Книга "Кокаиновые короли" автора Гульотта Гай - Скачать бесплатно, читать онлайн. Кокаиновые короли книга


Книга "Кокаиновые короли" автора Гульотта Гай

онлайн

Сильнее разума

Скучновато, хоть герой и горячий итальянец. Из-за множества прочитанных книг с похожим сюжетом, для меня интриги не получилось.

онлайн

Секретный ключик

Для малышки, а особенно написанной в 1964 году, совсем неплохо. Вполне подойдёт скоротать вечерок. Без особых страстей, интриг, миленько.

Спасибо за Вечность

 Везёт мне в последнее время на задумки для хороших романов-исповедей, хотя чего я ожидала от 4х страниц.. но они волшебны...

Красивая медленная смерть

Исходя из первых 10 страниц, книга не стоит прочтения.. скорее всего, наивный бред малолетки, один образ главной героини только чего стоит)))) 

онлайн

Не мешайте нам любить!

Стиль написания на любителя. Если снять по роману фильм, получилось бы что-то наподобие "Мальчишника в Вегасе". Динамично, запутано, местами весело.

онлайн

www.rulit.me

Книга "Кокаиновые короли" из жанра Роман, повесть

Авторизация

Поиск по автору

ФИО или ник содержит:

Поиск по серии

Название серии содержит:

Поиск по жанру

  • Деловая литература
  • Детективы
  • Детские
  • Документальные
  • Дом и Семья
  • Драматургия
  • Другие
  • Журналы, газеты
  • Искусство, Культура, Дизайн
  • Компьютеры и Интернет
  • Любовные романы
  • Научные
  • Поэзия
  • Приключения
  • Проза
  • Афоризмы, цитаты
  • Военная проза
  • Готический роман
  • Зарубежная классическая проза
  • Историческая проза
  • Классическая проза
  • Классическая проза XVII-XVIII веков
  • Классическая проза ХIX века
  • Классическая проза ХX века
  • Комиксы
  • Контркультура
  • Магический реализм
  • Малые литературные формы прозы
  • Рассказ
  • Роман, повесть
  • Русская классическая проза
  • Советская классическая проза
  • Современная русская и зарубежная проза
  • Средневековая классическая проза
  • Фантасмагория, абсурдистская проза
  • Экспериментальная, неформатная проза
  • Эпистолярная проза
  • Эссе, очерк, этюд, набросок
  • Другая проза
  • Религия и духовность
  • Справочная литература
  • Старинная литература
  • Техника
  • Триллеры
  • Учебники и пособия
  • Фантастика
  • Фольклор
  • Юмор

Последние комментарии

онлайн

онлайн

онлайн

онлайн

 
 

Кокаиновые короли

 

 

2011 - 2018

www.rulit.me

Читать онлайн "Кокаиновые короли" автора Гульотта Гай - RuLit

Впрочем, в 1979 году никто еще не провидел будущего. Эл Синглтон с коллегами и не подозревали, что кокаиновая война во Флориде — тяжелые, мучительные роды. Из горстки дилетантов–контрабандистов рождалась международная корпорация, которая будет ворочать многими миллиардами. К моменту дейдлендского убийства почти всех дилетантов со сцены уже убрали. А со временем наркосетью завладеют несколько колумбийцев, которые и станут кокаиновыми королями. Их ждут несчетные схватки: с дельцами–соперниками, с полицией и даже с правительствами, — но живучесть их беспредельна, и они неизменно остаются в числе самых богатых и самых жестоких преступников мира. Вместе эти люди известны как Медельинский картель.

Их было четверо: Пабло Эскобар Гавирия, иначе «Эль Падрино» — крестный отец, променявший вполне благополучную карьеру наемного убийцы, угонщика машин и похитителя людей на торговлю кокаином, наживший на нем миллионное состояние. Хорхе Луис Очоа Васкес, иначе Эль Гордо — Толстяк, — представитель низов среднего класса, тихий паренек, мечтавший о лучшей жизни для своей семьи и нашедший ее в кокаине; Карлос «Ледер Ривас, иначе Джо «Ледер, — смекалистый парень, любивший «Битлз» и замышлявший развернуть крупнейшую в мире сеть для перевозки наркотиков; Хосе Гонсало Родригес Гача, иначе Эль Мехикано — Мексиканец, покупавший на кокаиновые деньги футбольные команды, скаковых лошадей и огромные земельные участки.

К середине восьмидесятых годов эта четверка возьмет под контроль пятьдесят процентов кокаинового рынка США. На них будут работать тысячи людей: крестьяне станут выращивать и перерабатывать коку, летчики — перевозить наркотики, агенты — сбывать товар; толстосумы помогут дать взятку и отмыть деньги, наемные убийцы уберут с дороги врагов. Картель будет зарабатывать два миллиарда в год, не выплачивая при этом никаких налогов. Кокаиновые короли хитры и немногословны, у них — одна цель, и ради нее они готовы на все.

Подобно многим колумбийцам, промышляющим наркотиками, главари картеля считают своей родиной город Медельин, расположенный в отрогах Анд. Уже в 1979 году американские газеты называли Медельин «кокаиновой Уолл–стрит». Однако большинство американских полицейских, занимавшихся наркотиками, даже не знали, где находится этот самый Медельин. И напрасно. Ибо ключ к кокаиновому бизнесу следовало искать именно там.

На первый взгляд город не носит особой отметины. В туристских проспектах его называют обычно «Городом вечной весны» или «Городом орхидей». Расположен он в провинции Антьокия, среди сосновых лесов, занимающих центр и север Колумбии. Размерами Медельин уступает лишь столице страны — Боготе, а население его составляет 1,2 млн. человек. Город быстро разрастается в речной долине на высоте более полутора километров над уровнем моря. И нет красивее места в Южной Америке. В 1979 году жизнь в деловой части города била ключом, рвались ввысь небоскребы, и новые архитектурные формы приятно вплетались в величавый колониальный стиль прежней застройки. Ныне в черте города располагаются три университета, Ботанический сад, есть широкие бульвары и парки.

