Книга Иова. Книги иова


Книга Иова Википедия

Кни́га И́ова (ивр. ‏סֵפֶר אִיוֹב‏‎, Се́фер Ио́в) — 16-я часть Танаха, 3-я книга Ктувим, часть Библии (Ветхого Завета). Книга Иова, за исключением пролога и эпилога, написана высокопоэтическим языком и читается как поэма, которая не раз и переводилась в стихотворной форме (см. например, русский перевод Фёдора Глинки). Тема поэмы касается причин болезней, горя и зла вообще.

Книга Иова имела многочисленных толкователей, от древнейших времён до новейших. Из древних её толковали Ефрем Сирин, Григорий Великий, Августин Блаженный, Маймонид и другие. Многие из них классически пытались примирить сосуществование зла и Бога (что Лейбниц назвал термином теодицея).

Содержание

В этом драматическом повествовании Сатана (буквальный перевод — Противоречащий[4]) обвиняет Иова перед Богом в наигранной богобоязни, утверждая, что если повергнуть Иова в скорбь, то он отвернётся от Всевышнего. Бог решает доказать Противоречащему, что раб его Иов останется верным ему, даже находясь в страдании. Бог разрешает дьяволу покарать Иова. К Иову приходят трое очень благоразумных друзей, которые спорят с ним о причинах его страданий. Иов отвечает каждому из них. В итоге Элиу (Елиуй), 4-й собеседник Иова, узнаёт истинную причину этого испытания. Книга завершается речью Всевышнего, Иов с друзьями смиряются и каются перед жертвенником, а Бог помогает Иову, возвращая ему всё отнятое ранее.

Глава 1 и Глава 2 представляют собой предисловие к самой истории. Главы с третьей по тридцать первую пересказывают поочерёдные рассуждения Иова и его 3 друзей. В главах 32—37 рассказывается мнение Элиу, четвёртого друга, который обвиняет Иова в других грехах, нежели трое других гостей. Главы 38—42 образуют заключение Книги, где Иов убеждается, что он вёл себя праведно с самого начала.

Структура

Сюжет сводится к испытанию Иова, его обстоятельствам и сути, к стойкости Иова и окончанию испытания. Книга состоит из:

  1. историческое вступление в прозе (гл. 1—2).
  2. учёный спор и его решение в стихах (гл. 3—42:6). Сетования Иова (гл. 3) вызывают учёный спор, представленный в форме диалога с Иовом каждого из троих друзей. Первый диалог даёт начало спору (гл. 4—14), второй — усиливает его (гл. 15—21), третий — высшая степень спора (гл. 22—27). Иов хочет испытать Бога, дав «клятву невинности» (гл. 27—31). Спор разрешается с помощью новаторских терминов и понятий, озвученных Элиу, ещё одним слушателем всего разговора, который обвиняет Иова в других грехах, нежели трое его друзей, и советует сделать обращение к Богу. После этого Иов смиренно признаётся в собственной ошибке и глупости (гл. 42:1—6). Раскаяние Иова — поворотная точка повествования, которая и являлась главной целью испытания в целом. Восстановление божественного милосердия и сострадания завершают рассказ.
  3. третья часть, историческое заключение в прозе (гл. 42:7—15).

1-я и 3-я части, по-видимому, имеют другую тональность повествования, чем основная диалогическая часть, и они могут быть поданы от лица Элиу, так как совпадают с его точкой зрения (его имя и переводится буквально ивр. ‏‏אֱלִיהוּא‏‎‏ — «Эль мой Он»).

Сюжет

Испытания Иова

Иов, житель страны Уц, был человеком большой честности, добродетели и набожности. Он имел очень много слуг и голов скота, что представляло в то время главное богатство в том числе для арабских и идумейских вождей. У него было семь сыновей и три дочери, и он пользовался большим уважением среди всех народов по обоим берегам Евфрата.

Его сыновья имели обыкновение собираться на пиршества по очереди в гостях друг у друга, и когда пиршества проходили у всех братьев, Иов созывал их и творил над ними очищение, преподнося жертвы, если один из них согрешил против Бога против своей воли или в глубине души. Сам же он ненавидел несправедливость, идолопоклонство, плутовство и прелюбодеяние, не имел плохих мыслей, был щедр с бедняками, вдовами и сиротами, слепцами и калеками.

Однажды Сыны Божьи вместе с Противоречащим предстали перед Господом. Противоречащий, неспособный на безусловную любовь к человеку, предлагает испытать Иова, «человека богобоязненного»[5]. Господь соглашается и на первый раз даёт ему разрешение протянуть руку на всё имущество Иова, но не на него самого; тогда трое слуг приносят Иову вести о событиях, погубивших и уведших его скот, после которых выжили только они. Четвёртый слуга сообщает о гибели его сыновей и дочерей. Иов встаёт, раздирает свою одежду и падает на землю со словами: «Наг вышел я из родимых недр и наг возвращусь назад. Господь дал, Господь взял — благословенно имя Господне!»[6].

Поскольку Иов не высказал никакого порицания божественному провидению, Противоречащий просит разрешения поразить его тело, что Господь и дозволяет ему при условии, что Противоречащий сохранит его в живых. Противоречащий поражает Иова «злыми язвами» (вероятно, проказой), после чего тот берёт черепок, чтобы соскребать с себя гной, и садится на пепел. Жена Иова призывает его похулить Бога и умереть, но он «не погрешил устами своими»[7].

Трое друзей Иова: Элифаз из Темана, Билдад из Шуаха и Цофар из Наамы, — прослышавшие о его несчастьях, приходят к нему, чтобы пожалеть и утешить его (об Элиу из рода Буз вначале ничего не говорится, и он «появляется» лишь в главе 32). Видя страдания их друга, которого они поначалу не узнали, они посыпают головы пеплом и садятся с ним рядом на семь дней в полном молчании, пока Иов сам не начинает свою речь[8].

Речи Элифаза, Билдада и Цофара

Друзья Иова высказывают и отстаивают своё предположение, что, поскольку Бог справедлив, всякий познавший судьбу столь незавидную, как у Иова, обязательно получает её в качестве наказания за неповиновение Божьим заповедям. По мере продвижения разговора они всё настойчивее упрекают Иова в нежелании покаяться в своих грехах, хотя сами они едва ли могут предположить, в чём именно он грешен. Они продолжают считать, что Иов — грешник, заслуживший своё наказание, и согласно наивной теологии предполагают, что Бог вознаграждает добро и карает зло безо всяких исключений. По их мнению, Бог мог бы дозволить ему страдать лишь в качестве расплаты.

Речь Иова

Иов, убеждённый в своей невинности, настаивает, что его страдания не могут быть наказанием за грехи и что у Бога нет причин его наказывать. Однако он упорно отказывается проклясть Его имя.

Речь Элиу

Элиу выбирает путь посредничества, поддерживая верховенство, справедливость и милосердие Бога. Его сильно разгневали как доводы троих друзей, так и то, что Иов в неправильном свете представил Божью справедливость, подрывая доверие к ласковой природе Бога.

Элиу говорит, что в силу своего молодого возраста он ждал, пока выскажутся все присутствующие, но добавляет, что «мудры вовсе не те, кто дряхл», а ум даётся божественным вдохновением. Его «пророческая» или, по меньшей мере, вдохновенная речь описывает могущество Бога, искупление и абсолютную справедливость всех Его деяний. Бог одновременно всемогущ и справедлив, готов предупреждать и прощать.

За свою речь и характерный тон Элиу не будет осуждён Господом в конце всей истории, тогда как трое друзей получат божественное порицание. Иов при этом никак не отвечает ни на нападки Элиу, ни на его идеи о причинах такого отношения к нему Бога.

Ответ Господа Иову

После многочисленных циклов реплик Иова и его друзей из «тучи» или из «бури» слышится голос Господа, который выразительно и лирично описывает, что́ значит быть ответственным за весь мир, и риторически вопрошает Иова, имел ли тот когда-либо подобный божественный опыт.

В своём ответе Бог подчёркивает, что Иов делит этот мир с многочисленными, могущественными и поразительными существами, в том числе с Бегемотом и Левиафаном, каждое из которых имеет свои цели в жизни и свои потребности, которые Бог должен обеспечивать, и голод молодняка может быть утолён лишь отнятием жизни у кого-то другого. Имел ли Иов хоть малую часть этого опыта в мире, в котором он живёт? Понимает ли он, что́ значит отвечать за весь мир? Иов признаёт, что он не понимает этого, и просит Господа его простить.

В развязке Бог гневается на троих друзей Иова за их упорство в ошибочном толковании намерений и деяний Бога и приказывает им принести за себя жертву всесожжения тельцов и овнов, попросив Иова помолиться за них. Незамедлительно Господь «повернул к возврату путь Иова», вернув ему всё отнятое ранее в двойном размере и дав ему 10 детей. Его дочери были красивейшими на земле и получили наследство при жизни отца. Иов прожил насыщенную жизнь и умер от старости.

Интерпретации

Судьба Иова есть как бы прототип человеческой судьбы на земле. Древнееврейскому народу было свойственно убеждение, что блага жизни и счастье даются человеку за добродетельную жизнь. И если блага жизни у него отнимаются и он становится несчастным, то это значит, что добродетель его пошатнулась и он согрешил. Награда и наказания даются человеку ещё в пределах земной жизни. При таком сознании трудно понять безвинное страдание. Его не могли понять друзья — утешители Иова. Иов был благочестивый и добродетельный человек, он всегда почитал Бога и был покорен Его закону. Но вот у такого человека отнимаются все блага жизни, и он становится несчастнейшим из людей, страдания его непереносимы. Утешавшие его друзья старались найти у Иова какие-либо прегрешения, которые оправдали бы его несчастную судьбу, как целесообразную и осмысленную. Но Иов настаивал на своем. Он восстал против Бога и боролся против Бога, взывал к божественной справедливости. Бог оправдал Иова и осудил его утешителей. Людям очень трудно отказаться от целесообразности всего происходящего в мире и, значит, трудно понять безвинное страдание. Многим кажется, что если есть безвинное страдание, то, значит, нет Бога, нет промысла Божьего.

Толкование текста в основном строится вокруг вопроса «Всегда ли несчастье происходит от божественного наказания?». Трое друзей Иова ответили бы на этот вопрос положительно, утверждая, что его несчастья являются доказательством грехов, которые он не мог не совершить. Его друзья также уверены в обратном: что удача всегда происходит от божественного поощрения, — и если бы Иов покаялся, то она снова бы ему улыбнулась.

Однако Иов утверждает и уверяет, что он добродетелен и что его несчастье не наказание, и это позволяет говорить (что и делает его жена) о деяниях Бога по простой прихоти, за что Его можно похулить, обрекая себя на смерть. Иов отвечает ей: «Приемлем мы от Бога добро — ужели не примем от Него зло?». В кульминации книги Бог отвечает Иову встречным вопросом: где был он, Иов, когда Бог создавал мир, и может ли он отличать зло от добра?

Сам этот ответ можно интерпретировать по-разному: можно прочесть в нём унижение Иова, но этот ответ и возможность при жизни наблюдать самого Бога парадоксальным образом утешают его, и это наводит на мысль, что автора книги более беспокоила тема присутствия Бога в жизни людей, чем вопрос о Его справедливости. Глава 28 отметает все попытки человека понять пути Господни.

Прозаические эпизоды ещё более усложняют книгу:

  • Во введении Бог, беседуя с Противоречащим, позволяет тому протянуть руку на Иова и его семью.
  • В заключении, когда Бог возвращает Иову и его семье богатство, а также, очевидно, его здоровье, это, вероятно, указывает на то, что идеальная вера поощряется Господом. При этом Бог гневается на друзей Иова, поскольку только Иов правдиво представил Его истинную природу, а все его друзья ошибались, утверждая, что человеку воздаётся за его веру и добродетель.
  • Лишь после жертвоприношений друзей Иова и его молитв за них в качестве «жреца» Бог восстанавливает его благополучие.

Завет Иова

В псевдоэпиграфической книге «Завет Иова» (1 в. до н. э. — 1 в. н. э.) ведётся параллельный Книге Иова рассказ, состоящий из таких легендарных эпизодов, как судьба супруги Иова, наследство его дочерей и его потомство.

Пользуясь методами иудейской аггады[10], Завет дополняет Книгу деталями, делая из Иова египетского царя. Как и многие апокрифы-«заветы», рассказ начинается предсмертной болезнью Иова, когда он созывает своих сыновей и дочерей, чтобы дать им свои последние наказы и поучения. Все персонажи из Книги перешли и в Завет, но акцент сделан на жене Иова, а читателями-христианами было обнаружено много параллелей с христианскими убеждениями, такими как Божье заступничество и прощение.

Раздел Завета, посвящённый друзьям Иова из Книги, ещё больше отклоняется от библейского повествования: вместо того чтобы жаловаться или упрекать Бога, Иов доказывает свою веру вопреки сетованиям своих друзей. Когда один из них покидает мероприятие, а другие пытаются обеспечить Иову врачебный уход, тот настаивает на истинности своей веры, и голос Божий требует от утешающих не упорствовать в их действиях. Большинство друзей внемлют голосу и начинают высмеивать того, который продолжил сожалеть о судьбе Иова.

Противоречащий

Противоречащий появляется в прозаическом прологе в привычном образе «противника» и «отщепенца». Он предстаёт как одно из небесных существ, или Сынов Божьих (хотя он лишь «пришёл с ними») перед Господом и отвечает на вопрос, откуда он пришёл, словами: «От обхода земли, от скитаний по ней» (Иов 1:7).

Вопрос, ответ, а также начавшийся диалог говорят о том, что Противоречащий является членом божественного совета, наблюдающего за деятельностью людей с целью, прежде всего, выявить в ней недостатки. Таким образом, он выступает в качестве небесного прокурора, разыскивающего недостатки, и даже после отказа Иова похулить Всевышнего за внезапные несчастья после привычных милостей уверен в невозможности бескорыстной набожности и просит навлечь на Иова ещё более суровые испытания (Иов 2:3-5).

Сатана появляется лишь в прологе и очевидно не участвует в центральной части поэмы.

В Завете он появляется в значительно более негативном ключе. Его остервенение против Иова вызвано разрушением последним некоего неиудейского храма. Он нападает на Иова напрямую, но всякий раз терпит неудачу из-за терпения Иова, тогда как в библейском рассказе Иов лишается сил, но не теряет веры.

Жена Иова

Супруга Иова упоминается в Книге лишь единожды в главе 2, когда она призывает его похулить Бога и умереть. Завет Иова добавляет несколько легендарных деталей: что её звали Ситис или Ситидос, что она продала свои волосы Противоречащему в обмен на серебро и еду и что она сама похулила Бога и от этого умерла.

Проблема зла

Хотя в Книге и рассуждается о несчастьях Иова, она не вполне отвечает на вопрос, отчего Иов (или любой человек) терпит страдания и потерю близких и имущества. В Книге объясняется, что скорбь необязательно вызвана совершённым перед этим грехом. Господь может использовать скорбь, чтобы наделить человека опытом, дисциплинировать его, дать ему урок или действительно наказать. Причина страданий непознаваема.

Уважение и судьба

Поощрил ли Господь или не дал ничего, уважение к Нему должно быть проявлено одинаково. При этом, когда «Господь взял», Иов «благословляет имя Господне». А Элиу учит его, что этот же принцип относится и к случаям, когда страдания одолевают без причины даже тех, кто праведен и незлобив.

История создания

Рассказ об Иове изложен в особой библейской книге — «Книге Иова», занимающей в Библии место между книгой Эсфирь (она же книга Эстер) и Псалтирью (они же Псалмы, они же Техилим)[11]. О времени её происхождения и авторе, равно как и о характере самой книги, существует ряд различных мнений. По мнению одних, это вовсе не история, а благочестивый вымысел, по другим — в книге историческая быль перемешана с мифическими украшениями, а по мнению третьих, принятому и церковью, это вполне исторический рассказ о действительном событии. Те же колебания заметны и во мнениях касательно автора книги и времени её происхождения. По одним, автором её был сам Иов, по другим — Соломон (Шломо), по иным — неизвестное лицо, жившее не раньше Вавилонского пленения. Общее впечатление, выносимое из рассмотрения внутренних и внешних особенностей книги — в пользу её древности, которую можно определить с достаточной вероятностью.

История Иова относится ещё ко времени до Моисея[12][13] или, по крайней мере, к более раннему, чем широкое распространение Пятикнижия Моисеева. Молчание в этом повествовании о законах Моисея, патриархальные черты в жизни, религии и нравах — всё это указывает на то, что Иов жил ещё в домоисеевскую эпоху библейской истории, вероятно, в конце её, так как в его книге видны уже признаки высшего развития общественной жизни. Иов живёт с значительным блеском, часто посещает город, где его встречают с почётом, как князя, судью и знатного воина. У него встречаются указания на суды, писанные обвинения и правильные формы судопроизводства. Люди его времени умели наблюдать за небесными явлениями и делать из них астрономические заключения. Есть указания и на рудокопни, большие постройки, развалины гробниц, а также на крупные политические перевороты, при которых повергались в рабство и бедственное состояние целые народы, наслаждавшиеся дотоле независимостью и благосостоянием. Можно вообще думать[14], что Иов жил во время пребывания евреев в Египте.

Возможный шумерский источник

В своей книге «История начинается в Шумере» ассириолог и шумеролог Сэмюэл Ноа Крамер даёт перевод одного шумерского текста, который имеет заметные параллели с Книгой Иова. Автор делает из этого вывод, что еврейский сюжет был если не позаимствован, то навеян шумерским первоисточником, что было обычно в ту эпоху (ср. рассказ о потопе, также навеянный шумерскими сюжетами)[15].

Позднейшие вставки и дополнения

В той форме, в которой мы видим Книгу Иова в настоящее время, в тексте центральной поэмы содержатся различные позднейшие вставки. Существует несколько гипотез относительно этих вставок:

  • «Параллельные тексты» — параллельные сюжеты, имеющие общие связующие эпизоды в базовом тексте
  • Речь Элиу (главы 32—37) представляет собой полемику с идеями, выраженными другими персонажами поэмы, и является пояснительной вставкой. Элиу не упоминается в прологе вместе с тремя друзьями, и его речь противоречит фундаментальным взглядам «друзей-обвинителей» в поэме, согласно которым невозможно, чтобы праведник страдал, и страдание означает наказание. Элиу же утверждает, что страдания навлекаются на праведников в качестве предупреждения более серьёзных грехов, для морального совершенствования. Они позволяют показать много бо́льшую веру и подчинение милосердному Богу перед лицом несчастья, что встречается и в других текстах Ветхого и Нового Заветов и достигает высшей точки в идее о Мессии как о страдающем слуге[16] (в иудаизме Страдающий Слуга воплощён всем израильским народом целиком и не персонифицирован одним Мессией).

Ещё бо́льшим предметом споров учёных является «идентичность» предполагаемых поправок и изменений в речи Иова, которые по некоторым гипотезам были совершены с целью привести её в соответствие с учением о вознаграждении. Классическим примером основания для таких гипотез является чрезвычайно сложный для перевода последний стих речи Иова[17]. Классический синодальный перевод передаёт слова Иова, как «Поэтому я отрекаюсь и раскаиваюсь в прахе и пепле». Эти слова перекликаются с речами Иова в основной части поэмы и с тем, что восстановление Иова не было бы возможно без смиренного принятия им своей смертности перед лицом божества во всём его величии и мощи.

Восприятие Книги Иова в монотеистических религиях

Книга Иова в иудаизме

В Талмуде Иов упоминается неоднократно. Иудейская библейская традиция никогда не сомневалась в его существовании, и он считался реальным и могущественным персонажем. Согласно Талмуду (трактат Сота), Иов был одним из трёх советников фараона периода Исхода, перед тем как было принято решение относительно «сынов Израилевых», умножавшихся пугающими темпами (глава Шмот) в период рождения Моисея. Валаам даёт роковой совет, убеждая фараона убить всех новорождённых евреев мужского пола; Иофор, наоборот, отговаривает фараона вредить евреям; а Иов, хотя и несогласный с планами фараона, сохраняет молчание. Именно за это молчание Бог и накажет его впоследствии незавидной судьбой.

Другой мидраш описывает самого Иова как фараона времён Моисея. Эта идея, вероятно, аллегорична и оправдывает испытания Иова как наказание за то, что он оставил израильтян страдать в египетском рабстве (вывод: если у человека есть возможность помешать страданию, он должен ею воспользоваться).

Талмуд (трактат Бава Батра 15а-16b) пытается уточнить исторические рамки жизни Иова: согласно двум традициям, он жил во времена Авраама или Иакова. Леви бен Ла’ма утверждал, что Иов жил во времена Моисея, который, якобы, и написал Книгу Иова. Другие считают, что она написана самим Иовом (см. Иов 19:23-24 «О, пусть бы записали мои слова, пусть бы в книгу их занесли…»), Элиу или Исаией.

Меньшая часть раввинов-мудрецов во главе с Решем Лакишем считала, что Иов не существовал (см. Бава Батра 15а и Брешит Раба 68). По их мнению, Иов был литературным образом пророка для написания божественного послания или притчи. С другой стороны, множество рассуждений Талмуда посвящено доказательствам расположения места жительства Иова, при этом приведено большое число мнений и толкований мудрецов.

Иов также упоминается в Талмуде по следующим случаям[18]:

  • Покорность Иова своей судьбе (Псахим 2b)
  • Во времена благополучия Иова всякий, кто сотрудничал с ним, будь то в купле или продаже, был благословен (там же 112a)
  • Благополучие Иова было вознаграждением за его великодушие (Мегила 28a)
  • Царь Давид, Иов и Иезекииль описали длину Торы, не дав ей числового выражения (Эрувин 21a)

Согласно Талмуду, на момент происшествия с Иовом истории, описанной в Книге, ему было 70 лет от роду.

Иудейская литургическая практика

Книга Иова редко используется в иудейском богослужении полностью (хотя многие стихи используются постоянно, особенно на похоронах и во время траура). Однако это одна из двух книг, наряду с Книгой плача Иеремии и её мидрашическими комментариями, изучение которых разрешено 9 Ава (в день поста в память о разрушении Иерусалимских храмов и других трагедий). Помимо вопроса «Кто может понять пути Господней справедливости?», в ней передаётся столь оптимистичная, сколь и суровая идея, перекликающаяся с двумя последними стихами Плача Иеремии: «Совершенно безразлично, какую боль и степень несчастья мы испытываем, ведь Бог нас не оставил».

