Читать бесплатно книгу Полнолуние - Робардс Карен. Книга полнолуние


Полнолуние. Большая книга тайных наук. Имена, сновидения, лунные циклы

В момент полнолуния освещенная солнечным светом Луна предстает перед нами во всем своем величии (рис. 10.3).

Данный период характеризуется максимальным воздействием Луны практически на все области жизни. Накопленные во время растущей Луны силы и энергия способствуют реализации ранее намеченных планов и идей.

Рис. 10.3. Полнолуние

Эмоциональность этих дней отличается особой насыщенностью. Нужно постараться контролировать свои эмоции, поменьше нервничать и суетиться. Особенно это касается прекрасной половины человечества, так как полная Луна сильнее всего действует на представительниц слабого пола. Эмоциональная неустойчивость, бессонница, рост числа несчастных случаев и суицидов, обострения нервных расстройств – постоянные спутники полнолуния.

С одной стороны, по народным поверьям, полнолуние – время активности оборотней и прочей нечистой силы, а с другой – многие религиозные праздники привязаны к этому моменту. Считается, что Будда достиг просветления именно под полной Луной над горизонтом.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

esoterics.wikireading.ru

Книга "Полнолуние" из жанра Любовные романы

Последние комментарии

 
 

Полнолуние

Полнолуние Автор: Робардс Карен Жанр: Остросюжетные любовные романы Язык: русский Год: 2001 Страниц: 125 Издатель: Новости ISBN: 5-7020-1173-2 Город: Москва Переводчик: Литвинова Ирина Добавил: Admin 13 Июл 11 Проверил: Admin 13 Июл 11 Формат:  FB2 (312 Kb)  TXT (277 Kb)  EPUB (495 Kb)  MOBI (1823 Kb)  JAR (281 Kb)  JAD (0 Kb) Скачать бесплатно книгу Полнолуние Читать онлайн книгу Полнолуние

Рейтинг: 0.0/5 (Всего голосов: 0)

Аннотация

Сьюзан увидела безумные глаза маньяка, его руку, царапающую каминную стену всего в трех дюймах от нее, и закричала от ужаса. Страшная трагедия повторилась ровно через тринадцать лет, в ночь полнолуния. Но на этот раз она увенчалась не Смертью, а Любовью. Словно в сказке о прекрасном принце, который спасает заколдованную красавицу от жестокой ведьмы-судьбы.

Karen Robards « Hunters Moon»

Перевод с английского Ирины Литвиновой

Объявления

Где купить?

Нравится книга? Поделись с друзьями!

Другие книги автора Робардс Карен

Похожие книги

Комментарии к книге "Полнолуние"

Комментарий не найдено
Чтобы оставить комментарий или поставить оценку книге Вам нужно зайти на сайт или зарегистрироваться
 

 

2011 - 2018

www.rulit.me

Читать книгу Полнолуние »Робардс Карен »Библиотека книг

Карен РОБАРДС

ПОЛНОЛУНИЕ

Анонс

Сьюзан увидела безумные глаза маньяка, его руку, царапающую каминную стену всего в трех дюймах от нее, и закричала от ужаса. Страшная трагедия повторилась ровно через тринадцать лет, в ночь полнолуния. Но на этот раз она увенчалась не Смертью, а Любовью. Словно в сказке о прекрасном принце, который спасает заколдованную красавицу от жестокой ведьмы-судьбы.

Как всегда, посвящаю книгу моим любимым сыновьям, Питеру и Кристоферу, и мужу Дугу. Этой же книгой хочу отметить появление на свет моих племянников - Саманты Спайсер 28 февраля 1994 года и Остина Джонсона 24 февраля 1995 года.

ПРОЛОГ

15 ноября 1982 года

В начале восьмого вечера двенадцатилетняя Либби Коулмен, только что вызволенная из заточения танцкласса, ловко соскальзывает с заднего сиденья темно-синего “линкольна”. С тинэйджерской беспечностью она смачно хлопает дверцей автомобиля и, ухмыляясь, оборачивается к его пассажирам. Сидящая за рулем Медлин Вайнтрауб, мать лучшей подруги Либби, морщится от резкого стука, опасаясь, как бы такая небрежность не повредила красавцу-“линкольну”. Муж дорожит машиной, тем более что она совсем новая.- Я позвоню тебе из дома! - выкрикивает вслед Либби Эллисон Вайнтрауб, приоткрывая заднее окошко.- Иди же, Либби. Я не уеду, пока ты не зайдешь в дом, - инструктирует Медлин, опуская боковое стекло.Теплый воздух, напоенный ароматами свежескошенной травы, ласкает ее лицо. “Какой чудный вечер”, - думает Медлин, любуясь бархатистой, переливающейся нефритовым блеском лужайкой, аккуратно подстриженной самшитовой изгородью, за которой вьется каменистая дорожка, ведущая к дому. Огромная желтая луна (как ей уже известно, местные жители величают ее Луной Охотника) висит низко над горизонтом. Редкие звезды мерцают на фоне шелковой глади неба.- Хорошо, миссис Вайнтрауб. Послушай, Элли, я тебе говорила, что сказал - ну, ты знаешь кто - после танца с тобой? - По лицу Либби расползается ухмылка в предвкушении реакции подруги.- Рассел Томпсон? Что он сказал? - взволнованно взвизгивает Эллисон.- Либби сможет рассказать об этом, когда ты ей позвонишь. - Медлин повелительным жестом нажимает кнопку на пульте управления, закрывая оба окна, тем самым прерывая болтовню девочек, которая, как ей известно по опыту, может длиться бесконечно.- Ма-а-м! - ноет Эллисон.- Мы еще должны заехать за Эндрю, ты не забыла? - напоминает ей Медлин. - Иди же, Либби.- Иду-иду. Пока, Элли. Спасибо, что подвезли, миссис Вайнтрауб.Либби машет рукой, потом поворачивается и спешит к дому. Дом большой - собственно, это даже не дом, а роскошный особняк, - ведь Либби Коулмен - дочь одного из самых именитых коннозаводчиков “Пырейного штата” Кентукки. Медлин Вайнтрауб, сравнительно недавно осевшая в этих краях, счастлива, что Либби выбрала своей лучшей подругой именно Эллисон. Рада она тому, что ей все-таки удалось уговорить мужа отдать их единственную дочь в самую престижную частную школу. Дружба с Либби - несомненно, большая удача для Эллисон. Медлин рассчитывает, что дружба девочек принесет ей в будущем солидные дивиденды. Ради них, столь желанных, она готова и выступать в роли личного шофера, и молча глотать обиду при звуке резко хлопнувшей дверцы новенького автомобиля.- Кто этот Рассел Томпсон? - бросает Медлин через плечо, краем глаза наблюдая за тем, как Либби ступает на широкую каменную лестницу, ведущую к украшенному шестью колоннами парадному крыльцу. “Надо же, - думает она, - если не знать нашу родословную, изящную, светловолосую Эллисон вполне можно принять за юную особу голубых кровей, наследницу старинного состояния”. В самом деле, коренастая, неуклюжая, розовощекая Либби с покосившимся атласным бантом в растрепанных темных волосах, в белом, изрядно помятом, заляпанном апельсиновым соком платье явно не смахивает на отпрыска знатного рода.Эллисон, хихикая, перелезает с заднего сиденья вперед и плюхается рядом с матерью.- Я ему нравлюсь, - признается она и морщит носик. - Во всяком случае, Либби так считает. Но мне иногда кажется, что он слишком вульгарен.- О, в самом деле? - подхватывает Медлин, надеясь услышать продолжение. Подростковый взгляд на мир - предмет особого интереса для нее. Медлин даже трудно припомнить, была ли она такой в юности. Во всяком случае, столь беспечной и беззаботной точно не была.- Когда он пьет и одновременно хохочет, вода брызжет у него из носа. - Эллисон с отвращением трясет головой. - Может, поедем, мам?Продолжая наблюдать за Либби, которая уже достигла освещенного крыльца, Медлин кивает и включает заднюю передачу, трогая машину с места. Последнее, что ловит ее взгляд, - подпрыгивающие кудряшки Либби, колыхнувшиеся оборки ее платья, когда та подскакивает к входной двери.Сейчас, выруливая назад по длинной подъездной аллее, Медлин еще не знает, что этот образ девочки врежется в ее память навечно. Ей предстоит воскрешать его бесконечно - и для семьи Либби, и для полиции, для десятка частных детективов, для армии газетных репортеров, соседей, друзей.Потому что образ Либби Коулмен, радостно вспорхнувшей на крыльцо родного дома, окажется последним из запечатленных кем-либо и когда-либо.С этого рокового момента она попросту испарится.Несмотря на массированную поисковую атаку, публичные мольбы обезумевших от горя родителей, предложенные баснословные вознаграждения за информацию о местонахождении девочки, Либби Коулмен никто больше так и не увидел.

