Книга "Полумрак" из жанра Любовные романы - Скачать бесплатно, читать онлайн. Книга полумрак


Читать Полумрак - Эль Джаспер - Страница 1

Джаспер Эль

Полумрак

Хроники тёмных чернил — 1

Оригинальное название: Elle Jasper «Afterlight»

Джаспер Эль «Полумрак»

Бета ридер: Ольга Николайцева

Редактор и оформитель: Анастасия Антонова

Переводчики: Lisica_k, banya, oljaa, AlexandraRhage, Olisska,

Likochka11, WindBride, elenam, sunshima, belkamoon, Zluchka,

Clare, _twilight_sun_, MeMik, PikaVika, laranazira,

Rin_ka, maya88, NDobshikoVa, aveeder, mistletoe, Elena_of_night

Любое копирование без ссылки

на переводчика ЗАПРЕЩЕНО!

Пожалуйста, уважайте чужой труд!

Джаспер Эль

Полумрак

Пролог

Саванна, Джорджия

Сити Маркет

Октябрь

Полумрак. Как учит «Галла», оно сравнимо с двумя вещами: первая это последние моменты сумерек перед наступлением полной темноты, вторая жизнь после смерти или загробная жизнь. Мне хорошо знакомы обе.

Смерть мне знакома давно. Я видела её своими глазами, и это оставило ужасный отпечаток в моем сознании, который будет преследовать меня всегда. Но, как и большинство дерьмовых вещей, которые произошли в моей жизни, я просто имела с ней дело, и, возможно, смерть сделала меня сильнее. Одну вещь я выучила - независимо от того, как ты столкнёшься с ней, и независимо от ситуации, есть одна существующая константа: законченность. От этого никуда не денешься.

Мое зрительное восприятие размыто, поскольку я смотрела в залитое дождём окно угловой кабинки, где сидела в пабе Молли Макферсон, и я моргнула, чтобы видеть яснее сквозь вечерний душ снаружи. Боже, я хотела курить, но в эти дни от курения хотелось блевать, поэтому я выудила кусок никотиновой жевательной резинки из моей сумки и засунула её в рот. Двадцать третье октября, девять пополудни, было дождливо и тепло — почти двадцать семь градусов. Больше ни что не было прежним, и хотя для большинства изменения едва различимы, для меня они были "в моем лице" очевидными. Я знала вещи неизвестные другим, и если честно, довольна как черт. Я в большей степени предпочитаю быть полностью подготовленной столкнуться с моими страхами и врагами в лоб, чем быть побитым сосунком из-за неосведомленности — независимо от того насколько безобидной. И поверьте — я была готова. Под моей короткой тонкой юбкой вес клинка чистого серебра лежал на моем голом бедре как постоянное напоминание.

— Эй, Райли, хочешь ещё пинту? — окрик пересек небольшой паб и привлек мое внимание.

Я подняла руку Мартину, бармену, и покачала головой:

— Нет, спасибо. Я в порядке.

Он подмигнул, усмехнулся и ушел по своим делам. Паб Молли был не слишком забит сегодня вечером, но постоянное бормотание клиентов отдавало низким гулом в моей голове. Если я останусь подольше, голова начнет раскалываться.

Ладонью я вытерла влагу с окна и изучила оживленные, освещенные фонарями мощеные улицы Конгресс-Стрит и Сити Маркета. Я заметила его под навесом Белфорда. Господи — как долго он стоял там? Хоть я не могла видеть его небесно-голубого цвета глаза на таком расстоянии, я знала, что Илай совершенно не испытывал абсолютно никаких затруднений при разглядывании меня, и что его пристальный взгляд прочно сцепился с моим. Непреодолимый, неослабевающий трепет пронзили мои вены, и я задрожала. Он постоял там мгновение, наблюдая за мной, и когда он ступил в толпу людей пятничной дождливой ночью, то двигался легко сквозь толпу ко мне, непринужденно и доминирующе — почти плавно. Черты его лица были молодыми, безупречными, и древними одновременно. Темно-каштановые взъерошенные волосы скользили вкось через его лоб, придавая ему спокойный, сексуальный вид.

Этому виду противоречила совершенно бледная, самая красивая кожа.

Пока я наблюдала, как он приближается, черты его лица становились все четче, и я поняла, насколько в действительности может быть обманчива внешность. Например, для большинства я, вероятно, выглядела, как полный фрик с черными волосами и прядями цвета фуксии, в высоких кожаных ботинках, сетчатой футболке и бледной кожей с кроваво-красными губами. И довольно реальной татуировкой дракона, видимой под сетчатой тканью. Дракон полз от моей поясницы вверх по хребту и спускался по обеим моим рукам, вызывая у людей двоякое мнение, как и эбеновое крыло ангела, вбитое чернилами в кожу уголка моего левого глаза. Я не возражала, хотя ангелом я не была.

Может это и не видно по мне, но я, возможно, самый ответственный человек из всех, кого я знаю. Во всяком случае, сейчас. У меня успешное дело, я вовремя оплачиваю свои счета и после того как я привела в порядок свои дела с законом, я довольно хорошо воспитывала своего младшего брата. Таким образом, пока я внимательно присматривалась, заинтересовавшись, что Эли впутался в компанию людей, которые были невежественны, не обращали внимания на то, что было правильным ниже их носов, несмотря на безупречную, ребяческую, захватывающую дух симпатичную внешность и очарование. Я такой не была. Больше не была.

Плохо то, что я умру за него, и это я осознавала с полной ясностью. И если такое было возможно, он умрет за меня. Было ли это любовью? Навязчивой идеей? Возможно и то и другое. Но это определенно было что-то сильное, и я больше не управляла этим. Это было ужасающе и волнующе одновременно. Поговорим о высоком. Это превосходило любую наркоту, которую я когда-либо пробовала.

Я резко встала и стремглав выбежала из кабинки, бросив банкноту в пять долларов на стол и махнув на прощание Мартину, выскочила на улицу под холодную изморозь.

Поскольку расстояние между нами становилось короче, я могла, наконец увидеть

как свет фонаря освещает его встревоженный взгляд, сияющий в его тревожных глазах, когда они искали мои, и в это время мое сердце ухнуло в груди.

Я знала, что есть намного большие ужасы и горести, чем смерть. Невообразимые вещи, существование которых я бы яростно оспаривала всего несколько месяцев. Вампиры. Они были реальностью. Они существовали. И они не те, что вы думаете.

И я была крайне, неизменно влюблена в одного из них.

«Вы знаете, оглядываясь назад, теперь я могу назвать точный момент, когда все вокруг меня изменилось. Что забавно, я заметила это сразу, но это никак в действительности не выражалось. Я просто поняла это. Не позднее того, как я поняла, что вампиры существуют. Знаете, что это было? Цикады. В момент, когда это произошло, цикады замолчали. Я не слышала ни одного из гораздо менее тысячи тех, которые наполняли каждую летнюю ночь с тех пор как я была ребенком. Они были моим белым шумом, и они исчезли. Сбежали. И стало раздражающе тихо. Как воспринять это?»

Райли По».

Глава 1

Беспорядки

«Я не боюсь умереть, заранее подумав о смерти»

Анонимная эпитафия, Кладбище Бонавентура

Саванна, Джорджия

Кладбище Бонавентура

Август, после полуночи.

— По - ты, хрен, тащи свою задницу сюда!

— Заткнись, я не хрен!

Ломкий подростковый смех эхом раздался в ночи, и если бы я не была настолько зла, я бы тоже рассмеялась. Обычно, слышать как думающие-только-об-одном подростки рассуждают о хрене очень веселило меня. Но тогда мне хотелось только задушить всех четверых - особенно того, кого обозвали хреном. Моего младшего брата, Сета.

Этот мелкий придурок знал, что я прослежу за ним, особенно, если он собрался ночевать у Риггса Паркера.

Вот так я и оказалась там, в пятницу после полуночи, вглядываясь через ограду, окружающую кладбище Бонавентура. После того, как я работала весь день.

online-knigi.com

Читать онлайн книгу «Полумрак» бесплатно — Страница 1

Джаспер Эль

Полумрак

Хроники тёмных чернил — 1

Оригинальное название: Elle Jasper «Afterlight»

Джаспер Эль «Полумрак»

Бета ридер: Ольга Николайцева

Редактор и оформитель: Анастасия Антонова

Переводчики: Lisica_k, banya, oljaa, AlexandraRhage, Olisska,

Likochka11, WindBride, elenam, sunshima, belkamoon, Zluchka,

Clare, _twilight_sun_, MeMik, PikaVika, laranazira,

Rin_ka, maya88, NDobshikoVa, aveeder, mistletoe, Elena_of_night

Любое копирование без ссылки

на переводчика ЗАПРЕЩЕНО!

Пожалуйста, уважайте чужой труд!

Джаспер Эль

Полумрак

Пролог

Саванна, Джорджия

Сити Маркет

Октябрь

Полумрак. Как учит «Галла», оно сравнимо с двумя вещами: первая это последние моменты сумерек перед наступлением полной темноты, вторая жизнь после смерти или загробная жизнь. Мне хорошо знакомы обе.

Смерть мне знакома давно. Я видела её своими глазами, и это оставило ужасный отпечаток в моем сознании, который будет преследовать меня всегда. Но, как и большинство дерьмовых вещей, которые произошли в моей жизни, я просто имела с ней дело, и, возможно, смерть сделала меня сильнее. Одну вещь я выучила - независимо от того, как ты столкнёшься с ней, и независимо от ситуации, есть одна существующая константа: законченность. От этого никуда не денешься.

Мое зрительное восприятие размыто, поскольку я смотрела в залитое дождём окно угловой кабинки, где сидела в пабе Молли Макферсон, и я моргнула, чтобы видеть яснее сквозь вечерний душ снаружи. Боже, я хотела курить, но в эти дни от курения хотелось блевать, поэтому я выудила кусок никотиновой жевательной резинки из моей сумки и засунула её в рот. Двадцать третье октября, девять пополудни, было дождливо и тепло — почти двадцать семь градусов. Больше ни что не было прежним, и хотя для большинства изменения едва различимы, для меня они были "в моем лице" очевидными. Я знала вещи неизвестные другим, и если честно, довольна как черт. Я в большей степени предпочитаю быть полностью подготовленной столкнуться с моими страхами и врагами в лоб, чем быть побитым сосунком из-за неосведомленности — независимо от того насколько безобидной. И поверьте — я была готова. Под моей короткой тонкой юбкой вес клинка чистого серебра лежал на моем голом бедре как постоянное напоминание.

— Эй, Райли, хочешь ещё пинту? — окрик пересек небольшой паб и привлек мое внимание.

Я подняла руку Мартину, бармену, и покачала головой:

— Нет, спасибо. Я в порядке.

Он подмигнул, усмехнулся и ушел по своим делам. Паб Молли был не слишком забит сегодня вечером, но постоянное бормотание клиентов отдавало низким гулом в моей голове. Если я останусь подольше, голова начнет раскалываться.

Ладонью я вытерла влагу с окна и изучила оживленные, освещенные фонарями мощеные улицы Конгресс-Стрит и Сити Маркета. Я заметила его под навесом Белфорда. Господи — как долго он стоял там? Хоть я не могла видеть его небесно-голубого цвета глаза на таком расстоянии, я знала, что Илай совершенно не испытывал абсолютно никаких затруднений при разглядывании меня, и что его пристальный взгляд прочно сцепился с моим. Непреодолимый, неослабевающий трепет пронзили мои вены, и я задрожала. Он постоял там мгновение, наблюдая за мной, и когда он ступил в толпу людей пятничной дождливой ночью, то двигался легко сквозь толпу ко мне, непринужденно и доминирующе — почти плавно. Черты его лица были молодыми, безупречными, и древними одновременно. Темно-каштановые взъерошенные волосы скользили вкось через его лоб, придавая ему спокойный, сексуальный вид.

Этому виду противоречила совершенно бледная, самая красивая кожа.

