Новая книга об истории исследования Венеры. Книга венера


Книга Венера читать онлайн Генрих Манн

Генрих Манн. Венера

Богини или Три романа герцогини Асси - 3

Анонс

     Любовь... и только любовь! Вот основная идея трилогии знаменитого немецкого романиста. Блистательные, колоритные исторические сцены конца 19-го века, тайные дворцовые интриги - и на фоне этого разворачивается полная любви и приключений жизнь главной героини романов герцогини Виоланты Асси.

I

     Рассветало. Она открыла глаза. Поезд мчался сквозь туман, болота остались позади. Вдали исчезали смутные очертания Мантуи, угловатые и темные. Кругом расстилалась плоская, темная равнина. Маленькие, слабые верхушки деревьев неясно вырисовывались на желтоватом облачном небе. Из борозд вспаханной земли выглядывали люди, сгорбленные и неторопливые, казавшиеся крошечными среди огромной равнины.      Она опустила окно, полная нетерпения.      - Неужели никогда не будет остановки? Я хочу выйти. Ах, эта земля!      Она чувствовала нежность к каждому клеверному полю. Перед ярко-зеленой после дождя лощинкой паслись косматый ослик и жалкая кляча. Она уже чувствовала свои руки вокруг шеи животных. Под ногами она уже ощущала мягкую глину, уже исчезала мысленно в серой дали, вся уже принадлежала земле и ее будням, суровым; темным, ничего не знающим о праздниках человеческого искусства, о фонтанах, статуях и мраморных порталах.      Несколько часов спустя она, улыбаясь над своей мимолетной грезой, смотрела на чарующие поля Тосканы. У ног ее, среди тополей и ив, извивался Арно. Вдоль длинной дороги лежали города, светлые, выхоленные, окруженные виноградниками, кусты которых вились вокруг маленьких вилообразных подпорок. До нее доносилось, играя, мягкое, свежее, дуновение ветерка. Небо синело, ласковое и глубокое, и она думала:      "Почему я не иду по той правильной аллее на мягких склонах, к прелестной усадьбе. Ее осеняет группа кипарисов и пиний; она четырехугольная, и в середине ее возвышается плоская, широкая башня. Как счастлива была бы я на ее террасе, над этой гармоничной страною, под чистым золотом ее солнечных закатов".      После полудня падавшую от туч тень прорезало Тразименское озеро со своими черными, призрачными островами, с розовыми замками на них. Высокими волнами вздымался лес Умбрии, окружая древние руины и венчая последние холмы в голубой сказочной дали. В самом центре, на отвесной черной скале, погребенной под вьющимися растениями, возвышался город с зубцами и башнями, желтыми, как охра. Почти лишенные окон, они, казалось, глядели внутрь себя, на свои грезы. Эти грезы были полны тяжелого, страстного стремления вверх, к небу, но они не могли вырваться из темницы, неумолимо державшей их на этой земле.      Но вот скрылись и холмы и лес; земля стала голой и торжественной. Из разорванных туч вырывались, точно блеск мечей, лучи солнца. Ветер приносил с собой эхо старых битв. На несколько коротких часов герцогиня перенеслась туда, где грезила и охотилась десять лет тому назад. Она видела себя на лошади впереди всадников в красных фраках; они мчались по выгоревшей траве между могилами у края поля, сквозь разрушенные арки акведука. Волы с изогнутыми рогами, развалившись у дороги, пережевывали жвачку. У откосов глодали редкую траву козы. Стада овец белыми и черными пятнами исчезали в складках холмов, под плоской скалой с циклопическими стенами и причудливыми церквами. Плющ расщепливал стены башен... Она посмотрела на небо, которое вечер окрашивал точно кровью героев. За горизонтом одиноко вырос купол, мрачно и тяжело поднимавшийся над равниной: то был Рим.      Она переночевала и поехала дальше. Однажды в полдень, когда поезд остановился, удушливый ветер заставил ее вздохнуть. Он точно поцеловал ее в глаза; она должна была закрыть их.

knijky.ru

Книга Венера — планета мужчин читать онлайн Уильям Тенн

Уильям Тенн. Венера — планета мужчин

 

     О том, что мне предстоит лететь вместе с Сис на Венеру,  я  узнал  от

нее за день до отлета. Спорить было бессмысленно. Таков уж  характер  моей

старшей сестры, что  любые  возражения  только  укрепляют  ее  в  мысли  о

собственной правоте.

