Некоторые книги написанные против шиитов. Книги шиитские


Не обманитесь! (Книга о куфре рафидитов и ложност призыва к единению с шиитами)(8 часть)

 

§ «Честность» шиитских ученых.

 

За последние несколько лет я прочитал немало шиитской полемической литературы, и прослушал не меньше их выступлений посвященных полемике с нами.

Все их доводы из наших книг, можно условно разделить на 4-ре группы.

 

1) Откровенная ложь. Как отмечал Ходжа Насруллах аль-Хинди, более известный как шейх Мухаммад: «Они (шииты) приводят предания порицающие сподвижников, и восхваляющие шиитов, ссылаясь на вообще не существующие книги. Порою они приводят вымышленные высказывания и слова, приписывая их известным и уважаемым книгам суннитов»[222].

Простейший пример, это их излюбленное предание «Кто умер, не познав имама своего времени, тот умер смертью периода невежества». Аятолла Саид Факих Камал Имани привел это предание в своей книге «Букет цветов из сада Пророкка и ахле-байта»[223] на странице 218, хадис №400. Приведя его, он без малейшего стеснения, лживо приписал этот хадис «Сахиху» имама Бухари и «Муснада» имама Ахмада.

И нет хадиса с подобным текстом ни у Бухари, ни у Ахмада. Нет основы этому хадису, как сказал шейх Албани.

Хадис сакалайн. «Я оставляю вам в наследство две драгоценные вещи: Книгу Аллаха и мою семью, людей моего дома. Они не разделятся, пока не вернутся ко мне к бассейну реки. Если вы будете держаться за них, не заблудитесь после меня никогда». 

Это предание многие шиитские авторы лживо приписывают «сахиху» имама Муслима. К примеру, шиитский автор Саид Муджтаба Мусави Лари в своей книге «Имамат»[224] привел это предание на странице 42, и в качестве одной из ссылок привел «Сахих» имама Муслима. И нет хадиса с подобным текстом в книге имама Муслима.

И этот автор клеветал на повелителя правоверных Умара, сказав: «Это он приказал произносить на утренней молитве призыв «молитва - лучше сна»[225].

Имам Абу Дауд в «Суннан»[226] привел хадис со слов Мухаммада ибн Абдульмалика ибн Абу Махзуры, от отца, от деда, что Посланник Аллаха (саллалаху алайхи ва аля алихи ва саллям) обучая его азану, повелел читать «молитва - лучше сна» во время утреннего намаза.

И имам Насаи передал со слов Абу Махзуры: «Я был муазином у Пророкка (саллалаху алайхи ва аля алихи ва саллям). Во время утреннего намаза, после слов «спешите к спасению», я читал «молитва - лучше сна. Молитва - лучше сна. Аллах велик. Аллах велик. Нет бога кроме Аллаха»[227].

О законности этих слов в азане, также передавалось сообщение со слов Билала[228].

 

В книге Мусави Лари мы также можем увидеть другой пример лжи.  Там сказано: «В Сахихе Тирмизи говорится: один человек из жителей Сирии спросил у Абдуллаха ибн Умара о временном браке. Абдуллах сказал: «Законное действие». Сириец сказал: «Разве твой отец Умар не удерживал от этого?» Абдуллах сказал: «Если Умар удерживал от этого, то Посланник Аллаха считал это дозволенным. Откажешься ли ты от сунны из-за высказывания Умара?»[229].

 

И это очередной, яркий пример лжи рафидитов и их уловок. Теперь вниманию читателя я предоставлю настоящий хадис из суннан имама Тирмизи.

«Рассказал мне Абд ибн Хумайд, рассказал мне Йакуб ибн Ибрахим ибн Сад, рассказал мне отец, от Салиха ибн Кайсана, от ибн Шихаба, от Салима ибн Абдуллаха, который слышал, как человек из Сирии спросил Абдуллаха ибн Умара о совершение хаджа и умры вместе (хаджа таммату). Абдуллах сказал: «Законное действие». Сириец сказал: «Разве твой отец Умар не удерживал от этого?» Абдуллах сказал: «Если Умар удерживал от этого, то Посланник Аллаха считал это дозволенным. Чего следует в этом случае придерживаться, повелению моего отца, или Посланника Аллаха?» Сириец ответил: «Конечно указанию Пророкка». Абдуллах сказал: «Пророк поступал подобным образом»[230].

 

Другим видом их лжи, является то, что они порою цитируют шиитских, или прошиитских авторов, гордо именую их «авторитетные суннитские источники». Они цитируют шиитского историка Масуди, мутазилита-шиита ибн Абиль Хадида.

Я встречал и таких, что пытались выдать книгу «Нахджуль балагу» за авторитетный в среде суннитов источник. Эта книга является якобы сборником проповедей, писем и посланий повелителя правоверных Али. Шиитский клерик Ар-Ради, собрал их спустя 300 лет после смерти ибн Абу Талиба, и в этой книге вы не найдете ни одной цепочки передатчиков, связывающих этого шиита с Али, да будет доволен им Аллах.

Стоит упомянуть и их грязную игру с именами. «Имам ад-Дихлави и его товарищи были одними из первых, кто поняли эту игру рафидитов со схожими именами и прозвищами, с целью введение людей в заблуждение в религии. Они сказали: «Одной из уловок рафидитов, является то, что они берут хадисы, выдуманные их людьми, имена которых похожи на имена имамов сунны, и приписывают это нашим ученым. Приверженец сунны, который не понимает в чем дело, думает, что этот автор из его имамов, и принимает это предание. К примеру (в истории было) два (человека с именем) Судди. Один известный как большой Судди, другой как младший Судди. Старший Судди[231], это был имам ахли-сунны, достойный доверия. Младший Судди[232], был рафидитом, известным за свое измышление преданий. Также в истории были известны два ибн Кутайбы. Один крайний рафидит Абдуллах ибн Кутайба, другой имам мусульман Абдаллух ибн Муслим ибн Кутайба[233]. После того как мусульманский ученый ибн Кутайба написал книгу «Маариф», рафидит с целью введения людей в заблуждение написал книгу с таким же названием»[234]. Шииты часто цитирует книгу ибн Кутайбы «Имама ва сиясат». И эта книга принадлежит перу шиитского ибн Кутайбы, а не имаму мусульман[235].

Больше всего от этого может быть пострадал имам Табари. В один и тот же период, в одной и той же местности жили два человека. Мухаммад ибн Джарир ибн Рустам ат-Табари рафидит, и имам мусульман Мухаммад ибн Джарир ибн Йазид ат-Табари.

И они также прибегают к уловкам, когда говорят об ученых суннитах, которые имели схожие имена или прозвища. К примеру ибн Хаджар. Когда в разговоре с мусульманином упоминается это имя, то на ум сразу приходит шейхуль Ислам ибн Хаджар аль-Аскалани. В шиитских книгах можно встретить такие утверждения типа «привел ибн Хаджар, который посчитал предание достоверным». Не спешите принимать это на веру, вполне возможно, и более вероятно, что речь будет идти не об аль-Аскалани, а об ибн Хаджаре аль-Хейтами, авторе «Саваик аль мухрика», который вне сомнения не был авторитетом в науке о хадисах, как его тезка аль-Аскалани. 

Такую же уловку они применяют и в случае с имамом Табари. Они приводят лишь эту нисбу, ат-Табари, чтобы у читателя создалось впечатление, что речь идет о знаменитом комментаторе Корана, имаме мусульман Абу Джафаре Мухаммаде ибн Джарире ат-Табари. А речь на самом деле идет об авторе «Захаир аль укба» Мухиббе ат-Табари.

 

2) Избирательное цитирование. 

К примеру хадис «Я дом мудрости, а Али его врата». Это предание есть в книге имама Тирмизи, вы часто можете увидеть, как шииты ссылаются на эту книгу, но никогда не увидите, чтобы они также отметили мнение самого Тирмизи. А ведь он сказал: «Это сообщение «гариб» и неприемлемое»[236].

Или взять их ссылку на «Маджмау заваид» имама Хейсами. Есть одно неписанное правило, если шиит сослался на «Маджмау заваид» и не отметил мнение автора этой книги, значит автор посчитал предание слабым. По своему опыту это бывает в 99% из 100.

Также для того, чтобы ссылки показались многочисленными, они могут дать в них книги Табарани, и затем добавить эту книгу аль-Хейсами. Хотя книга аль-Хейсами в общем-то и является сборником преданий из книг Табарани и других авторов.

Я также видел, как они цитируют «Суннан» ибн Маджа, приводя слова Посланника Аллаха (саллалаху алайхи ва аля алихи ва саллям): «Лучшим судьей (моей уммы) является Али».

И я не увидел шиита, который бы привел это предание полностью.