Пока я наблюдала, как он приближается, черты его лица становились все четче, и я поняла, насколько в действительности может быть обманчива внешность. Например, для большинства я, вероятно, выглядела, как полный фрик с черными волосами и прядями цвета фуксии, в высоких кожаных ботинках, сетчатой футболке и бледной кожей с кроваво-красными губами. И довольно реальной татуировкой дракона, видимой под сетчатой тканью. Дракон полз от моей поясницы вверх по хребту и спускался по обеим моим рукам, вызывая у людей двоякое мнение, как и эбеновое крыло ангела, вбитое чернилами в кожу уголка моего левого глаза. Я не возражала, хотя ангелом я не была.

Может это и не видно по мне, но я, возможно, самый ответственный человек из всех, кого я знаю. Во всяком случае, сейчас. У меня успешное дело, я вовремя оплачиваю свои счета и после того как я привела в порядок свои дела с законом, я довольно хорошо воспитывала своего младшего брата. Таким образом, пока я внимательно присматривалась, заинтересовавшись, что Эли впутался в компанию людей, которые были невежественны, не обращали внимания на то, что было правильным ниже их носов, несмотря на безупречную, ребяческую, захватывающую дух симпатичную внешность и очарование. Я такой не была. Больше не была.

Плохо то, что я умру за него, и это я осознавала с полной ясностью. И если такое было возможно, он умрет за меня. Было ли это любовью? Навязчивой идеей? Возможно и то и другое. Но это определенно было что-то сильное, и я больше не управляла этим. Это было ужасающе и волнующе одновременно. Поговорим о высоком. Это превосходило любую наркоту, которую я когда-либо пробовала.

Я резко встала и стремглав выбежала из кабинки, бросив банкноту в пять долларов на стол и махнув на прощание Мартину, выскочила на улицу под холодную изморозь.

Поскольку расстояние между нами становилось короче, я могла, наконец увидеть

как свет фонаря освещает его встревоженный взгляд, сияющий в его тревожных глазах, когда они искали мои, и в это время мое сердце ухнуло в груди.

Я знала, что есть намного большие ужасы и горести, чем смерть. Невообразимые вещи, существование которых я бы яростно оспаривала всего несколько месяцев. Вампиры. Они были реальностью. Они существовали. И они не те, что вы думаете.

И я была крайне, неизменно влюблена в одного из них.

«Вы знаете, оглядываясь назад, теперь я могу назвать точный момент, когда все вокруг меня изменилось. Что забавно, я заметила это сразу, но это никак в действительности не выражалось. Я просто поняла это. Не позднее того, как я поняла, что вампиры существуют. Знаете, что это было? Цикады. В момент, когда это произошло, цикады замолчали. Я не слышала ни одного из гораздо менее тысячи тех, которые наполняли каждую летнюю ночь с тех пор как я была ребенком. Они были моим белым шумом, и они исчезли. Сбежали. И стало раздражающе тихо. Как воспринять это?»

Райли По».

Глава 1

Беспорядки

«Я не боюсь умереть, заранее подумав о смерти»

Анонимная эпитафия, Кладбище Бонавентура

Саванна, Джорджия

Кладбище Бонавентура

Август, после полуночи.

— По - ты, хрен, тащи свою задницу сюда!

— Заткнись, я не хрен!

Ломкий подростковый смех эхом раздался в ночи, и если бы я не была настолько зла, я бы тоже рассмеялась. Обычно, слышать как думающие-только-об-одном подростки рассуждают о хрене очень веселило меня. Но тогда мне хотелось только задушить всех четверых - особенно того, кого обозвали хреном. Моего младшего брата, Сета.

Этот мелкий придурок знал, что я прослежу за ним, особенно, если он собрался ночевать у Риггса Паркера.

Вот так я и оказалась там, в пятницу после полуночи, вглядываясь через ограду, окружающую кладбище Бонавентура. После того, как я работала весь день.

В свете убывающей луны, едва пробивающемся сквозь деревья я с трудом могла различить их тощие, обтянутые ливайсами фигуры, тут и там мелькающие среди надгробных плит и теней.

Ночевка в доме Риггса, как бы ни так. Наверно, они сказали родителям, что ночуют друг у друга. Неужели до них не дошло, что им не удастся меня облапошить? Похоже, что нет, поэтому я и оказалась там, в середине этой долбанной ночи, следя за тем, что бы с моим младшим братцем ничего не случилось.

Я увидела, что они направились к задней части кладбища, и последовала за ними вдоль ограды в сторону знакомого дуба. Пробраться через его кривые корни на пятнадцати сантиметровых каблуках было не так-то и легко.

Но после всех моих вечеринок на булыжниках Ривер Стрит, я справилась с этим без проблем. Я же профессионал. Наконец я снова смогла их услышать. Они так увлеклись обзываниями и выпендриванием друг перед другом, что никто из них меня не замечал. Хорошо. Я выскочу к ним и хорошенько напугаю, а затем отволоку их по домам, пока кто-нибудь не вызвал полицию.

Я оглядела себя, а затем прикинула, что мне нужно сделать. Разумеется, что мне пришлось перелезать через двухметровый сетчатый забор именно в тот день, когда я надела кожаную мини юбку и сапоги на каблуках.

Если бы мама Ригга позвонила хоть немного пораньше, я бы успела переодеться. Пришлось поскорей все закрывать и бежать искать их. Когда я их заметила на улице Виктории, ни за что бы, ни подумала, что эти дураки решили пробраться на кладбище.

Это было уже не так легко, как когда я была подростком. Так, что вот она я: юбка, сапоги на каблуках и все такое. Хорошо еще, что никто, кроме мертвецов не сможет увидеть мою пятую точку (пятую точку — это придуманное подростками слово, означающее задницу, я часто его использую), когда я буду перелезать через ограду.

Я глубоко вдохнула и взялась за сетку обеими руками.

Даже в августовскую жару, покрытая росой решетка была прохладной.

Я нащупала на дубе знакомые выемки - те же самые, что использовали в свое время мы с друзьями - оперлась кончиком ноги о вырезанную выемку и перекинула другую ногу через верх забора.

Меня очень раздражало, что я такая высокая, но в очередной раз, мои метр семьдесят сантиметров очень пригодились.

Навалившись животом, придерживаясь руками, я перекинула вторую ногу и медленно соскользнула на землю. Когда я приземлилась, футболка зацепилась за забор и скомкалась вокруг талии, а каблуки увязли в сырой земле.

Я беззвучно выругалась, высвободила каблуки, натянула футболку обратно и, присевши, прислушалась. Эти мелкие долбодятлы заплатят мне за все.

Грохот, за которым последовал поток ругательств, донесся до моих ушей сквозь неподвижный ночной воздух.

Какого хрена они там вытворяют? Прислушиваясь к голосам, я тихонько пошла по сырому мху и дубовым листьям в дальний угол кладбища, ближе к реке.

Кажется, я знала в Бонавентуре все могилы - раньше мы с друзьями очень часто тусовались здесь. «Психи» — я знаю, но это было так.

Воспоминание о том, как я курила косяк, перепрыгивая с одного могильного камня на другой - это не то, чем я горжусь, так же и то как я занималась сексом на одной из могил. Для справки, курение травки и прыжки по могилам я бросила несколько лет назад. Сексом все еще занимаюсь, но только не на могилах.

Я подходила ближе, пригнувшись, обходя шишки и колючки, отодвигая длинные бороды луизианского мха, свисавшие с ветвей.

Наконец, среди теней, в лунном свете я разглядела мальчишек. Замерев, я с изумлением смотрела как Сет, и другие забираются в старый склеп. Это объясняло грохот. Проклятье! Даже я этого никогда не делала, а я сделала много безумных вещей.

Зная то, что я знаю от представителей Галла? Ни за что, черт побери! Я не могла поверить, что Сет решился на это. Надпись на этом склепе было очень старой, буквы практически стерлись, а те, что еще были видны заросли мхом и грязью. Кроме одной или двух букв остальное прочитать было невозможно.

Проповедник – уважаемый из народа Галла, травник и колдун, а так же практикующий вудуист, после смерти мамы заменил нам с Сетом дедушку. Он называл этот склеп Адским камнем и давным-давно сказал нам держаться от него подальше.

Если колдун Галла предупреждает вас о чем-то, вам лучше поверить в то, что это что-то крайне нехорошее. И если у вас есть хоть зачатки мозгов, то вы прислушаетесь.

Они были потомками Африканских рабов, привезенных на южное побережье во времена работорговли, и они знали дикую и плохую магию. Темные вещи.

Немного вуду, немного худу, немного традиционной медицины и травничества, и немного заклинания духов. Среди Галла все это очень уважаемые вещи.

Господи, Сет должно быть потерял остатки мозгов.

Несколько секунд я прислушивалась, крики цикад почти перекрывали тихие голоса ребят в могиле. Проклятье, до чего же громкие эти насекомые! Прижавшись спиной к старому камню, я боком продвигалась к только что образовавшемуся входу в склеп, края которого были неровными. Комары присосались к открытым участкам моего тела, и я смахнула их, не дотрагиваясь до кожи. Они продолжили кусать. Я пробралась сквозь последние заросли мха и, задержав дыхание, посмотрела вниз.

Мавзолей выглядел как старая каменная хижина - около двух с половиной метра в высоту и полтора метра в длину, и где-то столько же над землей. Проповедник рассказывал, сам склеп был гораздо больше, чем то, что сверху, даже здесь в нашем захолустье.

Они разломали старые ржавые ворота и спустились внутрь. Их самих я видеть не могла, но были заметны их тени в отблесках света. Отлично. Похоже, они подсвечивали себе зажигалками. Еще чуток, и они сожгут ни в чем не повинный труп и себя вместе с ним. Дебилы. Я не трусиха, или что-нибудь такое, но туда я не полезу.

Это место было проклято, и я не собираюсь испытывать судьбу.

Напугаю их до икоты, а потом посмотрю, как их тощие задницы оттуда вылезут. А потом я отведу Сета домой. За ухо. Не особо-то взросло, я знаю. Но ничего лучше придумать я не смогла. Вот если бы у меня была парочка хороших фейерверков вроде Блэк Кэтс или Вистлинг Мун...

Устроившись поудобнее я набрала полную грудь воздуха и приготовилась говорить самым низким голосом, на который была способна. Ничего сложного, учитывая то, что голос у меня и так немного низкий и хрипловатый.

— Полицейское управление города Саванна! А ну убирайся оттуда сейчас же! — ждать пока сопляки оттуда выберутся было почти весело.

Я стояла зажав себе рот одной рукой, а другой яростно отмахиваясь от комаров и прислушивалась к тому, как парни ругаясь и обзывая друг друга карабкаются по камням.

А затем произошло сразу много всего. Раздался звук, как будто разбился стакан или горшок и из склепа с почти звериным воем, вырвался порыв ветра.

Запахло могилой и разложением, я отдернула голову чтобы не попасть в него.

Затем кто-то из мальчишек выругался и они, крича срывающимися голосами стали карабкаться вверх и пытаться торопливо вставать. Внезапно ветер прекратился. Оглушающие трели цикад затихли. Над Бонавентурой была такая же тишина, как и под ним.

Сет поскользнулся, и я потянула его за футболку, заставив резко встать.

Он испуганно развернулся, и посмотрел на меня, явно не узнавая, затем его взгляд стал злым, когда он понял, кто перед ним. Я отпустила его, и приподняла бровь.

— О Боже! Райли! — вскрикнул он. — Что ты здесь делаешь? — нахмурился он. — Пусти!

Остальные мальчишки перестали дергаться и развернулись к нам. И попадали на землю от смеха. Один из них присвистнул. Риггс, которого я знаю с тех пор, когда ему было семь, сказал:

— Сестренка, По, чертовски хорошенькая!

— Проклятье, По, где ты ее прятал?

— Она замужем?

— Кого это волнует, чувак? — ответил Риггс. — У нее охрененная задница! — они все засмеялись.

