Текст книги "Основные понятия логотерапии". Логотерапия книги


Книги по логотерапии

 

Это один из видов

 экзистенциальной психотерапии,

разработанный

В. Франклом

и основанный на анализе

смыслов существования.

 

 

«Тот, кто знает, «зачем» жить, преодолеет почти любое «как»». Ницше

  

На этой странице представлены книги по логотерапии:

 

1. В. Франкл. «Человек в поисках смысла»

2. В. Франкл. «Сказать жизни - «Да». Упрямство Духа»

Скачать

Скачать

3. В. Франкл. «Психотерапия и экзистенциализм. Избранные работы по логотерапии» и «Воля к смыслу. Основы и применение логотерапии»

4. В. Франкл. «Основные понятия логотерапии»

Скачать

Скачать

5. В. Франкл. «Душа человека. Опыт введения в философскую психологию»

6. В. Франкл. «Логотерапия»

Скачать

Скачать

7. В. Франкл. «Психотерапия на практике»

8. В. Франкл. «Что такое смысл»

Скачать

Скачать

9. В. Франкл. «10 тезисов о личности»

10. В. Франкл. «Доктор и душа»

Скачать

Скачать

11. В. Франкл. «Теория и терапия неврозов»

12. В. Франкл. «Психолог в концентрационном лагере»

Скачать

Скачать

13. А. Лэнгле. «Жизнь, наполненная смыслом. Прикладная логотерапия»

Скачать

psiholog-dnepr.com.ua

Книги по логотерапии. Впервые!

После книг Виктора Франкла в России не было выпущено ни одной книги по логотерапии! МИП и здесь стал лидером: в апреле 2016 года вышли сразу 3 книги:

  • Д. Гуттманн «Логотерапия для профессиональной помощи. Социальная работа наполненная смыслом»

В свое время Виктор Франкл сказал, что его задача передать факел логотерапии "независимым, изобретательным и сильным духом". И одним из таких, безусловно, является автор данной книги Дэвид Гуттманн, который уже давно несет этот факел, от пламени которого зажглось множество других источников света. Русскоязычному читателю профессор Гуттманн мало известен, хотя его книги и статьи пользуются интересом и уважением далеко за пределами его родины. Эта книга – не только первая переведенная на русский язык книга Дэвида Гуттманна, но и вообще первая большая монография по логотерапии на русском языке после книг Франкла.

Четкий, структурный и понятный язык отличает данную книгу, что делает ее доступной самому широкому читателю, но в первую очередь тем, чья специальность – это помогающие профессии: психологи, психотерапевты, консультанты, педагоги, социальные работники, врачи, студенты разных направлений психологии.

Книга является бесценным подспорьем тем, кто хотел бы изучать логотерапию и экзистенциальный анализ подробно, структурно и методично. Но и любому, кто интересуется осмысленным подходом в психотерапии и к собственной жизни, данная книга будет, безусловно, интересна.

Профессор Гуттманн – человек открытый, щедрый, благодарный, и все, что он знает и пишет про логотерапию, как про теорию и практику взаимодействия клиента/пациента и психотерапевта/консультанта и в целом про социальную смыслонаполненную работу – все это является и его собственным стилем жизни: он не только передает и развивает замечательное философское и практическое наследие Франкла, но и сам живет «логотерапевтично», он «проживает логотерапию» каждый день своей жизни, и поэтому его труды – не только осмысленное знание, но и иллюстрации осмысленной жизни.

Э. Лукас «Практика логотерапии. Материалы5-дневного семинара в Москве» с видеодиском.

Доктор Лукас упоминала о том, что на русском языке пока нет ни одной ее книги, поэтому данная книга – первая попытка исправить сложившееся положение. Семинар, который практически дословно изложен в этой книге, был нацелен не только на практику применения доготерапии в работе с пациентами, но и достаточно структурно преподнес основные теоретические положения логотерапии.

Символично, что это было первое учебное занятие в мемориальной комнате Виктора Франкла, которую МИП создал в одной из своих аудиторий, и открытие которой состоялось в мае 2015 года.

