Книги Владимира Александровича Сухинина. Книги сухинина


Владимир Александрович Сухинин все книги по сериям список

Владимир Сухинин — российский писатель, который широко известен аудитории своей серией про попаданцев.

Закончив военное училище и многие годы прослужив в разных городах и странах, Сухинин даже не представлял себя в роли автора книг. Однако после ухода на пенсию в нем неожиданно проснулась страсть к писательству.

Цикл книг про майора-попаданца оказался весьма успешным и очень полюбился читателям, которые сразу же отметили динамичный сюжет и прекрасный юмор писателя. Представляем вам все книги Владимира Александровича Сухинина по сериям.

Виктор Глухов

Вторая жизнь майора

Однажды он погиб в Афгане.

Но судьба дала второй шанс — и теперь у него новая жизнь в закрытом магическом мире. Когда-то майор Глухов — сейчас пятнадцатилетний наследник барона Ирридара.

Молодой барон (с позывным Демон) продолжает своё обучение в Академии. Правда, он ещё даже не подозревает, что на него откроют охоту все силы Объединённых Миров…

Студент на агентурной работе

Вторая жизнь в теле юного наследника барона Ирриадара имеет свои преимущества: молодость, обучение в магической академии, преданные вассалы из своих же однокурсников и… немыслимое количество врагов.

Впрочем, есть ещё одна жизнь — жизнь полевого агента с позывным Демон.

А это уже совсем другая история — опасная и непредсказуемая. Особенно, если ты втянут в разборки спецслужб Объединенных Миров и межгалактической мафии.

Пешка в большой игре

Закрытый магический мир, тело пятнадцатилетнего мальчика, вербовка в полевые агенты…

Фантастика? Нет! Это вторая жизнь майора Глухова, когда-то погибшего в Афгане.

Но кто сказал, что в магическом мире безопасно? Здесь легко стать пешкой в чужих играх, но очень сложно выжить и преуспеть.

Впрочем, сдаваться никто не намерен…

Разрушитель божественных замыслов

Закрытый сектор магического мира и вторая жизнь в теле юного местного барона — такова нынешняя реальность майора Глухова однажды погибшего в Афгане.

Благодаря уникальной комбинации — прежнего жизненного опыта, теперешнего статуса барона и возможностей симбионта — Глухов стал уникальной фигурой в кровавых играх служб безопасности, местных богов и преступных синдикатов.

Действия юного барона разрушают хрупкое равновесие этого мира и над миром Сивиллы разгорается пламя новой войны.

Скорпион Его Величества

Новое потрясение угрожает миру Сивиллы: в степях зарождается воинственный культ и теперь земли содрогаются от топота боевых быков…

Серебристый ковыль обагрён алой кровью. Гражданская война уносит жизни тысяч людей, стирает целые племена…

Распри, интриги, междоусобные войны… Какие ещё опасности ждут этот мир? И какая роль уготована Ирриаду, юному барону, студенту магической магии и полевому агенту?..

topspiski.com

Владимир Александрович Сухинин | КулЛиб

загрузка...

Перескочить к меню  

Владимир Александрович Сухинин о себе:«Родился я саратовской глубинке.В тихом и уютном месте. Отецвоенный, мать фармацевт. Потрадиции, как вся наша мужскаяполовина семьи выбрал военную стезю и закончил Харьковскоевоенное училище МВД СССР. Служил вКазахстане. Оттуда старшимлейтенантом был отправлен вАфганистан советником в Царандой.После Афганистана попал служить в Прибалтику в Латвию. Учился заочнов Ленинградской академии тыла итранспорта. В это же время япроходил службу в Карабахе.Когда «Союз» развалился, уволилсяпо выслуге лет на пенсию. Было мне тогда тридцать три года. До 2009года проживал в Латвии вместе стремя детьми. Два сына и дочь.Вместе с ними переехали в этом жегоду В Россию. Получил гражданство.Открыл частное охранное предприятие. Где и тружусьдиректором.Писать стал от того, чтопочувствовал непреодолимую тягусесть и написать. Сел и написал. Кому-то нравиться то что пишу, кому-то нет. Так бывает всегда. Но всем, яжелаю удачи, добра иблагополучия».