     Прошло всего два часа после старта в Сахаре, как я, изнывая от духоты

бортового скафандра и  невообразимой  скуки,  бродил  по  коридорам  мирно

ревущего корабля. Наш космический лайнер  совершал  рейс  с  особо  ценным

грузом - тремя сотнями особей женского пола, направлявшихся  на  Венеру  с

целью отыскать себе мужей, чтобы продлить существование рода людского, так

сильно захиревшего после всех этих больших войн.

     Остановившись возле каюты Сис, я тихо открыл дверь и заглянул внутрь.

Сис, совершенно голая,  лежала  на  кушетке  и  внимательно  читала  книгу

"Воспитание мужчин в семье". Ее подруга, имя которой я так и  не  запомнил

за два года знакомства, в таком  же  виде,  усиленно  растирала  ей  спину

какой-то вонючей оранжевой мазью. Оторвавшись от книги, Сис посмотрела  на

меня. То, что я прочел в ее глазах, не предвещало ничего хорошего.

     Я снова оказался  в  коридоре.  Куда  он  вел,  оставалось  для  меня

загадкой, и я решил разгадать  ее  самым  простым  способом  -  пройти  по

коридору до самого конца. Ничего примечательного в  пути  я  не  встретил.

Вдоль коридора с одной  стороны  шли  одинаковые  двери  кают,  освещенные

мертвенно   фиолетовыми   светильниками.   Там,   за   дверьми    отдыхали

путешественницы на Венеру, готовясь к встрече со своими сужеными. Судя  по

всему, на ногах был лишь экипаж корабля, состоявший, по традиции, из одних

мужчин. Прошло более десяти минут с  начала  моего  похода,  однако  конца

коридора не было видно.

     Я уже решил было вернуться, но тут заметил  табличку  указателя.  Мне

стало ясно, что я оказался на палубе номер один. Слева я увидел переход на

палубу номер три, за  ней  располагалась  палуба  номер  четыре.  Вспомнив

конструкцию корабля, я понял, что, пройдя через третью и четвертую палубы,

можно попасть в отделение главных реакторов, а миновав их, - в отсек,  где

находился  только  недавно  освоенный  механизм,  создававший   внутреннее

гравитационное  поле  корабля.   Готовя   себя   всю   жизнь   к   карьере

астронавигатора, я конечно же не мог упустить возможности  своими  глазами

взглянуть на это чудо. Свернув налево, я оказался в узком длинном проходе,

отличавшемся от пройденного мною ранее коридора разве что своей узостью  и

наличием иллюминаторов по правому борту.

     Я вновь подумал о Сис. То, что  она  для  полета  на  Венеру  выбрала

именно пассажирский корабль класса "люкс", мне было  совсем  не  по  душе.

Намного лучше я чувствовал бы себя на грузовом звездолете, с его винтовыми

лестницами, крутыми трапами, карабкаясь  по  которым,  без  особых  затрат

времени можно было бы перебраться с одной палубы  на  другую.

knijky.ru

Книга Венера в мехах читать онлайн Леопольд фон Захер-Мазох

Леопольд фон Захер-Мазох. Венера в мехах

 

"И покарал его Господь и отдал его в руки женщины." Кн. Юдифь, 16, гл. 7.

Я находился в приятном обществе.

Напротив меня, у массивного камина в стиле Возрождения сидела Венера но не какая-то там дама полусвета, под этим именем ведущая войну против враждебного пола, подобно какой-нибудь мадемуазель Клеопатре, а подлинная богиня любви.

Она сидела в кресле, разожженный ею огонь потрескивал перед ней, и отблеск его красными языками лизал ее бледное лицо с белыми глазами и, время от времени, ее ноги, когда она старалась их согреть.

