Читать онлайн «Универсальный многослов». Книги максимова андрея


Максимов Андрей - слушать аудиокниги автора онлайн

Возможно, Вы ждете от меня разговоров про телевидение, про литературу, про детей, про общение, про театр… Я не знаю, чего Вы от меня ждете. Я знаю, чего Вы от меня НЕ ждете: Вы не ждете от меня этой книги. Вот она — перед Вами. Я стал другим, когда понял, что живу не в мире политики, не в мире... Посланник — первый роман известного телеведущего и драматурга Андрея Максимова. «Посланник» — это странная смесь иронии, философии и мистики. Борьба Бога и дьявола — основной сюжет этой увлекательной книги. «Посланник» — это роман, в котором читатель найдет и любовную историю, и исторические... Книга, которую вы сейчас держите в руках, без сомнения — уникальна. Ее автор — не профессиональный педагог. Это известный писатель и телеведущий, автор нескольких книг по психологии общения Андрей Максимов. По его собственному признанию, он работает в жанре «высказывания». «Высказывания»... Что заставляет его, нормального, вроде, человека, знаменитого театрального режиссера, народного артиста, вдруг сесть за стол и подробно описывать своему сыну, как он изменял его матери? Что это за странная исповедь грешника, уставшего от собственных грехов? Шаг отчаяния? Попытка разобраться в... Возможно, роман популярного телеведущего, члена Российской Академии телевидения, писателя Андрея Максимова вам не понравится. Всяко бывает. Но в одном можно быть абсолютно уверенным: если вы прочтете первые две страницы — оторваться уже не сможете. С одной стороны, это роман-экшн, где с героем на...

audioknigi.club

Андрей Максимов - биография, список книг, отзывы читателей

дата рождения: 26 апреля 1959 г.

Биография писателя

Андрей Маркович Максимов — российский писатель, драматург, телеведущий, театральный режиссер, колумнист «Российской газеты». Редактор-консультант Всероссийской государственный телерадио компании (ВГТРК), руководитель Мастерской факультета журналистики Московского института телевидения и радиовещания «Останкино». Сын поэта Марка Максимова.

Окончил заочное отделение факультета журналистики МГУ. Работал в журнале «Пионер», газетах «Комсомольская правда», «Россия», «Собеседник». На телевидении вёл программы «Зеркало сцены» (ОРТ), «Времечко», «Старая квартира», «Пресс-клуб», «Мужчина и женщина», «Личные вещи» и др. Был главным редактором и ведущим программы «Ночной полёт» (каналы: НТВ, ТВЦ, «Культура», программа закрыта с января 2009 года). В настоящее время ведущий программ «Дежурный по стране» с Михаилом Жванецким (канал Россия-1), «Наблюдатель» (канал «Культура»). На радио сотрудничал с радиостанциями «Маяк», «Культура», «Шансон».

C 2012 году ведёт абонементный цикл «Диалоги при свидетелях с Андреем Максимовым» в Московском международном Доме музыки. Автор-составитель поэтической антологии «Любовь ушедшего века. Марк Максимов и его друзья», в которой собраны стихи о любви поэтов ХХ века. Автор учебного пособия «Профессия: тв-журналист» (2011).

В 2014 году Андрей Максимов разработал систему взглядов, принципов и практических приёмов, которая призвана помочь человеку выстроить гармоничные отношения с миром и с самим собой. Система получила название «психофилософия» и была описана в его книгах «Психофилософия. Книга для тех, кто перепутал себя с камнем» и «Психофилософия 2.0.

У Андрея трое детей от трёх жен. Старшая дочь Ксения — режиссёр-документалист, сняла свой первый короткометражный художественный фильм. Cредний сын Максим живёт в Бельгии, специалист по охране окружающей среды. Младший, Андрей, живёт в Москве с отцом и матерью: снимается в кино, играет на сцене театра Луны, Школы современной пьесы и театра Терезы Дуровой.

Цитаты из книг автора

Не стреляйте в Сочинителя Историй! •На войне не бывает победителей. После войны остаются только убитые и раненые. Те, кто живые, тоже раненые. Многослов-3, или Прочистите ваши уши: первая философская книга для подростков •… если ты видишь человека, который изо всех сил умничает, это должно тебя насторожить: вполне вероятно, что он – дурак. Многослов-3, или Прочистите ваши уши: первая философская книга для подростков •Поговорку «боится – значит, уважает» придумали довольно тупые люди. Многослов-3, или Прочистите ваши уши: первая философская книга для подростков •… когда ты кого-то ненавидишь, ты сознательно распространяешь зло. Многослов-3, или Прочистите ваши уши: первая философская книга для подростков •Если всякое негативное, отрицательное событие считать горем, будет очень грустно и тяжело жить.

readly.ru

Андрей Максимов - основатель психофилософии - книги, аудио, видео

Максимов Андрей Маркович - писатель, драматург, телеведущий, основатель психофилософии, театральный режиссер, редактор-консультант Всероссийской государственный телерадио компании (ВГТРК), руководитель Мастерской факультета журналистики Московского института телевидения и радиовещания «Останкино».

Передачи с участием Андрея Максимова на радио "Маяк" можно послушать здесь ...

 

Видеоролики с Андреем Максимовым

Несмотря на то, что сам является телеведущим, Андрей Максимов охотно принимает участие в передачах на радио и телевидении в качестве гостя. А просветительские психологические лекции Андрея Марковича собирают огромное количество желающих понять жизнь, научиться правильно воспитывать своих детей, найти выход из трудной ситуации и разобраться в себе.

Вот хорошее интервью с Андреем Максимовым, которое представляет все направления его деятельности:

А в этом ролике Андрей Маркович Максимов рассказывает кратко о принципах общения в жизни:

Психофилософия: Как помочь себе и другим

Мы все даем советы друг другу. Психофилософия - это система, которая помогает нам правильно помогать другим.

Как не стать врагом собственному ребенку?

Ошибки в общении

Другие видео Андрея Максимова можно посмотреть здесь...

Официальный сайт Андрея Максимова и другие интернет-ресурсы:

 

Книги Андрея Максимова по психологии:

  • Как разговорить собеседника, или Ремесло общения. — М.: АСТ-ПРЕСС КНИГА, 2004.
  • Как не стать врагом своему ребёнку. — СПб., Питер, 2013, ISBN 978-5-496-00666-8.
  • Общение: в поисках общего. — СПб., Питер, 2013, ISBN 978-5-4461-0098-9.
  • Психофилософия. Книга для тех, кто перепутал себя с камнем. — СПб., Питер, 2014.
  • Психофилософия 2.0. — СПб., Питер, 2014.

 

Цитаты из лекций и передач Андрея Максимова

Вера и религия - это разное. Верующий человек - это человек, ощущающий себя живущим в присутствии Бога. Религия нужна для того, чтобы прийти к вере. И это лишь один из многих путей к вере.

 

www.po-znanie.ru

Универсальный многослов читать онлайн, Максимов Андрей Маркович

Андрей Маркович Максимов.

Универсальный многослов.

Книга для тех, кому интересно жить осмысленно

Непознанная жизнь не стоит того, чтобы быть прожитой.

Сократ

Вступление

Дорогой человек, взявший в руки мою книгу!

Спасибо Вам[1] большое за то, что Вы обратили внимание на мою книгу, открыли ее и даже уже прочли эти первые три строки.

Здравствуйте!

Книги, как и дети, появляются по-разному. Как и в деторождении, технология одна, замес разный.

Эта книга появилась благодаря тому, что на свете живет человек по имени Дарима Хвостова.

Когда-то она была редактором нескольких моих книг, редактором, надо заметить, замечательным. Потом мы несколько лет не виделись и вот однажды встретились на книжной ярмарке. Дарима мне и говорит: «Давайте переиздадим «Многословы».

Какой автор отказался бы от подобного предложения?

Поэтому это вступление хочу начать с главного.

Моя искренняя и глубокая благодарность редактору издательства «Центрполиграф» Дариме ХВОСТОВОЙ.

Дорогая Дарима! Если бы не Ваша активность и невероятное желание эту книгу издать, я бы, наверное, долгие годы собирался ее написать.

Я думал: как все будет?

Прогляжу предыдущие «Многословы», кое-что уберу, кое-что добавлю, все соединю – и получится такой «Универсальный многослов».

Как бы не так…

Дело в том, что в последние годы я активно занимаюсь психофилософией (что это за история такая, Вы узнаете в самом начале книги), и, видимо, она решающим образом повлияла на мое собственное мировосприятие.

Читая некоторые главы (признаюсь, таких было немало), я говорил себе: «Максимов, как же так! Ведь это же в корне неверно! Как ты мог столь неправильно думать!»

В этой книге нет ни одной главы, которую бы я (по сравнению с предыдущими «Многословами») не поправил или – чаще – кардинально не переписал.

Это не переиздание. Это новая книга.

Разумеется, в ней есть абзацы и страницы, взятые из предыдущих, но не они определяют суть.

Однако разве не может случиться так, что через пять, шесть или сколько-нибудь еще лет мои взгляды снова поменяются?

Может! И это здорово!

Моя первая книга по психофилософии имела подзаголовок «Книга для тех, кто перепутал себя с камнем».

Я – не камень. Я постоянно меняюсь.

На самом деле меняемся мы все. Другой вопрос: насколько осознаем собственные изменения?

Что делать, чтобы начать их осознавать?

Направить энергию познания извне – вовнутрь.