http://samlib.ru/s/suhinin_w_a/

https://www.vsuhinin.ru/posts

Показывать: НазванияАннотацииОбложки   Сортировать по: алфавитусериямдате поступленияпопулярностиоценкамгоду изданияразмеру

Впечатления

IT3 про Сухинин: Вторая жизнь майора (Альтернативная история, Боевая фантастика, Фэнтези) в 11:09 (+03:00) / 24-05-2018

первая книга на "отлично" - динамично,интересно, увлекательно,без рояльных переборов и всехнагибальства.сюжет не линеен,подан взгляд на историю со стороны различных персонажей.понятно,что-то где-то было,но не плагиат.одним словом удачный сплав фэнтези,попаданчества и космической фантастики.увы,но в последующих книгах занимательность теряется.серия не выродилась,но заметно потускнела,видимо автор устал от своих героев.тем не менее,уровень выше среднего,общая оценка на четверку с минусом.

Рейтинг: +3 ( 3 за, 0 против). ASmol про Сухинин: Два в одном. Оплошности судьбы (Боевая фантастика, Фэнтези, Самиздат, сетевая литература) в 13:08 (+03:00) / 19-05-2018

Как по мне, так вполне достойное начало нового сериала, но, есть одно маленькое но, если Автору достанет сил на обе серии, то честь ему и хвала, и да помогут ему Боги, единственно не хотелось бы, чтобы Он уподобился тем, кто вроде бы стартовал нормально, потом на волне эйфории или как говорил И.В.Сталин "..головокружения от успехов" начинают кучу проектов и не то что, не заканчивают их, а бросают на середине или начинают гнать такую откровенную халтуру, что приходится помечать их у себя, как УГ, то бишь унылое гуано ... Автору успехов в Творчестве.

Рейтинг: +4 ( 4 за, 0 против). ASmol про Сухинин: Его Светлость граф Вангора (Альтернативная история, Фэнтези, Самиздат, сетевая литература) в 19:26 (+03:00) / 03-05-2018

Автору респект, пока очень приятная серия, особая благодарность автору, за то, что достаточно быстро выходят продолжения(6 частей за год), а то помнится эпопейка Зыкова, 4 части выдал в удовлетворительном темпе(за них ему Спасибо), потом тишина лет на пять и слив серии в усреднённое гуано ...

Рейтинг: +2 ( 2 за, 0 против).

Вход в систему

coollib.com

Тёзки читать онлайн, Сухинина Наталия Евгеньевна

Наталия Соколовская

Тёзки

Рассказ

* * *

«И мира во всем мире!» Так заканчивала она каждую открытку, не важно, писалось ли это ко Дню Победы, Новому году или Восьмому марта…

Спустя годы Анна догадалась, что была Неля Николаевна похожа на старую няньку Наталью Савишну из «Детства». Постоянно в заботах, маленькая, добрая. Только масти другой. Впрочем, какой масти была настоящая Наталья Савишна, один Бог знает. Классик расщедрился лишь на девическую краснощекость. Но и тут вышло совпадение, потому что и ее «Савишна» была полнокровной, отчего гимназисткой страдала и пила уксус для придания лицу «благородной бледности».

…Щеки Нели Николаевны казались обожженными, потому что трамваи в те годы ходили без подогрева, а познакомились они именно в трамвае и как раз в разгар зимы. Неле Николаевне было шестьдесят, а ей пять. Неля Николаевна была трамвайной кондукторшей. А она ехала в детский сад. С Петроградской стороны к Марсову полю.