1

11 октября 1995 года

- Эй, Уилл! Уилл! Ты только посмотри!Реакция Уилла Лаймана на настойчивый шепот партнера выразилась лишь в том, что он, с трудом разомкнув веки, бросил короткий взгляд на монитор, установленный на потолке автофургона. Сказывалось легкое похмелье; ему не сразу удалось сообразить, где он находится. Но уже через секунду в сознании всплыло, что они с напарником дежурят возле конюшен ипподрома Кинленд в Лексингтоне, Кентукки, с заданием взять с поличным шайку мошенников. Подумать только! Его, классного сыщика, в активе которого блестящие раскрытия целой серии громких дел, бросили на поимку банды бывших наездников, ныне промышлявших незаконной подменой ослабленных чистокровных кляч, предназначенных для участия в заездах, на быстроногих, но непородистых скакунов.Как низко можно пасть!Время близилось к четырем утра, и в автофургоне было темно, как в склепе. Единственный источник света - тускло-серое мерцание экрана монитора. Изображение пробивалось сквозь мутноватую рябь, но тем не менее проступавший силуэт безошибочно выдавал изящную молодую женщину в плотно облегающих джинсах. Вот она вошла в конюшню, которая как раз и являлась объектом наблюдения. Повернувшись спиной к камере, женщина наклонилась к оставленной наживке: большому холщовому мешку для корма, набитому банкнотами на сумму пять тысяч долларов.Замысел состоял в том, что, когда Дон Симпсон, менеджер Уайландской конефермы, возьмет деньги, тогда-то его и повяжут с поличным. И можно будет рапортовать об успехе операции.Только вот эта девушка, даже при слишком богатом воображении, никак не смахивала на Дона Симпсона.- Кто это, черт возьми? - Окончательно проснувшись, Уилл вскочил с ветхой кушетки и прильнул к экрану монитора, не веря своим глазам. - У нас есть данные на нее? Лоуренс ни словом не обмолвился о девчонке. Он же сказал, что Симпсон сам придет за деньгами.- Потрясающаяся задница, - заметил Мерфи, вперившись в экран. Комментарий был беспристрастным. Пятидесятилетний Мерфи, отец пятерых детей, вот уже лет тридцать как состоял в более или менее счастливом браке. При воде женского тела он выступал исключительно в роли зрителя и уж никак не покупателя.- У нас есть на нее хоть что-нибудь? Ты знаешь, кто она? - резко спросил Уилл, раздраженный тем, что Мерфи заставил-таки его обратить внимание на маленькую, крепкую, без всякого сомнения - женскую задницу, которая теперь, когда девушка нагнулась, заполонила весь экран.- Нет. Никогда ее не видел.- Ладно, без паники. - Уилл замолчал и сурово посмотрел на партнера.Мерфи никогда не торопился, никогда не волновался, ничто, казалось, не могло вывести его из себя. Уилла это приводило в бешенство.- Хорошо-хорошо. - Ухмыльнувшись, Мерфи развернулся на стуле, потянулся к клавиатуре компьютера, вмонтированного в стену вместе с другой рабочей аппаратурой. - Женщина, судя по внешности, - южанка, возраст... уф! - лет двадцать - двадцать пять, рост пять футов семь дюймов, никак не меньше, вес сто пятнадцать - сто двадцать фунтов... Какого цвета у нее волосы?- Откуда мне знать, черт возьми? Этот идиотский экран дает черно-белую картинку. - Усилием воли Уилл заставил себя сдержаться и пристальнее вгляделся в изображение. - Темные. Явно не блондинка.- Шатенка, - решил Мерфи и внес эти данные в компьютер.- Она открывает мешок!Мерфи отвлекся от компьютера и, развернувшись, приник к экрану монитора. Девушка опустилась на корточки перед мешком, лежавшим на замызганном линолеуме пола в углу, как раз напротив замаскированной видеокамеры, и принялась развязывать истертую веревку, которой был туго завязан мешок. Девушка по-прежнему была видна со спины, хотя теперь ее ягодицы уже не занимали весь экран. Густая копна длинных волос не позволяла Уиллу заглянуть ей в лицо. Впрочем, зад девушки был настолько запоминающимся, что опознать ее в случае необходимости не составило бы труда.- Можешь дать мне на нее хоть что-нибудь? - буркнул Уилл. В его плотно сжатых губах угадывалось с трудом сдерживаемое раздражение собой. Увлекся женскими прелестями, вдобавок Мерфи оказался невольным свидетелем этой слабости.Мерфи вернулся к компьютеру.- Она нашла деньги. - Уилл не собирался произносить это вслух, поскольку не хотел отвлекать Мерфи. Но события разворачивались по столь неожиданному сценарию, что попросту сбивали его с толку. Ему нужно было установить личность женщины, причем срочно. Только узнав, кто она, он мог решить, что предпринять в сложившейся ситуации. Работает ли эта особа на субъекта их розыскной деятельности или же она - человек случайный?Клавиатура компьютера умолкла, когда Мерфи вновь обернулся к экрану монитора. Уилл послал ему испепеляющий взгляд. Мерфи виновато пожал плечами и продолжил прерванную работу.Девушка полезла в мешок и подцепила сначала одну, потом вторую перетянутую резинкой пачку двадцатидолларовых банкнот.- Ничего... ничего... ничего, - как заведенный повторял Мерфи, когда экран компьютера, мигнув пару раз, засветился мертвенной зеленоватой пустотой. - В картотеке нет ни одной женщины, подходящей по описанию. Если только я не допустил какой-нибудь ошибки.Это обнадеживающее признание повергло Уилла в отчаяние. Для находчивого и активного супермена, каким он являлся, иметь в качестве напарника пассивного типа, подобного Мерфи, было сущим наказанием. Возможно, именно это и было на уме у Хэллума, когда он объединил их в одну команду. Босс до сих пор был безутешен по поводу утраты собственной яхты. Но не виноват же Уилл в том, что бандиты, за которыми он охотился, решили, будто эта чертова яхта принадлежит именно ему, и взорвали ее.Хэллум всегда славился злопамятством.Совершенно очевидно, что последнее задание, порученное Уиллу, в сочетании с Мерфи в качестве напарника явилось своего рода местью Хэллума.- Она берет деньги! - Уилл видел, как незнакомка, завязав мешок и оглядевшись по сторонам, так что на экране мелькнул ее профиль, встала, держа в руках мешок-наживку. Затем она развернулась и, обратившись наконец, лицом к видеокамере, пошла прямо на нее. Уилл с досадой обнаружил, что лицо девушки было столь же запоминающимся, как и ее ягодицы: точеное и красивое. В целях самозащиты он зажмурился, и в это короткое мгновение она - а вместе с ней и деньги - выскочила из объектива видеокамеры и, возможно, даже из дверей конюшни.Мерфи, откинувшись на спинку стула, восхищенно присвистнул.- Ух! Хороша!Не обратив на него внимания, Уилл нажал кнопку на мониторе и подождан, пока вторая видеокамера выдаст общую картину происходящего в конюшне. Но перед глазами маячил лишь усеянный снежными хлопьями экран.- Похоже, эта штука не работает, - заметил Мерфи, в то время как Уилл судорожно жал на кнопки.Ему было не до шуток. Стиснув зубы, Уилл оставил монитор в покое и, смерив напарника убийственным взглядом, схватил телефонную трубку.