Кантилляции Книги Иова по сефардской традиции отличаются от кантилляций других библейских книг[19].

Мистический подход

Моше бен Нахман (Рамбан) дал наиболее мистический из всех комментариев к Книге Иова. Согласно мистическому подходу, Иов был наказан за то, что был еретиком, а одна из причин считать так, как полагают, изложена в главе 3, где он сам машинально, с полным убеждением в своей невинности предполагает, что Бог не имеет права его так наказывать. Другая причина состоит в том, что он не верит в перевоплощение (гилгул а-нефашот). Он считает, что, как только человек умирает, всё для него заканчивается, и ни разу не упоминает про загробную жизнь. В итоге, по мнению Рамбана, Книга Иова в целом указывает на то, что перевоплощение и является настоящим ответом на вопрос о вознаграждении.

Для Иова, отражающего взгляды Аристотеля, Бог оставил мир под небесными светилами, как следует из стиха «Да сгинет день, в который рождён я» (Иов 3:2). Иов проклинает день своего рождения, потому что он придаёт ему несчастливое в астрологическом смысле значение.

По мнению Моше бен Нахмана, дети Иова не погибли в начале истории, а попали в рабство, из которого в конце были освобождены.

Книга Иова в христианстве

Христиане признают каноничность Книги Иова в рамках Ветхого Завета. В Новом Завете Иов упоминается как пример твёрдости в страдании (Иаков 5:11).

В Новом Завете присутствует ряд ссылок на Книгу Иова, особенно в Посланиях:

  • Отк. 9:6 содержит намёк на Иов 3:21, Отк. 14:10 и Отк. 19:15 — на Иов 21:20, Отк. 16:21 — на Иов 38:22-23.
  • 2 Фес. 2:8 содержит ссылку на Иов 4:9.
  • 1 Кор. 3:19 цитирует Иов 5:13, а 1 Кор. 4:5 основан на Иов 12:22.
  • В Евр. 12:5, Иак. 1:12 и Отк. 3:19 рассуждается о Иов 5:17 и Иов 23:10.

Заявление Иова «Я знаю: мой Заступник жив» (19:25) интерпретируется как протохристианское и представляет основу для ряда христианских песнопений.

Многие христиане считают Иова историческим предтечей Иисуса Христа — человека, наиболее безосновательно страдающего из всех страдающих по провидению и воле Господа.

Лютер восхищался языком Ветхого Завета и находил Книгу Иова грандиознейшей и прекраснейшей книгой Священного писания. В своём предисловии к Книге Иова он описывает трудности, с которыми столкнулись её переводчики[20].

Эрнест Ренан в своей книге «Книга Иова» пишет: «Язык Книги Иова — это самый чистый, самый точный, самый классический еврейский язык. В нём содержатся все качества древнего стиля: лаконичность, стремление к загадочности, энергичная, будто отчеканенная манера, эта широта смысла, далёкая от всякой скудости, которая оставляет нашему духу предмет для разгадок, этот чарующий тембр, будто отлитый из чистого и прочного металла»[21].

Книга Иова в исламе

В Коране Иов именуется Айюб (араб. أيوب‎) и считается пророком ислама.

В народной палестинской традиции местом испытаний Айюба является Эль-Джура — деревня неподалёку от города Эль-Мадждаля (современный и библейский Ашкелон). Именно там Бог наградил его источником молодости, который лечил все его болезни. Деревня Эль-Джура была местом ежегодных 4-дневных празднеств, во время которых люди высокой веры собирались вместе и купались в природном источнике.

По-арабски имя Айюб символизирует терпение, несмотря на то что оно не означает «терпение» в буквальном смысле.

В Турции Иов известен как Эйюп и по легенде похоронен в деревне Эйюп-Неби около Вираншехира, рядом с пророком Илией.

Ещё одна предполагаемая могила Иова существует в окрестностях города Салалы в Омане.

Восприятие Книги Иова в искусстве и философии

Книга Иова в философии

Иудейская философия
  • Маймонид рассуждает о Книге Иова в главах 22 и 23 в своём Путеводителе растерянных. По его мнению, каждый из друзей Иова представляет собой великую школу мысли, отличную от Бога и провидения. Билдад, например, воплощает типичную иудейскую точку зрения о том, что добродетель вознаграждается Богом (Иов 8:6-8), хотя и нужно хорошенько потерпеть, чтобы дождаться этого вознаграждения. Поэтому, если Иов действительно добродетелен, как он утверждает, Бог в итоге его вознаградит. Взгляды Иова же сходны с взглядами Аристотеля, который считает, что Бог уничтожает и невинных, и виновных (Иов 9). А такой взгляд исключает провидение, хотя даже Иов верит в Его существование.
По мнению Маймонида, адекватный взгляд на провидение представляет Элиу, наставляющий Иова, что нужно изучить свою религию (Иов 33). Этот подход соотносится с выражением «единственная в мире приемлемая религия — это изученная религия». Формальная религия, как у Иова в начале истории, никогда не является достаточной. Нужно глубоко рассмотреть значение религии, чтобы в полной мере оценить её и сделать её настоящей частью своей жизни. Элиу верил в концепцию божественного провидения, где награда и наказание причитаются в индивидуальном порядке, а не только автоматически. Он верил, как считает Маймонид, что нужно разумно исповедовать свою религию. Чем больше изучаешь свою религию, тем больше вознаграждаешь себя или находишь её вознаграждающей. В начале истории Иов — один из набожных людей, но он не изучал свою религию, то есть он не философ и не имеет ангела-хранителя. Он слишком недостаточно мудр, просто благодаря Бога за милости. Бог, согласно Элиу, не решал наказать Иова, а оставил его один на один с недружелюбными природными силами.
Современный экзистенциализм
  • Русский философ-экзистенциалист Лев Шестов, называвший себя евреем-агностиком, рассматривал Иова как воплощение борьбы между разумом (предлагающим общие решения, которые, очевидно, не объясняют сложных явлений) и верой в своего собственного Бога (и, как следствие, гневом на него в случае разочарования). Шестов фактически сделал свою теорию об Иове одной из основ своей философии (он широко критиковал историю западной философии, которую он рассматривал, грубо говоря, как монументальную битву между Разумом и Верой, Афинами и Иерусалимом, светской и религиозной точек зрения):
«Вся книга — это одно непрерывное состязание между „воплями“ многострадального Иова и „размышлениями“ его благоразумных друзей. Друзья, как истинные мыслители, глядят не на Иова, а на „общее“. Но Иов об „общем“ и слышать не хочет, он знает, что общее глухо и немо — и с ним нельзя разговаривать. „Я к Вседержителю хотел бы говорить, и представить мои доказательства Богу желал бы“ (13:3). Друзья в ужасе от слов Иова: они убеждены, что с Богом нельзя разговаривать и что Вседержитель озабочен прочностью своей власти и неизменностью своих законов, а не судьбами созданных им людей. Может быть, убеждены, что он вообще не знает никаких забот, а только властвует. Оттого и отвечают: „О ты, терзающий душу свою в гневе своём! Ужели для тебя опустеть земле и сдвинуться скале с места своего?“ (18:4). И точно, неужто из-за Иова скалам сдвигаться? И необходимости поступиться святыми правами своими? Ведь это предел человеческого дерзновения, ведь это „бунт“, „мятеж“ одинокой человеческой личности пред вечными законами всеединства бытия!»[22].
  • Датский философ и теолог Сёрен Кьеркегор интерпретировал Книгу Иова в своём «Повторении». Он представляет Иова смутно предвидевшим переход от этической стадии (мораль осмысливается в рамках добра и зла, награды и наказания) к стадии религиозной (когда Личность одна перед Богом и имеет лишь личные и абсолютные обязательства давать отчёт одному лишь Богу; эта стадия, по выражению Ницше, «по ту сторону добра и зла»).

Книга Иова в искусстве

В Средние века Иов изображался покровителем музыки и музыкантов. На одной брюссельской картине XV века Иов показан раздающим золотые монеты музыкантам за то, что они играют. По легенде Иов соскрёб струпья со своего тела, и они превращались в золотые монеты, как только выпадали из его рук.

  • Композитор Томас Луис де Виктория начинает свой Officium defunctorum (1603) вторым отрывком Матина Taedet animam meam, текст которого соответствует семи первым стихам главы 10 Книги Иова.
  • Гёте в «Фаусте» был вдохновлён библейским рассказом, в частности, создавая «Пролог на небесах» — беседу Господа с Мефистофелем.
  • Лев Шестов в работе «На весах Иова (Странствования по душам)» (1929) проникся библейским персонажем, перенёсшим «неслыханные испытания» и в результате чего задавшимся вопросами, которые действительно имеют значение для человека.
  • Фильм Андрея Звягинцева «Левиафан» (2014) размышляет о коррупции и метафизике власти, и эти размышления навеяны отчасти Книгой Иова и отчасти — Левиафаном Гоббса. Искупление прошлого, его переоценка и преодоление представлены в фильме, как в высшей степени загадочная фатальность. Фильму удалось померяться силами с этими двумя произведениями, и он их довольно удачно объединил в себе[23].
  • Фильм братьев Коэнов «Серьёзный человек» некоторыми критиками[24] рассматривается как современное переложение Книги Иова.
  • В романе Альфреда Дёблина «Берлин Александрплатц», в главе «Беседа с Иовом, дело за тобой, Иов, но ты не хочешь» персонажа спрашивают о наличии у него реальной воли к выздоровлению.
  • Книга была включена в список 100 лучших книг всех времён по версии Норвежского книжного клуба, который для составления списка провёл опрос 100 писателей по всему миру[25].
  • Фантастический роман Роберта Хайнлайна «Иов, или Осмеяние справедливости».

Влияние на поп-культуру

  • В романе Дэна Брауна «Код да Винчи» обнаруживается табличка с выгравированным на ней стихом Иов 38:11[26], указывающим «тупик» в цепочке знаков.
  • В фильме «Миссия невыполнима» контакт Итана Ханта с его партнёрами происходит посредством страницы с рассуждениями Иова (Иов 3:14).
  • В песне группы Golden Earring «Twilight Zone» и видеоклипе к ней убийца, удручённый судьбой и живущий в бедности, ищет спасение в эзотерических знаках (снимает колоду карт и др.) и продолжает страдать, общаясь с дьвольскими незнакомцами (женщиной на кабриолете) на виду у зловредной театральной публики (диктаторы, военачальники и др.), олицетворяющей собой зло.
  • В сериале «Южный Парк», в серии «Картманленд» родители Кайла Брофловского рассказывают ему о Книге Иова, чтобы убедить его не отказываться от своих убеждений.
  • Фильм Терренса Малика «Древо жизни» начинается цитатой из главы 38 Книги Иова.
  • В датском фильме Андерса Томаса Йенсена «Адамовы яблоки» сюжет Книги Иова повторяется в современной церкви, но главный герой отрекается от своей веры.
  • Персонаж агента Нельсона Ван Халдена из американского сериала «Подпольная империя» ссылается на Книгу Иова в 10-й серии 3-го сезона, во время ужина с Алем Капоне цитируя первые слова Библии короля Якова (англ. There was a man in the land of Uz, whose name was Job; and that man was perfect and upright, and one that feared God, and eschewed evil). Эта ссылка подчёркивает связь между библейским персонажем и персонажем сериала.
  • В третьем томе саги «Тёмные начала» «Янтарное зеркало» эпиграф в начале главы цитирует Книгу Иова.
  • В фильме Винченцо Натали «Кодер» номер телефона контакта Моргана Салливана является акростихом стиха Иов 13:17.

См. также

Примечания

  1. ↑ Хронологии Иеронима Стридонского и Джеймса Ашшера относят Моисея к XVI в. до н. э. Талмудический же иудаизм относит его к XIII в. до н. э. Уильям Девер также считает, что личность, на которой основан персонаж Моисея, могла проживать в этот период.
  2. ↑ E. A. Knauf, P. Guillaume. Introduction à l'Ancien Testament. — С. 595-596.
  3. ↑ R. Kugler, P. Hartin. An Introduction to the Bible. — С. 193.
  4. ↑ Книга Иова / Поэзия и проза Древнего Востока. — Пер. С. Аверинцева. — Библиотека всемирной литературы. — М., 1973.
  5. ↑ Иов, 1:9-11.
  6. ↑ Иов, 1:17-22.
  7. ↑ Иов, 2:1-10.
  8. ↑ Иов, 2:11-13. От этих стихов происходит одна из галах похоронных обрядов иудаизма: в присутствии носящего траур не начинать речь первым.
  9. ↑ Бердяев Н. А.   "Дух и реальность, гл. 5. Зло и страдание как проблемы духа"
  10. ↑ http://www.library.uu.nl/digiarchief/dip/diss/2004-0205-103455/c3.pdf
  11. ↑ Псалтирь (рус.) // Мень А. Библиологический словарь. — М.: Фонд имени Александра Меня, 2002. — Т. 2. — ISBN 5-89831-020-7. Архивировано 25 февраля 2015 года.
  12. ↑ Толкование Библии, Книга Иов.
  13. ↑ Когда Жил Иов? — ruBible.com | Синодальный Перевод
  14. ↑ Иов многострадальный — праведный | Жития святых Дмитрия Ростовского
  15. ↑ Kramer S. N. History Begins at Sumer: Thirty-Nine Firsts in Man’s Recorded History. 1956/1-e (25 firsts), 1959/2-e (27 firsts), 1981/3-e. — University of Pennsylvania Press. ISBN 0-8122-7812-7.
  16. ↑ Исаия 53.
  17. ↑ 42:6 — עַל-כֵּן, אֶמְאַס וְנִחַמְתִּי-- עַל-עָפָר וָאֵפֶר
  18. ↑ Mordechai Torczyner’s WebShas — Intelligent Topical Index to the Talmud: Biblical Figures: Iyov — Job
  19. ↑ Иудейские кантилляции: Sephardic Cantillations for the Book of Job Архивная копия от 20 октября 2008 на Wayback Machine by David M. Betesh and the Sephardic Pizmonim Project
  20. ↑ Théobald J.-G., Fromentoux M., Guillaume Mgr P.-M. Luther. — С. 178. https://books.google.fr/books?isbn=2755401516
  21. ↑ s:fr:Le Livre de Job (Renan)/Étude sur l’âge et le caractère
  22. ↑ http://www.odinblago.ru/filosofiya/shestov/shestov_l_umozrenie_i_ap/
  23. ↑ Pierre Gonzales iz neR
  24. ↑ A Serious Man :: rogerebert.com :: Reviews
  25. ↑ Dette er Verdensbiblioteket. Norsk Bokklubben (2016). Проверено 25 июня 2016.
  26. ↑ […]Доселе — а дальше нет[…]

Литература

Ссылки

wikiredia.ru

Книга Иова - это... Что такое Книга Иова?

1) Из речей Иова (Иов 3-11; 12-20; 21-27), спорящего с друзьями, можно понять смысл его страданий. Трое друзей пытаются решить его проблему, руководствуясь своими знаниями о Боге. Бог, говорят они, поощряет правого и наказывает грешника (Иов 4:7-9), след., несчастья Иова - это наказание за какую-то его вину. Они откровенно упрекают Иова (Иов 11:13-15; 22:4 и след.), а тот, в свою очередь, бурно протестует против их обвинений и приводит им примеры из своей жизни, отстаивая свою праведность (гл. 26-31). Услышав его ответы, друзья умолкают (Иов 27:5 и след.; 32:1); 2) на их месте Иов тоже знал бы, что сказать (Иов 16:4-6), но ему нужны не благие слова (Иов 12:2 и след.; 16:1-3; 19:1-3), а истинный ответ, и он взывает к Богу (Иов 13:23-25; 23:3-5). Иов, как и все (Иов 12:2 и след.), признает греховность людей (Иов 9:2 и след.; 13:23,26), но он отстаивает свою богобоязненность. Его отчаянные жалобы и стенания вновь и вновь возносятся к Господу (Иов 16:11-14; 19:6; 27:2; 30:21-23); он не отступается от Бога (Иов 31:35). В состоянии глубочайшей безысходности Иов продолжает твердо верить, что Бог заступится за него и избавит его от бед (Иов 16:19; 17:3; 19:25-27), хотя деяния Господа и кажутся ему непонятными и несправедливыми; 3) после того как друзья Иова замолчали, слово взял Елиуй, раздосадованный тем, что старшие не нашли ответа (Иов 32). Он говорит, что Бог по-разному может общаться с человеком; через страдания Господь стремится привести человека к покаянию, чтобы затем смилостивиться над ним (Иов 33:14-30; 36:5-15). Его праведность снимает все человеч. вопросы (Иов 34); человек должен склониться перед величием Бога (Иов 37), открывающимся в Его творении; 4) после слов Елиуя раздается глас Бога. Господь Сам призывает Иова и указывает ему на Свою силу, явленную в том, что Он создал мир (Иов 38-41). Иов склоняется перед этим откровением Божьей славы: он слишком ничтожен, чтобы спорить с Богом (Иов 40:4), и к тому же провинился пред Ним, произнося неразумные речи (Иов 42:3,6). И Господь выносит Свое окончат. решение: слова Иова о Боге верны, а слова его друзей - неправильны, и, лишь приняв заступничество Иова за них, Бог их прощает. Господь не только восстанавливает прежнее благосостояние Иова, но и дает ему вдвое больше того, что он имел до своих несчастий; у него вновь рождаются дети. Восстановление благополучия Иова и его семейства рассматривается нек-рыми комментаторами как отступление на позиции человеч. представлений о вознаграждении; но слова Иисуса о вознаграждении ученикам (Мф 19:29) предостерегают от подобных рассуждений. IV. БОГОСЛОВСКИЙ АСПЕКТ КНИГИ

1) Основной вопрос, к-рый ставится в К.И., - почему Бог допускает, чтобы страдал праведный? Но ожидаемого ответа в книге нет. Вероятно, смысл посылаемых Господом несчастий в том, что страдание служит очищению и воспитанию (Притч 3:11 и след.; Евр 12:4-11), испытанию и утверждению в вере (1Пет 1:6 и след.). Но тот, кто страдает, подобно Иову, не довольствуется таким ответом. Поскольку мы исходим из собств. представлений о справедливости, то истинный ответ мы можем познать только сердцем: "Теперь же мои глаза видят Тебя" (Иов 42:5); 2) кр. того, К.И. называет еще одну причину страданий Иова, о к-рой тот не знал. Причина его несчастий - не в Боге, а в сатане, стремящемся лишить Иова праведности, сделать его непокорным (Иов 1:8; 2:3) Господу и разлучить с Ним (Иов 1:11; 2:5). Но ни страдания (ср. Флп 2:8), ни слова и суждения других людей (ср. Мф 4:3-7; 16:22 и след.; 26:51-54) не смогли отвратить Иова от Бога. Поэтому Церковь всегда видела в Иове живое пророчество о пути и победе Иисуса (ср. Флп 2:5-11; Евр 12:2), Своей смертью на кресте и воскресением давшего самый исчерпывающий ответ на вопрос о страданиях праведника (Мф 16:24 и след.). Именно поэтому во II в. по Р.Х., в эпоху страшных гонений на христиан, К.И. зачитывали на богослужениях страстной недели. Страдания Иова - это прообраз страданий Христа, но между ними есть существ. различие: если Христос сознательно прошел путь любви и послушания ради людей, то Иов держался Бога, исходя из собств. нужды и ради собств. спасения.

Библейская энциклопедия Брокгауза. Ф. Ринекер, Г. Майер. 1994.

  • Книга Иисуса Навина
  • Книга пророка Михея

Смотреть что такое "Книга Иова" в других словарях:

  • Книга Иова — Наг я вышел из чрева матери моей, наг и возвращусь. Господь дал, Господь и взял. Неужели доброе мы будем принимать от Бога, а злого не будем принимать? Человек рождается на страдание, как искры, чтоб устремляться вверх. Не определено ли человеку… …   Сводная энциклопедия афоризмов

  • Книга Иова — Иов и его друзья. Художник И. Репин Книга Иова  29 я часть Танаха, 3 я книга Ктувим, часть Библии (Ветхого Завета). Рас …   Википедия

  • КНИГА ИОВА — (или Йова) (древнеевр.’Ijjôb), произведение древнееврейской поэзии, входящее в ветхозаветный канон Библии и принадлежащее к типу т.н. «литературы премудрости»; относится, вероятно, к V—IV вв. до н. э. (позднейшие вставки — к III в …   Литературный энциклопедический словарь

  • Книга Иова — евр. сефер Иов Кн. Иова, гениально изложенное в поэтической форме жизнеописание Иова. Это произведение дает ответ на насущные вопросы: почему страдают праведники, а нечестивые пользуются благоденствием в этом мире. Об авторе этой книги и времени… …   Словарь библейских имен

  • Книга Иова 2 — [1] Второе испытание Иова, проказа: «только душу его сбереги»; [7] «неужели доброе мы будем принимать от Бога, а злого не будем принимать»? [11] трое друзей Иова …   Библия. Ветхий и Новый заветы. Синодальный перевод. Библейская энциклопедия арх. Никифора.

  • Книга Иова 32 — [1] Гнев Елиуя на Иова и его трех друзей; [6] он сожалеет о своей юности, но готов представить свое мнение; [11] он заявляет, что Иову не был дан ответ; [15] друзья Иова молчат; Елиуй будет говорить …   Библия. Ветхий и Новый заветы. Синодальный перевод. Библейская энциклопедия арх. Никифора.

  • Книга Иова 33 — [1] Елиуй приглашает Иова слушать и отвечать; [8] он упрекает Иова за его самоправедность и осуждение Бога. [13] Бог больше человека; Он учит его в видениях; [19] Бог наказывает человека; [23] если человек при таком наказании находит наставника и …   Библия. Ветхий и Новый заветы. Синодальный перевод. Библейская энциклопедия арх. Никифора.

