Книга Шарлотта читать онлайн. Книга шарлотта


Книга Шарлотта читать онлайн Давид Фонкинос

Давид Фонкинос. Шарлотта

 

Тому, кто при жизни не стремится покончить с жизнью, нужна хотя бы одна рука, чтобы отвести от себя отчаяние, внушаемое ему неотвратимой судьбой.

Кафка. Дневники, 19 октября 1921 г.

 

На этот роман меня вдохновила жизнь Шарлотты Саломон.

Юной немки, убитой в возрасте двадцати шести лет, когда она была беременна.

Моим основным источником стала ее автобиографическая книга «Жизнь? Или Театр?».

 

Часть первая

 

1

 

Шарлотта научилась читать свое имя на могильной плите.

 

То есть она не первая Шарлотта в семье, —

Первая – тетка, сестра ее матери.

Сестры были очень дружны, вплоть до ноябрьской ночи

тринадцатого года.

Франциска с Шарлоттой вместе пели и танцевали, вместе смеялись,

И в этом не было ничего вульгарного.

В их лучезарной живости таилась доля стыдливости.

Может быть, так повлияла на них личность отца,

Сухого педанта, любителя древностей и искусства.

В его глазах, интереса были достойны одни лишь седые руины.

Их мать отличалась более мягким нравом,

Но в нем затаилась глубокая скорбь:

Ее жизнь была сплошной чередой трагедий.

Позже мы скажем о них.

Пока же вернемся к Шарлотте,

К первой Шарлотте – Шарлотте прекрасной,

С длинными волосами, темными, как ее обещанья.

Все началось с замедления.

Она постепенно все делала дольше – ела, ходила, читала.

Что-то замедлилось в ней,

Словно ее отравила неодолимая меланхолия,

Роковая болезнь, от которой нет избавленья.

Счастье стало далеким, недостижимым, как остров,

оставшийся в прошлом.

Никто не подметил в Шарлотте начала распада.

Со стороны это было почти незаметно.

Если сравнить двух сестер,

Старшая просто была улыбчивей, чем другая,

Разве что эта, другая, все чаще уходила в раздумья.

А ею тем временем завладевала ночь —

Ночь, которой нужно дождаться, которая станет последней.

И вот наступил холодный ноябрьский вечер.

Весь дом безмятежно спал. А Шарлотта встала с постели,

Собрала какие-то вещи, словно в дорогу.

Город недвижно застыл, съежившись в ранней зиме.

Девушке только исполнилось восемнадцать.

Она торопливо пошла к намеченной цели.

Мост.

Мост, который она обожала,

Тайный приют ее мрака,

Станет последним мостом – Шарлотта давно это знала.

В черной безлюдной ночи

Она не колеблясь бросилась вниз,

В омут воды ледяной, превратив свою гибель в мученье.

Тело нашли поутру на речном берегу,

Посиневшее тело.

Родителей и сестру разбудила страшная весть.

Отец замкнулся в скорбном молчании,

Сестра безутешно плакала,

Мать исходила воплями горя.

Назавтра в газетах рассказали о девушке,

По неизвестной причине покончившей с жизнью.

Вот это ужасней всего:

Не просто жестокость – двойная жестокость.

Как же такое случилось?

Для старшей сестры эта смерть – оскорбление дружбы,

Но главное – чувство вины.

Она ничего не заметила, не поняла этой странной медлительности

И теперь укоряла себя в бессердечии.

 

2

 

Ни мать, ни отец, ни сестра не пришли на похороны.

Убитые горем, родители прятались от посторонних.

Их тоже, как и сестру, верно, мучил беспомощный стыд,

И любопытные взгляды им были невыносимы.

 

Так прошло несколько месяцев

В затворничестве, в нежелании выйти на люди —

Долгий период молчанья.

Ибо заговорить означало вспомнить Шарлотту.

knijky.ru

Книга Шарлотта читать онлайн бесплатно, автор Давид Фонкинос на Fictionbook

Тому, кто при жизни не стремится покончить с жизнью, нужна хотя бы одна рука, чтобы отвести от себя отчаяние, внушаемое ему неотвратимой судьбой.

Кафка. Дневники, 19 октября 1921 г.

На этот роман меня вдохновила жизнь Шарлотты Саломон.

Юной немки, убитой в возрасте двадцати шести лет, когда она была беременна.

Моим основным источником стала ее автобиографическая книга «Жизнь? Или Театр?».

David Foenkinos

CHARLOTTE

Copyright © Editions GALLIMARD, Paris, 2014

Cover illustration © Collection Jewish Historical Museum, Amsterdam

© Charlotte Salomon Foundation Charlotte Salomon®

©И. Волевич, перевод, 2016

©Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательская Группа „Азбука-Аттикус“», 2016

Издательство АЗБУКА®

Часть первая

1

Шарлотта научилась читать свое имя на могильной плите.

То есть она не первая Шарлотта в семье, —

Первая – тетка, сестра ее матери.

Сестры были очень дружны, вплоть до ноябрьской ночи

тринадцатого года.

Франциска с Шарлоттой вместе пели и танцевали, вместе смеялись,

И в этом не было ничего вульгарного.

В их лучезарной живости таилась доля стыдливости.

