Книга Католицизм. Содержание - Раздел II. Католический культ. Книги католические


10 художественных книг о католиках, которые стоит прочитать

Иногда из художественной литературы мы можем почерпнуть не меньше пищи для нашей духовной жизни, чем из богословских трактатов и благочестивых размышлений святых. При этом важно помнить, что беллетристика — это не Катехизис, и что выдумка даже самого замечательного и самого верующего автора не может быть источником истины и не может спорить с многовековым опытом Церкви в области моральных суждений. Из беллетристики мы черпаем материал для размышлений, но не моральный императив, не исторические факты, которым следует доверять. Об этом важно помнить, когда мы читаем художественную литературу, даже если её герои — священники, а сюжет разворачивается в стенах церкви.

Я хочу предложить вашему вниманию список из десяти художественных произведений, главные герои которых — католики: священники, монашествующие и миряне, праведники и грешники, из разных стран и разных времён, каждый — со своей уникальной историей отношений с Богом. Каждая из этих книг в своё время стала предметом долгих обсуждений со знакомыми католиками, а так же со священниками. В этом списке есть и спорные книги, но я хотела бы отстоять право на прочтение каждой из них. Небольшие цитаты дадут вам общее представление о каждом произведении.

1. «Возвращение в Брайдсхед», Ивлин Во, 1944

История взаимоотношений художника и атеиста Чарльза Райдера с семьей британских аристократов-католиков, взаимоотношений, растянувшихся на долгие годы и странным образом связавших его с их родовым поместьем Брайдсхед. На первый взгляд, эта семья может показаться нам эксцентричной: отец семейства лорд Марчмейн живёт в Италии со своей новой возлюбленной, его жена леди Марчмейн управляет поместьем и неустанно бдит нравственность своих детей. В свою очередь, лорд Себастьян Флайт и леди Джулия Флайт переживают бунт молодости, Джулия — в большей степени внутренний, Себастьян — прорастающий наружу. Он всеми силами стремится вырваться из-под опеки матери, которая вновь и вновь повторяет ему, взрослому мужчине, что он должен быть хорошим мальчиком, чтобы не расстраивать её и Господа. То, как вера влияет на жизнь этих людей, мы наблюдаем со стороны вместе с Чарльзом. И хотя в какие-то минуты, наблюдая за трагической судьбой Себастьяна и Джулии, мы вместе с Чарльзом можем сказать, что это тоталитарная и одержимая верой леди Марчмейн уничтожила своих детей, давайте посмотрим на факты. Лорд Марчмейн, спустя десятки лет, тяжело больной, возвращается в Брайдсхед умирать и даже примиряется с Церковью, раскаявшись перед смертью в своих грехах. Леди Джулия, хоть и уходит от мужа, не может остаться с Чарльзом, потому что он не понимает её веры, её глубинного стержня, — они говорят на разных языках. Джулия вдруг понимает, что вера важна для неё не потому, что так сказала её мать, а потому что эта жажда есть в глубине её самой. Где мы находим Себастьяна в конце книги? Отшельником, помогающим в качестве привратника в больнице при монастыре, — вот как он распорядился свободой, которую получил. Но что их вера изменила в самом Чарльзе Райдере? Каждый ответит на этот вопрос сам, прочитав эту книгу.

Часто, едва ли не каждый день с начала нашего знакомства какое-нибудь случайное слово в разговоре напоминало мне, что Себастьян — католик, но я относился к этому, как к чудачеству вроде его плюшевого мишки. Мы не говорили о религии, но однажды в Брайдсхеде, на второй неделе моего там пребывания, когда мы сидели на террасе после ухода отца Фиппса и просматривали воскресные газеты, Себастьян вдруг удивил меня, со вздохом сказав:

— О господи, как трудно быть католиком.

— Разве это для вас имеет значение?

— Конечно. Постоянно.

2. «Поющие в терновнике», Колин Маккалоу, 1977

Долгоиграющая сага, описывающая жизнь семьи Клири, управляющей крупным австралийским поместьем, их путь от бедности к богатству, их радости и потери. И конечно, историю любви их младшей дочери Мэгги к отцу Ральфу де Брикассару, историю, длиной в целую жизнь. Именно в связи с этой историей некоторые католики называют книгу Колин Маккалоу вредной, порочащей нравственность служителя Церкви. Но, опять же, давайте обратимся к фактам. Разве не был отец Ральф хорошим священником? Разве не отказался он от любви к Мэгги, которую, да, пронёс через всю свою жизнь, ради служения Церкви? И даже сама Мэгги в какой-то момент  признаёт, что они украли то, что он отдал Богу в своём обете и что этот грех вопиет о возмездии. Жизнь обоих этих героев наполнена страданием, страданием, по-своему ведущим каждого из них к Богу. Поэтому для меня крайне странно слышать высказывания о том, что этот роман — о безнравственном священнике, о безнравственной женщине… Этот роман — о двух верующих людях, совершивших ошибку, за которую они оба так или иначе расплачивались до конца своих дней. И о священнике, чьей первой и последней любовью была Церковь.

Архиепископ поднялся с кресла, подошел и преклонил колена рядом с другом, рядом с этим красавцем, которого он полюбил, как мало что любил, кроме Господа Бога и церкви — любовь к Богу и церкви для него была едина и нераздельна.

— Вы не оставите свой пост, Ральф, вы и сами хорошо это знаете. Вы принадлежите святой церкви, всегда ей принадлежали и всегда будете ей принадлежать. Это — истинное ваше призвание. Помолимся же вместе, и отныне до конца жизни я стану молиться и за вашу розу. Господь ниспосылает нам многие скорби и страдания на нашем пути к жизни вечной. И мы — я так же, как и вы — должны учиться смиренно их переносить.