Платформой семинара были случаи из практики, подготовленные некоторыми участниками. Из соображений конфиденциальности несколько представленных на семинаре случаев не вошли в данное издание, но подавляющее большинство комментариев доктора Лукас приведены полностью. Скрупулезная работа над материалами семинара стала возможной благодаря качественной видеозаписи, осуществленной Александром Красновым, а также благодаря усилиям волонтеров логотерапевтов, которые перевели видеоматериал в текст. Большая признательность Билибиной О., Буртник С., Лященко Н., Мизиновой Н., Поповой О., Романовой С., Сагдиевой Ю., Титовой Ж., Титову А., Труновой М., Щавелевой А.

Данная книга – бесценный подарок для самого широкого круга профессионалов, для тех, кто только начинает знакомиться с логотерапией, и для тех, кто уже является состоявшимися психотерапевтами и хочет узнать нечто новое и, безусловно, полезное для практики.

Эту книгу можно читать, перечитывать и всякий раз делать открытия, так как она имеет удивительную способность множиться смыслами, которые открываются при каждом обращении к ней! И возвращаясь к словам Элизабет Лукас, «к сюрпризам этим нужно быть открытым, и быть готовым их принимать всегда, до глубокой старости».

А, Баттиани, С. Штукарева «Логотерапия: теоретические основы и практические примеры»

С 2012 года в Московском Институте Психоанализа стартовал новый для России двухгодичный курс по логотерапии и экзистенциальному анализу В. Франкла, проводимый совместно с Венским Институтом Виктора Франкла. Это направление психотерапии широко распространено по всему земному шару (открыто более 100 образовательных и просветительских центров и институтов В. Франкла), однако в нашей стране это направление, хотя и известно специалистам, но в качестве практического инструмента ранее было представлено весьма скромно.

В рамках этого курса профессор Александр Баттиани, директор Венского Института В. Франкла прочитал многочасовые лекции и провел практические занятия с первыми слушателями курса логотерапии и продолжает преподавать следующим студентам. В результате этого собрался обширный лекционный и практический материал.

В лекциях профессора А. Баттиани содержится практически вся теоретико-методологическая база логотерапии и экзистенциального анализа, технология терапевтического процесса, методы логотерапии, показания к их применению, огромное количество практических примеров и разборов логотерапевтических сессий и многое другое. Весь этот материал является, по существу, уникальным и ценным ресурсом, необходимым каждому изучающему логотерапию и экзистенциальный анализ. Он представляет интерес для специалистов любой психологической школы и, несомненно, полезен и широкой аудитории. Имея данный ресурс под рукой, читатель-специалист «пропитывается» логотерапевтическим мировоззрением, получает методологическую опору в выработке плана терапии, определения её целей, в выборе применения того или иного инструмента логотерапии, помня при этом, что на терапии присутствуют трое: терапевт, пациент и смысл. Читатель, далекий от психологии, также может зачитываться интереснейшими примерами из практики, знакомиться с очень осмысленными идеями логотерапии, применять их для своей жизни.

Основная сложность заключалась в том, чтобы адекватно представить устный лекционный материал в формате учебного пособия, что предполагает определенную логику и систему изложения, характерные для учебных изданий.

В итоге было решено оставить почти нетронутым своеобразный и очень доверительный стиль лекций профессора Баттиани. Ритм его речи, манера подачи материала напоминает, скорее, уютную беседу, а изложение самих лекций может интонационно создавать у читателя эффект присутствия в аудитории.

Доработкой книги занималась Светлана Штукарева, преподаватель и руководитель курса логотерапии в Московском институте психоанализа, став, по сути, соавтором профессора Баттиани, предлагая соответствующие формулировки и дополнительные фрагменты текста по смыслу раскрываемых тем.

Вместе с тем, колоссальная техническая работа была проведена Мариной Пучковой, которая перевела в печатный вид множество видеозаписей лекций профессора Баттиани, сохраняя стилистику автора. Также подобную работу выполнили Таисия Кондратьева и Нина Мизинова. Все вышеуказанные лица прошли курс обучения логотерапии в Московском институте психоанализа.

Таким образом, впервые в российской образовательной практике собран и обработан уникальный материал по логотерапии и экзистенциальному анализу, который в дальнейшем может послужить основой для новых теоретических и прикладных исследований.

 

Ранее МИП издал книги:

С. Штукарева «Введение в логотерапии»,

А. Аверьянов «Логотерапия и экзистенциальный анализ. Теория личности.»