Может быть, так повлияла на них личность отца,

Сухого педанта, любителя древностей и искусства.

В его глазах, интереса были достойны одни лишь седые руины.

Их мать отличалась более мягким нравом,

Но в нем затаилась глубокая скорбь:

Ее жизнь была сплошной чередой трагедий.

Позже мы скажем о них.

Пока же вернемся к Шарлотте,

К первой Шарлотте – Шарлотте прекрасной,

С длинными волосами, темными, как ее обещанья.

Все началось с замедления.

Она постепенно все делала дольше – ела, ходила, читала.

Что-то замедлилось в ней,

Словно ее отравила неодолимая меланхолия,

Роковая болезнь, от которой нет избавленья.

Счастье стало далеким, недостижимым, как остров,

оставшийся в прошлом.

Никто не подметил в Шарлотте начала распада.

Со стороны это было почти незаметно.

Если сравнить двух сестер,

Старшая просто была улыбчивей, чем другая,

Разве что эта, другая, все чаще уходила в раздумья.

А ею тем временем завладевала ночь —

Ночь, которой нужно дождаться, которая станет последней.

И вот наступил холодный ноябрьский вечер.

Весь дом безмятежно спал. А Шарлотта встала с постели,

Собрала какие-то вещи, словно в дорогу.

Город недвижно застыл, съежившись в ранней зиме.

Девушке только исполнилось восемнадцать.

Она торопливо пошла к намеченной цели.

Мост.

Мост, который она обожала,

Тайный приют ее мрака,

Станет последним мостом – Шарлотта давно это знала.

В черной безлюдной ночи

Она не колеблясь бросилась вниз,

В омут воды ледяной, превратив свою гибель в мученье.

Тело нашли поутру на речном берегу,

Посиневшее тело.

Родителей и сестру разбудила страшная весть.

Отец замкнулся в скорбном молчании,

Сестра безутешно плакала,

Мать исходила воплями горя.

Назавтра в газетах рассказали о девушке,

По неизвестной причине покончившей с жизнью.

Вот это ужасней всего:

Не просто жестокость – двойная жестокость.

Как же такое случилось?

Для старшей сестры эта смерть – оскорбление дружбы,

Но главное – чувство вины.

Она ничего не заметила, не поняла этой странной медлительности

И теперь укоряла себя в бессердечии.

2

Ни мать, ни отец, ни сестра не пришли на похороны.

Убитые горем, родители прятались от посторонних.

Их тоже, как и сестру, верно, мучил беспомощный стыд,

И любопытные взгляды им были невыносимы.

Так прошло несколько месяцев

В затворничестве, в нежелании выйти на люди —

Долгий период молчанья.

Ибо заговорить означало вспомнить Шарлотту.

Она бы незримо стояла за каждым сказанным словом,

И лишь молчание помогало жить дальше тем, кто остался в живых.

Но однажды Франциска села к роялю, коснулась пальцами клавиш,

Стала наигрывать мелодию и напевать вполголоса.

К ней подошли родители,

Невольно согретые этим лучиком жизни.

Страна вступила в войну. Быть может, так оно лучше:

Хаос – весьма подходящий фон для горя этой семьи.

Это первый всемирный конфликт.

Сараево вмиг разрушило все империи прошлого.

Людей миллионами гнали на верную смерть.

В длинных траншеях, изранивших землю, вершились судьбы мира.

А Франциска задумала стать сестрой милосердия,

Выхаживать раненых и больных, вытаскивать их с того света.

Главное, чувствовать, что приносишь пользу.

А сейчас ее постоянно мучила собственная ненужность.

Мать ужаснуло решение дочери,

В семье начались пререкания, ссоры.

Идет мировая война, а тут разразилась семейная битва.

Однако Франциска поставила на своем.

Уехала на фронт и сразу же попала на передовую.

Люди считали Франциску отважной,

А девушку попросту уже не страшила смерть.

В самой гуще сражений она повстречала Альберта.

Альберт Саломон – военный хирург,

Молодой, очень рослый и энергичный.

Кажется, даже стоя на месте, он все время куда-то спешил.

Альберт возглавлял полевой лазарет

Здесь, на фронте, во Франции.

Его родители умерли, медицина заменила семью.

Он поглощен своей миссией, остальное ему безразлично,

И женщины в том числе.

Так, он едва заметил новую медсестру,

Тогда как она непрестанно посылала ему улыбки.

К счастью, в ход этой истории вмешалась случайность.

В самый разгар операции Альберт внезапно чихнул.

Из носу потекло, срочно нужен платок,

Но в эту минуту хирург копался в кишках раненого солдата.

Франциска, достав платок, вытерла Альберту нос,

Вот тут он ее и увидел.

Прошел целый год, и Альберт наконец-то, взяв себя в руки,

В бесстрашные руки хирурга,

Явился с визитом к родителям своей нареченной.

Те приняли гостя так холодно, что он просто оторопел.

Зачем он пожаловал?

Ах да… просить руки… их дочери…

Просить чего? – сердито буркнул отец.

Чтобы этот тощий верзила ходил у него в зятьях?

Да разве же он достоин высокородной фройляйн Грюнвальд?!

