга
Самая смешная книга. Мексиканские негодяи и не только…Театр"Квартет И"представляет идеальную программу телепередач, включающую в себя самое главное: культовый сериал"Мексиканские негодяи", интерактивные опросы, рейтинговые новости культуры, анонсы"Как… — Белония М ООО, (формат: 126х200, 416 стр.) Квартет И Подробнее...200860бумажная книга
Grotesque Tactics:Настоящие негодяи"Grotesque Tactics:Настоящие негодяи" - это ироничная фэнтезийная РПГ с интересным сценарием и тактическими элементами. Юный призывник Дрейк проваливается на экзамене в Военную академию, и поэтому… — (формат: Твердая бумажная, 287 стр.) Подробнее...311бумажная книга
Театр Квартет ИСамая смешная книга. Мексиканские негодяи и не только...Театр Квартет И представляет идеальную программу телепередач, включающую в себя самое главное: культовый сериал Мексиканские негодяи, интерактивные опросы, рейтинговые новости культуры, анонсы Как Бы… — АСТ, АСТ Москва, Харвест, (формат: Твердая бумажная, 287 стр.) Подробнее...2008105бумажная книга
Мошенники и негодяиКнига представляет собой сборник потрясающих подлинных историй о самых изысканных надувательствах и махинациях, проделанных гениями мошенничества и величайшимиаферистами, а также триллеров и… — Сыщик России, (формат: 84x108/32, 380 стр.) Подробнее...1992310бумажная книга
Зан Т.Звёздные войны. НегодяиХан Соло вполне мог бы почивать на лаврах. Как-никак, этот самоуверенный контрабандист и капитан 171;Тысячелетнего сокола 187;сыграл ключевую роль в дерзком налете на 171;Звезду смерти 187… — Азбука, (формат: 60x84/16, 288 стр.) Звездные войны Подробнее...2015300бумажная книга

dic.academic.ru

Читать книгу Негодяи (сборник) Гиллиан Флинн : онлайн чтение

Текущая страница: 1 (всего у книги 53 страниц) [доступный отрывок для чтения: 14 страниц]

Негодяи (сборник)

Rogues

Copyright © 2014 by George R. R. Martin and Gardner Dozois.

Introduction copyright © 2014 by George R. R. Martin.

This translation is published by arrangement with Bantam Books, an imprint of Random House, a division of Random House LLC.

© А. Хромова, В. Русанов, М. Новыш, перевод на русский язык, 2015

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2015

* * *

Посвящается Джо и Джей Хальдеман, паре негодяев и головорезов

Джордж Р. Р. Мартин«Все Любят Негодяев»

…хотя иногда жалеют об этом всю оставшуюся жизнь.

Подлецы, ловкачи и прохвосты. Лоботрясы, воры, обманщики и плуты. Плохие парни и девчонки. Жулики, соблазнители, трюкачи, самозванцы, лжецы, хамы… имен у них много, они появляются в самых разных книгах, всех стилей, что придуманы в этом мире, в мифах и легендах… о да, и, конечно же, на всем протяжении истории человечества. Дети Локи, братья Койота. Иногда они герои, иногда – злодеи. Но чаще всего они – нечто среднее, персонажи серого цвета… а серый всегда был моим любимым. Он ведь настолько интереснее просто черного или просто белого.

Думаю, я всегда был неравнодушен к негодяям. В пятидесятых, когда я был мальчишкой, когда добрая половина лучшего эфирного времени на телевидении была оккупирована ситкомами, другую половину твердо занимали вестерны. Мой отец любил вестерны, так что, пока я рос, я увидел их все, бесконечную череду шерифов и маршалов с Фронтира со стальными подбородками, один героичнее другого. Маршал Дилон, что скала, Уайат Эрп, храбрый, отважный и дерзкий (в песне, сделанной темой фильмов, об этом очень хорошо сказано). Одинокий Рейнджер, Хопалонг Кэссиди, Джин Отри и Рой Роджерс, героические, благородные, выдающиеся, отличный пример для любого молодого парня… и такие нереальные. Моими любимыми героями вестернов были те двое, что нарушали правила: Паладин, одевавшийся в черное (прямо будто злодей) всякий раз, как отправлялся в дорогу, но похожий на изнеженного денди всякий раз, как окажется в Сан-Франциско, «встречавшийся» (гм!) с хорошенькими девушками, меняя их каждую неделю, оказывавший услуги за деньги (герои ведь денег не берут), и братья Мэверик (в особенности Брет), очаровательные ловкачи, одевавшиеся, подобно профессиональным игрокам, в черные костюмы с узкими галстуками и модные роскошные жилеты, вместо обычных для маршалов Фронтира хлопковых жилетов, кокард и белых шляп. Таких, скорее, увидишь за покерным столом, чем в перестрелке.