Ее голова была чудесна, несмотря на мертвые каменные глаза, но только это я в ней и видел. Величественная богиня укутала свое мраморное тело в широкие меха и, дрожа, свернулась в клубок, словно кошка.

- Я не понимаю, милостивая государыня, - воскликнул я, - ведь на самом деле уже не холодно, вот уже две недели как у нас стоит восхитительная весна. У вас, очевидно, нервы...

- Благодарю покорно за вашу весну, - сказала она глубоким каменным голосом и тотчас вслед за этим божественно чихнула, и тут же еще раз: дважды. - Я в самом деле не могу этого вынести, и я начинаю понимать...

- Что, уважаемая?

- Я начинаю верить в невероятное, постигать непостижимое. Мне сразу становится понятной и германская женская добродетель, и немецкая философия, и я также больше не удивляюсь тому, что вы на Севере не можете любить, и даже отдаленного представления не имеете о том, что такое любовь.

- Позвольте, сударыня, - возразил я, вспылив, - я положительно не дал вам никакого повода...

- Ну, вы... - божественная чихнула в третий раз и с неподражаемой грацией пожала плечами. - Зато и я была к вам всегда благосклонна и даже посещаю вас время от времени, хотя всякий раз, несмотря на все мои меха, быстро простужаюсь. Вы еще помните, как мы встретились в первый раз?

- Как я могу это забыть, - сказал я, - у вас были тогда каштановые локоны, и карие глаза, и яркие красные губы, но я все же тотчас же узнал вас по овалу вашего лица и по этой мраморной бледности... Вы всегда носили фиолетовую бархатную кофточку, отороченную беличьим мехом.

- Да, вы были совсем без ума от этого туалета, и как вы были понятливы!

- Вы научили меня понимать, что такое любовь, ваше радостное богослужение заставило меня позабыть о двух тысячелетиях.

- А как беспримерно верна я вам была!

- Ну, что касается верности...

- Неблагодарный!

- Я вовсе не хочу упрекать вас в чем-либо. Вы, правда, божественная женщина, но все-таки женщина, и в любви вы как всякая женщина жестоки.

- Вы называете жестоким, - живо возразила богиня, - то, что как раз является стихией чувственности, радостной любви, что является природой женщины, - отдаваться, когда любит, и любить все, что нравится.

- Разве есть для любящего большая жестокость, чем неверность возлюбленной?

- Ах! - ответила она, - мы верны, пока мы любим, вы же требуете от женщины верности без любви, и чтобы она отдавалась, не получая наслаждения, - так кто здесь жесток, женщина или мужчина? - Вы, на Севере, вообще принимаете любовь слишком тяжеловесно, слишком всерьез. Вы говорите об обязанностях там, где речь может идти только об удовольствии.

- Да, сударыня, зато у нас столь достойные уважения и добродетельные чувства и столь длительные связи.

- И несмотря ни на что - это никогда не затихающая, вечно неутолимая тоска по нагому язычеству, - вставила мадам, - но та любовь, которая есть высшая радость, самое божественное веселье, не годится для вас, нынешних, детей рефлексии. Как только вы хотите быть естественными, вы становитесь пошлыми. Природа кажется вам чем-то враждебным, вы сделали из нас, смеющихся богов Греции, демонов, из меня - дьяволицу. Меня вы можете лишь отлучать и проклинать, или убивать в вакхическом безумии самих себя перед моим алтарем как жертвы. Если же и находится среди вас один, который набирается храбрости поцеловать мои красные губы, так он тотчас же бежит босоногим, в покаянном рубище, в Рим и ждет, чтобы высохший посох дал цвет, - тогда как под моими ногами всякую минуту выскакивают розы, фиалки и мирт: но вам не идет впрок их аромат.

knijky.ru

Книга Венера плюс икс читать онлайн Теодор Старджон

Теодор Старджон. Венера плюс икс

 

- Я Чарли Джонс! - напрягаясь изо всех сил закричал Чарли Джонс. Чарли Джонс, Чарли Джонс!