Сет отвернулся и угрожающе двинулся к друзьям:

— Заткнись, Риггс!

Я улыбнулась. Какая-то часть меня гордилась им - несмотря на то, что только что он вел себя как идиот… он захотел защитить меня от приставаний своих дружков.

Может быть, я все-таки не так уж плохо его воспитала.

Я опять схватила его за футболку и потянула к себе, что было не так-то просто - он был уже с меня ростом, учитывая то, что я была на каблуках.

— Пойдем-ка отсюда, братец, — сказала я и потянула его к задней части кладбища.

Там была возвышенность возле левой стороны ограды - в самый раз, что бы перелезть. Я взглянула на друзей Сета и махнула головой:

— Давайте-ка сматываться, пока здесь действительно не появились копы. Мне кажется, вам не хочется, что бы ваших родителей разбудили сегодня таким образом. Осквернение могилы - это федеральное преступление.

То, что нам нужно, особенно, учитывая то, что копы уже меня знают.

— А что такое осквернение? — спросил один из парней.

— Ты хочешь, что бы мы пошли с тобой? — спросил с усмешкой Риггс. — Что бы ты настучала на нас предкам? Нет, спасибо, крошка! — он повернулся к остальным, — Пошли!

— Эй, погоди! — крикнула я, сделав пару шагов и подумала, что, пожалуй, предоставлю Риггсу самому узнать, что его мать уже в курсе этой проделки.

— Давайте, ребята! Я развезу вас по домам. — Я не могла их оставить здесь посреди ночи. Ни за что. — Клянусь Богом, я не настучу на вас.

— Нет, спасибо, детка! — выкрикнул Риггс и он вместе с остальными исчезли в тенях.

Из темноты же он крикнул:

— Ты горячая крошка, но я не позволю тебе отдать меня мамочке! — снова ломкий мальчишеский смех и их голоса затихли в ночи.

Почему-то, от этого я почувствовала себя неуютно, но при всем желании на таких каблуках я бы не смогла догнать их и заставить залезть в мой джип.

Я вздохнула и покачала головой:

— Пойдем, братец. Надо убираться отсюда.

Я взглянула на него. Даже в тени дубов я видела, каким взглядом Сет смотрел вслед своим друзьям. Он действительно разозлился на них.

— Как скажешь, — пробормотал. Он пнул комок грязи и положил свою тощую руку мне на плечо. — Не особенно хотелось идти сюда с самого начала. Глупая идея.

Я взглянула на него:

— Зачем тогда пошел?

— Дурацкий спор. — Сет пожал плечами.

Опять раздался ломкий подростковый смех, когда Риггс и другие наскочили на нас из темноты и убежали в другую сторону. Я почти решила позвонить в полицию. Может это самое оно - немного приструнить их. Но Сет в этом тоже замешан, поэтому я передумала.

Я сделала круг вокруг Бонавентуры, чтобы убедиться, что они вышли, а потом пошла с ним домой.

— Тупицы, — пробормотала я на них, затем повернулась к Сету.

Из опыта я пыталась не закидывать его вопросами «Почему?» и «Как все прошло?» — мне часто задавали их, когда я была в его возрасте; все это только и заставляло меня, как по-царски сваливать. Я поговорю с ним позже. Кроме того, я понимала: он жалел о том, что проводил время с этими ребятами и даже о том, что знает Риггса еще с начальной школы.

— Эй! Хочешь заскочить в «Кристалл»? Я ещё не ела. — Спросила я.

Лучшие фаст-фуд бюргеры на юге открыты двадцать четыре часа в сутки всю неделю. Вкусно и сытно.

— Да, конечно, — отозвался Сет.

— Эй… — Он остановился на склоне и посмотрел на меня. В лунном свете я могла различить дорожки на его лице, оставленные бритвой. Глаза, правда, были совершенно искренними. Мне это нравилось в брате. В глубине его глаз можно было прочесть все, что он чувствует и о чем думает. — Извини за сегодняшний вечер, — сказал он. — Я знаю, что ты должна работать по утрам.

Я шутливо ударила его в живот:

— Да, но не раньше одиннадцати, так что ничего страшного. — Я слегка толкнула его под ребра. — Ты можешь зайти и подмести пол для меня, — я усмехнулась и пнула носком ботинка шишку на дереве. — Ты бы отвернулся, если не хочешь увидеть кое-что интересное. — Моя юбка снова готова была задраться.

— Не нужно просить меня дважды, — сказал он и повернулся спиной.

Когда я перелезала через ограждение, то услышала, как присвистнули Риггс и его компания. Звук раздался недалеко, и я поняла, что они наблюдают из тени.

Чертовы маленькие извращенцы. Из горла Сета вырвалось рычание, и я представила, что если бы Риггс был достаточно близко, Сет бы накинулся на него. Мой брат был долговязым, но сильным как черт.

Когда я приземлилась пятками в грязь, я заметила, какая гробовая тишина стояла над Бонавентурой. Ни одна ночная птица, жук, лягушка, ни даже Риггс с дружками, не издавали ни звука. Тонкие волоски на моей шее и руках поднялись, но я тут же отмахнулась от неприятного ощущения.

— В чем дело? — спросил Сет, когда спрыгнул на землю рядом со мной. — Ты выглядишь, как будто увидела привидение или что-то такое.

Я разглядывала могилы, мраморные статуи, которые виднелись из-за деревьев, и чем дольше я там находилась, тем сильнее становилось нехорошее предчувствие.

— Ты не чувствуешь, это? — Сет замолчал на долю секунды.

— Да. Что это? У меня от этого мурашки. — Он оглядел кладбище. — Слишком тихо.

— Ты знаешь, в какой склеп вы забрались, верно? — Я взглянула на него.

Его взгляд застыл, и в нём было отражение ночного неба, он убрал чёлку с лица и кивнул.

— Ещё заранее. Я пытался уговорить Риггса бросить эту затею, но он придурок. Он пнул по ограде до того как я успел его остановить.

Я полностью согласилась. Риггс полнейший идиот.

— Короче, давай убираться отсюда, окей? — закончила я. — Джип вон там.

— Можно я поведу, — попросил он.

— Нет.

— Черт.

Я ухмылялась, когда мы шли по гравийной парковке перед кладбищем и мимо двух колонн на входе.

Но странное ощущение не покидало меня, сжимая мои внутренности, даже после того как мы вышли.

Я медленно спускалась вниз по парковке, ожидая что промелькнёт Риггс с ребятами, задержавшимися на кладбище, и меня охватило тревожное чувство скрутившее мой живот. Оглядываясь назад, у меня за плечами были подростковые годы наполненные тёмными закоулками улиц Саванны.

Учитывая мой опыт, я привыкла верить предчувствиям. Я чувствовала, как будто кто-то наблюдал за нами. И я не думала, что это был Риггс или его друзья. Самое странное проклятое чувство, которое у меня когда-либо было. Я никогда не пугалась.

Когда я была в возрасте Сета, я была задирой панк-ребенком.

Я ничего не боялась и на спор сделала бы все, что угодно. Будучи подростком, я сама выглядела пугающе, с моей, от природы, бледной кожей, в то время, красными волосами с чёрным мелированием, густо подведёнными глазами и чёрной помадой на губах.

Я прогуливалась по вымощенным улицам Саванны всю свою жизнь, была в самых грязных закоулках, и видела много всякого дерьма. Намного больше чем нужно. Раньше я была шизанутым подростком, и если бы не повстречала Проповедника, до сих пор была бы такой же.

Но я никогда не испытывала того, что чувствовала сейчас.

Мне хотелось оглянуться назад и еще того хуже, посмотреть наверх. Какого хрена мне хотелось так сделать? Что может быть над головой? Удушливый болотный холод понёсся у меня по лицу, когда я прошла третий парковочный ряд, и я взглянула на Сета.

Он кусал ногти и уставился на крышу джипа, как будто смотрел в окно. Я знала, почему он вел себя странно. Он побывал в этой чёртовой гробнице. На его месте, я бы тоже чокнулась.

Чёрт побери, он сам прекрасно знал, если пойдёт внутрь, всё так и будет. Но я не буду сегодня мучить его вопросами. Завтра. Я подожду до завтра

— Они там, — сказал Сет, указывая на лево от узкой улочки. Будучи уверен, что эти придурки как раз пробирались через чей-то двор. Они исчезли за небольшим белым домом.

— Это дом бабушки Тодда, — сказал Сет. — Сегодня ночью они останутся здесь.

Я включила первую передачу и медленно тронулась с места, поехав в направлении старенького дома. Я почувствовала облегчение, после того как увидела загоревшийся свет в задней части дома.

По крайней мере, мальчики были не на улице. Мы уехали и направились, по теперь уже разгруженной улице Победы. Потом мы заехали в «Кристалл» и поспешили домой.

Запах пропитанных соусом поджаренных гамбургеров из бумажного пакета, заставлял мой живот урчать. Я была фанаткой фаст-фуда, и купила дозу. Я наверно могла в одиночку осилить пять или шесть. Если вы никогда не пробовали гамбургеров в «Кристалл», то знайте - они восхитительны, но для желудка просто адская смесь.

К счастью, они идеально подходили для моего пищеварения, и я была голодной.

Я повернула на улицу Аберкорн, нарушив все правила, пересекла Бей Стрит и наконец-то выехала на мостовую.

Как только я свернула к торговым ларькам, в нос меня ударил стойкий запах мочи пятничной ночью. Это одна из тех достопримечательностей, о которые не найдёшь на туристических маршрутах Саванны - выходные всенародного мочеиспускания в историческом районе. Противно. Чертовски противно.

Я припарковала джип у чёрного входа в Татуманию, поставила на ручник, и вылезла первой.

Схватила напитки и крикнула:

— Пойдём, братишка, пока я не начала жевать этот пакет… Эй, ты погуляешь с Чейзом? Он наверное хочет в туалет?

Чейз - это наша трёх летняя австралийская овчарка. Чепрачный, один глаз голубой, другой карий. Адски крутой пёс, мы взяли его в приюте два года назад.

Когда Сет поднимался по лестнице, его взгляд до сих пор был стеклянным.

— Да, конечно.

Именно тогда я действительно заметила тишину на улицах. Не человеческая тишина, я всегда слышала, как мой братец смеётся или напевает, иногда вой сирен полицейской машины. Я даже слышала старого Капоте, играющего на саксофоне на пароходе, на речной прогулке. Но цикады? Сверчки? Ночные птицы? Мертвая тишина.

Я сунула ключ в замочную скважину и вошла внутрь, Сет присел на корточки, и тут же подскочил Чейз лая и виляя хвостом.

— Привет, мальчик, — сказала я, почесывая мех между его ушами. — Ты скучал по нам?

Сет взял поводок со стены, пристегнул Чейза за ошейник и вышел, прихватив пакет с мусором.

Я наблюдала за ним ещё минуту, пока он не исчез из вида.

Перед тем как закрыть дверь я взглянула через плечо, снаружи были поздние сумерки «полумрак» (Галла произносят это как «полу-мрак»). Я ничего не видела — зато почувствовала все. Сет и Чейз резвились на улице, так что я убедилась, что всё в порядке, потом закрыла дверь и опустила задвижку.

Скоро, я узнаю, что замки и болты были для наивных. И в действительности, они абсолютно, чертовски ничего не стоят.

Глава 2

Начало

Когда сработала сигнализация в восемь утра, я с удивлением обнаружила, что фактически выспалась, несмотря на ночную выходку в Бонавентуре. Так как я не открывала магазин раньше одиннадцати, я любила утро за его неспешность, несмотря на то, что я была абсолютно непредсказуема на девяносто восемь процентов, на оставшиеся два я оставалась рабом привычки - пить чай Галла.

Я знаю, посмотрев на меня, вы ни за чтобы не подумали, что по утрам мне нравится пить крепко заваренный африканский чай со сливками и сахаром. Я скорее смахивала на... любительницу Ред Була (Ред Бул я припасла на ланч). Но чай Галла был, несомненно, божественен, и я пила его каждый Божий день.