Знаете, просматривая сегодня «Мэверика» и «Пушка есть – поехали», я понимаю, что они мне нравятся куда больше других вестернов тех времен. Можете сказать, что у них был сценарий получше, актеры получше, режиссеры получше, чем у прочих «лошадиных опер», и, возможно, будете правы… но я считаю, что фактор негодяя тоже сыграл свою роль.

Хорошего негодяя оценят не только поклонники старых вестернов. Суть в том, что этот архетип присутствует во всех жанрах и произведениях.

Клинт Иствуд стал звездой, играя таких персонажей, как Шумный Йейтс, Грязный Гарри и Человек Без Имени, негодяев. Если бы он сыграл Тихого Йейтса, Дотошного Билли и Человека С Двумя Удостоверениями, о нем никто бы и не услышал. Ну, конечно, когда я в колледже учился, я был знаком с девушкой, которая предпочитала Эшли Уилкса, всего такого благородного и жертвенного, по сравнению с грубияном Реттом Батлером, игроком, контрабандистом, прорывавшим блокаду… думаю, она одна такая была. Половина знакомых мне женщин, не задумываясь, предпочли бы Эшли Ретта, не говоря уже о Фрэнке Кеннеди и Чарльзе Уилксе. Харрисон Форд обрел популярность, играя негодяев, везде, и началось все с Хана Соло и Индианы Джонса. Есть ли хоть кто-то, кто честно предпочтет Хану Соло Люка Скайуокера? Ну да, Хан сразу сказал, что ввязывается в дело ради денег… отчего еще более потрясающим выглядело, когда под конец того эпизода «Звездных войн» он запулил Дарту Вейдеру ракетой под зад. (И, КОНЕЧНО ЖЕ, он выстрелил первым, что бы там потом Джордж Лукас ни пытался разъяснить насчет первого фильма трилогии.) А Инди… Инди – просто образцовый негодяй. Вытащить револьвер и застрелить того парня с мечом – абсолютно бесчестно… но, ради всего святого, разве не за это мы его и любим?

Но негодяи правят не только в кино и на телевидении. Поглядите в книги.

Например, эпическую фэнтези.

Нынче фэнтези часто считают жанром, где абсолютное добро сражается с абсолютным злом, и, действительно, таких книг предостаточно, выходящих из-под пера бесчисленных подражателей Толкина, со всеми этими бесконечными темными владыками, злобными прислужниками и героями с квадратной челюстью. Но более ранние образчики фэнтези так и пестрят разными негодяями. Как и те, что идут в общем стиле «меча и магии». Конана Киммерийского, конечно, некоторые называют героем, но давайте не будем забывать, что еще он был вором, разбойником, пиратом, наемником, да и узурпатором к тому же, который сам себя посадил на украденный трон… а еще он спал с каждой красивой женщиной, какая по дороге попадалась. Фафхрд и Серый Мышелов еще большие негодяи, пусть и менее удачливые. Вряд ли кто-нибудь из них окончит свои дни королем. А еще Ловкач Кугель Джека Вэнса, совершенно аморальный (и совершенно очаровательный), тот, чьи планы никогда не приводят к желаемому результату, и тем не менее…

В исторических романах тоже достаточно удалых, хитрых и изворотливых прохвостов. Три мушкетера определенно не были чужды негодяйству (без него головорезом не станешь). Ретт Батлер в романе был не меньшим негодяем, чем в фильме. Майкл Шейбон подарил нам еще двоих чудесных негодяев, Амрама и Зеликмана из его исторического романа «Джентльмены с большой дороги». Надеюсь, на этой книге их история не закончится. Ну и, конечно же, бессмертный Гарри Флэшмен, придуманный Джорджем Макдональдом Фрэйзером (сэр Гарри Пэджет Флэшмен, кавалер Креста Виктории, ордена Бани и ордена Индийской империи, если вам угодно), персонаж, типа-вроде позаимствованный из «Школьных лет Тома Брауна», классического британского романа Томаса Хьюза о частной школе (вроде «Гарри Поттера», но без квиддича, магии и девочек). Если вы не читали книг Макдональда о Флэшмене (Хьюза можете смело пропустить, если не интересуетесь викторианским морализаторством), вам еще предстоит познакомиться с величайшим негодяем во всей литературе. Приглашаю вас пережить это.