Нельзя было терять ни секунды: всего важнее, абсолютно необходимо было заявить, кто такой Чарли Джонс.

- Я Чарли Джонс, - тихо повторил он, стараясь, чтобы голос звучал убедительно и авторитетно.

Никто не спорил с ним. Вокруг было тепло и темно, он лежал, подняв колени и охватив их руками, прижимаясь лбом к коленным чашечкам. Перед его плотно закрытыми глазами мерцали красные огоньки. Но главное - он оставался Чарли Джонсом.

"Ч.Джонс" - было написано фломастером на его шкафчике для обуви, "Ч.Джонс" - выведено красивым шрифтом на свидетельстве об окончании института, "Ч.Джонс" - печаталось на чеках к оплате. То же имя стояло в телефонном справочнике.

С именем все было в порядке. Да, в полном порядке, отлично, о'кей, но ведь человек - это не только имя. Допустим, мужчине двадцать семь лет, он видит свой привычный силуэт, когда бреется по утрам, любит приправлять соусом "табаско" яйца всмятку. Мужчина родился с двумя сросшимися пальцами на ноге и косоглазием. Он может поджарить отбивную, водить машину, любить женщину, размножать документы, он моется в ванной, чистит зубы, у него вставной мост на месте левого верхнего резца и клыка. Он часто бывает вне дома, а на работу опаздывает.

Чарли Джонсон открыл глаза - красные мерцающие огоньки исчезли напрочь, вокруг все тонуло в холодной серебряно-сизой дымке, напоминавшей след слизня на листьях сирени весной. Да, весна, о, прекрасная весенняя пора: прошлая ночь, женщина, Лора, она была...

Когда спускаются сумерки, вечера длятся долго - можно успеть так много. Как он упрашивал Лору разрешить ему занести ей пачку сценариев если бы мама могла это слышать! И внизу в затхлом Лорином подвале, где он, пробираясь в полутьме, с бумагами подмышкой, он наткнулся на петлю от валявшейся здесь старой шторы, порвал свои коричневые твидовые брюки и поранил бедро (ткань даже прилипла к коже). Но то, что было потом, действительно стоило всех этих неприятностей: нескончаемый вечер с девушкой - настоящей девушкой (она смогла доказать свою невинность) - и все время они занимались любовью! Конечно, весна, конечно, любовь! О ней, о любви твердили древесные лягушки, ради нее распускалась сирень, ею был напоен воздух. Он помнит, как на нем высыхал пот. Это было действительно прекрасно.

Хорошо переживать такие моменты, и весну, и любовь, но лучше всего помнить и знать это. И выше этих воспоминаний только воспоминание о доме, дорожке между подстриженных кустов, двух белых лампах с большими цифрами "6" и "1", нарисованных на плафонах черной краской (мама сама написала их вместо домовладельца - у нее всегда хорошо получались такие вещи), - цифры уже выцвели от времени, да и мамины руки тоже постарели. Прихожая с пестрыми медными почтовыми ящиками, занимавшими всю стену, звонки всех жильцов, решетка домофона, который был неисправен уже когда они въехали и эта массивная медная табличка, скрывавшая электрический замок - он много лет открывал дверь на ходу нажатием плеча...

В воспоминаниях вы добираетесь до самой сути, подходите все ближе и ближе - ведь так важно все помнить. То, что вы вспоминаете, - не столь важно; важно помнить. Вы можете помнить! Вы можете!

"...Ступени с первого этажа на второй были покрыты истертым до самой основы ковром, прижатым старомодными никелированными прутьями, по краям его лохматилась красная бахрома... Мисс Мундорф учила их в первом классе, мисс Уиллард - во втором, мисс Хупер - в пятом... Помнить _в_с_е!"

Чарльз осмотрелся вокруг - все утопало в серебряном свете, стены не напоминали ни металл, ни ткань - нечто среднее между ними, и было тепло... Он продолжал вспоминать, лежа с открытыми глазами.