  • Книга Иова 42 — [1] Иов снова отвечает Господу: «Я слышал о Тебе слухом уха; теперь же мои глаза видят Тебя»; «я ... раскаиваюсь в прахе и пепле»; [7] Господь осуждает трех друзей Иова; [10] принимает ходатайство Иова за них; [11] Господь дал Иову больше, чем… …   Библия. Ветхий и Новый заветы. Синодальный перевод. Библейская энциклопедия арх. Никифора.

  • Книга Иова 1 — [1] Иов, муж справедливый и с большим имением. [6] Сатана: «Разве даром богобоязнен Иов»? [13] Имение Иова потеряно, сыновья умерли. [20] «Господь дал, Господь и взял; да будет имя Господне благословенно» …   Библия. Ветхий и Новый заветы. Синодальный перевод. Библейская энциклопедия арх. Никифора.

  • Книга Иова 1:8 — И сказал Господь сатане: обратил ли ты внимание твое на раба Моего Иова? ибо нет такого, как он, на земле: человек непорочный, справедливый, богобоязненный и удаляющийся от зла …   Библия. Ветхий и Новый заветы. Синодальный перевод. Библейская энциклопедия арх. Никифора.

dic.academic.ru

Книга Иова — Википедия РУ

Кни́га И́ова (ивр. ‏סֵפֶר אִיוֹב‏‎, Се́фер Ио́в) — 16-я часть Танаха, 3-я книга Ктувим, часть Библии (Ветхого Завета). Книга Иова, за исключением пролога и эпилога, написана высокопоэтическим языком и читается как поэма, которая не раз и переводилась в стихотворной форме (см. например, русский перевод Фёдора Глинки). Тема поэмы касается причин болезней, горя и зла вообще.

Книга Иова имела многочисленных толкователей, от древнейших времён до новейших. Из древних её толковали Ефрем Сирин, Григорий Великий, Августин Блаженный, Маймонид и другие. Многие из них классически пытались примирить сосуществование зла и Бога (что Лейбниц назвал термином теодицея).

Содержание

В этом драматическом повествовании Сатана (буквальный перевод — Противоречащий[4]) обвиняет Иова перед Богом в наигранной богобоязни, утверждая, что если повергнуть Иова в скорбь, то он отвернётся от Всевышнего. Бог решает доказать Противоречащему, что раб его Иов останется верным ему, даже находясь в страдании. Бог разрешает дьяволу покарать Иова. К Иову приходят трое очень благоразумных друзей, которые спорят с ним о причинах его страданий. Иов отвечает каждому из них. В итоге Элиу (Елиуй), 4-й собеседник Иова, узнаёт истинную причину этого испытания. Книга завершается речью Всевышнего, Иов с друзьями смиряются и каются перед жертвенником, а Бог помогает Иову, возвращая ему всё отнятое ранее.

Глава 1 и Глава 2 представляют собой предисловие к самой истории. Главы с третьей по тридцать первую пересказывают поочерёдные рассуждения Иова и его 3 друзей. В главах 32—37 рассказывается мнение Элиу, четвёртого друга, который обвиняет Иова в других грехах, нежели трое других гостей. Главы 38—42 образуют заключение Книги, где Иов убеждается, что он вёл себя праведно с самого начала.

Структура

Сюжет сводится к испытанию Иова, его обстоятельствам и сути, к стойкости Иова и окончанию испытания. Книга состоит из:

  1. историческое вступление в прозе (гл. 1—2).
  2. учёный спор и его решение в стихах (гл. 3—42:6). Сетования Иова (гл. 3) вызывают учёный спор, представленный в форме диалога с Иовом каждого из троих друзей. Первый диалог даёт начало спору (гл. 4—14), второй — усиливает его (гл. 15—21), третий — высшая степень спора (гл. 22—27). Иов хочет испытать Бога, дав «клятву невинности» (гл. 27—31). Спор разрешается с помощью новаторских терминов и понятий, озвученных Элиу, ещё одним слушателем всего разговора, который обвиняет Иова в других грехах, нежели трое его друзей, и советует сделать обращение к Богу. После этого Иов смиренно признаётся в собственной ошибке и глупости (гл. 42:1—6). Раскаяние Иова — поворотная точка повествования, которая и являлась главной целью испытания в целом. Восстановление божественного милосердия и сострадания завершают рассказ.
  3. третья часть, историческое заключение в прозе (гл. 42:7—15).

1-я и 3-я части, по-видимому, имеют другую тональность повествования, чем основная диалогическая часть, и они могут быть поданы от лица Элиу, так как совпадают с его точкой зрения (его имя и переводится буквально ивр. ‏‏אֱלִיהוּא‏‎‏ — «Эль мой Он»).

Сюжет

Испытания Иова

Иов, житель страны Уц, был человеком большой честности, добродетели и набожности. Он имел очень много слуг и голов скота, что представляло в то время главное богатство в том числе для арабских и идумейских вождей. У него было семь сыновей и три дочери, и он пользовался большим уважением среди всех народов по обоим берегам Евфрата.

Его сыновья имели обыкновение собираться на пиршества по очереди в гостях друг у друга, и когда пиршества проходили у всех братьев, Иов созывал их и творил над ними очищение, преподнося жертвы, если один из них согрешил против Бога против своей воли или в глубине души. Сам же он ненавидел несправедливость, идолопоклонство, плутовство и прелюбодеяние, не имел плохих мыслей, был щедр с бедняками, вдовами и сиротами, слепцами и калеками.

Однажды Сыны Божьи вместе с Противоречащим предстали перед Господом. Противоречащий, неспособный на безусловную любовь к человеку, предлагает испытать Иова, «человека богобоязненного»[5]. Господь соглашается и на первый раз даёт ему разрешение протянуть руку на всё имущество Иова, но не на него самого; тогда трое слуг приносят Иову вести о событиях, погубивших и уведших его скот, после которых выжили только они. Четвёртый слуга сообщает о гибели его сыновей и дочерей. Иов встаёт, раздирает свою одежду и падает на землю со словами: «Наг вышел я из родимых недр и наг возвращусь назад. Господь дал, Господь взял — благословенно имя Господне!»[6].

Поскольку Иов не высказал никакого порицания божественному провидению, Противоречащий просит разрешения поразить его тело, что Господь и дозволяет ему при условии, что Противоречащий сохранит его в живых. Противоречащий поражает Иова «злыми язвами» (вероятно, проказой), после чего тот берёт черепок, чтобы соскребать с себя гной, и садится на пепел. Жена Иова призывает его похулить Бога и умереть, но он «не погрешил устами своими»[7].

Трое друзей Иова: Элифаз из Темана, Билдад из Шуаха и Цофар из Наамы, — прослышавшие о его несчастьях, приходят к нему, чтобы пожалеть и утешить его (об Элиу из рода Буз вначале ничего не говорится, и он «появляется» лишь в главе 32). Видя страдания их друга, которого они поначалу не узнали, они посыпают головы пеплом и садятся с ним рядом на семь дней в полном молчании, пока Иов сам не начинает свою речь[8].

Речи Элифаза, Билдада и Цофара

Друзья Иова высказывают и отстаивают своё предположение, что, поскольку Бог справедлив, всякий познавший судьбу столь незавидную, как у Иова, обязательно получает её в качестве наказания за неповиновение Божьим заповедям. По мере продвижения разговора они всё настойчивее упрекают Иова в нежелании покаяться в своих грехах, хотя сами они едва ли могут предположить, в чём именно он грешен. Они продолжают считать, что Иов — грешник, заслуживший своё наказание, и согласно наивной теологии предполагают, что Бог вознаграждает добро и карает зло безо всяких исключений. По их мнению, Бог мог бы дозволить ему страдать лишь в качестве расплаты.

Речь Иова

Иов, убеждённый в своей невинности, настаивает, что его страдания не могут быть наказанием за грехи и что у Бога нет причин его наказывать. Однако он упорно отказывается проклясть Его имя.

Речь Элиу

Элиу выбирает путь посредничества, поддерживая верховенство, справедливость и милосердие Бога. Его сильно разгневали как доводы троих друзей, так и то, что Иов в неправильном свете представил Божью справедливость, подрывая доверие к ласковой природе Бога.

Элиу говорит, что в силу своего молодого возраста он ждал, пока выскажутся все присутствующие, но добавляет, что «мудры вовсе не те, кто дряхл», а ум даётся божественным вдохновением. Его «пророческая» или, по меньшей мере, вдохновенная речь описывает могущество Бога, искупление и абсолютную справедливость всех Его деяний. Бог одновременно всемогущ и справедлив, готов предупреждать и прощать.

За свою речь и характерный тон Элиу не будет осуждён Господом в конце всей истории, тогда как трое друзей получат божественное порицание. Иов при этом никак не отвечает ни на нападки Элиу, ни на его идеи о причинах такого отношения к нему Бога.

Ответ Господа Иову

После многочисленных циклов реплик Иова и его друзей из «тучи» или из «бури» слышится голос Господа, который выразительно и лирично описывает, что́ значит быть ответственным за весь мир, и риторически вопрошает Иова, имел ли тот когда-либо подобный божественный опыт.

В своём ответе Бог подчёркивает, что Иов делит этот мир с многочисленными, могущественными и поразительными существами, в том числе с Бегемотом и Левиафаном, каждое из которых имеет свои цели в жизни и свои потребности, которые Бог должен обеспечивать, и голод молодняка может быть утолён лишь отнятием жизни у кого-то другого. Имел ли Иов хоть малую часть этого опыта в мире, в котором он живёт? Понимает ли он, что́ значит отвечать за весь мир? Иов признаёт, что он не понимает этого, и просит Господа его простить.

В развязке Бог гневается на троих друзей Иова за их упорство в ошибочном толковании намерений и деяний Бога и приказывает им принести за себя жертву всесожжения тельцов и овнов, попросив Иова помолиться за них. Незамедлительно Господь «повернул к возврату путь Иова», вернув ему всё отнятое ранее в двойном размере и дав ему 10 детей. Его дочери были красивейшими на земле и получили наследство при жизни отца. Иов прожил насыщенную жизнь и умер от старости.

Интерпретации

Судьба Иова есть как бы прототип человеческой судьбы на земле. Древнееврейскому народу было свойственно убеждение, что блага жизни и счастье даются человеку за добродетельную жизнь. И если блага жизни у него отнимаются и он становится несчастным, то это значит, что добродетель его пошатнулась и он согрешил. Награда и наказания даются человеку ещё в пределах земной жизни. При таком сознании трудно понять безвинное страдание. Его не могли понять друзья — утешители Иова. Иов был благочестивый и добродетельный человек, он всегда почитал Бога и был покорен Его закону. Но вот у такого человека отнимаются все блага жизни, и он становится несчастнейшим из людей, страдания его непереносимы. Утешавшие его друзья старались найти у Иова какие-либо прегрешения, которые оправдали бы его несчастную судьбу, как целесообразную и осмысленную. Но Иов настаивал на своем. Он восстал против Бога и боролся против Бога, взывал к божественной справедливости. Бог оправдал Иова и осудил его утешителей. Людям очень трудно отказаться от целесообразности всего происходящего в мире и, значит, трудно понять безвинное страдание. Многим кажется, что если есть безвинное страдание, то, значит, нет Бога, нет промысла Божьего.

Толкование текста в основном строится вокруг вопроса «Всегда ли несчастье происходит от божественного наказания?». Трое друзей Иова ответили бы на этот вопрос положительно, утверждая, что его несчастья являются доказательством грехов, которые он не мог не совершить. Его друзья также уверены в обратном: что удача всегда происходит от божественного поощрения, — и если бы Иов покаялся, то она снова бы ему улыбнулась.

Однако Иов утверждает и уверяет, что он добродетелен и что его несчастье не наказание, и это позволяет говорить (что и делает его жена) о деяниях Бога по простой прихоти, за что Его можно похулить, обрекая себя на смерть. Иов отвечает ей: «Приемлем мы от Бога добро — ужели не примем от Него зло?». В кульминации книги Бог отвечает Иову встречным вопросом: где был он, Иов, когда Бог создавал мир, и может ли он отличать зло от добра?

Сам этот ответ можно интерпретировать по-разному: можно прочесть в нём унижение Иова, но этот ответ и возможность при жизни наблюдать самого Бога парадоксальным образом утешают его, и это наводит на мысль, что автора книги более беспокоила тема присутствия Бога в жизни людей, чем вопрос о Его справедливости. Глава 28 отметает все попытки человека понять пути Господни.

Прозаические эпизоды ещё более усложняют книгу:

  • Во введении Бог, беседуя с Противоречащим, позволяет тому протянуть руку на Иова и его семью.
  • В заключении, когда Бог возвращает Иову и его семье богатство, а также, очевидно, его здоровье, это, вероятно, указывает на то, что идеальная вера поощряется Господом. При этом Бог гневается на друзей Иова, поскольку только Иов правдиво представил Его истинную природу, а все его друзья ошибались, утверждая, что человеку воздаётся за его веру и добродетель.
  • Лишь после жертвоприношений друзей Иова и его молитв за них в качестве «жреца» Бог восстанавливает его благополучие.

Завет Иова

В псевдоэпиграфической книге «Завет Иова» (1 в. до н. э. — 1 в. н. э.) ведётся параллельный Книге Иова рассказ, состоящий из таких легендарных эпизодов, как судьба супруги Иова, наследство его дочерей и его потомство.

Пользуясь методами иудейской аггады[10], Завет дополняет Книгу деталями, делая из Иова египетского царя. Как и многие апокрифы-«заветы», рассказ начинается предсмертной болезнью Иова, когда он созывает своих сыновей и дочерей, чтобы дать им свои последние наказы и поучения. Все персонажи из Книги перешли и в Завет, но акцент сделан на жене Иова, а читателями-христианами было обнаружено много параллелей с христианскими убеждениями, такими как Божье заступничество и прощение.

Раздел Завета, посвящённый друзьям Иова из Книги, ещё больше отклоняется от библейского повествования: вместо того чтобы жаловаться или упрекать Бога, Иов доказывает свою веру вопреки сетованиям своих друзей. Когда один из них покидает мероприятие, а другие пытаются обеспечить Иову врачебный уход, тот настаивает на истинности своей веры, и голос Божий требует от утешающих не упорствовать в их действиях. Большинство друзей внемлют голосу и начинают высмеивать того, который продолжил сожалеть о судьбе Иова.

Противоречащий

Противоречащий появляется в прозаическом прологе в привычном образе «противника» и «отщепенца». Он предстаёт как одно из небесных существ, или Сынов Божьих (хотя он лишь «пришёл с ними») перед Господом и отвечает на вопрос, откуда он пришёл, словами: «От обхода земли, от скитаний по ней» (Иов 1:7).

Вопрос, ответ, а также начавшийся диалог говорят о том, что Противоречащий является членом божественного совета, наблюдающего за деятельностью людей с целью, прежде всего, выявить в ней недостатки. Таким образом, он выступает в качестве небесного прокурора, разыскивающего недостатки, и даже после отказа Иова похулить Всевышнего за внезапные несчастья после привычных милостей уверен в невозможности бескорыстной набожности и просит навлечь на Иова ещё более суровые испытания (Иов 2:3-5).

Сатана появляется лишь в прологе и очевидно не участвует в центральной части поэмы.

В Завете он появляется в значительно более негативном ключе. Его остервенение против Иова вызвано разрушением последним некоего неиудейского храма. Он нападает на Иова напрямую, но всякий раз терпит неудачу из-за терпения Иова, тогда как в библейском рассказе Иов лишается сил, но не теряет веры.

Жена Иова

Супруга Иова упоминается в Книге лишь единожды в главе 2, когда она призывает его похулить Бога и умереть. Завет Иова добавляет несколько легендарных деталей: что её звали Ситис или Ситидос, что она продала свои волосы Противоречащему в обмен на серебро и еду и что она сама похулила Бога и от этого умерла.

Проблема зла

Хотя в Книге и рассуждается о несчастьях Иова, она не вполне отвечает на вопрос, отчего Иов (или любой человек) терпит страдания и потерю близких и имущества. В Книге объясняется, что скорбь необязательно вызвана совершённым перед этим грехом. Господь может использовать скорбь, чтобы наделить человека опытом, дисциплинировать его, дать ему урок или действительно наказать. Причина страданий непознаваема.

Уважение и судьба

Поощрил ли Господь или не дал ничего, уважение к Нему должно быть проявлено одинаково. При этом, когда «Господь взял», Иов «благословляет имя Господне». А Элиу учит его, что этот же принцип относится и к случаям, когда страдания одолевают без причины даже тех, кто праведен и незлобив.

История создания

Рассказ об Иове изложен в особой библейской книге — «Книге Иова», занимающей в Библии место между книгой Эсфирь (она же книга Эстер) и Псалтирью (они же Псалмы, они же Техилим)[11]. О времени её происхождения и авторе, равно как и о характере самой книги, существует ряд различных мнений. По мнению одних, это вовсе не история, а благочестивый вымысел, по другим — в книге историческая быль перемешана с мифическими украшениями, а по мнению третьих, принятому и церковью, это вполне исторический рассказ о действительном событии. Те же колебания заметны и во мнениях касательно автора книги и времени её происхождения. По одним, автором её был сам Иов, по другим — Соломон (Шломо), по иным — неизвестное лицо, жившее не раньше Вавилонского пленения. Общее впечатление, выносимое из рассмотрения внутренних и внешних особенностей книги — в пользу её древности, которую можно определить с достаточной вероятностью.

История Иова относится ещё ко времени до Моисея[12][13] или, по крайней мере, к более раннему, чем широкое распространение Пятикнижия Моисеева. Молчание в этом повествовании о законах Моисея, патриархальные черты в жизни, религии и нравах — всё это указывает на то, что Иов жил ещё в домоисеевскую эпоху библейской истории, вероятно, в конце её, так как в его книге видны уже признаки высшего развития общественной жизни. Иов живёт с значительным блеском, часто посещает город, где его встречают с почётом, как князя, судью и знатного воина. У него встречаются указания на суды, писанные обвинения и правильные формы судопроизводства. Люди его времени умели наблюдать за небесными явлениями и делать из них астрономические заключения. Есть указания и на рудокопни, большие постройки, развалины гробниц, а также на крупные политические перевороты, при которых повергались в рабство и бедственное состояние целые народы, наслаждавшиеся дотоле независимостью и благосостоянием. Можно вообще думать[14], что Иов жил во время пребывания евреев в Египте.

Возможный шумерский источник

В своей книге «История начинается в Шумере» ассириолог и шумеролог Сэмюэл Ноа Крамер даёт перевод одного шумерского текста, который имеет заметные параллели с Книгой Иова. Автор делает из этого вывод, что еврейский сюжет был если не позаимствован, то навеян шумерским первоисточником, что было обычно в ту эпоху (ср. рассказ о потопе, также навеянный шумерскими сюжетами)[15].

Позднейшие вставки и дополнения

В той форме, в которой мы видим Книгу Иова в настоящее время, в тексте центральной поэмы содержатся различные позднейшие вставки. Существует несколько гипотез относительно этих вставок:

  • «Параллельные тексты» — параллельные сюжеты, имеющие общие связующие эпизоды в базовом тексте
  • Речь Элиу (главы 32—37) представляет собой полемику с идеями, выраженными другими персонажами поэмы, и является пояснительной вставкой. Элиу не упоминается в прологе вместе с тремя друзьями, и его речь противоречит фундаментальным взглядам «друзей-обвинителей» в поэме, согласно которым невозможно, чтобы праведник страдал, и страдание означает наказание. Элиу же утверждает, что страдания навлекаются на праведников в качестве предупреждения более серьёзных грехов, для морального совершенствования. Они позволяют показать много бо́льшую веру и подчинение милосердному Богу перед лицом несчастья, что встречается и в других текстах Ветхого и Нового Заветов и достигает высшей точки в идее о Мессии как о страдающем слуге[16] (в иудаизме Страдающий Слуга воплощён всем израильским народом целиком и не персонифицирован одним Мессией).

Ещё бо́льшим предметом споров учёных является «идентичность» предполагаемых поправок и изменений в речи Иова, которые по некоторым гипотезам были совершены с целью привести её в соответствие с учением о вознаграждении. Классическим примером основания для таких гипотез является чрезвычайно сложный для перевода последний стих речи Иова[17]. Классический синодальный перевод передаёт слова Иова, как «Поэтому я отрекаюсь и раскаиваюсь в прахе и пепле». Эти слова перекликаются с речами Иова в основной части поэмы и с тем, что восстановление Иова не было бы возможно без смиренного принятия им своей смертности перед лицом божества во всём его величии и мощи.

Восприятие Книги Иова в монотеистических религиях

Книга Иова в иудаизме

В Талмуде Иов упоминается неоднократно. Иудейская библейская традиция никогда не сомневалась в его существовании, и он считался реальным и могущественным персонажем. Согласно Талмуду (трактат Сота), Иов был одним из трёх советников фараона периода Исхода, перед тем как было принято решение относительно «сынов Израилевых», умножавшихся пугающими темпами (глава Шмот) в период рождения Моисея. Валаам даёт роковой совет, убеждая фараона убить всех новорождённых евреев мужского пола; Иофор, наоборот, отговаривает фараона вредить евреям; а Иов, хотя и несогласный с планами фараона, сохраняет молчание. Именно за это молчание Бог и накажет его впоследствии незавидной судьбой.

Другой мидраш описывает самого Иова как фараона времён Моисея. Эта идея, вероятно, аллегорична и оправдывает испытания Иова как наказание за то, что он оставил израильтян страдать в египетском рабстве (вывод: если у человека есть возможность помешать страданию, он должен ею воспользоваться).

Талмуд (трактат Бава Батра 15а-16b) пытается уточнить исторические рамки жизни Иова: согласно двум традициям, он жил во времена Авраама или Иакова. Леви бен Ла’ма утверждал, что Иов жил во времена Моисея, который, якобы, и написал Книгу Иова. Другие считают, что она написана самим Иовом (см. Иов 19:23-24 «О, пусть бы записали мои слова, пусть бы в книгу их занесли…»), Элиу или Исаией.

Меньшая часть раввинов-мудрецов во главе с Решем Лакишем считала, что Иов не существовал (см. Бава Батра 15а и Брешит Раба 68). По их мнению, Иов был литературным образом пророка для написания божественного послания или притчи. С другой стороны, множество рассуждений Талмуда посвящено доказательствам расположения места жительства Иова, при этом приведено большое число мнений и толкований мудрецов.