Пророк (саллалаху алайхи ва аля алихи ва саллям) сказал: «Самым милосердным в мой умме по отношение к моей умме является Абу Бакр, и самый строгий из них в религии Умар, самый честный Усман, лучший судьей является Али ибн Абу Талиб, лучшим чтецом книги Аллаха является (Убай) ибн Абу Кааб, лучше всех запретное и дозволенное знает Муаз ибн Джабаль, лучше всех вопросы наследия знает Зайд ибн Сабит. Внимание! У каждой общины был свой /амин/ (доверенный человек). И /амином/ этой общины является Абу Убайды ибн аль-Джаррах»[237].

Вы не встретите шиита, который бы процитировал это предание полностью. Их ненависть к сподвижникам Посланника Аллаха (саллалаху алайхи ва аля алихи ва саллям) застилает им глаза, и разум.

 

3) Использование второстепенных, или крайне ненадежных источников.

В стремление доказать свою точку зрения, шииты будут цитировать все что угодно, начиная от книг по арабскому языку, кончая /фихристами/. Они часто ссылаются на «Канзаль уммал».  Это книга ничто иное, как «фихрист» хадисов, в ней нет цепочек передатчиков, и она полна слабых и вымышленных преданий.

Они ссылаются на «Шавахид ат танзил» Хаскани. После просмотра цепочек передатчиков этой книги, я могу сказать, что они могут «служить путеводителем» по слабым, неизвестным и лживым передатчикам.

Также среди ссылок шиитов порою мелькают такие книги как «Мизануль итидаль» имама Захаби, или «Лисануль мизан» ибн Хаджара аль-Аскалани. Эти две книги являются алфавитным словарем слабых, лживых и неизвестных передатчиков хадисов. Построены они таким образом, приводится имя передатчика, мнение ученых, критиков риджаль об этом рассказчике (к примеру слабый, неизвестный, лживый) и далее как пример, авторы приводили хадисы, которые были переданы через этих рассказчиков.

Само собой подобные хадисы не смогут служить доводом не для кого, кроме шиитов. Я читал книгу шиитского «зазывалы», который цитировал как довод, предание из «Леал аль-маснуа» имама Суюти. А ведь это книга, в которой имам собрал слабые и вымышленные предания, и указал на проблемы в цепочках передатчиков и тексте этих хадисов.

 

4) Использование слабых, и вымышленных преданий.

Амир аш-Шаби сказал: «Нет никого в этой умме кроме Али, о ком было бы выдумано столько лжи»[238].

Примеров подобных слабых преданий можно привести множество, я ограничусь некоторыми. «Я город знаний, а Али его врата», «Мое семейство подобно кораблю Ноя», «Кто хочет жить, и умереть моей смертью…», «Смотреть на Али это богослужение», «Али лучшее из творений», и так далее.

 

§ О достоверности шиитских источников.

 

Каждая религия, каждая секта имеет свои первоисточники. В главе о Коране, мы уже рассмотрели с вами точку зрения шиитских ученых о книги Аллаха. Сейчас самое время поговорить, о достоверности шиитских книг.

 

1) Книга «Риджал» ан-Наджаши.

 

Эта книга принадлежит перу, а точнее приписывается шиитскому шейху Абуль Аббасу Ахмаду ибн Али ибн Ахмаду ибн аль-Аббасу ан-Наджши. Этот ученый жил с 372 по 450 год. И этот труд является одним из основных трудов в шиизме по передатчикам хадисов.

На странице 404 этой книге, под номером 1070 приводится описание рассказчика Абу Йалы Мухаммада ибн аль-Хасана ибн Хамзы аль-Джафари. Среди всего прочего указывается год смерти этого рассказчика 463 год.

У нас есть два варианта. Учитывая то, что Наджаши автор книги умер в 450 году, мы должны сказать, что эта книга была написана не им, или же спустя 13 лет после своей смерти, он из могилы описывал этого рассказчика.

 

2) «Хасаис» шейха аль-Муфида.

Одним из крупнейших шиитских шейхов 20-ого века, Абуль Касим аль-Хуйи в своей книге «Муджам ар-риджал»[239] ясно указал, что авторство этой книге не достоверно приписывается шейху Муфиду.

 

3) «Таухид аль-Муфаддал».

В описание этой книги издательством «Ансариан» сказано: «Как это было продиктовано имамом Джафаром ас-Садиком (мир ему) аль-Муфаддалю».

Шиитский специалист в науке о рассказчиках ибн Гадаири в своей работе «Дуафа» сказал:

«2-10. аль-Муфаддаль ибн Умар аль-Джуфи, Абу Абдуллах. Слабый..... не позволено записывать его предания, передавал от Абу Абдуллаха (мир ему) и Абуль-Хасана (мир ему)».

Другой их шейх ибн Дауд аль-Хилли также отмечал слабость этого рассказчика и путанность его преданий[240].

 

4) «Китаб Сулайм ибн Кайс аль-Хилали».

Эта книга якобы принадлежит перу одного из сподвижников Али ибн Абу Талиба, и часто цитируется шиитами.

Ибн Гадаири в книге «Дуафа» в биографии Сулайма, сказал: «Наши товарищи говорили, что Сулайм не известен, и не упомянут ни (в одном) сообщение....Книга (приписываемая ему) сфабрикована, и в этом нет сомнения».

Ибн Муттахар аль-Хилли в «Хуласат»[241], в биографии Аббана ибн Абу Айаша, сперва отметил, что он чрезвычайно слабый, а далее добавил: «И наши товарищи приписывали фабрикацию книги Сулайма ибн Кайса ему».

 

5) «Нахджуль балага».

Эта книга вышла из под пера Саида ар-Ради. В ней он собрал проповеди, высказывания, письма, которые приписываются повелителю правоверных Али ибн Абу Талибу. Ар-Ради завершил свою работу в 400 году по хиджре[242].

Наш имам Али ибн Абу Талиб принял смерть мученика в 40 году по хиджре. Несмотря на то, что Ар-Ради от имама Али отделяли 360 лет, в книге «Нахджаль балага» вы не найдете ни одной цепочки передатчиков рассказчиков, ведущей от этого автора к славному сподвижнику. Но несмотря ни на что, эта книга занимает важное, первостепенное значение в религиозных источниках имамитов, из которых они черпают свою веру.

Можно смело сказать, что эта работа ар-Ради является самой достоверной книгой после Корана, с точки зрения современных шиитов. Они с почтением называют эту книгу «братом Корана»[243]. Надеюсь хотя бы младшим братом, они также считают, что эта книга является одним из самых важных научных наследий шиитов[244].

Если надо будет отметить первую тройку книг, имеющих первостепенное значение для шиитов, то уместно будет привести цитату от их ученых: «Книга (Аль-Кафи) считается самой важной книгой шиитов после Корана и «Нахджуль-балаги»[245].

То есть на первом месте Коран, затем книга Саида ар-Ради, а затем «Аль-Кафи» Кулайни. Среди современных шиитских ученых, наиболее гибким и разумным подходом к книге «Нахджуль балага» отличается аятулла Фадллалах.  Этот бунтарь, являющийся головной болью для других шиитских религиозных авторитетов, отвечая на вопрос о «Нахджуль балаге» на своем сайте сказал, что все содержимое этой книги не может безоговорочно приписываться имаму Али.

 

Ниже я привожу полностью ответ на вопрос об этой книге, от Эльмира Кулиева.

Книга «Нахдж ал-балага» («Путь красноречия») — сборник проповедей, писем и изречений, приписываемых повелителю правоверных ‘Али ибн Абу Талибу, да будет доволен им Аллах. Она состоит из трёх частей. В первой собраны проповеди, связанные с отдельными вопросами вероучения и историческими событиями. Вторая часть — это письма, послания, указы и обращения. Третья часть включает в себя мудрые изречения на различные темы.

Согласно свидетельствам шиитских учёных, составителем «Нахдж ал-балага» был один из потомков ‘Али ибн Абу Талиба — Мухаммад ибн ал-Хусайн ар-Рида[246]. Однако не все учёные разделяли эту точку зрения. В трактате «Шазарат аз-захаб» говорится: «Люди разошлись во мнениях относительно того, кто был составителем книги “Нахдж ал-балага”, сборника высказываний ‘Али ибн Абу Талиба, да будет доволен им Аллах: ‘Али ибн ал-Хусайн ал-Муртада или его брат ар-Рида. Существует мнение, что эти высказывания вовсе не принадлежали ‘Али и что составитель книги придумал их, а потом приписал ему. А Аллах знает лучше». Похожее мнение приводится в книге «Мир’ат ал-джинан» шейха ал-Йафа‘и. Суннитские учёные, по большей части, склонялись к мнению о том, что составителем «Нахдж ал-балага» был ‘Али ибн ал-Хусайн.Оба брата принадлежали к знатному роду шарифов — потомков Пророка Мухаммада и ‘Али ибн Абу Талиба. Сведения о них, их достоинствах, учителях, сочинениях, стихах и воззрениях упомянуты десятками историков, в том числе ал-Хатибом ал-Багдади в книге «Тарих Багдад», аз-Захаби в книге «Тарих ал-Ислам», ас-Сафади в книге «ал-Вафи би-л-вафайат».