 

Books on Logotherapy. A first!

No other books on logotherapy were published in Russia after the publication of Viktor Frankl’s books! Moscow Institute of psychoanalysis has once again become a leader in this field. Three books were published simultaneously in April 2016.

  • D. Guttmann, Logotherapy for the Helping Professional. Meaningful Social Work

In his time, Victor Frankl said that his mission was to pass the torch of logotherapy to “independent and inventive, innovative and creating spirits.” One such person is definitely the author of this book, David Guttmann, who has long carried this torch, which has lit many other light sources. Professor Guttmann is little known to Russian readers, although his books and articles are popular and respected far beyond the borders of his homeland. This book is not only the first book by David Guttmann to be translated into Russian, but also the first major monograph on logotherapy to be published in Russian after Frankl’s books.

The book is distinguished by its clear, structured and understandable language, making it accessible to the general public, but first and foremost to those in the helping professions: psychologists, psychotherapists, counsellors, teachers, social workers, doctors, as well as students of different fields of psychology.

The book is invaluable for those who would like to study logotherapy and existential analysis in detail and in a structured and methodical way. Moreover, this book will certainly be of interest to anyone who is interested in adopting a meaningful approach to psychotherapy and to his own life.

Professor Guttmann is an open, generous and appreciative man, and everything he knows and writes about logotherapy, both the theory and practice of interaction between client/patient and therapist/counsellor and about meaningful social work in general is part of his own lifestyle. Not only does he covey and expand upon Frankl’s remarkable philosophical and practical legacy, but he also lives in a “logotherapeutical” way, living logotherapy every day of his life. That is why his works not only bring meaningful knowledge, but also provide illustrations of a meaningful life.

E. Lukas, Logotherapy in Practice. Materials of the five-day seminar in Moscow (with videodiscs)

Dr. Lukas mentioned that not one of her books had been translated into Russian, so this book is the first attempt to remedy the situation. The seminar, which is presented almost word for word in this book, was not only designed to illustrate how logotherapy is applied to patients, but also presented the theoretical premises of logotherapy in quite a structured manner.

Symbolically, the seminar was the first educational training session to be held in the Viktor Frankl Memorial Room, which was created in one of MIP’s auditoriums and inaugurated in May 2015.

The platform of the seminar included case studies prepared by some of the participants. For privacy reasons, some cases presented at the seminar were not included in this edition, but most of Dr. Lucas’s commentaries were fully cited. Careful work on seminar materials was made possible thanks to a high-quality video made by Alexander Krasnov and the efforts of volunteer logotherapists who transcribed the video recordings into text format. We express our gratitude to O. Bilibina, S. Burtnik, N. Lyashchenko, N. Mizinova, A. Popova, S. Romanova, Yu. Sagdieva, Zh. Titova, A. Titov, M. Trunova, and A. Shchaveleva.

This book is an invaluable gift for a wide range of professionals, for those who are just starting to study logotherapy, and for practicing psychotherapists who want to learn something new and useful for their daily practice.

This book can be read and reread. It is amazing in that it carries multiple meanings, so that new discoveries are made every time you open it! As Elisabeth Lukas said, we must be open to surprises and be ready to accept them at all times, even at a ripe old age.

A. Batthyany, S. Shtukareva, Logotherapy: Theoretical Foundations and Practical cases

A new two-year course on Frankl’s logotherapy and existential analysis, conducted jointly with the Viktor Frankl Institute Vienna was launched at the Moscow Institute of Psychoanalysis in 2012. This line of psychotherapy is widespread around the world (more than 100 Viktor Frankl educational and outreach centres and institutes have been opened), but although it is a field that specialists know very well in our country, it has been presented very modestly as a practical tool.

In this course, Professor Alexander Batthyany, Director of the Viktor Frankl Institute in Vienna delivered hours of lectures and conducted workshops with the first logotherapy students, and is continuing to teach other students. As a result, extensive lecture and practical material has been accumulated.