В промерзшую двоечку садились они с мамой на углу Чапаева и Куйбышева. Трамвайная остановка была против глубокой мрачной арки, ведущей в лабиринт проходных дворов, в первом из которых, на третьем этаже шестиэтажного доходного дома с приличным парадным подъездом, где на кафельном полу были выложены цифры «1912» и непонятное Анне слово «Salve», и жила Неля Николаевна.

Двоечка (огоньки синий и красный) была прямоугольной «американкой» с темно-красными лакированными боками и вместительным золотистым нутром. Первый Аннин связанный с каждодневным бытом трамвай. И новые, легкие и узкие трамваи, пришедшие вскоре на смену «американкам», казались ей ненастоящими, подделкой, так же как собаки, если они не овчарки (порода, максимально близкая к Белому Клыку), казались ей не вполне собаками.

Въезжая на Кировский мост, двоечка замедляла ход и, деревянно постанывая, одолевала подъем. На самом горбыле, на месте схождения створок моста, она и вовсе опасливо замирала, чтобы потом легко скатиться к ногам преувеличенного ростом и благообразием четвертого, а как бы уже и пятого русского генералиссимуса с мечом, непринужденно занесенным над всем человеческим содержимым трамвая.

Мать ставила ее возле барьерчика, отделявшего место кондуктора. Таким образом грудь кондуктора – точнее, кондукторши, через день всегда одной и той же – оказывалась как раз против Анниных глаз. Иногда, если народу было совсем битком, Неля Николаевна запускала Анну в свою загородку и даже позволяла отрывать для граждан проездные билеты.

Анна понимала, как хорошо быть таким нужным человеком, в униформе, с кожаной портупеей и тремя катушками разноцветных билетных ленточек на груди.

Раньше-то ей хотелось вырасти и работать дворником, сгребая плоской лопатой, обитой по краю металлической полоской, весеннее, наваристое, сочно хлюпающее снежное месиво. Но знакомых дворников у нее не было. А кондукторша теперь была.

Жили они тогда через дорогу от Нели Николаевны, в коммуналке на улице Куйбышева, бывшей Большой Дворянской. Стройные, с высокими окнами, выложенные плиткой, украшенные растительным декором дома вдоль самой улицы и были Дворянской. А нутро квартала вместе с их мутноватым двором и покосившимся дровяным сараем вполне годилось для Куйбышева.

В их дворе из детских развлечений имелся только спортивный снаряд: старый, трамвайно скрипящий деревянный барабан. Взбираться и разгонять его было чистой мукой, но зато потом, перевесив руки через металлическую перекладину, зажав ее под мышками, а в самые страшные минуты и прижимаясь к скользкой холодной поверхности подбородком, Анна, не спуская глаз со своих ботинок, уже против ее воли мелькавших все быстрее и быстрее, – с обмираньем чувствовала уходящую из-под ног Землю, именно всю землю сразу и с большой буквы, коль скоро барабан был круглый и вращался вокруг собственной оси.

Не поспевая за движением барабана, она поджимала колени, выжидая, пока тот начнет притормаживать, и снова разгонялась, чтобы ощутить еще раз уходящую из-под ног землю и еще раз удержаться на ней.

Но самым трудным было – соскользнуть с движущейся махины, да еще успеть отскочить в сторону, прежде чем та превратится из наглядного астрономического пособия в каток для укладки асфальта.

Зимой рядом с бездействующим, покрытым снежной коростой барабаном возникала горка, которую мальчишки поливали из шланга водой. От горки начинал валить белый банный пар. На вопрос, почему они поливают лед кипятком, сосед-школьник покрутил у виска пальцем и сказал что-то про разницу температур. Но что могли значить физические законы рядом с видением готовой сорваться с места ледяной горки под парами, опоры столь же неверной, как барабан, уходящий из-под ног, и столь же надежной, как память, которая сохранила на веки вечные и барабан, и горку, и тот, уже несуществующий, двор.