Абу ал-Хасан Мухаммад ибн ал-Хусайн ал-Мусави по прозвищу ар-Рида (359—406) считался одним из самых одарённых поэтов среди курайшитов всех времён, оставил после себя сочинения по арабской грамматике, арабскому языку, отдельным кораническим наукам. Он начал писать стихи с десяти лет, и диван с его стихами состоит из четырёх томов. Его отец Абу Ахмад ал-Хусайн по прозвищу Тахир ещё при жизни передал ему полномочия накиба (старейшины) потомков Абу Талиба, в обязанности которого входили разрешение споров внутри рода и руководство паломничеством.

Абу ал-Касим ‘Али ибн ал-Хусайн ал-Мусави по прозвищу ал-Муртада (355—436) обладал познаниями в различных областях, прославился своими стихами и умением полемизировать, был сторонником мутазилизма и оставил после себя много трудов по шиитскому богословию. После кончины своего младшего брата он стал накибом потомков Абу Талиба. Многие отмечали, что ‘Али ибн ал-Хусайн не разделял взглядов об искажении Священного Корана, однако в его трудах часто встречаются оскорбления в адрес сподвижников.

Характеризуя труды ал-Муртады, хафиз Ибн Касир в книге «ал-Бидайа ва-н-нихайа» (12/53) пишет: «Ибн ал-Джаузи передал от его имени суждения, соответствующие его шиитским взглядам. В частности, он полагал, что совершать земной поклон следует только на землю или вещи из этого рода, что очищаться камнями дозволено только после справления большой нужды, но не после мочеиспускания, что жениться на христианках и иудейках запрещено, равно как запрещено есть мясо животных, зарезанных людьми Писания, и пищу, приготовленную неверующими. Он считал, что развод приобретает силу только в присутствии двух свидетелей и что развод, связанный с условием (талак му‘аллак), недействителен, что несовершивший вечерний намаз до полуночи обязан возместить его и искупить свой проступок постом на следующий день. Он считал, что женщина, обрезавшая волосы, должна искупить свой грех так, как поступают при непредумышленном убийстве, а тот, кто разорвал одежду при несчастье, должен искупить грех, как это делают при клятвопреступлении. Он также считал, что если мужчина женился на замужней женщине, не ведая об этом, то он обязан раздать пять дирхемов в качестве милостыни, и что вору нужно отрезать кончики пальцев. Ибн ал-Джаузи сообщил, что он прочёл об этом из рукописи Абу ал-Вафа Ибн ‘Акила».

sunnaonline.com

sunnaonline.livejournal.com

Кто-нибудь когда-либо составлял книгу шиитских аутентичных хадисов?

Прежде всего позвольте мне рассказать о вашей озабоченности по поводу утверждений о том, что книги шиитских хадисов не являются надежными. Спокойно, шиитские хадисы, как правило, более надежны по некоторым причинам, среди которых эти два:

  • Шия верит в Исму своих двенадцати Имамов (как) и получил достоверные хадисы Пророка Ислама (мир ему) от имамов более 250 лет после того, как Пророк Ислама скончался. Обратите внимание, что этот период (первые 100 лет после смерти Пророка Ислама) был точно временем, когда большинство фальсификаций в хадисах произошло из-за политических вопросов, а также запрет писать хадисы в период Умара (как) ,

  • Как правило, шииты больше, чем все другие ветви ислама, подчеркивают разум и философию. Вот почему большинство мусульманских философов были шиитами.

Теперь есть четыре знаменитых книги шиитского хадиса, которые вы можете знать:

Среди них, вероятно, самый важный, а также надежный - первый, аль-Кафи. Это старая книга и написана через несколько десятилетий после последнего шиитского имама, поэтому фальсификации на момент написания книги были минимальными. Но в последние десятилетия есть некоторые попытки проанализировать эту книгу, пытаясь отделить исторически слабые. Одним из результатов является книга Сахих аль-Кафи (что означает правильный аль-Кафи). В этой книге собраны самые надежные хадисы оригинального аль-Кафи.

Anonymous

Все ли хадисы в Сахих аль-Кафи аутентичны?

user215721

Опять же, нельзя сказать точно, что все они аутентичны. Автор в первых главах книги обсуждает свою методологию.

user215721

Я имею в виду, что с нейтральной точки зрения Аль-Кафи столь же надежна, как и Сахих аль-Бухари, и, может быть, даже больше из-за причин, которые я дал в ответе.

Anonymous

Это НЕ отвечает на мой вопрос. Очевидно, у Шии есть 100% достоверных хадисов, кто-нибудь когда-либо помещал НЕКОТОРЫЕ из этих хадисов в одну книгу?

askentire.net

Великие шиитские улемы исламского мира

Сегодня мы поговорим с вами об одном из ярчайших светил мировой науки, шиитском богослове 13 столетия, который не имел себе равных в свою эпоху в области философии, фикха, калама, математики и астрономии, Насир ад-Дине ат-Туси.

Он является основателем крупнейшей в мире на тот момент обсерватории в городе Марага. В его школе воспитались такие великие ученые мужи как алламе Хилли и Кутб ад-Дин Ширази. 

Этот великий богослов помимо огромного и неоценимого вклада в мировую науку сыграл также важную роль в сохранении и защите шиитского мазхаба, а во время нашествия монголов ему удалось спасти многих ученых как в области светских наук, так и богословия.

Начало эпохи великого сокрытия Имама Махди (да приблизит Аллах его пришествие!), которое упоминается как эпоха когда шиизм находился в изумлении, считается началом периода, когда знамя Ислама подняли справедливые факихи от имени Имама Махди (да приблизит Аллах его пришествие!), чтобы защитить божественные законы и идеалы Ислама в частности шиизма.

С того самого дня и по сей день великие исламские ученые богословы изо всех своих сил движутся по этому пути полном взлетов и падений; они исполняют свой долг всеми возможными способами. Всякий раз, когда требовалось они выходили на этот путь и посредством пера и слова распространяли возвышенные исламские учения, составляя ценные труды и произведения и обучая молодое поколение, а когда требовалось во имя защиты Ислама пожертвовать своими жизнями, имуществом и честью, они жертвовали не задумываясь.

Среди них были и такие, которые применили на деле свои знания и соединили в своих действиях религию и политику и сыграли незаменимую и беспрецедентную роль; им удалось в штормящем море горьких и жестоких событий удержать наплаву корабль шиитской культуры и цивилизации и причалить у безопасного берега. Одним из этих великих людей был Насир ад-Дин ат-Туси. Это был один из величайших шиитских факихов и богословов XIII века, который прославился во всех сферах науки и знаний своего времени.

Насир ад-Дин Абу Джафар Мухаммад ибн Мухаммад ат-Туси 

 

Мухаммад ибн Мухаммад ибн Хасан ат-Туси, известный как Насир ад-Дин Туси является великим иранским философом, факихом, мутакаллимом, математиком и астрономом XIII века. Он является основателем крупнейшей в мире на тот момент обсерватории в городе Марага. В его школе воспитались такие великие ученые мужи как алламе Хилли и Кутб ад-Дин Ширази. Это чрезвычайно разносторонний учёный, автор сочинений по философии, географии, музыке, оптике, медицине, минералогии. Был знатоком греческой науки, комментировал труды Евклида, Архимеда, Автолика, Феодосия, Менелая, Аполлония, Аристарха, Гипсикла, Птолемея.

Он родился 18 февраля 1201 года в Тусе. Его отец Мухаммад ибн Хасан был известным шиитским факихом и хадисоведом города Тус. Начальные знания Насир ад-Дин Туси получил у своего отца, матери и дяди по матери, после чего он был допущен на занятия великих ученых и богословов своего родного города. Огромная, страстная тяга к знаниям, усидчивость и талант Мухаммада вызывали изумление и восторг богословов и ученых мужей города Тус. Заметив незаурядные способности Насир ад-Дина они рекомендовали мальчика богословам и ученым города Нишапур.  Отсюда начались научные поездки Насир ад-Дина.

Следующими после Нишапура стали города Рей, Кум, Исфаган и города Ирака. Этот великий ученый, почерпнув знания на занятиях лучших ученых и богословов в самых важных исламских центрах своего времени, смог достичь самых высоких научных степеней во всех существовавших на тот момент распространенных науках как светских, так и богословских, хотя на тот момент наука не делилась на светские и религиозные, ибо согласно Исламу все знания являются от Бога. С огромным багажом опыта и знаний шейх Насир ад-Дин вернулся в родной Хорасан, но уже великим и знаменитым ученым и богословом.

На своей родине ученому удалось осуществить свою мечту и он смог не торопясь заняться своими научными делами и опытами. Ведь в молодости научная жизнь богослова совпало с нашествием монголов на Иран. Монголы в ходе своих завоевательных походов жестоко и беспощадно истребляли жителей завоеванных городов и селений, и Иран не стал исключением. Они оставили страшные и приводящие в ужас руины. Для кочевых монголов выросших в бескрайних степях были чужды понятия культуры и цивилизации, поэтому они не задумываясь сметали все на своем пути. Они истребили большое количество ученых и богословов, сожгли большое количество библиотек и разрушили такие задатки цивилизации как водоснабжение, которое осуществлялось в том числе посредством артезианских колодцев.