Вестерны? Черт, весь Дикий Запад кишмя кишел негодяями. Герой вне закона – не редкость, как и злодей вне закона, если не чаще. Малыш Билли? Джесс Джеймс и его банда? Док Холидэй, негодяй и гениальный дантист? Если мы еще раз обратимся к телевидению, на сей раз кабельному, вот вам известный и всеми восхваляемый «Дэдвуд» на НВО, и его главный герой, подлец Эл Сверенген. В исполнении Иэна Мак-Шейна Сверенген полностью затмевает того, кто предполагался героем, шерифа. Что ж, у негодяев всегда хорошо получалось воровать чужое. Это одно из лучших их умений.

А что насчет романтического жанра? Хо-хо. В романтических произведениях девушка почти всегда достается негодяю. В наши дни девушка САМА может оказаться негодяем, и это часто смотрится еще круче. Так приятно, когда шаблоны переворачивают с ног на голову.

В жанре детектива есть целые субжанры, посвященные негодяям. Частные сыщики всегда немного негодяи, будь они прямодушными и законопослушными, «ничего, кроме фактов, мэм», это были бы копы. А так – они иные.

Можно продолжать и дальше. Беллетристика, готика, паранормальное, ужасы, киберпанк, книги для девушек, стимпанк, городская фэнтези, романы о медицине, трагедии, комедии, эротика, триллеры, космическая опера, лошадиная опера, романы о спорте, романы о войне, романы о ковбоях… везде есть место негодяям, пусть и не всегда, но чаще они являются там самыми любимыми и самыми запоминающимися персонажами.

Не все эти жанры представлены в данном сборнике, увы… хотя отчасти мне этого хотелось бы. Может, я и сам негодяй, отчасти, может, мне нравится рисовать не по шаблону, но, на самом деле, я просто не очень-то признаю ограничения жанров. Сейчас я более известен как писатель в жанре фэнтези, но «Негодяи» не задумывались как антология произведений в этом жанре… пусть и фантазии тут немало. Мой собрат-редактор, Гарднер Дозуа, пару десятилетий проработал редактором в журнале научной фантастики, но «Негодяи» не стали и антологией научной фантастики… пусть тут и есть несколько научно-фантастических произведений, не хуже тех, что публикуются в ежемесячниках.

Подобно «Воинам» и «Опасным женщинам», нашим предыдущим антологиям, «Негодяи» задумывались как нечто, нарушающее всякие границы жанров. Тема универсальна, а и я, и Гарднер любим хорошую литературу, вне зависимости от времени и места действия, как и жанра, в котором она написана. Так что мы просто пригласили известных авторов, пишущих эпическую фэнтези, романы меча и магии, городскую фэнтези, научную фантастику, романтику, детективы (замысловатые или жесткие), триллеры, исторические романы, любовные, вестерны, нуар, ужасы… сами можете дать название. Не все они приняли приглашение, но многие, и результаты вы увидите на следующих страницах. Среди наших участников люди, получавшие всемирно известные награды, авторы бестселлеров, работающие с дюжиной разных издательств. Мы просили их лишь об одном – пусть это будет рассказ о негодяях, наполненный крутыми поворотами сюжета, хитроумными планами и ловкими ходами. Никому из наших авторов мы не задавали рамок определенного жанра. Некоторые решили писать в том жанре, в котором более всего прославились. Другие решили попытаться поработать в непривычных для себя.

В предисловии к «Воинам», нашей первой антологии на стыке множества жанров, я рассказывал о том, как рос в пятидесятых в Байонне, штат Нью-Джерси, в городе, где не было ни одного книжного магазина. Все, что я читал, я покупал в газетных ларьках, кондитерских, с вертушек в магазинах. Лежавшие на этих вертушках книги в мягкой обложке не раскладывали по жанрам. Напихивали побольше, один экземпляр той, два – этой. Можно было увидеть «Братьев Карамазовых», втиснутых между женским романом и последней книжкой Микки Спиллейна о Майке Хаммере. Дороти Паркер могла соседствовать с Дороти Сэйерс, Ральфом Эллисоном и Джеромом Сэлинджером. Макс Бранд мог лежать вплотную к Барбаре Картленд, Ван Вогту, Вудхаусу и Лавкрафту. Которые могли соседствовать со Скоттом Фитцджеральдом. Детективы, вестерны, готика, привидения, английская классика, современные «классические» романы и, конечно же, научная фантастика, фэнтези и ужасы – вот их всегда было в изобилии. Десять тысяч разных книг.