Другими словами: перестать все время как сумасшедшие обсуждать политико-экономические события – то есть те, на которые мы повлиять не можем, – и задуматься о себе, о собственной сущности, о своих взаимоотношениях с близкими людьми.

Все, что я делаю, все, что я пишу, я пишу для того, чтобы помочь людям направить энергию познания извне – вовнутрь.

«Универсальный многослов» написан с той же целью.

Поэтому меня не страшит неправильность или неоднозначность того, что я пишу.

Например, Вы не согласитесь с моим мнением о том, что лень – это признак умного человека, а пошлости (как и истины) не существует.

Отлично! Очень хорошо!

Подумайте над тем, какой смысл Вы сами вкладываете в понятия «лень», «истина», «пошлость».

Поразмышляйте над сутью слов, которые притворяются понятными, а на самом деле таят в себе массу загадок.

Подумайте! Поразмышляйте! И эти размышления, возможно, изменят Вас.

Я мечтаю о том, чтобы Вы, читатель, вдруг остановили свой бег по жизни и – пусть в метро, или дома, или в электричке, или на пляже – задумались над теми словами, которые употребляете всю жизнь, но над смыслом которых размышляете, увы, нечасто. Вы можете не согласиться с моим пониманием, отвергнуть его или оспорить.

Чудесно! Но остановитесь, задумайтесь!

Я понимаю, что многие главы этой книги кого-то будут раздражать. Большое спасибо за эмоциональную реакцию! Скажу честно: я даже иногда специально утрировал, скажем так, оригинальность в объяснении иных слов, чтобы способствовать Вашим размышлениям.

Я приглашаю Вас к соразмышлениям, потому что убежден: размышлять над сущностным и важным – одно из интереснейших занятий, придуманных человечеством.

Я приглашаю Вас к соразмышлениям, которые изменят Вас, а значит, и Вашу жизнь.

Вы принимаете мое приглашение?

Тогда переворачивайте страницу.

Поехали!

Вместо пролога.

Психофилософия

ПСИХОФИЛОСОФИЯ – система взглядов и практик, призванная помочь людям выстроить гармоничные отношения с самим собой и с миром.

Эта система направлена на то, чтобы помогать другим. Или себе – как другому.

Почему я вдруг начал заниматься психофилософией?

Однажды я понял, что все люди – сто процентов – являются психологическими консультантами.

Увы, мы редко задумываемся над очевидным: ко всем нам время от времени приходят наши и не наши жены и мужья, наши и не наши дети, наши и не наши родители, наши и не наши друзья и знакомые и даже вовсе незнакомые люди, чтобы поговорить «за жизнь», то есть посоветоваться, как вести себя с женами, мужьями, детьми, родителями, друзьями и знакомыми.

И мы советуем. Советуем напропалую. На что мы опираемся, давая советы?

На собственный опыт, на что ж еще?

Это неправильно?

Да, это неправильно.

Во-первых, потому, что Господь – Штучный Мастер. И опыт одного человека редко может пригодиться другому, даже если этот другой – его ребенок.

Во-вторых, чаще всего мы советуем в тех делах, которые у нас самих не получились.

Как известно, лучшие советчики в том, как построить семью, – одинокие дамы. А человек, которого из восьмого класса выгнали за неуспеваемость, с удовольствием и даже со страстью расскажет Вам, как важно быть образованным человеком.

Значит, нужна некая система.

Так возникла психофилософия. В отличие от подавляющего большинства психологических систем она направлена на других. То есть (простите за тавтологию) помогает людям помогать другим людям.

Откуда она возникла?

Из трех источников.

Первый. Моя телевизионная практика.

Мне повезло, так сподобил Господь, что много лет на телевидении я беру интервью.

Интервью – это всегда психологическая история. Тем более перед телекамерой, которая «раздевает» человека. За час эфира можно интересно и глубоко познать человека.

Второй. Люди, которые приходят ко мне – как к психологическому консультанту – со своими проблемами.

Третий. Огромное количество книг по психологии и философии, которые я прочел за тот десяток лет, что занимаюсь психофилософией.

Почему психофилософия так называется?

Потому что, когда к нам за советом приходит человек, нам важно понять его психику и его философию.

Психику – реакцию человека на внешние вызовы – мы еще как-то имеем в виду. Мы понимаем, скажем, что со стариком и с ребенком надо разговаривать по-разному. С человеком, который нам представляется нервным, мы все-таки беседуем не так, как с тем, кто кажется нам спокойным.

А вот на философию человека мы редко обращаем внимание. Мы вообще опасаемся этого слова – «философия». Мы убеждены, что оно относится к умным до занудливости людям, то есть не к нам.

Между тем философия – это всего лишь ответ на вопрос: «Зачем?» И есть она не только у каждого человека, но и у любого нашего поступка. Не поняв философию человека, невозможно помочь ему наладить отношения с самим собой и с миром.

Каковы основные принципы психофилософии?

Подробно они описаны в книгах «Психофилософия» и «Психофилософия 2.0», которые вышли в издательстве «Питер» в 2014 году.

Но, поскольку все слова, о которых мы будем говорить дальше, я рассматриваю именно под углом психофилософии, расскажу о главных ее законах.

Итак.

Человек сам строит свою реальность. И сам отвечает за тот мир, который его окружает.

Если он не в состоянии изменить мир, то всегда может изменить к нему отношение.

Энергия познания каждого человека может быть направлена как вовнутрь, так и вовне.

Человек всегда сам (осознанно или нет) выбирает, что ему важнее в построении реальности: познание действительности или познание себя.

Однако надо иметь в виду: построить гармоничный мир, направив всю энергию познания исключительно вовне, невозможно. Человек не сможет решить свои психологические проблемы, если не «произведет ревизию» своей философии, то есть собственного отношения и к жизни, и к себе самому.

Умение мыслить – серьезное подспорье во взаимоотношениях с самим собой и с окружающим миром. Нелепо им не пользоваться.

Человек всегда способен на большее, нежели ему представляется.

Психофилософия исходит из того, что главным движителем человека по жизни является его желание. Когда мы делаем что-то, исходя из чужих, а не собственных желаний, – это форс-мажор.

Выбор наш небольшой: либо жить, исходя из собственных желаний, либо из чужих.

Третьего, как говорится, не дано.

Желание надо уметь отличать от прихоти.

Прихоть: неплохо бы, чтобы это случилось.

Желание: если этого не случится, жизнь моя потеряет смысл (либо вообще, либо – на данном отрезке времени) ...

knigogid.ru

Читать книгу Так любят люди Андрея Максимова : онлайн чтение

Текущая страница: 1 (всего у книги 3 страниц) [доступный отрывок для чтения: 1 страниц]

Андрей МаксимовТак любят люди

© ООО «Издательство «Э», 2018

* * *

С огромной благодарностью я посвящаю свой роман ЛЮДЯМ, ПРИХОДИВШИМ КО МНЕ НА ПСИХОФИЛОСОФСКИЙ РАЗГОВОР. Все истории, составившие эту книгу, услышаны от вас. Все истории подлинные. Разумеется, я поменял имена, изменил кое-какие детали, но все истории – настоящие, так все на самом деле и происходило. Люди любят так. Я знаю, что помог многим из вас. Но вы и не догадываетесь, как помогли мне вы. Помогли понять себя и мир, в котором стараюсь жить.

Помогли понять любовь, которую, конечно, понять до конца невозможно.

Спасибо вам.

Кто пишет – тот действует, пускает в оборот переживания и жизнь, непосредственно либо опосредованно, в силу тех или иных причин, побуждающих человека писать, нередко обманчивых; непосредственно или опосредованно – это уж смотря по тому, каков его характер: в моем случае о непосредственности нет речи. Я не из числа писателей-эксгибиционистов, не знающих стыда, не из тех, кто так и сяк монтирует, сочиняет и пересочиняет свою жизнь, не принадлежу я и к тем, кто ушатами выплескивает на тебя витиеватые словеса, так что недолго и захлебнуться, барахтаясь в потоках авторского красноречия. Я из цеха слесарей и конструкторов мысли, которым нелегко приходится с их собственными находками и выдумками, так как эти находки то и дело перечеркивают авторские планы и замыслы и даже убеждения… У меня не мысли рождают образы, а, напротив, образы рождают мысли. Моя писанина нацелена куда-то в сторону от моего «я», хотя я и не написал чего-то, что не было бы связано с пережитым лично мной, с моими вытесненными либо давно забытыми переживаниями, чувствами и мыслями…

Фридрих Дюрренматт

Начало
Иван Сергеевич, 48 лет, предприниматель:

– Ну, значит, компания была… Ага… Одна компания такая была… Ну, на море познакомились… А на море что делать, кроме как купаться и выпивать? Ну, выпивали, значит, познакомились. Игорь, Лена… Это, значит, они… Маша, Иван… Это я Иван, а Маша – жена моя… Ну, тогдашняя…

И вот, значит, стали общаться… Ну, дружить типа. Праздники там… Выходные… Ага. Они – выпивку, мы – закуску. Или наоборот. Ну, чтоб порядок. Дружили, значит, хорошо. И, главное, мне поначалу Ленка не нравилась вообще… Ну, Ленка и Ленка… И имя еще какое-то… Никакое: Ленка. Машка, правда, тоже… Короче, не везет мне на имена, но дело не в этом… Ага.