2

Холщовый мешок занимал почетное место посредине складного столика, служившего обеденным для ее бедной семьи. Каждый раз, когда Молли бросала на него взгляд, ей становилось не по себе. Она украла пять тысяч долларов из конюшни номер пятнадцать. Интересно, кто-нибудь уже хватился денег?Глупый вопрос. Часы только что пробили поддень, а она покинула конюшню около четырех утра. Конечно кто-то уже обнаружил пропажу. Разве можно, будучи в здравом уме, забыть о пяти тысячах долларов?Вопрос в другом: когда о пропаже известили полицию?Если ее схватят, годы тюрьмы ей обеспечены.Или того хуже.Она не слыла глупой. Деньги, набитые в мешок для корма, оставленный на ночь в углу пустынной конюшни, явно не были банковским депозитом. Молли почти не сомневалась в том, что это “грязные деньги”. Но чьи? Вот уже несколько месяцев ходили упорные слухи о том, что конюшни стали объектом неблаговидных делишек. Но каких именно? Наркотики? Незаконные спекуляции? Заказные скачки? Молли меньше всех хотелось знать об этом.Но ведь никому не придет в голову, что именно она взяла деньги. Она уже больше не числится в конюхах Уайландской фермы. Четыре дня назад Молли попросила дать ей расчет. Это произошло в порыве ярости, о котором она пожалела уже через пятнадцать минут, поскольку и ей, и ее семье он обошелся слишком дорого. Даже если и учесть, что гнев ее был справедливым: Торнтон Уайланд, мерзкий внук владельца конюшен, грубо схватил ее за задницу.

www.libtxt.ru

Читать онлайн книгу «Полнолуние» бесплатно — Страница 1

Mona Lisas Nemo

Полнолуние

Глава 1

Оборотни

Будто и стоял здесь замок испокон веков. А легенды уж о нём распускали какие! Грозный как седой король и древний, как первое заклинание. Но так уж одиноко он возвышался над лесом, разросся высоченными остроконечными башнями, раскинулся среди сугробов и камней серыми стенами. А большие глазища окон отражали притихшее небо.

День выдался на удивление ясным: вся лесная нечисть с превеликим удовольствием расхаживала среди деревьев, каталась в снегу и повизгивала от удовольствия. Одни только гарпии попрятались по норам, они-то чуяли грозы ещё долго не видать да до бури далеко, и щурились на солнце из глубоких тёмных пещер. Вот налетит вихрь, завоет пурга с метелью, да всякая тварь утонет по брюхо в снегу — вот тогда напьются кровушки, с криком да воплями станут носиться над замком; со злобным шипом облепят окна, примутся нагонять ужас на засевших там тёпленьких да гладеньких. А пока светит холодное зимнее солнце и нечего бояться ни гарпий, ни лесных духов, ни пронырливых кикимор и других недружелюбных соседей. На них только с опаской новички и посматривали.

Уже миновал месяц и в песочных часах почти истёк час от рассвета. Створки главных ворот тяжело поползли в стороны, и застывшие в ожидании люди приготовились войти внутрь. Первый сделал шаг, слыша, как хрустит покрывшийся за ночь коркой снег под ногами, следом двинулись и остальные. Им ещё предстояло провести здесь остаток жизни. Как происходило год от года, столетие за столетием, уходя корнями за горизонт летоисчисления.

На своём веку Илона имела удовольствие наблюдать эту процедуру двадцать два раза, из них четыре раза не помнила ввиду раннего детства; один чуть не сорвала, забыв об этикете. Но за всё это время не изменилось ровным счётом ничего. Так что и сейчас разворачивающаяся картина вгоняла в скуку.

С балкона второго этажа ей были видны верхушки елей и сосен от края до края. Снегопад кончился ещё ночью, и воздух наполнился морозной свежестью. Небо натянулось чистотой. Везде, кроме одного леса, ничего не видно. Под деревьями залегли глубокие сугробы.

Кинув последний взгляд на дальние горизонты, Илона сделала глубокий вдох и положила руку на обмёрзший карниз. Холод оборотню приятен. Да и то чтобы холодно сегодня.

Этой ночью на небо взойдёт убывающая луна и до следующего перевоплощения ещё месяц. Тогда уже здравствуй подземелье и темные ходы, вой, крики.

— Доброй тебе луны, — раздался голос за спиной, — так и опоздать можно. Новички уже прибыли.

— Что-то не хочется, — Илона попыталась изобразить простуду, и получилось у неё как всегда неубедительно.

— Да чтобы при мне дети господина не пришли?! А ещё — это невежливо: пропускать церемонию, — заключила со знанием дела Сирина.

— Ох, и непредсказуемые же мы.

— Пойдём, уже нужно быть там.

Илона обернулась к Сирине. Делать то было нечего. И почему когда тебя пытаются настоятельно убедить, подсылают человека с такими кошмарно добродушными глазами? Постояв так минуту и сдавшись на милость немой просьбы, она спустилась на первый этаж, где и проходила церемония. Платье волочилось следом победным шлейфом, оно вполне могло принадлежать её, Илониной, бабушке, если бы бабушка у неё была. Зато потом можно его с себя стянуть.

Внутри же замок впечатлял куда больше чем снаружи. Как бы не старался оказавшийся здесь по воле случая то ли человек, то ли волк — он бы никогда не смог припомнить ничего подобного. Какой бы сильной не была власть времени за его пределами — тут оно остановилось. И никто не вздыхал об ушедшей красоте — здесь её попросту заморозили старым колдовством.

И самой яркой была его главная зала, с высокими сводами, подпираемыми четырьмя колоннами из белого мрамора. Кругом всё такое громоздкое, что каждый сразу притихал и дышал как мышь. Пол был из того же белого мрамора, что и колонны. Напротив входа, высокой арки с лепными украшениями, возвышались два трона. Один из них стоял выше другого, зато второй выглядел куда изящнее. Оба были покрыты разнообразием резных деталей, умело соединённых между собой. За тронами располагалось огромное круглое окно, символизировавшее луну. С двух сторон от него пристроилось по тонкому окну в форме молодого месяца. Все три переливались таинственным голубоватым светом.

За исключением главной залы все стены в замке, потолки и полы были из обычного камня. Тёмные спирали лестниц соединяли между собой этажи. Массивные стены, не пропускающие звуков, делали замок тихим, будто пустынным. На стенах с периодичностью в десять шагов висели факелы, пылающие ярким пламенем.

А какой вид открывался с башен! Если посмотреть вдоль стены вниз, можно увидеть горгулий. Каменных стражей, всматривающиеся вдаль широко раскрытыми глазами. Именно они не выпускали оборотней из замка без разрешения господина.