Мне это нравилось и до сих пор нравится. Спустя десятилетия (боюсь, слишком много десятилетий) традиции книгоиздательства изменились, появились сетевые книжные магазины, рамки жанров окостенели. Мне жаль, что так случилось. Книги должны расширять наш ум, вести нас туда, где мы никогда не были, показывать нам то, чего мы никогда не видели, расширять наш кругозор и менять наш взгляд на мир. Ограничение своего круга чтения одним жанром лишает этого. Оно ограничивает нас, делает нас меньше. Мне казалось тогда и кажется сейчас, что просто есть плохие и хорошие книги, и это единственное различие, которое имеет значение.

Нам кажется, что мы собрали здесь достаточно хорошие книги. Вы познакомитесь с негодяями всех оттенков, мастей и масштаба, в самой разной обстановке, в книгах, представляющих собой хорошую смесь жанров. Но вы не будете знать, в каком жанре они написаны, пока их не прочтете, поскольку я и Гарднер, в лучших традициях тех проволочных вертушек прошлого, хорошенько их перемешали. Некоторые из них, возможно, написаны вашими любимыми авторами, другие же – теми, о которых вы вовсе не слышали (пока что). Мы надеемся, что по прочтении «Негодяев» некоторые из вторых перейдут в разряд первых.

Читайте с удовольствием… но будьте осторожны. Некоторые джентльмены и прекрасные леди с этих страниц не всегда заслуживают доверия.

Джо Аберкромби

Джо Аберкромби оказался одной из самых стремительно взошедших звезд на небосклоне фэнтези, получив признание читателей и критиков за жесткий, экономный и сугубо деловой подход к жанру. Пожалуй, самое известное его произведение – трилогия «Первый закон», первая часть которой «Кровь и железо» была опубликована в 2006 году. За ней последовали книги «Прежде, чем их повесят» и «Последний довод королей». Цикл продолжен двумя отдельными романами «Лучше подавать холодным» и «Герои». Последнее произведение Джо Аберкромби – роман «Красная страна». Кроме писательства Джо Аберкромби редактирует сценарии кинофильмов. Живет и работает в Лондоне.

На страницах остросюжетного триллера он проводит нас по грязным, запутанным, наполненным мелодиями, похожим на лабиринт улицам одного из самых опасных городов мира – Сипани, где люди играют в смертельные игры, дергая друг друга за ниточки. Ниточки… У кого же их нет?

Джо Аберкромби«Жить все труднее»

Дьявольщина, как же она ненавидела Сипани.

Проклятый слепящий туман, проклятый плеск волны и проклятая всепоглощающая тошнотворная вонь отбросов. Проклятые балы, маскарады и попойки. Веселье… Здесь каждый до чертиков весел или, по крайней мере, притворяется веселым. А хуже всего, что все люди – сволочи. Все поголовно – мужчины, женщины, дети – мерзавцы. А многие еще и дураки и лжецы.

Карколф ненавидела Сипани. Но снова вернулась сюда. А теперь задавалась вопросом – и кто же здесь дурак?

Из тумана перед ней донесся взрыв смеха, Карколф скользнула под прикрытие дверного проема, одной рукой поглаживая эфес меча. Хороший курьер не доверяет никому, а она была самым лучшим. И в Сипани она доверяла… Пожалуй, меньше чем никому.

Еще одна шайка пьяных гуляк вынырнула из мрака. Человек в маске в виде «месяца» тыкал пальцем в женщину, которая нарезалась так, что свалилась, не устояв на высоких каблуках. Все хохотали. Один потрясал кружевными манжетами, словно в жизни не видел ничего более веселого, чем человек, напившийся так, что не в силах стоять на ногах. Карколф подняла глаза к небу, утешая себя мыслями, что под масками они ненавидят город так же, как и она, даже когда пытаются развлекаться.

Уединившись в арке под дверью, Карколф нахмурилась. Черт возьми, ей просто необходим отдых. Иначе она превратится в сраную сучку. Осталось не так много, а дальше будет только хуже. Уподобиться людям, которые презирали весь мир? Неужели она превращается в своего проклятого отца?

– Только не это, – пробормотала она.

В тот миг, когда пьяницы растворились в темноте, Карколф выскользнула из укрытия и припустила – ни слишком быстро, ни слишком медленно, – бесшумно ступая мягкими сапожками по мокрой мостовой. Неприметный плащ делал ее почти невидимой, скрывая очертания и позволяя затеряться среди самых обычных людей, которых в Сипани почти не осталось.