3. «Имя розы», Умберто Эко, 1980

Многослойный интеллектуальный роман с детективным сюжетом, в центре которого – серия убийств в бенедиктинском монастыре. Расследование ведёт францисканец, Вильгельм Баскервильский, выдающийся учёный. Надо сразу сказать, что детективный сюжет и кипящие в монастыре страсти выдуманы Умберто Эко как канва, на которой распускаются цветы его философских и культурологических рассуждений, которые есть подлинная цель написания этого романа. Спор с «Поэтикой» Аристотеля, многочисленные рассуждения о природе и назначении литературы, исследование средневекового самосознания и, конечно, спор о бедности Христа. Без видения этих пластов «Имя розы» превращается в банальный средневековый детектив, описывающий страсти, кипящие в закрытом монастыре: заговоры, предательства, ненависть и подлость. Упаси Бог читателя забыть о том, что это беллетристика, и что написана она вовсе не ради детективного сюжета.

Рядом с Беренгаром молился Малахия: мрачный, насупленный, непроницаемый. Рядом с Малахией выделялось столь же непроницаемое лицо слепого Хорхе. Напротив того, отличался нервностью весь вид Бенция Упсальского, ученого-риторика, виденного нами вчера в скриптории, и мы перехватили пронзительные взгляды, которые он время от времени бросал на Малахию. «Бенций взволнован, Беренгар напуган, — подытожил Вильгельм. — Допрашивать надо немедленно.

4. «Нарцисс и Златоуст», Герман Гессе, 1930

Умелая стилизация под средневековый роман, представляющая собой философское размышление над двумя путями познания: эмоциональным и рационалистическим. В центре повествования – история жизни двух мужчин, чья дружба началась в юности, во время послушничества в монастыре, и, пусть их дальнейшие пути радикально разошлись, они не утратили гармоничности их взаимоотношений. Тем, кто собирается прочесть эту книгу, я советовала бы заведомо отказаться от оценочных суждений, как отказывается от них сам автор, и просто наблюдать. Нарцисс познаёт Бога в монастыре, в посте и молитве, в научных трудах, используя инструменты философии и логики. Златоуст познаёт Бога в Его творении, в природе и людях, в наслаждениях и в боли, в красоте и в страдании. И, несмотря на то, какие разные пути они выбрали, в конце жизни они способны с интересом и уважением отнестись к выбору друг друга и взаимно обогатиться, поделившись этим опытом.

Стоя перед другом и смотря в его решительное лицо,  целеустремленный взгляд, Златоуст окончательно  понял, что теперь  они больше не братья и товарищи, что пути их уже  разошлись. Тот, кто стоял перед ним, не был мечтателем и не ждал  каких-то зовов судьбы: он  был  монахом,  отдал  себя  в  распоряжение твердого порядка и долга, был слугой и солдатом ордена, церкви, духа. Сам же он, сегодня  это стало ясно  ему, не принадлежал  к  этому миру, он был  без родины, его ждала неизвестность. То  же самое  было  когда-то с его матерью. Она оставила дом и хозяйство, мужа и ребенка, общину и порядок, долг и честь и ушла в неизвестное, видимо, там давно и погибла. У нее не было цели, как и у него. Иметь цели, —  это дано  другим,  не  ему. О, как хорошо все  это уже давно видел Нарцисс, как он был прав!

5. «Кожа для барабана», Артуро Перес-Реверте, 1995

Детективный роман, бесконечно далёкий от реалий Церкви, несмотря на то, что главный герой его – католический священник, а действие разворачивается в церковной среде Севильи. Отец Лоренсо Куарт больше похож на солдата, чем на священника, и все же он проходит свой необычный путь подвижничества, ведущий через многие искушения и даже грехопадение к подлинной вере. Сам автор в предисловии пишет о том, что абсолютно все герои и ситуации — плод его фантазии, единственный реальный объект в романе — это Севилья, в которой разворачивается действие. Об этом важно помнить от первой до последней страницы. Тогда вы найдете в этом произведении немало пищи для размышлений и поймёте, почему Артуро Перес-Реверте назвал его словосочетанием, которое встречается нам лишь однажды в тексте.

— Я знаю только одно: когда кончится искушение, кончимся и мы, потому что логика и разум означают конец. Но до тех пор, пока какая-нибудь бедная женщина испытывает потребность опуститься на колени в поисках надежды или утешения, моя церквушка должна существовать. Пусть такие священники, как я, кажутся вам ничтожествами, и пусть даже это правда, но все же мы нужны… Мы — старая, латаная-перелатаная кожа того барабана, что все еще разносит по свету гром славы Божией. И только сумасшедший способен позавидовать подобной тайне. Мы знаем… Мы знаем того ангела, в руках у которого находится ключ от бездны.

6. «Молчание», Сюсаку Эндо, 1966

Роман о португальских миссионерах, проповедовавших в Японии начала XVII века, раскрывающий всю трагичность периода христианизации Японии и все ужасы гонений на христиан. Несмотря на то, что герои его вымышленные, Сюсаку Эндо опирался на исторические данные об этом периоде. Тем не менее, этот роман не может быть достоверным историческим источником — он может только служить для нас вдохновляющим и укрепляющим примером мученичества за веру и заставить нас задуматься: а на что готовы мы, ради проповеди Слова Божия?

Наступила ночь. Красное пламя костра, у которого грелись стражники, смутно виднелось из нашей хижины. А на морском берегу толпились жители Томоги, тщетно вглядываясь в окутанное тьмой море. И небо, и море тонули во мраке, так что не видно было ни Мокити, ни Итидзо. Невозможно было разглядеть даже, живы они или уже мертвы. Плача, мы беззвучно молились. И вдруг все услышали голос — кажется, это был голос Мокити. Чтобы укрепиться духом, он прерывающимся голосом пел христианский гимн:

Мы пойдем, мы придемВ храм параисо,В дивный храм параисо,Прекрасный храм…

7. «Князь мира сего», Роберт Бенсон, 1907

Приключенческий роман, написанный католическим священником, представляет собой размышление о том, какими будут последние дни этого мира. Технический прогресс, глобализация, всеобщий мир и… воцарение антихриста. Под каким видом он придёт, и какова будет участь христиан в эти последние страшные дни? Этот роман вполне можно назвать благочестивым размышление священника. Важно только помнить, что открыто нам на этот счет в Писании: «не знаете ни дня, ни часа, когда придёт Сын Человеческий». Поэтому мы не можем относиться к написанному Бенсому как к точному указанию знамений конца времен. Можем только неустанно бодрствовать, чтобы быть готовыми к этому часу.