Только кикиморы и могли прошмыгнуть мимо них. А, пробравшись в замок, пакостничали вовсю. Особенно они любили расписывать стены тремя словами: hax, pax, max. По существу случайными и бессмысленными, но зато когда-то считавшимися заговором против укуса бешеной собаки, что делало весьма недвусмысленный намёк. В круг развлечений кикимор входила и порча оранжереи, расположенной под большим стеклянным куполом. Любили они и раскидывать книги в библиотеке, распевать скрипучими голосками песни достойные похоронных церемоний, ломать мебель и другое, но вот к картинам кикиморы с неподобающими намерениями не притрагивались и даже пару раз пытались стащить некоторые из них. Попытка окончилась неудачей, зато сильно позабавила местное население, наблюдавшее, как мелкие ящероподобные существа стараются справиться с слишком тяжёлым для них грузом.

Лесные духи из тумана и дождя тоже любили поддираться поближе к замку. Один из них сейчас как раз пронёсся мимо круглого окна.

Тем временем все оборотни уже ожидали церемонии.

На более высоком троне сидел мужчина около сорока пяти лет. Чёрные волосы уже покрывали седые пряди, тёмные глаза излучали покой. Он притягивал к себе взгляды уверенной осанкой и красивыми, но строгими чертами лица.

На втором троне рядом с господином сидела женщина того же возраста. Каштановые волосы локонами спадали на плечи. Мягкий взгляд ярко-голубых и ласковая улыбка вызывали доверие.

Когда Илона вошла в главную залу, из общей пестроты собравшихся взгляд сразу выхватил двух братьев и сестёр, стоящих позади родителей. Подойдя к ним, она стала за спиной у отца. Господин улыбнулся дочери и перевёл взгляд на собравшихся оборотней. Вскоре те разошлись по сторонам, оставив середину залы пустой. Воцарилась тишина.

— Итак, сегодня первый день после полнолуния, — произнёс господин со свойственной ему учтивостью, — и сегодня мы набираем новых братьев и сестёр. Давайте же поприветствуем их.

Он несколько раз похлопал в ладоши, и в залу вошла колонна из пятнадцати человек. Выглядели прибывшие смущёнными и неуверенными.

— Моё имя Джон Грэйтон, а это моя супруга Орнэлла, — продолжил господин, — приветствуем вас в нашей общине и новом доме. Его мы защищаем так же, как и он нас. Вам предстоит прожить здесь всю жизнь. Согласившись приехать, вы тем самым отказались от прошлого. Отныне всё, что произошло ранее, произошло в другой жизни. Забудьте обо всём оставшемся в том мире, для вас он больше не существует. Это основной закон кодекса, как для вашей безопасности, так и для безопасности не-волков. С другими законами я познакомлю вас позже. Теперь начнётся процедуру классификации. Она необходима, чтобы определить к какому виду вы принадлежите, нужно ли приковывание к стене в полнолуние, обладаете ли вы какими-нибудь колдовскими способностями…

Илона нахмурилась: прибытие, классификация, "а ты тоже голым в лесу просыпался?", и далее по списку.

Она посмотрела на новых оборотней. Вели они себя, как и все остальные: так же долго не могли отвести взгляд от потолка, так же с опаской посматривали на присутствующих.

Но всё же одна из стоящих в центре девушек привлекала внимание. На плече у неё сидел большой, с иссиня-чёрными перьями, ворон. И ворон этот вёл себя на удивление спокойно. Застывший как изваяние на плече у хозяйки гордо смотрел впереди себя. А ведь звери жутко боялись оборотней и каждый раз, почуяв тех, тут же спасались бегством. Таков закон природы, а вот эта птица наслаждалась созерцанием собравшихся со слишком уж умными глазищами-угольками.

— Я буду называть вид, тот, к кому это подходит, сделает шаг вперёд, — господин улыбнулся, приободряя нерешительно посматривающих на него оборотней. — Начнём. Обратившийся по собственному желанию, колдун или ведьма.

Девушка с вороном на плече сделала шаг вперёд. Она была примерно того же возраста что и Илона. Рыжие волосы, белая кожа и подозрительная чёрная птица, которая теперь с любопытством изучала господина. Взгляд же девушки был серьёзным и мрачным как у старой женины.

— Я должен предупредить заранее, в замке колдовство запрещается. У тебя не должно быть никаких его атрибутов, включая книги с заклинаниями. — Предупреждение, адресованное всем. — Далее, оборотни от рождения.

Илона усмехнулась с еле заметной иронией.

Вперёд вышел молодой мужчина в строгом костюме, нельзя сказать, что он сильно нервничал, но волнение всё же проскальзывало. Рука машинально взметнулась вверх, теребя новенький в полоску галстук.

— Обыкновенный человек, превращённый в оборотня колдовством, — сказал Джон Грэйтон.

На этот раз шаг вперёд сделали семь человек.

— Отныне мы — ваша семья. Знаю, вам до сих пор не вериться в произошедшее. Далее, люди без колдовских способностей прибегшие к минутному перевоплощению с помощью тех же колдунов или ведьм. Если честно, я не знаю, почему вы здесь, вы не оборотни, но слишком много знаете о нас. Больше ваших перевоплощений не будет. Неожиданное превращение не во время полнолуния повлечёт за собой смерть других, чего я не могу допустить.

На минуту воцарилась тишина. А потом растерянный мужчина и вконец перепуганный юноша подошли к уже классифицированным оборотням.

"Глупцы, что тут ещё можно сказать". И таких раз от раза попадалось по несколько штук.

— В полнолуние тут бывает страшно, — и господин испытывающее посмотрел на мужчину и юношу, — посмотрим, как вы перенесёте это. И, наконец, последнее, перевоплотившееся от укуса или раны, нанесённой оборотнем.

Вперёд ступили последние четыре человека: две девушки и два парня. Внешность одного из них Илону немного позабавила. Светло-русые волосы, голубые глаза, лицо отдавало смазливостью и капризностью. Создавалось впечатление, что оказался он здесь совершенно случайно и уж никак не может быть оборотнем. Новичку на вид было не больше двадцати пяти.

— Могу сказать только одно, мне очень жаль, что так вышло. Для каждого существа в этом мире есть своё место, отныне ваше здесь. Итак, добро пожаловать в обитель Северных лесов. Теперь выслушайте правила, которых вы обязаны придерживаться. Убийства строго запрещены, у нас только это преступление карается смертью. Запрещается самовольная месть, только я имею право выступать в качестве судьи и выносить приговор. Без моего ведома вы не имеете права выходить за пределы замка. В полнолуние все обязаны спускаться в подземелье, где далее их приковывают к стене. Запрещено заводить детей. Как я уже говорил, запрещено колдовство. Эти правила основные, с другими вы ознакомитесь со временем. Хочу заметить, хождение по замку свободное, разумеется, учитывается право на неприкосновенность комнат каждого. Общаться вы так же можете с кем пожелаете. Доброй вам луны.

После этих слов господин взял жену под руку и они оба поднялись, а затем покинули залу. Оставшиеся оборотни постепенно начали сходиться и заполнили свободное пространство. Протискиваясь сквозь толпу, Илона подобрала платье и последовала примеру родителей.

Очутившись в длинном коридоре она выпустила из рук подол платья и быстро зашагала к главной лестнице. Каменные ступени, в отличие от других лестниц замка не были спиральными и под мягким углом уходили вверх. Поднявшись в свою комнату Илона переоделась в синие джинсы и свитер того же цвета. Синий похож на свободу, а ещё на с небо, море или океан, их ей видеть не доводилось.

День обещал быть долгим. Илона подошла к письменному столу. Среди прочих бумаг там лежала её семейная фотография. Она, отец — Джон Грэйтон, мать Орнэлла, сестра двадцати лет — Вероника: руки по швам, спина прямая. Возле Вероники на фотографии сидела Миранда, старающаяся подавить хохот, недавно ей исполнилось шестнадцать. Тогда она ещё пыталась ущипнуть Веронику… За отцом с типичной для себя ироничной и обаятельной улыбкой и с серьёзным выражением в глазах — Том. Самый старший из них, он появился на свет на два года раньше Илоны. И Себастьян, чей мечтательный взгляд обращён куда-то вдаль. Сама Илона спряталась за спиной Тома, положив подбородок ему на плечо. Так что казалось, что это его длинные чёрные волосы спадают по плечам.