Однако Франциска упорствовала,

Говоря, что безумно в него влюблена.

Трудно проверить, правда ли это,

Но она была не из тех, кто действует по капризу.

После смерти сестры жизнь свелась для нее к главным ценностям.

И в конечном счете родители уступили.

Заставили себя уступить, изголодавшись по радости,

По музыке и улыбкам.

Больше того, даже начали покупать цветы.

В их гостиной давно уже не было ярких красок,

А цветочные лепестки – символ возврата к жизни.

Впрочем, на свадьбе они сидели с похоронным видом.

3

С первых же дней Франциска осталась в доме одна.

Так почему же брак называют жизнью вдвоем?

Муж снова уехал на фронт,

Война затянулась и кажется вечной,

Нескончаемой бойней в траншеях.

Ох, только бы он уцелел!

Франциска боялась остаться вдовой,

Она ведь и так…

А собственно, как называют ту, что лишилась сестры?

Похоже, этого слова никто еще не придумал.

Порой словари стыдливо молчат,

Словно страшатся горя.

Юная новобрачная бродила по огромной квартире

На втором этаже доходного дома

В Шарлоттенбурге – квартале Шарлотты.

Это дом № 15 по Виландштрассе, близ Савиньиплац.

Я часто гулял в тех местах

И влюбился в них еще до того, как узнал о Шарлотте.

В 2004 году я задумал роман под названием «Савиньиплац».

Это слово рождало во мне какие-то странные чувства,

Волновало меня – сам не знаю, чем именно.

Через квартиру тянулся длинный коридор,

Чем-то напоминавший Франциске родительский дом.

Она часто присаживалась там и читала,

Но сегодня почти сразу захлопнула книгу.

Борясь с дурнотой, кинулась в ванную,

Плеснула в лицо холодной водой

И тут поняла, что с ней происходит.

Альберт оперировал раненого, как вдруг принесли письмо.

Санитар перепугался, увидев, как побледнел хирург.

Моя жена беременна, выдохнул тот наконец.

Теперь Альберт стал куда чаще наведываться в Берлин,

Но остальное время Франциска проводила дома одна,

со своим животом.

Гуляла по коридору, беседуя с будущим чадом, —

Так ей было легче коротать одиночество.

Роды пришлись на 16 апреля 1917 года:

Вот он – день появления нашей героини.

Но пока что она лишь младенец, плачущий без умолку,

Словно он недоволен своим появленьем на свет.

Франциска решила назвать дочь Шарлоттой,

в память погибшей сестры,

Но Альберт восстал: девочка не должна носить имя покойной,

И тем более имя самоубийцы!

Франциска спорила, плакала и сердилась:

Ей казалось, сестра возродится в ребенке.

Альберт заклинал жену быть благоразумной.

Увы, он знал, что она далеко не благоразумна,

Но любил в ней даже это невинное сумасбродство,

Эту способность всегда быть разной —

То смиренной, то своенравной, то робкой, а то жизнерадостной.

Он понял, что спорить с ней бесполезно,

Да и кому приятны домашние войны во время войны?

 

И девочку нарекли Шарлоттой.

4

Какими могли быть первые воспоминания Шарлотты?

О запахах или о красках?

Скорее всего, ей запомнились

Звуки мелодий, что напевала ей мать.

У Франциски был ангельский голос,

Она пела, аккомпанируя себе на рояле.

Шарлотта засыпала под материнское пение

С самого нежного возраста.

Позже она будет переворачивать для мамы страницы нот.

Так первые годы Шарлотты прошли под звуки рояля.

Франциска любила гулять вместе с дочкой.

Она водила ее в зеленое сердце Берлина – Тиргартен,

Островок тишины в городе, еще не очнувшемся от поражения.

Малышка Шарлотта боязливо смотрела на солдат-инвалидов.

Как страшны эти руки, что тянутся к ней, —

Руки армии нищих.

Она отводила глаза от их искаженных лиц,

Но стоило ей забрести в чащу леса, она веселела —

Там можно было гоняться за белками.

Потом они с матерью отправлялись на кладбище,

Ибо нельзя забывать о мертвых.

Шарлотте рано пришлось понять, что мертвые – часть их жизни.

Она трогала пальчиком слезы мамы.

Франциска оплакивала сестру так же горько, как в день ее гибели.

Бывают непреходящие горести.

На могильной плите Шарлотта впервые прочла свое имя

И спросила, что же случилось с тетей?

Она утонула в реке.

Разве она не умела плавать?

Нет, это просто несчастный случай.

И Франциска поспешно сменила тему.

Вот и первая сделка с реальностью,

Начало театра.

Альберту не нравились эти походы на кладбище.

Зачем ты так часто ходишь туда с Шарлоттой?

Это мрачное развлечение.

Он просил ее реже водить туда дочку,

Но разве Франциску проверишь?

Он же так мало бывал дома.

Только и думает что о работе, ворчали его тесть и теща.

Но Альберт твердо решил стать самым лучшим врачом:

Если не оперировал, то занимался наукой.

Когда человек так уходит в работу, это выглядит подозрительно:

Похоже, он от чего-то скрывается.

Что это было – страх или только предчувствие драмы?

Франциска все чаще вела себя непредсказуемо.