Его разум вопрошал в недоумении: почему, почему, почему? Почему Он это допускает? Как это возможно, чтобы Господь не вмешивался, чтобы Отец всего человечества позволил своему любимому творению ополчиться против Него? Что Он хочет этим сказать? Хорошо тем, кто имеет веру, но что с теми бесчисленными миллионами, которые впали в богохульство? Были ли они так же детьми и овцами паствы Его? Для чего была Католическая Церковь, если не для обращения мира? Почему же тогда Всемогущий Бог позволил ей, с одной стороны, истощиться до малой горстки, а миру, с другой стороны, обрести покой без Него?

8. «Дневник сельского священника», Жорж Бернанос, 1936

История провинциального священника, страдающего из-за проблем со здоровьем и всё же самоотверженно пытающегося преобразить жизнь своего прихода и помочь своим прихожанам. Его евангельская простота и кротость не только вызывают сопротивление горожан, но также делают его посмешищем и объектом для издевательств. Бессмертный роман о вечном противостоянии святости и пошлости в этом мире. Постараемся увидеть себя в каждом из горожан — иногда мы, действительно, действуем так.

Привыкнув к отроческим покаяниям моих семинаристов, я до сих пор не могу понять, в результате каких ужасных превращений внутренняя жизнь христианина сводится в его собственной передаче к такой не поддающейся расшифровке схеме… Вряд ли среди людей взрослых многие повинны в том, что кощунствуют на исповеди. Ведь ничего нет легче, как просто не исповедоваться! Нет, тут дело хуже! Происходит медленная кристаллизация ничтожных обманов, уловок, недоговоренностей. Этот панцирь облекает совесть, сохраняя до известной степени ее форму, только и всего. Возникает привычка, и со временем люди наименее тонкие вырабатывают в конце концов свой особый язык, до невероятия отвлеченный. Ничего особенного они не утаивают, но их лукавая искренность похожа на матовое стекло — оно пропускает свет настолько рассеянный, что глаз ничего толком не различает.

9. «Мост короля Людовика Святого», Торнтон Уайлдер, 1927

Роман-размышление о том, что движет человеческими судьбами: Провидение Божие или просто случай. В центре повествования – судьбы пяти разных людей, погибших при обрушении древнейшего моста, носившего имя короля Людовика Святого, а так же монаха-францисканца, брата Юнипера, который стал свидетелем этой трагедии, произошедшей в Лиме (Перу) в 1714 году. Приступая к чтению этой книги, важно понимать, что, хоть Уайлдер и опирается на реальные заметки брата Юнипера, найденные им в библиотеке в Лиме, их содержания недостаточно, чтобы восстановить подлинные исторические факты. Так что роман Уайлдера — это вариация на тему того, как всё могло быть на самом деле, но ни в коем случае не документалистика.

Иногда,  после  целого  дня  исступленных  заклинаний,  в  ней   что-то надламывалось. Природа глуха. Бог безразличен. Человек  бессилен  изменить ход вещей. И тогда она застывала где-нибудь на перекрестке, в голове у нее мутилось от отчаянья, и, прислонясь к стене, она мечтала уйти из  мира,  в котором отсутствует Замысел. Но скоро вера в великое Может Быть подымалась из глубины ее естества, и она  бегом  возвращалась  домой,  чтобы  сменить свечку над кроватью дочери.

10. «Ключи от Царства», Арчибальд Кронин, 1941

История жизни отца Френсиса Чизхолма: от юношества и несчастной любви до миссии в Китае и тихой старости на родине. Автор показывает всю гамму переживаний и сомнений, с которыми герой сталкивается на разных этапах своего жизненного пути, а так же красоту его веры, которая растёт и укрепляется на каждом из этих этапов. Эта книга не нуждается в пояснениях или оправданиях. «Ключи от Царства» — всемирно признанный шедевр христианской литературы.

Если бы он только мог верить, как верил Ансельм, который без всякой внутренней борьбы, легко и улыбчиво принимал все, начиная от Адамова ребра до менее вероятных подробностей о пребывании Ионы во чреве китовом!

Он, Фрэнсис, тоже верил, верил, верил… только вера его не на поверхности, она живет глубоко, в самой глубине души… она живет усилием его любви, чтобы верить, ему надо без передышки работать в своих трущобах, после посещения которых он стряхивает с одежды блох в пустой ванне… но ему никогда не бывает легко верить, никогда… разве только, когда он сидит со своими хворыми и калеками и видит их больные пепельно-серые лица. Жестокость испытания, которому сейчас подвергалась его вера, изнуряла его душу, убивала в нем радость молитвы.

Все перечисленные книги, кроме «Князя мира сего» Роберта Бенсона, можно найти в электронной версии на русском языке. Большинство из них так же были экранизированы, некоторые — неоднократно.