* * *

В коммуналке, в их узкой комнате, пять метров которой пошли на длину и два на ширину, где весь левый, ближний к двери угол занимала высокая, под потолок, печь с рифлеными боками и придвинутое к печи ведерко с чугунной кочергой и чугунным совком, где возле окна красовалось трехстворчатое нравоучительное трюмо, в котором всегда можно было видеть себя со стороны, – так вот, в этой комнате происходили по воскресным и праздничным утрам странные вещи. Точнее, одна и та же странная вещь. Да и не вещь вовсе, а звуки, природу которых Анна так и не узнала.

Когда не надо было вставать ни свет ни заря, одеваться-шнуроваться и спешить на угол Куйбышева и Чапаева к трамвайной остановке, в их комнате, высоко, там, где пестрая ленточка бордюра почти подпирала потолок, звучала музыка. Позже Анна поняла, что так звучать мог орган. И все же это были человеческие голоса. Будто много людей, мужчин и женщин, собрались там, наверху, и начали петь.

Только откуда бы взяться в их коммуналке органу или такому количеству поющих людей? И вообще, по радио утром, да и вечером, тогда звучали совсем другие мелодии. И только у нее из-за бордюра, точно с узких филармонических хоров, звучало это…

Длилась благодать считаные минуты между еще сном и уже явью и с полным пробуждением исчезала. Но очень скоро Анна выучилась, не дав себе до конца вынырнуть, возвращаться назад, в сон, и тогда наваждение подступало с новой силой.

Чудеса продолжались немного и после переезда на новую квартиру, где никакого бордюра не было. Но когда Анна еще подросла, все само по себе сошло на нет, растаяло, точно детский, с барбарисовым вкусом леденец за щекой, и никаким усилием воли повторить это больше не удавалось.

В узкой, как школьный пенал, комнате на Куйбышева часто появлялась теперь Неля Николаевна, уже просто баба Неля. Она окончательно вышла на пенсию и стала забирать Анну сначала из детского сада, потом из школы. Иногда родители, уходя вечером в кино или в гости, звали Нелю Николаевну посидеть с Анной или же закидывали Анну к ней.

Сначала Аннина мать что-то платила Неле Николаевне как няньке. Но скоро деньги брать та наотрез отказалась, а просто помогала, превратившись из трамвайной кондукторши в родню.

Ходить в магазины, на рынок, в сберкассу платить за квартиру или еще куда по взрослым делам Анна любила больше всего с Нелей Николаевной. Во-первых, потому что она не ленилась рассказывать всякое интересное про прежнюю жизнь. Во-вторых, с ней у Анны не ныло плечо. Ведь одно дело, когда за руку тебя тащит высокий и вечно спешащий взрослый, и совсем другое, когда это маленького росточка бабушка, за которой не надо поспевать вприпрыжку и в чьей ладони, сухой и шершавой, как вязаная рукавичка, так приятно согревать замерзшие пальцы.

Иногда Неля Николаевна брала Анну в баню. Высилось в глубине квартала такое сталинского ампира сооружение, с колоннами и широкой парадной лестницей. Спустя десятилетия, проходя мимо проданного под торгово-развлекательный центр здания бывшей бани, Анна вспомнила и вытертую ковровую дорожку на лестнице, и то, что «женское отделение налево», и белоснежную крахмальную тряпицу, которую Неля Николаевна стелила на деревянную скамью, прежде чем разрешить Анне сесть.

Но главным даром памяти был звук. Восхитительный колокольно-серебряный звук, с которым сильная и словно кипящая струя ударялась о дно шайки. И еще – согнутый локоть Нели Николаевны, которым та пробовала воду.

Неудачным из всех совместных с Нелей Николаевной гуляний можно было признать только один поход в Летний сад.

Они дошли почти до самого конца центральной аллеи, и тут Анна замерла перед скульптурой худого бородатого дядьки с ребенком в руках. Она исподлобья рассматривала выгнутое детское тельце, живот с вмятиной от укуса.

– Вот так и в блокаду… – отводя ...

knigogid.ru