Альберт подмечал у жены мгновения забытья,

Как будто она временами уставала от себя самой.

Он убеждал себя, что Франциска просто слишком мечтательна, —

Люди часто ищут красивые объяснения

странностям своих ближних, —

Но вскоре у него появились основания для тревоги.

Франциска целыми днями недвижно лежала в постели

И даже не забирала Шарлотту из школы.

Потом как ни в чем не бывало она становилась прежней,

Вдруг, без всякого перехода, забывая о своей летаргии.

Повсюду водила с собою Шарлотту —

В центр города, в парк, в зоосад и в музеи,

Ведь нужно гулять и читать, узнавать что-то новое, музицировать.

Возвращаясь к нормальной жизни, она любила

устраивать праздники,

Встречаться с людьми.

Эти званые вечера доставляли радость Альберту,

Приносили ему облегчение.

Франциска садилась к роялю.

Как приятно было смотреть на нее, когда она

что-то неслышно шептала,

Словно беседуя с нотами.

Голос матери нежно ласкал слух и сердце Шарлотты:

Если мама так чудно поет, ничего плохого уже не случится!

Шарлотта, нарядная, точно кукла, стояла в гостиной,

Встречая гостей чопорной, светской улыбкой.

Она ее репетировала с мамой так долго, что скулы свело.

Но где же тут логика?

Сперва мама запирается в спальне и неделями не выходит из дому,

Потом ее вдруг обуревает демон общения.

Но Шарлотте нравилась эта внезапная перемена:

Пусть будет все, что угодно, только не мамина меланхолия.

Лучше уж этот избыток энергии, чем пустота.

Увы, пустота возвращалась к Франциске

Так же необъяснимо, как улетучивалась.

И снова Франциска лежала в постели, измученная пустотой,

Пристально глядя на что-то невидимое в углу спальни.

Эти метаморфозы Шарлотта воспринимала спокойно,

Она даже свыклась с апатией матери.

Может быть, так и рождаются артистические натуры,

Принимающие как должное безумие окружающих?

5

Шарлотте исполнилось восемь. Состояние мамы ухудшилось,

Периоды ее депрессии сделались затяжными.

Она утратила интерес ко всему, считая себя ненужной.

Альберт заклинал жену очнуться, прийти в себя,

Но мрак уже прочно обосновался на их супружеском ложе.

Ты мне нужна, твердил Альберт Франциске.

Ты и Шарлотте нужна, добавлял он потом.

В тот вечер Франциска заснула.

Потом среди ночи внезапно встала.

Альберт, проснувшись, следил за женой,

А та подошла к окну.

Хочу посмотреть на небо, сказала она, чтоб успокоить мужа.

Как часто она говорила Шарлотте, что в небе все краше,

чем на земле,

И добавляла: когда я туда попаду, я тебе напишу

и все-все расскажу.

Потустороннее стало ее наваждением:

Разве тебе не хочется, чтоб твоя мама стала ангелом?

Ведь это было бы так чудесно, не правда ли?

Но Шарлотта молчала.

Ангел…

Одного ангела Франциска знала: это ее сестра.

У той хватило мужества свести счеты с жизнью,

Уйти из нее безмолвно, никому не сказав ни слова.

Вот оно в чем – совершенство жестокости:

Смерть восемнадцатилетней девушки,

Смерть упования.

Франциска верила: в ужасе смерти есть своя иерархия.

Самоубийство женщины-матери – высшая степень этого акта.

Такому в семейных трагедиях отводится первое место.

Кто посмеет оспорить его величие?!

Однажды ночью Франциска встала

Бесшумно, почти не дыша.

На сей раз Альберт не проснулся.

Франциска пробралась в ванную,

Нашла пузырек с опием и залпом выпила все.

Хрип разбудил наконец ее мужа,

Он бросился в ванную: дверь была заперта,

Франциска не отвечала.

Горло горело огнем, грудь жгла нестерпимая боль,

А смерть все не шла.

И паника мужа оскверняла ее расставание с жизнью.

Но услышала ли это Шарлотта,

Или девочка крепко спала?

Альберт наконец-то взломал дверь ванной.

Чудом ему удалось к жизни вернуть Франциску —

Доза яда была недостаточно велика.

Но теперь ему стало ясно:

Призрак смерти – уже реальность.

6

Утром Шарлотта спросила, где мама.

Не нужно ее беспокоить, ответили ей.

Ночью маме вдруг стало плохо.

Впервые Шарлотта отправилась в школу, не повидавшись с мамой,

Не поцеловав ее на прощанье.

Франциска будет в меньшей опасности в доме родителей,

Так подумал Альберт.

Оставшись одна, она неизбежно покончит с собой,

Вразумить ее невозможно.

И Франциска вернулась в свою девичью комнату,

В мир своего детства,

Туда, где была так счастлива вместе с сестрой.

В родительском доме Франциска почувствовала себя бодрее.

А мать пыталась скрыть свои страхи:

Старшая дочь решила покончить с собой после гибели младшей —

Неужто это возможно?

Значит, смерть неизбежна?