В это время Насир ад-Дин Туси нашел убежище в крепостях исмаилитов, которые долгое время монголы не могли захватить. Великий ученый прожил в исмаилитских крепостях 27 лет. На протяжении всего этого времени великий ученый занимался научной деятельностью, ставил опыты и делал открытия. В стенах исмаилитских крепостей были написаны такие известные его труды, как "Пояснения к книге Ибн Сины", "Комментарий Евклида" и другие ценные произведения. Известно около 150 трактатов и писем Насир ад-Дина ат-Туси, из которых двадцать пять написаны на персидском, а остальные – на арабском языке. Существует даже трактат по геомантии, который Туси написал на арабском, персидском и тюркском, демонстрируя своё мастерство на всех трёх языках.

Отмечается, что Туси знал и греческий. Хотя по сути ученый не обладал полной свободой и не имел права покидать крепость. В книге в которой ат-Туси прокомментировал Абу Али ибн Сину он пишет: "Часть материала собранного мной была написана в ужасных условиях, которые даже представить себе невозможно и большинство написано в моменты тревоги, когда я не мог собраться с мыслями, каждая часть которых могла послужить чашей для страшных мучений и печали, сопровождаемая разочарованием и досадой. Не было ни дня без пролитых слез и тревоги в душе, боль лишь росла, а печаль приумножалась".

Насир ад-Дин был выдающимися ученым, и несмотря на то, что он был также опытным политиком и хорошо разбирался в этом искусстве более того смог оказать в сфере политики огромное влияние на судьбу исламского мира, однако его научные заслуги столь велики и влиятельны, что его политическая личность оказалась незамеченной. В таких научных дисциплинах как математика и астрономия ат-Туси обошел всех своих современников и предшественников заглянув далеко вперед. Его научные достижения в этих областях использовались на протяжении многих веков в научных кругах, а в Европе были переведены и преподавались долгие столетия.

Ему не было также равных и в исламских науках и в области литературы. 13 век модно смело назвать настоящей эпохой составления трудов в области шиитского калама и основания этой науки и во главе великих ученых науки калама стоит Насир ад-Дин Туси, который написал такие важные труды как "Таджрид аль-Итикад", "Фусуль аль-Акаид" и "Каваид аль-Акаид" и доказал правоту шиитов, опираясь на рациональные принципы. Он собрал все шиитские воззрения в области калама в книге "Таджрид аль-Итикад". Он написал также немало трактатов на тему имамата и упрочил шиитский калам 12 имамов.

Насир ад-Дин ат-Туси

 

Насир ад-Дин вложил весомый вклад также в области философии сослужив огромную службу исламской философии. Он написал комментарии к книгам Абу Али ибн Сины, который считается самый важный труд в области рациональных наук среди исламских ученых и богословов, что говорит о том, что ат-Туси в совершенстве владел философией.  Он таким образом возродил традицию философии, которая после Ибн Сины стала угасать в Иране и ответил на все вопросы и сомнительные моменты в этом вопросе. Философские воззрения ат-Туси повлияли прямо и косвенно на другого великого ученого Мулла Садра, который стал основателем нового философского направления в 16-17 вв. Ат-Туси был также знатоком в области ирфана и, написав книгу "Усаф аль-Ашраф", представил свои воззрения в области ирфана через комментарии состояний таких великих арифов, как Баязид и Халадж.

Слава о Насир ад-Дине ат-Туси прокатилась по всему исламскому миру и в области нравственности. Его идеи и воззрения в области нравственности и воспитания представлены главным образом в книгах "Ахлак-е Насири" и "Адаб аль-мутаалимин". Некоторые признают его книгу "Ахлак-е Насири" самой полноценной персидской книгой в области нравственности, и в то же время шедевром персидского языка и литературы.

Книга была написана в 623 году по хиджре и сегодня по прошествии многих столетий учения Насир ад-Дина украшают многие книги в области нравственности и воспитания, которыми пользуются исследователи и преподаватели этой важной научно-воспитательной дисциплины. Он признавал науку о нравственности самой главной наукой и считал, что соблюдая нравственность даже самых невоспитанных людей можно превратить в венец творения, и сам на деле доказал правильность данных убеждений.

Другой важной заслугой Насир ад-Дина Туси, которую никогда не забудет мировое сообщество ученых, является основание Марагинской обсерватории. В 1259 ат-Туси основал крупнейшую в то время в мире Марагинскую обсерваторию. Он лично составил план строительства и выбрал место. Это была возвышенность в Мараге, город в котором по сей день находится эта обсерватория.

Марагинская обсерватория

 

Когда ат-Туси поставил перед Хулагу вопрос о строительстве обсерватории, расходы на это показались тому чрезмерно большими. Тогда ат-Туси предложил Хулагу во время ночевки его войска в горах спустить с горы медный таз. Таз, падая, произвел большой шум и панику среди войска, и ат-Туси сказал: «Мы знаем причину этого шума, а войска не знают; мы спокойны, а они волнуются; также если мы будем знать причины небесных явлений, мы будем спокойны на земле».

Эти слова убедили Хулагу, и он отпустил на строительство обсерватории 20 тысяч динаров. Хулагу по просьбе ат-Туси распорядился всех учёных, которые попадали в руки его воинов, не убивать, а привозить в Марагу, туда же монголы свозили все попавшие в их руки рукописи и астрономические приборы.

Обсерватория была оснащена многочисленными инструментами новой конструкции, наибольшим из которых был стенной квадрант радиусом 6,5 м. В обсерватории имелись также армиллярные сферы и инструмент с двумя квадрантами для одновременного измерения горизонтальных координат двух светил. Сотрудниками обсерватории в Мараге были ас-Самарканди, ал-Казвини, ал-Магриби, аш-Ширази и многие другие известные учёные. Марагинская обсерватория оказала исключительное влияние на обсерватории многих стран. Таким образом этот великий ученый богослов шиитского мира смог основать беспрецедентный научный центр, которому на тот момент не было равных во всем мире.

parstoday.com

Список шиитских книг • ru.knowledgr.com

Богословие шиитов

Эти книги включают дискуссии о Богословии (Tawḥīd, Nubuwwah, Imamah, и т.д.) шиитов.

Классик Кэлэм

Эти книги стремятся сделать рациональный отчет о шиитском богословии в отличие от Ash'ari, Mu'tazili и других теологических школ ислама. Содержание этих книг взято от 8-го до 13-го века (2-й к 7-му веку ислама).

Современный Kalam

Эти книги стремятся сделать рациональный отчет о шиитском богословии в отличие от современных Западных идеологий включая марксизм и Либерализм в течение 20-го века.

  • Основные принципы исламской Мысли Morteza Motahhari, сделкой. Р. Кэмпбелл: Беркли, Калифорния, Mizan Press, 1 982

Коллекции хадиса

  • Камиль аль Зярат ibn al Qummi (коллекция хадисов и ziarats относительно посещения Имамов (как) и Кербела)

Нахдж аль-Балагха-Собранные проповеди Имама 'Али ибн Аби Талиб Сайядом Razi.

  • Китаб аль-Кафи из Kulayni (разделенный на Усула аль-Кафи, Фуру аль-Кафи и Равдата аль-Кафи)
  • Человек ла Иахдхюрюхю'ль Факих из Shaikh Saduq
  • Тахдхиб аль-Ахкам Абу Джафаром аль-Туси
  • Аль-Истибсар Абу Джафаром аль-Туси
  • Книга Сулайма ибн Кайса - Сулаймом ибн Кайсом
  • Ush-шиит Wasael — 1600-е Шайхом аль-Хуром аль-Аамили. 20 коллекций объема, предназначенных, чтобы включать весь 'подлинный' хадис из доступных шиитских книг хадиса, проверяя их подлинность на строгих принципах Ilm-ur-Rajjal.
  • Мустадрак аль-Васаел Мирзой Хуссейном Нури
  • Бихар аль-Анвар — 1600-е Allama Majlesi. Энциклопедическое, 100 коллекций объема, предназначенных, чтобы включать весь ток хадиса во время компиляции, а также его мнений относительно их подлинности
  • Haqqul Yaqeen Allama Majlisi
  • Mir'at-ul-Uqool fi Akhbar Оль аль-Расул (Шахр Усул аль-Кафи) — Allama Majlesi
  • Ilal-Alshraiy — Shaikh Saduq
  • Hulyatul Mutaqeen — Allama Majlesi
  • Maeny Alakhbar — Shaikh Saduq
  • Aamali — Shaikh Saduq
  • Aamali — Шейхом аль-Муфидом
  • Аль-Хисал - Shaikh Saduq
  • Площадь Uyun al Akhbar Реда - Shaikh Saduq
  • Al-ислам Daim - Аль Кади аль-Нуьман
  • Гхурар аль-Хикам wa Дурар аль-Калим
  • Qalam-e-Mowla - низаритская исмаилитская шиитская мусульманская книга, у которой есть речи первого шиитского имама, Али. Это - поэтический перевод обучения Shi'i на южноазиатские языки.