Не нравилась Ленка. Чего-то я в ней не замечал, понимаете? Сейчас вот замечаю, а тогда не замечал. Сейчас вот смотрю на нее… Ну, в постели… Так у нее все прилажено крепко. А тогда не замечал. Долго так не замечал. А потом Машка, ну, жена моя тогдашняя, стала меня игнорировать как мужчину. Ага. Голова у нее стала все время болеть. Я только к ней – у нее голова болит. Или месячные… Хотя мы раньше и во время месячных… Или устала… Мне обидно стало. А может, я придумал все это, чтобы типа оправдаться? Не знаю… С Ленкой постепенно все начало происходить. Не сразу. На балкон там покурить выйдем… Или вот приходим типа праздновать: хлеб забыли купить. Ленка в магаз, я – за ней. Типа за компанию. Но про любовь не думал: все-таки жена друга. А потом как получилось? Я в ихнем районе был, и у меня время свободное, типа некуда деться. Я Игорьку позвонил. Игорька не было, а Ленка-то была. «Заходи, – говорит, – чайку попьем».

Попили… Она меня в халате встретила. Ну, я поначалу внимания не обратил: мы ж друзья типа. Можно и в халате. А потом… Оказалось, что она давно ко мне… А я и не знал… Да и она мне тоже, если честно, постепенно… Ага… Только то, что жена друга, и останавливало…

Мы скрывались с ней, типа тихарились. Ну, потому что две семьи разрушаются, не дело все-таки… Ага. Но не можем мы с Ленкой дружка без дружки. И дело не в сексе, хотя секс, конечно, да… Но не в этом дело. Не только. Разговоры, понимаете? Мы с ней, бывало, идем по городу, садимся на скамеечку, говорим… Про все. И про все интересно. Тихарились мы так, тихарились. Мочи нет. Да и наши стали догадываться. У Машки голова перестала болеть, но мне уже не надо это все было. Потому что я вот это вот, когда в одном временном отрезке мужик с двумя бабами ложится, не понимаю. Может, не современный я, но не понимаю.

Игорь тоже стал на меня коситься. Так-то ничего не говорил, но видно, что косился… Короче, сговорились мы с Ленкой. И в один вечер она своему объявила, я – своей. Там – скандал, слезы… Типа: ля-ля…

В общем, разъехались.

– А дети есть у вас? В вашей семье и в той?

– Причем тут? У нас есть с Машкой сын.

Взрослый. Мы с Машкой давно живем… Он отдельно проживает. У Ленки с Игорем там чего-то не срослось… Я не в курсе, если честно. Ага. В общем, детей нет.

Но это ни при чем тут совсем.

И вот. Стали мы с Ленкой снимать квартиру.

Хорошую такую, однокомнатную, правда, зато кухня такая нормальная, мы там с ней говорили все время, с Ленкой в смысле.

Сначала хорошо все было. А потом, год еще не прошел… Или прошел? Не, не прошел… И вот, значит, стал я замечать, что чего-то не так у нас. Понимаете? Ну, чувствуется это всегда, ага? Нет, Ленка мне не отказывала никогда.

Это вообще у нее так всегда: что в сексе, что поговорить, что водочки выпить… Не бывает отказу. Но какая-то фигня… Чувствуется. И, главное, если она чувствуется, то уже не уйдет никуда. Это точно совершенно. Тогда я решил поставить две видеокамеры…

– Извините, а вы где работаете? Я, например, вообще не представляю, где берут видеокамеры и как их устанавливают…

– Я бизнесмен. Не важно. Если вам видеокамеры понадобятся, я помогу…

Ну вот, значит, две поставил. Комната, кухня. Поставил. Ага.

И вот прям очень быстро… Дня через два… Смотрю то, что та сняла, что в комнате.

И вижу, что приходит к моей бывший ее муж, Игорь, то есть она его ведет в постель и они там… Понимаете? Ага.

И, главное, та камера, что на кухне была, не показывает ничего. Понимаете? Они не разговаривали даже. Даже чай не пили. Или там еще чего. Игорь этот пришел, свое дело сделал и ушел. И все.

Ну, я к жене. А она, главное, не отпирается вообще. Ага. Она говорит:

– Да, – говорит. – А что ты так волнуешься? Мы с Игорем десять лет жили.

Представляешь, сколько раз мы с ним? Разом больше, разом меньше – это что, так принципиально? И вообще, если хочешь, мы закончим с ним это. Обещаю.

– Если бы, – говорит, – чужой какой-то мужик, ну, типа новый – тогда да. А так чё?

Просто помогла ему и все. А чё ему делать, сам подумай? Не к проституткам же ходить? И потом, я с ним совсем не так себя веду, как с тобой. Я с ним фригидная совсем. Давай вместе посмотрим, что ты там снял, – сам убедишься.

– И вы вместе… все это смотрели…

– Один раз. Я не смог больше. Но надо же было типа разобраться. Ага. Ну, она совсем другая с ним, правда. Совсем фригидная. Я первый-то раз в нерве был – не заметил. А когда спокойней стал, пригляделся… Вообще… Как сказать? Без удовольствия она вообще там это все… Понимаете?

– Иван Сергеевич, вы извините. Но вы ко мне зачем пришли? Когда ко мне люди приходят, я прошу их четко сформулировать вопрос, который их ко мне привел. У вас какой вопрос?

– Сейчас… Мы потом еще с Ленкой говорили… Она предлагала еще раз видео посмотреть, но я не смог. Я уже говорил, да?

Я вот чего понять хочу: она изменяла мне или действительно просто пожалела Игоря? Она вообще, Ленка, добрая очень. По жизни. Щенка вот на улице подобрала, принесла. Забавный такой… Ага.

Вот вам рассказал и понял: все-таки это не измена. Нет. Просто Ленка – добрый человек. Бывают же такие люди, как думаете?

Вот она тоже: увидела, что мне это неприятно, и сказала, что не будет такого больше никогда. Все.

– А камеры вы убрали?

– Зачем? Перевесил на другое место. Они – скрытые, незаметные совсем. Но ничего на них нет. Ленка слово свое держит.

Спасибо, что выслушали. Вот рассказал и понял: нет, не измена это. Неприятное такое происшествие. Ага. Но не измена. Точно: не измена.

* * *

Я ничего не понимаю в любви.

Если бы я понимал в любви, я бы не ходил сейчас по своей квартире в абсолютно не гордом одиночестве и не вел бы бесконечных разговоров про любовь с самим собой.

Я бы жил с женой. И мы бы с ней сидели вечером при выключенном телевизоре, выпивали бы чего-нибудь помаленьку и говорили бы о чем угодно, но только не про любовь.

Потому что, когда любовь есть, о ней не умничают – ею живут.

Любовь – море. Прыгнул – плыви. Чего рассуждать?

Если человек плывет в море и размышляет, скажем, о том, как бы лучше преодолеть набегающую волну или как правильней грести руками-ногами, – он утонет. И все тут.

Либо размышляешь, либо плывешь.

И третьего не дано.

Я хожу по квартире, курю, конечно, выпиваю чуть-чуть, и думаю о том, что в юности любовь – это соревнование. И с окружающими, и с самим собой.

Я отчетливо помню тот день, когда стал мужчиной. Моя первая любовь была старше меня на девять лет.

Она была очень умелой, и я сразу понял, что такое счастье в любви.

Ее звали Ольга. С шестнадцати лет я ненавижу женщин с этим именем.

Впрочем, ненавидеть я стал позже.

В день, когда я стал мужчиной, я вышел на улицу и подумал, что теперь я такой же, как все. Я теперь ничем не отличаюсь от этих нормальных, взрослых людей.

Мне было тогда шестнадцать лет, и я не подозревал, что все самые ужасные ужасы в жизни будут у меня связаны именно с любовью, в которой я ничего не понимаю.

Я тогда в любви плыл. Потому что, если впервые в жизни поплыл тут – все очень нравится: и вода не кажется соленой, и волны радуют…

Но вот однажды мне показалось, что наши отношения с Ольгой стали походить на выцветшие обои на родительской даче: картинка вроде есть, а яркости и радости нет.

И тогда я придумал самый дурацкий вопрос, который только может задать мужчина женщине. Вопрос этот я потом задавал сотни раз, и он ни разу не привел ни к чему хорошему.

Но я все равно его задавал. Потому что ничего не понимаю в любви.

Я спросил Ольгу:

– Ты меня любишь?

Она посмотрела на меня тем взглядом, которым, наверное, смотрит киллер прежде, чем произвести выстрел.

И ответила:

– Я не понимаю, что такое любовь. Я понимаю, когда с человеком плохо и когда с человеком хорошо. Мне с тобой плохо.

И она отвернулась.

Мир рухнул.

Этот ее ответ я потом много раз использовал, расставаясь с женщинами. Хороший выстрел. Контрольный уже не требовался.

Поединок с Ольгой я проиграл.

Потом многие выигрывал. Не исключаю, что именно потому и выигрывал, что этот проиграл.

Юность – это вообще соревновательная история. Такой бесконечный спорт. Ты должен доказать миру самого себя: в профессии, в любви, да во всем, в общем.

Не участвуют в соревновании только те, кому на все наплевать: это либо гении, либо неудачники.

Чем ближе старость, тем меньше соревновательности в любви.

Цель меняется. Тебе уже не надо ее победить.

Ты хочешь найти ту, с кем можно будет стареть. Потому что стареть вообще-то очень страшно. И совсем невозможно в одиночестве…

Как же это важно: однажды перестать бороться со всем, кроме одиночества! Однажды понять: на самом деле никакого иного страха и нет, кроме этого.