Выскользнув из кровати, я поставила чай завариваться и втиснулась в потёртые джинсовые шорты, собрала волосы в конский хвост, попутно засунув ноги в шлёпанцы, и спустилась вниз.

Я сводила Чейза на короткую прогулку, насыпала горку корма в его собачью чашку и открыла дверь чёрного входа в «Татуманию». Когда я уходила, то мельком взглянула вниз и мысленно сделала заметку, что попозже нужно будет накрасить ногти.

Тёмно-фиолетовый лак, которым я красила ногти, буквально два дня назад уже начал отслаиваться. А я ненавидела облезлые ногти. Сплошной позор.

Густой, влажный августовский ветер дул мне в лицо и лип к коже, пока я шла привычной дорогой вниз по пешеходной улице Факторс к служебному входу в магазин Проповедника, который стоял непосредственно рядом с моим. «Черный глаз».

У Галла это буквально означало «дурной глаз» или «недобрый глаз», там продавались редкие травы, настойки и магические обереги. Проповедник и его супруга Эстель принадлежали к малочисленному, но дружному сообществу Галла, которые выращивали свой специфический чай и другие травы на острове, который они по-простому называют Остров. Да, на одном из небольших островков на побережье Саванны.

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19

www.litlib.net

Книга "Полумрак" из серии Хроники тёмных чернил 1

 
 

Полумрак

Автор: Эль Джаспер Жанр: Любовно-фантастические романы Серия: Хроники тёмных чернил #1 Язык: английский Добавил: Admin 27 Дек 12 Проверил: Admin 27 Дек 12 Формат:  FB2 (279 Kb)  RTF (263 Kb)  TXT (228 Kb)  HTML (278 Kb)  EPUB (421 Kb)  MOBI (1599 Kb)  JAR (282 Kb)  JAD (0 Kb)  

Рейтинг: 0.0/5 (Всего голосов: 0)

Аннотация

Самый необычный мастер татуировок в Саванне, Райли По, всегда живет на грани. Теперь у нее большие проблемы, потому что ее младший братец ввязался в какую-то зловещую секту, возглавляемую вампирами. А своего единственного союзника — темпераментного вампира Эли Дюпре — Райли привлекает не только своей красотойё но и редкой группой крови. Чтобы спасти брата от участи не-мертвых, Райли придется столкнуться с такой опасностью, которую она не могла даже представить, с безжалостными кровожадными врагами и бесконечным голодом, жаждущим пожрать всех их.

Объявления

Где купить?

Нравится книга? Поделись с друзьями!

Похожие книги

Комментарии к книге "Полумрак"

Комментарий не найдено
Чтобы оставить комментарий или поставить оценку книге Вам нужно зайти на сайт или зарегистрироваться
 

www.rulit.me

Книга "Полумрак" из жанра Любовные романы

 
 

Полумрак

Автор: Эль Джаспер Жанр: Любовно-фантастические романы Серия: Хроники тёмных чернил #1 Язык: английский Добавил: Admin 27 Дек 12 Проверил: Admin 27 Дек 12 Формат:  FB2 (279 Kb)  RTF (263 Kb)  TXT (228 Kb)  HTML (278 Kb)  EPUB (421 Kb)  MOBI (1599 Kb)  JAR (282 Kb)  JAD (0 Kb)  

Рейтинг: 0.0/5 (Всего голосов: 0)

Аннотация

Самый необычный мастер татуировок в Саванне, Райли По, всегда живет на грани. Теперь у нее большие проблемы, потому что ее младший братец ввязался в какую-то зловещую секту, возглавляемую вампирами. А своего единственного союзника — темпераментного вампира Эли Дюпре — Райли привлекает не только своей красотойё но и редкой группой крови. Чтобы спасти брата от участи не-мертвых, Райли придется столкнуться с такой опасностью, которую она не могла даже представить, с безжалостными кровожадными врагами и бесконечным голодом, жаждущим пожрать всех их.

Объявления

Где купить?

Нравится книга? Поделись с друзьями!

Похожие книги

Комментарии к книге "Полумрак"

Комментарий не найдено
Чтобы оставить комментарий или поставить оценку книге Вам нужно зайти на сайт или зарегистрироваться
 

www.rulit.me

Читать онлайн книгу Книга Натаниэля

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 20 страниц)

Назад к карточке книги

ПолумракКнига Натаниэля

Стань Творцом При Помощи

Иллюстрированных Примеров

Всего За Семь Дней

Текст дан в черновой редакции, подробнее о книге можно узнать на официальном сайте http://polumrak.ru

I.

Мне кажется, что в начале всё-таки было не Слово…

То есть в самом-то начале не было ничего. Совершенно буквально ничего не было. Не полная пустота, а пустая пустота. Ничего не было именно потому, что самого ничего тоже не было. Отсутствие отсутствия.

А потом кто-то, кого мы можем назвать Он, сказал Слово.

Во-первых, он хотел оскорбить того, кто наступил ему на ногу. Очень легко наступить кому-то на ногу, когда нет ничего, тем более Пространства и Времени.

Наступивший на ногу был Элохим, то есть Боги.

Не сколько-то Богов. Вообще-то на самом деле, один. Однако ничего не было, и количество ненаблюдаемого Элохим было неопределенно.

Его, количества, скорее всего, и не было. Поэтому Он и назывался Элохим.

Итак, Элохим наступил сам себе на ногу и произнёс Слово.

Обычно, чтобы оскорбить кого-то, надо назвать чего чем-то, чем он на самом деле не является.

Элохим огляделся. Вокруг было ничто и Элохим.

«Ничтожество!» крикнул он, массируя ногу.

Нет, разумеется у него не было ног. Однако в ненаблюдаемой всевероятности отсутствие или наличие ног равновероятно. Пока никто не видел и не осознавал ничего, Элохим мог быть лишь духом, носящимся над водой, а мог быть и слонихой в кружевном белье.

II.

– Ну хорошо, – сказал Моисей, – я понял, что это чудо. Куст горит и не сгорает. Допустим, что это чудо…

– Ну что это ещё может быть?… – устало спросил куст.

– Оптическая иллюзия. – сказал Моисей, почёсываясь. – Галлюцинация. Тут растут такие грибы…

– Ты их что, ел?… – спросил куст.

– Нет вроде. А может, это значит только, что у меня две галлюцинации – что куст горит и что я не ел грибы. А на самом деле куст не горит и грибы я ел. Знаешь моего брата Арона?

– Конечно знаю! – закричал куст. – Я Господь твоего народа! Я вас, козлов, всех знаю!

– Ну вот он разговаривает даже с едой, которую ест.

Куст промолчал. Он размышлял о том, как плохо быть растением и не иметь крепких, сильных, подвижных конечностей, способных сжиматься в кулаки.

III.

– Ты ещё тут? – удивлённо спросил Господь Иону. – Четыре дня во чреве кита и он тебя так и не переварил?

– Да. – кротко ответил Иона.

– Потрясающе! – воскликнул Господь. – Чего только не бывает. Настоящий феномен. Интересно, как так вышло? Впрочем, вряд ли мы когда-нибудь узнаем.

IV.

– Ты что, издеваешься? – спросил Моисей, опираясь на посох.

Разверзшееся Чермное Море впереди шумело.

– Не понял? – озадаченно сказал Господь. – Что тебя не устраивает?

– Ты в канавку-то загляни, – сказал Моисей, тыкая пальцем в сторону моря.

Между двумя стенами живой воды простиралась чёрная полоса блестящего под вечерним солнцем ила.

– Ну и что тебя не устраивает? – произнёс Глас Божий.

– Аки посуху? – спросил Моисей. – Это что, аки посуху? Эта грязь метра полтора в глубину!

С небес раздался оглушительный вздох.

– Ну хорошо, – возгласил Господь. – Но часа через полтора она просохнет, правильно?

– Ну и держи тогда пока воду.

– А может, вы сделаете какие-нибудь такие штуки с прутьями, широкие, чтобы не завязать?…

Моисей посмотрел на небо как на ребёнка.

– Занеси лучше ил песком. Быстрее высохнет.

V.

Иегова с грустью смотрел, как огромная толпа евреев утаптывает мягкий влажный ил дна Чёрмного Моря.

Ему было тяжело.

У Него было всего две страсти в этом мире – евреи и трилобиты.

И трилобиты были вымирающим видом. Особенно теперь, когда четыре из последних пяти трилобитов, до сих пор кое-как чудом выживших в этом тихом, спокойном, мелком море, были растоптаны копытами и раздавлены колёсами Божьего Народа. Который вымирающим видом не был и быть не собирался.

Это был тяжёлый выбор – евреи или трилобиты.

Как только все евреи покинули дно моря, Господь отыскал раздавленные панцири и аккуратно, бережно сложив части, превратил их в камень. Истинная красота должна быть вечной, считал он. Когда-нибудь кто-нибудь оценит всю красоту и изящество замысла. Может быть, потом.

Он посмотрел на толпу евреев, ждущих с другой стороны Чёрмного Моря. Четыре трилобита. Это нельзя оставить просто так. По десять лет за каждого, вот что. Сорок лет. Следующие сорок лет у них не будет шанса наступить на морское членистоногое. Разве что на тарантула или сольпугу – этих у Господа был запас.

С египетской стороны донёсся тысячеголосый шум – армия фараона преследовала евреев.

Господь хмыкнул. Он никогда не любил египтян. Тем более, что египтяне пока не были вымирающим видом.

Египтяне были уже на середине Чёрмного Моря.

Господь сжал кулаки, услышав тихий хруст ещё одного панциря. Это уж слишком. Пятый трилобит был растоптан и раздавлен.

Ну уж нет, решил Бог. Так не пойдет. Сперва евреи, теперь трилобиты. Нет уж, что-нибудь одно.

Он быстро сомкнул воды над Армией Египетской, но это принесло лишь секундное облегчение.

Господь погрузился в раздумья, придумывая наказание для Египта. У него впереди была вечность. Вечность на Птолемеев, Клеопатру, падение, разграбление и Коммунистическую Партию Республики Египет.

VI.

– Нет, – сказал Моисей, – там мы жить не будем. Там грязно. Моему народу не нужна Земля Обетованная, залитая чёрным каменным маслом. Оно воняет так что кружится голова. Оно негодно ни к чему. И это пожароопасно. Кто у нас инспектор по пожарной безопасности?

Народ Израиля озадаченно молчал и переглядывался.

– Алёё, я спрашиваю, кто у нас инспектор по пожарной безопасности?

– Ты, о рави?… – промолвил кто-то.

– «Орави, орави», – передразнил Моисей. – Инспектор по пожарной безопасности наш есть Господь наш, что ведёт нас как столп дымный днём и столп огненный ночью. И что будет, когда он пойдет по каменному маслу? Вы об этом подумали?

Моисей сделал паузу.

– Его же в клочки разорвёт! На мелкие части! Ну и нас заодно. Нет, никакого каменного масла. Идём дальше.

VII.

– Проклятье! – воскликнул Ной, окидывая взором безбрежные воды. – Где этот чёртов голубь? Давно пора кормить удавов!

VIII.

– Что, прямо над водой? – спросил Моисей, хихикая.

– Да, – сказал Господь угрюмо. – Прямо над водой.

– И Дух прямо так и носился? – спросил Моисей, расплываясь в широкой улыбке.

– Да, носился. – сказал Господь без удовольствия.

– И Слово было?! – продолжал Моисей, не в силах больше сдерживаться.

– И Слово было.

Моисей минут пятнадцать хохотал, приседал, хлопал себя по коленкам, успокаивался и начинал снова…

– Потрясающе. – сказал он, наконец, утирая слёзы. – Это всё надо записать, я тебе говорю. Потрясная книга получится. На все времена. Люди будут смеяться до изнеможения.

– Запиши… – буркнул Господь. – Только у меня одна просьба.