Где-то к западу отсюда ее окованная сталью карета мчится по широким улицам с немыслимой скоростью. Железные колеса высекают яркие искры из камня, грохочут на мостах. Напуганные случайные прохожие кидаются врассыпную. Кнут возницы стегает по взмыленным бокам коней. Дюжина наемных охранников топочет следом. Свет фонарей играет на капельках воды, которые усеивают доспехи. Само собой, пока люди Рудокопа не начинают свою игру: свистят стрелы, кричат люди, ржут кони, рухнувшая карета вылетает на обочину, звенят клинки, и, наконец, замок с железного сундука сорван при помощи огненного зелья, нетерпеливые ладони разгоняют клубы удушливого дыма, крышка поднята и… пустота.

Карколф позволила себе мимолетную улыбку, похлопав по выпуклости у ее ребер. Груз надежно спрятан, зашит в подкладку ее плаща.

Сосредоточившись, она слегка разбежалась и, пролетев три шага над маслянистой водой, опустилась на скрипнувшую под ее весом палубу полуразрушенной баржи, покачнулась, но устояла на ногах. Конечно, можно было пойти в обход по Финтайн-Бридж, но это лишний крюк, тем паче путь хорошо просматривался, а лодка скрывалась в тени, и, кроме того, дорога существенно укорачивалась. Она много раз это проверяла. По мере возможности Карколф старалась не полагаться на волю случая. По ее опыту, удача была той еще шлюхой.

Сморщенный тип выглянул из темноты каюты. Пар валил из помятого чайника.

– Ты кто, черт подери?

– Никто! – радостно откликнулась Карколф. – Просто иду мимо!

И прыгнула с качающихся досок на каменный парапет с той стороны канала, растворившись в тумане, который смердел сырой землей. «Просто иду мимо». Прямиком в порт, чтобы продолжить увлекательное путешествие, теперь уже по воле волн. Или, хотя бы, превратиться в сраную сучку. Везде, где Карколф бывала, она не оставляла следов. Всегда просто проходила мимо.

Где-то на востоке этот придурочный Помбрайн ехал верхом в окружении четырех телохранителей. Он совсем не похож на нее, особенно усы и всякое такое, но кутался в ее плащ с приметной вышивкой, а потому вполне мог сойти за ее двойника. Нищий сутенер, самодовольно полагающий, что вынужден играть роль Карколф, пока состоятельная дама, избегающая огласки, посещает любовника. Она вздохнула. Как бы не так… Карколф утешила себя мыслью, как обалдеет Помбрайн, когда эти два ублюдка, Омут и Отмель, выдернут его из седла и поразятся его усам, а потом, с возрастающим разочарованием, заглянут под плащ и, наконец, выпотрошат его труп, чтобы найти… не найти ничего.

Карколф вновь похлопала по выпуклости и прибавила шаг. Потому-то она и шла выверенной дорогой, в одиночку и пешком, по переулкам и подворотням, избегая проходных дворов и старых лестниц, мимо рушащихся дворцов и ветшающих доходных домов, через ворота, открытые ненадолго, согласно тайной договоренности, а потом по короткому отрезку канала, который приведет ее в порт, позволяя выгадать час или два.

Похоже, после этого задания ей в самом деле придется передохнуть. Она молча провела языком по внутренней части нижней губы, где в последнее время образовалась маленькая, но очень и очень болезненная язвочка. Все, что она видит, – работа. Может, съездить в Адую? Погостить у брата, повидать племянниц? Сколько им лет сейчас? Тьфу ты… Нет уж, она припомнила, какой мерзкой сукой была ее невестка. Одна из тех, которая готова издеваться над всеми. Похожа на отца Карколф. Не поэтому ли брат взял замуж настолько отвратную женщину?..

Когда Карколф нырнула под растрескавшуюся арку, откуда-то донеслась музыка. Скрипач либо настраивал инструмент, либо играл на удивление отвратно. Но здесь и не такое услышишь. На поросшей мхом стене хлопали и шуршали бумажки, на которых виднелись едва заметные буковки, призывающие патриотично настроенных граждан города восстать против тирании Снейка Талиса. Карколф фыркнула. Большинство обитателей Сипани предпочитали опускаться, а не восставать, а среди оставшихся патриотов днем с огнем не сыщешь.