Но это только мой опыт подсказывает: в юности любовь – соревнование, в зрелости и старости – попытка победить одиночество.

Мой личный опыт. Кто смеет утверждать, будто он необходим еще кому-то, кроме меня?

В любви опыта нет. Ты наступаешь на одни и те же грабли, каждый раз надеясь, что они не дадут тебе по лбу, а унесут в небо.

А они дают…

Зачем нужны все эти книжки про любовь, если они никого ничему не учат?

Может быть, нам просто интересно читать про любовь, чтобы не чувствовать себя одинокими в этом бесконечном страдании?

Я когда-то услышал фразу: и получше нас люди умирали. Незамысловатая мысль успокаивала.

Может быть, и с любовью так же? Ты не один в этом бесконечном страдании. Это не стыдно так переживать. На миру вроде как и любовь красна.

Успокаивает…

Я хожу по квартире и жду ее звонка или эсэмэски. А она не звонит и не пишет.

Они всегда не звонят и не пишут, когда их ждут.

Они чувствуют всегда, что их ждут, – и не звонят и не пишут. Таким образом привязывают к себе. Вот и всё.

И мы знаем это. И все равно привязываемся.

И грабли ласково ложатся под ноги…

Михаил, 45 лет, бизнесмен:

– Что во мне не так? Не, ну ты посмотри на меня. Ничего, что на «ты»? Так удобнее, нормально? Нормальный же я, вроде, мужик. Правильно? Две жены было. На одной по залету женился. По молодости. Со второй любовь была. Я тогда еще только начинал. Пацан совсем. Двадцать лет. Лихие девяностые. В меня стреляли однажды, когда мы рядом шли. А она не убежала, представляешь? Скорую вызвала, жизнь мне спасла. Хорошо жили.

А потом она ушла от меня к моему партнеру… Не объясняла ничего… Вообще. Прихожу домой, там записка: «Меня не ищи». Это мне потом Сашка, партнер мой, сказал, что она к нему ушла. Предлагал доли наши поделить, рассыпать дело… А зачем?

Сашка, в общем, ни при чем был. Женщины вообще – они странные такие… От смерти спасла, а к другому ушла… Ладно, не суть.

И вот, значит, Ира. Фотографию хочешь посмотреть?

В телефоне десятки, если не сотни, фотографий.

– Класс, да? Красивая. Сколько ты ей дашь? А ей сорок, представляешь? Не выглядит же на сорок, правда? Тридцатник, не больше. Короче, мы с ней познакомились, и я стал за ней ухаживать. Цветы мой водитель ей каждый день привозил. Рестораны там. То да се. Гулять еще она очень любила. Ну, я гулял, как дурак: парки там. Усадьбы загородные. Ладно, тоже полезно. А то чё? Машина – офис, машина – офис… А тут воздух как-никак. Тренировка. И вообще.

Целовались на природе. Как в юности. Я машину сам стал водить. Машина – это ж домик такой, понимаешь? Там тоже целовались, но до большего не доходило.

И вот я однажды к дому ее привез, а она говорит:

– Хочешь посмотреть, как я живу?

Ну вот ты бы понял, на что женщина намекает? Я тоже так решил.

Мы пришли. Хорошая такая квартира. Небольшая двухкомнатная, но хорошая. Евроремонт. Все дела. Комбайн на кухне дорогой. Кресла кожаные, нормально все.

Поцеловались еще в прихожей, и я руками стал… А Ира говорит:

– Не надо. Не могу пока.

Ну, не надо и не надо. Сидим, разговариваем на кухне. Ирка – она необычная очень, понимаешь? Не такая, как все. Интересная. Сейчас же все – про что? Про деньги, про сплетни, про шмотки. А она про жизнь говорила. Интересно с ней было.

Хотя хотел ее, конечно. А как? Такая красавица.

И вот месяц проходит, второй… Целуемся, обнимаемся… Я в гости к ней хожу. Она ко мне – нет. Ни домой, ни на дачу. Один раз в усадьбу ездили неподалеку от моей дачи.

– Давай, – говорю, – заедем. Чаю попьем. У меня там люди есть, за домом следят, чай нам заварят. Посидим. Посмотришь хоть, как я живу. Она ничего не ответила. Словами. Посмотрела только. И я сразу понял: «Нет».

Она так умеет смотреть – никаких слов не надо.

И вот однажды сидим у нее дома вечером, я уже уходить собираюсь. Эсэмэска к ней приходит. Она читает и… как бы это сказать, чтобы ты понял… отстраняется как бы. Понимаешь? Я даже спросил:

– Ничего не случилось?

Она улыбнулась:

– Нет.

А я вижу: случилось. Это ж всегда ощущается, особенно если влюблен, то есть чувствуешь женщину.

Она когда в туалет отошла, я даже решил телефон ее посмотреть… Но не стал. Унизительно это как-то.

Ну и вот…

Михаил замолкает. Пальцы начинают перебирать воздух. Большой, красивый, уверенный в себе мужчина. Смотрит мимо. Словно там, куда смотрит, хочет увидеть то, чего ему видеть не хочется.

Люди не приходят на такие разговоры с хорошим. Они приходят только с плохим – с таким, о чем вспоминать не хочется.

– Твой директор сказала, чтобы я на встречу с тобой вопрос приготовил. Самый главный, который мучает… Какой у меня вопрос? «Что во мне не так?» Вот какой вопрос…

Ну ладно… Короче, я вышел, но никуда не поехал. На лестничной клетке остался… Потом послал ей эсэмэску: «Я дома. Все хорошо. Целую». У нас так принято было.

Ты понимаешь, я не то чтобы предчувствовал говно какое-то, а точно знал. Прям уверен был. И тут лифт поехал – вызвал кто-то. Время позднее очень, лифтом никто не пользуется. А тут прям грохот раздался. Как взрыв. На площадке комнатка такая была, где мусоропровод. Я спрятался там.

Лифт приехал на этаж. Вижу: из лифта мужик выходит и идет к Иркиной квартире. Он еще не подошел, а она уже выскочила, на нем повисла.

Ничего у меня в глазах не помутилось, и плохо мне не стало. Я – мужик закаленный, девяностые пережил – и жив остался, и капиталец сколотил неплохой.

Это я потом переживал сильно. Пил даже. И сейчас пью. Не суть.

Тут понятно было, что делать. А когда понятно – не плохеет.

Я из комнатки вышел, к ним подошел.

Они не удивились оба. Прям как будто ждали меня. Мужик этот, главное, улыбнулся мне, шаг навстречу сделал, даже руку протянул.

– Ты, наверное, Михаил? – спрашивает. – Мне Ирка про тебя рассказывала. Ты не думай, нас с ней ничего не связывает, кроме секса. Если она к тебе попривыкнет и у вас все всерьезку начнется, я сразу отвалю. Мы с Иркой так и договорились.

А Ирка, главное, смотрит на меня своими глазами и говорит:

– Мишк, ты хороший очень, правда. Мне интересно с тобой. Разговаривать там… И вообще… Только вот ты не возбуждаешь меня совсем, понимаешь? Ну вообще. Я тебе знаешь что скажу? Ты, когда целуешься, сглатывай, ладно? А то противно, понимаешь… Ну…

Он замолчал.

Молчал долго.

– А дальше что было?

– Что было? В морду ему дал.

Ира же рядом со мной стояла. Я ее отодвинул немножко и ударил его. Сильно. Каюсь. Не рассчитал. Он в квартиру влетел. Рухнул там. Грохот раздался. Видимо, упало что-то.

Ирка ахнула. Хотела в квартиру побежать. Но я ее схватил. За волосы. Лицо ее повернул к себе, даже не знаю зачем. Потом толкнул сильно. Она упала, наверное… Не знаю. Я к лифту пошел и уехал.

– Больше вы не виделись?

– Она звонила на следующий день. И потом еще звонила. То ли извинялась, то ли объяснялась… Не важно. Я слушал – трубку не бросал. Я вообще трубки не бросаю никогда: мерзко быть невежливым.

Только мне уже стало неинтересно. Понимаешь? В любви должно быть интересно. Вообще, в жизни должно быть интересно. А уж в любви… И вот теперь я хочу понять: что во мне не так? Буду я сглатывать перед поцелуем. И все, что ли? И все? Тогда нормально все будет? Все?

* * *

Я сначала рос в абсолютной уверенности, что любовь – это хорошо. Это даже не просто так себе хорошо, но это лучшее, что есть в жизни.

Много ли книжек про счастливую любовь? Фильмов там? Пьес?

«Они жили счастливо и умерли в один день…»? Неинтересно!

Интересно про страсти роковые, про измены… Про треугольники любовные, квадраты, ромбы…

Если собрать лучшие стихи о любви – это что такое будет? Крик о расставании. Вопль о непонимании. Вой об одиночестве.

«Я вас любил так искренно, так нежно. Как дай вам Бог любимой быть другим».

Вот что это будет.

Психологи пишут, что настоящая любовь – это свобода. Психологи всегда выдают желаемое за действительное. Психологи пишут о том, как надо.

А мы тут живем как есть.

Она не звонит.

Она не пишет.

И, главное, она знает, как я жду ее сообщений. А не знает, так чувствует.

Это такая тактика у них в крови, у женщин.

Тут ведь как?

Она исчезла. Не звонит, не пишет.

И тогда – что? Тогда я думаю про нее. Им ведь очень важно, чтобы про них думали. И она знает точно: если исчезнет – тогда думаю. Придумываю. Фантазирую. Злюсь даже. Но занят ею.