Коллекции Du'a (Просьбы и молитвы)

Tafsir

Книги истории

  • Tareekh-e-Islam Коран азимута (в Masnavi): Allama имам доктора Сайеда Али Заиди

«Gauhar Lucknavi» (Великий Великий сын Мира Бэбер Али Анис)

Шиитско-суннитские аргументации

Антологии

Некатегоризированный

  • Имамат и лидерство
  • Мусульманское право
  • (Quran-e-Majeed)
  • Сурьма Хафиза Моланы Фармэна Али (Перевод хинди): имам доктора Сайеда Али Заиди (Gauhar Lucknavi)
  • (Nahj-Al-Balagh) (перевод хинди): DR.Syed имам Али Заиди (Gauhar Lucknavi)
  • (Thofatul Awam) (перевод хинди): имам доктора Сайеда Али Заиди (Gauhar Lucknavi)
  • (Коран и наука) (перевод хинди): имам доктора Сайеда Али Заиди (Gauhar Lucknavi)
  • (wazaiful Abrar) (перевод хинди): имам доктора Сайеда Али Заиди (Gauhar Lucknavi)
  • (Tafseer-e-Karbala) (перевод хинди): имам доктора Сайеда Али Заиди (Gauhar Lucknavi)
  • (Aliea) (перевод хинди): имам доктора Сайеда Али Заиди (Gauhar Lucknavi)
  • (Хусейн ka Balidan) (Перевод хинди): имам доктора Сайеда Али Заиди (Gauhar Lucknavi)
  • (Chaudha Sitarai) (перевод хинди): имам доктора Сайеда Али Заиди (Gauhar Lucknavi)
  • (Gauhar-E-Aza) (перевод хинди): имам доктора Сайеда Али Заиди (Gauhar Lucknavi)
  • (Najmul Aza) (перевод хинди): имам доктора Сайеда Али Заиди (Gauhar Lucknavi)
  • (Хаят плохой азимут Maut) (перевод хинди): имам доктора Сайеда Али Заиди (Gauhar Lucknavi)
  • (Irtibat-E-Nabuwat Аур Imamat) (Перевод хинди): доктор Сайед ali имам Заиди (Gauhar Lucknavi)
  • (shahan-E-Avadh Аур shiyat) (Перевод хинди): имам доктора Сайеда Али Заиди (Gauhar Lucknavi)
  • (Кербела) «Munshi Preem chand» (Перевод урду): имам доктора Сайеда Али Заиди (Gauhar Lucknavi)
  • (Ghusl-Sai-Dafan Tak) (урду): имам доктора Сайеда Али Заиди (Gauhar Lucknavi)
  • (Guldasta-E-Salam) (урду): имам доктора Сайеда Али Заиди (Gauhar Lucknavi)
  • (Tareekh E азимут ислама Коран) «Masnavi» (урду): имам доктора Сайеда Али Заиди (Gauhar Lucknavi)
  • Haqaiq e Mubahala Allama Nasir Sabtain Hashmi
  • Ahteram e Muharram Allama Nasir Sabtain Hashmi
  • Maqtal e Hazrat Mohsin (A.S). Allama Nasir Sabtain Hashmi
  • Sharhe Ziarat e Jamaie Kabira Allama Nasir Sabtain Hashmi
  • Хац Кис Кэ Саатх Хэ Allama Nasir Sabtain Hashmi
  • Subhae Asfar Allama Nasir Sabtain Hashmi
  • Isbat e Villayat e Takvinia Allama Nasir Sabtain Hashmi
  • Daffur Raib ООН Ilmal Ghaib Allama Nasir Sabtain Hashmi
  • Нур ul Анвар Allama Nasir Sabtain Hashmi
  • Мэшэрик Анвар ul Yaqin Хафизом Раджибом Аль Берси, переведенным Allama Nasir Sabtain Hashmi

См. также

  • Список суннитских книг
  • Список исламских текстов

Академические источники:

  • Ожидание тысячелетия: Shi'ism в истории Сейедом Хосейном Насром.
  • Доктрины Shi'ism, мысль и духовность Сейедом Хосейном Насром.
  • Введение в ислам Shi'i Moojan Momen, издательством Йельского университета.
  • Введение в закон Shi'i: библиографическое исследование Хосейном Модарресси Табатабаьи (Лондон 1984)

Внешние ссылки

Шиитские ссылки онлайн:

  • Библиотека Yasoob

ru.knowledgr.com

ШИИТЫ • Большая российская энциклопедия

  • В книжной версии

    Том 35. Москва, 2017, стр. 24

  • Скопировать библиографическую ссылку:

Авторы: С. М. Прозоров

ШИИ́ТЫ, об­щее на­зва­ние по­сле­до­ва­те­лей пер­во­го круп­но­го рас­ко­ла в ис­ла­ме во 2-й пол. 7 в., вы­зван­но­го спо­ра­ми о ре­лиг. и по­ли­тич. вла­сти в му­сульм. со­об­ще­ст­ве. Вско­ре по­сле смер­ти Му­хам­ме­да часть его спод­виж­ни­ков вы­сту­пи­ла за со­хра­не­ние вер­хов­ной вла­сти в се­мье про­ро­ка, счи­тая не­за­кон­ной при­ся­гу Абу Бек­ру. В от­ли­чие от сун­нит­ско­го боль­шин­ст­ва му­суль­ман, Ш. при­зна­ли един­ст­вен­но за­кон­ны­ми пре­ем­ни­ка­ми про­ро­ка Му­хам­ме­да толь­ко Али ибн Аби Та­ли­ба и его по­том­ков по муж­ской ли­нии. Часть Ш. по­ла­га­ет, что Му­хам­мед на­зна­чил сво­им ду­хов­ным пре­ем­ни­ком Али и что сам Али на­де­лён бо­же­ст­вен­ной бла­го­да­тью. Боль­шин­ст­во Ш. обос­но­вы­ва­ло эти тре­бо­ва­ния род­ст­вом Али с про­ро­ком и его за­слу­га­ми пе­ред ис­ла­мом. Сре­ди Ш. по­лу­чи­ли ши­ро­кое рас­про­стра­не­ние пред­став­ле­ния об има­мах как но­си­те­лях бо­же­ст­вен­ной суб­стан­ции. Ссы­ла­ясь на мно­го­числ. пре­да­ния и ал­ле­го­ри­че­ски тол­куя отд. мес­та из Ко­ра­на, Ш. от­стаи­ва­ли ис­клю­чит. пра­во по­том­ков Али на вер­хов­ную власть и пе­ре­да­чу её от от­ца к сы­ну. При­зы­вы Ш. на­хо­ди­ли под­держ­ку вслед­ст­вие ши­ро­ко­го не­до­воль­ст­ва прав­ле­ни­ем Омей­я­дов. Ши­ит­ская про­па­ган­да спо­соб­ст­во­ва­ла па­де­нию Омей­яд­ской ди­на­стии, но пло­да­ми этой по­бе­ды вос­поль­зо­ва­лись не Али­ды, а дру­гая родств. ветвь по­том­ков про­ро­ка – Аб­ба­си­ды. Это при­ве­ло к раз­ме­же­ва­нию Али­дов с Аб­ба­си­да­ми и су­зи­ло со­ци­аль­ную ба­зу ши­ит­ско­го дви­же­ния. Сре­ди Ш. на­ча­лись рас­ко­лы, свя­зан­ные с при­зна­ни­ем прав на има­мат за тем или иным по­том­ком Али. Уже в сер. 8 в. ши­ит­ское дви­же­ние рас­па­лось на край­нее и уме­рен­ное. К пер­во­му от­но­сят соб­ст­вен­но край­них Ш. (гу­лат) и ис­маи­ли­тов, ко вто­ро­му – зей­ди­тов и има­ми­тов. В свою оче­редь эти те­че­ния раз­де­ли­лись на мно­го­числ. от­ветв­ле­ния. На про­тя­же­нии всей ис­то­рии ис­ла­ма Ш. ве­ли во­оруж. борь­бу за воз­вра­ще­ние вла­сти по­том­кам Али. Наи­боль­ший ус­пех вы­пал на до­лю зей­ди­тов и има­ми­тов, ко­то­рым уда­ва­лось в раз­ное вре­мя и в раз­ных час­тях Ха­ли­фа­та (Та­ба­ри­стан, Йе­мен, Еги­пет) соз­да­вать свои го­су­дар­ст­ва – има­ма­ты. По­сле­до­ва­те­ли ши­ит­ских об­щин су­ще­ст­ву­ют прак­ти­че­ски во всех му­сульм. стра­нах. Ши­ит­ско­го ве­ро­уче­ния при­дер­жи­ва­ет­ся по­дав­ляю­щее боль­шин­ст­во на­се­ле­ния Ира­на, Азер­бай­джа­на, бо­лее по­ло­ви­ны на­се­ле­ния Ира­ка, зна­чит. часть на­се­ле­ния Ли­ва­на, Йе­ме­на и Бах­рей­на. В кон. 20 – нач. 21 вв. за­мет­но воз­рос­ла по­ли­тич. ак­тив­ность Ш. в му­сульм. ми­ре. См. так­же Ши­изм, Ба­би­ды, Ба­хаи­ты, Дру­зы, Кар­ма­ты.