Иов также упоминается в Талмуде по следующим случаям[18]:

  • Покорность Иова своей судьбе (Псахим 2b)
  • Во времена благополучия Иова всякий, кто сотрудничал с ним, будь то в купле или продаже, был благословен (там же 112a)
  • Благополучие Иова было вознаграждением за его великодушие (Мегила 28a)
  • Царь Давид, Иов и Иезекииль описали длину Торы, не дав ей числового выражения (Эрувин 21a)

Согласно Талмуду, на момент происшествия с Иовом истории, описанной в Книге, ему было 70 лет от роду.

Иудейская литургическая практика

Книга Иова редко используется в иудейском богослужении полностью (хотя многие стихи используются постоянно, особенно на похоронах и во время траура). Однако это одна из двух книг, наряду с Книгой плача Иеремии и её мидрашическими комментариями, изучение которых разрешено 9 Ава (в день поста в память о разрушении Иерусалимских храмов и других трагедий). Помимо вопроса «Кто может понять пути Господней справедливости?», в ней передаётся столь оптимистичная, сколь и суровая идея, перекликающаяся с двумя последними стихами Плача Иеремии: «Совершенно безразлично, какую боль и степень несчастья мы испытываем, ведь Бог нас не оставил».

Кантилляции Книги Иова по сефардской традиции отличаются от кантилляций других библейских книг[19].

Мистический подход

Моше бен Нахман (Рамбан) дал наиболее мистический из всех комментариев к Книге Иова. Согласно мистическому подходу, Иов был наказан за то, что был еретиком, а одна из причин считать так, как полагают, изложена в главе 3, где он сам машинально, с полным убеждением в своей невинности предполагает, что Бог не имеет права его так наказывать. Другая причина состоит в том, что он не верит в перевоплощение (гилгул а-нефашот). Он считает, что, как только человек умирает, всё для него заканчивается, и ни разу не упоминает про загробную жизнь. В итоге, по мнению Рамбана, Книга Иова в целом указывает на то, что перевоплощение и является настоящим ответом на вопрос о вознаграждении.

Для Иова, отражающего взгляды Аристотеля, Бог оставил мир под небесными светилами, как следует из стиха «Да сгинет день, в который рождён я» (Иов 3:2). Иов проклинает день своего рождения, потому что он придаёт ему несчастливое в астрологическом смысле значение.

По мнению Моше бен Нахмана, дети Иова не погибли в начале истории, а попали в рабство, из которого в конце были освобождены.

Книга Иова в христианстве

Христиане признают каноничность Книги Иова в рамках Ветхого Завета. В Новом Завете Иов упоминается как пример твёрдости в страдании (Иаков 5:11).

В Новом Завете присутствует ряд ссылок на Книгу Иова, особенно в Посланиях:

  • Отк. 9:6 содержит намёк на Иов 3:21, Отк. 14:10 и Отк. 19:15 — на Иов 21:20, Отк. 16:21 — на Иов 38:22-23.
  • 2 Фес. 2:8 содержит ссылку на Иов 4:9.
  • 1 Кор. 3:19 цитирует Иов 5:13, а 1 Кор. 4:5 основан на Иов 12:22.
  • В Евр. 12:5, Иак. 1:12 и Отк. 3:19 рассуждается о Иов 5:17 и Иов 23:10.

Заявление Иова «Я знаю: мой Заступник жив» (19:25) интерпретируется как протохристианское и представляет основу для ряда христианских песнопений.

Многие христиане считают Иова историческим предтечей Иисуса Христа — человека, наиболее безосновательно страдающего из всех страдающих по провидению и воле Господа.

Лютер восхищался языком Ветхого Завета и находил Книгу Иова грандиознейшей и прекраснейшей книгой Священного писания. В своём предисловии к Книге Иова он описывает трудности, с которыми столкнулись её переводчики[20].

Эрнест Ренан в своей книге «Книга Иова» пишет: «Язык Книги Иова — это самый чистый, самый точный, самый классический еврейский язык. В нём содержатся все качества древнего стиля: лаконичность, стремление к загадочности, энергичная, будто отчеканенная манера, эта широта смысла, далёкая от всякой скудости, которая оставляет нашему духу предмет для разгадок, этот чарующий тембр, будто отлитый из чистого и прочного металла»[21].

Книга Иова в исламе

В Коране Иов именуется Айюб (араб. أيوب‎) и считается пророком ислама.

В народной палестинской традиции местом испытаний Айюба является Эль-Джура — деревня неподалёку от города Эль-Мадждаля (современный и библейский Ашкелон). Именно там Бог наградил его источником молодости, который лечил все его болезни. Деревня Эль-Джура была местом ежегодных 4-дневных празднеств, во время которых люди высокой веры собирались вместе и купались в природном источнике.

По-арабски имя Айюб символизирует терпение, несмотря на то что оно не означает «терпение» в буквальном смысле.

В Турции Иов известен как Эйюп и по легенде похоронен в деревне Эйюп-Неби около Вираншехира, рядом с пророком Илией.

Ещё одна предполагаемая могила Иова существует в окрестностях города Салалы в Омане.

Восприятие Книги Иова в искусстве и философии

Книга Иова в философии

Иудейская философия
  • Маймонид рассуждает о Книге Иова в главах 22 и 23 в своём Путеводителе растерянных. По его мнению, каждый из друзей Иова представляет собой великую школу мысли, отличную от Бога и провидения. Билдад, например, воплощает типичную иудейскую точку зрения о том, что добродетель вознаграждается Богом (Иов 8:6-8), хотя и нужно хорошенько потерпеть, чтобы дождаться этого вознаграждения. Поэтому, если Иов действительно добродетелен, как он утверждает, Бог в итоге его вознаградит. Взгляды Иова же сходны с взглядами Аристотеля, который считает, что Бог уничтожает и невинных, и виновных (Иов 9). А такой взгляд исключает провидение, хотя даже Иов верит в Его существование.
По мнению Маймонида, адекватный взгляд на провидение представляет Элиу, наставляющий Иова, что нужно изучить свою религию (Иов 33). Этот подход соотносится с выражением «единственная в мире приемлемая религия — это изученная религия». Формальная религия, как у Иова в начале истории, никогда не является достаточной. Нужно глубоко рассмотреть значение религии, чтобы в полной мере оценить её и сделать её настоящей частью своей жизни. Элиу верил в концепцию божественного провидения, где награда и наказание причитаются в индивидуальном порядке, а не только автоматически. Он верил, как считает Маймонид, что нужно разумно исповедовать свою религию. Чем больше изучаешь свою религию, тем больше вознаграждаешь себя или находишь её вознаграждающей. В начале истории Иов — один из набожных людей, но он не изучал свою религию, то есть он не философ и не имеет ангела-хранителя. Он слишком недостаточно мудр, просто благодаря Бога за милости. Бог, согласно Элиу, не решал наказать Иова, а оставил его один на один с недружелюбными природными силами.
Современный экзистенциализм
  • Русский философ-экзистенциалист Лев Шестов, называвший себя евреем-агностиком, рассматривал Иова как воплощение борьбы между разумом (предлагающим общие решения, которые, очевидно, не объясняют сложных явлений) и верой в своего собственного Бога (и, как следствие, гневом на него в случае разочарования). Шестов фактически сделал свою теорию об Иове одной из основ своей философии (он широко критиковал историю западной философии, которую он рассматривал, грубо говоря, как монументальную битву между Разумом и Верой, Афинами и Иерусалимом, светской и религиозной точек зрения):
«Вся книга — это одно непрерывное состязание между „воплями“ многострадального Иова и „размышлениями“ его благоразумных друзей. Друзья, как истинные мыслители, глядят не на Иова, а на „общее“. Но Иов об „общем“ и слышать не хочет, он знает, что общее глухо и немо — и с ним нельзя разговаривать. „Я к Вседержителю хотел бы говорить, и представить мои доказательства Богу желал бы“ (13:3). Друзья в ужасе от слов Иова: они убеждены, что с Богом нельзя разговаривать и что Вседержитель озабочен прочностью своей власти и неизменностью своих законов, а не судьбами созданных им людей. Может быть, убеждены, что он вообще не знает никаких забот, а только властвует. Оттого и отвечают: „О ты, терзающий душу свою в гневе своём! Ужели для тебя опустеть земле и сдвинуться скале с места своего?“ (18:4). И точно, неужто из-за Иова скалам сдвигаться? И необходимости поступиться святыми правами своими? Ведь это предел человеческого дерзновения, ведь это „бунт“, „мятеж“ одинокой человеческой личности пред вечными законами всеединства бытия!»[22].
  • Датский философ и теолог Сёрен Кьеркегор интерпретировал Книгу Иова в своём «Повторении». Он представляет Иова смутно предвидевшим переход от этической стадии (мораль осмысливается в рамках добра и зла, награды и наказания) к стадии религиозной (когда Личность одна перед Богом и имеет лишь личные и абсолютные обязательства давать отчёт одному лишь Богу; эта стадия, по выражению Ницше, «по ту сторону добра и зла»).

Книга Иова в искусстве

В Средние века Иов изображался покровителем музыки и музыкантов. На одной брюссельской картине XV века Иов показан раздающим золотые монеты музыкантам за то, что они играют. По легенде Иов соскрёб струпья со своего тела, и они превращались в золотые монеты, как только выпадали из его рук.

  • Композитор Томас Луис де Виктория начинает свой Officium defunctorum (1603) вторым отрывком Матина Taedet animam meam, текст которого соответствует семи первым стихам главы 10 Книги Иова.
  • Гёте в «Фаусте» был вдохновлён библейским рассказом, в частности, создавая «Пролог на небесах» — беседу Господа с Мефистофелем.
  • Лев Шестов в работе «На весах Иова (Странствования по душам)» (1929) проникся библейским персонажем, перенёсшим «неслыханные испытания» и в результате чего задавшимся вопросами, которые действительно имеют значение для человека.
  • Фильм Андрея Звягинцева «Левиафан» (2014) размышляет о коррупции и метафизике власти, и эти размышления навеяны отчасти Книгой Иова и отчасти — Левиафаном Гоббса. Искупление прошлого, его переоценка и преодоление представлены в фильме, как в высшей степени загадочная фатальность. Фильму удалось померяться силами с этими двумя произведениями, и он их довольно удачно объединил в себе[23].
  • Фильм братьев Коэнов «Серьёзный человек» некоторыми критиками[24] рассматривается как современное переложение Книги Иова.
  • В романе Альфреда Дёблина «Берлин Александрплатц», в главе «Беседа с Иовом, дело за тобой, Иов, но ты не хочешь» персонажа спрашивают о наличии у него реальной воли к выздоровлению.
  • Книга была включена в список 100 лучших книг всех времён по версии Норвежского книжного клуба, который для составления списка провёл опрос 100 писателей по всему миру[25].
  • Фантастический роман Роберта Хайнлайна «Иов, или Осмеяние справедливости».

Влияние на поп-культуру

  • В романе Дэна Брауна «Код да Винчи» обнаруживается табличка с выгравированным на ней стихом Иов 38:11[26], указывающим «тупик» в цепочке знаков.
  • В фильме «Миссия невыполнима» контакт Итана Ханта с его партнёрами происходит посредством страницы с рассуждениями Иова (Иов 3:14).
  • В песне группы Golden Earring «Twilight Zone» и видеоклипе к ней убийца, удручённый судьбой и живущий в бедности, ищет спасение в эзотерических знаках (снимает колоду карт и др.) и продолжает страдать, общаясь с дьвольскими незнакомцами (женщиной на кабриолете) на виду у зловредной театральной публики (диктаторы, военачальники и др.), олицетворяющей собой зло.
  • В сериале «Южный Парк», в серии «Картманленд» родители Кайла Брофловского рассказывают ему о Книге Иова, чтобы убедить его не отказываться от своих убеждений.
  • Фильм Терренса Малика «Древо жизни» начинается цитатой из главы 38 Книги Иова.
  • В датском фильме Андерса Томаса Йенсена «Адамовы яблоки» сюжет Книги Иова повторяется в современной церкви, но главный герой отрекается от своей веры.
  • Персонаж агента Нельсона Ван Халдена из американского сериала «Подпольная империя» ссылается на Книгу Иова в 10-й серии 3-го сезона, во время ужина с Алем Капоне цитируя первые слова Библии короля Якова (англ. There was a man in the land of Uz, whose name was Job; and that man was perfect and upright, and one that feared God, and eschewed evil). Эта ссылка подчёркивает связь между библейским персонажем и персонажем сериала.
  • В третьем томе саги «Тёмные начала» «Янтарное зеркало» эпиграф в начале главы цитирует Книгу Иова.
  • В фильме Винченцо Натали «Кодер» номер телефона контакта Моргана Салливана является акростихом стиха Иов 13:17.

См. также

Примечания

  1. ↑ Хронологии Иеронима Стридонского и Джеймса Ашшера относят Моисея к XVI в. до н. э. Талмудический же иудаизм относит его к XIII в. до н. э. Уильям Девер также считает, что личность, на которой основан персонаж Моисея, могла проживать в этот период.
  2. ↑ E. A. Knauf, P. Guillaume. Introduction à l'Ancien Testament. — С. 595-596.
  3. ↑ R. Kugler, P. Hartin. An Introduction to the Bible. — С. 193.
  4. ↑ Книга Иова / Поэзия и проза Древнего Востока. — Пер. С. Аверинцева. — Библиотека всемирной литературы. — М., 1973.
  5. ↑ Иов, 1:9-11.
  6. ↑ Иов, 1:17-22.
  7. ↑ Иов, 2:1-10.
  8. ↑ Иов, 2:11-13. От этих стихов происходит одна из галах похоронных обрядов иудаизма: в присутствии носящего траур не начинать речь первым.
  9. ↑ Бердяев Н. А.   "Дух и реальность, гл. 5. Зло и страдание как проблемы духа"
  10. ↑ http://www.library.uu.nl/digiarchief/dip/diss/2004-0205-103455/c3.pdf
  11. ↑ Псалтирь (рус.) // Мень А. Библиологический словарь. — М.: Фонд имени Александра Меня, 2002. — Т. 2. — ISBN 5-89831-020-7. Архивировано 25 февраля 2015 года.
  12. ↑ Толкование Библии, Книга Иов.
  13. ↑ Когда Жил Иов? — ruBible.com | Синодальный Перевод
  14. ↑ Иов многострадальный — праведный | Жития святых Дмитрия Ростовского
  15. ↑ Kramer S. N. History Begins at Sumer: Thirty-Nine Firsts in Man’s Recorded History. 1956/1-e (25 firsts), 1959/2-e (27 firsts), 1981/3-e. — University of Pennsylvania Press. ISBN 0-8122-7812-7.
  16. ↑ Исаия 53.
  17. ↑ 42:6 — עַל-כֵּן, אֶמְאַס וְנִחַמְתִּי-- עַל-עָפָר וָאֵפֶר
  18. ↑ Mordechai Torczyner’s WebShas — Intelligent Topical Index to the Talmud: Biblical Figures: Iyov — Job
  19. ↑ Иудейские кантилляции: Sephardic Cantillations for the Book of Job Архивная копия от 20 октября 2008 на Wayback Machine by David M. Betesh and the Sephardic Pizmonim Project
  20. ↑ Théobald J.-G., Fromentoux M., Guillaume Mgr P.-M. Luther. — С. 178. https://books.google.fr/books?isbn=2755401516
  21. ↑ s:fr:Le Livre de Job (Renan)/Étude sur l’âge et le caractère
  22. ↑ http://www.odinblago.ru/filosofiya/shestov/shestov_l_umozrenie_i_ap/
  23. ↑ Pierre Gonzales iz neR
  24. ↑ A Serious Man :: rogerebert.com :: Reviews
  25. ↑ Dette er Verdensbiblioteket. Norsk Bokklubben (2016). Проверено 25 июня 2016.
  26. ↑ […]Доселе — а дальше нет[…]

Литература

Ссылки

http-wikipediya.ru

Книга Иова Вики

Кни́га И́ова (ивр. ‏סֵפֶר אִיוֹב‏‎, Се́фер Ио́в) — 16-я часть Танаха, 3-я книга Ктувим, часть Библии (Ветхого Завета). Книга Иова, за исключением пролога и эпилога, написана высокопоэтическим языком и читается как поэма, которая не раз и переводилась в стихотворной форме (см. например, русский перевод Фёдора Глинки). Тема поэмы касается причин болезней, горя и зла вообще.

Книга Иова имела многочисленных толкователей, от древнейших времён до новейших. Из древних её толковали Ефрем Сирин, Григорий Великий, Августин Блаженный, Маймонид и другие. Многие из них классически пытались примирить сосуществование зла и Бога (что Лейбниц назвал термином теодицея).

Содержание[ | код]

В этом драматическом повествовании Сатана (буквальный перевод — Противоречащий[4]) обвиняет Иова перед Богом в наигранной богобоязни, утверждая, что если повергнуть Иова в скорбь, то он отвернётся от Всевышнего. Бог решает доказать Противоречащему, что раб его Иов останется верным ему, даже находясь в страдании. Бог разрешает дьяволу покарать Иова. К Иову приходят трое очень благоразумных друзей, которые спорят с ним о причинах его страданий. Иов отвечает каждому из них. В итоге Элиу (Елиуй), 4-й собеседник Иова, узнаёт истинную причину этого испытания. Книга завершается речью Всевышнего, Иов с друзьями смиряются и каются перед жертвенником, а Бог помогает Иову, возвращая ему всё отнятое ранее.

Глава 1 и Глава 2 представляют собой предисловие к самой истории. Главы с третьей по тридцать первую пересказывают поочерёдные рассуждения Иова и его 3 друзей. В главах 32—37 рассказывается мнение Элиу, четвёртого друга, который обвиняет Иова в других грехах, нежели трое других гостей. Главы 38—42 образуют заключение Книги, где Иов убеждается, что он вёл себя праведно с самого начала.

Структура[ | код]

Сюжет сводится к испытанию Иова, его обстоятельствам и сути, к стойкости Иова и окончанию испытания. Книга состоит из:

  1. историческое вступление в прозе (гл. 1—2).
  2. учёный спор и его решение в стихах (гл. 3—42:6). Сетования Иова (гл. 3) вызывают учёный спор, представленный в форме диалога с Иовом каждого из троих друзей. Первый диалог даёт начало спору (гл. 4—14), второй — усиливает его (гл. 15—21), третий — высшая степень спора (гл. 22—27). Иов хочет испытать Бога, дав «клятву невинности» (гл. 27—31). Спор разрешается с помощью новаторских терминов и понятий, озвученных Элиу, ещё одним слушателем всего разговора, который обвиняет Иова в других грехах, нежели трое его друзей, и советует сделать обращение к Богу. После этого Иов смиренно признаётся в собственной ошибке и глупости (гл. 42:1—6). Раскаяние Иова — поворотная точка повествования, которая и являлась главной целью испытания в целом. Восстановление божественного милосердия и сострадания завершают рассказ.
  3. третья часть, историческое заключение в прозе (гл. 42:7—15).

1-я и 3-я части, по-видимому, имеют другую тональность повествования, чем основная диалогическая часть, и они могут быть поданы от лица Элиу, так как совпадают с его точкой зрения (его имя и переводится буквально ивр. ‏‏אֱלִיהוּא‏‎‏ — «Эль мой Он»).

Сюжет[ | код]

Испытания Иова[ | код]

Иов, житель страны Уц, был человеком большой честности, добродетели и набожности. Он имел очень много слуг и голов скота, что представляло в то время главное богатство в том числе для арабских и идумейских вождей. У него было семь сыновей и три дочери, и он пользовался большим уважением среди всех народов по обоим берегам Евфрата.

Его сыновья имели обыкновение собираться на пиршества по очереди в гостях друг у друга, и когда пиршества проходили у всех братьев, Иов созывал их и творил над ними очищение, преподнося жертвы, если один из них согрешил против Бога против своей воли или в глубине души. Сам же он ненавидел несправедливость, идолопоклонство, плутовство и прелюбодеяние, не имел плохих мыслей, был щедр с бедняками, вдовами и сиротами, слепцами и калеками.

Однажды Сыны Божьи вместе с Противоречащим предстали перед Господом. Противоречащий, неспособный на безусловную любовь к человеку, предлагает испытать Иова, «человека богобоязненного»[5]. Господь соглашается и на первый раз даёт ему разрешение протянуть руку на всё имущество Иова, но не на него самого; тогда трое слуг приносят Иову вести о событиях, погубивших и уведших его скот, после которых выжили только они. Четвёртый слуга сообщает о гибели его сыновей и дочерей. Иов встаёт, раздирает свою одежду и падает на землю со словами: «Наг вышел я из родимых недр и наг возвращусь назад. Господь дал, Господь взял — благословенно имя Господне!»[6].

Поскольку Иов не высказал никакого порицания божественному провидению, Противоречащий просит разрешения поразить его тело, что Господь и дозволяет ему при условии, что Противоречащий сохранит его в живых. Противоречащий поражает Иова «злыми язвами» (вероятно, проказой), после чего тот берёт черепок, чтобы соскребать с себя гной, и садится на пепел. Жена Иова призывает его похулить Бога и умереть, но он «не погрешил устами своими»[7].

Трое друзей Иова: Элифаз из Темана, Билдад из Шуаха и Цофар из Наамы, — прослышавшие о его несчастьях, приходят к нему, чтобы пожалеть и утешить его (об Элиу из рода Буз вначале ничего не говорится, и он «появляется» лишь в главе 32). Видя страдания их друга, которого они поначалу не узнали, они посыпают головы пеплом и садятся с ним рядом на семь дней в полном молчании, пока Иов сам не начинает свою речь[8].

Речи Элифаза, Билдада и Цофара[ | код]

Друзья Иова высказывают и отстаивают своё предположение, что, поскольку Бог справедлив, всякий познавший судьбу столь незавидную, как у Иова, обязательно получает её в качестве наказания за неповиновение Божьим заповедям. По мере продвижения разговора они всё настойчивее упрекают Иова в нежелании покаяться в своих грехах, хотя сами они едва ли могут предположить, в чём именно он грешен. Они продолжают считать, что Иов — грешник, заслуживший своё наказание, и согласно наивной теологии предполагают, что Бог вознаграждает добро и карает зло безо всяких исключений. По их мнению, Бог мог бы дозволить ему страдать лишь в качестве расплаты.