А позвонит – тогда что? Успокоюсь. Займусь своими делами. Забуду. Хоть на время, но забуду.

А так – нет.

Вот она и не звонит.

Когда женщина говорит:

– Я считаю, что любовь – это то-то…

Например: любовь – это нежность.

Вот когда она так говорит, она убеждена, что эту нежность должен мужчина проявлять по отношению к ней. Ей и в голову не приходит, что мужчина тоже нуждается в нежности.

Трудно, что ли, позвонить?

Или написать просто: скучаю…

Трудно, что ли?

Когда я влюбился в Ольгу, я был счастлив. Я был счастлив абсолютно.

Помню, я шел из школы домой и думал, что если, например, у тебя двойка, но ты влюблен, то ты счастлив и радостен. А если у тебя пятерка, но девушки у тебя нет, то ты несчастлив и печален. Значит, настроение, и, в конечном итоге, жизнь зависит не от работы, а от любви.

Тогда я очень обрадовался этой мысли. Мне казалось, что она делает жизнь яркой и солнечной. И понятной, что самое главное. Ведь главная проблема юности – неясность окружающей жизни.

В юности жизни очень много. И она неясная очень. С ориентирами проблемы и с фундаментом.

А тут – раз! – понятно все: любовь – главное. Здорово, хоть и сердито.

Я тогда еще не понимал, до какой степени сердито.

Но когда Ольга сказала мне: «Я не понимаю, что такое любовь. Я понимаю, когда с человеком плохо или хорошо. С тобой мне плохо», – луч погас как-то сразу.

Потому что никакой это не луч был, а так – иллюзия. Ясная жизнь – и что хорошего? Ясность – она ведь тоже может быть отвратительной.

Любовь в жизни главное? О’кей. Только понимаешь ли ты, что это означает? Несвободу – вот что.

Ты либо влюблен, либо свободен.

Жизнь – это бесконечный выбор зависимостей, который мы делаем сами.

От чего предпочитаете зависеть, сэр?

От карьеры, от денег, от славы? От родителей? От начальства?

Это все в твоих руках. Мы сами строим ту реальность, в которой живем, и значит, сами за нее отвечаем.

Хорошо тому, кто зависит, скажем, от карьеры или от денег. Строй. Зарабатывай. Вперед, родной!

А если от любви?

Ведь не ты ее находишь, а она тебя. Хочет, сука, находит, а не хочет…

А ты несвободен.

А она не находит.

И что тогда?

И что с твоим настроением, с твоей жизнью?

Поняв, что у меня больше нет девушки, и возненавидев имя «Ольга» на всю жизнь, я поплелся домой.

На столе, на белой скатерти, стояла белая бутылка кефира.

Пустой стол. Скатерть. Бутылка кефира. Все белое.

«Я так же одинок, как эта бутылка кефира на столе», – подумал я. Мне было шестнадцать лет, и я совершенно не понимал анекдотичности сравнения.

Мне было шестнадцать лет – хороший возраст, чтобы осознать и не забыть: если рядом с тобой нет женщины, рядом с тобой нет никого. Ты живешь в пустоте.

Я совершенно точно знал, что такую, как Ольга, я не встречу больше никогда. Я вспоминал ее грудь и понимал, что такой груди больше не будет в моей жизни, это единственная на свете грудь, и я ее упустил.

Я надавил на зеленую, из мягкого металла сделанную, «шапочку» на горлышке бутылки; «шапочка» снялась. Я закрыл горлышко ладонью и взболтал. Потом выпил теплого мерзкого напитка.

Неполная бутылка уже не казалась величественной.

Мне хотелось нарушить метафору одиночества. Мне казалось, что это поможет моей жизни.

Мне было шестнадцать лет, и я тогда еще не знал: забыть женщину можно только с помощью другой женщины. Они так и будут вытеснять из моей души друг друга, чтобы в душе осталась пустота.

Но тогда я еще всего этого не знал.

Результатом всякой первой любви бывает ощущение окончательного конца жизни.

Пожалуй, никогда я не испытывал ощущения такого окончательного тупика, как в тот вечер, попивая невкусный теплый кефир в надежде поломать метафору, а значит, жизнь.

Меня предавали. Я предавал. Меня бросали. Я бросал.

Женщины рожали от меня детей, и мы расставались.

Женщины не рожали от меня детей, и мы расставались все равно.

Мы расставались естественно и трагически; глупо и умно; навсегда и на время…

Но никогда – никогда! – в жизни не было у меня больше ощущения такого безнадежного и бессмысленного существования, как в тот вечер.

Вот ведь Бог – Он все правильно делает. Он всегда все делает правильно. Он дает человеку трагическую первую любовь. И ты проживаешь в ней сразу ровно то, что будешь проживать потом.

Восторг, спокойствие и уверенность, трагедия потери… Такие вот этапы.

Дальше все будет именно так: восторг, спокойствие и уверенность, трагедия потери.

Восторг, спокойствие и уверенность, трагедия потери… Восторг, спокойствие и уверенность…

И так – до бесконечности.

Только в первый раз все более обостренно. Опыт, конечно, облегчает существование, но лишает открытий…

Господь как бы говорит: оно тебе надо, дорогой? Вот так вот будет всю жизнь. Подумай: отличная оценка важнее любви, разве нет? Научись получать пятерки – сделаешь карьеру. Сделаешь карьеру – будут деньги. Будут деньги – появятся возможности. Появятся возможности – возникнет свобода.

Это понятная логика. Очевидная.

А с любовью – что?

Восторг, спокойствие и уверенность, трагедия потери… Восторг, спокойствие и уверенность, трагедия потери… И так всю жизнь?

Оно тебе надо, дорогой?

Бог дает нам несчастье первой любви, чтобы мы успокоились. А мы чего?

А мы не слушаем Бога. Молимся. Просим о чем-то своем, нам необходимом. Но не слушаем. Ни в любви. Ни в чем другом.

Гордыня…

Я все понимаю. Я слышу Бога. Но сейчас будет не так. По-другому все будет. Это не грабли. Это новый путь. Сейчас будет не так, как раньше. Потому что есть логика, но ведь есть и чудо.

На что надеяться в любви, как не на чудо, если она сама и есть чудо?

Первый раз надеешься на чудо. Грабли.

Успокойся!

Нет. Еще раз надеешься на чудо. Грабли.

И опять. И снова.

И так – до седых волос. Или – до лысины, как в моем случае.

Почему-то очень долго я не выливал остатки кефира. Я ненавидел Ольгу. И мечтал, чтобы она мне позвонила. Мне казалось, что эта треклятая бутылка соединяет нас.

Я был сумасшедший. Как бывает сумасшедшим всякий, кто потерял любовь.

А потом я встретил Катю.

Я посмотрел на телефон: вдруг нечаянно я выключил звук и эсэмэска пришла?

Не пришла, конечно.

Разумеется, не пришла. А как же иначе?

Татьяна, 35 лет, врач:

– Ужасно неудобно рассказывать про это все… Чужому человеку… Извините… Но свои… Они же любят меня очень. Потому и свои, что любят. Они говорят: рви, убегай, улетай… Куда я убегу? У меня ж клиенты… И ребенок… Еще года нет ему.

А вы ведь можете дать совет, да? Потому что я сама не в состоянии разобраться. И вообще, так ужасно все… Ужасно… Эталонная красавица. Идеальная фигура. Огромные голубые глаза.

Периодически всхлипывает, вытирает глаза салфеткой, потом рвет ее, обрывки аккуратно складывает в пепельницу…

И опять всхлипывает, вытирает, разрывает, складывает…

– Мы с Сашкой… Сашей… Александром… Это муж мой… Мой муж… Бывший… Ну вот… Мы с ним женились по любви. Он меня завоевывал, хотя я сдаться была готова в первую же ночь. Красиво завоевывал… Мы однажды с ним поссорились, так он кран пригнал подъемный к окнам моей квартиры, чтобы извиниться так. Представляете? Оказывается, в Москве можно за деньги заказать… Не знаю, как называется… Машина, на которой такая труба… Ты в нее встаешь, и она поднимает тебя до нужного этажа.

И вот, представляете, сижу я дома… Вдруг стук в окно… Я не испугалась даже, потому что не поверила. Смотрю: а в окне Сашкина физиономия. Представляете?

Не важно это все. Не важно уже. Вспоминается. Хотя и не важно. Вот.

Поженились мы, понятно. И начали хорошо жить. Четыре с лишним года хорошо жили. А потом… Я стала замечать что-то… В постели… Про это можно говорить?

Какой-то он стал… Не знаю, как сказать… Формальный. Можно так сказать? Нет, все делал. Но как-то формально.

Он вообще-то страстный очень, Сашка. Меня даже кусал иногда… Извините… Вот. А тут какой-то…

Мы как раз с ним тогда на балет ходили, ну, в тот период… Мы с ним часто там – театры, балет… Ну вот, я смотрю и думаю… А думаю я про свое, понятно… И вот я думаю, что балет – это же, в сущности, физические упражнения.

А когда музыка, когда страсть – страсть, да – это же совсем другое дело.

Ну, ему рассказала про это в антракте, когда мы шампанское пили… А он спросил: «Ты на что намекаешь?» Я отшутилась, поцеловала его, но чего-то так мне грустно стало, словно от предчувствия.

И тут я забеременела. Долго не получалось, к врачам ходила. Вот нашу медицину все ругают, а мне помогли.