bigenc.ru

Некоторые книги написанные против шиитов

1. «Высказывания об истории исламской уммы», автор Хузри

2. «Сунниты и шииты», Рашид Рида

3. «Война между Исламом и неверием», Кусайми

4. «Рассвет Ислама» и «Утро Ислама», Ахмад Амин

5. «Шииты под критикой шиитов», Муса Джараллах

6. «Прочная линия», Мухибаддин Хатиб

7. «Шииты и сунниты», «Шииты и Коран», «Шииты и шиизм», Ихсан Захир

8. «Минхадж ас Сунна» (Путь сунны), ибн Таймийя

9. «Уничтожение лжи», Фазл ибн Рузбахан

10. «Основы шиитского мазхаба», Насир Гафари

11. «Пришла очередь огнепоклонников», Абдалла Мухаммад Гариб

12. «Ценности последователей 12 имамов», Дахлави

13. «Поездка на Ближний Восток», Мухаммад Сабит Мисри

Существует множество и других книг, на которые шиитские учёные дали достойные ответы.

Рассмотрев книги, написанные против шиитов, а также шиитские книги о шиизме я увидел интересную разницу между этими двумя видами книг. Книги шиитов направлены на то, чтобы доказать истинность шиизма посредством аятов и хадисов обычно из суннитских источников. В этих книгах отсутствует фанатизм и неприязнь к суннитам, отсутствует грубость и оскорбительные нападки на своих оппонентов. Книги, написанные против шиитов, наоборот, переполнены ненавистью и совершено нелогичными выпадами. Самая главная их цель - это нанести удар по шиизму, даже если это будет посредством ложных обвинений и оскорблений.

Свидетельств этому очень много, на некоторых таких моментах мы в будущем остановимся. Здесь же нам бы хотелось привести некоторые книги, написанные в защиту шиизма и доказательств правоты шиизма.

1. «Исцеление в руководстве», книга в 4 томах, автор Шариф Муртада. В этой книге он рассматривает имамат как одну из главных основ религии, политики, общественной сферы. Он приводит доводы, основанные на логике, коранических аятах и достоверных хадисах, признаваемых как шиитами, так и суннитами, указывающими на руководство пророческого рода.

2. «Путь истины и раскрытие правды», автор аллеме Хилли.

Эта книга рассматривает такие моменты как:

1) Знание и восприятие

2) Размышление

3) Атрибуты Бога

4) Пророчество

5) Имамат

6) Судный День

7) Методология и юриспруденция

Всякий, кто будет читать эту книгу, поймёт, что автор этой книги был большой учёный и исследователь. Он не имеет фанатичного отношения к другим течениям Ислама и не претендует на то, чтобы защищать только свои убеждения. Фазл ибн Рузбахон написал ответ на эту книгу, назвал его «Уничтожение лжи». Однако, книга Рузбахона не имеет такого научного метода, как книга Хилли, кроме того, во многих местах не имея ответов на красивый логический метод Хилли, Рузбухон без каких-либо серьёзных доводов принимается просто ругать и оскорблять Хилли в частности и шиитов в общем.

3. «Утверждение истины»

Автор: Сийид Нурулла Хусейн Тустари. Автор написал эту книгу как ответ на книгу Рузбахана. Аятолла Шахабаддин Мар’аши Наджафи написал комментарии к этой книге, при этом сама книга с комментарием составила 25 объемистых томов. Эта книга написана в очень красивом стиле и доказывает право людей дома пророка на духовно-политическое руководство.

4. «Правдивые доводы» автор алламе Музафар.

Автор дал в этой книге ответ как на книгу Рузбахона, так и ибн Таймийи.

5. «Аль Гадир», аламме Амини.

Книга в 11 томах

Удивительно, что автор использовал при написании 94 тысячи (!) суннитских источников. Он в этой книге дал ответ на 13 книг, написанных против шиитов. Отвечая на критику шиизма он использовал железную логику, кораническую традицию, и достоверные суннитские источники с лёгкостью смог отвести все критические выпады против шиитов.

6. «Абакат аль Анвар» эта многотомная книга написана в защиту шиизма.

Автор - Сийид Хамид Хусейн Мухаммад ибн Саид Кили Хинди.

Есть ещё «Халасат аль Абакат» (т.е. «Абакат» в сокращении), составитель Хусайни Милани. Эта книга в 10 томах.

«Абакат» написан в ответ на книгу Дахлави «Ценности последователей 12 имамов».

Автор прекрасно смог доказать правильность и истинность шиизма, он привёл очень сильные доводы, основываясь, главным образом, на аятах священного Корана и достоверных хадисах посланника Аллаха, записанных в наиболее известных книгах суннитов. Ещё никто не осмелился написать ответ на эту книгу. На протяжении уже многих лет эта книга остаётся самой сильной в отношении доказательства истинности шиизма.

7. «Учитель двух школ», автор - алламе Аскари

Автор старался подойти к проблемам разногласий между шиитами и суннитами без каких-либо фанатичных притязаний к своему учению, что предаёт этой книге наиболее интересный исследовательский стиль.

8. «Аль Мараджиат» (34), автор - Абд аль Хусейн Шарафуддин Амили

Эта книга представлена как диалог между суннитским учёным Салимом Башири (ректором аль Азхара) и Шарафуддином.

Помимо этого существуют большое количество других книг, среди которых можно выделить такие книги как «Ответ на вопросы Джараллаха», «Ложь о шиизме», «Вместе с Хатибом по «Прочной линии» (ответ на книгу «Прочная линия» Мухибаддина Хатиба).

Дата добавления: 2015-07-07; просмотров: 106 | Нарушение авторских прав

Читайте в этой же книге: Искажение исторической действительности | Как представлялась история шиизма | Мнение учёных о Сайфе ибн Умаре | Хадисы в период Муавийи | Передатчики хадисов и сокрытие истины | Второй пример. | Пример пятый | Ложь на шиитов | Книги Ихсана Захира | Некоторые методы из книг Ихсана Захира |mybiblioteka.su - 2015-2018 год. (0.007 сек.)

mybiblioteka.su

Шиитские празднества. Ян Марек. По следам султанов и раджей. Книги по истории онлайн. Электронная библиотека

Спустя дня три после нашей первой встречи Шамим снова зашел за мной, на этот раз уже в общежитие. Он не забыл о своем обещании сопровождать меня во время шиитского праздника мухаррама.

Каждый год в месяце мухаррам шииты устраивают свои самые большие мистерии. В это время отмечается и начало мусульманского Нового года, так как мухаррам, в переводе с арабского языка «заповедный, священный», является первым из двенадцати месяцев мусульманского лунного года. Мусульманский год содержит 354 дня, поэтому праздник мухаррам отмечается каждый раз в разное время. Он начинается сразу же после того, как достоверные свидетели увидят на небе выходящий серп нового месяца, и продолжается десять дней, которые называются ашура, то есть «десятка». На индийском субконтиненте шиитские мистерии проходят с наибольшим размахом в таких старых мусульманских центрах, как, например, Лакхнау, индийском и пакистанском Хайдарабадах и в Карачи. Во время ашуры мистерии инсценируют трагические события, которые имели место в арабских странах Западной Азии тринадцать столетий назад, когда между различными группировками мусульман развернулась борьба за место халифа — имамат.

Во главе сирийской провинции стоял тогда наместник Муавия из рода Омейядов. Прямые наследники пророка Мухаммеда — его дочь Фатима и ее муж, двоюродный брат пророка, «праведный халиф» Али, глава шиитов,— были уже отстранены с ведущих позиций в общине верующих, и место заместителя пророка, то есть халифа, заняли чужие им люди. Позднее Али был убит, а его старший сын, второй шиитский имам, отравлен. На защиту прав семьи пророка выступил младший сын Али, третий шиитский имам Хусейн.

Тем временем Муавия из рода Омейядов сделал халифом своего сына Язида. Тот призвал Хусейна признать его за главу мусульман и подчиниться. Однако Хусейн отказался сделать это и с небольшим отрядом своих приверженцев выступил из Мекки, чтобы свергнуть халифа Язиду. Уже будучи в пути, он получил известие о поражении своих сторонников в Куфе, но не захотел повернуть назад.