– Я весь внимание.

– Про кружева и хобот не надо, ладно? Если тебе не сложно…

IX.

Он слушал, как Слово затихает в отдаленье… вернее, в не отдаленье… в общем, как затихает Слово.

Слово не затихало.

– Чёрт. – сказал Элохим.

– Я! – ответил Элохим.

– Я образно! – воскликнул Элохим.

– Всё равно я, – ответил Элохим, – что бы ты ни сказал, это буду я.

– Я вообще имел в виду – что, началось?…

– Сам прекрасно знаешь, – ответил Он себе, – понеслась по кочкам.

– Понеслась, понеслась.

Он вздохнул ещё раз и достал из-за спины большую Книгу в яркой обложке.

– Сложнее всего, – сказал Он Себе, раскрывая книгу, – будет сделать, чтобы молоко убегало. И при этом всё на чистой термодинамике. Очень сложно.

Он начал с самого Начала. Первые строчки гласили: «Итак, Вы решили создать Вселенную».

X.

– Слушай, – сказал Иов, – иногда у меня создаётся впечатление, что Ты антисемит.

– Ничего подобного, – сказал Господь, – я люблю евреев.

– Мда? – Иов поднял руку и начал загибать пальцы. – Я славил тебя?

– Славил, славил, – сказал Господь, – с утра до вечера славил.

– Благодарил? – проговорил Иов, загибая второй палец.

– Благодарил, благодарил. – сказал Господь.

– Потом на мой дом напали кочевники и угнали весь скот.

– Угу.

– Потом Ты разрушил мой дом и убил всех моих близких.

– Ну вообще-то это был не я, – сказал Господь, – вряд ли кто-то видел Господа Твоего сносящим дома. Но в общем ты прав. Продолжай.

– Потом ты наслал на меня проказу.

– Ну да.

– А я тебя продолжал славить.

– Продолжал.

– Я не понимаю, – воскликнул Иов, встав и начав расхаживать из стороны в сторону, – ну что, трудно было на скоте остановиться?

Господь потёр переносицу.

– Вот за что я тебя люблю, – сказал он, – так это за то, что ты совершенно не понимаешь намёков.

XI.

– А знаешь, что? – сказал Господь…

– Что? – сказал Иоанн.

– Когда всё это наконец кончится, мы устроим что-нибудь грандиозное! – воскликнул Господь.

– Что Ты имеешь в виду под «всё это»? – спросил Иоанн.

– Всё и имею в виду. Всю эту суматоху и шумиху, знаешь. Мир. Вселенную.

– А. – сказал Иоанн, не меняясь в лице.

– Знаешь, мы соберём всех-всех. Живых, мёртвых, евреев, не-евреев, даже эскимосов. Всех. И там будет большой такой стол с закусками… Ты любишь морепродукты? В общем, понадобится какой-нибудь большой зверь. Воот. Выйдет из моря и мы его зажарим.

– Угу.

– И там будет саксофонист. Такой парень, знаешь, с трубой, самый лучший. И он на ней будет играть, очень красиво. Мне всегда нравятся трубы. И ещё будет фейерверк. Это я сам устрою. Знаешь, настоящий фейерверк. Какая-нибудь звезда, они всё равно больше не понадобятся… И ещё, я уже договорился, будет шоу. Знаешь, для маленьких. Тут такая группа есть, четыре парня, они устраивают представление такое, и всё в седле. Детям нравятся лошади, и знаю. И лошадям дети… И там будут укротители, знаешь, со львами, и дети смогут погладить живого льва, и всякие другие животные… А потом мы устроим вручение призов, знаешь, какие-нибудь мелочи и медали, только их получат все-все-все, просто каждый! Я сам буду судить и вручать! – сказал Бог.

– Вот оно что.

– Ладно, – сказал Господь, – что-то я разоткровенничался. Я надеюсь, ты понимаешь, что это вечеринка-сюрприз.

– Я буду нем как рыба. – сказал Иоанн.

«Конечно он всё растреплет,» думал Господь, удаляясь, «хорошо, что я не рассказал ему про воздушные шарики, мороженое и так далее… И что все дети смогут покататься на слоне…»

XII.

– Так, давай ещё раз. – сказал Моисей, поднимая скрижали.

– Слушай, тебе не надоело? – спросил Господь, лениво потягиваясь.

– Это же Закон Для Моего Народа! Ну скажи, я что-нибудь забыл?

– Не знаю… Ты записал про день субботний?

– Записал. – сказал Моисей, сверяясь со скрижалями.

– Тогда всё.

– Тут ещё «не убий», «не укради», «не прелюбодействуй»…

– Это ты сам решай… Ты про фиолетовое исподнее записал?

– Мы от неё отказались.

– Ну ладно… А знаешь что…

– Не знаю!

Господь встал со скалы и прошёлся чуть-чуть, почёсывая живот.

– Запиши ещё так: «Молочные соусы не сочетаются с мясом диких животных».

Моисей опустил занесённое зубило.

– Опять?… Мы же договорились, никаких кулинарных советов! Заветы, а не советы!

Господь помрачнел.

– Ха! – сказал он мрачно. – Мы не едим свинину, мы не едим крольчатину, мы презираем раков, мы отрицаем угря – и мы не даём кулинарных советов! Пиши, Моисей, пиши!

XIII.

Иудеи явно теснили иерихонцев.

– Разве ты не горд народом своим, когда видишь это поле брани? – спросил Иисус Навин с сияющей улыбкой.

– Ну понимаешь… Я вообще не очень люблю драки. Неужто нельзя всё решить переговорами? – сказал Господь.

– Разве это слова, достойные мужчины?! – удивился Иисус Навин. Его нельзя было назвать «светлым». «Хитрым», «умным»… Но не «светлым».

– В том всё и дело, – сказал Господь, – понимаешь, дело в том, что когда всё только начиналось, мужчины уходили далеко на весь день, в поле или на охоту, а женщины оставались дома. Поэтому я решил, что мужчинам не помешает уметь писать стоя… А потом оказалось, что это приспособление влияет на мозги…

XIV.

– Грехи? Какие грехи? – воскликнул Бог. – Первый раз слышу о каких-то грехах!

Он вытащил изрядно потрёпанную книгу в жёлтой обложке. Книга была озаглавлена большими буквами «Творение для чайников. Станьте Творцом Всего За Семь Дней При Помощи Простых, Иллюстрированных Примеров!!!»

– Тут ничего не сказано о грехах! – воскликнул Он. – Никаких грехов!

– Ну не знаю, – сказал Авель, – ты же выгнал папу с мамой за яблоко. Они совершили грех и ты их выгнал.

– Первый раз слышу, что это было «за яблоко». Кто тебе это сказал?

Авель кивнул в сторону Змия.

– Опять ты, Отец Лжи! – воскликнул Господь.

– Натаниэль, если хочешь. – сказал Змий. – Для друзей я Натаниэль. Меньше официоза.

– И что это за грехи? – спросил Господь.

– Ну грехи… В общем, ты говоришь людям – что им нельзя делать, я подбиваю их делать это. После смерти мы все втроём собираемся и судим да рядим, кто победил – ты или я. И так силы Добра и Зла сражаются за каждого человека.

– Во-первых, что значит «каждого»? Ты представляешь, сколько их будет через, скажем, семь тысяч лет?!

– Тем интереснее игра. – сказал Натаниэль.

– Во-вторых, нельзя как-нибудь обойтись без меня? В конце концов, я не Добро и не Зло. Я Всё.

– Ты упустишь возможность так хорошо развлечься?…

Господь задумался.

– Ерунда. Все знают, что нельзя делать то, что я приказал. То есть что я приказал не делать. В общем, кто согласится тебя слушать?

– Да были тут двое… – сказал спокойно Змий. – Знаешь, одного звали Адам… Второго Ева…

– Ну хорошо. Двоих ты выиграл. Но этот мой.

– Не думаю, – сказал Змий, – на нём грех его отцов, и он не искуплен.

– Ну у него только один отец, вообще-то. Если, конечно, ты не постарался.

– И тем не менее. Он отправляется в Ад. Пока кто-то не искупит его грех.

– Эй! Ты, там! Не шути так!– воскликнул Авель, начиная нервничать.

– Погоди, это что, все дети будут виноваты в грехах родителей? Так не пойдет.

– Ну его родители ослушались самого Тебя…

– Ты же сам сказал, что грех – это когда ослушаются Меня.

«Чёрт», подумал Натаниэль, «когда это мы подружились с логикой?»

– И потом, – продолжал Господь, – как я вообще когда-нибудь выиграю? Они все будут их дети! Даже эскимосы! Так не пойдет.

Значит так. Никаких душ в Аду. Понятно? Ещё не хватало, держать там живых… мёртвых людей. Где я буду хранит вилы, серпы, инструмент всякий?… В общем, ты меня понял.

Натаниэль промолчал. В его сознании всплыло слово «дезинформация».

XV.

Адам переминался с ноги на ногу, а Ева спокойно сидела на траве и ковырялась в зубах.

– Принесли? – спросил Глас С Небес.

– Угу, – сказал Адам, – плодов от дерева и злаков от поля… и…

– Ну неважно, – возгласил Господь, – теперь… э…

Раздался звук перелистываемых страниц.

– Теперь вы, ребята, должны приносить Мне все эти овощи в дар и поклоняться Мне.

– Зачем? – спросил Адам. – Ты не мог сам набрать? В конце концов, они всё равно твои.

Господь молчал несколько секунд, затем сказал.

– Слушай, тут сказано – «никаких зачем». Так положено. Вы приносите Мне их в дар и поклоняетесь. В этом суть Веры.

– А там ничего не сказано про суть Здравого Смысла? Не вижу никакого смысла приносить Тебе в дар то, что Ты даруешь нам. Ты сам несколько часов назад сказал, что это Дар Твой.

– Ну знаешь, – сказал Господь, – мы ведь все вместе делаем это в первый раз. Давайте хоть раз сделаем всё как надо, а потом уже будем рассуждать, окей? Мне самому это всё нравится ещё меньше, чем вам. Просто принеси Мне их в дар и мы все свободны до вечера, договорились?

– Ты здесь Босс. – сказал Адам. – Я надеюсь, Ты что-нибудь с этим сделаешь. Чрезвычайно глупо это, вот что я об этом думаю.

– Просто сложи чёртовы овощи в чёртову корзину и скажи, что приносишь их Мне в дар и тем поклоняешься Мне! – воскликнул Господь, начиная гневаться. – Я же сказал, мне самому это всё нравится ещё меньше, чем вам!

– Да пожалуйста, – обиделся Адам, – вот твои овощи. Забирай. Тем я поклоняюсь тебе.

Ева невозмутимо посмотрела на небеса, сорвала травинку и начала её жевать.

Господь перелистнул страницу.

– Тут сказано, что ты должен сжечь их, чтобы дым возносился ко Мне. И испытывать при этом благоговение…

Адам громко и отчётливо фыркнул.

– Знаешь что, – сказал Господь торопливо, – не надо. Я их съем так. Спасибо большое, очень мило с вашей стороны принести Мне целую корзинку отборных овощей. Буду рад видеть вас снова.

XVI.

– Хорошо, – сказал Господь, делая маленькие пометки в блокноте, – Мы уже убили на это весь день. Почему Мы так ничего и не сделали?

– Потому что Мы настаивали на смертельных лучах, исходящих из глаз, – ответил Господь, – и наплевать, что он прожигает себе череп насквозь, когда закрывает глаза.

– И что, это всё что ли?

– Нет, ещё Мы хотели, чтобы он мог двигать горы одной рукой и летать без крыльев. А когда Мы предложили Нам реактивное движение, Мы сказали…

– Ладно, ладно, – сварливо сказал Господь, – у нас есть хоть что-нибудь?

Господь указал на маленькую фигурку из глины.

– Пфф. Мы бы ещё из пластилина слепили, в самом деле! – воскликнул Господь. – Но у него будет хоть какая-нибудь сверхвозможность?