И она начала искать помощи всюду, где только можно,

Вызвала друга семьи, видного невропатолога;

Тот заверил, что это всего лишь легкий, совсем не опасный психоз,

Избыток эмоций, чрезмерная возбудимость, и более ничего.

Шарлотта, не находя себе места, скучала по матери.

Где мама?

Она заболела гриппом, это очень заразно.

Вам сейчас лучше не видеться.

Мама скоро вернется домой.

Обещанья Альберта звучали не очень-то убедительно.

Он невольно винил больную жену,

Видя смятение дочери.

Однако же навещал каждый вечер Франциску.

Там его ждал ледяной прием.

Родители были уверены: это он виноват в болезни их дочери.

Дома почти не бывает, день и ночь торчит на работе.

Франциска пыталась покончить с собою в отчаянии

От вечного одиночества.

Вот и нашелся виновный!

А в смерти ее сестры тоже я виноват?! —

хотел воскликнуть Альберт,

Но он сдерживался.

Не глядя на судей, шел в спальню к жене

И у постели больной предавался воспоминаньям,

Все еще питая надежду на благополучный исход.

Франциска, взяв мужа за руку, пробовала улыбнуться.

Наступали минуты покоя, призрак былой любви,

Краткие проблески жизни меж черными мыслями.

К Франциске решили приставить сиделку.

Ей нужен уход – так было сказано посторонним,

Но цель-то, конечно, другая – неусыпный надзор.

Дни Франциски тянулись под пристальным наблюдением,

О Шарлотте она и не вспоминала,

Словно дочери не было больше на свете.

Если Альберт приносил ей детский рисунок,

Отворачивалась к стене.

7

Грюнвальды вечером ели в просторной столовой.

Туда заглянула сиделка и на минутку присела.

Внезапно мать посетила кошмарная мысль:

Франциска в спальне одна, а окно не закрыто…

И, пронзив женщину яростным взглядом,

Мать поспешно вскочила и кинулась в комнату дочери.

С порога она увидала мелькнувшее тело,

Крикнула что есть мочи, но поздно, уже не поспеть.

Внизу раздался глухой звук падения…

Мать, дрожа, устремилась к окну:

На мостовой в луже крови лежала Франциска.

Часть вторая

1

Шарлотта молча встретила страшную весть

О том, что безжалостный грипп унес ее мать.

Она размышляла над словом «грипп».

Такое короткое слово – и все уже кончено…

Правду она узнáет лишь через многие годы,

Да и то в атмосфере всеобщего хаоса.

А сейчас она утешала отца,

Говоря ему: это не страшно,

Мама давно меня предупреждала.

Теперь она стала ангелом.

Она ведь всегда мечтала оказаться на небесах.

Альберт не знал, что ответить дочери.

Ему хотелось бы думать так же,

Но жестокая правда была налицо:

Жена его бросила одного,

Одного, с их маленькой дочерью.

Воспоминания не давали Альберту покоя:

Франциска еще жила в каждой комнате, в каждой вещи,

Воздух квартиры был тот же, которым дышала она.

Может быть, переставить мебель или уж все разорить дотла?

А лучше и вовсе съехать отсюда.

Альберт заговорил об этом с Шарлоттой, но дочь отказалась.

Ведь мама ей обещала прислать письмо,

Как только окажется на небесах, —

Значит нужно остаться здесь.

Иначе мама нас не найдет, ответила ему девочка.

Она ждала каждый вечер, часами ждала писем от мамы,

Сидя на подоконнике, высматривая почтальона.

Небосвод был мрачен, угрюм.

Может быть, из-за этого мамина весточка к ним не находит дороги?

Так протекали дни, а новостей все не было.

Шарлотта решила пойти на кладбище,

Там ей был знаком каждый камень.

Она подошла к могиле матери:

Не забывай: ты обещала мне все рассказать!

А писем все не было.

Не было ничего.

Это молчание невыносимо.

Отец пытался урезонить Шарлотту:

Мертвые не могут писать письма живым,

И это, может быть, к лучшему.

Мама счастлива там, где она сейчас,

В облаках она будет играть на небесном рояле.

Говорил, сам не зная что,

У него все спуталось в голове.

Наконец и Шарлотта уже поняла, что писем с небес не будет,

И смертельно обиделась на Франциску.

2

Теперь ей пришлось привыкать к одиночеству.

Шарлотта не разделяла чувства отца, —

Тот уходил в себя, с головой погружался в работу,

Что ни вечер сидел в кабинете, уткнувшись в книги.

Кабинет был завален стопками – нет, просто горами книг.

Шарлотта разглядывала отца:

Тот походил на безумца, бормотал какие-то формулы,

Ничто не могло отвлечь его на этом пути к познанию,

Никто – на пути к признанию.

Он только что стал профессором Берлинского университета —

Это высшее достижение, сбывшаяся мечта,

Но, похоже, Шарлотту это не радовало.

По правде сказать, ей теперь было трудно выражать свои чувства.

В школе Принцессы Бисмарк1   Средняя школа для девочек в Берлине. (Здесь и далее, кроме особо оговоренных случаев, примеч. перев.)

[Закрыть] у нее за спиной шептались:

 

Нужно быть с Шарлоттой поласковей: у нее умерла мама.