Сашка вокруг меня прям вился весь, шагу не давал ступить. Волновался очень.

Сейчас я, правда, думаю: может, играл? Но не важно. Теперь.

Сыночек родился. Я назвала его Сашей потому, что это – единственное имя, которое для меня имеет смысл.

Когда ребенок рождается, вся жизнь вокруг него вертится, и я как-то про наши отношения с Сашей-старшим перестала думать. Да и что плохого может быть, когда такой классный пацан растет.

Когда Сашке было восемь месяцев, я перестала его грудью кормить. Сейчас ругаю себя за это: дольше бы кормила, дольше с мужем бы жили. Но устала я, если честно. В общем, перестала. И прямо вот на следующий день Саша мне во всем признался. Оказывается, у него был роман на стороне. И там тоже родился ребенок, практически ровесник нашему Саньку.

Сашка так сказал все спокойно – готовился, видимо, долго, репетировал. Вещи собрал и ушел.

Я – в слезы. Но долго же нервничать нельзя: ребенок – он, когда маленький, мать очень чувствует и тоже начинает нервничать.

Успокаиваю себя, как могу, а не выходит… Уложу его спать, разрыдаюсь, а он просыпается тут же и – в слезы. И, главное, сухой и есть не хочет, а рыдает. Удивительно все-таки Бог все упорядочивает… А вы сами в Бога верите? Не важно…

Меня знаете что мучает? Что ж это такое во мне не так, что он к другой ушел? Что-то, значит, во мне неправильное… Я ее не видела ни разу. Но ведь это не важно – красивей она меня или нет, правда? Уходят ведь не к красивым. А к каким уходят, вы не знаете?

И все у нас нормально было. Театры там, балет… Я уже говорила, да? Разговаривали много. И такое вдруг…

Что-то, значит, я не сделала? Недодала чего-то? А что, чего? Мне почему-то важно это понять. Сама даже не знаю – почему, но важно. Но вопрос мой не в этом. Посоветуйте: что мне теперь делать. Близкие говорят: пошли этого дурака. Ну, они более грубо говорят. Не важно.

А как – пошли? Он же отец. И девочка, которая там растет – там девочка родилась, Сашка мне сам сказал, – она вроде как сестра. Моего Санька без отца оставить и без сестры? Не годится… А как тогда с ним общаться, с Сашкой? Он же – предатель. Или не предатель? Может, я сама что-то не так делала… Наверняка делала.

Вот он и ушел. Я и виновата, получается, а он – не предатель.

И чего тогда?

В общем, запуталась я.

– Татьяна, а давайте посмотрим: какие есть варианты развития событий?

– В смысле: варианты? Ну, общаться или не общаться?

– Вы же сами говорите, что варианта «не общаться» не существует. Каким бы ни был отцом ваш Саша, вы же не имеете права отнимать у него сына. И сестру у брата. На самом деле это и невозможно. Все равно в конце концов дети и родители всегда встречаются.

Так что, в сущности, выбора нет…

И еще. Вы себя не корите за то, что Саша ушел. По самым разным причинам мужчины уходят. А иногда и вовсе без причин. Но женщина совсем не всегда виновата, уверяю вас.

– Да как же не виновата, если он ушел? От хороших жен ведь не уходят?

iknigi.net

Читать книгу Универсальный многослов. Книга для тех, кому интересно жить осмысленно Андрея Максимова : онлайн чтение

Текущая страница: 1 (всего у книги 30 страниц) [доступный отрывок для чтения: 20 страниц]

Андрей МаксимовУниверсальный многослов. Книга для тех, кому интересно жить осмысленно

Непознанная жизнь не стоит того, чтобы быть прожитой.

Сократ

© А. М. Максимов, 2015

© ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2015

Вступление

Дорогой человек, взявший в руки мою книгу!

Спасибо Вам1   Вопреки принятым нормам, законам и прочим, безусловно, правильным вещам, я в своих книгах всегда обращаюсь к читателю на Вы с большой буквы. Потому как это не безличное обращение к читателю вообще, а к конкретному и прекрасному человеку, который взял мою книгу в руки, то есть к Вам.

[Закрыть] большое за то, что Вы обратили внимание на мою книгу, открыли ее и даже уже прочли эти первые три строки.

Здравствуйте!

Книги, как и дети, появляются по-разному. Как и в деторождении, технология одна, замес разный.

Эта книга появилась благодаря тому, что на свете живет человек по имени Дарима Хвостова.

Когда-то она была редактором нескольких моих книг, редактором, надо заметить, замечательным. Потом мы несколько лет не виделись и вот однажды встретились на книжной ярмарке. Дарима мне и говорит: «Давайте переиздадим «Многословы».

Какой автор отказался бы от подобного предложения?

Поэтому это вступление хочу начать с главного.

Моя искренняя и глубокая благодарность редактору издательства «Центрполиграф» Дариме ХВОСТОВОЙ.

Дорогая Дарима! Если бы не Ваша активность и невероятное желание эту книгу издать, я бы, наверное, долгие годы собирался ее написать.

Я думал: как все будет?

Прогляжу предыдущие «Многословы», кое-что уберу, кое-что добавлю, все соединю – и получится такой «Универсальный многослов».

Как бы не так…

Дело в том, что в последние годы я активно занимаюсь психофилософией (что это за история такая, Вы узнаете в самом начале книги), и, видимо, она решающим образом повлияла на мое собственное мировосприятие.

Читая некоторые главы (признаюсь, таких было немало), я говорил себе: «Максимов, как же так! Ведь это же в корне неверно! Как ты мог столь неправильно думать!»

В этой книге нет ни одной главы, которую бы я (по сравнению с предыдущими «Многословами») не поправил или – чаще – кардинально не переписал.

Это не переиздание. Это новая книга.

Разумеется, в ней есть абзацы и страницы, взятые из предыдущих, но не они определяют суть.

Однако разве не может случиться так, что через пять, шесть или сколько-нибудь еще лет мои взгляды снова поменяются?

Может! И это здорово!

Моя первая книга по психофилософии имела подзаголовок «Книга для тех, кто перепутал себя с камнем».

Я – не камень. Я постоянно меняюсь.

На самом деле меняемся мы все. Другой вопрос: насколько осознаем собственные изменения?

Что делать, чтобы начать их осознавать?

Направить энергию познания извне – вовнутрь.

Другими словами: перестать все время как сумасшедшие обсуждать политико-экономические события – то есть те, на которые мы повлиять не можем, – и задуматься о себе, о собственной сущности, о своих взаимоотношениях с близкими людьми.

Все, что я делаю, все, что я пишу, я пишу для того, чтобы помочь людям направить энергию познания извне – вовнутрь.

«Универсальный многослов» написан с той же целью.

Поэтому меня не страшит неправильность или неоднозначность того, что я пишу.

Например, Вы не согласитесь с моим мнением о том, что лень – это признак умного человека, а пошлости (как и истины) не существует.

Отлично! Очень хорошо!

Подумайте над тем, какой смысл Вы сами вкладываете в понятия «лень», «истина», «пошлость».

Поразмышляйте над сутью слов, которые притворяются понятными, а на самом деле таят в себе массу загадок.

Подумайте! Поразмышляйте! И эти размышления, возможно, изменят Вас.

Я мечтаю о том, чтобы Вы, читатель, вдруг остановили свой бег по жизни и – пусть в метро, или дома, или в электричке, или на пляже – задумались над теми словами, которые употребляете всю жизнь, но над смыслом которых размышляете, увы, нечасто. Вы можете не согласиться с моим пониманием, отвергнуть его или оспорить.

Чудесно! Но остановитесь, задумайтесь!

Я понимаю, что многие главы этой книги кого-то будут раздражать. Большое спасибо за эмоциональную реакцию! Скажу честно: я даже иногда специально утрировал, скажем так, оригинальность в объяснении иных слов, чтобы способствовать Вашим размышлениям.

Я приглашаю Вас к соразмышлениям, потому что убежден:

размышлять над сущностным и важным – одно из интереснейших занятий, придуманных человечеством.

Я приглашаю Вас к соразмышлениям, которые изменят Вас, а значит, и Вашу жизнь.

Вы принимаете мое приглашение?

Тогда переворачивайте страницу.

Поехали!

Вместо прологаПсихофилософия

ПСИХОФИЛОСОФИЯ – система взглядов и практик, призванная помочь людям выстроить гармоничные отношения с самим собой и с миром.

Эта система направлена на то, чтобы помогать другим. Или себе – как другому.

Почему я вдруг начал заниматься психофилософией?

Однажды я понял, что все люди – сто процентов – являются психологическими консультантами.

Увы, мы редко задумываемся над очевидным: ко всем нам время от времени приходят наши и не наши жены и мужья, наши и не наши дети, наши и не наши родители, наши и не наши друзья и знакомые и даже вовсе незнакомые люди, чтобы поговорить «за жизнь», то есть посоветоваться, как вести себя с женами, мужьями, детьми, родителями, друзьями и знакомыми.

И мы советуем. Советуем напропалую. На что мы опираемся, давая советы?

На собственный опыт, на что ж еще?

Это неправильно?

Да, это неправильно.

Во-первых, потому, что Господь – Штучный Мастер. И опыт одного человека редко может пригодиться другому, даже если этот другой – его ребенок.

Во-вторых, чаще всего мы советуем в тех делах, которые у нас самих не получились. Как известно, лучшие советчики в том, как построить семью, – одинокие дамы. А человек, которого из восьмого класса выгнали за неуспеваемость, с удовольствием и даже со страстью расскажет Вам, как важно быть образованным человеком.