На второй день мухаррама 61 года хиджры (10 октября [39] 680 года по григорианскому календарю) Хусейн со всего лишь семидесятью самыми верными единомышленниками стал лагерем в безводной пустыне у местечка Кербела недалеко от Куфы. Здесь его окружило четырехтысячное войско халифа. Путь к реке Евфрат был отрезан, и отряд Хусейна, находясь в сильную жару в пустыне, страдал от нестерпимой жажды. Однако шииты отказались сдаться и предпочли честную смерть в бою. Имам Хусейн погиб в неравном бою на восьмой день мухаррама. В тот же день были убиты младший брат Хусейна Аббас, а также его племянник Касим. Победители перебили небольшую горстку шиитов, взяли в плен их жен, и, выстроив их в одну колонну, во главе которой несли отрубленную голову Хусейна, отправили к халифу в Дамаск.

Поражение у Кербелы решило судьбу шиитов: сторонники Али навсегда потеряли свое ведущее положение в мусульманской общине. Шииты, разбросанные по всему свету, до сих пор чтят кербельских мучеников как святых и верят, что попадут в рай, если хотя бы один раз в жизни прольют за них кровь и слезы. Эта вера лежит в основе кровавых шествий, которые можно увидеть в годовщину кербельской битвы на улицах индийских и пакистанских городов. Такие шествия выходят из имамбар, которые также носят название таазиехана («дом оплакивания»). Здесь во время мухаррама отпевают на протяжении целой ночи шиитских мучеников и ставят катафалки. Перед началом мухаррама в таазиехану также торжественно приносят и оружие героев. Например, двойной меч Али, подаренный ему пророком Мухаммедом. Тут же находятся различные символы, например подкова рысака, на котором Хусейн ехал к месту своей последней битвы. Говорят, ее нашел в Ираке какой-то шиитский паломник и принес с собой в Индию. За подковой несут знамя шиитских воинов, а также панджу, изображение руки Али или Фатимы с пятью растопыренными пальцами, шиитский талисман, обладающий чудодейственной силой против зла. В лакхнауских шествиях непременно увидите и символ рыбы, изготовленный из серебристой или золотистой жести. Доказательство того, что навабы Лакхнау всегда с гордостью заявляли о своей принадлежности к шиитской ветви ислама.

Перед началом мухаррама каждую ашурхану украшают так, чтобы она могла достойно встретить процессию [40] со знаменами и другими реликвиями. Знаменосцы устанавливают знамена перед зажженными светильниками, рядом ставят шесты с хвостами яков — символом королевской власти, благовонные палочки на подставках и развешивают гирлянды цветов. Тут же кладут камень с отпечаткам ступни пророка — кадам-е расул. Вечером под знаменами располагается хор мальчиков. Всю ночь они поют псалмы, в которых поэтически и до мельчайших подробностей рассказывается о битве при Кербеле. После таких ночных бдений (шаб-бедари) присутствующих угощают сладостями и шербетом. Прежде чем их отведать, все должны еще прослушать проповедь муллы, посвященную мученикам Кербелы.

С господином Шамимом у нас была договоренность, что он покажет мне матам — обряд хождения по огню. На пятый день мухаррама он взял меня с собой в одну из имамбар, на широком заднем дворе которой должен был состояться ритуал матам. Шамим обратил мое внимание на неглубокую четырехугольную канаву, по краям которой была низкая глиняная насыпь.

— Это алао, огненная яма, — пояснил он мне. — Как видите, она размером примерно в полметра шириной и в два длиной. Ее копают каждый год на том же самом месте, причем делают это в торжественной обстановке: как только на небе покажется серп молодого месяца, самые почтенные шииты совершают обряд начала копания мотыгой. Затем осторожно снимают дерн и углубляют место для горящих углей.

Стали собираться участники матам. Сначала пришли первые энтузиасты. На некоторых из них была новая одежда, как и полагается в праздники, на других — повседневная. Зато все они были босые. В вечерних сумерках худой дервиш с четками на шее заполнил ров древесными углями, стараясь как можно ровнее высыпать их из мешка. Затем он поджег их и стал ждать, пока они разгорятся.

Тем временем собралось уже много народа: как участников, так и зрителей. Поодаль устроился барабанщик, и певцы затянули свою заунывную долгую песню в однотонном ритме элегии. В их глазах отражался красноватый свет невысокого пламени, освещающего столпившихся у площадки людей. Первым на огненную дорожку вышел сам дервиш. Подобрав длинную темную юбку, мелкими шажками он пританцовывал на пылающих углях. Я все ждал, когда у него загорится кожа на [41] ступнях ног, но ничего подобного не произошло. Я поинтересовался у Шамима, как же это у дервиша так получается.

— Иногда говорят, что огненные танцоры натирают ступни ног поташем, который создает как бы защитную пленку, — смущенно ответил Шамим, — но я этому не верю. Все чудо состоит, по-моему, в определенном ритме движений ногами и в том, как осторожно они ступают. Ну и, конечно, в силе духа, благодаря которой они могут управлять своими физическими ощущениями.

Через огонь, который, возможно, символизирует раскаленный песок кербельского поля битвы, проходили все новые и новые фанатики. Каждый, держа в руках меч или хотя бы палку, пританцовывал на раскаленных углях и перепрыгивал высокие языки пламени. Некоторые даже брали горящие угли в руки и разбрасывали вокруг себя полные горсти огня. Менее отважные довольствовались тем, что бегали вокруг огненной дорожки и кричали:

— О, Хасан! Король Хусейн! Друзья, останьтесь! Хаэ, Хаэ! Беда, Беда!

На противоположном конце лужайки женщины выкопали огненную яму для себя. Одетые в новые наряды из блестящего черного батиста, они сидели вокруг огня, смотрели на пляшущие языки пламени, напевали псалмы и в песенном ритме ударяли себя в грудь. Даже до нас долетали их выкрики:

— Хаэ, Хаэ, благородные воины! Залитые кровью! Все трое погибли! Они мертвы! О, Али!

Шамим сказал, что, если у шиитов нет возможности развести огонь, они садятся вокруг глиняного горшка, перевернутого вверх дном, ставят на него свечу и рыдают над ее пламенем. Затем он стал убеждать меня уйти отсюда, прежде чем страсти фанатиков, возбужденных болью, вспыхнут и обратятся против иноверцев.

Под иноверцами он, конечно, имел в виду скорее себя, чем меня. Он суннит, следовательно, потомок тех, кто виновен в смерти Али и его сыновей. Пожалуй, он прав, нам лучше поскорее убраться отсюда.

На следующий день Шамим повел меня в центр старого города, заселенного в основном мусульманами. За ночь здесь почти на каждом углу выросли ярко разрисованные палатки из дерева, картона и из длинных полос материи. Одни из них скромно прижимались к узким входам в дома, другие как бы напоказ выставляли [42] свои позолоченные купола, охраняемые тонкими минаретами из покрашенных белой краской планок. Были и такие, которые потрясали прохожих серебряными украшениями своих балдахинов и ослепляли их масками драконов. Услужливые руки протягивали прохожим металлические кружки с холодной водой или стаканы с шербетом.

— Это абдарханы, хранилища воды, — пояснил мне Шамим. — Их еще называют себилы или свободные колодцы. Шииты ставят их в память о том, как мученики их религии вынуждены были страдать от невыносимой жажды во время битвы при Кербеле. Посмотрите, на этом красном знамени мы можем прочитать стихи Аниса о жажде Хусейна и его сторонников. А рядом, на другом знамени, зеленого цвета, вы разберете имена Аллаха, пророка Мухаммеда и нескольких имамов. На себиле около мечети вы увидите цитаты из Корана, которые наверняка будут засыпаны цветочными гирляндами и надувными шариками. Вы даже представить себе не можете, что произойдет, когда наступит вечер! Как только стемнеет, каждая большая себила осветится зеленым или красным неоном, а ее силуэт высветится рядами маленьких лампочек.

Я подумал, что вряд ли смогу еще раз прийти сюда, когда себилы будут здесь еще стоять. Но Шамим словно прочитал мои мысли и оказал:

— Они останутся тут, пока не пройдет главная процессия. Тогда настанет самый большой спрос на воду. Если воды в себилах не хватит на всех, то на улицах поставят передвижные цистерны на повозках, запряженных ослами или мулами. У кого будет очень большая жажда, тот сможет утолить ее прямо из шланга одной из пожарных машин, которые целый день дежурят на улицах.

Второй раз я так и не сумел выбрать время, чтобы посетить себилы. Одно шествие сменялось другим. На седьмой день мухаррама через весь город прошла процессия в память мученической смерти племянника Хусейна Касима. В возрасте десяти лет его помолвили с дочерью Хусейна Фатимой, но еще до свадьбы он погиб в битве у Кербелы. Сегодняшняя процессия воспроизводила свадебное шествие Касима. Во главе верхом на украшенной лошади ехал мальчик, одетый как жених, в руке он держал знамя Касима. За ним следовала процессия, впереди которой шел оркестр, затем [43] танцовщицы, пританцовывая и напевая элегии, ударяя при этом себя в грудь и время от времени, жалобно выкрикивая: дулха, дулха! — «жених, жених!». В ашурхане мальчика положат на катафалк, обмоют словно покойника и оденут в саван. Затем придут плакальщицы, и всю ночь из ашурханы будут раздаваться их стенания.