Анастасия Орлова

Больше интересного:

xn--80aqecdrlilg.xn--p1ai

Catholic Books — О католических книгах и не только

Приветствуем вас на сайте, посвященном католической литературе! Необходимость создания подобного ресурса назрела давно: хотя в последние годы в сети появились интернет-магазины, в которых жители России могут приобрести католические книги, путеводителя по ним как такового не существует; отзывы на книги в основном вращаются в узких, преимущественно ученых и/или церковных кругах, и потенциальному читателю сложно решить, за […]

В Израиле нашли очередное возможно-библейское-место. Там ли Иисус совершил превращение воды в вино, доподлинно неизвестно, но находка все равно интересная. В древнем еврейском поселении Хирбет-Кана, существовавшем еще ок. 323 г. до н.э., обнаружили подземный христианский комплекс, который использовали с V по XIII век. Не так давно недалеко отсюда нашли мастерскую по изготовлению сосудов для воды […]

Сентябрь 24, 2018

Хорошей христианской литературы на русском языке не так много, а детской так и вовсе наперечет. «Марселино Хлеб-и-Вино» и «Большое путешествие Марселино» – произведения, которые еще в середине прошлого века захватили испаноязычный мир, а затем пошли завоевывать новые территории. В 2009 году книга, включающая обе повести, наконец добралась до России. Марселино – обыкновенный ребенок, ну или, […]

Сентябрь 21, 2018

Заглавная иллюстрация: holylandphotos.org Казалось, после открытия рукописей Мертвого моря, сделанного в 40-50-х годах прошлого века, не приходится ждать чудес, но археологи продолжили радовать мир сенсационными находками. Одна из них – серебряные свитки. Вопрос о времени создании Библии до сих пор терзает как профессиональных ученых, так и простых читателей, верующих и неверующих. В восьмидесятых годах Габриэль […]

Сентябрь 17, 2018

История Аннелизы Михель с 1976 года не дает покоя самым разным людям: журналистам, кинорежиссерам, верующим, устроившим из ее могилы место паломничества, агрессивно настроенным атеистам, и просто любителям пощекотать себе нервы. Все случилось в Германии, в Клингенберге-на-Майне. Аннелиза (род. в 1952 г.), слабенькая и болезненная девочка, начала страдать от приступов, происходящих преимущественно ночью. Она не могла […]

Сентябрь 10, 2018

Уровень: начальный (специальных знаний не требуется) История Хильдегарды разрушает устоявшийся стереотип о том, что женщинам нет места в служении Церкви. Эта бенедиктинская монахиня, жившая в XII столетии, не только основала два монастыря и помогала советом и делом всем, кто к ней обращался, и не только созерцала пророческие видения, которые затем записывала, складывая их в удивительные […]

В библиотеку Кентерберийского собора вернулось карманное рукописное издание XIII века. Оно считалось утраченным полтысячелетия, сообщает Российская газета со ссылкой на Live Science. Редкая средневековая Библия была утеряна в XVI веке, когда Англией правил Генрих VIII. Он возглавил Реформацию, которая отделила Англиканскую церковь от Римско-католической церкви. В то время сотни монастырей были закрыты, в том числе […]

Хотя жизнь в нашей стране нельзя назвать легкой и безоблачной, все-таки не стоит забывать о том, что в мире до сих пор есть места, где мученичество – это не предание старины, а каждодневная реальность. Пока мы покупаем в ближайшем ларьке порцию американо или капучино и идем, потягивая напиток и параллельно проверяя сообщения в соцсетях, не […]

В последнем номере международного богословского журнала «Communio» Папа на покое размышляет о некоторых аспектах католическо-иудейского диалога, которые даже после Второго Ватиканского собора остаются предметом дискуссий. Речь идёт о двух вопросах: отмене «теории замещения», согласно которой избранный Богом Израиль был заменён Церковью, и тезисе о том, что союз между Богом и евреями никогда не был расторгнут. […]

Уровень: начальный (специальных знаний не требуется) В наши дни издательства предлагают множество упрощенных вариантов Священного Писания – от цветных книг в несколько страничек для самых маленьких до более или менее подробных, читателям постарше. Складывается нехорошая ситуация: сама Библия есть, но о том, что это вообще такое, зачем ее читать и почему это ужасно интересно, юному […]

Общество исследований Египта в последнем томе Оксиринхских папирусов (том LXXXIII) опубликовала фототипическую копию, а также реконструкцию с комментариями на папирусный фрагмент, содержащий неполный текст нескольких стихов 1-ой главы Евангелия от Марка – 7-9 и 16-18, сообщается на сайте общества. В изданном томе этот папирусный фрагмент значится под номером P.Oxy. 5345. В классификации новозаветных папирусов этот […]

www.catholicbooks.ru

Католическая литература - Ruthenia Catholica

Почему католики правы?

На интернет-странице агентства «Zenit» помещен обзор священника Джона Флинна, LC, посвященный книжке канадского католика-конвертита в защиту католицизма.