Значит, нужна некая система.

Так возникла психофилософия. В отличие от подавляющего большинства психологических систем она направлена на других. То есть (простите за тавтологию) помогает людям помогать другим людям.

Откуда она возникла?

Из трех источников.

Первый. Моя телевизионная практика.

Мне повезло, так сподобил Господь, что много лет на телевидении я беру интервью. Интервью – это всегда психологическая история. Тем более перед телекамерой, которая «раздевает» человека. За час эфира можно интересно и глубоко познать человека.

Второй. Люди, которые приходят ко мне – как к психологическому консультанту – со своими проблемами.

Третий. Огромное количество книг по психологии и философии, которые я прочел за тот десяток лет, что занимаюсь психофилософией.

Почему психофилософия так называется?

Потому что, когда к нам за советом приходит человек, нам важно понять его психику и его философию.

Психику – реакцию человека на внешние вызовы – мы еще как-то имеем в виду. Мы понимаем, скажем, что со стариком и с ребенком надо разговаривать по-разному. С человеком, который нам представляется нервным, мы все-таки беседуем не так, как с тем, кто кажется нам спокойным.

А вот на философию человека мы редко обращаем внимание. Мы вообще опасаемся этого слова – «философия». Мы убеждены, что оно относится к умным до занудливости людям, то есть не к нам.

Между тем философия – это всего лишь ответ на вопрос: «Зачем?» И есть она не только у каждого человека, но и у любого нашего поступка. Не поняв философию человека, невозможно помочь ему наладить отношения с самим собой и с миром.

Каковы основные принципы психофилософии?

Подробно они описаны в книгах «Психофилософия» и «Психофилософия 2.0», которые вышли в издательстве «Питер» в 2014 году.

Но, поскольку все слова, о которых мы будем говорить дальше, я рассматриваю именно под углом психофилософии, расскажу о главных ее законах.

Итак.

Человек сам строит свою реальность. И сам отвечает за тот мир, который его окружает. Если он не в состоянии изменить мир, то всегда может изменить к нему отношение.

Энергия познания каждого человека может быть направлена как вовнутрь, так и вовне. Человек всегда сам (осознанно или нет) выбирает, что ему важнее в построении реальности: познание действительности или познание себя.

Однако надо иметь в виду: построить гармоничный мир, направив всю энергию познания исключительно вовне, невозможно. Человек не сможет решить свои психологические проблемы, если не «произведет ревизию» своей философии, то есть собственного отношения и к жизни, и к себе самому.

Умение мыслить – серьезное подспорье во взаимоотношениях с самим собой и с окружающим миром. Нелепо им не пользоваться.

Человек всегда способен на большее, нежели ему представляется.

Психофилософия исходит из того, что главным движителем человека по жизни является его желание. Когда мы делаем что-то, исходя из чужих, а не собственных желаний, – это форс-мажор.

Выбор наш небольшой: либо жить, исходя из собственных желаний, либо из чужих. Третьего, как говорится, не дано.

Желание надо уметь отличать от прихоти.

Прихоть: неплохо бы, чтобы это случилось.

Желание: если этого не случится, жизнь моя потеряет смысл (либо вообще, либо – на данном отрезке времени).

Подлинное и осознанное желание рождает в человеке сокрушительную энергию, которая позволяет ему преодолевать любые препятствия.

Человек рожден для того, чтобы быть счастливым. Удовольствие неотделимо от жизни, оно должно быть ее естественной составляющей. Удовольствие стоит получать от работы, от общения с близкими и дальними… Короче говоря, от жизни.

Поскольку каждому человеку есть о чем поплакать на ночь, на земле не существует никого, кого нельзя было бы пожалеть.

Любить всех невозможно. Жалеть – возможно.

Не надо бояться доверять своим чувствам. Разум может обмануть, чувства – никогда. Интуиция – это голос Бога, звучащий в каждом из нас. Надо уметь распознавать голос интуиции.

Страх – естественное чувство. Однако мы сами выбираем те страхи, которые нами управляют.

Изменения естественны, стабильность – противоестественна. Привычка к стабильности порождает постоянный страх за будущее, над которым человек не властен.

Человек никогда не знает, с какой целью он выходит из дома: нередко выходит за одним – получает другое.

Там, где есть страх, нет любви.

Подчиняться или нет той системе ценностей, которую диктует социум, – выбор каждого, а не данность.

Если Вы не принимаете принципы психофилософии – прекрасно! Оттолкнитесь от них, чтобы понять законы собственных взаимоотношений с миром.

Ведь когда к Вам приходит за советом человек, Ваша главная задача не навязать ему собственное ви́дение его проблем и их решения, но помочь найти собственный выход из тяжелого положения.

Девиз психофилософии: придите к себе настоящему – и Ваша жизнь изменится.

Ну как?

Не все понятно? Многое вызывает вопросы?

Понимаю.

Именно поэтому я посвятил психофилософии две книги – отсылаю Вас к ним.

Надеюсь, краткий перечень некоторых принципов психофилософии позволит Вам понять, с каких именно позиций я буду разбирать всем известные слова.

Что ж, приступим к разбору этих, казалось бы, знакомых и понятных слов.

Надеюсь, размышление над ними принесет немало открытий.

Часть перваяВы
I. Человек

Первая часть называется «Вы», потому что в ней мы постараемся разобрать те слова, которые характеризуют собственно человека: то, из чего он состоит.

Но она могла бы называться и по-другому: «Человек». Ведь каждый из нас убежден, что он – человек, не так ли? А кто же еще?..

Но кто такой – человек? А? Сколько существует человечество, столько и разбирается с этим, казалось бы, совсем простым словом.

Попробуйте прямо сейчас попросить своих близких дать определение слову «человек». Уверяю Вас: Вы услышите множество самых разных ответов, и наверняка разгорится спор.

Сколько существует человечество, столько оно пытается разобраться с тем, кто таков есть человек и в чем его сущность.

Еще в Древней Греции великий философ Платон вышел как-то в город погулять да и сообщил собравшимся на улице людям: «Человек принадлежит к роду животных, к виду двуногих. Он двуногое без перьев».

Казалось бы, какие вопросы? Но к нему подошел другой великий философ Диоген, бросил Платону под ноги ощипанного цыпленка и крикнул, причем издевательски: «Вот, Платон, твой человек!»

Платон задумался. И Диоген задумался. Потом они вместе с примкнувшим к ним древнегреческим народом стали обсуждать: что же за птица этот самый человек?

Веками люди ищут ответа на этот вопрос.

Бороздя, как говорится, просторы Вселенной, мы не удосужились как следует изучить самих себя. На самом деле мы очень мало про себя ведаем.

Например, нам не до конца понятен процесс мышления: люди не в состоянии объяснить, что такое мысль, – не с философской, а с химической, биологической точек зрения.

Ученые радостно рапортуют: мы увеличили продолжительность жизни! Действительно, здорово! В XVI веке она составляла около двадцати пяти лет, в XVIII веке выросла до тридцати пяти, а в конце XIX века достигла пятидесяти. Нынче продолжительность жизни – около семидесяти лет.

Однако средняя продолжительность жизни волка, крысы, инфузории туфельки или бабочки просто не менялась с течением веков. Значит, эти существа всегда жили в гармонии с природой, получая от нее столько, сколько им положено. Так стоит ли хвастаться тем, что мы пытаемся отыскать эту гармонию?

Человек вообще откуда взялся?

Теория Дарвина говорит: эволюционным путем.

Религии утверждают: нас создал Бог.

Спорить можно бесконечно, и никто никому ничего не докажет.

Человек – часть природы? Может быть…

Но когда природа начинает бунтовать, человек – едва ли не единственное существо, которое вовсе не ощущает приближения катастрофы. Слоны, лошади, крысы, львы всегда чувствуют приход урагана или землетрясения и стараются уйти из опасного места. Человек – никогда не в курсе.

Люди, как известно, рождаются с криком, нагло заявляя: вот он я – родился! Больше никто «громко» не рождается. Оно и понятно: если в дикой природе ты заорешь, возвещая о своем рождении, тебя тотчас и съедят.

Возникает вопрос: является ли человек не то что венцом, а просто частью природы?

Человек возник путем эволюции? Может быть…

Но если так, то сооружен он, надо заметить, весьма хитро.

Всем известно страшное выражение: «вытек глаз». Глаз – это жидкость. А почему же тогда на самом лютом морозе, когда ресницы покрываются инеем, увлажненная поверхность глаза не то что не замерзает – вовсе не чувствует холода? Потому что мы так устроены: на открытой поверхности глаза нет клеток, чувствительных к изменениям температуры. Разумно, не так ли? А то представляете: вышел бы человек на мороз, и его глаз превратился бы в лед. Ужас!

Почему в тот же самый лютый мороз ежели вы дышите носом, то во рту не становится холодно? Вдыхаете ледяной воздух, а во рту все равно тепло – в чем дело? Дело в том, что воздух, поступающий в легкие через нос, всегда нагревается до 36–37 градусов.

Все это в результате эволюции случилось?

Ученые Вам скажут: запросто. Верующие только разведут руками. И каждый останется при своем мнении.

Когда возникло человечество? Тоже вопрос. Вообще-то ученые считают, что возраст человека, который сам себя назвал разумным, примерно миллион лет. Но вдруг в Калифорнии – раз! – и нашли фрагменты скелетов, которым пятьдесят миллионов лет. А в Итальянских Альпах отыскали скелеты людей, умерших три-четыре миллиона лет назад.