...На лестнице со второго этажа на третий еще оставались прутья, но уже не было ковра, и все ступени слегка прогнулись со временем; поднимаясь, можно было думать о чем угодно, а ступени скрипели "крак-крак", в то время как между первым и вторым этажом они пели "флип-флип" - и вы всегда знали, где находитесь.

knijky.ru

Книга Фальшивая Венера читать онлайн Майкл Грубер

Майкл Грубер. Фальшивая Венера

   Посвящается Э. В. Н.

     Итак, начав с нечеткого образа,      Мы наконец подошли к тому, чтобы изучить      Лучезарную тьму в глубинах искусства:      Вечность, притягивающая нас, постоянна,                Как этот проницательный сексуальный взгляд,      И искусство сияет в исходящем от него свете.      Что падает, прямой и отраженный, на обитателей      Нашего воображения и наших постелей.          Роберт Конквест. Венера Рокеби

    ~ ~ ~

    — Бьюсь об заклад, — объявил Санчо, — что вскорости не останется ни одной харчевни, гостиницы, постоялого двора или же цирюльни, где не будет картин с изображением наших подвигов. Только я бы хотел, чтобы их нарисовал художник получше этого.     — Твоя правда, Санчо, — согласился Дон Кихот, — этот художник вроде Орбанехи, живописца из Убеды, который, когда его спрашивали, что он пишет, отвечал: «Что выйдет». Если, например, он рисовал петуха, то непременно подписывал: «Это петух», чтобы не подумали, что это лисица.     М. Сервантес. Дон Кихот.[1]        Уилмот как-то показал мне эти строки, когда мы учились в колледже; он вывел их своим небрежно-изящным каллиграфическим почерком и повесил на стене комнаты в общежитии. Уилмот говорил, что, на его взгляд, это лучший комментарий к тому искусству, которое в Нью-Йорке выставляли напоказ в восьмидесятых годах. Он таскал меня на всевозможные выставки и, прохаживаясь среди пестрой, оживленно болтающей толпы, бормотал так, чтобы всем было слышно: «Это петух». Он уже тогда был той еще язвой, этот Уилмот, и меня по большому счету нисколько не удивило, что он плохо кончил. Я до сих пор не могу со всей определенностью решить, то ли его рассказ просто любопытен, то ли действительно фантастичен. Я бы сказал, что Уилмот был самым далеким от фантастики человеком, насколько это только возможно: сдержанным, серьезным, совершенно приземленным. Разумеется, про художников говорят всякое — мы считаем Ван Гога и Модильяни пылкими безумцами, — но не надо забывать нудного старину Матисса и, конечно же, самого Веласкеса, чиновника на государственной службе, карьериста. И что касается Уилмота, то он всегда, еще в университете, находился в этой части спектра.    Я гадаю, неужели все это началось еще тогда? Неужели уже тогда были заложены основы зависти, честолюбия и измены? Да, по-моему, все это началось тогда, а то и раньше. Кто-то сказал, что жизнь — это университет, в котором все учишься и учишься, и действительно кажется, что великие мира сего — это все те же знакомые лица, которые видел в аудиториях: тот противный тип с четвертого курса теперь стал противным типом в Белом доме или где-нибудь еще. Тогда нас было четверо, сведенных вместе волею случая, а также нашим общим отвращением к жизни в студенческом городке Колумбийского университета. Формально Колумбия относится к престижной «Лиге плюща»,[2] однако она не идет ни в какое сравнение с Гарвардским, Йельским или Принстонским университетами и к тому же обладает еще одним существенным недостатком — тем, что расположена в Нью-Йорке. Все это приводит к тому, что к старшим курсам студенты становятся большими циниками, чем где бы то ни было: они платят за учебу бешеные деньги, а с таким же успехом могли бы учиться в каком-нибудь муниципальном колледже. Вот и мы были законченными циниками, но при этом прикрывались тончайшим налетом искушенности, ибо разве не были мы при всем том ньюйоркцами, самым центром Вселенной?    Мы обитали на пятом этаже здания, стоящего на пересечении Сто тринадцатой улицы и Амстердам-авеню, напротив огромной бесформенной туши недостроенного собора Святого Иоанна Чудотворца.

knijky.ru

Венера (космическая фантастика)