Устойчивый «антикатолицизм» – это, возможно, одно из последних предубеждений, широко принимаемых современным «цивилизованным обществом», но канадский писатель и журналист Майкл Корен не собирается с этим мириться. В его недавно увидевшей свет в издательстве МакКлелланда и Стюарта книге под названием «Почему католики правы?» рассмотрены наиболее популярные обвинения в адрес Католической Церкви. Корен родился в неверующей семье, его отец был евреем. Он сознательно обратился в католичество в возрасте 20-ти с лишним лет. Его еврейское происхождение помогало ему делать карьеру, а вот его конверсия в католицизм стоила ему двух мест работы и отказа в сотрудничестве со стороны многих СМИ. Об этом Майкл Корен написал сам в предисловии к своей книге. А начал свою книгу наш автор с темы, о которой, по его словам, он не хотел и не должен был писать: а именно, с «педофильского скандала», в котором оказалось замешано католическое духовенство. Корен признал, что своими поступками эти священники нанесли огромный вред душам многих людей, но, вместе с тем, отметил, что изрядная часть критики по адресу католического клира была безосновательной. Подобные злоупотребления вовсе не специфичны именно для католицизма. Критики, пытающиеся вывести случаи сексуальных злоупотреблений из учения, проповедуемого Католической Церковью или из образа жизни ее духовенства, не учитывают того факта, что подобные вещи случаются и в других Церквах и религиях, причем даже в большем масштабе. В результате же уроков, извлеченных из разразившегося скандала, Католическая Церковь ныне превратилась в одно из самых безопасных мест для молодых людей. Итак, «сексуальный скандал», в который были вовлечены католические клирики, может дать повод к осуждению поведения конкретных людей, но не Церкви как таковой, — подводит итог автор. Во второй главе своего сочинения Майкл Корен рассматривает такие вопросы как крестовые походы и инквизиция. Да, в этих областях Церковь не всегда поступала самым лучшим образом, однако для своего времени Церковь действовала достаточно этично и в целом была силой добра, — утверждает автор. Рассуждая о крестовых походах, автор прежде всего отмечает то обстоятельство, что когда-то Святая Земля была полностью христианской территорией, а потом была завоевана мусульманами. Крестовые походы вовсе не были выражением империалистических и колониалистских устремлений, они не предпринимались с целью эксплуатации и грабежа. Напротив, многие дворянские семьи разорились, снаряжая в крестовые походы своих отцов и сыновей вместе с их свитой. Современные научные исследования опровергают и то мнение, согласно которому большинство участников крестовых походов были выходцами из бедных семей, оправившимися на войну ради наживы. На самом-то деле крестоносцы были «сливками» средневекового «благородного общества». На завоеванных крестоносцами территориях мусульманское население могло продолжить нормальную жизнь. Даже серьезных попыток обратить его в христианство не предпринималось. Да, крестовые походы не были великим достижением истории христианства, но, в то же время, не стоит делать из них карикатуру, за которую Западу нужно вечно каяться и в которой находит свое оправдание паранойя исламских радикалов, — подводит черту Корен. Переходя к вопросу инквизиции, Майкл Корен отмечает, что изначальная цель этого учреждения – бороться с заблуждениями в вере и ересями и способствовать возвращению попавших под их влияние людей в лоно Церкви. При инквизиторских расследованиях действительно применялись пытки, но непосредственными их исполнителями были светские власти. Кроме того, в трибуналах инквизиции пытки применялись не в большей, а в меньшей степени, чем в других судебных учреждениях того времени. Больше всего критических нареканий вызывает испанская инквизиция. Попутно Корен задался вопросом, почему от внимания «прогрессивной общественности» ускользает геноцид по отношению к католикам в Англии при короле Генрихе VIII и королеве Елизавете I, как и применяемые по отношению к ним пытки. Что же касается испанской инквизиции, то Римские Папы действительно первое время ее поддерживали, но очень скоро она превратилась исключительно в орган испанского государства и монархии. Дело в том, что после окончательного разгрома мусульманских халифатов на Пиренейском полуострове Испании досталось в наследство значительное исламское и еврейское население. Многие мусульмане и евреи тогда обращались в католичество. В каких-то случаях эти переходы были искренними, но в ряде других случаев конвертитов привлекали лишь политические и экономические выводы. Вот инквизиция и занялась исследованием мотивов обращения. При этом, разумеется, допускались злоупотребления. Испания не была идеальным обществом, но зато этой стране удалось избежать кровавой гражданской войны на религиозной почве, по образцу тех, которые потрясали другие европейские страны в эпоху Реформации. Вообще тема испанской инквизиции не привлекала к себе особого внимания вплоть до середины XIX века, когда антиклерикальные авторы реанимировали ее, чтобы использовать в своей компании против Католической Церкви, — пишет Корен. Еще одна излюбленная тема критиков Церкви – ее богатства. «Ведь Церковь просто купается в деньгах, в то время как полмира голодает», — цитирует антиклерикалов Майкл Корен. Да, многие бесценные произведения искусства хранятся в Ватиканских музеях, открытых, между прочим, для широкой публики, — продолжает автор. Церковь собирала эти произведения на протяжении столетий и ныне хранит их как драгоценное наследие всего человечества. Так что же, нужно эти произведения искусства продать, а вырученные средства разделить между нуждающимися? – вопрошает автор. Но такая акция носила бы только одноразовый характер и на положении нуждающихся особо бы не сказалась, а вот человечество лишилось бы своего великого художественного достояния, которое осело бы в частных, закрытых для большинства коллекциях. А разве Католическая Церковь не строит больниц, школ, приютов и домов престарелых, разве не содержит многие другие учреждения того же рода? – отмечает Корен. Разве не проводит эта Церковь громадной благотворительной работы во всех районах земного шара? Есть в книге Майкла Корена и глава, посвященная современной позиции Католической Церкви по вопросам биоэтики и сексуальности, из-за которой она постоянно находится под огнем критики. Абсолютный запрет Церковью абортов и контрацепции соответствует нравственным ценностям, основополагающим правам человека и подтверждается современными научными исследованиями. Эмбрион – это отдельное человеческое существо с момента зачатия и как таковой он имеет право на жизнь. Между тем, некоторые светские СМИ изображают активистов «Pro-Life», борющихся за права нерожденных детей, как крайних фанатиков. Современное общество считает себя очень прогрессивным и терпимым, а между тем отказывает в праве на жизнь инвалидам в утробе матери и даже уже живущим инвалидам, допуская для них эвтаназию. Что же касается возражений Церкви против использования эмбриональных стволовых клеток (в этой связи противники обвиняют ее в препятствовании научному прогрессу в области лечения тяжелых заболеваний), то как раз эффективность такого лечения до сих пор никем не доказана. Зато доказана эффективность лечения стволовыми клетками взрослых людей, против использования которых Католическая Церковь не возражает. СМИ развернули компанию по дискредитации Католической Церкви и лично Бенедикта XVI за их негативное отношение к использованию презервативов в контексте попыток справиться с распространением эпидемии СПИД-а. Но и это обвинение несправедливо, — считает Корен. Церковь еще несколько десятилетий назад предупреждала, что доступность для общества презервативов и других противозачаточных средств будет иметь самые пагубные последствия. Но разве так не случилось? Везде, где получили распространение контрацептивы, вместе с тем был отмечен рост числа заболеваний, передающихся половым путем, рост числа разводов, абортов, семейных конфликтов. Сексуальные отношения рассматриваются ныне просто как физиологический акт, а не как выражение любви двух личностей. Что же касается Африки, где угроза распространения СПИД-а ощущается сильнее всего, то программы по пропаганде презервативов осуществлялись здесь нецерковными организациями и эпидемии не остановили. А вот программы, зиждущиеся на воздержании и супружеской верности, доказали свою эффективность. Майкл Корен затрагивает в своей книге и многие другие аспекты деятельности Католической Церкви, которые становятся объектом необоснованных, часто обусловленных простым невежеством и некомпетентностью нападок. Работа автора будет очень полезна всем «современным апологетам», тем, кто искренне желает защитить свою Церковь от часто повторяющихся атак.