На столе лежала ещё одна семейная фотография, на этот раз семьи её отца. Его родители, два брата и сестра. Из всех них, кроме Джона, в живых остался только его брат Вигго, но тот стал изгоем-омегой, теперь же на эту роль претендовал её собственный брат — Себастьян.

Илона провела рукой по бумагам лежащим на столе. Каждый месяц она выбирала одного из новеньких и расспрашивала того о Внешнем мире и его жизни до замка. А узнав всё необходимое, оставляла.

Раздался стук в дверь.

В комнату вошла Сирина.

— Ты опять не осталась на вторую часть церемонии, — сказала она. — Поговори отцом, он мудр и сможет развеять любые сомнения. И ещё, хоть церемония принятия окончена, сегодня вечером господин решил провести дополнительное собрание.

— Зачем?

— На этот раз он хочет сам полностью классифицировать новеньких, а то они вечно путаются, — Сирина улыбнулась Илоне, — не всех же нужно приковывать, некоторых достаточно просто запереть.

— Неужели снова собираться необходимо всем?

— Нет, но я думаю, прийти ты захочешь. Сможешь расспросить какого-нибудь новенького о Внешнем мире.

— Может быть, я ещё не решила.

— Советую прийти, это будет интересно. Лучше узнаешь своих новых братьев и сестёр, Вероника…

— Не надо, сейчас я не особо интересуюсь нашим совершенством. Конечно же, она там будет.

Сирина окинула Илону внимательным взглядом. Губы тронула ободряющая улыбка.

— Значит, ты будешь? — Мягко спросили та.

— Да, наверно, — ответила ей Илона.

— Ну что ж, иди хотя бы ради того чтобы узнать что-нибудь новое о дальних горизонтах. Никогда не угадаешь, где найдёшь.

— Хорошо, я буду.

Илона закрыла глаза и представила себе небо. В мыслях облака стали плыть всё быстрее и быстрее, небосвод помрачнел, грянул гром и Илона резко открыла глаза.

Жизнь тянулась от полнолуния к полнолунию и с этим ничего нельзя поделать.

Стоя посреди комнаты Евгений окинул придирчивым взглядом чемодан. Он толком то и собраться не успел. И угораздило же согласиться поехать сюда, когда там! ещё оставалось столько незаконченных дел.

— Впредь стоит быть осмотрительнее, — сказал он себе.

Евгений застегнул рубашку на последнюю пуговицу, всё-таки тут чертовски холодно. Подошёл к окну и отодвинул тяжёлую бордовую штору. Кругом один лес, бледное зимнее солнце, под ним залежи снега. Одна старая гарпия резко подлетела к окну и дико зашипела, стуча крыльями по поверхности стекла. Не ожидавший этого Евгений отшатнулся в сторону. В городах подобные твари не водились и жили исключительно в лесах, да и то не в каждом. Сам он совершенно не привык к их выходкам.

С предвкушением Евгений поднял руку. Заглянув в его глаза и увидев там странный блеск, гарпия с криком бросилась прочь. Он с досадой опустил руку.

— Нет, нельзя, — пришлось напомнить себе. — В любом случае месяц можно потерпеть.

День начался бы довольно сносно, если б не этот жуткий холод. И как они вообще тут живут! Зато есть камин, это давало надежду что удастся согреться. Прискорбно, было весьма прискорбно торчать здесь в то время, как другие изучали недавно найденные письмена. А ещё один из наставников посоветовал захватить свитер, "ведь в замке прохладно". Прохладно! Да у него зуб на зуб не попадал, одним свитером тут не отделаешься.

Потом ещё раз осмотрел комнату: мебель из красного дерева, местами, инкрустированная сплетением листьев. В ванной комнате круглая ванна, где горячая вода постоянно сменялась благодаря подземным источникам. Внимание его привлекли картины.

Он натянул широкий светлый свитер — теплее не стало — и развёл огонь в камине. Остановился смотря на разгорающееся пламя. Если в мире что-то и заслуживало внимания — так это огонь.

Сегодня утором ему с трудом удалось покинуть главную залу замка. После ухода господина многие тут же окружили новичков. Каждому не терпелось узнать что-нибудь интересное. Пришлось довольно долго уклоняться от вопросов. И как потом выяснилось, такое знакомство с новичками называется "второй частью церемонии". Многовато мохнатых для одного места, но хоть не уличные.

Их банды существовали в каждом городе, где только были ночные клубы и оружие. Эти собаки-переростки всегда ходили нашпигованные железом до зубов, на случай встречи с чужим братством.

Некоторые кланы уличных обитали в канализациях, сточных трубах или обосновывались в заброшенных сплетениях ходов под станциями метро. Таких называли бродягами. Встреча с бродягой шансов не оставляла. Те как каждый приличный оборотень шейные артерии не перекусывали, а в приступе любви к прекрасному разрывали жертву, затаскивая её в какой-нибудь тёмный угол, где вопи хоть во всю глотку — уже не поможет.

Евгению уже раз приходилось наблюдать потасовку, которую устроили между собой уличные оборотни на станции метро. Тогда свидетелям выслушавшие их стражи порядка посоветовали перестать принимать наркотики, и списали на массовый психоз. Оборотни же тем временем потихоньку скрылись, поцарапанные, местами подбитые и с огромными синячищами. А уж крови с них натекло.

Некоторое время обдумывая план дальнейших действий Евгений пролежал на кровати. Спустя пол часа он услышал стук в дверь и, поднявшись, впустил посетителя. Вошедшая русоволосая женщина улыбнулась молодому человеку.

— Доброй тебе луны. Моё имя Сирина, — не преминула представиться она, — поскольку ты только прибыл в замок и не знаешь, что и когда здесь происходит — то я решила зайти и сказать, завтрак через пол часа. Смотри не опоздай, ведь это очень невежливо.

— Спасибо, — ответил Евгений.

— Ты не хочешь представиться? Уверенна у тебя есть имя. Мне даже кажется оно красивое.

Евгений улыбнулся.

— Вы правы, — сказал он, — у меня есть имя.

— Вот и замечательно, а то уж я подумала самой придётся как-нибудь тебя назвать. Только представь, каждому живущему здесь оборотню подбирать имя, никакого свободного времени!

— Евгений, — представился он.

— Умничка. Через пол часа просто иди, куда идут все и не заблудишься.

Сирина ещё раз предупредила не опаздывать и вышла из комнаты, закрыв за собой двери. А Евгений покосился на золотистый ключ, торчащий в замочной скважине.

Большие настенные часы пробили девять утра призывая всех к завтраку. Немного поколебавшись Илона передумала, её отсутствие воспримут как оскорбление новеньким. Подобное отцу всегда не нравилось.

Выйдя в коридор она дошла до ступеней. Спустилась вниз и миновав несколько переходов оказалась в зале лишь немного уступающей в размерах главной. Впереди стояли столы, расположенные напротив друг друга одними цельными рядами и ещё один ряд, соединяющий их напротив входа. Обитые бардовой тканью стулья были уже заняты все как один.