На следующий день шииты обычно устраивают поминки младшего брата Хусейна Аббаса, погибшего мученической смертью при попытке пробиться через окружение к Евфрату и принести своим соратникам воду. В тот же, восьмой день погиб также и имам Хусейн, поэтому в процессиях можно увидеть завернутые в материю копья с наколотыми на них лимонами, которые символизируют отрубленную голову Хусейна.

В предпоследний день мухаррама то улицам города движется процессия зуль-джанах — «окрыленный» (так назвали быстрого словно ветер коня Хусейна). Впереди идут люди, которые несут подкову — символ коня Хусейна. Они врезаются в толпы зрителей, толкают и бросают их на землю, как бы тем самым демонстрируя боевые качества коня Хусейна. Шииты приписывают подкове волшебные свойства и наделяют сверхъестественной силой. Они верят, будто от прикосновения к ней проходят все болезни, подкова может способствовать рождению сына или исполнению сокровенных желаний и т. п. Во время ашуры шииты строго следят за чистотой своей одежды, дома избегают всего, что могло бы осквернить их тела: не общаются с женщинами, не едят мясо и рыбу и не жуют бетель. У шиитов молодая жена открывает свое лицо мужу и переходит к нему в дом лишь после первого мухаррама.

Наконец наступает десятый, самый торжественный день мухаррама — день мученичества, поминовения имама Хусейна. Шамим заранее обещал мне, что отведет меня к одному своему знакомому, дом которого находится на центральной улице. С балкона этого дома мы сможем спокойно наблюдать за всей процессией.

Безусловно, на религиозные шествия лучше смотреть сверху, чем участвовать в них. К тому же следует учитывать, что хотя шииты и не отличаются особой вспыльчивостью, однако в десятый день мухаррама у некоторых из них кровь словно вскипает. Достаточно незначительного повода, неуместной улыбки или шутки для того, чтобы началось кровопролитие. Любопытный зритель — суннит или индус — легко может стать жертвой [44] остро наточенных ножей, и тогда весь город превращается в арену братоубийственной распри.

Центральная улица уже была заполнена народом. Все ждали главную и самую длинную процессию, в которую по мере ее прохождения вливались из прилегающих улиц толпы. Зрители с нетерпением ожидали увидеть снова все знамена и знаки кербельских мучеников, их оружие, катафалки и королевские троны. Однако более всего внимание присутствующих привлекало основное действие сегодняшней программы — шествие самоистязателей с бичами и камнями в руках.

На башне англиканского костела пробило девять часов, и улица под нами заволновалась. Из большой имамбары выползла белая змея траурной процессии имама Хусейна. Полицейские в белой униформе с помощью длинных дубинок пробивали дорогу для торжественного шествия в толпе зрителей, заполнявших всю улицу. Во главе процессии появился всадник на черном как уголь коне. Он беспрестанно бил по свисающим на ремнях двум барабанам. В его окружении шли дудари и знаменосцы. Вслед за ними появилась лошадь, к седлу которой за ноги были привязаны два белых окровавленных голубя, символизирующие души погибших мучеников. Чуть поодаль величаво выступал слон. В знак траура погонщик, сидя на спине слона, посыпал вокруг себя пепел. Появился еще один конь без всадника: на его седле — оружие Хусейна.

Толпа раздалась еще больше — перед зрителями проходили кающиеся грешники. Они били себя то ладонями, то кулаками по обнаженным телам. Одни раздирали себе кожу при помощи стальных ежей или круглых латунных щеток, другие — деревянными палками и острыми камнями. В ритмичные удары деревянных палок и глухих шлепков грузных плеток вплетались выкрики:

— Ха-сан! Ху-сейн! Ха-сан! Ху-сейн!

Затем до нашего слуха долетели пронзительные крики, и зрители спешили занять лучшие позиции, стремясь ничего не пропустить из происходившего на улице. Шли самоистязатели. Тела у них были забрызганы засохшей и свежей кровью. Одни держали в руках длинные острые ножи, которыми они время от времени наносили себе удары по телу. Другие били себя цепями с остро заточенными крючками на концах так, что кровь брызгала во все стороны. Менее азартные истязали себя [45] плетками с узелками на конце и вместо кровавых ран довольствовались синяками и шишками.

Как правило, бичеватели идут по двое, лицом к лицу, поощряя друг друга к новым ударам. Многие были обнажены по пояс. Из глубоких ран кровь стекала на белые брюки. Многие одели белые длинные рубахи, как будто для того, чтобы еще более усилить эффект от пропитанной кровью одежды.

Самоистязатели шли приплясывая по пыльной дороге, их головы мотались из стороны в сторону, словно шейные позвонки у них были перебиты. Они размахивали руками и с пеной у рта охрипшими голосами скандировали:

— Я Хасан! Я Хусейн! — В том же ритме следовали удары ножами, камнями или плетками по телу. Они брели, ничего не видя перед собой, залитые кровью, с вытаращенными глазами, со страдающими и истощенными лицами.

По обе стороны шествие сопровождали друзья и родственники основных участников. Можно было подумать, что они здесь для того, чтобы воодушевлять самобичевателей. Однако стоящий рядом со мной знаток шиизма сказал:

— Сопровождающие самоистязателей люди здесь для того, чтобы присматривать за «своими» и не дать им случайно зарезаться. Бывает и так, что какой-нибудь ярый поклонник Хасана теряет контроль и начинает лупить себя с такой силой, как будто решил расстаться с жизнью. Заметив это, родственники и друзья набрасываются на своего горе-бичевателя и отводят его в безопасное место.

— Неужели бывают случаи со смертельным исходом?— поинтересовался я.

— Насколько мне известно, в последние годы смертельных случаев не было. Может быть, это объясняется тем, что большинство бичевателей стало пользоваться лишь плетками. Но в прошлом столетии случалось еще и так, что разъяренные зрители в ажиотаже набрасывались на актера, представлявшего убийцу Хусейна, и, переполненные ненавистью, убивали его. Что касается тех самоистязателей, которых вы видите, то можете о них не беспокоиться. Как только шествие закончится, тяжелораненых отнесут в баню, где им перевяжут раны и напоят напитком, который способствует быстрому восстановлению крови. Остальные обращаются за помощью [46] к традиционному лекарю — хакиму, и после того, как тот обработает их раны, они снова возвращаются на празднество.

Между тем на нас надвигались колеблющиеся из стороны в сторону разноцветные башни с куполами — табут, или тазия, что значит «катафалк». Это своего рода похоронные носилки на бамбуковом каркасе, обвешанные блестящей материей, бумажными украшениями и цветными зеркальцами,— копия мавзолея, возвышающегося в кербельской равнине над останками Хусейна.

— Традиция строить тазии и носить их по городу восходит, собственно говоря, к Тамерлану, — объяснил мне однокурсник Шамима. — Говорят, совершив паломничество в Кербелу, он приказал построить миниатюрную гробницу Хусейна в память о нем. В 1398 году Тамерлан вторгся в Индию, и обычай строить тазии распространился по всей стране, а шествия с тазиями стали главной частью мухаррама. Сегодня в нашем городе наверняка несут еще несколько сот таких табутов. Иногда вслед за ними движется еще и трон Хусейна, обвешанный коралловыми бусами и обклеенный для блеска кусочками слюды.

Меня заинтересовало, куда направляется процессия и что затем будет с катафалками.

— По индийскому обычаю процессии направляются к месту, которое называется карбала ка майдан — «кербельская равнина». У нас в Лакхнау это место находится на берегу реки Гомти. Там, в заранее выкопанных очагах, разведут костры, три раза обойдут вокруг них и, повернувшись лицом к Мекке, произнесут вводную суру из Корана. Затем снимут с катафалков ценные украшения, свернут занавески и отнесут знамена. Голые скелеты похоронных носилок бросят затем в воду. Эта традиция, в сущности, не имеет ничего общего с исламом. По всей видимости, раньше это был индуистский обряд обращения к богу с просьбой о дожде или о предотвращении наводнения. После того как обряд завершен, приходят фокусники с дрессированными медведями и обезьянами, крутятся карусели, — на «Кербеле» начинается народное гулянье.

Шиитский праздник ашура подходил к концу. Раньше в имамбарах или на «Кербеле» еще показывали мистериальные драмы, во время которых перед глазами зрителей снова представала грустная история членов семьи пророка. Однако подобные театральные постановки [47] ушли в прошлое. Здесь, вероятно, необходимо пояснить, что шиитские мистерии не похожи на христианские. Они не воспроизводят священный текст писания (в данном случае Корана), а пересказывают события в устной форме.

historylib.org