Жители Медельина называют себя «paisa» — земляки. Внешне они довольно скромны, на самом же деле — агрессивны и честолюбивы, это трудяги, жадные до денег и стремящиеся во что бы то ни стало взобраться вверх по социальной лестнице. И любого медельинца — богатого ли, бедного ли — уважают лишь за храбрость, смекалку и проницательность.

Во времена испанского владычества Медельин стоял на отшибе, колонисты не любили его за убогость и неприветливость, предпочитая благовоспитанную Боготу. «Земляк» — жалкий, бледный, болтливый мужлан — смешно коверкал испанские слова и был объектом нескончаемых шуток. Жители Боготы презирали «земляков» за неотесанность и грубость. Впрочем, в середине XX века шутить над медельинцами было уже неуместно. «Земляки» превратились в способных дельцов, готовых пуститься на любой риск. Родители стремились выставить сыновей из дома — чем раньше, тем лучше: «Разбогатеешь, вышли денег. Не разбогатеешь, на порог не пущу!»

Их старания не прошли даром. Медельин, скромный поселок, основанный колонистами около рудника, разросся; в XIX веке он стал основным производителем кофе, а в XX веке — промышленным центром всей Колумбии. Кроме того, за городом издавна закрепилась репутация контрабандного центра. Добропорядочные и не вполне добропорядочные «земляки» нелегально ввозили в страну американские спиртные напитки и сигареты, на самолетах перебрасывали телевизоры, стереоаппаратуру и радиоприемники из зоны Панамского канала, где в портах велась беспошлинная торговля. К 1979 году Медельин стал богатым, красивым городом, презиравшим чужаков. Здесь–то и зародилась колумбийская кокаиновая индустрия.

www.rulit.me

Кокаиновые короли книга

Издательство: нигде не купишь

Дата выхода: 2014

Время звучания: 09:13:46

Формат: MP3, 96kbps

Размер файла: 16,83 Kb

68 человек уже оценили

Кокаиновые короли на из 10

А на сколько Вы оцениваете эту игру?

Понравилась книга Кокаиновые короли

Хосе Гонсало Родригес Гача

В мае месяце (точная дата неизвестна) 1947 года, в городке Пачо, департамента Кундинамарка (Колумбия), в семье небогатого фермера, родился парнишка, которого назвали Хосе Гонсало Родригес Гача (Jose Gonzalo Rodrigues Gacha), которому в дальнейшем дали прозвище Мексиканец (El Mexicano) и которого журнал Forbes, в 1988 году, включит в свой список миллиардеров мира.

В юные годы, Гача работал наемным убийцей у одного крупного гангстера, пытавшегося получить контроль над одной из прибыльных шахт по добыче изумрудов. Своей кровожадностью и отсутствием тормозов, Гача заработал себе репутацию полного отморозка и слава, вместе со страхом, побежали впереди него. Все правильно, сначала ты работаешь на имидж, а потом имидж работает на тебя.

В начале 70-х годов, Хосе Гонсало перебирается в Боготу, где сходится с Вероникой Ривера де Варгас, колумбийской мадам Вонг, которая при помощи Гачи, стала первой кокаиновой королевой, убив при помощи Хосе всю семью своего основного конкурента.

В 1989 году, Родригес Гача, вспомнив молодость, стал участвовать в кровопролитной борьбе за контроль над изумрудными шахтами Колумбии, которые считаются одними из богатейших в мире. 27 февраля 1989 года, Мексиканцем была направлена группа из 25 боевиков, чтобы убить изумрудно магната Жильберто Молину (Gilberto Molina). Указание было выполнено с присущей для парней Гачи жестокостью, магнат был застрелен у себя в доме, на вечеринке, вместе с шестнадцатью гостями находившимися там же.

Кроме этого, из основных «подвигов», Мексиканцу приписывают организацию убийства президента партии «Левый Патриотический Союз», Хайме Падро Леаля, убитого 12 октября 1988 года, в ответ на нападения партизан на наркоторговцев в восточной части страны, а также оба они (Пабло Эскобар и Родригес Гача), были причастны к убийству популярного кандидата в президенты Луиса Карлоса Галана, 18 августа 1989 года, который считался самым вероятным кандидатом на пост президента Колумбии.

Когда началась серьезная охота на картель, в руки полиции попался сын Мексиканца – Фреди Родригес Селадес, против которого выдвинули несколько легких обвинений и попытались склонить к сотрудничеству, а когда из этой затеи ничего не вышло, разработали хитроумную операцию — когда прятавшийся Мексиканец, начал через прикормленных чиновников добиваться освобождения сына, они его выпустили, организовав слежку в надежде, что сын приведет к отцу. Так оно и вышло, попетляв для приличия в Картахене, Фреди выехал на небольшое ранчо возле городка Толу, для встречи с отцом. В этот момент их и окружил колумбийский спецназ.

Верный своей клятве (лучше лежать в колумбийской земле, чем сидеть в американской тюрьме), Мексиканец с сыном и телохранителем отстреливался до последнего патрона, и был убит при попытке вырваться из окружения (вместе с сыном и телохранителем).

В отличии от Пабло Эскобара и Родригеса Гачи, братья Очоа никогда не были бандитами в классическом значении этого слова. Выросшие в семье влиятельного и богатого фермера-землевладельца Фабио Очоа Рестрепо, они никогда не знали, что такое бедность и нужда, но будучи парнями предприимчивыми, пройти мимо такого бизнеса как втюхивание кокаина для гринго не могли. Ключевую роль в их взлете на нарко-олимп, сыграло то, что они были с Энвигадо, родного города будущего Дона Пабло и знали его с детства, ну плюс связи семьи в истеблишменте Колумбии.