http://sibcatholic.r...katoliki-pravy/

catholichurch.ru

Католицизм. Содержание - Раздел II. Католический культ

Первоначально философское формулирование догматов осуществляется восточным богословием. Для западного богословия, напротив, характерен больший интерес к практическим, религиозно-нравственным проблемам. Если греческие богословы разрабатывали учение о божественной и богочеловеческой природе Христа, то их западных коллег занимал прежде всего вопрос спасения: как человек достигает блаженства? Как взаимодействуют божественная благодать и человеческая воля? Идея спасения, необычайно ярко выраженная у Августина, со временем становится не только центром церковной проповеди, но и основополагающей моральной установкой средневекового человека.

В связи с формулированием вероучения возник важнейший вопрос о языке догматов. Ведь в Библии содержание Откровения было выражено на греческом языке, и только в Вульгате оно было переведено на латинский язык. Однако все, что относилось к организации церковной жизни, было сказано на латыни. Огромное значение имело также то, что языком литургии на Западе стала латынь. Тем самым были подготовлены предпосылки для образования и независимой от Востока церкви, и единой Западной Европы.

Первый свод католических догматов, одобренный Латеранским собором 1215 г., составил в XII в. Петр Ломбардский(начало XII в. – 1160 г.). В качестве образца он взял труд Иоанна Дамаскина (VIII в.) «Об ортодоксальной вере». Впервые у Петра Ломбардского в сочинении «Сентенции» систематически изложено учение о сотворении мира, о Божественном провидении, а также учение о семи таинствах и их сущности. Он рассуждает о превращении хлеба и вина в субстанцию тела и крови Христа, излагает учение о рае, аде и чистилище. В связи с верой в чистилище Петр Ломбардский развивает учение о заслугах святых и «запасе добрых дел», которыми распоряжается Церковь для восполнения недостатка таковых у раскаявшихся грешников. Он трактует также учение о воскресении мертвых и Страшном суде.

Учитель церкви Альберт Великий(1193–1280), «универсальный доктор» ( Doctor Universalis), создал систему католического богословия. Францисканец св. Бонавентура(ок. 1217–1274), считая теологию владычицей всех светских наук, пытался схоластическую мистику соединить с догматами веры. В это время доминиканский орден братьев-проповедников подчиняет себе не только многие университеты, но и университетское богословие. Самым прославленным доминиканским теологом был Фома Аквинский. В своих многочисленных «Суммах» он практически обосновал все аспекты католического вероучения, причем догматика у него приобретает юридический оттенок в связи с представлением о ней как о «законе веры и благодати» ( lex fidei et gratiae). Фома Аквинский создает своеобразную теологию папства: смиренное подчинение решениям папы является условием спасения, ибо он располагает властью непогрешимого наставника в вопросах веры и морали. Папа может смещать светских правителей с трона и освобождать их подданных от присяги на верность. В работе «Книжица против заблуждений греков», написанной по поручению папы Урбана IV(1261–1264), он, опираясь на подложные документы, особенно на «Книгу сокровищ» ( Liber thesaurorum), приписываемую Кириллу Александрийскому, соединяет доктрину о высшем авторитете епископа Рима с его полновластием и непогрешимостью. Эти положения Фомы были использованы в знаменитой булле Бонифация VIII Unam sanctam(«Единая Святая»), а в XIX в. послужили обоснованием догмата о папской непогрешимости (безошибочности). Фома Аквинский рационализировал католическую теологию, доказывая, что можно разумно обосновать все истины божественного Откровения. «Естественная теология» Фомы Аквинского на основе рационализма объединила различные элементы католического вероучения в стройную систему.

Критика католического вероучения гуманистами и реформаторами, в частности Эразмом Роттердамским(1469–1536), который в знаменитой «Похвале глупости» высмеял схоластику, заставил Церковь на Тридентском соборе заново сформулировать и утвердить основы веры. Однако в течение нескольких последующих веков католическая теология вновь свелась к бесплодной схоластике, и только в XIX в. теологи Тюбингенской школы И. С. фон Дрей, И. А. Мёлер, А. Граф, вопреки официальной неосхоластике, с помощью немецкой классической философии и исторического метода заложили основы разных направлений современной католической апологетики. II Ватиканский собор способствовал развитию католической теологии в соборных документах «О Божественном Откровении», «О Церкви», «О священной литургии», «О церкви в современном мире», обновляя учение Церкви по всем этим вопросам.

Раздел II. Католический культ

«Освящающая задача Церкви»

Культ в любой религии (от лат. cultus —почитание, поклонение) – это совокупность обрядовых действий, при помощи которых верующий воздает почести сверхъестественной реальности. Католический культ отличается подробной теологической разработанностью, пышным оформлением и глубокой эмоциональностью. Католическая церковь различает три формы культа: поклонение, которое воздается исключительно Богу, особенное почитание Богородицы и почитание, воздаваемое святым. Узаконенные церковью культовые действия – обряды и ритуалы – призваны дать верующему возможность непосредственного общения с Иисусом Христом, Пресвятой Девой Марией и святыми. В принятой II Ватиканским собором (1962–1965) пастырской конституции «О священной литургии» признана необходимость обновления католического культа. В новом Кодексе канонического права 1983 г. вопросам культа посвящена Книга IV под названием «Освящающая задача Церкви». Особое значение культу придается потому, что, по учению Церкви, при свершении таинств верующему через посредство священника передается благодать Божья, что должно способствовать его духовному совершенствованию.