Господь задумчиво почесался.

– Не думаю.

– Совсем никакой?! Он же задумывался по образу и подобию Нашему!

Господь пожал плечами.

– Ну ладно, будем считать это временным решением.

XVII.

– Ну а дальше-то что? – спросил Господь.

– Ну, он его обманул, понимаешь, – сказал Натаниэль терпеливо, – он выдал себя за старшего, подал отцу похлёбку из ягнёнка и тем самым отнял у того право первородства. То есть отец его благословил, и тем он отнял…

– Похлёбка из ягнёнка… – задумался Господь. – Я надеюсь, бульон был светлый? Знаешь, если не снимать пену, он будет довольно противный. А какая была заправка? Из муки или из крупы?

– Да я откуда знаю! – воскликнул Натаниэль. – Он отнял у старшего брата право первородства. За похлёбку.

– Не говори глупостей, – сказал Господь строго, – первородство – это кто первым родился. С какой стати отец решил заняться этим сейчас? У них какие-то споры об этом были?

– Да нет, – потерянно сказал Натаниэль, – у них там разница в несколько лет…

– Ну вот и не глупи. Будут ещё решать сейчас, кто когда родился. Иди и скажи им, что всё это глупости и не считается. И спроси чем он заправлял похлёбку.

Натаниэль исчез.

«Не понимаю,» подумал Господь, «почему именно он у Нас секретарь по связям с общественностью.»

XVIII.

– Какое-такое «Второе послание к Коринфянам»? – спросил Иоанн сварливо. – Они на первое ещё не ответили.

XIX.

– Нет-нет-нет, – сказал Господь, – никаких мрачных святилищ. Во-первых, вот тут повесим окорок.

– О-ко-рок, – записал Соломон, – а зачем тебе окорок?

– Мне – незачем, – объяснил Господь, – но вдруг кто-то, пребывая во Храме, захочет есть? Подошёл так, отрезал кусок, рубанул мяска… Ну тут ещё хлеба положите.

– Хорошо. Хле-ба. – скрипел Соломон карандашом.

– И освещение поприличнее. Пускай лампы горят, окей?

– Лампы – это само собой. Ещё что-нибудь?

– Ну и пускай у входа постоянно танцуют полуобнажённые девушки, вот что.

– Это зачем?! – удивился Соломон.

– Будем привлекать молодёжь к религии. Да, и ещё – каждую пятницу надо устраивать какие-нибудь спортивные соревнования. Кегли там, или что-то в этом роде.

– Я постараюсь, – сказал Соломон, – но кегли не обещаю.

– Постарайся, постарайся, – сказал Господь, – раз уж во славу Мою, так можно и постараться.

XX.

– Смотри, – сказал Иоанн-Креститель выкладывая камешками схему на песке, – вот тут я. Вот Иордан. Вот так примерно стоит толпа. Он появляется отсюда. Я окунаю Его и говорю насчёт того, что на самом-то деле Он должен крестить меня, Он слегка отнекивается. Тем временем река светлеет…

– Хорошо… – возгласил Господь, шелестя страницами. – Светлеет так светлеет. Я надеюсь, ты понимаешь, что это будет самое настоящее чудо? Там выше по течению казармы и кожевенный завод.

– Я знаю, – вздохнул Иоанн, – крестящиеся уже давно жалуются на то, что крещение дурно пахнет…

– Но-но, – строго сказал Глас Божий, – без двусмысленностей! Мы тут не шуток шутим.

– Ладно. – сказал Иоанн-Креститель. – А потом, я думаю, должно появиться какое-нибудь сакральное животное.

– Что такое «сакральное животное»? – заинтересовался Господь.

– Ну какое-нибудь животное, символизирующее Твою чистоту, мудрость и так далее. Знаешь, я думал о чём-нибудь солидном, заметном, чтобы все сразу видели, что Он Сын Божий…

– Это о чём это? – спросил Господь настороженно.

– Ну знаешь, наверное это глупо, но я думал… хм… я думал о слоне. Слоны очень умные, добрые, они большие, так что никто потом не сможет сказать «Какой слон? Не видел я никакого слона! Тебе померещилось!», и слоны очень чистые животные…

– Никаких слонов, – сказал Господь твёрдо, – не разрешаю. Всё. Даже не думай об этом.

Назад к карточке книги "Книга Натаниэля"

itexts.net

Читать книгу Книга Натаниэля Полумрака : онлайн чтение

Полумрак

Книга Натаниэля

Стань Творцом При Помощи

Иллюстрированных Примеров

Всего За Семь Дней

I

Мне кажется, что в начале всё-таки было не Слово…

То есть в самом-то начале не было ничего. Совершенно буквально ничего не было. Не полная пустота, а пустая пустота. Ничего не было именно потому, что самого ничего тоже не было. Отсутствие отсутствия.

А потом кто-то, кого мы можем назвать Он, сказал Слово.

Во-первых, он хотел оскорбить того, кто наступил ему на ногу. Очень легко наступить кому-то на ногу, когда нет ничего, тем более Пространства и Времени.

Наступивший на ногу был Элохим, то есть Боги.

Не сколько-то Богов. Вообще-то на самом деле, один. Однако ничего не было, и количество ненаблюдаемого Элохим было неопределенно.

Его, количества, скорее всего, и не было. Поэтому Он и назывался Элохим.

Итак, Элохим наступил сам себе на ногу и произнёс Слово.

Обычно, чтобы оскорбить кого-то, надо назвать чего чем-то, чем он на самом деле не является.

Элохим огляделся. Вокруг было ничто и Элохим.

«Ничтожество!» крикнул он, массируя ногу.

Нет, разумеется у него не было ног. Однако в ненаблюдаемой всевероятности отсутствие или наличие ног равновероятно. Пока никто не видел и не осознавал ничего, Элохим мог быть лишь духом, носящимся над водой, а мог быть и слонихой в кружевном белье.

II

– Ну хорошо, – сказал Моисей, – я понял, что это чудо. Куст горит и не сгорает. Допустим, что это чудо…

– Ну что это ещё может быть?… – устало спросил куст.

– Оптическая иллюзия. – сказал Моисей, почёсываясь. – Галлюцинация. Тут растут такие грибы…

– Ты их что, ел?… – спросил куст.

– Нет вроде. А может, это значит только, что у меня две галлюцинации – что куст горит и что я не ел грибы. А на самом деле куст не горит и грибы я ел. Знаешь моего брата Арона?

– Конечно знаю! – закричал куст. – Я Господь твоего народа! Я вас, козлов, всех знаю!

– Ну вот он разговаривает даже с едой, которую ест.

Куст промолчал. Он размышлял о том, как плохо быть растением и не иметь крепких, сильных, подвижных конечностей, способных сжиматься в кулаки.

III

– Ты ещё тут? – удивлённо спросил Господь Иону. – Четыре дня во чреве кита и он тебя так и не переварил?

– Да. – кротко ответил Иона.

– Потрясающе! – воскликнул Господь. – Чего только не бывает. Настоящий феномен. Интересно, как так вышло? Впрочем, вряд ли мы когда-нибудь узнаем.

IV

– Ты что, издеваешься? – спросил Моисей, опираясь на посох.

Разверзшееся Чермное Море впереди шумело.

– Не понял? – озадаченно сказал Господь. – Что тебя не устраивает?

– Ты в канавку-то загляни, – сказал Моисей, тыкая пальцем в сторону моря.

Между двумя стенами живой воды простиралась чёрная полоса блестящего под вечерним солнцем ила.

– Ну и что тебя не устраивает? – произнёс Глас Божий.

– Аки посуху? – спросил Моисей. – Это что, аки посуху? Эта грязь метра полтора в глубину!

С небес раздался оглушительный вздох.

– Ну хорошо, – возгласил Господь. – Но часа через полтора она просохнет, правильно?

– Ну и держи тогда пока воду.

– А может, вы сделаете какие-нибудь такие штуки с прутьями, широкие, чтобы не завязать?…

Моисей посмотрел на небо как на ребёнка.

– Занеси лучше ил песком. Быстрее высохнет.

V

Иегова с грустью смотрел, как огромная толпа евреев утаптывает мягкий влажный ил дна Чёрмного Моря.

Ему было тяжело.

У Него было всего две страсти в этом мире – евреи и трилобиты.

И трилобиты были вымирающим видом. Особенно теперь, когда четыре из последних пяти трилобитов, до сих пор кое-как чудом выживших в этом тихом, спокойном, мелком море, были растоптаны копытами и раздавлены колёсами Божьего Народа. Который вымирающим видом не был и быть не собирался.

Это был тяжёлый выбор – евреи или трилобиты.

Как только все евреи покинули дно моря, Господь отыскал раздавленные панцири и аккуратно, бережно сложив части, превратил их в камень. Истинная красота должна быть вечной, считал он. Когда-нибудь кто-нибудь оценит всю красоту и изящество замысла. Может быть, потом.

Он посмотрел на толпу евреев, ждущих с другой стороны Чёрмного Моря. Четыре трилобита. Это нельзя оставить просто так. По десять лет за каждого, вот что. Сорок лет. Следующие сорок лет у них не будет шанса наступить на морское членистоногое. Разве что на тарантула или сольпугу – этих у Господа был запас.

С египетской стороны донёсся тысячеголосый шум – армия фараона преследовала евреев.

Господь хмыкнул. Он никогда не любил египтян. Тем более, что египтяне пока не были вымирающим видом.

Египтяне были уже на середине Чёрмного Моря.

Господь сжал кулаки, услышав тихий хруст ещё одного панциря. Это уж слишком. Пятый трилобит был растоптан и раздавлен.

Ну уж нет, решил Бог. Так не пойдет. Сперва евреи, теперь трилобиты. Нет уж, что-нибудь одно.

Он быстро сомкнул воды над Армией Египетской, но это принесло лишь секундное облегчение.

Господь погрузился в раздумья, придумывая наказание для Египта. У него впереди была вечность. Вечность на Птолемеев, Клеопатру, падение, разграбление и Коммунистическую Партию Республики Египет.

VI

– Нет, – сказал Моисей, – там мы жить не будем. Там грязно. Моему народу не нужна Земля Обетованная, залитая чёрным каменным маслом. Оно воняет так что кружится голова. Оно негодно ни к чему. И это пожароопасно. Кто у нас инспектор по пожарной безопасности?

Народ Израиля озадаченно молчал и переглядывался.

– Алёё, я спрашиваю, кто у нас инспектор по пожарной безопасности?

– Ты, о рави?… – промолвил кто-то.

– «Орави, орави», – передразнил Моисей. – Инспектор по пожарной безопасности наш есть Господь наш, что ведёт нас как столп дымный днём и столп огненный ночью. И что будет, когда он пойдет по каменному маслу? Вы об этом подумали?

Моисей сделал паузу.

– Его же в клочки разорвёт! На мелкие части! Ну и нас заодно. Нет, никакого каменного масла. Идём дальше.

VII

– Проклятье! – воскликнул Ной, окидывая взором безбрежные воды. – Где этот чёртов голубь? Давно пора кормить удавов!

VIII

– Что, прямо над водой? – спросил Моисей, хихикая.

– Да, – сказал Господь угрюмо. – Прямо над водой.

– И Дух прямо так и носился? – спросил Моисей, расплываясь в широкой улыбке.

– Да, носился. – сказал Господь без удовольствия.

– И Слово было?! – продолжал Моисей, не в силах больше сдерживаться.

– И Слово было.

Моисей минут пятнадцать хохотал, приседал, хлопал себя по коленкам, успокаивался и начинал снова…

– Потрясающе. – сказал он, наконец, утирая слёзы. – Это всё надо записать, я тебе говорю. Потрясная книга получится. На все времена. Люди будут смеяться до изнеможения.

– Запиши… – буркнул Господь. – Только у меня одна просьба.

– Я весь внимание.