Главный, и самый старший среди них был Хорхе Луис Очоа Васкес. Братья не отличались особой кровожадностью и благодаря семейному положению, в основном решали вопросы, связанные с выходом на нужных людей в высших эшелонах власти. Был один интересный момент, когда в 1981 году, партизанская группировка М-19 похитила сестру братьев Очоа – Марту Ньевес Очоа Васкес. В ответ, братьями была сформирована организация MAS — Muerte Secuestradores (Смерть Похитителям), ставившая своей целью ликвидацию верхушки этого леворадикального движения, в ответ на похищение сестры, и в результате Марта была выпущена живой и невредимой через несколько месяцев после похищения.

Невесело сложилась вторая часть жизни у парня по имени Карлос Ледер. 7 сентября 1949 года, в семье немецкого инженера и колумбийской учительницы (ох уж эти колумбийские учительницы), в городке Армения, родился мальчик, которого назвали Карлосом Энрике, и которому впоследствии дали прозвище El Aleman (Немец).

Свою преступную карьеру, мальчик начал с угонов автомобилей и их контрабанды из США в Канаду и торговле травкой, за что и получил срок, отбывать который отправился в федеральную тюрьму Дэнбери, штата Коннектикут. Там он познакомился с парнем по имени Джордж Юнг. Юнг на тот момент уже имел большой опыт контрабанды марихуаны из Мексики в США с помощью одномоторных самолетов, пролетающих ниже уровня радиолокационного контроля и посадке в сухие русла рек приграничных штатов.

Вдохновленный рассказами сокамерника и будучи колумбийцем, Карлос решил применить этот опыт для контрабанды кокаина из Колумбии в Штаты. По рассказам очевидцев, он мог часами разговаривать с различными высокоинтеллектуальными арестантами, записывая в блокнот информацию о способах отмыва денег и методов борьбы правительства с этим. В итоге, его светлой голове принадлежит идея контрабанды крупных партий кокаина на самолетах малой авиации из Колумбии в США.

До этого, все контрабандисты использовали один способ – людей-контейнеров, которые доставляли небольшие партии наркотика в себе или в личном багаже на рейсовых самолетах. Проблема с малой авиацией была в том, что одномоторные самолеты не могли без дозаправки долететь из Колумбии в США. И Карлос решил эту проблему, прикупив остров Cay Norman, расположенный в 340 км от Флориды.

В лучшие, пиковые месяцы, через остров проходило по 300 кг кокса ежедневно. И Ледер, в 1978 году, предлагал тогда еще президенту Колумбии Альфонсо Лопес Михесену, оплатить внешний долг Колумбии, в обмен на официальное разрешение торговли кокаином.

В 1982 году, после доклада Брайана Росса, о коррупции и ситуации на Багамских островах, лавочка закрывается и у Карлоса начинается непруха. Остров берется штурмом полицией, счета Карлоса замораживаются. Будучи на тот момент самым богатым человеком в мире, с капиталом в 987 миллионов долларов, он становится практически нищим. Бегая от полиции по сельве Колумбии, он подхватил желтую лихорадку и только благодаря Пабло Эскобару, который прислал за ним вертолет и срочно привез в больницу Медельина, его спасли. После этого, Паша ему и помог, подогнав работу в своем бизнесе, но в 1987 году, он попался в руки полиции и был выдан в США.

В 1992 году, Карлос в обмен на снятие 55 лет, дал показания против Норьеги, а потом направил жалобу судье, с требованием перевести его в немецкую тюрьму (как гражданина Германии). Эта жалоба была истолкована как угроза судье и в 1995 году, его вывезли из тюрьмы в неизвестном направлении, что было истолковано журналистами как его освобождение.

Но по мнению журналиста С. Инско-Джонсона, вплотную копавшего эту тему, Карлос был переведен в специальную тюрьму, где содержатся те, кого признали как свидетеля нуждающегося в программе защиты. Поговаривают, что он принимал участие в консультациях ЦРУ по организации программы Иран-контрас.

Ну а его приятелю, Джорджу Юнгу, повезло больше. Отсидев 15-ти летний срок, он вышел на свободу и даже поучавствовал в роли консультанта в съемках фильма об истории собственной жизни, с Джонни Деппом в главной роли. У нас фильм известен под названием «Кокаин», посмотрев который, можно полностью узнать историю его жизни. Ну а вкратце, урожденный гражданин штатов, от американки и немецкого иммигранта, родом из Бостона, за что получил прозвище Бостонский Джордж. В школе увлекался футболом (американским), учился на рекламщика но диплом не получил.

В 1967 году, со своим другом Филиппом Евгением Садлером, начал с контрабанды каннабиса через знакомую стюардессу. На пике этой волны, имел доход в 250 тысяч долларов в месяц, что соответствует нынешним 1.6 млн. долларов. Эта сказка закончилась в 1974 году, когда его арестовали в Чикаго с 660 фунтами марихуаны.

Ну были еще и кокаиновый полковник Яир Кляйн, только недавно выпущенный из российской тюрьмы, были и Черный Владимир, и Ла Куинта… но это уже фигуры не того масштаба. Хотя… может как-то я напишу и о них.

Copyright © 2009, 2010, 2011. Все права защищены

zombibox.ru

4 КОРОЛЬ КОКАИНОВОГО ИЗВОЗА. Кокаиновые короли

4 КОРОЛЬ КОКАИНОВОГО ИЗВОЗА

Карлос Ледер остро нуждался в летчиках, и потому его путь неизбежно вел к Эду Уорду — одному из немногих старожилов, оставшихся на острове. Летчик и контрабандист–марихуанщик, он обнаружил Норманс—Кей за два года до Ледера и полюбил его по тем же причинам: за отдаленность, за отсутствие полиции, за удобное местоположение на полпути между Колумбией и Соединенными Штатами. Короче — отличная перевалочная база.