Новейший «Катехизис Католической Церкви», утвержденный папой Иоанном Павлом II в 1992 г., определяет благодать как благосклонность, помощь Бога, благодаря которой человек участвует в его жизни. Благодать – это дар Святого Духа, который оправдывает грешника, а оправданного освящает. Обладателем и источником благодати во время свершения таинств является духовенство. Логически отсюда выводится решающая роль церковной иерархии в деле спасения.

Богослужением (лат. celebratio liturgica, cultus divinus) в католицизме называется служение Богу посредством церковных обрядов, а также совершение любого обряда (крещения, венчания и т. д.) и совокупность всей обрядовой деятельности, то есть литургии Церкви в целом.

Основу католического культа составляет Почитание Иисуса Христа и Девы Марии. Только католицизму присуще возникшее в XII в. поклонение Сердцу Иисуса и Сердцу Девы Марии, а также Имени Иисуса (XVI в). Католики поклоняются также ангелам и святым, почитают иконы и реликвии, святые места, связанные с жизнью Иисуса Христа, Девы Марии, апостолов и мучеников. Священными местами считаются церкви, алтари, кладбища, захоронения святых. Паломничества к святым местам, связанным с видениями и чудесами, начались уже во времена Древней церкви и остаются популярными и в наше время. Древнейшими и самыми популярными поныне являются паломничества в Святую землю – в места явления и проповеди Иисуса Христа и его учеников, и в Рим, земля которого обильно полита кровью первых христианских мучеников за веру и в изобилии хранит их останки и реликвии. Воздействие католического культа, необычайно эмоционального, во многом определяется его эстетическим оформлением, в котором широко используются все виды искусства: музыка, поэзия, живопись и скульптура, декоративно-прикладное искусство, архитектура.

Постоянное, на протяжении всей жизни, и совместное участие верующих в культовых обрядах и ритуалах служит важнейшим фактором интеграции церковной общины и приобщения католиков к жизни Церкви.

«Служение для народа», или Литургия

Литургическая практика занимает важнейшее место в культе. Литургией в Католической церкви называют общественный церковный культ, выражающийся в совершении таинств и литургических часов. Совершая литургию, утверждает Церковь, она посредством определенных обрядов, знаков и символов выражает и осуществляет реальность присутствия Христа.

www.booklot.ru

Католицизм. Содержание - Священное Писание и Священное Предание

Р. Т. Рашкова

Католицизм

Введение

Папа Сикст V (1585–1590), любуясь только что законченным куполом собора Св. Петра, созданием гения Микеланджело, воскликнул: «Устремляясь в небо, он не покидает землю!». И увидел в этом глубокий символ католицизма. Действительно, Католическая церковь, выполняя свою сугубо религиозную миссию, в то же время так тесно связала себя с жизнью общества, что без нее нельзя представить западноевропейскую цивилизацию. Но и католицизм как самая мощная ветвь христианства является частью мировой цивилизации, его духовно-религиозным и социально-культурным компонентом. В начале XXI в. католицизм обладает наибольшим количеством приверженцев среди других христианских направлений. Оказывая влияние на миллиард своих последователей, католицизм играет важнейшую роль в современном мире.

« Ubi Christi, ibi ecclesia catholica» («Там, где Христос, там и Католическая церковь») – так св. Игнатий уже в начале II в. впервые называет христианскую церковь «католической» (от греч. katholikos– всеобщий, вселенский). И католики, и православные с тех пор продолжают претендовать на «кафоличность», то есть на вселенский характер своих церквей. Однако после раскола христианства в 1054 г. название «католической» закрепилось только за Римской церковью. Под католицизмом (или католичеством) понимается вся совокупность вероучения, религиозной практики и канонического устройства Католической церкви. Важнейшими ее институтами являются папство и единый центр – Ватикан.

Ватикану посвящены целые библиотеки научных исследований и популярных книг, и все же он остается загадкой. По словам французского историка и дипломата Шарля Пишо, это огромное учреждение развивается в центре современного мира на глазах у широкой публики, как корабль-привидение. Весь мир говорит о Ватикане, но мало кто знает, что это такое, как он образован, как функционирует, каковы его законы, в чем состоит его дух.

Папство называют самым древним учреждением в мире и единственной постоянной властью, действующей непрерывно вот уже две тысячи лет. По меткому определению католического историографа Йозефа Лортца, папство является «существенным и обобщающим портретом церкви». Действительно, без знакомства с историей папства, даже краткого, трудно составить представление о католицизме, и в особенности о деятельности современного Ватикана. Ведь поистине глобальное влияние церкви в религиозной и политической, общественной и социальной, национальной и культурной жизни современного мира основано на многовековой традиции.

Стержнем всей деятельности Католической церкви на протяжении веков было стремление объединить всех христиан под властью Папы Римского и выработать церковную доктрину в специфически западном оформлении. Созданные католицизмом духовные ценности станут важнейшей составляющей средневековой культуры. Проникновение Церкви во все сферы жизни общества, жажда светской власти и гордые теократические притязания пап, дух миссионерства и скорее деятельный, чем созерцательный, характер монашества, практическое отношение к природе и обостренное моральное сознание в значительной степени определили исторический путь, по которому пошло развитие западноевропейской цивилизации в целом. Однако и сегодня католическая мысль является одним из важнейших мировоззренческих направлений, «властительницей дум» не только верующих католиков.

Основные этапы истории католицизма ярко отразились в искусстве. Так, в эпоху перехода от античности к средневековью новая религия породила новую эстетику и неведомое прежде церковное раннесредневековое творчество. В IX–XII вв. Церковь способствовала «каролингскому возрождению» наук и искусств, а образ Церкви этой суровой эпохи виден в творениях монументального романского стиля. В пору возвышения папства в XIII в. лицо Европы преобразилось устремленными к небу готическими соборами, украшенными многоцветными витражами, необычайно жизненной скульптурой и улыбающимися Мадоннами.