Умерла ее мама умерла ее мама умерла ее мама…

К счастью, школьное здание выглядело уютным,

В нем широкие светлые лестницы. Это место, где боль утихает.

Шарлотта была довольна, что может ходить туда ежедневно.

Я тоже долгие годы спустя прошел по этой дороге,

Прошел много раз, по ее следам,

Туда и обратно, тем же путем, что маленькая Шарлотта.

И однажды я пришел в ее школу.

По вестибюлю бегали девочки.

Мне подумалось: вдруг Шарлотта еще бегает вместе с ними?

В приемной меня встретила дама – советник по педагогике,

Очень любезная женщина, она назвалась Герлиндой.

Я объяснил ей причину моего появления в школе.

Похоже, она не удивилась,

Повторила задумчиво следом за мной: Шарлотта Саломон…

О, конечно, мы знаем о ней.

И вот начался мой долгий визит,

Обстоятельный, ибо мне было важно буквально все.

Герлинда превозносила достоинства этой школы,

Следя за моей реакцией и за моим волнением.

Но самое главное ждало меня впереди:

Она предложила осмотреть пособия по естествознанию.

Зачем?

Да ведь они относятся к тому самому времени.

Вы погрузитесь в атмосферу начала двадцатого века,

В школьный мир Шарлотты, сохранившийся до наших дней.

Мы прошли по темному, пыльному коридору,

Поднялись на чердак, где стояли звериные чучела,

А в банках целую вечность пребывали в спирту насекомые.

Потом на глаза мне попался скелет.

Смерть, неотступный рефрен моих поисков…

Шарлотта уж точно его изучала, объявила Герлинда.

Я стоял перед ним почти век спустя после моей героини,

В свой черед изучая строение человеческого костяка.

Под конец меня привели в превосходный актовый зал.

Группа девочек там позировала для общего классного снимка.

Поощряемые фотографом, они расшалились вовсю,

Давая ему возможность запечатлеть радость жизни.

Я вспомнил увиденный мною снимок класса Шарлотты.

Он был сделан не в этом зале, а в школьном дворе.

Довольно унылый снимок —

Все девочки напряженно уставились в объектив.

Все, кроме одной, —

Глаза Шарлотты были устремлены куда-то в сторону.

На что же она глядела?

fictionbook.ru

Книга Шарлотта, глава Шарлотта, страница 1 читать онлайн

Шарлотта

Электронный бит отдавался эхом под рёбрами. Ди-джей что-то кричал в микрофон, и разгорячённая толпа ревела в ответ, даже не вникая в смысл сказанного. Вечеринка в честь чьего-то дня рождения подошла к тому моменту, когда алкоголь и музыка превращали людей в однородную массу, двигающуюся на одних только инстинктах.

Шарлотта с трудом выбралась из толпы и нетвёрдой походкой поплыла в сторону туалета. Она уже изрядно выпила, поэтому воспринимала реальность искажённо, как сквозь густой туман, и ей это нравилось. Парни недвусмысленно свистели ей вслед, девушки завлекающе касались её голых плеч горячими пальцами, кто-то по дороге отобрал у Шарлотты полупустой стакан и взамен вручил ей другой, заполненный до краёв. Она в ответ улыбалась и не скупилась на комплименты всем встречным. Мир казался ей таким прекрасным, что хотелось кричать.

В туалете было накурено и темно. Приглушенный алый свет придавал обстановке особую интимность, и девушка несколько мгновений стояла, привалившись к стене и наслаждаясь полумраком. Кто-то, звонко смеясь, проскочил мимо, и Шарлотта отстранённо отметила, что их было двое. Скорее всего, она помешала чьему-то уединению. Впрочем, на вечеринках это обычное дело, поэтому уже через секунду она выбросила из головы сбежавшую парочку.

Шарлотта поставила стакан на бортик раковины и посмотрела на себя в зеркало. Алая помада почти стерлась, тщательно уложенные кудри растрепались, на платье багровыми цветами расцвели пятна пролитого алкоголя. Вздохнув, девушка поспешила привести себя в порядок. Волосы послушно пригладились, стоило провести по ним расческой, помада нашлась в косметичке, и вскоре губы снова заалели, подчёркивая лихорадочно блестящие глаза и бледность кожи.

А вот с платьем возникли проблемы. Пятна не хотели смываться водой, и тогда Шарлотта не придумала ничего лучше, чем опрокинуть на себя стакан. Светло-кремовая ткань окрасилась в вишнёвый цвет, и девушка счастливо засмеялась — получилось экстравагантно. Промокнув салфетками остатки напитка на коже, она еще раз оценила свой внешний вид в зеркале и осталась довольна.

Стоило ей выйти из туалета, как рядом притормозил незнакомый парень и одобрительно поцокал языком. Похоже, алое платье привлекало больше внимания, чем светлое. В конце концов, это был её любимый цвет. Шарлотта кокетливо изогнулась, позволяя рассмотреть, как мокрая ткань липнет к разгоряченной коже, и в глазах парня появился хищный блеск. Он обхватил девушку за талию и провел ладонями вверх по спине. Платье потянулось за его руками, и Шарлотте пришлось ловить задравшийся подол.

— Осторожнее! — засмеялась она, попытавшись вывернуться из объятий незнакомца. — Я не готова демонстрировать свои трусики всем подряд.