Ледер и Уорд ничего общего не имели, разве что жили теперь на одном острове. Начинал Уорд моряком, а семидесятые годы провел во Флориде, в Джексонвилле, — спокойно и размеренно, как типичный представитель среднего класса. Занимался продажей мебели фирмы «Сиерс», был страховым агентом, жил безбедно, но не богато. Однако после развода понял, что алименты на жену и троих детей оставляют его практически без средств. И Уорд вместе с дальними родственниками и бывшим колле–гой занялся контрабандой. Люди подобрались семейные, консервативного склада, всем было за тридцать, и вели они себя, словно не марихуану в страну ввозили, а просто поменяли одну достойную работу на другую. На покупку самолета, двухмоторного двадцатилетнего старичка «Бичкрафта», Уорд занял тридцать тысяч у матери.

Уордовская команда перевозила за рейс более 500 килограммов наркотика из Колумбии во Флориду и Джорджию и выручала больше ста долларов за килограмм. Прежде им такие деньги и не снились. Каждый для отвода глаз открыл свое дело, сообща купили в Джексонвилле портовый бассейн с причалами и оборудованием, а также участок в Северной Каролине. Уорд купил себе дом в шикарном пригороде Джексонвилла и зажил на широкую ногу.

Полиция пристально наблюдала за подозрительным ростом благосостояния честной компании. Вскоре федеральные агенты установили слежку за домом Уорда и тщательно проверяли мусор, который хозяева выбрасывали на помойку. К тому времени Уорд снова женился. Эмили — иначе Милашке — был 31 год, и служила она зубным техником. Милашка тоже участвовала в контрабандных операциях: считала деньги, складывала их в пачки и придумывала, как обеспечить безопасный полет.

Впервые Эд Уорд повстречался с Карлосом Ледером на Норманс—Кей в конце 1977 года. Увидев, как дорогостоящий самолет Ледера день за днем стоит на приколе, Эд сразу смекнул, что хозяин — контрабандист. Законопослушный владелец пользовался бы такой машиной почаще. Чтобы Ледер не принял его за агента УБН, Уорд отправился к нему в дом и попросил о разговоре наедине. Они вышли на прогулку. Уорд выложил все без утайки. Сказал, что сам он — контрабандист, и Ледер, вероятно, тоже. Так вот он, Уорд, обещает Ледеру не мешать. Ледер промолчал. И какое–то время обе группы сосуществовали на острове вполне мирно.

А через несколько месяцев Ледер предложил Уорду заняться перевозкой кокаина. Уорд ответил не сразу. В кокаиновом бизнесе нравы куда грубее. Недаром у наркодельцов существует поговорка: «Марихуану продаешь — руку каждому пожмешь; кокаин загонять — под мушкой стоять». К тому же сроки за кокаин давали куда длиннее. Но, с другой стороны, от кокаина и доход больше. Да и на борту с ним не такая морока — места меньше занимает. А то загрузишь салон марихуаной — летчику и люка не открыть, если случится прыгать. Эд Уорд отличался практичностью. Он видел, что Карлос Ледер начинал весьма скромно, а теперь у него самолеты новейших марок. Уорд вдруг ощутил, сколь скудно вознаградила его жизнь за многолетние старания. Захотелось больших денег и хороших самолетов. Чтобы все — как у Ледера.

Теперь Эд Уорд должен был передать предложение Ледера компаньонам. 6 сентября 1978 года он свел восемь своих людей с Ледером на Норманс—Кей и там же, на месте, объяснил им суть ледеровского предложения. Особого энтузиазма никто не проявил. Кокаинщики нам не чета, слишком круто берут! Свои опасения они высказали Ледеру напрямик:

— Убивали кого–нибудь? Не брезгуете?

— Приходится иногда. Такая работа, — ответил Ледер.

Люди Уорда не захотели менять профиль. Однако сам Уорд заключил с Ледером сделку: он делает десять рейсов, взяв на борт по 250 килограммов кокаина. За каждый рейс — 400 тысяч. Ледер велел Уорду купить новый самолет и одолжил ему 604 тысячи на турбовинтовой «Свеаринген Мерлин III».

В январе 1979 года Уорд, Ледер и второй пилот Уорда Лев Франсис, пятидесятипятилетний участник второй мировой войны, тоже — как и Уорд — бывший моряк, совершили на «Мерлине» первый перелет из Колумбии на Норманс—Кей с полутонной кокаина на борту. Посадочную полосу развезло от дождей, груз весил вдвое больше условленного, топливо оказалось отвратительным. Эд Уорд рассвирепел. Его, человека до крайности педантичного, раздражала расхлябанность Ледера, работать на него было нестерпимо противно. Эд решил порвать с Ледером, как только встанет на ноги и сможет организовать собственный кокаиновый извоз.

Ледер же в это время процветал как никогда. На острове на него работало от тридцати до пятидесяти человек, среди них два–три колумбийских летчика и три–четыре американских. У взлетной полосы теснилось шесть, а то и больше самолетов. Все это тоже немало беспокоило Уорда. Остров становился подозрительным, привлекал внимание.

Сам же Уорд, несгибаемый моряк, совершил непоправимую ошибку: занявшись перевозкой кокаина, он пристрастился к наркотику и поделать с собой ничего не мог. Уединялся в ванной, чтоб не видели дети, и нюхал. «Эта штука нас погубит», — предупредил он жену, но не находил в себе сил остановиться.

— Даже когда мы почувствовали побочное действие кокаина, отказаться было невозможно: он обладал чудесным, магическим действием, усталость и тоску как рукой снимал, — вспоминала Милашка.

Тосковали Эд и Эмили Уорд не без причины. Летом 1979 года они переехали на Норманс—Кей на постоянное жительство, поскольку агенты налогового ведомства напали на след Эда. Поспешный отъезд из Джексонвилла спас их, но полиция опечатала дом и обвинила Эда Уорда в сокрытии дохода — 900 тысяч долларов. Теперь закон добрался и сюда, в убежище на острове.