Речь Иова[ | код]

Иов, убеждённый в своей невинности, настаивает, что его страдания не могут быть наказанием за грехи и что у Бога нет причин его наказывать. Однако он упорно отказывается проклясть Его имя.

Речь Элиу[ | код]

Элиу выбирает путь посредничества, поддерживая верховенство, справедливость и милосердие Бога. Его сильно разгневали как доводы троих друзей, так и то, что Иов в неправильном свете представил Божью справедливость, подрывая доверие к ласковой природе Бога.

Элиу говорит, что в силу своего молодого возраста он ждал, пока выскажутся все присутствующие, но добавляет, что «мудры вовсе не те, кто дряхл», а ум даётся божественным вдохновением. Его «пророческая» или, по меньшей мере, вдохновенная речь описывает могущество Бога, искупление и абсолютную справедливость всех Его деяний. Бог одновременно всемогущ и справедлив, готов предупреждать и прощать.

За свою речь и характерный тон Элиу не будет осуждён Господом в конце всей истории, тогда как трое друзей получат божественное порицание. Иов при этом никак не отвечает ни на нападки Элиу, ни на его идеи о причинах такого отношения к нему Бога.

Ответ Господа Иову[ | код]

После многочисленных циклов реплик Иова и его друзей из «тучи» или из «бури» слышится голос Господа, который выразительно и лирично описывает, что́ значит быть ответственным за весь мир, и риторически вопрошает Иова, имел ли тот когда-либо подобный божественный опыт.

В своём ответе Бог подчёркивает, что Иов делит этот мир с многочисленными, могущественными и поразительными существами, в том числе с Бегемотом и Левиафаном, каждое из которых имеет свои цели в жизни и свои потребности, которые Бог должен обеспечивать, и голод молодняка может быть утолён лишь отнятием жизни у кого-то другого. Имел ли Иов хоть малую часть этого опыта в мире, в котором он живёт? Понимает ли он, что́ значит отвечать за весь мир? Иов признаёт, что он не понимает этого, и просит Господа его простить.

В развязке Бог гневается на троих друзей Иова за их упорство в ошибочном толковании намерений и деяний Бога и приказывает им принести за себя жертву всесожжения тельцов и овнов, попросив Иова помолиться за них. Незамедлительно Господь «повернул к возврату путь Иова», вернув ему всё отнятое ранее в двойном размере и дав ему 10 детей. Его дочери были красивейшими на земле и получили наследство при жизни отца. Иов прожил насыщенную жизнь и умер от старости.

Интерпретации[ | код]

Судьба Иова есть как бы прототип человеческой судьбы на земле. Древнееврейскому народу было свойственно убеждение, что блага жизни и счастье даются человеку за добродетельную жизнь. И если блага жизни у него отнимаются и он становится несчастным, то это значит, что добродетель его пошатнулась и он согрешил. Награда и наказания даются человеку ещё в пределах земной жизни. При таком сознании трудно понять безвинное страдание. Его не могли понять друзья — утешители Иова. Иов был благочестивый и добродетельный человек, он всегда почитал Бога и был покорен Его закону. Но вот у такого человека отнимаются все блага жизни, и он становится несчастнейшим из людей, страдания его непереносимы. Утешавшие его друзья старались найти у Иова какие-либо прегрешения, которые оправдали бы его несчастную судьбу, как целесообразную и осмысленную. Но Иов настаивал на своем. Он восстал против Бога и боролся против Бога, взывал к божественной справедливости. Бог оправдал Иова и осудил его утешителей. Людям очень трудно отказаться от целесообразности всего происходящего в мире и, значит, трудно понять безвинное страдание. Многим кажется, что если есть безвинное страдание, то, значит, нет Бога, нет промысла Божьего.

Толкование текста в основном строится вокруг вопроса «Всегда ли несчастье происходит от божественного наказания?». Трое друзей Иова ответили бы на этот вопрос положительно, утверждая, что его несчастья являются доказательством грехов, которые он не мог не совершить. Его друзья также уверены в обратном: что удача всегда происходит от божественного поощрения, — и если бы Иов покаялся, то она снова бы ему улыбнулась.

Однако Иов утверждает и уверяет, что он добродетелен и что его несчастье не наказание, и это позволяет говорить (что и делает его жена) о деяниях Бога по простой прихоти, за что Его можно похулить, обрекая себя на смерть. Иов отвечает ей: «Приемлем мы от Бога добро — ужели не примем от Него зло?». В кульминации книги Бог отвечает Иову встречным вопросом: где был он, Иов, когда Бог создавал мир, и может ли он отличать зло от добра?

Сам этот ответ можно интерпретировать по-разному: можно прочесть в нём унижение Иова, но этот ответ и возможность при жизни наблюдать самого Бога парадоксальным образом утешают его, и это наводит на мысль, что автора книги более беспокоила тема присутствия Бога в жизни людей, чем вопрос о Его справедливости. Глава 28 отметает все попытки человека понять пути Господни.

Прозаические эпизоды ещё более усложняют книгу:

  • Во введении Бог, беседуя с Противоречащим, позволяет тому протянуть руку на Иова и его семью.
  • В заключении, когда Бог возвращает Иову и его семье богатство, а также, очевидно, его здоровье, это, вероятно, указывает на то, что идеальная вера поощряется Господом. При этом Бог гневается на друзей Иова, поскольку только Иов правдиво представил Его истинную природу, а все его друзья ошибались, утверждая, что человеку воздаётся за его веру и добродетель.
  • Лишь после жертвоприношений друзей Иова и его молитв за них в качестве «жреца» Бог восстанавливает его благополучие.

Завет Иова[ | код]

В псевдоэпиграфической книге «Завет Иова» (1 в. до н. э. — 1 в. н. э.) ведётся параллельный Книге Иова рассказ, состоящий из таких легендарных эпизодов, как судьба супруги Иова, наследство его дочерей и его потомство.

Пользуясь методами иудейской аггады[10], Завет дополняет Книгу деталями, делая из Иова египетского царя. Как и многие апокрифы-«заветы», рассказ начинается предсмертной болезнью Иова, когда он созывает своих сыновей и дочерей, чтобы дать им свои последние наказы и поучения. Все персонажи из Книги перешли и в Завет, но акцент сделан на жене Иова, а читателями-христианами было обнаружено много параллелей с христианскими убеждениями, такими как Божье заступничество и прощение.

Раздел Завета, посвящённый друзьям Иова из Книги, ещё больше отклоняется от библейского повествования: вместо того чтобы жаловаться или упрекать Бога, Иов доказывает свою веру вопреки сетованиям своих друзей. Когда один из них покидает мероприятие, а другие пытаются обеспечить Иову врачебный уход, тот настаивает на истинности своей веры, и голос Божий требует от утешающих не упорствовать в их действиях. Большинство друзей внемлют голосу и начинают высмеивать того, который продолжил сожалеть о судьбе Иова.

Противоречащий[ | код]

Противоречащий появляется в прозаическом прологе в привычном образе «противника» и «отщепенца». Он предстаёт как одно из небесных существ, или Сынов Божьих (хотя он лишь «пришёл с ними») перед Господом и отвечает на вопрос, откуда он пришёл, словами: «От обхода земли, от скитаний по ней» (Иов 1:7).

Вопрос, ответ, а также начавшийся диалог говорят о том, что Противоречащий является членом божественного совета, наблюдающего за деятельностью людей с целью, прежде всего, выявить в ней недостатки. Таким образом, он выступает в качестве небесного прокурора, разыскивающего недостатки, и даже после отказа Иова похулить Всевышнего за внезапные несчастья после привычных милостей уверен в невозможности бескорыстной набожности и просит навлечь на Иова ещё более суровые испытания (Иов 2:3-5).

Сатана появляется лишь в прологе и очевидно не участвует в центральной части поэмы.

В Завете он появляется в значительно более негативном ключе. Его остервенение против Иова вызвано разрушением последним некоего неиудейского храма. Он нападает на Иова напрямую, но всякий раз терпит неудачу из-за терпения Иова, тогда как в библейском рассказе Иов лишается сил, но не теряет веры.

Жена Иова[ | код]

Супруга Иова упоминается в Книге лишь единожды в главе 2, когда она призывает его похулить Бога и умереть. Завет Иова добавляет несколько легендарных деталей: что её звали Ситис или Ситидос, что она продала свои волосы Противоречащему в обмен на серебро и еду и что она сама похулила Бога и от этого умерла.

Проблема зла[ | код]

Хотя в Книге и рассуждается о несчастьях Иова, она не вполне отвечает на вопрос, отчего Иов (или любой человек) терпит страдания и потерю близких и имущества. В Книге объясняется, что скорбь необязательно вызвана совершённым перед этим грехом. Господь может использовать скорбь, чтобы наделить человека опытом, дисциплинировать его, дать ему урок или действительно наказать. Причина страданий непознаваема.

Уважение и судьба[ | код]

Поощрил ли Господь или не дал ничего, уважение к Нему должно быть проявлено одинаково. При этом, когда «Господь взял», Иов «благословляет имя Господне». А Элиу учит его, что этот же принцип относится и к случаям, когда страдания одолевают без причины даже тех, кто праведен и незлобив.

История создания[ | код]

Рассказ об Иове изложен в особой библейской книге — «Книге Иова», занимающей в Библии место между книгой Эсфирь (она же книга Эстер) и Псалтирью (они же Псалмы, они же Техилим)[11]. О времени её происхождения и авторе, равно как и о характере самой книги, существует ряд различных мнений. По мнению одних, это вовсе не история, а благочестивый вымысел, по другим — в книге историческая быль перемешана с мифическими украшениями, а по мнению третьих, принятому и церковью, это вполне исторический рассказ о действительном событии. Те же колебания заметны и во мнениях касательно автора книги и времени её происхождения. По одним, автором её был сам Иов, по другим — Соломон (Шломо), по иным — неизвестное лицо, жившее не раньше Вавилонского пленения. Общее впечатление, выносимое из рассмотрения внутренних и внешних особенностей книги — в пользу её древности, которую можно определить с достаточной вероятностью.

История Иова относится ещё ко времени до Моисея[12][13] или, по крайней мере, к более раннему, чем широкое распространение Пятикнижия Моисеева. Молчание в этом повествовании о законах Моисея, патриархальные черты в жизни, религии и нравах — всё это указывает на то, что Иов жил ещё в домоисеевскую эпоху библейской истории, вероятно, в конце её, так как в его книге видны уже признаки высшего развития общественной жизни. Иов живёт с значительным блеском, часто посещает город, где его встречают с почётом, как князя, судью и знатного воина. У него встречаются указания на суды, писанные обвинения и правильные формы судопроизводства. Люди его времени умели наблюдать за небесными явлениями и делать из них астрономические заключения. Есть указания и на рудокопни, большие постройки, развалины гробниц, а также на крупные политические перевороты, при которых повергались в рабство и бедственное состояние целые народы, наслаждавшиеся дотоле независимостью и благосостоянием. Можно вообще думать[14], что Иов жил во время пребывания евреев в Египте.

Возможный шумерский источник[ | код]

В своей книге «История начинается в Шумере» ассириолог и шумеролог Сэмюэл Ноа Крамер даёт перевод одного шумерского текста, который имеет заметные параллели с Книгой Иова. Автор делает из этого вывод, что еврейский сюжет был если не позаимствован, то навеян шумерским первоисточником, что было обычно в ту эпоху (ср. рассказ о потопе, также навеянный шумерскими сюжетами)[15].

Позднейшие вставки и дополнения[ | код]

В той форме, в которой мы видим Книгу Иова в настоящее время, в тексте центральной поэмы содержатся различные позднейшие вставки. Существует несколько гипотез относительно этих вставок:

  • «Параллельные тексты» — параллельные сюжеты, имеющие общие связующие эпизоды в базовом тексте
  • Речь Элиу (главы 32—37) представляет собой полемику с идеями, выраженными другими персонажами поэмы, и является пояснительной вставкой. Элиу не упоминается в прологе вместе с тремя друзьями, и его речь противоречит фундаментальным взглядам «друзей-обвинителей» в поэме, согласно которым невозможно, чтобы праведник страдал, и страдание означает наказание. Элиу же утверждает, что страдания навлекаются на праведников в качестве предупреждения более серьёзных грехов, для морального совершенствования. Они позволяют показать много бо́льшую веру и подчинение милосердному Богу перед лицом несчастья, что встречается и в других текстах Ветхого и Нового Заветов и достигает высшей точки в идее о Мессии как о страдающем слуге[16] (в иудаизме Страдающий Слуга воплощён всем израильским народом целиком и не персонифицирован одним Мессией).

Ещё бо́льшим предметом споров учёных является «идентичность» предполагаемых поправок и изменений в речи Иова, которые по некоторым гипотезам были совершены с целью привести её в соответствие с учением о вознаграждении. Классическим примером основания для таких гипотез является чрезвычайно сложный для перевода последний стих речи Иова[17]. Классический синодальный перевод передаёт слова Иова, как «Поэтому я отрекаюсь и раскаиваюсь в прахе и пепле». Эти слова перекликаются с речами Иова в основной части поэмы и с тем, что восстановление Иова не было бы возможно без смиренного принятия им своей смертности перед лицом божества во всём его величии и мощи.

Восприятие Книги Иова в монотеистических религиях[ | код]

Книга Иова в иудаизме[ | код]

В Талмуде Иов упоминается неоднократно. Иудейская библейская традиция никогда не сомневалась в его существовании, и он считался реальным и могущественным персонажем. Согласно Талмуду (трактат Сота), Иов был одним из трёх советников фараона периода Исхода, перед тем как было принято решение относительно «сынов Израилевых», умножавшихся пугающими темпами (глава Шмот) в период рождения Моисея. Валаам даёт роковой совет, убеждая фараона убить всех новорождённых евреев мужского пола; Иофор, наоборот, отговаривает фараона вредить евреям; а Иов, хотя и несогласный с планами фараона, сохраняет молчание. Именно за это молчание Бог и накажет его впоследствии незавидной судьбой.

Другой мидраш описывает самого Иова как фараона времён Моисея. Эта идея, вероятно, аллегорична и оправдывает испытания Иова как наказание за то, что он оставил израильтян страдать в египетском рабстве (вывод: если у человека есть возможность помешать страданию, он должен ею воспользоваться).

Талмуд (трактат Бава Батра 15а-16b) пытается уточнить исторические рамки жизни Иова: согласно двум традициям, он жил во времена Авраама или Иакова. Леви бен Ла’ма утверждал, что Иов жил во времена Моисея, который, якобы, и написал Книгу Иова. Другие считают, что она написана самим Иовом (см. Иов 19:23-24 «О, пусть бы записали мои слова, пусть бы в книгу их занесли…»), Элиу или Исаией.

Меньшая часть раввинов-мудрецов во главе с Решем Лакишем считала, что Иов не существовал (см. Бава Батра 15а и Брешит Раба 68). По их мнению, Иов был литературным образом пророка для написания божественного послания или притчи. С другой стороны, множество рассуждений Талмуда посвящено доказательствам расположения места жительства Иова, при этом приведено большое число мнений и толкований мудрецов.

Иов также упоминается в Талмуде по следующим случаям[18]:

  • Покорность Иова своей судьбе (Псахим 2b)
  • Во времена благополучия Иова всякий, кто сотрудничал с ним, будь то в купле или продаже, был благословен (там же 112a)
  • Благополучие Иова было вознаграждением за его великодушие (Мегила 28a)
  • Царь Давид, Иов и Иезекииль описали длину Торы, не дав ей числового выражения (Эрувин 21a)

Согласно Талмуду, на момент происшествия с Иовом истории, описанной в Книге, ему было 70 лет от роду.

Иудейская литургическая практика[ | код]

Книга Иова редко используется в иудейском богослужении полностью (хотя многие стихи используются постоянно, особенно на похоронах и во время траура). Однако это одна из двух книг, наряду с Книгой плача Иеремии и её мидрашическими комментариями, изучение которых разрешено 9 Ава (в день поста в память о разрушении Иерусалимских храмов и других трагедий). Помимо вопроса «Кто может понять пути Господней справедливости?», в ней передаётся столь оптимистичная, сколь и суровая идея, перекликающаяся с двумя последними стихами Плача Иеремии: «Совершенно безразлично, какую боль и степень несчастья мы испытываем, ведь Бог нас не оставил».

Кантилляции Книги Иова по сефардской традиции отличаются от кантилляций других библейских книг[19].

Мистический подход[ | код]

Моше бен Нахман (Рамбан) дал наиболее мистический из всех комментариев к Книге Иова. Согласно мистическому подходу, Иов был наказан за то, что был еретиком, а одна из причин считать так, как полагают, изложена в главе 3, где он сам машинально, с полным убеждением в своей невинности предполагает, что Бог не имеет права его так наказывать. Другая причина состоит в том, что он не верит в перевоплощение (гилгул а-нефашот). Он считает, что, как только человек умирает, всё для него заканчивается, и ни разу не упоминает про загробную жизнь. В итоге, по мнению Рамбана, Книга Иова в целом указывает на то, что перевоплощение и является настоящим ответом на вопрос о вознаграждении.

Для Иова, отражающего взгляды Аристотеля, Бог оставил мир под небесными светилами, как следует из стиха «Да сгинет день, в который рождён я» (Иов 3:2). Иов проклинает день своего рождения, потому что он придаёт ему несчастливое в астрологическом смысле значение.

По мнению Моше бен Нахмана, дети Иова не погибли в начале истории, а попали в рабство, из которого в конце были освобождены.

Книга Иова в христианстве[ | код]

Христиане признают каноничность Книги Иова в рамках Ветхого Завета. В Новом Завете Иов упоминается как пример твёрдости в страдании (Иаков 5:11).

В Новом Завете присутствует ряд ссылок на Книгу Иова, особенно в Посланиях:

  • Отк. 9:6 содержит намёк на Иов 3:21, Отк. 14:10 и Отк. 19:15 — на Иов 21:20, Отк. 16:21 — на Иов 38:22-23.
  • 2 Фес. 2:8 содержит ссылку на Иов 4:9.
  • 1 Кор. 3:19 цитирует Иов 5:13, а 1 Кор. 4:5 основан на Иов 12:22.
  • В Евр. 12:5, Иак. 1:12 и Отк. 3:19 рассуждается о Иов 5:17 и Иов 23:10.

Заявление Иова «Я знаю: мой Заступник жив» (19:25) интерпретируется как протохристианское и представляет основу для ряда христианских песнопений.

Многие христиане считают Иова историческим предтечей Иисуса Христа — человека, наиболее безосновательно страдающего из всех страдающих по провидению и воле Господа.

Лютер восхищался языком Ветхого Завета и находил Книгу Иова грандиознейшей и прекраснейшей книгой Священного писания. В своём предисловии к Книге Иова он описывает трудности, с которыми столкнулись её переводчики[20].

Эрнест Ренан в своей книге «Книга Иова» пишет: «Язык Книги Иова — это самый чистый, самый точный, самый классический еврейский язык. В нём содержатся все качества древнего стиля: лаконичность, стремление к загадочности, энергичная, будто отчеканенная манера, эта широта смысла, далёкая от всякой скудости, которая оставляет нашему духу предмет для разгадок, этот чарующий тембр, будто отлитый из чистого и прочного металла»[21].

Книга Иова в исламе[ | код]

В Коране Иов именуется Айюб (араб. أيوب‎) и считается пророком ислама.

В народной палестинской традиции местом испытаний Айюба является Эль-Джура — деревня неподалёку от города Эль-Мадждаля (современный и библейский Ашкелон). Именно там Бог наградил его источником молодости, который лечил все его болезни. Деревня Эль-Джура была местом ежегодных 4-дневных празднеств, во время которых люди высокой веры собирались вместе и купались в природном источнике.

По-арабски имя Айюб символизирует терпение, несмотря на то что оно не означает «терпение» в буквальном смысле.

В Турции Иов известен как Эйюп и по легенде похоронен в деревне Эйюп-Неби около Вираншехира, рядом с пророком Илией.

Ещё одна предполагаемая могила Иова существует в окрестностях города Салалы в Омане.