Ренессансное папство с полным основанием называют «культурпапством», ибо оно поставило Церковь на службу искусству. Ренессансный Рим с его шедеврами называют Roma dei Papi– «папский Рим». Обновленная страстная религиозность эпохи Контрреформации вызвала к жизни триумфальное искусство барокко с его величественными соборами, живописными шедеврами и вдохновенной музыкой. Ныне, когда искусство, по выражению папы Павла VI, оказалось «за церковной оградой», Церковь сама идет навстречу художникам и создает в Ватикане Музей современного искусства. Шедевры разных веков, созданные с помощью Церкви и пап-меценатов, стали символом не только католицизма, но и европейской цивилизации в целом.

Но в памяти человечества остались также крестовые походы, жестокая нетерпимость к инакомыслию времен инквизиции, беспощадная «охота на ведьм», преследования ученых, списки запрещенных книг, яростное неприятие всей современной цивилизации папами вплоть до середины XX в. Сегодня Церковь пытается освободиться от тяжкого груза этого прошлого.

Поистине историческое событие произошло 12 марта юбилейного 2000 г. под сводами собора Св. Петра. Папа Иоанн Павел II впервые за всю двухтысячелетнюю историю Церкви покаялся в ее грехах. На знаменательной церемонии покаяния присутствовали представители высшего духовенства, властей, дипломатического корпуса, сотни верующих. Иоанн Павел II обнял и поцеловал Распятие, а затем несколько раз повторил слова: «Никогда более». Понтифик каялся в прегрешениях Церкви и обещал, что «никогда более» она не совершит прежних ошибок.

Огромная роль, которую сыграла Католическая церковь в жизни государств и народов, ее история, доктрина и деятельность привлекают внимание многих исследователей. В предлагаемой вниманию читателей книге рассказывается о важнейших моментах в истории папства и церкви, о ее устройстве, вероучении и религиозной практике, о деятельности Ватикана и его роли в жизни современного общества.

Раздел I. «Credo in deum…». Во что верит католическая церковь

Священное Писание и Священное Предание

Католицизм как одно из направлений в христианстве окончательно оформился только после разделения Западной и Восточной церквей в 1054 г. Поэтому в его догматике и вероучении есть как общие с православием (а затем с протестантизмом), так и специфические положения.

Основные формулы вероучения, истинность которых считается неоспоримой, составляют католическую догматику. Согласно католической доктрине, истины веры установлены Богом и записаны в Священном Писании. Божественное Откровение передается последующим поколениям верующих через Традицию, то есть через Священное Предание, под руководством учительства Церкви. Ибо Церковь, как и ее глава Папа Римский, обладает даром безошибочности в вопросах веры и нравственности.

Источниками вероучения в католицизме, как и в православии, являются Священное Писание – Библия и Священное Предание – Традиция. Однако в их трактовке есть существенные различия.

Священное Писание в обоих исповеданиях считается богодухновенным. Но в католицизме, в отличие от православия, Священное Писание признается только в виде узаконенного латинского перевода Библии, так называемой Вульгаты (от лат. Vulgata– общепринятая, общедоступная, распространенная повсюду). Перевод Библии был поручен св. Иеронимупапой Дамаcием I и выполнен на рубеже IV–V вв. Ранее считалось, что вся Библия переведена св. Иеронимом, однако ныне признается, что многие тексты переведены другими авторами в разное время. Св. Иероним перевел с древнееврейского большинство книг Ветхого Завета, за исключением Псалтири, Книги Варуха, Книги Иисуса сына Сирахова, Книги Премудрости Соломоновой, 1-й и 2-й книг Маккавеев и некоторых глав Книги Эсфири. В Ветхом Завете в Вульгате на одиннадцать книг больше, чем в еврейском оригинале, поскольку эти книги сохранились только в греческом переводе. В то же время протестанты исключают их из Библии как апокрифические, а православные включают как неканонические, но «душеполезные». Новый Завет был переведен по греческим манускриптам. Вульгата на Западе стала использоваться повсеместно с VII в. Во времена каролингского возрождения в IX в. под руководством Алкуинабыла создана унифицированная версия текста Вульгаты, исправленная на основании рукописей итальянского извода, идущего, как принято считать, от Кассиодора.Тридентский собор в 1546 г. признал Вульгату официальным каноническим переводом Библии. По инициативе пап Сикста V и Климента VIII в Риме в 1592 г. вышел исправленный официальный перевод Вульгаты (так называемое Климентинское издание). В современном издании Вульгаты сохранен прежний порядок книг. Поистине революционным новшеством было разрешение II Ватиканского собора издавать тексты Священного Писания на национальных языках.

www.booklot.ru

Католические ордена и их ритуалы

Католические ордена и их ритуалы

Один из самых известных католических орденов, «Божье дело» является хранителем древних тайн, дающих власть над миром. Этот орден, основанный в 928 г. и показанный в известном фильме «Код да Винчи», так озвучивает свой девиз: «К цели, несмотря на тернии».

Многие считают, что этот орден по праву можно называть «святой мафией», так как его характер таинственен, культы жестоки и, по всей вероятности, связаны с делами католической власти. Основателем этого закрытого католического ордена был испанский монах Эскрива де Балагуэр, очень быстро официально принятый под покровительство официальной католической церкви. Ритуалы ордена были изложены в книге монаха под названием «Путь» – 999 духовных принципов, являющихся программой развития ордена.

Орден поддерживал Франко и правительства некоторых стран, включая Венесуэлу и Ватикан.

Центром ордена являются 20 % избранных, дающих обет безбрачия и часто сохраняющих анонимность. Члены ордена связаны особым ритуалом: при встрече они обращаются друг к другу со словами «Pax» и «In Alternum» («мир» и «вечность»). К распространенным ритуалам ордена относятся кровавые самоистязания с помощью обрядовой металлической цепочки с острыми шипами, которую следует носить на ноге ежедневно по 2 часа. К ритуальным предметам причисляется веревочная плетка с 8 узловатыми концами для истязания плоти. Режим всеобщего контроля и полного послушания во имя достижения «особой святости» соединяет все известные обряды и мистерии католических орденов в единое целое.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

religion.wikireading.ru