За столом напротив входа сидел господин. Возле него вся семья, а затем уже другие оборотни. Илона села на своё место возле матери. Еду только подали: всё выглядело вполне прилично, за исключением каши подозрительного цвета, которая могла оказаться неудавшейся овсянкой. Пахло горячим хлебом. От выставленных блюд шёл пар. Никто не начинал есть, прежде чем это сделает Джон Грэйтон. Он взял в руки нож с вилкой и, искусно орудуя ими, положил в рот первый кусочек, игнорируя серую кашу. Сидевшие вокруг не двигались. Господин сделал плавный жест рукой, как бы приглашая остальных к трапезе и завтрак начался. Сразу же зала наполнилась множеством голосов, смехом и гомоном. Даже некоторые новенькие умудрялись веселиться. Илона окинула мрачным взглядом залу и, взяв в руки столовые приборы, попыталась отогнать от себя невесёлые мысли. И как только можно радоваться, находясь в этих стенах?

Евгений сел у самого входа. Тут его мало кто мог видеть. Он с интересом рассмотрел помещение и порадовался, что здесь нет никаких открытых окон, иначе бы он окончательно продрог. И сколько бы не напрягал память, всё равно не мог вспомнить, когда в последний раз так мёрз.

Холодная зимняя луна взошла над Северными лесами. Вокруг замка серебрился белый снег, на небе мерцали первые звёзды. Внутри уже давно горел свет, и всё же каменные стены отдавали холодом среди бескрайнего леса. Лесные духи бесшумно носились между деревьями, взлетали ввысь и снова опускались к заснеженным ветвям. Вокруг было так неестественно тихо, что казалось — малейший шорох оглушительным грохотом прокатиться по холмам и долинам. Иногда из маленьких нор высовывали головы лохматые гоблины, но тут же фыркая возвращались обратно, так и не увидев ничего интересного.

В одной из верхних гостиных замка собралось больше тридцати оборотней, половина из них сидела в глубоких мягких креслах с высокими спинками, другие стояли, кое-кто грелся у камина. Все были в ожидании и приготовились слушать. Расположился здесь и самый примечательный камин в замке. Мало того, что он был самым большим, так его ещё и украшали отлитые наполовину человеческие, наполовину волчьи лица. Некоторые из них застыли в приступе безудержного смеха, другие в крике ужаса, на некоторых лицах виднелась сильнейшая печаль, на других — радость или удивление, или созерцание, или нетерпение, гнев, умиление, восхищение.

В углу гостиной стоял красный диван с позолоченными изогнутыми ручками. Но он продолжал стоять в гордом одиночестве, только сегодня днём кикиморы пропитали его слизью и исцарапали обивку. В комнате царил полумрак. Блики каминного огня и свечей оттеняли лица присутствующих.

Господин сидел в центре и с интересом листал книгу в коричневом переплёте. Вероника и Том устроились рядом. В гостиной стояла тишина, изредка нарушаемая потрескиванием поленьев.

Через пару минут дверь открылась и вошла Илона. Она прошла к свободному креслу. Джон Грэйтон оторвался от книги и как всегда внимательно оглядел присутствующих.

— Думаю, пора начинать, — произнёс Джон. — Для тех, кто только сегодня прибыл в замок, этот день стал днём второго рождения. Вы умерли для прежней жизни и возродились для новой. Поверьте, я отлично знаю, хоть и был рождён в этих стенах, что между тем как вы жили раньше и тем, как будете жить теперь — нет никакого сходства. Что-то вас удивит, поразит, возможно, вы научить видеть, что не были в состоянии видеть прежде. Почувствуете мир и он станет таким, каким ещё никогда не был. У вас появится ощущение, что если выйдите в лес, то от радости начнёте кататься по земле. И без того обострённые ощущения станут намного развитее, вы научитесь управлять ими. Живя в замке, каждый сможет не бояться причинить кому-либо вред. Вас не будут бояться и избегать, вы больше не вынуждены скрывать своё истинную сущность. Да и следопытам сюда не добраться, а это уже многое означает. О, я вижу, ещё не все слышали о следопытах. Это охотники на оборотней, то есть на нас. Чувствовать себя в роли дичи не совсем приятно, но тут уже ничего не поделаешь. Итак, сейчас мы до конца разберёмся с видами. Кому подойдёт описание, дадите знать. Первый вид оборотня "волк". При трансформации человек практически теряет разум и приобретает сознание волка. От человека в нём остаётся малая, практически неуловимая часть. Он не убивает ради убийства, но когда голоден, его уже ничто не остановит.

Отозвалось несколько человек.

— Тут есть свои подвиды. "Беспамятный" — перевоплотившийся ничего не помнит из своей жизни человека.

Ответил только один из них.

— Хорошо, идём дальше. "Смутные воспоминания" — оборотень чувствует себя более приятно находясь дома. Оставшиеся в нём человеческие эмоции остаются только на подсознательном уровне. Он что-то помнит из своей жизни, но в то же время не в состоянии осмыслить это. — Господин уверенно произносил до боли знакомые слова.

На этот раз откликнулось пять человек.

— Далее, "вся память" — все человеческие воспоминания сохраняются, однако их полностью подчиняет себе сознание волка. В этом случае так же преобладают звериные инстинкты.

Это относилось к оставшимся двум.

— Значит восемь "волков". Что ж, это намного лучше, чем следующий вид. "Демон". При трансформации в волка им овладевает непреодолимое стремление убивать. Этот оборотень блуждает, совершая страшные и жестокие убийства. После обратного перевоплощения он ничего не помнит из произошедшего ночью, за исключением первого раза. Хм, многие из вас колеблются, вам трудно отличить "беспамятного волка" от "демона". "Демон" всегда оставляет после себя огромное количество трупов, первый же убивает за ночь нескольких.

Рыжеволосая ведьма осторожно подняла руку. Ворона на её плече не было.

Господин внимательно посмотрел на девушку. Ещё двое последовали её примеру.

— Теперь "человек" — это оборотень, который после превращения сохраняет человеческий разум и мышление. Значит, оставшиеся принадлежат к этому подвиду. Вот мы и разобрались. Оборотни "люди" во время полнолуния всегда охраняют спокойствие замка, следят за порядком, оберегают остальных. Теперь этим будете заниматься и вы. Ну а теперь кто хочет, может быть свободным. Есть вопросы?

— Разве на замок не могут напасть люди? — спросил один парень, он отзывался когда классифицировали "волков". — Они ведь могут видеть его?

— О нет, замок им недоступен. Оборотни могут видеть его всегда, обыкновенные же люди только после приглашения войти. Да и то, это распространяется исключительно на тех, кто находится непосредственно внутри. После ухода он снова исчезнет. Границу круглосуточно стерегут наши оборотни в виде волков, мы называем их караульными. Никто посторонний не проникнет на территорию без нашего ведома, даже другие оборотни. Будьте спокойны.

— Неужели к замку могут подобраться другие оборотни с какими-либо воинственными намерениями? — Спросил тот же парень.

— К сожалению могут. С обитателями Южных лесов у нас напряжённые отношения, но дальше небольшой стычки дело никогда не заходило. Мы стараемся наладить связь дипломатией. Дело тут в древней территориальной вражде и в прочих незначительных мелочах.

Многие из новеньких с волнением покосились в сторону господина, но Джон Грэйтон в ответ обвёл всех спокойным взглядом и, мягко улыбнувшись, поинтересовался:

— Есть ли ещё какие-нибудь вопросы?

— А почему нельзя заводить детей? — робко спросила одна девушка.

— По очень простой причине, — на этот раз улыбка господина стала шире, — в замке живут тысячи оборотней. Если каждый обзаведётся хотя бы одним ребёнком, а те в свою очередь своими, нам со временем не хватит места в лесах. Жаль, но такую жертву придётся принести каждому из вас, если вы только не собираетесь стать господином или госпожой. Но об этом ещё рано думать. Лишь спустя пять лет, когда мне исполниться пятьдесят, будут устраиваться бои за власть. Что же насчёт детей и нашей численности, то мы не имеем права покидать лес, это наша обязанность перед не-волками. Мы не имеем права допустить, чтобы оборотней стало слишком много. Осознанно заточая себя в замок, мы тем самым избавляем людей от опасности, о которой те не подозревают. Это вопрос морали и человечности. Поступая так, мы становимся больше людьми, чем зверьми, проявляем милосердие и сострадание, без которых кровь бы уже застлала солнце, и мир бы превратился в хаос. Жизнь слишком ценна, чтобы подвергать её такой опасности.