Восприятие Книги Иова в искусстве и философии[ | код]

Книга Иова в философии[ | код]

Иудейская философия[ | код]
  • Маймонид рассуждает о Книге Иова в главах 22 и 23 в своём Путеводителе растерянных. По его мнению, каждый из друзей Иова представляет собой великую школу мысли, отличную от Бога и провидения. Билдад, например, воплощает типичную иудейскую точку зрения о том, что добродетель вознаграждается Богом (Иов 8:6-8), хотя и нужно хорошенько потерпеть, чтобы дождаться этого вознаграждения. Поэтому, если Иов действительно добродетелен, как он утверждает, Бог в итоге его вознаградит. Взгляды Иова же сходны с взглядами Аристотеля, который считает, что Бог уничтожает и невинных, и виновных (Иов 9). А такой взгляд исключает провидение, хотя даже Иов верит в Его существование.
По мнению Маймонида, адекватный взгляд на провидение представляет Элиу, наставляющий Иова, что нужно изучить свою религию (Иов 33). Этот подход соотносится с выражением «единственная в мире приемлемая религия — это изученная религия». Формальная религия, как у Иова в начале истории, никогда не является достаточной. Нужно глубоко рассмотреть значение религии, чтобы в полной мере оценить её и сделать её настоящей частью своей жизни. Элиу верил в концепцию божественного провидения, где награда и наказание причитаются в индивидуальном порядке, а не только автоматически. Он верил, как считает Маймонид, что нужно разумно исповедовать свою религию. Чем больше изучаешь свою религию, тем больше вознаграждаешь себя или находишь её вознаграждающей. В начале истории Иов — один из набожных людей, но он не изучал свою религию, то есть он не философ и не имеет ангела-хранителя. Он слишком недостаточно мудр, просто благодаря Бога за милости. Бог, согласно Элиу, не решал наказать Иова, а оставил его один на один с недружелюбными природными силами.
Современный экзистенциализм[ | код]
  • Русский философ-экзистенциалист Лев Шестов, называвший себя евреем-агностиком, рассматривал Иова как воплощение борьбы между разумом (предлагающим общие решения, которые, очевидно, не объясняют сложных явлений) и верой в своего собственного Бога (и, как следствие, гневом на него в случае разочарования). Шестов фактически сделал свою теорию об Иове одной из основ своей философии (он широко критиковал историю западной философии, которую он рассматривал, грубо говоря, как монументальную битву между Разумом и Верой, Афинами и Иерусалимом, светской и религиозной точек зрения):
«Вся книга — это одно непрерывное состязание между „воплями“ многострадального Иова и „размышлениями“ его благоразумных друзей. Друзья, как истинные мыслители, глядят не на Иова, а на „общее“. Но Иов об „общем“ и слышать не хочет, он знает, что общее глухо и немо — и с ним нельзя разговаривать. „Я к Вседержителю хотел бы говорить, и представить мои доказательства Богу желал бы“ (13:3). Друзья в ужасе от слов Иова: они убеждены, что с Богом нельзя разговаривать и что Вседержитель озабочен прочностью своей власти и неизменностью своих законов, а не судьбами созданных им людей. Может быть, убеждены, что он вообще не знает никаких забот, а только властвует. Оттого и отвечают: „О ты, терзающий душу свою в гневе своём! Ужели для тебя опустеть земле и сдвинуться скале с места своего?“ (18:4). И точно, неужто из-за Иова скалам сдвигаться? И необходимости поступиться святыми правами своими? Ведь это предел человеческого дерзновения, ведь это „бунт“, „мятеж“ одинокой человеческой личности пред вечными законами всеединства бытия!»[22].
  • Датский философ и теолог Сёрен Кьеркегор интерпретировал Книгу Иова в своём «Повторении». Он представляет Иова смутно предвидевшим переход от этической стадии (мораль осмысливается в рамках добра и зла, награды и наказания) к стадии религиозной (когда Личность одна перед Богом и имеет лишь личные и абсолютные обязательства давать отчёт одному лишь Богу; эта стадия, по выражению Ницше, «по ту сторону добра и зла»).

Книга Иова в искусстве[ | код]

В Средние века Иов изображался покровителем музыки и музыкантов. На одной брюссельской картине XV века Иов показан раздающим золотые монеты музыкантам за то, что они играют. По легенде Иов соскрёб струпья со своего тела, и они превращались в золотые монеты, как только выпадали из его рук.

  • Композитор Томас Луис де Виктория начинает свой Officium defunctorum (1603) вторым отрывком Матина Taedet animam meam, текст которого соответствует семи первым стихам главы 10 Книги Иова.
  • Гёте в «Фаусте» был вдохновлён библейским рассказом, в частности, создавая «Пролог на небесах» — беседу Господа с Мефистофелем.
  • Лев Шестов в работе «На весах Иова (Странствования по душам)» (1929) проникся библейским персонажем, перенёсшим «неслыханные испытания» и в результате чего задавшимся вопросами, которые действительно имеют значение для человека.
  • Фильм Андрея Звягинцева «Левиафан» (2014) размышляет о коррупции и метафизике власти, и эти размышления навеяны отчасти Книгой Иова и отчасти — Левиафаном Гоббса. Искупление прошлого, его переоценка и преодоление представлены в фильме, как в высшей степени загадочная фатальность. Фильму удалось померяться силами с этими двумя произведениями, и он их довольно удачно объединил в себе[23].
  • Фильм братьев Коэнов «Серьёзный человек» некоторыми критиками[24] рассматривается как современное переложение Книги Иова.
  • В романе Альфреда Дёблина «Берлин Александрплатц», в главе «Беседа с Иовом, дело за тобой, Иов, но ты не хочешь» персонажа спрашивают о наличии у него реальной воли к выздоровлению.
  • Книга была включена в список 100 лучших книг всех времён по версии Норвежского книжного клуба, который для составления списка провёл опрос 100 писателей по всему миру[25].
  • Фантастический роман Роберта Хайнлайна «Иов, или Осмеяние справедливости».

Влияние на поп-культуру[ | код]

  • В романе Дэна Брауна «Код да Винчи» обнаруживается табличка с выгравированным на ней стихом Иов 38:11[26], указывающим «тупик» в цепочке знаков.
  • В фильме «Миссия невыполнима» контакт Итана Ханта с его партнёрами происходит посредством страницы с рассуждениями Иова (Иов 3:14).
  • В песне группы Golden Earring «Twilight Zone» и видеоклипе к ней убийца, удручённый судьбой и живущий в бедности, ищет спасение в эзотерических знаках (снимает колоду карт и др.) и продолжает страдать, общаясь с дьвольскими незнакомцами (женщиной на кабриолете) на виду у зловредной театральной публики (диктаторы, военачальники и др.), олицетворяющей собой зло.
  • В сериале «Южный Парк», в серии «Картманленд» родители Кайла Брофловского рассказывают ему о Книге Иова, чтобы убедить его не отказываться от своих убеждений.
  • Фильм Терренса Малика «Древо жизни» начинается цитатой из главы 38 Книги Иова.
  • В датском фильме Андерса Томаса Йенсена «Адамовы яблоки» сюжет Книги Иова повторяется в современной церкви, но главный герой отрекается от своей веры.
  • Персонаж агента Нельсона Ван Халдена из американского сериала «Подпольная империя» ссылается на Книгу Иова в 10-й серии 3-го сезона, во время ужина с Алем Капоне цитируя первые слова Библии короля Якова (англ. There was a man in the land of Uz, whose name was Job; and that man was perfect and upright, and one that feared God, and eschewed evil). Эта ссылка подчёркивает связь между библейским персонажем и персонажем сериала.
  • В третьем томе саги «Тёмные начала» «Янтарное зеркало» эпиграф в начале главы цитирует Книгу Иова.
  • В фильме Винченцо Натали «Кодер» номер телефона контакта Моргана Салливана является акростихом стиха Иов 13:17.

См. также[ | код]

Примечания[ | код]

  1. ↑ Хронологии Иеронима Стридонского и Джеймса Ашшера относят Моисея к XVI в. до н. э. Талмудический же иудаизм относит его к XIII в. до н. э. Уильям Девер также считает, что личность, на которой основан персонаж Моисея, могла проживать в этот период.
  2. ↑ E. A. Knauf, P. Guillaume. Introduction à l'Ancien Testament. — С. 595-596.
  3. ↑ R. Kugler, P. Hartin. An Introduction to the Bible. — С. 193.
  4. ↑ Книга Иова / Поэзия и проза Древнего Востока. — Пер. С. Аверинцева. — Библиотека всемирной литературы. — М., 1973.
  5. ↑ Иов, 1:9-11.
  6. ↑ Иов, 1:17-22.
  7. ↑ Иов, 2:1-10.
  8. ↑ Иов, 2:11-13. От этих стихов происходит одна из галах похоронных обрядов иудаизма: в присутствии носящего траур не начинать речь первым.
  9. ↑ Бердяев Н. А.   "Дух и реальность, гл. 5. Зло и страдание как проблемы духа"
  10. ↑ http://www.library.uu.nl/digiarchief/dip/diss/2004-0205-103455/c3.pdf
  11. ↑ Псалтирь (рус.) // Мень А. Библиологический словарь. — М.: Фонд имени Александра Меня, 2002. — Т. 2. — ISBN 5-89831-020-7. Архивировано 25 февраля 2015 года.
  12. ↑ Толкование Библии, Книга Иов.
  13. ↑ Когда Жил Иов? — ruBible.com | Синодальный Перевод
  14. ↑ Иов многострадальный — праведный | Жития святых Дмитрия Ростовского
  15. ↑ Kramer S. N. History Begins at Sumer: Thirty-Nine Firsts in Man’s Recorded History. 1956/1-e (25 firsts), 1959/2-e (27 firsts), 1981/3-e. — University of Pennsylvania Press. ISBN 0-8122-7812-7.
  16. ↑ Исаия 53.
  17. ↑ 42:6 — עַל-כֵּן, אֶמְאַס וְנִחַמְתִּי-- עַל-עָפָר וָאֵפֶר
  18. ↑ Mordechai Torczyner’s WebShas — Intelligent Topical Index to the Talmud: Biblical Figures: Iyov — Job
  19. ↑ Иудейские кантилляции: Sephardic Cantillations for the Book of Job Архивная копия от 20 октября 2008 на Wayback Machine by David M. Betesh and the Sephardic Pizmonim Project
  20. ↑ Théobald J.-G., Fromentoux M., Guillaume Mgr P.-M. Luther. — С. 178. https://books.google.fr/books?isbn=2755401516
  21. ↑ s:fr:Le Livre de Job (Renan)/Étude sur l’âge et le caractère
  22. ↑ http://www.odinblago.ru/filosofiya/shestov/shestov_l_umozrenie_i_ap/
  23. ↑ Pierre Gonzales iz neR
  24. ↑ A Serious Man :: rogerebert.com :: Reviews
  25. ↑ Dette er Verdensbiblioteket. Norsk Bokklubben (2016). Проверено 25 июня 2016.
  26. ↑ […]Доселе — а дальше нет[…]

Литература[ | код]

Ссылки[ | код]

ru.wikibedia.ru

Иова книга Википедия

Кни́га И́ова (ивр. ‏סֵפֶר אִיוֹב‏‎, Се́фер Ио́в) — 16-я часть Танаха, 3-я книга Ктувим, часть Библии (Ветхого Завета). Книга Иова, за исключением пролога и эпилога, написана высокопоэтическим языком и читается как поэма, которая не раз и переводилась в стихотворной форме (см. например, русский перевод Фёдора Глинки). Тема поэмы касается причин болезней, горя и зла вообще.

Книга Иова имела многочисленных толкователей, от древнейших времён до новейших. Из древних её толковали Ефрем Сирин, Григорий Великий, Августин Блаженный, Маймонид и другие. Многие из них классически пытались примирить сосуществование зла и Бога (что Лейбниц назвал термином теодицея).

Содержание

В этом драматическом повествовании Сатана (буквальный перевод — Противоречащий[4]) обвиняет Иова перед Богом в наигранной богобоязни, утверждая, что если повергнуть Иова в скорбь, то он отвернётся от Всевышнего. Бог решает доказать Противоречащему, что раб его Иов останется верным ему, даже находясь в страдании. Бог разрешает дьяволу покарать Иова. К Иову приходят трое очень благоразумных друзей, которые спорят с ним о причинах его страданий. Иов отвечает каждому из них. В итоге Элиу (Елиуй), 4-й собеседник Иова, узнаёт истинную причину этого испытания. Книга завершается речью Всевышнего, Иов с друзьями смиряются и каются перед жертвенником, а Бог помогает Иову, возвращая ему всё отнятое ранее.

Глава 1 и Глава 2 представляют собой предисловие к самой истории. Главы с третьей по тридцать первую пересказывают поочерёдные рассуждения Иова и его 3 друзей. В главах 32—37 рассказывается мнение Элиу, четвёртого друга, который обвиняет Иова в других грехах, нежели трое других гостей. Главы 38—42 образуют заключение Книги, где Иов убеждается, что он вёл себя праведно с самого начала.

Структура

Сюжет сводится к испытанию Иова, его обстоятельствам и сути, к стойкости Иова и окончанию испытания. Книга состоит из:

  1. историческое вступление в прозе (гл. 1—2).
  2. учёный спор и его решение в стихах (гл. 3—42:6). Сетования Иова (гл. 3) вызывают учёный спор, представленный в форме диалога с Иовом каждого из троих друзей. Первый диалог даёт начало спору (гл. 4—14), второй — усиливает его (гл. 15—21), третий — высшая степень спора (гл. 22—27). Иов хочет испытать Бога, дав «клятву невинности» (гл. 27—31). Спор разрешается с помощью новаторских терминов и понятий, озвученных Элиу, ещё одним слушателем всего разговора, который обвиняет Иова в других грехах, нежели трое его друзей, и советует сделать обращение к Богу. После этого Иов смиренно признаётся в собственной ошибке и глупости (гл. 42:1—6). Раскаяние Иова — поворотная точка повествования, которая и являлась главной целью испытания в целом. Восстановление божественного милосердия и сострадания завершают рассказ.
  3. третья часть, историческое заключение в прозе (гл. 42:7—15).

1-я и 3-я части, по-видимому, имеют другую тональность повествования, чем основная диалогическая часть, и они могут быть поданы от лица Элиу, так как совпадают с его точкой зрения (его имя и переводится буквально ивр. ‏‏אֱלִיהוּא‏‎‏ — «Эль мой Он»).

Сюжет

Испытания Иова

Иов, житель страны Уц, был человеком большой честности, добродетели и набожности. Он имел очень много слуг и голов скота, что представляло в то время главное богатство в том числе для арабских и идумейских вождей. У него было семь сыновей и три дочери, и он пользовался большим уважением среди всех народов по обоим берегам Евфрата.

Его сыновья имели обыкновение собираться на пиршества по очереди в гостях друг у друга, и когда пиршества проходили у всех братьев, Иов созывал их и творил над ними очищение, преподнося жертвы, если один из них согрешил против Бога против своей воли или в глубине души. Сам же он ненавидел несправедливость, идолопоклонство, плутовство и прелюбодеяние, не имел плохих мыслей, был щедр с бедняками, вдовами и сиротами, слепцами и калеками.

Однажды Сыны Божьи вместе с Противоречащим предстали перед Господом. Противоречащий, неспособный на безусловную любовь к человеку, предлагает испытать Иова, «человека богобоязненного»[5]. Господь соглашается и на первый раз даёт ему разрешение протянуть руку на всё имущество Иова, но не на него самого; тогда трое слуг приносят Иову вести о событиях, погубивших и уведших его скот, после которых выжили только они. Четвёртый слуга сообщает о гибели его сыновей и дочерей. Иов встаёт, раздирает свою одежду и падает на землю со словами: «Наг вышел я из родимых недр и наг возвращусь назад. Господь дал, Господь взял — благословенно имя Господне!»[6].

Поскольку Иов не высказал никакого порицания божественному провидению, Противоречащий просит разрешения поразить его тело, что Господь и дозволяет ему при условии, что Противоречащий сохранит его в живых. Противоречащий поражает Иова «злыми язвами» (вероятно, проказой), после чего тот берёт черепок, чтобы соскребать с себя гной, и садится на пепел. Жена Иова призывает его похулить Бога и умереть, но он «не погрешил устами своими»[7].

Трое друзей Иова: Элифаз из Темана, Билдад из Шуаха и Цофар из Наамы, — прослышавшие о его несчастьях, приходят к нему, чтобы пожалеть и утешить его (об Элиу из рода Буз вначале ничего не говорится, и он «появляется» лишь в главе 32). Видя страдания их друга, которого они поначалу не узнали, они посыпают головы пеплом и садятся с ним рядом на семь дней в полном молчании, пока Иов сам не начинает свою речь[8].

Речи Элифаза, Билдада и Цофара

Друзья Иова высказывают и отстаивают своё предположение, что, поскольку Бог справедлив, всякий познавший судьбу столь незавидную, как у Иова, обязательно получает её в качестве наказания за неповиновение Божьим заповедям. По мере продвижения разговора они всё настойчивее упрекают Иова в нежелании покаяться в своих грехах, хотя сами они едва ли могут предположить, в чём именно он грешен. Они продолжают считать, что Иов — грешник, заслуживший своё наказание, и согласно наивной теологии предполагают, что Бог вознаграждает добро и карает зло безо всяких исключений. По их мнению, Бог мог бы дозволить ему страдать лишь в качестве расплаты.

Речь Иова

Иов, убеждённый в своей невинности, настаивает, что его страдания не могут быть наказанием за грехи и что у Бога нет причин его наказывать. Однако он упорно отказывается проклясть Его имя.

Речь Элиу

Элиу выбирает путь посредничества, поддерживая верховенство, справедливость и милосердие Бога. Его сильно разгневали как доводы троих друзей, так и то, что Иов в неправильном свете представил Божью справедливость, подрывая доверие к ласковой природе Бога.

Элиу говорит, что в силу своего молодого возраста он ждал, пока выскажутся все присутствующие, но добавляет, что «мудры вовсе не те, кто дряхл», а ум даётся божественным вдохновением. Его «пророческая» или, по меньшей мере, вдохновенная речь описывает могущество Бога, искупление и абсолютную справедливость всех Его деяний. Бог одновременно всемогущ и справедлив, готов предупреждать и прощать.

За свою речь и характерный тон Элиу не будет осуждён Господом в конце всей истории, тогда как трое друзей получат божественное порицание. Иов при этом никак не отвечает ни на нападки Элиу, ни на его идеи о причинах такого отношения к нему Бога.

Ответ Господа Иову

После многочисленных циклов реплик Иова и его друзей из «тучи» или из «бури» слышится голос Господа, который выразительно и лирично описывает, что́ значит быть ответственным за весь мир, и риторически вопрошает Иова, имел ли тот когда-либо подобный божественный опыт.

В своём ответе Бог подчёркивает, что Иов делит этот мир с многочисленными, могущественными и поразительными существами, в том числе с Бегемотом и Левиафаном, каждое из которых имеет свои цели в жизни и свои потребности, которые Бог должен обеспечивать, и голод молодняка может быть утолён лишь отнятием жизни у кого-то другого. Имел ли Иов хоть малую часть этого опыта в мире, в котором он живёт? Понимает ли он, что́ значит отвечать за весь мир? Иов признаёт, что он не понимает этого, и просит Господа его простить.

В развязке Бог гневается на троих друзей Иова за их упорство в ошибочном толковании намерений и деяний Бога и приказывает им принести за себя жертву всесожжения тельцов и овнов, попросив Иова помолиться за них. Незамедлительно Господь «повернул к возврату путь Иова», вернув ему всё отнятое ранее в двойном размере и дав ему 10 детей. Его дочери были красивейшими на земле и получили наследство при жизни отца. Иов прожил насыщенную жизнь и умер от старости.

Интерпретации

Судьба Иова есть как бы прототип человеческой судьбы на земле. Древнееврейскому народу было свойственно убеждение, что блага жизни и счастье даются человеку за добродетельную жизнь. И если блага жизни у него отнимаются и он становится несчастным, то это значит, что добродетель его пошатнулась и он согрешил. Награда и наказания даются человеку ещё в пределах земной жизни. При таком сознании трудно понять безвинное страдание. Его не могли понять друзья — утешители Иова. Иов был благочестивый и добродетельный человек, он всегда почитал Бога и был покорен Его закону. Но вот у такого человека отнимаются все блага жизни, и он становится несчастнейшим из людей, страдания его непереносимы. Утешавшие его друзья старались найти у Иова какие-либо прегрешения, которые оправдали бы его несчастную судьбу, как целесообразную и осмысленную. Но Иов настаивал на своем. Он восстал против Бога и боролся против Бога, взывал к божественной справедливости. Бог оправдал Иова и осудил его утешителей. Людям очень трудно отказаться от целесообразности всего происходящего в мире и, значит, трудно понять безвинное страдание. Многим кажется, что если есть безвинное страдание, то, значит, нет Бога, нет промысла Божьего.

Толкование текста в основном строится вокруг вопроса «Всегда ли несчастье происходит от божественного наказания?». Трое друзей Иова ответили бы на этот вопрос положительно, утверждая, что его несчастья являются доказательством грехов, которые он не мог не совершить. Его друзья также уверены в обратном: что удача всегда происходит от божественного поощрения, — и если бы Иов покаялся, то она снова бы ему улыбнулась.

Однако Иов утверждает и уверяет, что он добродетелен и что его несчастье не наказание, и это позволяет говорить (что и делает его жена) о деяниях Бога по простой прихоти, за что Его можно похулить, обрекая себя на смерть. Иов отвечает ей: «Приемлем мы от Бога добро — ужели не примем от Него зло?». В кульминации книги Бог отвечает Иову встречным вопросом: где был он, Иов, когда Бог создавал мир, и может ли он отличать зло от добра?

Сам этот ответ можно интерпретировать по-разному: можно прочесть в нём унижение Иова, но этот ответ и возможность при жизни наблюдать самого Бога парадоксальным образом утешают его, и это наводит на мысль, что автора книги более беспокоила тема присутствия Бога в жизни людей, чем вопрос о Его справедливости. Глава 28 отметает все попытки человека понять пути Господни.

Прозаические эпизоды ещё более усложняют книгу:

  • Во введении Бог, беседуя с Противоречащим, позволяет тому протянуть руку на Иова и его семью.
  • В заключении, когда Бог возвращает Иову и его семье богатство, а также, очевидно, его здоровье, это, вероятно, указывает на то, что идеальная вера поощряется Господом. При этом Бог гневается на друзей Иова, поскольку только Иов правдиво представил Его истинную природу, а все его друзья ошибались, утверждая, что человеку воздаётся за его веру и добродетель.
  • Лишь после жертвоприношений друзей Иова и его молитв за них в качестве «жреца» Бог восстанавливает его благополучие.

Завет Иова

В псевдоэпиграфической книге «Завет Иова» (1 в. до н. э. — 1 в. н. э.) ведётся параллельный Книге Иова рассказ, состоящий из таких легендарных эпизодов, как судьба супруги Иова, наследство его дочерей и его потомство.

Пользуясь методами иудейской аггады[10], Завет дополняет Книгу деталями, делая из Иова египетского царя. Как и многие апокрифы-«заветы», рассказ начинается предсмертной болезнью Иова, когда он созывает своих сыновей и дочерей, чтобы дать им свои последние наказы и поучения. Все персонажи из Книги перешли и в Завет, но акцент сделан на жене Иова, а читателями-христианами было обнаружено много параллелей с христианскими убеждениями, такими как Божье заступничество и прощение.

Раздел Завета, посвящённый друзьям Иова из Книги, ещё больше отклоняется от библейского повествования: вместо того чтобы жаловаться или упрекать Бога, Иов доказывает свою веру вопреки сетованиям своих друзей. Когда один из них покидает мероприятие, а другие пытаются обеспечить Иову врачебный уход, тот настаивает на истинности своей веры, и голос Божий требует от утешающих не упорствовать в их действиях. Большинство друзей внемлют голосу и начинают высмеивать того, который продолжил сожалеть о судьбе Иова.