14 сентября 1979 года более девяноста офицеров багамской полиции провели рейд на Норманс—Кей в рамках операции «Енот». Рейд начался в семь утра. Причалив на надувной лодке к берегу острова, капрал багамской полиции увидел, что какой–то человек рванулся к «фольксвагену». Позже выяснилось, что это был сам Карлос Ледер. Капрал произвел предупредительные выстрелы в воздух, но машина уехала. А через несколько минут с полицейского катера заметили «Огнепад» — десятиметровую моторную лодку Ледера, уходившую на полной скорости. Ему просигналили: «Остановитесь». Но Ледер, стоявший у руля, лишь прибавил ходу. Катер устремился вдогонку. Командир видел, как человек на «Огнепаде» высыпал в море белый порошок из полиэтиленового пакета. Лодка вышла на мелководье у западной оконечности острова, и сержант полиции выстрелил с берега. В конце концов Ледер сдался и позволил взять «Огнепад» на буксир.

На берегу на Ледера надели наручники. Был он в голубых джинсах, с толстой золотой цепочкой на шее, на запястье — дорогие часы. Во время обыска в спальне Ледера обнаружили оружие, а также марихуану и кокаин — в небольших количествах. На кровати лежал красный чемодан необъятных размеров.

Пока обыскивали дом, Ледер непрерывно стенал и жаловался. Говорил, что вложил в этот остров пять миллионов, но теперь, разумеется, уедет, поскольку терпеть не может докучливых полицейских. От обнаруженных в доме вещей отрекался: мол, знать не знает, откуда они взялись. В чемодане же — зарплата для служащих. Говард Смит, помощник полицейского комиссара, руководивший рейдом, приказал отдать чемодан Ледеру, и тот принялся пересчитывать деньги на глазах у полиции.

В общей сложности забрали тридцать три человека, включая Уордов и почти всю шайку Ледера. Ледер же и его немец–телохранитель остались на свободе. Багамская полиция захватила восемь пистолетов, два автомата, один пулемет, тридцать пять динамитных шашек и 618 патронов. Когда арестованных сажали в самолет «ДС-3», чтобы отправить в Нассау, Ледер наказывал им не волноваться: он заберет их завтра же.

Некоторые полицейские удивлялись, почему не арестован сам Ледер.

— Не тревожьтесь, — ответил помощник комиссара Смит, — он от нас не уйдет.

Но Смит ошибся.

Проведя пару дней в заключении, все арестованные были освобождены под залог. Осудили лишь одного багамца за незаконное хранение пулемета. Вернувшись на Норманс—Кей, Уорд спросил Ледера, каким чудом он выцарапал их из тюрьмы.

— Заплатил, — ответил Ледер.

Говард Смит, оставивший на свободе Джо Ледера, был вторым полицейским чином на Багамах. Позже он утверждал, что для ареста Ледера не хватало улик, но, инструктируя людей перед рейдом, он говорил совершенно обратное! Он тогда специально подчеркнул, что Ледер — главарь шайки на Норманс—Кей и брать его надо непременно.

Газеты потом сообщали, что во время рейда творились весьма странные вещи. Обыскивая один из домов на острове, полицейский констебль нашел на помойке пластиковый мешок, а в нем — 80 тысяч доллароз. Констебль заявил, что отдал деньги помощнику комиссара Смиту. Деньги испарились. Смит утверждал, что денег не получал. Констебль стоял на своем.

Пять лет спустя доходы Смита привлекли пристальное внимание Королевской комиссии, расследовавшей наркокоррупцию на Багамах. За три года после рейда на Норманс—Кей Смит выплатил 7500 долларов за «тоёту», 17 500 за «олдсмобиль» и 18 000 за дом — все наличными. Кроме того он вложил 30 000 долларов в акции пароходства, а на его банковском счете по–прежнему значилось 29 500. Полиция обнаружила еще 57 000 неучтенных долларов, происхождение которых Смит объяснял весьма неубедительно: ходил, мол, на скачки и собачьи бега и играл в черную лотерею.

Комиссия пришла к следующему выводу: «Ледер давал взятки полицейским, чтобы обеспечить себе свободу, и мы усматриваем очевидное соучастие Смита и других старших офицеров полиции»[1].

А кокаиновый извоз процветал как ни в чем не бывало. Выйдя из тюрьмы, Уорд — буквально на следующий день — уже летел с двухсотпятидесятикилограммовым грузом из Колумбии на Норманс—Кей и дальше — в Рейдсвилл, штат Джорджия. Перевозка кокаина прошла без сучка без задоринки. Однако налоговые проблемы настигли Уорда и в Джорджии. Не успел он приземлиться в аэропорту Атланты, столицы штата, как его «бичкрафт» захватили агенты налогового ведомства. Уорд решил, что его обвинят в контрабанде, но их интересовал лишь самолет — его личная собственность. Уорд забрал груз и уехал. Да и самолета он лишился лишь на время: его адвокат через подставных лиц выкупил самолет у налогового ведомства за 40 тысяч. Не прошло и месяца, как Уорд получил «бичкрафт» обратно. И за следующие четыре месяца отвез еще 350 килограммов кокаина. В общей сложности Уорд переправил для Ледера в Штаты больше трех тонн наркотика — на сумму в 150 миллионов долларов. Свыше 22 миллионов Ледер пропустил через багамские банки. Огромные суммы осели в карманах багамских чиновников.

В 1979 году на Багамах продавалось всё и все. И Карлос Ледер был не единственным покупателем. Через Багамы переправляли наркотики с десяток, а то и больше контрабандистов разного калибра — и марихуанщики, и коканнщики. Прочесать семьсот островов, разбросанных в океанских просторах (на площади около 100 тысяч квадратных миль), для полиции непосильно. Архипелаг превратился в узловую станцию наркобизнеса.

Адвокат Ледера Найджел Бау, отлично умевший обтяпать делишки клиентов–контрабандистов, был близок с премьер–министром Линденом О. Пиндлингом. Позже осведомитель УБН сообщит, что Бау появлялся на Норманс—Кей регулярно 22 числа каждого месяца и забирал 88 тысяч, предназначенных Пиндлингу. Другой же осведомитель утверждал, что Ледер платил Пиндлингу не менее 200 тысяч в месяц.