В общем, все не так просто с этим простым и знакомым нам, казалось бы, словом.

Очевидно одно:

непонятно как и когда возникший человек – самое хвастливое и высокомерное существо в природе.

Не понимаю, почему именно мы гордо называем себя венцом природы. Себя, а, например, не дельфина, слона или собаку? Ведь этот «венец» такое с природой наворотил, что сама она вряд ли согласилась бы считать его венцом.

Нам кажется, что этот высокомерный взгляд позволяет нам ощущать себя хозяевами природы и делать с ней все, что нам захочется. Однако стоит случиться урагану, цунами или землетрясению – «венец природы» становится совершенно беспомощен.

Мы знаем, что любое живое существо стремится к гармонии (то есть к счастью). Это ведь главная задача, не так ли? Любые изобретения – от ракет до гаджетов, – в сущности, бессмысленны, если не подвигают людей к этой основной цели.

Но разве можно утверждать, что человек более гармоничен, чем любая иная тварь?

От своих друзей, исследователей дельфинов, услышал замечательную фразу: «Человек изобрел мобильный телефон, автомобиль, компьютер и ракеты. Дельфины счастливы безо всего этого».

Надо бы нам, людям, к себе, как неясной форме земного существования, относиться скромнее. Уже хотя бы потому, что не собака, не слон, не инфузория туфелька, не орел, а именно человек привел мир к такому рубежу, когда вся природа вместе с людьми может погибнуть в любую минуту.

Почему же так сложно дать определение и оценку человеку?

Потому что для того, чтобы оценить что угодно – от кошки до чайника, – нужно найти ответы всего на два вопроса:

1. С какой целью создано то, что мы оцениваем?

2. Удается ли тому, что мы оцениваем, этой цели достичь?

Если мы обратим эти вопросы к человеку, то легко поймем: ответить на них невозможно.

Зачем создан человек? Нет ответа, поскольку мы не знаем ни откуда пришли, ни куда уходим. То есть наша жизнь – это путь, начало и конец которого нам неведомы. Можно ли оценить дорогу, если мы не знаем, где она начинается и куда ведет?

Ответ очевиден: нет.

Любой предмет – живой или неживой – мы определяем с точки зрения его функций.

Машина – средство передвижения. Главное в ней не то, что у нее есть колеса и руль, а то, что она едет. Если заржавленный автомобиль с колесами и рулем гниет на обочине, его, наверное, уже нельзя назвать в полном смысле средством передвижения.

Советская власть придумала «гениальное» изобретение: детские соски без дырки. Изделия эти сосками, в строгом смысле, не были. Их в соски превращали мы, отцы, проделывая специальным образом дырочки такого размера, чтобы ребенок мог пить молоко и при этом не захлебывался.

Каково же то главное качество, которое позволяет нам назвать существо с двумя руками, глазами и ногами человеком?

Вопрос, на который нет ответа. Точнее, их очень много – у каждого свой.

Объективного определения человека не существует.

Мы ведь в это слово вкладываем не биологический, а скорее моральный смысл.

«Человек» – это не определение некоего существа, а его оценка.

Не случайно бытует фраза: «Он – человек!»

Великие драматурги вставляют в пьесу такую оценку: «Он человеком был».

Очень важно понимать и помнить, что наша оценка того или иного «двуногого без крыльев» глубоко субъективна.

Это наша оценка. Другие за нее не отвечают.

На протяжении человеческой истории каких только критериев человека не предлагалось!

Людьми считались те, кто придерживался определенной веры, или принадлежал к определенной расе, или имел определенный уровень богатства, или определенную родословную…

И сегодня есть люди, склонные считать, что наличие чего-то делает человека человеком. А отсутствие, соответственно, не делает. И снова: наличие веры, национальности, богатства, известности…

Критерии абсолютно субъективные, а потому бессмысленные.

Мы не знаем, кто такой человек. Но на Земле трудно найти представителя Homo sapiens, которого хоть кто-нибудь не считал бы человеком.

Когда у нас вдруг – или не вдруг – возникает ненависть к другому, этот, в общем, незамысловатый вывод неплохо бы помнить.

Мы все живы друг другом. Это не красивые слова, как может Вам показаться, это факт, причем научный.

Великий психиатр, гениальный ученый Эрик Берн писал, что если маленького ребенка кормить, поить, гулять с ним, но не прикасаться к нему – он довольно быстро умрет.

Человек жив человеком.

Может быть, это и есть главный смысл нашего существования?

Очередной вопрос, на который нет ответа.

Однако среди обилия людей мы выбираем таких, которые составляют основу нашего существования. По сути, составляют нас самих.

Это наш ближний круг.

Именно так и называется следующая глава.

II. Ближний круг

Иногда нам кажется, что близкие люди – это другие. Разве это не так? Отчасти – так, отчасти – не очень. Конечно, это иные человеки. Никоим образом не наша копия.

Не наша копия, но наша часть. Иногда мы смотрим на мир их глазами; очень часто, оценивая то или иное событие, мы думаем, как расскажем о нем близким; когда в нашей жизни происходит что-то интересное, а их рядом нет, мы сожалеем, что они этого не видят…

Если близкие люди уходят от нас, у нас возникает ощущение, что мы стали меньше и беззащитнее.

Мы живем в таком мире, где нас все постоянно оценивают. И в зависимости от этих оценок либо принимают в свой круг, либо нет.

В связи с этим мы надеваем маски, чтобы выглядеть не так, как нам хочется, а так, чтобы соответствовать тому или иному кругу.

На работе мы – одни, с друзьями – другие, с недругами – третьи, дома с женой – четвертые, с детьми – пятые…

Ужас!

Как же не потерять себя, сохранить собственное лицо?

Ведь, того и гляди, маска прирастет к лицу, так что себя, настоящего, и не узнаешь!

Чтобы этого не произошло, нам и дан ближний круг.

Ближний круг – это те люди, которым мы интересны, которые принимают и любят нас такими, как мы есть.

Заинтересованность в нас, подлинных, – это главная и, по сути, единственная отличительная черта близких людей.

В детстве моя мудрая мама Антонина Николаевна не раз повторяла фразу, в которой, если угодно, содержится самая суть того, как должны относиться к нам близкие. (Не могу не заметить в скобках, что мне повезло: и папа Марк Давыдович, и мама всегда были для меня самыми близкими людьми.)

– Если ты придешь домой и скажешь, что убил человека, – говорила моя мама, – я не стану тебя спрашивать: «За что?» Если ты убил, значит, иного выхода не было. Я буду думать о том, как тебя спрятать.

Казалось бы, само словосочетание «близкий круг» – понятие географическое: близкие – это те, кто рядом.

Это не так?

Это совсем не так.

Ближний круг – это не географическое понятие. Оно свидетельствует не о физической близости людей, а о близости их душ.

Очень трудно смириться с тем, что родители могут не являться для нас близкими людьми.

Почему?

Потому что мы, подлинные, им неинтересны.

Такие родители переделывают своих детей, придумывают для них жизнь, которая им, родителям, кажется правильной и безопасной, иногда просто ломают собственное дитя.

У наших ближайших родственников – родителей, бабушек и дедушек, сестер и братьев, дядей и тетей – есть серьезный, я бы даже сказал, решающий шанс стать нашими близкими людьми…

Но, увы, они не всегда им пользуются.

Родителей всегда надо уважать, потому что они подарили нам жизнь.

Но станут они близкими или нет – зависит только от них, от взрослых.

Если родители не входят в ближний круг своих детей, если дети не доверяют им, виноваты всегда родители.

Счастливы те родители, в чей ближний круг входят их дети.

Дети, как правило, привыкают к нам и принимают нас любыми. Тут иная проблема: чем взрослее становятся дети, тем менее интересными для них делаются родители.

Сохранить интерес к себе, чтобы дети не выпали из ближнего круга, – только и сугубо задача родителей.

Удалось? Счастье!

Не удалось? Смиритесь. Тут винить, кроме себя, некого.

Супружество – серьезный шанс обрести близкого человека.

Но это действительно шанс, а не данность.

Почему?

По двум причинам.

Во-первых, выбирая спутника жизни, мы не всегда думаем о том, принимаем ли мы любимого человека таким, каков он есть. И готов ли он (она) принять нас? Часто на этом этапе иные мысли, иные чувства, иные страсти волнуют нас.

А во-вторых, с течением лет степень приятия и интереса меняется. Возникшие узы могут окрепнуть, могут ослабнуть, а то и исчезнуть вовсе.

Близкими люди становятся не по крови, а по отношению друг к другу.

Ближний круг – это серьезная и необходимейшая часть любого человека, серьезное и необходимое жизненное подспорье.

Поэтому надо стараться беречь тех людей, которых Господь выделил из многомиллиардной толпы землян и привел к Вам.

Как беречь?

Рецепт тут один: принимать людей такими, какие они есть, не стараясь их переделывать.

И если Вы (надеюсь все-таки, что именно с Вами этого не произошло) подошли к зрелому возрасту, а рядом с вами нет никого, кто принимал бы Вас таким, какой Вы есть, кто был бы готов в любую секунду поделиться с Вами своей энергией, – это верный признак того, что по жизни Вы двигались не совсем в ту сторону.

Значит, надо куда-то сворачивать.

Существует ли такой особый талант: сохранять близких людей?

Существует, конечно.

Именно о таланте мы поговорим в следующей главе.

iknigi.net