Она попыталась пальцами оттянуть натирающие кожу брюки, но безрезультатно. Ну, сколько надо заплатить портному, чтобы получить одежду, которая не трет и не давит? Карколф перепрыгнула на узкую дорожку рядом с застоявшимся каналом, чью поверхность покрывала тина и мусор, на ходу стараясь поправить шов. Не помогало. Будь проклята эта мода на облегающие брюки! Возможно, это наказание свыше за то, что она расплатилась с портным фальшивыми монетами? Но по обыкновению Карколф больше интересовало сиюминутное благополучие, чем вселенские кары, и она стремилась уклоняться от платы всякий раз, как только могла. Это стало поистине ее жизненным принципом, а отец говорил, что человек должен во что бы то ни стало придерживаться принципов.

Дьявольщина! Она в самом деле начала превращаться в своего отца.

– Ха!

Оборванная фигура выскочила из-под арки. Слабый отсвет мелькнул на клинке. Помимо воли охнув, Карколф отпрянула, отбрасывая полу плаща и пытаясь нашарить оружие, уверенная, что пришел ее конец. Рудокоп сыграл на опережение? Или это Омут и Отмель? Или наемники Куррикана? Но никто больше не показывался. Только единственный мужчина, нечесаный, с бледной влажной кожей, кутавшийся в латаный плащ и замотавший нижнюю часть лица ветхим шарфом, поверх которого угрожающе сверкали налитые кровью глаза.

– Стоять, не двигаться! – рявкнул он слегка приглушенно из-за шарфа.

– Кто это говорит? – подняла брови Карколф.

На несколько мгновений повисла тишина, лишь бились вонючие воды о камни.

– Ты – женщина? – почти извиняясь, спросил возможный грабитель.

– А если да, ты меня пропустишь?

– Ну… э… – Разбойник, казалось, колебался, но взял себя в руки. – Все равно стоять и не двигаться!

– Но почему? – поинтересовалась Карколф.

– Потому что у меня есть кое-какой долг… – Острие шпаги неуверенно дернулось. – Не твое дело!

– Я не об этом. Почему ты не убил меня сразу, чтобы обобрать труп? Зачем предупреждаешь?

Еще мгновение тишины.

– Я думал… Я хотел бы избежать крови. Но я предупреждаю – меня не остановить!

Он оказался проклятым обывателем. Просто грабитель, наткнувшийся на нее. Случайность. Это к вопросу о шлюхе-удаче! Только не для него.

– Вы, господин, всего лишь дрянной разбойник, – сказала она.

– Я – джентльмен, госпожа.

– Ты – мертвый джентльмен! – Карколф шагнула вперед, выбрасывая отточенный до бритвенной остроты клинок длиною в фут.

Лезвие отразило свет из окна над ними. Карколф не слишком много времени посвящала упражнениям с кинжалом, но все равно управлялась с ним лучше, чем с мечом.

Этому оборванцу с помойки не справиться с ней.

– Я зарежу тебя, как…

Но человек двигался с поразительной скоростью. Звякнула сталь. Карколф даже подумала о волшебстве. Кинжал вывернулся из ее пальцев, скользнул по липким камням и плюхнулся в канал.

– Ах! – воскликнула она.

Положение менялось на глазах. Напавший на нее не был таким мужланом, как казался. Во всяком случае, когда дело касалось игры клинков. А надо было предполагать. В Сипани ничего не бывает тем, чем выглядит.

– Деньги сюда! – потребовал он.

– Да забирай! – Карколф выхватила кошелек и швырнула им в стену, рассчитывая проскочить, когда он отвлечется.

Увы, он выхватил деньги из воздуха с впечатляющей ловкостью и острием шпаги перекрыл ей путь к спасению. Легонько толкнул оружием в выпуклость под ее плащом.

– Что это… что у тебя там?

А вот это хуже, гораздо хуже.

– Ничего. Совсем ничего, – попыталась соврать Карколф с неестественным смешком. Корабль вот-вот отойдет от причала, а ее на борту не было. Не попала она на борт проклятого судна, чтобы начать путешествие в Тхонд. Она ткнула пальцем в сторону порта. – У меня есть очень важное дело, так что если…

С легким шелестом шпага разрезала ее плащ.

– Ой! – моргнула Карколф.

Боль обожгла ребра. Клинок полоснул слишком глубоко.

– Ой… – Полностью растерянная, Карколф упала на колени. Кровь сочилась между пальцами, которыми она пыталась зажать бок.