Позже Королевская комиссия проверит доходы Пиндлинга. Как выяснится, «траты во много раз превышали законные доходы», но определить, брал ли премьер взятки с наркодельцов, окажется невозможным.

На Багамах отлично знали, что сентябрьский рейд 1979 года не положил конец кокаиновым перевозкам через Норманс—Кей. Спустя два месяца после рейда Норман Соломон, известный багамский парламентарий, выступая в палате собрания, заявил, что остров используется для «одной из крупнейших контрабандных операций с наркотиками в этой части земного шара». Вскоре в доме Соломона взорвалась зажигательная бомба.

В декабре 1979 года Карлосу Ледеру официально предложили покинуть Багамы. Но и это не подействовало. Самолеты курсировали ритмично, а возле Норманс—Кей продолжали твориться чудеса. 31 июля 1980 года шедшая мимо шлюпка обнаружила дрейфующую яхту — «Калию-III». Ее палуба была залита кровью. Пулеметная очередь насквозь прошила борта из тикового дерева. К яхте была привязана надувная лодка, а в ней ничком лежал мертвый мужчина. Однако прибывшие на следующий день полицейские трупа не нашли. «Калия-III» принадлежала пожилым супругам из Форт—Майерс, которые на полгода отправились в круиз по Багамам. Чета исчезла бесследно, преступление так и осталось нераскрытым. Много лет спустя один из бывших «людей Ледера» расскажет под присягой, что «Калия-Ш» пропала как раз в ту пору, когда Ледер отправил своих немцев–телохранителей «позаботиться» о какой–то лодке, которая крутилась слишком близко от Норманс—Кей.

В 1980 и 1981 годах полиция провела еще два рейда, но Ледер снова откупился. Иногда он просто вскакивал в свой самолет и отбывал в Колумбию. Но всегда возвращался — делу стоять негоже!

В это время в Колумбию прибыл старый дружок Ледера. Он снова захотел повидаться с человеком, которого все теперь звали не иначе как «дон Карлос». Присмиревший Джордж Джанг приехал к Ледеру в июле 1980 года — не в партнеры проситься, а наниматься на работу. Он все еще считал, что Ледер ему задолжал. Но ныне он удовлетворился бы малым.

В Медельине Джанг позвонил в «Авто Ледер» из гостиницы «Интерконтиненталь». Через несколько часов к нему в номер вошел Ледер с телохранителями. Все они, включая Ледера, были в защитной военной форме. Ледер с Джангом выпили, понюхали кокаину. И, в конце концов, Джанг высказал свою просьбу.

Ледер согласился. Наркотик развязал ему язык, он был в ударе. Рассказал, что почти весь колумбийский кокаин идет в Штаты через него. Хвастал, как трепещут перед ним на Багамах. Поведал, что знаком с багамским премьером Линденом Пиндлингом, и представил его не кто иной, как Роберт Веско — мошенник, который в начале семидесятых надул американских вкладчиков на 224 миллиона.

Ледер называл Веско финансовым гением. Теперь Веско скрывался от правосудия на Багамах и обучал Ледера, как отмывать деньги через островные банки. А еще, по словам Ледера, Веско познакомил его с Фиделем Кастро.

Ледер самодовольно бахвалился. Выболтал Джангу, что у него на счетах несколько сот миллионов. Называл себя «королем кокаинового извоза», «кокаиновым королем». Джанг и сам заработал на кокаине миллион–другой, но по сравнению с бывшим партнером он был нищим. Все же встреча прошла успешно, окрыленный Джанг вернулся в Массачусетс.

И тут же попал в тюрьму по обвинению в контрабанде наркотиков. С Ледером он не увидится целых пять лет.

Эд Уорд покинул Норманс—Кей летом 1980 года. Он значился в списке иностранных лиц, подлежащих задержанию на Багамах; в случае ареста его могли депортировать в Штаты. Кроме того, он узнал, что второй пилот, совершавший с ним вместе кокаиновые прогулки, стал осведомителем и свидетельствовал перед Большим федеральным судом присяжных в Джексонвилле. В Штаты Уорду пути не было, и он делал все возможное, чтобы наладить отношения с багамскими властями. Воспользовавшись услугами Найджела Бау, багамского адвоката–ловкача, он передал 100 тысяч Эверетт Бэннистер — близкой подруге Пиндлинга, считая, что деньги пойдут самому Пиндлингу.

— Эти люди убеждали нас, что на Багамах все так живут, такой уж у них стиль. И обещали нам помочь, — вспоминала Милашка Уорд. Но взятки Уорда не спасли. И в основном потому, что от него хотел избавиться сам Карлос Ледер. Он отбросил Уорда как выжатый лимон — как отбросил он Джанга и Яковача.

Было совершенно ясно, что УБН держит Уорда на прицеле, что за ним и его самолетами неустанно ведется слежка. И в один прекрасный день Уорд с семейством сбежал на Гаити, с которым не было в то время соглашения о выдаче преступников. Там Уорд тоже занимался кокаиновой контрабандой, используя посадочную полосу на Норманс—Кей для дозаправки горючего. Но без ледеровских связей он наскребал не более десяти — пятнадцати килограммов на рейс. А закон, между тем, подбирался к нему снова.

8 января 1981 года прозвучал трубный глас. Большой федеральный суд присяжных обвинил Карлоса Ледера, Эда Уорда, Милашку Уорд и еще одиннадцать человек, близких к Уорду, в контрабанде, преступном сговоре и уклонении от уплаты налогов. Обвинительный акт состоял из тридцати девяти пунктов.

Спустя две недели Эд с Милашкой и еще несколько супружеских пар из той же компании отправились в ночной клуб в Порт–о–Пренсе.

— Веселились как перед плахой, — вспоминала Милашка. — Все чувствовали, что это — конец.