Я летела из командировки домой, когда самолёт попал в сияющее облако. Очнулась уже на операционном столе, где надо мною нависли "зелёные" человечки. Так я очутилась совсем в другом мире... Начата книга 26.12.2016. ЗАВЕРШЕНО 06.03.2017.        Продка выкладывается каждый день, но время не прогнозируемо. Если есть что, то выкладываю с утра, но стараюсь каждый день. А вот количество кусочков в день зависит от вас. Если я вижу, что читателей много и они комментируюткусочек, то вдохновение растёт. Если тишина, то и настроение падает, вдохновение улетучивается.               Уважаемые читатели, не хочется напрашиваться, но я люблю общаться с вами по тексту(и не только). Хочется видеть ваши чувства, что нравится, что нет, какие вопросы возникают. Не на всё могу ответить(чтоб не спойлерить), но мне приятно, если вы со мной общаетесь и есть что написать, что запомнилось по кусочку.

Категории: Любовно-фантастические романы, Космическая фантастика, Приключенческая фантастика, Альтернативная история

Дата размещения: 17.04.2017, 12:22

Дата обновления: 11.03.2017, 17:11

8284 просмотров | 574 комментариев | 85 в избранном | 0 наград

Полный текстдля всех Размер: 7,21 алк

Произведение наградили Что такое награждение?

Данное произведение еще не награждали.

prodaman.ru

Новая книга об истории исследования Венеры: za_neptunie

Обложка

На прошлой неделе узнал о том, что готовится к изданию прекрасная историческая книга об изучении космическими аппаратами планеты Венера. Автор книги, кемеровчанин Павел Шубин, хорошо известен любителям космонавтики, как человек, который уже 10 лет терпеливо собирает, где только может, всю доступную информацию об исследовании межпланетными станциями Венеры, Марса и Луны - ближайших к нам небесных тел. Особенно он акцентирует свое внимание на первых подобных полетах в первые десятилетия космической эры. Информацию о таком далеком прошлом найти гораздо сложнее, и зачастую приходиться ее собирать по крупицам в библиотеках и из воспоминаний участников и свидетелей тех событий. В частности, сам Павел недавно показал богатую коллекцию своих книг, которые помогали ему систематизировать свои знания по Венере.

К  сожалению, для современных издателей книга Павла показалась слишком "научной", хотя она относится скорее к богато иллюстрированному историческому исследованию, в ней нет ни одной математической формулы. Вероятно, в наш век детективов Дарьи Донцовой и сериала "Бригада", книга о Венере для издателей не является остросюжетной. Хотя что может быть остросюжетнее драматической истории исследования 400-градусной духовки в десятках миллионов километрах от нас?

Венера

Представления об условиях на Венере до космической эры. Источник рисунка.

Поэтому Павел Шубин решил самостоятельно собрать деньги на издание книги. По этой ссылке каждый небезразличный может сделать предоплату книги и тем самым помочь ее выходу в свет. Я не сомневаюсь, что среди читателей этого блога найдутся такие люди. Тем более, что автор предоставил лишнее свидетельство, захватывающей атмосферы книги о космическом штурме нашей близкой соседки, опубликовав несколько страниц из уже сверстанной рукописи.

    После чтения этого отрывка, я лично твердо решил в ближайшие дни сделать предоплату книги. Такая книга должна быть у каждого русскоязычного, кто интересуется планетологией и ее историей. Больше всего в отрывке мне понравилось описание драматической истории первого успешного полета к Венере - станции Маринер-2. Я осмелюсь процитировать этот текст о фантастически везучем полете той станции:

Маринер-2 на параде роз.

        Фотография из книги П. Шубина о торжествах по поводу первого успешного космического полета к Венере.