– Ох, ты ж… Нет… Простите… Я, правда… Нет, в самом деле, я не хотел вас ранить. Я просто хотел…

– Ой…

Груз, слегка измазанный кровью Карколф, выпал на мостовую. Продолговатый сверток длиной в фут, завернутый в крашеную кожу.

– Мне нужен лекарь… – выдохнула Карколф своим самым отработанным «я-беспомощная-женщина» голосом. Великая герцогиня всегда упрекала ее в чрезмерном лицедействе, но в таком положении слишком много лицедейства быть не может. Скорее всего, ей действительно нужен лекарь, и есть надежда, что грабитель наклонится, тогда она может пырнуть ублюдка ножом в лицо. – Ну, пожалуйста, прошу вас!

Он замялся, выпучив глаза. Дело явно зашло дальше, чем он предполагал. Но приблизился лишь для того, чтобы достать сверток, при этом не отводил от Карколф сверкающее острие шпаги.

Отчаянно меняя тактику, она изо всех сил старалась не допустить паники в голосе.

– Ну, хорошо, возьмите деньги, будьте счастливы с ними… – На самом деле Карколф желала ему не счастья, а сгнить в гробу. – Но для нас двоих будет лучше, если вы не прикоснетесь к свертку!

– Это еще почему? – Его рука зависла на полпути. – Что там?

– Я не знаю. Мне приказано не открывать.

– Кем приказано?

– Я не знаю, – нахмурилась она. – Но…

Кертис забрал сверток. Конечно, забрал. Он, может, и лопух, но не до такой же степени. Просто схватил сверток и побежал. Ясное дело, побежал. А как же иначе?

Резко свернул в переулок – сердце бешено стучало, наступил на поломанную корзину, поскользнулся, едва не проткнув себя собственной шпагой, проехался лицом по куче мусора, набрал полный рот отвратительной сладковатой дряни. Отплевываясь и бранясь, кинул испуганный взгляд через плечо…

Ни малейших признаков преследования. Лишь туман, глубокий туман, что кружил и шевелился, будто живой.

Он сунул сверток, теперь сырой и скользкий, под драный плащ и захромал дальше, потирая отбитую ягодицу и пытаясь выплюнуть гнилостно-сладкий привкус изо рта. Нельзя сказать, что на вкус это хуже, чем его завтрак. Пожалуй, даже лучше. Человек познается по его завтракам, говаривал его мастер по турнирам.

Кертис поглубже надвинул влажный капюшон, пропитанный запахом лука и нужды, сдернул кошелек со шпаги и вернул клинок в ножны. Потом выскользнул из переулка и затерялся в толпе, едва-едва касаясь ладонью рукояти, которая вызывала так много воспоминаний. Учеба и турниры, блестящее будущее и восхищение толпы. «Фехтование, мальчик мой, это способ достичь успеха! Зрители в Стирии знают толк в фехтовании, любят своих бойцов, ты сможешь сколотить целое состояние!» Лучшие времена… Тогда он не рядился в лохмотья, не выпрашивал обрезки у мясника, не грабил людей, чтобы выжить. Он скривился. Ограбил женщину. Можно ли назвать это борьбой за выживание? Кертис украдкой бросил взгляд через плечо. Вдруг он убил ее? От страха мурашки побежали по коже. Просто царапина. Просто царапина, правда ведь? Но он видел кровь. Господи, пусть это будет просто царапина! Он потер лицо, словно надеясь прогнать воспоминания, но не слишком преуспел. Один за другим в памяти всплывали поступки, о которых он раньше и помыслить не мог, не то что совершать. И вот они стали обыденностью.

Последний раз убедившись, что «хвоста» нет, он юркнул с улицы в зловонный двор, а выцветшие лица героев прошлого пялились на него со старых листовок. Поднялся по провонявшей мочой лестнице вокруг ствола мертвого дерева. Долго ковырялся ключом в липком замке.

– Будь ты проклят, гребаный, дерьмовый…

Бац!

Дверь неожиданно распахнулась, и Кертис ввалился в комнату, чуть не упав опять. Развернулся, запер ее и несколько мгновений стоял в затхлой темноте, тяжело дыша.

Кто мог бы сейчас поверить, что когда-то он фехтовал с самим королем? Он проиграл. Ну, конечно же, проиграл. Пропустил два укола и был повержен его величеством в пыль, но, тем не менее, он скрещивал клинки с королем? Вот этот самый клинок, сообразил он, ставя шпагу в угол за дверь. Зазубренную, потемневшую и даже слегка погнутую ближе к концу. Последние двадцать лет были одинаково неблагополучными как для шпаги, так и для ее хозяина.