На следующий день Милашка, Уорд и десять его дружков были арестованы на Гаити агентами УБН. Гаитянская полиция предлагала уладить дело за взятку, но Уорд отказался. Жене он сказал так:

— Не желаю платить еще одному правительству за право у них жить. Пусть лучше в тюрьму упекут.

В Соединенные Штаты они прибыли в наручниках. На борту самолета УБН пели «Домой, в края родные».

Карлос Ледер, разумеется, избежал ареста. В конце 1981 года ходатайство Уорда было удовлетворено — ему скостили срок до пяти лет. Милашку освободили на поруки. Эд Уорд давал показания против своего бывшего партнера перед Большим федеральным судом присяжных. Теперь колумбиец Карлос Ледер стал главной мишенью охотников из УБН.

Ледер покинул Норманс—Кей в сентябре 1981 года. К этому времени он значился и в багамском списке к задержанию, а на острове появился постоянный полицейский пост. Однако Ледер лишь поменял адрес, а контрабандные операции шли на Норманс—Кей своим чередом. Хозяин часто наезжал, держал на острове штат колумбийцев для обслуживания рейсов и продолжал щедро одаривать багамских чиновников.

В июле 1982 года полицейский капрал, служивший на Норманс—Кей, сообщил, что инспектор официально велел обеспечить охрану Джо Ледера, который намерен отдохнуть на острове полтора–два месяца. Приказ, по его словам, поступил из высших правительственных кругов.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

document.wikireading.ru

Читать онлайн "Кокаиновые короли" автора Гульотта Гай - RuLit

— Раз ты еще не понял, я повторю. Не уедешь сегодня же — пришьем и жену, и детей.

Кем уехал.

Карлос Ледер занимался не только благоустройством Норманс—Кей, он налаживал собственную сеть для сбыта кокаина в США. Деньги у него водились, но их все же недоставало — в полную силу не развернуться. Начал он с джанговой парикмахерши,

затем завязал знакомство с ее подругой, владелицей студии звукозаписи, которая сбывала наркотик музыкантам. Только вот беда — по–прежнему не хватало летчиков, да и Джордж Джанг спекся, курсируя с востока на запад на рейсовых самолетах. Его приятель–адвокат, нажив солидный капиталец, вышел из игры. Ледер мучительно искал летчиков, возить кокаин было некому.

В то время Стефан Яковач еще томился в колумбийской тюрьме. Но 11 июня 1978 года к нему наведался нежданный гость.

«Я прямо онемел, — писал Яковач в дневнике. — Аж челюсть отвисла, и голова кругом пошла. Карлос! Мы полтора года не виделись! Надо же — приехал! Прошлое помянули. Я прямо–таки воспрял от его успехов».

Через месяц Яковач вышел из заключения. Ледер прислал за ним машину. И рассказал о Норманс—Кей.

— Давай–ка поработаем. Пора становиться миллионерами, — сказал Ледер.

На Норманс—Кей Яковач поселился в роскошном доме Ледера и стал сопровождающим на кокаиновых рейсах в Штаты. За каждый полет получал по пять тысяч. Летали по субботам и воскресеньям, когда в небе над островами снуют личные самолеты. Да и таможня американская в эти дни не так дотошна, ведь по телевизору непрерывно показывают соревнования, а таможенники — большие любители спорта. К исходу 1978 года Яковач успел сделать семь рейсов, переправив в общей сложности полторы тонны кокаина.

Возвращался Яковач на Норманс—Кей не с пустыми руками. Однажды привез 1,3 миллиона. Сначала деньги просто вываливали на кровать Ледера и всю ночь считали вручную. Но, поумнев, стали пользоваться электронными банковскими счетчиками. Из Колумбии самолеты прибывали по ночам и приземлялись на сигнальные огни. Яковач руководил разгрузкой. Слово «кокаин» вслух не произносилось. Ледер называл килограммовые упаковки–шары «детками». Это слово и вошло в обиход. Вскоре у кокаинового трубопровода появилось множество клиентов. Тут и гринго — ледеровы сбытчики, и колумбийцы, которые лишь пользовались его транспортом. В числе этих последних были Пабло Эскобар и Хорхе Очоа.

Норманс—Кей превратился в осиное гнездо наркобизнеса, и оно зловеще разрасталось по мере роста кокаинооборота. Сначала все тут носило налет неформальности: ватага парней в обрезанных джинсах веселится и делает деньги. Что–то в атмосфере на острове напоминало о молодежной контркультуре шестидесятых годов. Двери ледеровской виллы были открыты для всех, во всех комнатах через динамики извергались песни «Битлз», «Роллинг стоунз» и Джоан Баэз. Дикие оргии помогали людям расслабиться после напряженных контрабандных полетов.

И все тут нюхали кокаин, даже Карлос Ледер в конце концов стал прикладываться к своим безграничным запасам. В небольших дозах кокаин стимулирует деятельность центральной нервной системы, вызывает оживление, эйфорию, ощущение благополучия и силы. Злоупотребление наркотиком со временем вызывает паранойю. На острове шел воистину уникальный лабораторный эксперимент: впервые большая группа людей получила неограниченный доступ к чистейшему кокаину. Оставалось ждать результатов.

И они не замедлили сказаться. Нашпигованный оружием остров стал пристанищем агрессивных, нервных людей. Оружие доставляли из Южной Флориды. Яковач носил военную форму и был вооружен. Ледер предпочитал автоматический хромированный пистолет 45–го калибра.

Благодаря наркотику мания величия у Ледера достигла воистину космических масштабов. Он вел себя по–королевски надменно, окружающих презирал. Его все больше снедала жажда власти, все больше восхищало все немецкое и — особенно — Гитлер. Ледер проштудировал книгу под названием «Учитесь выступать перед публикой» и намеревался выйти в Колумбии на политическую арену. Ледер достиг почти всего, о чем мечтал в данберской тюрьме.