Двусмысленность фразы дошла до девушки не сразу. Лишь когда парень, навалившись всем телом, прижал её к стене и жарко прошептал «Тогда нам стоит уединиться», Шарлотта спохватилась, что зашла слишком далеко. Заигрывать, флиртовать, позволять случайные прикосновения — это всё невинные шалости без особых последствий, но то, что ей сейчас предлагали…

— Тебе лучше убрать руки от моей сестры.

Брайан появился вовремя. Незнакомец нехотя отодвинулся и через плечо обернулся на брата Шарлотты. Оценив, что со спортивно сложенным красавчиком ему не потягаться, парень раздражённо цыкнул и одарил девушку презрительным взглядом. Шарлотта знала, что именно он о ней подумал, — высокомерная сучка, провоцирующая парней ради потехи и использующая брата, когда дело пахнет жареным.

— Давай-давай, отваливай, — поторопил Брайан. — Ты же не хочешь проблем за совращение несовершеннолетней? Ей, между прочим, всего шестнадцать.

Шарлотта вздрогнула и покраснела до кончиков волос. Выглядела она куда старше своих шестнадцати, чем пользовалась, чтобы посещать подобные тусовки, где алкоголь лился рекой, травка и колёса передавались из рук в руки, а секс считался нормальным продолжением вечера. Сама-то она, понятное дело, приходила совсем не за этим — девушка любила шумные сборища и суету вокруг, поэтому просто стремилась туда, где собирались люди.

— Зачем вообще притаскивать на вечеринку малолетку? — прорычал парень, отшатываясь от Шарлотты как от прокаженной. — Ты в своём уме вообще?

— Это не твоё дело, — отрезал Брайан. — Просто отвали уже, пока я не разозлился. И лучше держи язык за зубами, а то мало ли, кто окажется в этой ситуации крайним.

С ругательствами парень скрылся в толпе, оставив брата и сестру одних. Шарлотта сжалась под пристальным взглядом Брайана — туман в голове рассеялся, и теперь ей было стыдно. А ещё — страшно.

— Ты испортила платье, — наконец, нарушил тишину Брайан.

Шарлотта посмотрела на себя, словно впервые заметив, что цвет ткани изменился.

— Прости, кажется, я выпила лишнее, — пробормотала девушка.

Брайан вздохнул и обнял сестру, не обращая внимания на то, что платье на ней было мокрым и липким. Он-то знал, что Шарлотта просто любит, когда жизнь вокруг кипит, а алкоголь, наркотики и распутный образ жизни её совершенно не привлекают. Хотя нет, с алкоголем у девушки определенно были проблемы — она всё реже отказывалась выпить за компанию, а потом уже не могла вовремя остановиться.

— Если ты не научишься себя контролировать, попадёшь в беду, — тихо сказал Брайан. — Я не всегда смогу быть рядом и отгонять от тебя всяких уродов. Пожалуйста, Шарлотта, будь осторожнее — может, внешне ты и выглядишь взрослой, но тебе всего шестнадцать. Не забывай об этом.

litnet.com

Книга Шарлотта Лёвеншёльд читать онлайн Сельма Лагерлеф

Сельма Лагерлеф. Шарлотта Лёвеншёльд

Историческая трилогия - 2

 

ПОЛКОВНИЦА

 

I

 

Жила однажды в Карлстаде полковница по имени Беата Экенстедт.

Она происходила из семьи Лёвеншёльдов, тех, что владели поместьем Хедебю, и, следовательно, была урожденная баронесса. И была она так изящна, так мила, так образованна и умела сочинять шуточные стихи не хуже самой фру Леннгрен.

Росту она была небольшого, но с благородной осанкой, свойственной всем Лёвеншёльдам, и с выразительным лицом. Всякому, кто бы с ней ни встречался, она всегда умела сказать что-нибудь любезное и приятное. В облике ее было что-то романтическое, и те, кто видел ее хотя бы однажды, никогда уже не могли ее забыть.

Одевалась она изысканно и всегда была искусно причесана, и где бы она ни появлялась, на ней непременно оказывалась самая красивая брошь, самый изящный браслет, самый ослепительный перстень. У нее были необычайно маленькие ножки, и при любой моде она неизменно носила крошечные башмачки на высоком каблуке, отделанные золотой парчой.

Жила она в самом красивом доме Карлстада, который не теснился в гуще других домов на узкой улочке, а высился на берегу реки Кларэльв, так что полковница могла любоваться водной гладью из окна своего уютного будуара. Она любила рассказывать, как однажды ночью, когда ясный лунный свет заливал реку, она видела водяного, который играл на золотой арфе под самым ее окном. И никому не приходило в голову усомниться в ее словах. А почему бы водяному и не спеть, подобно многим другим, серенаду полковнице Экенстедт!

Все именитые лица, гостившие в Карлстаде, почитали своим долгом представиться полковнице. Они тотчас же бывали безмерно очарованы ею и сетовали на то, что ей пришлось похоронить себя в захолустье. Рассказывали, будто епископ Тегнер сочинил в ее честь стихи, а кронпринц сказал, что она обладает истинно французским шармом. И даже генерал фон Эссен и другие сановники времен Густава III вынуждены были признать, что обеды, которые дает полковница Экенстедт, несравненны как по части кушаний и сервировки, так и по части занимательной беседы.