Скинув плащ, Кертис швырнул его в угол и вытащил сверток, чтобы посмотреть – что же такое он раздобыл? Какое-то время возился с лампой в кромешной темноте и, наконец, получил какое-то подобие света, нахмурившись, когда жалкие закоулки его комнаты появились в поле зрения. Треснувшее стекло на окне, отсыревшая штукатурка вздулась пузырями, бугристый тюфяк, из которого торчали пучки соломы, служивший ему ложем, и немного деревянной скособоченной мебели…

На единственном стуле за единственным столом сидел человек. Крупный мужчина в широком плаще. Череп покрывала седеющая щетина. Он медленно выдохнул через плоский нос, и пара игральных костей выпала из его кулака на грязную столешницу.

– Шесть и два, – сказал гость. – Восемь.

– Кто ты, черт побери? – Голос Кертиса сорвался от испуга.

– Меня прислал Рудокоп, – он снова бросил кости. – Шесть и пять.

– Это значит, что я проигрываю? – Кертис кинул косой взгляд на шпагу, стараясь делать вид, что ничего не произошло. Интересно, как быстро он сможет прыгнуть в угол, обнажить клинок, принять стойку…

– Ты уже проиграл, – сказал здоровяк, мягко собирая кости в ладонь. Он поднял голову. Глаза невыразительные, как у мертвой рыбы. Как у рыбы, лежащей на рыночном лотке. Мертвые, темные и печально поблескивающие. – Хочешь знать, что будет, если ты полезешь за шпагой?

Кертис не был храбрецом. Никогда не был. Ему приходилось собирать все свое мужество, чтобы припугнуть кого-либо, а когда пугали его, отвага сразу же улетучивалась.

– Нет, – пробормотал он, опуская плечи.

– Кинь мне сверток, – приказал здоровяк. Кертис повиновался. – И кошелек!

Казалось, будто любое стремление сопротивляться покинуло Кертиса. Не осталось сил даже схитрить. Он едва-едва держался на ногах. Гость схватил брошенный на стол кошелек, кончиками пальцев растянул горловину и заглянул внутрь.

Заломив от отчаяния руки, Кертис простонал:

– Это все, что у меня есть.

– Я знаю, – ответил человек, вставая. – Я проверил.

Он вышел из-за стола, и Кертис отшатнулся к шкафу, в котором ничего не было, кроме пыли и паутины.

– Мой долг уплачен? – еле слышно спросил он.

– А ты как думаешь, уплачен твой долг?

Они обменялись взглядами. Кертис сглотнул комок в горле.

– А когда долг будет уплачен?

Здоровяк высоко поднял плечи.

– А как ты думаешь, когда он будет уплачен?

Кертис снова сглотнул, прошептал дрожащими губами:

– Когда Рудокоп скажет?

Здоровяк приподнял одну бровь, разделенную напополам проплешиной шрама.

– У тебя есть еще вопросы… на которые ты не знаешь ответы?

Фехтовальщик упал на колени, хватаясь за голову. Лицо гостя сквозь пелену слез расплывалось. Но стыда не было. Посещения Рудокопа лишили его остатков гордости уже давно.

– Оставь мне хоть что-нибудь… – прошептал он. – Хоть что-нибудь…

Гость обернулся, смерив его взглядом пустых рыбьих глаз.

– А зачем?

Балагур прихватил еще и шпагу – все равно, кроме нее, в комнате не было ничего ценного.

– Я приду через неделю, – сказал он.

Он не угрожал, просто предупредил заранее, в соответствии с условиями договора, но голова Кертиса дан Брой поникла, и он зарыдал.

Первым побуждением Балагура было утешить дворянчика, но он передумал. Зачем множить ошибки?

– Пожалуй, тебе не стоило залезать в долги, – бросил он на прощание.

Его всегда удивляло, что люди, которые занимали деньги, не пытались считать проценты. Знание пропорций и немного времени, а ведь как увлекательно. Не так уже трудно выучиться. Но, возможно, они склонны переоценивать свои доходы, отравляясь сладкой ложью и видя во всем только светлую сторону? Удача их не обманет, все наладится, все получится просто потому, что они такие вот особенные. Но Балагур не питал иллюзий. Он знал, что представляет собой лишь самый заурядный винтик в сложном механизме под названием жизнь. Он всегда опирался на трезвое видение мира.

iknigi.net