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26

www.litlib.net

Книга Полнолуние, глава Полнолуние, страница 1 читать онлайн

Полнолуние

                                                                    Глава 1

- Все знают,что любовь одна ,а влюбленности много.Каждый из нас думает, что он уже любил, но я не уверена. -шепотом сказала девочка сидя на обрыве скалы.

Эту девочку звали Нелли, всегда жила мечтами, будто не от мира сего.

Нелли мечтательница, у которой богатая фантазия и изредка уносит ее в воображаемые миры. Эта мечтательница накидывает на свой характер отпечаток повышенной эмоциональности и делает ее чрезвычайно чувствительной к замечаниям и похвалам. Нелли легко заметить достаточную возбудимость и склонность к изысканности, поэтому нет ничего удивительного, что в ее глазах духовных ценностей больше, чем моральных.

Сама она, очень привлекательный человек. Ее карие глаза и каштановые волосы смогут затеряться каждого мужчины, ее бледная, как луна кожа сможет передать людям любовь к изысканному.

Одевалась же Нелли хорошо. Умело очень следить за модой. Все прически и макияжи не любит часто делать сильно кричащими. Ее любимым занятием было пение, она любила паказывать свои таланты.

Так же, по дому она справлялась отлично. Каждое утро, на выходных, убирала свои книги, сортировала, протирала свои запыленные тумбы, мыла посуду, пылесосила и складывала вещи.

Любила помогать по дому убираться. Хоть и мать была не строгая.

Мать Нелли звали Маргарет. Очень умелая хозяйка: стирает, убирает, готовит, складывает книги на полках и вещи. Обожает сильно смотреть фантастические фильмы.

Сама не очень великодушна и самостоятельная, но добрая очень. Выглядит мать Нелли сильно молодо и красиво . На вид Маргарет сорок лет, хоть по ней и не скажешь. Несмотря на свой возраст она хорошо одевается. Любит следить за модой, новыми брендами.За детальным внешним видом,можно было сказать,что морщины, хоть и маленькие,но были.Каштановые волосы сияли,как будто только с ними родилась, они были золотистыми и блещали дальше горизонта. Губы у нее были бледым красивым розовым цветом,и так же пошерпаны. Глаза, как не странно,были не карими, а голубыми с оттенком желтого. 

Если про мать Нелли – Маргарет, можно было сказать много, тогда о отце ничего практически не было. Его звали Лу. Он не живет с Нелли и Маргарет и на, то есть причины, на какие именно, мать не говорит дочке.

Лу жил с ними в одном совсем маленьком городке Бикон – Хилл, но, когда исполнилось дочке десять лет, они уехали, оставив половину своей жизни там, вместе с хорошим прекрасным детством. Лу выглядел на тридцать пять лет, тогда. На данный момент, Нелли шестнадцать лет. Он за все эти года ни разу не смог приехать к своей семье, но фамилию взяли отца – Тернер.

Жили мать и ее дочь Нелли в не очень большом доме. Он был построен в небольшом переулке среди остальных красивых богатых домов. В этом переулке не так уж было много людей ,и поэтому,очень сильно казалась, что и людей вообще тут нет. Но все же, этот переулок был наполнен хорошими, щедрыми соседями. При новом соседе, каждый из нас собирается идти с куском пирога к нему в гости, с улыбкой приветствуют новых людей, которые сюда приехали.

Дом Нелли был  из простых двух этажей. На втором же была комната девочки. При входе в дом Тернеров, можно было сразу, как ступил на порог дома, увидеть хорошую и просто отличную чистоту. Стояв в коридоре, можно увидеть гостиную слева и читальный зал справа, а чуть -чуть дальше, кухня. Гостиная была настолько большой, что можно было заводить и устраивать вечеринки на тридцать людей. Посередине был небольшой камин, который их согревал зимой, хоть там и не холодно, в этом большом городке... Посередине лежал большой теплый ковер для красоты. Так же, на нем был классический дизайнерский диван, который стоял в самом центре гостиной. Напротив, этого дивана, стоял на деревянной красивой тумбочке плазменный телевизор. Рядом, была тумбочка на которой были комнатные цветы. А возле дивана, стояло такое же кресло с боку, от него, напротив маленького столика с букетом роз. Было два больших окошка. Ну и, если посмотреть хорошенько, можно увидеть на полу светло-бежевый паркан.

Что говорить уже о кухне? Она была маленькой немного. Но всех нужных принадлежностей там хватало. На кухне было два маленьких окошка с подоконниками, на которыми были статуэтки в виде собак. А коридор, который разделял кухню и их гостиную, был не большим. По бокам стояли большие вазы ,а на стенах картины с рамками, на которых были животные с людьми.

Ну, а, если говорить о комнате девочки, то она была красиво обустроена. Придя, видно огромное окошко, с видом на лес. Оно было не совсем ровным, и поэтому, из-за небольших проемов в окне, иногда дуло ветром. С боку, стояла возле окошка, ее кровать, она была двухместная. Напротив, кровати, стоял письменный стол, где Нелли делала уроки после ее школы. Был же и шкаф-купе, где она все вещи свои хранила, два запыленных стула, на котором никто не сидит в прочем.

Нелли училась в обычной школе среди подростков. Она находилась в пяти километров от сюда. Идти было бы очень долго, но несмотря на это, она шла пешком. Школа была уж сильно большой. Состояла она из трех этажей.

Так же, у Нелли есть лучшие подруги – Джульетта Мартин и Альбина Рей, но помимо подруг, она любила заводить друзей-парней, его звали Джон Смит.

Эти две ее подруги, были одинаково красивы, но характеры были разными. Джульетта, на вид очень добрая, очень смешная и застенчивая. Ей шестнадцать лет, не имеет вовсе вкуса, и так же, и за собой плохо следит. По лицу видно, что сильно утомленная. У нее были серо-голубые с оттенком желтого глазки и была она рожденной блондинкой. Альбина- так же добра, как и Джульетта, но иногда вспыльчива. На взгляд ей семнадцать лет, она любит читать и учится. Волосы ее были ухоженными, а глазки были карими. Ну, а, что на счет Джона, он был почти самый красавчик в школе. Конечно он хорошо одевался, был самостоятельным и дерзким, но, и добрым. Любил сильно рисовать и заниматься пением. Джон- блондин с красивыми, как чистая вода, голубыми глазами. Носил постоянно джинсы и белую рубашку. Любил произвести на себя впечатление от окружающих.

litnet.com

Книга Полнолуние, глава Полнолуние, страница 1 читать онлайн

Полнолуние

Много долгих лет прошло с великих древних времен. Мир изменился. Боле не полыхает небо радужными огнями, лишь только стоит солнцу уйти за горизонт. Никто уж не окунает в ручьи и реки драгоценные камни, отчего вода сверкала подобно бриллиантам. И не найдется сейчас тот смельчак, что решиться в одиночку зайти в Дремучий лес - бывший дом Белой Королевы.