Первой, 22 июля, ушла в космос станция «Маринер-1». Ее полет был недолгим, всего 293 секунды. Когда ракета начала отклоняться от намеченного курса, пришлось послать сигнал на самоуничтожение. С произошедшим разобрались быстро. Основным способом управления ракеты «Атлас-Аджена» был радиокомандный, управление от СУ являлось запасным, этот способ вступал в силу только при потере сигнала с Земли. При старте «Маринера-1» произошло следующее: ракета потеряла связь с Землей и перешла на управление от собственной системы управления. Как вскоре выяснилось, в СУ все это время сидела обидная ошибка. Оператор, рассчитывавший программу полета на языке Фортран, не поставил в одном месте знак «минус». Нужный знак вернули, программу пересчитали, оператору, допустившему ошибку, подарили сувенирную табличку с выгравированным на ней минусом, а на старт вывезли «Атлас-Аджену» с «Маринером-2».

Первая попытка пуска «Маринера-2» была предпринята 25 августа. Ее пришлось прервать. В цепи самоуничтожения ракеты выявили паразитный ток.

Полет «Маринера-2» начался 27 августа 1962 года. И с самого старта удача с неудачей стали верными спутницами станции. второй минуте полета был потерян полный контроль над одним из рулевых двигателей, он встал на упор, и ракета начала вращаться со все большей и большей угловой скоростью – самая настоящая катастрофа! «Атлас» превратился в неуправляемый снаряд. Но приблизительно через минуту, по непонятной, опять же, причине, контроль над двигателем восстановился. Еще через 10 секунд вращение прекратилось. Система управления не была рассчитана на компенсацию подобных возмущений, и хотя за это время ракета совершила 35 полных оборотов вокруг своей оси, в итоге, когда двигатель вернулся в строй, она успешно продолжила полет. Общее отклонение составило не более 1.5 градусов. Это была чистая удача. В результате вращения система управления «Атласом» запуталась и повела носитель по траектории, заметно отличной от штатной. Если направление осталось худо-бедно в пределах коридора, то вся траектория стала сильно загибаться вверх. В частности, разделение произошло на 8 секунд раньше, на большей высоте, и, что еще хуже, меньшей скорости. «Аджена» попробовала компенсировать это отклонение, но стала слишком загибать траекторию вниз, и ее оптические датчики потеряли горизонт. Полет пошёл практически вслепую. Что станет с ракетой, не мог сказать никто, на Земле снова оставалось только сидеть и ждать неминуемой катастрофы. Дело спас интегратор скорости. Когда он зафиксировал достижение требуемой скорости, двигатель «Аджены» выключился, и ступень со станцией, к полнейшему изумлению следящих за стартом, оказалась на очень хорошей круговой орбите спутника Земли – чистой воды чудо! Все, кто был в курсе происходящего, буквально находились шоке от этой серии удачно предотвращенных катастроф. Вернер фон Браун пошутил, что у ракеты было свое «божественное» управление.

Согласно программе, через 16,4 минуты двигатель «Аджены» опять включился, и она успешно перевела станцию на траекторию полета к Венере. «Маринер-2» летел к своей цели. Прошло всего 28 минут с момента старта. Еще через десять минут на станции были раскрыты солнечные батареи. Все шло превосходно.

Через двое суток, когда следы земной атмосферы окончательно «выветрились» со станции, были включены научные приборы (существовала опасность, что, если включить их раньше, они откажут из-за тлеющего разряда). Через пять дней после старта температура стабилизировалась в пределах нормы, телеметрические данные были хороши, и, казалось, все работает замечательно. Оценили погрешность выведения. Несмотря на то, что «Атлас» сбоил 36 раз во время выведения, траектория оставалась хорошей. По расчётам, станция должна была пролететь на расстоянии около 376 тысяч километров от Венеры. Для прямого выведения, без коррекций, такой «промах» был в пределах нормы. Но научные приборы могли успешно работать, только если расстояние до планеты было бы не более 40 тысяч километров. Следовательно, нужна коррекция.

И это было только начало удивительных приключений Маринера-2, о которых дальше можно прочитать в общедоступном отрывке книги П. Шубина. Всего одна история из множества историй о 40 космических станциях, которые запустили к Венере. Почти каждая история полета, любой из этих 40 станций, также близка по драматизму к Маринеру-2. И все эти истории также захватывающе описаны в новой книге о Венере.

za-neptunie.livejournal.com