Яковача и других соратников Ледера тревожила его непредсказуемость и бесконтрольность. В частности Яковач не одобрял Ледера за то, что тот выдворил с острова всех жителей. Это могло поставить все дело под угрозу. Радиожурналист Уолтер Кронкайт не преминул оповестить страну об их самоуправстве.

«Ледер короля из себя строит», — думал Яковач.

16 августа 1978 года на остров прибыл невиданный дотоле груз. Турбовинтовой двухмоторный самолет был набит битком. В шестнадцати чемоданах лежало 314 кокаиновых шаров. Прибыл и владелец самолета — двадцатидевятилетний Хорхе Очоа.

www.rulit.me

Читать онлайн "Кокаиновые короли" автора Гульотта Гай - RuLit

После разгрузки Ледер сам проверил качество — хотел выбрать самый чистый кокаин во всей партии и взять оттуда свою долю. Определил чистоту — от 88 до 94 процентов. «Этот груз стоил больше пятнадцати миллионов», — вспоминал позже Стефан Яковач. А в это время агенты УБН вылавливали на улицах Майами мелких торгашей с одной унцией наркотика под полой.

Люди Ледера перегрузили кокаин на «Сессну-206», рабочую лошадку мировой контрабанды, и отправили в Штаты. Очоа заночевал на Норманс—Кей.

Навещали Ледера и другие кокаиновые короли. Дружок Очоа, собрат–контрабандист Пабло Эскобар, тоже приезжал на остров. Однажды Яковач возил Эскобара и Очоа с женами открывать счета в багамских банках. Колумбийцы по–английски не говорили, поэтому Яковач переводил. Они хотели, чтобы Ледер помещал причитающиеся им суммы в багамские банки, а затем их телеграфом переводили бы в Панаму.

Такое доверие друг к другу в денежных вопросах послужило укреплению деловых связей внутри этой троицы, которой суждено было заправлять кокаиновым бизнесом все ближайшие, благодатные годы.

Карлос Ледер процветал, а Джордж Джанг смотрел с обочины вслед. Его захлестывала обида. Ледер превращался в живую легенду, а он, Джанг, снова промышлял по мелочи — по пять–десять кило. И сходил с ума от зависти.

Весной 1978 года Джанг снова приехал в Нассау и потребовал у Ледера встречи. Ледер на сей раз явился в сопровождении двух немцев–телохранителей, стоявших за его спиной на протяжении всей беседы. Джанг почувствовал, что говорит уже не с другом, а с мини–диктатором. Джанг напомнил, что стоял у истоков дела; рискуя жизнью, добывал деньги на покупку самолетов и аренду Норманс—Кей. Теперь же зарабатывает жалких 500 тысяч в год, а Ледер купается в миллионах.

— Тебе это так не пройдет! — предупредил Джанг.

Ледер и бровью не повел.

— Разговор окончен, — сказал он Джангу.

Джанг уехал. А в Бостоне обратился к уголовникам, с которыми сошелся еще в данберской тюрьме. Он вознамерился убить Ледера, причем затеял это всерьез, даже аванс выложил — 125 тысяч. Но потом приятель–контрабандист его отговорил. Если убрать Ледера, возникнет куча сложностей с колумбийскими поставщиками. Ледер достиг статуса неприкосновенности. Джанг расторг уговор с уголовниками. Аванс возвращению не подлежал.

Вскоре, подобно Джангу, выбросили на улицу и Стефана Яковача. Ледер стал чересчур требователен, придирчив, предъявлял своим людям несусветные обвинения.

— Главарь тут — я, — сказал он Яковачу. — Заруби себе на носу. Живи по моим законам или катись на все четыре стороны.

И Яковач предпочел выкатиться.

4 КОРОЛЬ КОКАИНОВОГО ИЗВОЗА

Карлос Ледер остро нуждался в летчиках, и потому его путь неизбежно вел к Эду Уорду — одному из немногих старожилов, оставшихся на острове. Летчик и контрабандист–марихуанщик, он обнаружил Норманс—Кей за два года до Ледера и полюбил его по тем же причинам: за отдаленность, за отсутствие полиции, за удобное местоположение на полпути между Колумбией и Соединенными Штатами. Короче — отличная перевалочная база.

Ледер и Уорд ничего общего не имели, разве что жили теперь на одном острове. Начинал Уорд моряком, а семидесятые годы провел во Флориде, в Джексонвилле, — спокойно и размеренно, как типичный представитель среднего класса. Занимался продажей мебели фирмы «Сиерс», был страховым агентом, жил безбедно, но не богато. Однако после развода понял, что алименты на жену и троих детей оставляют его практически без средств. И Уорд вместе с дальними родственниками и бывшим колле–гой занялся контрабандой. Люди подобрались семейные, консервативного склада, всем было за тридцать, и вели они себя, словно не марихуану в страну ввозили, а просто поменяли одну достойную работу на другую. На покупку самолета, двухмоторного двадцатилетнего старичка «Бичкрафта», Уорд занял тридцать тысяч у матери.

Уордовская команда перевозила за рейс более 500 килограммов наркотика из Колумбии во Флориду и Джорджию и выручала больше ста долларов за килограмм. Прежде им такие деньги и не снились. Каждый для отвода глаз открыл свое дело, сообща купили в Джексонвилле портовый бассейн с причалами и оборудованием, а также участок в Северной Каролине. Уорд купил себе дом в шикарном пригороде Джексонвилла и зажил на широкую ногу.

Полиция пристально наблюдала за подозрительным ростом благосостояния честной компании. Вскоре федеральные агенты установили слежку за домом Уорда и тщательно проверяли мусор, который хозяева выбрасывали на помойку. К тому времени Уорд снова женился. Эмили — иначе Милашке — был 31 год, и служила она зубным техником. Милашка тоже участвовала в контрабандных операциях: считала деньги, складывала их в пачки и придумывала, как обеспечить безопасный полет.

www.rulit.me