– Про кружева и хобот не надо, ладно? Если тебе не сложно…

IX

Он слушал, как Слово затихает в отдаленье… вернее, в не отдаленье… в общем, как затихает Слово.

Слово не затихало.

– Чёрт. – сказал Элохим.

– Я! – ответил Элохим.

– Я образно! – воскликнул Элохим.

– Всё равно я, – ответил Элохим, – что бы ты ни сказал, это буду я.

– Я вообще имел в виду – что, началось?…

– Сам прекрасно знаешь, – ответил Он себе, – понеслась по кочкам.

– Понеслась, понеслась.

Он вздохнул ещё раз и достал из-за спины большую Книгу в яркой обложке.

– Сложнее всего, – сказал Он Себе, раскрывая книгу, – будет сделать, чтобы молоко убегало. И при этом всё на чистой термодинамике. Очень сложно.

Он начал с самого Начала. Первые строчки гласили: «Итак, Вы решили создать Вселенную».

X

– Слушай, – сказал Иов, – иногда у меня создаётся впечатление, что Ты антисемит.

– Ничего подобного, – сказал Господь, – я люблю евреев.

– Мда? – Иов поднял руку и начал загибать пальцы. – Я славил тебя?

– Славил, славил, – сказал Господь, – с утра до вечера славил.

– Благодарил? – проговорил Иов, загибая второй палец.

– Благодарил, благодарил. – сказал Господь.

– Потом на мой дом напали кочевники и угнали весь скот.

– Угу.

– Потом Ты разрушил мой дом и убил всех моих близких.

– Ну вообще-то это был не я, – сказал Господь, – вряд ли кто-то видел Господа Твоего сносящим дома. Но в общем ты прав. Продолжай.

– Потом ты наслал на меня проказу.

– Ну да.

– А я тебя продолжал славить.

– Продолжал.

– Я не понимаю, – воскликнул Иов, встав и начав расхаживать из стороны в сторону, – ну что, трудно было на скоте остановиться?

Господь потёр переносицу.

– Вот за что я тебя люблю, – сказал он, – так это за то, что ты совершенно не понимаешь намёков.

XI

– А знаешь, что? – сказал Господь…

– Что? – сказал Иоанн.

– Когда всё это наконец кончится, мы устроим что-нибудь грандиозное! – воскликнул Господь.

– Что Ты имеешь в виду под «всё это»? – спросил Иоанн.

– Всё и имею в виду. Всю эту суматоху и шумиху, знаешь. Мир. Вселенную.

– А. – сказал Иоанн, не меняясь в лице.

– Знаешь, мы соберём всех-всех. Живых, мёртвых, евреев, не-евреев, даже эскимосов. Всех. И там будет большой такой стол с закусками… Ты любишь морепродукты? В общем, понадобится какой-нибудь большой зверь. Воот. Выйдет из моря и мы его зажарим.

– Угу.

– И там будет саксофонист. Такой парень, знаешь, с трубой, самый лучший. И он на ней будет играть, очень красиво. Мне всегда нравятся трубы. И ещё будет фейерверк. Это я сам устрою. Знаешь, настоящий фейерверк. Какая-нибудь звезда, они всё равно больше не понадобятся… И ещё, я уже договорился, будет шоу. Знаешь, для маленьких. Тут такая группа есть, четыре парня, они устраивают представление такое, и всё в седле. Детям нравятся лошади, и знаю. И лошадям дети… И там будут укротители, знаешь, со львами, и дети смогут погладить живого льва, и всякие другие животные… А потом мы устроим вручение призов, знаешь, какие-нибудь мелочи и медали, только их получат все-все-все, просто каждый! Я сам буду судить и вручать! – сказал Бог.

– Вот оно что.

– Ладно, – сказал Господь, – что-то я разоткровенничался. Я надеюсь, ты понимаешь, что это вечеринка-сюрприз.

– Я буду нем как рыба. – сказал Иоанн.

«Конечно он всё растреплет,» думал Господь, удаляясь, «хорошо, что я не рассказал ему про воздушные шарики, мороженое и так далее… И что все дети смогут покататься на слоне…»

XII

– Так, давай ещё раз. – сказал Моисей, поднимая скрижали.

– Слушай, тебе не надоело? – спросил Господь, лениво потягиваясь.

– Это же Закон Для Моего Народа! Ну скажи, я что-нибудь забыл?

– Не знаю… Ты записал про день субботний?

– Записал. – сказал Моисей, сверяясь со скрижалями.

– Тогда всё.

– Тут ещё «не убий», «не укради», «не прелюбодействуй»…

– Это ты сам решай… Ты про фиолетовое исподнее записал?

– Мы от неё отказались.

– Ну ладно… А знаешь что…

– Не знаю!

Господь встал со скалы и прошёлся чуть-чуть, почёсывая живот.

– Запиши ещё так: «Молочные соусы не сочетаются с мясом диких животных».

Моисей опустил занесённое зубило.

– Опять?… Мы же договорились, никаких кулинарных советов! Заветы, а не советы!

Господь помрачнел.

– Ха! – сказал он мрачно. – Мы не едим свинину, мы не едим крольчатину, мы презираем раков, мы отрицаем угря – и мы не даём кулинарных советов! Пиши, Моисей, пиши!

XIII

Иудеи явно теснили иерихонцев.

– Разве ты не горд народом своим, когда видишь это поле брани? – спросил Иисус Навин с сияющей улыбкой.

– Ну понимаешь… Я вообще не очень люблю драки. Неужто нельзя всё решить переговорами? – сказал Господь.

– Разве это слова, достойные мужчины?! – удивился Иисус Навин. Его нельзя было назвать «светлым». «Хитрым», «умным»… Но не «светлым».

– В том всё и дело, – сказал Господь, – понимаешь, дело в том, что когда всё только начиналось, мужчины уходили далеко на весь день, в поле или на охоту, а женщины оставались дома. Поэтому я решил, что мужчинам не помешает уметь писать стоя… А потом оказалось, что это приспособление влияет на мозги…

XIV

– Грехи? Какие грехи? – воскликнул Бог. – Первый раз слышу о каких-то грехах!

Он вытащил изрядно потрёпанную книгу в жёлтой обложке. Книга была озаглавлена большими буквами «Творение для чайников. Станьте Творцом Всего За Семь Дней При Помощи Простых, Иллюстрированных Примеров!!!»

– Тут ничего не сказано о грехах! – воскликнул Он. – Никаких грехов!

– Ну не знаю, – сказал Авель, – ты же выгнал папу с мамой за яблоко. Они совершили грех и ты их выгнал.

– Первый раз слышу, что это было «за яблоко». Кто тебе это сказал?

Авель кивнул в сторону Змия.

– Опять ты, Отец Лжи! – воскликнул Господь.

– Натаниэль, если хочешь. – сказал Змий. – Для друзей я Натаниэль. Меньше официоза.

– И что это за грехи? – спросил Господь.

– Ну грехи… В общем, ты говоришь людям – что им нельзя делать, я подбиваю их делать это. После смерти мы все втроём собираемся и судим да рядим, кто победил – ты или я. И так силы Добра и Зла сражаются за каждого человека.

– Во-первых, что значит «каждого»? Ты представляешь, сколько их будет через, скажем, семь тысяч лет?!

– Тем интереснее игра. – сказал Натаниэль.

– Во-вторых, нельзя как-нибудь обойтись без меня? В конце концов, я не Добро и не Зло. Я Всё.

– Ты упустишь возможность так хорошо развлечься?…

Господь задумался.

– Ерунда. Все знают, что нельзя делать то, что я приказал. То есть что я приказал не делать. В общем, кто согласится тебя слушать?

– Да были тут двое… – сказал спокойно Змий. – Знаешь, одного звали Адам… Второго Ева…

– Ну хорошо. Двоих ты выиграл. Но этот мой.

– Не думаю, – сказал Змий, – на нём грех его отцов, и он не искуплен.

– Ну у него только один отец, вообще-то. Если, конечно, ты не постарался.

– И тем не менее. Он отправляется в Ад. Пока кто-то не искупит его грех.

– Эй! Ты, там! Не шути так!– воскликнул Авель, начиная нервничать.

– Погоди, это что, все дети будут виноваты в грехах родителей? Так не пойдет.

– Ну его родители ослушались самого Тебя…

– Ты же сам сказал, что грех – это когда ослушаются Меня.

«Чёрт», подумал Натаниэль, «когда это мы подружились с логикой?»

– И потом, – продолжал Господь, – как я вообще когда-нибудь выиграю? Они все будут их дети! Даже эскимосы! Так не пойдет.

Значит так. Никаких душ в Аду. Понятно? Ещё не хватало, держать там живых… мёртвых людей. Где я буду хранит вилы, серпы, инструмент всякий?… В общем, ты меня понял.

Натаниэль промолчал. В его сознании всплыло слово «дезинформация».

XV

Адам переминался с ноги на ногу, а Ева спокойно сидела на траве и ковырялась в зубах.

– Принесли? – спросил Глас С Небес.

– Угу, – сказал Адам, – плодов от дерева и злаков от поля… и…

– Ну неважно, – возгласил Господь, – теперь… э…

Раздался звук перелистываемых страниц.

– Теперь вы, ребята, должны приносить Мне все эти овощи в дар и поклоняться Мне.

– Зачем? – спросил Адам. – Ты не мог сам набрать? В конце концов, они всё равно твои.

Господь молчал несколько секунд, затем сказал.

– Слушай, тут сказано – «никаких зачем». Так положено. Вы приносите Мне их в дар и поклоняетесь. В этом суть Веры.

– А там ничего не сказано про суть Здравого Смысла? Не вижу никакого смысла приносить Тебе в дар то, что Ты даруешь нам. Ты сам несколько часов назад сказал, что это Дар Твой.

– Ну знаешь, – сказал Господь, – мы ведь все вместе делаем это в первый раз. Давайте хоть раз сделаем всё как надо, а потом уже будем рассуждать, окей? Мне самому это всё нравится ещё меньше, чем вам. Просто принеси Мне их в дар и мы все свободны до вечера, договорились?

– Ты здесь Босс. – сказал Адам. – Я надеюсь, Ты что-нибудь с этим сделаешь. Чрезвычайно глупо это, вот что я об этом думаю.

– Просто сложи чёртовы овощи в чёртову корзину и скажи, что приносишь их Мне в дар и тем поклоняешься Мне! – воскликнул Господь, начиная гневаться. – Я же сказал, мне самому это всё нравится ещё меньше, чем вам!

– Да пожалуйста, – обиделся Адам, – вот твои овощи. Забирай. Тем я поклоняюсь тебе.

Ева невозмутимо посмотрела на небеса, сорвала травинку и начала её жевать.

Господь перелистнул страницу.

– Тут сказано, что ты должен сжечь их, чтобы дым возносился ко Мне. И испытывать при этом благоговение…

Адам громко и отчётливо фыркнул.

– Знаешь что, – сказал Господь торопливо, – не надо. Я их съем так. Спасибо большое, очень мило с вашей стороны принести Мне целую корзинку отборных овощей. Буду рад видеть вас снова.

XVI

– Хорошо, – сказал Господь, делая маленькие пометки в блокноте, – Мы уже убили на это весь день. Почему Мы так ничего и не сделали?

– Потому что Мы настаивали на смертельных лучах, исходящих из глаз, – ответил Господь, – и наплевать, что он прожигает себе череп насквозь, когда закрывает глаза.

– И что, это всё что ли?

– Нет, ещё Мы хотели, чтобы он мог двигать горы одной рукой и летать без крыльев. А когда Мы предложили Нам реактивное движение, Мы сказали…

– Ладно, ладно, – сварливо сказал Господь, – у нас есть хоть что-нибудь?

Господь указал на маленькую фигурку из глины.

– Пфф. Мы бы ещё из пластилина слепили, в самом деле! – воскликнул Господь. – Но у него будет хоть какая-нибудь сверхвозможность?

Господь задумчиво почесался.

– Не думаю.

– Совсем никакой?! Он же задумывался по образу и подобию Нашему!