Противоречащий

Противоречащий появляется в прозаическом прологе в привычном образе «противника» и «отщепенца». Он предстаёт как одно из небесных существ, или Сынов Божьих (хотя он лишь «пришёл с ними») перед Господом и отвечает на вопрос, откуда он пришёл, словами: «От обхода земли, от скитаний по ней» (Иов 1:7).

Вопрос, ответ, а также начавшийся диалог говорят о том, что Противоречащий является членом божественного совета, наблюдающего за деятельностью людей с целью, прежде всего, выявить в ней недостатки. Таким образом, он выступает в качестве небесного прокурора, разыскивающего недостатки, и даже после отказа Иова похулить Всевышнего за внезапные несчастья после привычных милостей уверен в невозможности бескорыстной набожности и просит навлечь на Иова ещё более суровые испытания (Иов 2:3-5).

Сатана появляется лишь в прологе и очевидно не участвует в центральной части поэмы.

В Завете он появляется в значительно более негативном ключе. Его остервенение против Иова вызвано разрушением последним некоего неиудейского храма. Он нападает на Иова напрямую, но всякий раз терпит неудачу из-за терпения Иова, тогда как в библейском рассказе Иов лишается сил, но не теряет веры.

Жена Иова

Супруга Иова упоминается в Книге лишь единожды в главе 2, когда она призывает его похулить Бога и умереть. Завет Иова добавляет несколько легендарных деталей: что её звали Ситис или Ситидос, что она продала свои волосы Противоречащему в обмен на серебро и еду и что она сама похулила Бога и от этого умерла.

Проблема зла

Хотя в Книге и рассуждается о несчастьях Иова, она не вполне отвечает на вопрос, отчего Иов (или любой человек) терпит страдания и потерю близких и имущества. В Книге объясняется, что скорбь необязательно вызвана совершённым перед этим грехом. Господь может использовать скорбь, чтобы наделить человека опытом, дисциплинировать его, дать ему урок или действительно наказать. Причина страданий непознаваема.

Уважение и судьба

Поощрил ли Господь или не дал ничего, уважение к Нему должно быть проявлено одинаково. При этом, когда «Господь взял», Иов «благословляет имя Господне». А Элиу учит его, что этот же принцип относится и к случаям, когда страдания одолевают без причины даже тех, кто праведен и незлобив.

История создания

Рассказ об Иове изложен в особой библейской книге — «Книге Иова», занимающей в Библии место между книгой Эсфирь (она же книга Эстер) и Псалтирью (они же Псалмы, они же Техилим)[11]. О времени её происхождения и авторе, равно как и о характере самой книги, существует ряд различных мнений. По мнению одних, это вовсе не история, а благочестивый вымысел, по другим — в книге историческая быль перемешана с мифическими украшениями, а по мнению третьих, принятому и церковью, это вполне исторический рассказ о действительном событии. Те же колебания заметны и во мнениях касательно автора книги и времени её происхождения. По одним, автором её был сам Иов, по другим — Соломон (Шломо), по иным — неизвестное лицо, жившее не раньше Вавилонского пленения. Общее впечатление, выносимое из рассмотрения внутренних и внешних особенностей книги — в пользу её древности, которую можно определить с достаточной вероятностью.

История Иова относится ещё ко времени до Моисея[12][13] или, по крайней мере, к более раннему, чем широкое распространение Пятикнижия Моисеева. Молчание в этом повествовании о законах Моисея, патриархальные черты в жизни, религии и нравах — всё это указывает на то, что Иов жил ещё в домоисеевскую эпоху библейской истории, вероятно, в конце её, так как в его книге видны уже признаки высшего развития общественной жизни. Иов живёт с значительным блеском, часто посещает город, где его встречают с почётом, как князя, судью и знатного воина. У него встречаются указания на суды, писанные обвинения и правильные формы судопроизводства. Люди его времени умели наблюдать за небесными явлениями и делать из них астрономические заключения. Есть указания и на рудокопни, большие постройки, развалины гробниц, а также на крупные политические перевороты, при которых повергались в рабство и бедственное состояние целые народы, наслаждавшиеся дотоле независимостью и благосостоянием. Можно вообще думать[14], что Иов жил во время пребывания евреев в Египте.

Возможный шумерский источник

В своей книге «История начинается в Шумере» ассириолог и шумеролог Сэмюэл Ноа Крамер даёт перевод одного шумерского текста, который имеет заметные параллели с Книгой Иова. Автор делает из этого вывод, что еврейский сюжет был если не позаимствован, то навеян шумерским первоисточником, что было обычно в ту эпоху (ср. рассказ о потопе, также навеянный шумерскими сюжетами)[15].

Позднейшие вставки и дополнения

В той форме, в которой мы видим Книгу Иова в настоящее время, в тексте центральной поэмы содержатся различные позднейшие вставки. Существует несколько гипотез относительно этих вставок:

  • «Параллельные тексты» — параллельные сюжеты, имеющие общие связующие эпизоды в базовом тексте
  • Речь Элиу (главы 32—37) представляет собой полемику с идеями, выраженными другими персонажами поэмы, и является пояснительной вставкой. Элиу не упоминается в прологе вместе с тремя друзьями, и его речь противоречит фундаментальным взглядам «друзей-обвинителей» в поэме, согласно которым невозможно, чтобы праведник страдал, и страдание означает наказание. Элиу же утверждает, что страдания навлекаются на праведников в качестве предупреждения более серьёзных грехов, для морального совершенствования. Они позволяют показать много бо́льшую веру и подчинение милосердному Богу перед лицом несчастья, что встречается и в других текстах Ветхого и Нового Заветов и достигает высшей точки в идее о Мессии как о страдающем слуге[16] (в иудаизме Страдающий Слуга воплощён всем израильским народом целиком и не персонифицирован одним Мессией).

Ещё бо́льшим предметом споров учёных является «идентичность» предполагаемых поправок и изменений в речи Иова, которые по некоторым гипотезам были совершены с целью привести её в соответствие с учением о вознаграждении. Классическим примером основания для таких гипотез является чрезвычайно сложный для перевода последний стих речи Иова[17]. Классический синодальный перевод передаёт слова Иова, как «Поэтому я отрекаюсь и раскаиваюсь в прахе и пепле». Эти слова перекликаются с речами Иова в основной части поэмы и с тем, что восстановление Иова не было бы возможно без смиренного принятия им своей смертности перед лицом божества во всём его величии и мощи.

Восприятие Книги Иова в монотеистических религиях

Книга Иова в иудаизме

В Талмуде Иов упоминается неоднократно. Иудейская библейская традиция никогда не сомневалась в его существовании, и он считался реальным и могущественным персонажем. Согласно Талмуду (трактат Сота), Иов был одним из трёх советников фараона периода Исхода, перед тем как было принято решение относительно «сынов Израилевых», умножавшихся пугающими темпами (глава Шмот) в период рождения Моисея. Валаам даёт роковой совет, убеждая фараона убить всех новорождённых евреев мужского пола; Иофор, наоборот, отговаривает фараона вредить евреям; а Иов, хотя и несогласный с планами фараона, сохраняет молчание. Именно за это молчание Бог и накажет его впоследствии незавидной судьбой.

Другой мидраш описывает самого Иова как фараона времён Моисея. Эта идея, вероятно, аллегорична и оправдывает испытания Иова как наказание за то, что он оставил израильтян страдать в египетском рабстве (вывод: если у человека есть возможность помешать страданию, он должен ею воспользоваться).

Талмуд (трактат Бава Батра 15а-16b) пытается уточнить исторические рамки жизни Иова: согласно двум традициям, он жил во времена Авраама или Иакова. Леви бен Ла’ма утверждал, что Иов жил во времена Моисея, который, якобы, и написал Книгу Иова. Другие считают, что она написана самим Иовом (см. Иов 19:23-24 «О, пусть бы записали мои слова, пусть бы в книгу их занесли…»), Элиу или Исаией.

Меньшая часть раввинов-мудрецов во главе с Решем Лакишем считала, что Иов не существовал (см. Бава Батра 15а и Брешит Раба 68). По их мнению, Иов был литературным образом пророка для написания божественного послания или притчи. С другой стороны, множество рассуждений Талмуда посвящено доказательствам расположения места жительства Иова, при этом приведено большое число мнений и толкований мудрецов.

Иов также упоминается в Талмуде по следующим случаям[18]:

  • Покорность Иова своей судьбе (Псахим 2b)
  • Во времена благополучия Иова всякий, кто сотрудничал с ним, будь то в купле или продаже, был благословен (там же 112a)
  • Благополучие Иова было вознаграждением за его великодушие (Мегила 28a)
  • Царь Давид, Иов и Иезекииль описали длину Торы, не дав ей числового выражения (Эрувин 21a)

Согласно Талмуду, на момент происшествия с Иовом истории, описанной в Книге, ему было 70 лет от роду.

Иудейская литургическая практика

Книга Иова редко используется в иудейском богослужении полностью (хотя многие стихи используются постоянно, особенно на похоронах и во время траура). Однако это одна из двух книг, наряду с Книгой плача Иеремии и её мидрашическими комментариями, изучение которых разрешено 9 Ава (в день поста в память о разрушении Иерусалимских храмов и других трагедий). Помимо вопроса «Кто может понять пути Господней справедливости?», в ней передаётся столь оптимистичная, сколь и суровая идея, перекликающаяся с двумя последними стихами Плача Иеремии: «Совершенно безразлично, какую боль и степень несчастья мы испытываем, ведь Бог нас не оставил».

Кантилляции Книги Иова по сефардской традиции отличаются от кантилляций других библейских книг[19].

Мистический подход

Моше бен Нахман (Рамбан) дал наиболее мистический из всех комментариев к Книге Иова. Согласно мистическому подходу, Иов был наказан за то, что был еретиком, а одна из причин считать так, как полагают, изложена в главе 3, где он сам машинально, с полным убеждением в своей невинности предполагает, что Бог не имеет права его так наказывать. Другая причина состоит в том, что он не верит в перевоплощение (гилгул а-нефашот). Он считает, что, как только человек умирает, всё для него заканчивается, и ни разу не упоминает про загробную жизнь. В итоге, по мнению Рамбана, Книга Иова в целом указывает на то, что перевоплощение и является настоящим ответом на вопрос о вознаграждении.

Для Иова, отражающего взгляды Аристотеля, Бог оставил мир под небесными светилами, как следует из стиха «Да сгинет день, в который рождён я» (Иов 3:2). Иов проклинает день своего рождения, потому что он придаёт ему несчастливое в астрологическом смысле значение.

По мнению Моше бен Нахмана, дети Иова не погибли в начале истории, а попали в рабство, из которого в конце были освобождены.

Книга Иова в христианстве

Христиане признают каноничность Книги Иова в рамках Ветхого Завета. В Новом Завете Иов упоминается как пример твёрдости в страдании (Иаков 5:11).

В Новом Завете присутствует ряд ссылок на Книгу Иова, особенно в Посланиях:

  • Отк. 9:6 содержит намёк на Иов 3:21, Отк. 14:10 и Отк. 19:15 — на Иов 21:20, Отк. 16:21 — на Иов 38:22-23.
  • 2 Фес. 2:8 содержит ссылку на Иов 4:9.
  • 1 Кор. 3:19 цитирует Иов 5:13, а 1 Кор. 4:5 основан на Иов 12:22.
  • В Евр. 12:5, Иак. 1:12 и Отк. 3:19 рассуждается о Иов 5:17 и Иов 23:10.

Заявление Иова «Я знаю: мой Заступник жив» (19:25) интерпретируется как протохристианское и представляет основу для ряда христианских песнопений.

Многие христиане считают Иова историческим предтечей Иисуса Христа — человека, наиболее безосновательно страдающего из всех страдающих по провидению и воле Господа.

Лютер восхищался языком Ветхого Завета и находил Книгу Иова грандиознейшей и прекраснейшей книгой Священного писания. В своём предисловии к Книге Иова он описывает трудности, с которыми столкнулись её переводчики[20].

Эрнест Ренан в своей книге «Книга Иова» пишет: «Язык Книги Иова — это самый чистый, самый точный, самый классический еврейский язык. В нём содержатся все качества древнего стиля: лаконичность, стремление к загадочности, энергичная, будто отчеканенная манера, эта широта смысла, далёкая от всякой скудости, которая оставляет нашему духу предмет для разгадок, этот чарующий тембр, будто отлитый из чистого и прочного металла»[21].

Книга Иова в исламе

В Коране Иов именуется Айюб (араб. أيوب‎) и считается пророком ислама.

В народной палестинской традиции местом испытаний Айюба является Эль-Джура — деревня неподалёку от города Эль-Мадждаля (современный и библейский Ашкелон). Именно там Бог наградил его источником молодости, который лечил все его болезни. Деревня Эль-Джура была местом ежегодных 4-дневных празднеств, во время которых люди высокой веры собирались вместе и купались в природном источнике.

По-арабски имя Айюб символизирует терпение, несмотря на то что оно не означает «терпение» в буквальном смысле.

В Турции Иов известен как Эйюп и по легенде похоронен в деревне Эйюп-Неби около Вираншехира, рядом с пророком Илией.

Ещё одна предполагаемая могила Иова существует в окрестностях города Салалы в Омане.

Восприятие Книги Иова в искусстве и философии

Книга Иова в философии

Иудейская философия
  • Маймонид рассуждает о Книге Иова в главах 22 и 23 в своём Путеводителе растерянных. По его мнению, каждый из друзей Иова представляет собой великую школу мысли, отличную от Бога и провидения. Билдад, например, воплощает типичную иудейскую точку зрения о том, что добродетель вознаграждается Богом (Иов 8:6-8), хотя и нужно хорошенько потерпеть, чтобы дождаться этого вознаграждения. Поэтому, если Иов действительно добродетелен, как он утверждает, Бог в итоге его вознаградит. Взгляды Иова же сходны с взглядами Аристотеля, который считает, что Бог уничтожает и невинных, и виновных (Иов 9). А такой взгляд исключает провидение, хотя даже Иов верит в Его существование.
По мнению Маймонида, адекватный взгляд на провидение представляет Элиу, наставляющий Иова, что нужно изучить свою религию (Иов 33). Этот подход соотносится с выражением «единственная в мире приемлемая религия — это изученная религия». Формальная религия, как у Иова в начале истории, никогда не является достаточной. Нужно глубоко рассмотреть значение религии, чтобы в полной мере оценить её и сделать её настоящей частью своей жизни. Элиу верил в концепцию божественного провидения, где награда и наказание причитаются в индивидуальном порядке, а не только автоматически. Он верил, как считает Маймонид, что нужно разумно исповедовать свою религию. Чем больше изучаешь свою религию, тем больше вознаграждаешь себя или находишь её вознаграждающей. В начале истории Иов — один из набожных людей, но он не изучал свою религию, то есть он не философ и не имеет ангела-хранителя. Он слишком недостаточно мудр, просто благодаря Бога за милости. Бог, согласно Элиу, не решал наказать Иова, а оставил его один на один с недружелюбными природными силами.
Современный экзистенциализм
  • Русский философ-экзистенциалист Лев Шестов, называвший себя евреем-агностиком, рассматривал Иова как воплощение борьбы между разумом (предлагающим общие решения, которые, очевидно, не объясняют сложных явлений) и верой в своего собственного Бога (и, как следствие, гневом на него в случае разочарования). Шестов фактически сделал свою теорию об Иове одной из основ своей философии (он широко критиковал историю западной философии, которую он рассматривал, грубо говоря, как монументальную битву между Разумом и Верой, Афинами и Иерусалимом, светской и религиозной точек зрения):
«Вся книга — это одно непрерывное состязание между „воплями“ многострадального Иова и „размышлениями“ его благоразумных друзей. Друзья, как истинные мыслители, глядят не на Иова, а на „общее“. Но Иов об „общем“ и слышать не хочет, он знает, что общее глухо и немо — и с ним нельзя разговаривать. „Я к Вседержителю хотел бы говорить, и представить мои доказательства Богу желал бы“ (13:3). Друзья в ужасе от слов Иова: они убеждены, что с Богом нельзя разговаривать и что Вседержитель озабочен прочностью своей власти и неизменностью своих законов, а не судьбами созданных им людей. Может быть, убеждены, что он вообще не знает никаких забот, а только властвует. Оттого и отвечают: „О ты, терзающий душу свою в гневе своём! Ужели для тебя опустеть земле и сдвинуться скале с места своего?“ (18:4). И точно, неужто из-за Иова скалам сдвигаться? И необходимости поступиться святыми правами своими? Ведь это предел человеческого дерзновения, ведь это „бунт“, „мятеж“ одинокой человеческой личности пред вечными законами всеединства бытия!»[22].
  • Датский философ и теолог Сёрен Кьеркегор интерпретировал Книгу Иова в своём «Повторении». Он представляет Иова смутно предвидевшим переход от этической стадии (мораль осмысливается в рамках добра и зла, награды и наказания) к стадии религиозной (когда Личность одна перед Богом и имеет лишь личные и абсолютные обязательства давать отчёт одному лишь Богу; эта стадия, по выражению Ницше, «по ту сторону добра и зла»).

Книга Иова в искусстве

В Средние века Иов изображался покровителем музыки и музыкантов. На одной брюссельской картине XV века Иов показан раздающим золотые монеты музыкантам за то, что они играют. По легенде Иов соскрёб струпья со своего тела, и они превращались в золотые монеты, как только выпадали из его рук.

  • Композитор Томас Луис де Виктория начинает свой Officium defunctorum (1603) вторым отрывком Матина Taedet animam meam, текст которого соответствует семи первым стихам главы 10 Книги Иова.
  • Гёте в «Фаусте» был вдохновлён библейским рассказом, в частности, создавая «Пролог на небесах» — беседу Господа с Мефистофелем.
  • Лев Шестов в работе «На весах Иова (Странствования по душам)» (1929) проникся библейским персонажем, перенёсшим «неслыханные испытания» и в результате чего задавшимся вопросами, которые действительно имеют значение для человека.
  • Фильм Андрея Звягинцева «Левиафан» (2014) размышляет о коррупции и метафизике власти, и эти размышления навеяны отчасти Книгой Иова и отчасти — Левиафаном Гоббса. Искупление прошлого, его переоценка и преодоление представлены в фильме, как в высшей степени загадочная фатальность. Фильму удалось померяться силами с этими двумя произведениями, и он их довольно удачно объединил в себе[23].
  • Фильм братьев Коэнов «Серьёзный человек» некоторыми критиками[24] рассматривается как современное переложение Книги Иова.
  • В романе Альфреда Дёблина «Берлин Александрплатц», в главе «Беседа с Иовом, дело за тобой, Иов, но ты не хочешь» персонажа спрашивают о наличии у него реальной воли к выздоровлению.
  • Книга была включена в список 100 лучших книг всех времён по версии Норвежского книжного клуба, который для составления списка провёл опрос 100 писателей по всему миру[25].
  • Фантастический роман Роберта Хайнлайна «Иов, или Осмеяние справедливости».

Влияние на поп-культуру

  • В романе Дэна Брауна «Код да Винчи» обнаруживается табличка с выгравированным на ней стихом Иов 38:11[26], указывающим «тупик» в цепочке знаков.
  • В фильме «Миссия невыполнима» контакт Итана Ханта с его партнёрами происходит посредством страницы с рассуждениями Иова (Иов 3:14).
  • В песне группы Golden Earring «Twilight Zone» и видеоклипе к ней убийца, удручённый судьбой и живущий в бедности, ищет спасение в эзотерических знаках (снимает колоду карт и др.) и продолжает страдать, общаясь с дьвольскими незнакомцами (женщиной на кабриолете) на виду у зловредной театральной публики (диктаторы, военачальники и др.), олицетворяющей собой зло.
  • В сериале «Южный Парк», в серии «Картманленд» родители Кайла Брофловского рассказывают ему о Книге Иова, чтобы убедить его не отказываться от своих убеждений.
  • Фильм Терренса Малика «Древо жизни» начинается цитатой из главы 38 Книги Иова.
  • В датском фильме Андерса Томаса Йенсена «Адамовы яблоки» сюжет Книги Иова повторяется в современной церкви, но главный герой отрекается от своей веры.
  • Персонаж агента Нельсона Ван Халдена из американского сериала «Подпольная империя» ссылается на Книгу Иова в 10-й серии 3-го сезона, во время ужина с Алем Капоне цитируя первые слова Библии короля Якова (англ. There was a man in the land of Uz, whose name was Job; and that man was perfect and upright, and one that feared God, and eschewed evil). Эта ссылка подчёркивает связь между библейским персонажем и персонажем сериала.
  • В третьем томе саги «Тёмные начала» «Янтарное зеркало» эпиграф в начале главы цитирует Книгу Иова.
  • В фильме Винченцо Натали «Кодер» номер телефона контакта Моргана Салливана является акростихом стиха Иов 13:17.