Не многие видели тишину ночного леса, сосущую темноту высочайших, достигающих своими ветвями небеса древних древ и нежный свет, что медленно плыл меж черными стволами. Мрачные существа отступали подальше в сумрак, безоговорочно признавая власть Ночного Луча, Белой Королевы, истинной хранительницы лесов. По светлым ее локонам нежно струился лунный свет, белоснежный шлейф платья тянулся за ней на несколько метров. Всюду Белую Королеву преследовала лесная свита, освещенная в ночи ее отблеском. То были ведьмы, перенявшие часть ее магических знаний, то были дриады, под ее покровительством следившие за порядком в лесу. Лешие, листвики, мохушки, братья-валуны, русели - речные дети. Тихо перешептываясь, двигались они за ней до самой опушки. Там, у озера, в ночь полной луны, рассаживалась нечисть на берегу, замыкая воду живым кругом. 

Лесная дева в полнейшей тишине снимала белые свои одежды и, абсолютно нагая, заходила в центр озера. И из тишины рождалась песня. Белая Королева пела, лунный свет все ярче сверкал на ее белоснежной коже, венок из белых цветов на ее светлой голове распускался нежными бутонами. Тихий напев осторожно подхватывали лесные жители. А дева меж чем пела все громче, кружилась все быстрее, звуки яростней срывались с ее губ, а щеки начинали пылать. Нечисть подхватывала бурную мелодию, хлёстко, но при этом нежно входя в такт первобытного танца. Лес слился в акте чувственных движений, огонь разгорался. Небо пылало белым солнцем. 

Белая Королева хохотала.

Так Древний лес праздновал первое полнолуние лета.

litnet.com

Книга Полнолуние чужой реальности, глава Глава 1 , страница 1 читать онлайн

Глава 1

Глава 1

– С новым годом! С новым счастьем! – доносились радостные крики с улицы.

Даже сквозь закрытое окно, этот праздничный шум, невероятным образом, проникал в квартиру. Детский смех, песни, поздравления звучали отовсюду, перемешиваясь с громкими выстрелами красочных фейерверков.

Народ радовался. Встречал новый год, не менее радостно провожая старый. Бой курантов уже давно отзвучал, но для многих, веселье только начиналось. Для меня же, просто закончился ещё один день. Немного суматошный, и до боли грустный. Моё веселье и чувство праздника потерялось три года назад, когда на мокром асфальте столкнулись фура и серебристый ниссан.

В тот день мы с родителями возвращались домой с областных соревнований по танцам. Настроение было радостным, я так вообще, пребывала в восторженной эйфории. Первый призовой кубок, пусть не золотой, всего лишь бронзовый, выстраданный утомительными тренировками, не хуже печки, грел душу.

Я очень долго готовилась к этому выступлению, выматываясь морально и физически. Это, только, кажется, что современные танцы легки в исполнении, и не нуждаются в тщательной подготовке, продумывании композиции и движений, сплошная импровизация. Это и есть мастерство, иллюзия лёгкости и удержание внимание зрителя. У меня сегодня получилось приблизиться к цели, ещё на одну ступеньку. Все труды были не напрасны, и сейчас, я была просто счастлива, с трудом вникая в слова моих, не менее счастливых, родителей.

Мама, с тёплой улыбкой, в сотый раз пересказывала, как здорово я смотрелась на паркете, как вопила от восторга публика стоило мне выдать своё коронное движение. Стойка на одной руке с горизонтальным шпагатом. Папа с энтузиазмом ей поддакивал, весело подмигивая мне в зеркало заднего вида.

В один из таких моментов нам на встречу и вылетела эта смертоносная громадина. Папа ничего не успел сделать, только выкрутил руль в тщетной попытке уйти от столкновения, но машину закрутило. Раздался визг тормозов, в салоне резко запахло гарелой резиной, а потом, сильный удар отбросил меня сначала вперёд, а потом назад, ощутимо приложив затылком о сиденье. В глазах потемнело, уши заложило от жуткого скрежета и крика.

– Мама! – вскрикнула в отчаянье, но слова застряли на подходе вместе с воздухом.

Грудь сильно сдавило, я не могла ни вздохнуть, ни выдохнуть. Темнота, она была кругом, и становилась всё плотнее. В ушах всё ещё был вакуум. Ничего не понимая, не видя и не слыша, я отчаянно барахталась в этой темноте, с ужасом понимая, что даже тела своего не чувствую. А потом, пришла она, боль. Обжигающая, выворачивающая наизнанку, ломающая кости и рвущая связки. По-моему я кричала, беззвучно, теряя последние крохи кислорода, но новая волна боли в ногах заставила меня замолчать.

В себя пришла уже в больнице. Загипсованная и обмотанная бинтами по самую макушку. Первое, что увидела, это как осунулась, и ещё больше постарела моя бабушка, стоило мне открыть глаза, и она бросилась ко мне, поспешно вытирая слёзы с бледных щёк. Серые глаза поблёкли, горестные морщинки глубокими шрамами пересекли её светлое лицо.

– Карина! Девочка моя, ты очнулась! Слава богу, – шептала она, осторожно гладя меня по голове.

Даже смогла улыбнуться. Через боль, что затаилась в её глазах, через отчаянье, что ещё секундой назад накрывало её с головой. Ради меня, ради нас, она осталась сильной. Готовая бороться, за мою жизнь, чего бы это ей ни стоило.

И мы боролись, вместе. Поддерживая друг друга, помогая пережить общее горе и не скатиться в отчаянье. Ещё там, в палате, только посмотрев на бабушку, я сразу поняла, в этом мире, мы с ней остались одни друг у друга. Мама, моя улыбчивая, добрая мама и, всегда готовый прийти на помощь, и защитить от всех бед папа, погибли. Их смерть была мгновенной, а вот я выжила, только навсегда осталась калекой, прикованной к инвалидному креслу.

Мне было девятнадцать. Возраст, когда хочется влюбляться, мечтать, столько планов на будущее, столько желания жить и дышать полной грудью, наслаждаясь каждым моментом, каждым днём. Но судьба жестоко решила подрезать мне крылья на взлёте. За что? Почему? Вопросы без ответа.

Сейчас мне двадцать два. Два года мы с бабушкой пытались снова научиться жить без них, вместе привыкая к новым правилам и трудным реалиям инвалидов. Выкарабкались, я даже смогла найти себе занятие по душе и начала зарабатывать деньги, которые, были очень нужны на лечение. Благо интернет позволял это сделать. Пригодились мои дизайнерские таланты, замеченные ещё мамой, но так и оставшиеся в зачаточном состоянии, а вот учёбу на ветеринара пришлось оставить.

От воспоминаний на глаза навернулись слёзы. В неровном свете свечи я смотрела на родные лица, улыбающиеся мне с большой фотографии. Мама, папа и бабушка, вся моя семья, которой больше нет рядом, только в моём сердце навсегда отпечатался их образ. Год назад бабушка умерла, тихо ушла во сне. Она никогда не жаловалась, а я, как могла, берегла её и помогала по мере сил и возможностей. И всё же судьба решила забрать и её. Возраст, сильный стресс, в какой-то миг сердце просто не выдержало.

Последний раз бросила взгляд на фотографию и затушила свечку. Руки привычно легли на холодный металл колёс инвалидной коляски. Темнота комнаты гнала меня вперёд, туда, где вспыхивал свет от взрывающихся фейерверков, и ждало живое тепло.

Нейна – странная кошка несколько месяцев назад ворвавшаяся в мою жизнь, неподвижно сидела на широком подоконнике, любуясь разноцветными всполохами через стекло.

Почему такое странное имя у обычной российской кошки? Так и сама киса была не совсем обычной. Крупная, с симпатичными кисточками на кончиках настороженно торчащих ушей, и невероятно зелёными глазами. Тёмная, густая шёрстка красиво переливалась на свету, но не была целостного окраса. Если приглядеться, можно было рассмотреть небольшие двухцветные пятна, словно спрятанные под тёмным цветом, но проглядывающие при движении мышц.

litnet.com