Господь пожал плечами.

– Ну ладно, будем считать это временным решением.

XVII

– Ну а дальше-то что? – спросил Господь.

– Ну, он его обманул, понимаешь, – сказал Натаниэль терпеливо, – он выдал себя за старшего, подал отцу похлёбку из ягнёнка и тем самым отнял у того право первородства. То есть отец его благословил, и тем он отнял…

– Похлёбка из ягнёнка… – задумался Господь. – Я надеюсь, бульон был светлый? Знаешь, если не снимать пену, он будет довольно противный. А какая была заправка? Из муки или из крупы?

– Да я откуда знаю! – воскликнул Натаниэль. – Он отнял у старшего брата право первородства. За похлёбку.

– Не говори глупостей, – сказал Господь строго, – первородство – это кто первым родился. С какой стати отец решил заняться этим сейчас? У них какие-то споры об этом были?

– Да нет, – потерянно сказал Натаниэль, – у них там разница в несколько лет…

– Ну вот и не глупи. Будут ещё решать сейчас, кто когда родился. Иди и скажи им, что всё это глупости и не считается. И спроси чем он заправлял похлёбку.

Натаниэль исчез.

«Не понимаю,» подумал Господь, «почему именно он у Нас секретарь по связям с общественностью.»

XVIII

– Какое-такое «Второе послание к Коринфянам»? – спросил Иоанн сварливо. – Они на первое ещё не ответили.

XIX

– Нет-нет-нет, – сказал Господь, – никаких мрачных святилищ. Во-первых, вот тут повесим окорок.

– О-ко-рок, – записал Соломон, – а зачем тебе окорок?

– Мне – незачем, – объяснил Господь, – но вдруг кто-то, пребывая во Храме, захочет есть? Подошёл так, отрезал кусок, рубанул мяска… Ну тут ещё хлеба положите.

– Хорошо. Хле-ба. – скрипел Соломон карандашом.

– И освещение поприличнее. Пускай лампы горят, окей?

– Лампы – это само собой. Ещё что-нибудь?

– Ну и пускай у входа постоянно танцуют полуобнажённые девушки, вот что.

– Это зачем?! – удивился Соломон.

– Будем привлекать молодёжь к религии. Да, и ещё – каждую пятницу надо устраивать какие-нибудь спортивные соревнования. Кегли там, или что-то в этом роде.

– Я постараюсь, – сказал Соломон, – но кегли не обещаю.

– Постарайся, постарайся, – сказал Господь, – раз уж во славу Мою, так можно и постараться.

XX

– Смотри, – сказал Иоанн-Креститель выкладывая камешками схему на песке, – вот тут я. Вот Иордан. Вот так примерно стоит толпа. Он появляется отсюда. Я окунаю Его и говорю насчёт того, что на самом-то деле Он должен крестить меня, Он слегка отнекивается. Тем временем река светлеет…

– Хорошо… – возгласил Господь, шелестя страницами. – Светлеет так светлеет. Я надеюсь, ты понимаешь, что это будет самое настоящее чудо? Там выше по течению казармы и кожевенный завод.

– Я знаю, – вздохнул Иоанн, – крестящиеся уже давно жалуются на то, что крещение дурно пахнет…

– Но-но, – строго сказал Глас Божий, – без двусмысленностей! Мы тут не шуток шутим.

– Ладно. – сказал Иоанн-Креститель. – А потом, я думаю, должно появиться какое-нибудь сакральное животное.

– Что такое «сакральное животное»? – заинтересовался Господь.

– Ну какое-нибудь животное, символизирующее Твою чистоту, мудрость и так далее. Знаешь, я думал о чём-нибудь солидном, заметном, чтобы все сразу видели, что Он Сын Божий…

– Это о чём это? – спросил Господь настороженно.

– Ну знаешь, наверное это глупо, но я думал… хм… я думал о слоне. Слоны очень умные, добрые, они большие, так что никто потом не сможет сказать «Какой слон? Не видел я никакого слона! Тебе померещилось!», и слоны очень чистые животные…

– Никаких слонов, – сказал Господь твёрдо, – не разрешаю. Всё. Даже не думай об этом.

iknigi.net

Полумрак. Автор Эль Джаспер. Страница 1

Джаспер Эль

Полумрак

Хроники тёмных чернил — 1

Оригинальное название: Elle Jasper «Afterlight»

Джаспер Эль «Полумрак»

Бета ридер: Ольга Николайцева

Редактор и оформитель: Анастасия Антонова

Переводчики: Lisica_k, banya, oljaa, AlexandraRhage, Olisska,

Likochka11, WindBride, elenam, sunshima, belkamoon, Zluchka,

Clare, _twilight_sun_, MeMik, PikaVika, laranazira,

Rin_ka, maya88, NDobshikoVa, aveeder, mistletoe, Elena_of_night

Любое копирование без ссылки

на переводчика ЗАПРЕЩЕНО!

Пожалуйста, уважайте чужой труд!

Джаспер Эль

Полумрак

Пролог

Саванна, Джорджия

Сити Маркет

Октябрь

Полумрак. Как учит «Галла», оно сравнимо с двумя вещами: первая это последние моменты сумерек перед наступлением полной темноты, вторая жизнь после смерти или загробная жизнь. Мне хорошо знакомы обе.

Смерть мне знакома давно. Я видела её своими глазами, и это оставило ужасный отпечаток в моем сознании, который будет преследовать меня всегда. Но, как и большинство дерьмовых вещей, которые произошли в моей жизни, я просто имела с ней дело, и, возможно, смерть сделала меня сильнее. Одну вещь я выучила - независимо от того, как ты столкнёшься с ней, и независимо от ситуации, есть одна существующая константа: законченность. От этого никуда не денешься.

Мое зрительное восприятие размыто, поскольку я смотрела в залитое дождём окно угловой кабинки, где сидела в пабе Молли Макферсон, и я моргнула, чтобы видеть яснее сквозь вечерний душ снаружи. Боже, я хотела курить, но в эти дни от курения хотелось блевать, поэтому я выудила кусок никотиновой жевательной резинки из моей сумки и засунула её в рот. Двадцать третье октября, девять пополудни, было дождливо и тепло — почти двадцать семь градусов. Больше ни что не было прежним, и хотя для большинства изменения едва различимы, для меня они были "в моем лице" очевидными. Я знала вещи неизвестные другим, и если честно, довольна как черт. Я в большей степени предпочитаю быть полностью подготовленной столкнуться с моими страхами и врагами в лоб, чем быть побитым сосунком из-за неосведомленности — независимо от того насколько безобидной. И поверьте — я была готова. Под моей короткой тонкой юбкой вес клинка чистого серебра лежал на моем голом бедре как постоянное напоминание.

— Эй, Райли, хочешь ещё пинту? — окрик пересек небольшой паб и привлек мое внимание.

Я подняла руку Мартину, бармену, и покачала головой:

— Нет, спасибо. Я в порядке.

Он подмигнул, усмехнулся и ушел по своим делам. Паб Молли был не слишком забит сегодня вечером, но постоянное бормотание клиентов отдавало низким гулом в моей голове. Если я останусь подольше, голова начнет раскалываться.

Ладонью я вытерла влагу с окна и изучила оживленные, освещенные фонарями мощеные улицы Конгресс-Стрит и Сити Маркета. Я заметила его под навесом Белфорда. Господи — как долго он стоял там? Хоть я не могла видеть его небесно-голубого цвета глаза на таком расстоянии, я знала, что Илай совершенно не испытывал абсолютно никаких затруднений при разглядывании меня, и что его пристальный взгляд прочно сцепился с моим. Непреодолимый, неослабевающий трепет пронзили мои вены, и я задрожала. Он постоял там мгновение, наблюдая за мной, и когда он ступил в толпу людей пятничной дождливой ночью, то двигался легко сквозь толпу ко мне, непринужденно и доминирующе — почти плавно. Черты его лица были молодыми, безупречными, и древними одновременно. Темно-каштановые взъерошенные волосы скользили вкось через его лоб, придавая ему спокойный, сексуальный вид.

Этому виду противоречила совершенно бледная, самая красивая кожа.

Пока я наблюдала, как он приближается, черты его лица становились все четче, и я поняла, насколько в действительности может быть обманчива внешность. Например, для большинства я, вероятно, выглядела, как полный фрик с черными волосами и прядями цвета фуксии, в высоких кожаных ботинках, сетчатой футболке и бледной кожей с кроваво-красными губами. И довольно реальной татуировкой дракона, видимой под сетчатой тканью. Дракон полз от моей поясницы вверх по хребту и спускался по обеим моим рукам, вызывая у людей двоякое мнение, как и эбеновое крыло ангела, вбитое чернилами в кожу уголка моего левого глаза. Я не возражала, хотя ангелом я не была.

Может это и не видно по мне, но я, возможно, самый ответственный человек из всех, кого я знаю. Во всяком случае, сейчас. У меня успешное дело, я вовремя оплачиваю свои счета и после того как я привела в порядок свои дела с законом, я довольно хорошо воспитывала своего младшего брата. Таким образом, пока я внимательно присматривалась, заинтересовавшись, что Эли впутался в компанию людей, которые были невежественны, не обращали внимания на то, что было правильным ниже их носов, несмотря на безупречную, ребяческую, захватывающую дух симпатичную внешность и очарование. Я такой не была. Больше не была.

Плохо то, что я умру за него, и это я осознавала с полной ясностью. И если такое было возможно, он умрет за меня. Было ли это любовью? Навязчивой идеей? Возможно и то и другое. Но это определенно было что-то сильное, и я больше не управляла этим. Это было ужасающе и волнующе одновременно. Поговорим о высоком. Это превосходило любую наркоту, которую я когда-либо пробовала.

Я резко встала и стремглав выбежала из кабинки, бросив банкноту в пять долларов на стол и махнув на прощание Мартину, выскочила на улицу под холодную изморозь.

Поскольку расстояние между нами становилось короче, я могла, наконец увидеть

как свет фонаря освещает его встревоженный взгляд, сияющий в его тревожных глазах, когда они искали мои, и в это время мое сердце ухнуло в груди.

Я знала, что есть намного большие ужасы и горести, чем смерть. Невообразимые вещи, существование которых я бы яростно оспаривала всего несколько месяцев. Вампиры. Они были реальностью. Они существовали. И они не те, что вы думаете.

И я была крайне, неизменно влюблена в одного из них.

«Вы знаете, оглядываясь назад, теперь я могу назвать точный момент, когда все вокруг меня изменилось. Что забавно, я заметила это сразу, но это никак в действительности не выражалось. Я просто поняла это. Не позднее того, как я поняла, что вампиры существуют. Знаете, что это было? Цикады. В момент, когда это произошло, цикады замолчали. Я не слышала ни одного из гораздо менее тысячи тех, которые наполняли каждую летнюю ночь с тех пор как я была ребенком. Они были моим белым шумом, и они исчезли. Сбежали. И стало раздражающе тихо. Как воспринять это?»

Райли По».

Глава 1

Беспорядки

«Я не боюсь умереть, заранее подумав о смерти»

Анонимная эпитафия, Кладбище Бонавентура

Саванна, Джорджия

Кладбище Бонавентура

Август, после полуночи.

— По - ты, хрен, тащи свою задницу сюда!

— Заткнись, я не хрен!

Ломкий подростковый смех эхом раздался в ночи, и если бы я не была настолько зла, я бы тоже рассмеялась. Обычно, слышать как думающие-только-об-одном подростки рассуждают о хрене очень веселило меня. Но тогда мне хотелось только задушить всех четверых - особенно того, кого обозвали хреном. Моего младшего брата, Сета.

Этот мелкий придурок знал, что я прослежу за ним, особенно, если он собрался ночевать у Риггса Паркера.

Вот так я и оказалась там, в пятницу после полуночи, вглядываясь через ограду, окружающую кладбище Бонавентура. После того, как я работала весь день.

www.booklot.ru