См. также

Примечания

  1. ↑ Хронологии Иеронима Стридонского и Джеймса Ашшера относят Моисея к XVI в. до н. э. Талмудический же иудаизм относит его к XIII в. до н. э. Уильям Девер также считает, что личность, на которой основан персонаж Моисея, могла проживать в этот период.
  2. ↑ E. A. Knauf, P. Guillaume. Introduction à l'Ancien Testament. — С. 595-596.
  3. ↑ R. Kugler, P. Hartin. An Introduction to the Bible. — С. 193.
  4. ↑ Книга Иова / Поэзия и проза Древнего Востока. — Пер. С. Аверинцева. — Библиотека всемирной литературы. — М., 1973.
  5. ↑ Иов, 1:9-11.
  6. ↑ Иов, 1:17-22.
  7. ↑ Иов, 2:1-10.
  8. ↑ Иов, 2:11-13. От этих стихов происходит одна из галах похоронных обрядов иудаизма: в присутствии носящего траур не начинать речь первым.
  9. ↑ Бердяев Н. А.   "Дух и реальность, гл. 5. Зло и страдание как проблемы духа"
  10. ↑ http://www.library.uu.nl/digiarchief/dip/diss/2004-0205-103455/c3.pdf
  11. ↑ Псалтирь (рус.) // Мень А. Библиологический словарь. — М.: Фонд имени Александра Меня, 2002. — Т. 2. — ISBN 5-89831-020-7. Архивировано 25 февраля 2015 года.
  12. ↑ Толкование Библии, Книга Иов.
  13. ↑ Когда Жил Иов? — ruBible.com | Синодальный Перевод
  14. ↑ Иов многострадальный — праведный | Жития святых Дмитрия Ростовского
  15. ↑ Kramer S. N. History Begins at Sumer: Thirty-Nine Firsts in Man’s Recorded History. 1956/1-e (25 firsts), 1959/2-e (27 firsts), 1981/3-e. — University of Pennsylvania Press. ISBN 0-8122-7812-7.
  16. ↑ Исаия 53.
  17. ↑ 42:6 — עַל-כֵּן, אֶמְאַס וְנִחַמְתִּי-- עַל-עָפָר וָאֵפֶר
  18. ↑ Mordechai Torczyner’s WebShas — Intelligent Topical Index to the Talmud: Biblical Figures: Iyov — Job
  19. ↑ Иудейские кантилляции: Sephardic Cantillations for the Book of Job Архивная копия от 20 октября 2008 на Wayback Machine by David M. Betesh and the Sephardic Pizmonim Project
  20. ↑ Théobald J.-G., Fromentoux M., Guillaume Mgr P.-M. Luther. — С. 178. https://books.google.fr/books?isbn=2755401516
  21. ↑ s:fr:Le Livre de Job (Renan)/Étude sur l’âge et le caractère
  22. ↑ http://www.odinblago.ru/filosofiya/shestov/shestov_l_umozrenie_i_ap/
  23. ↑ Pierre Gonzales iz neR
  24. ↑ A Serious Man :: rogerebert.com :: Reviews
  25. ↑ Dette er Verdensbiblioteket. Norsk Bokklubben (2016). Проверено 25 июня 2016.
  26. ↑ […]Доселе — а дальше нет[…]

Литература

Ссылки

wikiredia.ru

Книга Иова — Википедия (с комментариями)

Материал из Википедии — свободной энциклопедии

Кни́га И́ова — 29-я часть Танаха, 3-я книга Ктувим, часть Библии (Ветхого Завета).

Описание

Рассказ об Иове изложен в особой библейской книге — «Книге Иова», занимающей в Библии место между книгой Эсфирь (она же книга Эстер) и Псалтирью (они же Псалмы, они же Техилим)[1]. О времени её происхождения и авторе, равно как и о характере самой книги, существует много различных мнений. По мнению одних, это вовсе не история, а благочестивый вымысел, по другим — в книге историческая быль перемешана с мифическими украшениями, а по мнению третьих, принятому и церковью, это вполне исторический рассказ о действительном событии. Те же колебания заметны и во мнениях касательно автора книги и времени её происхождения. По одним, автором её был сам Иов, по другим — Соломон (Шломо), по иным — неизвестное лицо, жившее не раньше Вавилонского пленения. Общее впечатление, выносимое из рассмотрения внутренних и внешних особенностей книги — в пользу её древности, которую можно определить с достаточной вероятностью.

История Иова относится ещё ко времени до Моисея[2][3] или, по крайней мере, к более раннему, чем широкое распространение Пятикнижия Моисеева. Молчание в этом повествовании о законах Моисея, патриархальные черты в жизни, религии и нравах — всё это указывает на то, что Иов жил еще в домоисеевскую эпоху библейской истории, вероятно, в конце её, так как в его книге видны уже признаки высшего развития общественной жизни. Иов живет с значительным блеском, часто посещает город, где его встречают с почётом, как князя, судью и знатного воина. У него встречаются указания на суды, писанные обвинения и правильные формы судопроизводства. Люди его времени умели наблюдать за небесными явлениями и делать из них астрономические заключения. Есть указания и на рудокопни, большие постройки, развалины гробниц, а также на крупные политические перевороты, при которых повергались в рабство и бедственное состояние целые народы, наслаждавшиеся дотоле независимостью и благосостоянием. Можно вообще думать[4], что Иов жил во время пребывания евреев в Египте.

Книга Иова, за исключением пролога и эпилога, написана высокопоэтическим языком и читается как поэма, которая не раз и переводилась в стихотворной форме (см. например, русский перевод Ф. Глинки).

Содержание

  • Глава 1. Бог в некотором собрании сынов Божьих хвалит Иова из земли Уц, однако сатана решается искусить Иова. Бог соглашается. Во время первого искушения савеяне и халдеи угнали скот Иова, а сыны и дочери погибли во время пира от обрушения дома.
  • Глава 2. Сатана просит у Бога продолжить искушение Иова, который в итоге заболевает проказой. Тогда к Иову для утешения приходят трое друзей: Елифаз, Вилдад[en] и Софар[en]. Семь дней они сидят молча.
  • Глава 3. Иов начинает свои речи, проклинает день или ночь, в которую он родился.
  • Главы 4—5. Первый ответ Елифаза.
  • Главы 6—7. Сетования Иова.
  • Глава 8. Первый ответ Вилдада.
  • Главы 9—10. Сетования Иова.
  • Глава 11. Первый ответ Софара.
  • Главы 12—14. Сетования Иова.
  • Глава 15. Второй ответ Елифаза.
  • Главы 16—17. Сетования Иова.
  • Глава 18. Второй ответ Вилдада.
  • Глава 19. Сетования Иова.
  • Глава 20. Второй ответ Софара.
  • Глава 21. Сетования Иова.
  • Глава 22. Третий ответ Елифаза.
  • Главы 23—24. Сетования Иова.
  • Глава 25. Третий ответ Вилдада.
  • Главы 26—31. Сетования Иова. «Слова Иова кончились» (Иов. 31:40).
  • Главы 32—37. Гнев Елиуя.
  • Главы 38—41. Ответ Господа Иову.
  • Глава 42. Завершение ответа Господа Иову. Гнев Господа на трёх друзей Иова, высказаный Господом Елифазе. Возврат Господом потерь Иова, в том числе семи сыновей и трёх дочерей: Емима[en], Кассия[en] и Керенгаппух; «И не было на всей земле таких прекрасных женщин» (Иов. 42:15). Иов проживает ещё 140 лет, дождавшись правнуков.

Интерпретации

Книга Иова имела многочисленных толкователей, от древнейших времён до новейших. Из древних её толковали Ефрем Сирин, Григорий Великий, Августин Блаженный, Маймонид и другие.

Судьба Иова есть как бы прототип человеческой судьбы на земле. Древнееврейскому народу было свойственно убеждение, что блага жизни и счастье даются человеку за добродетельную жизнь. И если блага жизни у него отнимаются и он становится несчастным, то это значит, что добродетель его пошатнулась и он согрешил. Награда и наказания даются человеку еще в пределах земной жизни. При таком сознании трудно понять безвинное страдание. Его не могли понять друзья - утешители Иова. Иов был благочестивый и добродетельный человек, он всегда почитал Бога и был покорен Его закону. Но вот у такого человека отнимаются все блага жизни, и он становится несчастнейшим из людей, страдания его непереносимы. Утешавшие его друзья старались найти у Иова какие-либо прегрешения, которые оправдали бы его несчастную судьбу, как целесообразную и осмысленную. Но Иов настаивал на своем. Он восстал против Бога и боролся против Бога, взывал к божественной справедливости. Бог оправдал Иова и осудил его утешителей. Людям очень трудно отказаться от целесообразности всего происходящего в мире и, значит, трудно понять безвинное страдание. Многим кажется, что если есть безвинное страдание, то, значит, нет Бога, нет промысла Божьего.

— Н. А. Бердяев [5]

См. также

Напишите отзыв о статье "Книга Иова"

Примечания

  1. ↑ [slovari.yandex.ru/%D1%82%D0%B5%D1%85%D0%B8%D0%BB%D0%B8%D0%BC/%D0%91%D0%B8%D0%B1%D0%BB%D0%B8%D0%BE%D0%BB%D0%BE%D0%B3%D0%B8%D1%87%D0%B5%D1%81%D0%BA%D0%B8%D0%B9%20%D1%81%D0%BB%D0%BE%D0%B2%D0%B0%D1%80%D1%8C/%D0%9F%D1%81%D0%B0%D0%BB%D1%82%D0%B8%D1%80%D1%8C/ Псалтирь] (рус.) // Мень А. Библиологический словарь. — М.: Фонд имени Александра Меня, 2002. — Т. 2. — ISBN 5-89831-020-7.
  2. ↑ [otveti.org/tolkovanie-biblii/iov/ Толкование Библии, Книга Иов.]
  3. ↑ [rubible.com/article/452 Когда Жил Иов? - ruBible.com | Синодальный Перевод]
  4. ↑ [idrp.ru/zhitiya-svyatih-lib468/ Иов многострадальный - праведный | Жития святых Дмитрия Ростовского]
  5. ↑ Бердяев Н. А.   [krotov.info/library/02_b/berdyaev/1937_034_05.html "Дух и реальность, гл. 5. Зло и страдание как проблемы духа]

Литература

Ссылки

  • [wikilivres.ru/%D0%9A%D0%BD%D0%B8%D0%B3%D0%B0_%D0%98%D0%BE%D0%B2%D0%B0 «Книга Иова»] в переводе С. С. Аверинцева на Викиливре.ру
  • [orthodoxy33.wordpress.com/2010/10/25/tolkovanie_i/ святоотеческое толкование на Книгу Иова]
  • [www.ccel.org/contrib/ru/Sbible/job.pdf Книга Iωва]
  • [zavetiproroki.narod.ru/main_page_Iov.htm Книга Иова. Систематический комментарий]
  • [manuscript-bible.ru/index.htm?OT/Iob.html Книга Иова с подстрочным переводом с греческого на русский]
  • [www.chabad.org/library/bible_cdo/aid/16403 Книга Иова на иврите с английским переводом]
  • Книга Иова в греко-славянской и еврейской Библии Авдеенко Е.А.

Отрывок, характеризующий Книга Иова

– Что ездит этот перед линией? – опять крикнул на него кто то. – Влево, вправо возьми, – кричали ему. Пьер взял вправо и неожиданно съехался с знакомым ему адъютантом генерала Раевского. Адъютант этот сердито взглянул на Пьера, очевидно, сбираясь тоже крикнуть на него, но, узнав его, кивнул ему головой. – Вы как тут? – проговорил он и поскакал дальше. Пьер, чувствуя себя не на своем месте и без дела, боясь опять помешать кому нибудь, поскакал за адъютантом. – Это здесь, что же? Можно мне с вами? – спрашивал он. – Сейчас, сейчас, – отвечал адъютант и, подскакав к толстому полковнику, стоявшему на лугу, что то передал ему и тогда уже обратился к Пьеру. – Вы зачем сюда попали, граф? – сказал он ему с улыбкой. – Все любопытствуете? – Да, да, – сказал Пьер. Но адъютант, повернув лошадь, ехал дальше. – Здесь то слава богу, – сказал адъютант, – но на левом фланге у Багратиона ужасная жарня идет. – Неужели? – спросил Пьер. – Это где же? – Да вот поедемте со мной на курган, от нас видно. А у нас на батарее еще сносно, – сказал адъютант. – Что ж, едете? – Да, я с вами, – сказал Пьер, глядя вокруг себя и отыскивая глазами своего берейтора. Тут только в первый раз Пьер увидал раненых, бредущих пешком и несомых на носилках. На том самом лужке с пахучими рядами сена, по которому он проезжал вчера, поперек рядов, неловко подвернув голову, неподвижно лежал один солдат с свалившимся кивером. – А этого отчего не подняли? – начал было Пьер; но, увидав строгое лицо адъютанта, оглянувшегося в ту же сторону, он замолчал. Пьер не нашел своего берейтора и вместе с адъютантом низом поехал по лощине к кургану Раевского. Лошадь Пьера отставала от адъютанта и равномерно встряхивала его. – Вы, видно, не привыкли верхом ездить, граф? – спросил адъютант. – Нет, ничего, но что то она прыгает очень, – с недоуменьем сказал Пьер. – Ээ!.. да она ранена, – сказал адъютант, – правая передняя, выше колена. Пуля, должно быть. Поздравляю, граф, – сказал он, – le bapteme de feu [крещение огнем]. Проехав в дыму по шестому корпусу, позади артиллерии, которая, выдвинутая вперед, стреляла, оглушая своими выстрелами, они приехали к небольшому лесу. В лесу было прохладно, тихо и пахло осенью. Пьер и адъютант слезли с лошадей и пешком вошли на гору. – Здесь генерал? – спросил адъютант, подходя к кургану. – Сейчас были, поехали сюда, – указывая вправо, отвечали ему. Адъютант оглянулся на Пьера, как бы не зная, что ему теперь с ним делать. – Не беспокойтесь, – сказал Пьер. – Я пойду на курган, можно? – Да пойдите, оттуда все видно и не так опасно. А я заеду за вами. Пьер пошел на батарею, и адъютант поехал дальше. Больше они не видались, и уже гораздо после Пьер узнал, что этому адъютанту в этот день оторвало руку. Курган, на который вошел Пьер, был то знаменитое (потом известное у русских под именем курганной батареи, или батареи Раевского, а у французов под именем la grande redoute, la fatale redoute, la redoute du centre [большого редута, рокового редута, центрального редута] место, вокруг которого положены десятки тысяч людей и которое французы считали важнейшим пунктом позиции. Редут этот состоял из кургана, на котором с трех сторон были выкопаны канавы. В окопанном канавами место стояли десять стрелявших пушек, высунутых в отверстие валов. В линию с курганом стояли с обеих сторон пушки, тоже беспрестанно стрелявшие. Немного позади пушек стояли пехотные войска. Входя на этот курган, Пьер никак не думал, что это окопанное небольшими канавами место, на котором стояло и стреляло несколько пушек, было самое важное место в сражении. Пьеру, напротив, казалось, что это место (именно потому, что он находился на нем) было одно из самых незначительных мест сражения. Войдя на курган, Пьер сел в конце канавы, окружающей батарею, и с бессознательно радостной улыбкой смотрел на то, что делалось вокруг него. Изредка Пьер все с той же улыбкой вставал и, стараясь не помешать солдатам, заряжавшим и накатывавшим орудия, беспрестанно пробегавшим мимо него с сумками и зарядами, прохаживался по батарее. Пушки с этой батареи беспрестанно одна за другой стреляли, оглушая своими звуками и застилая всю окрестность пороховым дымом. В противность той жуткости, которая чувствовалась между пехотными солдатами прикрытия, здесь, на батарее, где небольшое количество людей, занятых делом, бело ограничено, отделено от других канавой, – здесь чувствовалось одинаковое и общее всем, как бы семейное оживление. Появление невоенной фигуры Пьера в белой шляпе сначала неприятно поразило этих людей. Солдаты, проходя мимо его, удивленно и даже испуганно косились на его фигуру. Старший артиллерийский офицер, высокий, с длинными ногами, рябой человек, как будто для того, чтобы посмотреть на действие крайнего орудия, подошел к Пьеру и любопытно посмотрел на него. Молоденький круглолицый офицерик, еще совершенный ребенок, очевидно, только что выпущенный из корпуса, распоряжаясь весьма старательно порученными ему двумя пушками, строго обратился к Пьеру. – Господин, позвольте вас попросить с дороги, – сказал он ему, – здесь нельзя. Солдаты неодобрительно покачивали головами, глядя на Пьера. Но когда все убедились, что этот человек в белой шляпе не только не делал ничего дурного, но или смирно сидел на откосе вала, или с робкой улыбкой, учтиво сторонясь перед солдатами, прохаживался по батарее под выстрелами так же спокойно, как по бульвару, тогда понемногу чувство недоброжелательного недоуменья к нему стало переходить в ласковое и шутливое участие, подобное тому, которое солдаты имеют к своим животным: собакам, петухам, козлам и вообще животным, живущим при воинских командах. Солдаты эти сейчас же мысленно приняли Пьера в свою семью, присвоили себе и дали ему прозвище. «Наш барин» прозвали его и про него ласково смеялись между собой. Одно ядро взрыло землю в двух шагах от Пьера. Он, обчищая взбрызнутую ядром землю с платья, с улыбкой оглянулся вокруг себя. – И как это вы не боитесь, барин, право! – обратился к Пьеру краснорожий широкий солдат, оскаливая крепкие белые зубы. – А ты разве боишься? – спросил Пьер. – А то как же? – отвечал солдат. – Ведь она не помилует. Она шмякнет, так кишки вон. Нельзя не бояться, – сказал он, смеясь. Несколько солдат с веселыми и ласковыми лицами остановились подле Пьера. Они как будто не ожидали того, чтобы он говорил, как все, и это открытие обрадовало их. – Наше дело солдатское. А вот барин, так удивительно. Вот так барин! – По местам! – крикнул молоденький офицер на собравшихся вокруг Пьера солдат. Молоденький офицер этот, видимо, исполнял свою должность в первый или во второй раз и потому с особенной отчетливостью и форменностью обращался и с солдатами и с начальником. Перекатная пальба пушек и ружей усиливалась по всему полю, в особенности влево, там, где были флеши Багратиона, но из за дыма выстрелов с того места, где был Пьер, нельзя было почти ничего видеть. Притом, наблюдения за тем, как бы семейным (отделенным от всех других) кружком людей, находившихся на батарее, поглощали все внимание Пьера. Первое его бессознательно радостное возбуждение, произведенное видом и звуками поля сражения, заменилось теперь, в особенности после вида этого одиноко лежащего солдата на лугу, другим чувством. Сидя теперь на откосе канавы, он наблюдал окружавшие его лица. К десяти часам уже человек двадцать унесли с батареи; два орудия были разбиты, чаще и чаще на батарею попадали снаряды и залетали, жужжа и свистя, дальние пули. Но люди, бывшие на батарее, как будто не замечали этого; со всех сторон слышался веселый говор и шутки. – Чиненка! – кричал солдат на приближающуюся, летевшую со свистом гранату. – Не сюда! К пехотным! – с хохотом прибавлял другой, заметив, что граната перелетела и попала в ряды прикрытия. – Что, знакомая? – смеялся другой солдат на присевшего мужика под пролетевшим ядром. Несколько солдат собрались у вала, разглядывая то, что делалось впереди. – И цепь сняли, видишь, назад прошли, – говорили они, указывая через вал. – Свое дело гляди, – крикнул на них старый унтер офицер. – Назад прошли, значит, назади дело есть. – И унтер офицер, взяв за плечо одного из солдат, толкнул его коленкой. Послышался хохот. – К пятому орудию накатывай! – кричали с одной стороны.

wiki-org.ru

Книга Иова - это... Что такое Книга Иова?

Кни́га Ио́ва — 29-я часть Танаха, 3-я книга Ктувим, часть Библии (Ветхого Завета).

Рассказ об Иове изложен в особой библейской книге — «Книге Иова», занимающей в Библии место между книгой Эсфирь, она же книга Эстер и Псалтирью, они же Псалмы, они же Tehилим. Это одна из самых замечательных и в то же время трудных для экзегетики книг. О времени её происхождения и авторе, равно как и о характере самой книги, существует много различных мнений. По мнению одних, это вовсе не история, а благочестивый вымысел, по другим — в книге историческая быль перемешана с мифическими украшениями, а по мнению третьих, принятому и церковью, это вполне исторический рассказ о действительном событии. Те же колебания заметны и во мнениях касательно автора книги и времени её происхождения. По одним, автором её был сам Иов, по другим — Соломон (Шломо), по иным — неизвестное лицо, жившее не раньше Вавилонского пленения. Общее впечатление, выносимое из рассмотрения внутренних и внешних особенностей книги — в пользу её древности, которую можно определить с достаточной вероятностью.

История Иова относится ещё ко времени до Моисея или, по крайней мере, к более раннему, чем широкое распространение Пятикнижия Моисеева. Молчание в этом повествовании о законах Моисея, патриархальные черты в жизни, религии и нравах — всё это указывает на то, что Иов жил еще в домоисеевскую эпоху библейской истории, вероятно, в конце её, так как в его книге видны уже признаки высшего развития общественной жизни. Иов живет с значительным блеском, часто посещает город, где его встречают с почётом, как князя, судью и знатного воина. У него встречаются указания на суды, писанные обвинения и правильные формы судопроизводства. Люди его времени умели наблюдать за небесными явлениями и делать из них астрономические заключения. Есть указания и на рудокопни, большие постройки, развалины гробниц, а также на крупные политические перевороты, при которых повергались в рабство и бедственное состояние целые народы, наслаждавшиеся дотоле независимостью и благосостоянием. Можно вообще думать, что Иов жил во время пребывания евреев в Египте. Книга Иова, за исключением пролога и эпилога, написана высокопоэтическим языком и читается как поэма, которая не раз и переводилась в стихотворной форме (русский перевод Ф. Глинки).

Книга Иова имела многочисленных толкователей, от древнейших времён до новейших. Из древних её толковали Ефрем Сирин, Григорий Великий, Августин Блаженный, Маймонид и др.

Судьба Иова есть как бы прототип человеческой судьбы на земле. Древнееврейскому народу было свойственно убеждение, что блага жизни и счастье даются человеку за добродетельную жизнь. И если блага жизни у него отнимаются и он становится несчастным, то это значит, что добродетель его пошатнулась и он согрешил. Награда и наказания даются человеку еще в пределах земной жизни. При таком сознании трудно понять безвинное страдание. Его не могли понять друзья - утешители Иова. Иов был благочестивый и добродетельный человек, он всегда почитал Бога и был покорен Его закону. Но вот у такого человека отнимаются все блага жизни, и он становится несчастнейшим из людей, страдания его непереносимы. Утешавшие его друзья старались найти у Иова какие-либо прегрешения, которые оправдали бы его несчастную судьбу, как целесообразную и осмысленную. Но Иов настаивал на своем. Он восстал против Бога и боролся против Бога, взывал к божественной справедливости. Бог оправдал Иова и осудил его утешителей. Людям очень трудно отказаться от целесообразности всего происходящего в мире и, значит, трудно понять безвинное страдание. Многим кажется, что если есть безвинное страдание, то, значит, нет Бога, нет промысла Божьего.

— Николай Бердяев [1]

См. также

Литература

Ссылки

Примечания

dis.academic.ru