У полковницы было две дочери, Ева и Жакетта. Это были прелестные и добрые девушки, которыми любовались и восхищались бы в любом другом уголке земли, но в Карлстаде никто не удостаивал их ни единым взглядом. Мать затмевала их совершенно. Когда они являлись на бал, молодые кавалеры наперебой приглашали танцевать полковницу, а Еве и Жакетте оставалось лишь подпирать стены. И, как уже упоминалось, не один только водяной пел серенады перед домом Экенстедтов, но звучали они не под окнами дочерей, а единственно лишь под окнами полковницы. Юные поэты готовы были без конца слагать стихи в честь Б. Э., но ни один из них не удосужился сочинить и двух строф в честь Е. Э. или Ж. Э.

Злые языки утверждали, что когда однажды некий подпоручик вздумал посвататься к маленькой Еве Экенстедт, то получил отказ, так как полковница сочла, что у него дурной вкус.

Был у полковницы и полковник, славный и добрый малый, которого весьма высоко ценили бы повсюду, но только не в Карлстаде. Здесь его сравнивали с женой, и когда он появлялся рядом с нею, такой блестящей, такой обворожительной, неистощимой на выдумки, полной живости и веселья, то всем казалось, что он смахивает на деревенского помещика. Гости, бывавшие у него в доме, едва давали себе труд выслушивать его; они, казалось, вовсе его не замечали. Разумеется, не могло быть и речи о том, чтобы полковница позволила кому-либо из обожателей, увивавшихся вокруг нее, хоть малейшую вольность; в этом ее нельзя было упрекнуть. Но ей никогда не приходило в голову возражать и против того, что муж постоянно остается в тени. Должно быть, она полагала, что ему лучше не привлекать к себе особого внимания.

Но у этой очаровательной, окруженной всеобщим поклонением полковницы были не только муж и дочери. У нее был еще и сын. И сына своего она обожала, его она боготворила, его выдвигала на первое место при всяком удобном случае.

knijky.ru

Лэм Шарлотта, Читать онлайн, Cкачать книги бесплатно в формате fb2, txt, mobi или epub

   Шейла Энн Мэри Коутс (Холланд, Sheila Ann Mary Coates Holland), известная миллионам читательниц под псевдонимом Шарлотта Лэм (Charlotte Lamb).  

 

   Еще псевдонимы - Sheila Coates, Laura Hardy, Sheila Holland, Sheila Lancaster, Victoria Woolf.

Английская писательница.

 

   Родилась в 1937 году в Dagenham, Эссакс. В детстве ей пришлось переезжать от одного родственника к другому, чтобы избежать бомбежек.

Окончив школу в 16 лет, она начала работать служащей в банке. Шарлотта продолжила свое образование, поглощая огромное количество книг во время обеденных перерывов и после работы. Позже она работала секретарем на ВВС, где познакомилась с будущим мужем Ричардом Холландом (Richard Holland), политическим обозревателем, журналистом и автором биографий.

 

   Жаркая почитательница любовных романов, она начала писательскую деятельность под влиянием мужа. Свою первую книгу она написала всего за три дня – с тремя детьми на руках! Пока подрастали все пятеро ее детей (включай близнецов), Шарлотта написала еще несколько романов.

 

   Писать она начала как Шейла Холланд, но позже использовала еще несколько псевдонимов, среди них Лора Харди, Виктория Вульф, Шейла Коутс, Шейла Ланкастер. Первый роман под псевдонимом Шарлотта Лэм был издан в 1973 году.

 

   Шарлотта была настоящим революционером в жанре любовного романа. Она одной из первых исследовала границы сексуального влечения, ее романы часто отражают передовой фронт «сексуальной революции» 70-х гг. В своих книгах она затронула запретные тогда темы насилия и издевательства над детьми. Кроме того, она создала новый тип героини – сексуально раскрепощенную, иногда даже доминирующую личность. Одной из первых ею был создан и совершенно новый тип романтической героини: независимой, далекой от идеала и вполне способной инициировать сексуальные либо романтические отношения.

 

   Будучи очень плодовитым автором, Шарлотта написала более 160 романов. Работала она очень быстро, писала не менее 2000 слов в день, работая с 9 часов утра до 5 часов вечера.

 

   Шарлотта Лэм скоропостижно скончалась в октябре 2000 года в возрасте 62-х лет в своем похожем на замок доме на острове Мэн (Шотландия), где начиная с 1977 года проживала с мужем и четырьмя детьми.

 

   Ее дочь, Сара Холланд (Sarah Holland), - известная писательница, чьи 22 романа опубликованы в 130 странах миллионными тиражами, а также актриса и певица.

 

   Другая дочь, Джейн Холланд (Jane Holland), - писательница и поэтесса, стихи которой отмечены литературными наградами, кроме того - редактор онлайн-журнала истории искусств Horizon Review (Salt Publishing).

 

Еще одна дочь, Шарлотта, - художник, а сыновья, Майкл и Дэвид, - музыканты.

romanbook.ru