Professor Batthyany’s lectures contain almost the complete theoretical and methodological basis for logotherapy and existential analysis, therapeutic techniques, logotherapy methods, indications for their application, many practical examples, studies of logotherapy sessions, etc. All this material is essentially a unique and valuable resource, indispensible for everyone who studies logotherapy and existential analysis. It will be of interest to professionals belonging to any school of psychology and, of course, it reaches out to a wide audience. With this resource at hand, a specialist reader is “imbued” with a logotherapeutic world view, has methodological support to develop a treatment plan, determine its objectives, choose an appropriate logotherapy tool, always bearing in mind that there are three partners in a therapy session: the therapist, the patient and a third ‘partner’ - meaning. Non-initiated readers may also find most interesting examples of logotherapy in practice, meaningful ideas on logotherapy, and apply them in daily life.

The main difficulty was to adequately present oral lecture material in textbook format, which implies a certain logic and rendition typical of educational publications.

In the end, it was decided to leave Professor Batthyany’s original and very confidential style of lectures almost untouched. The rhythm of his speech and his manner of presentation are closer to an intimate conversation, and the intonation of his lectures makes readers feel as if they are actually in the auditorium.

The final touches to the book were given by Svetlana Shtukareva, Professor and head of the logotherapy course at the Moscow Institute of Psychoanalysis. In fact, Ms. Shtukareva became Professor Batthyany’s co-author, offering relevant formulations and additional text fragments devoted to specific topics covered in the book.

Significant technical work was conducted by Marina Puchkova, who, keeping Professor Batthyany’s style, translated video recordings of his lectures into printed text. Similar work was also done by Taisia Kondratieva and Nina Mizinova. All the above-mentioned persons have completed the logotherapy course at the Moscow Institute of Psychoanalysis.

Thus, for the first time in Russian educational practice, unique material on logotherapy and existential analysis was collected and developed; in the future, it may provide the basis for new theoretical and applied research.

 

Previously, the MIP also published the following books:

S. Shtukareva, Introduction to Logotherapy

A. Averyanov, Logotherapy and Existential Analysis. Theory of Personality

inpsycho.ru

Логотерапия Виктора Франкла | Блог 4brain

Среди множества существующих сегодня направлений психотерапии есть особое направление, которые было разработано относительно недавно – в середине XX века. Да, оно, как и все остальные психотерапевтические методики, предполагает лечебное воздействие на организм человека и его психику, однако основано на поиске и анализе смыслов его жизни. И как сайт по саморазвитию мы просто не могли позволить себе не рассказать об этом интереснейшем направлении под названием «логотерапия».

Что такое логотерапия?

Если говорить более научным языком, под термином «логотерапия» подразумевается вид психотерапии, основанный на психолого-антропологической модели, которая была разработана австрийским психиатром, психологом и неврологом Виктором Франклом.

Слово «логос» греческого происхождения интерпретируется в представленном контексте как «смысл». Если же говорить о других столь же верных переводах слова «логос», таких как «рациональный порядок» и «слово», то они для трактовки основных положений логотерапии вряд ли подойдут, ведь задачей логотерапевтов является не убеждение своих клиентов в чём-либо посредством рациональных доводов, а помощь в определении глубинного, особенного и индивидуального смысла.

Коротко о происхождении логотерапии

История логотерапевтического подхода своими корнями восходит к 30-м годам минувшего столетия. Впервые основы логотерапии были представлены в 1938 году вышеупомянутым Виктором Франклом, который разработал их, беря за основу индивидуальную психологию Альфреда Адлера и психоанализ Зигмунда Фрейда.

В настоящее время логотерапия, которую нередко называют «третьей венской психотерапевтической школой», является эмпирически обоснованным и признанным на международном уровне психотерапевтическим подходом.

Основы логотерапии

Основная мотивационная сила человека, согласно логотерапии, заключается в его стремлении к смыслу. По мнению Виктора Франкла, люди в любых ситуациях и состояниях стремятся к смыслу и стараются обосновать своё существование, соотнося его с окружающими людьми и миром вообще.

Франклом была представлена трёхмерная модель личности, которая содержала два измерения в горизонтальной плоскости (психическое и физическое) и одно – в вертикальной (ноэтическое или духовное). Все три этих измерения составляют одно неделимое целое.

Духовное является в человеке тем, чем он отличается от животных. Особенности развития духовного измерения противопоставляются гомеостатическим процессам, в результате чего создаётся напряжение между тем, что уже достигнуто, и тем, что только нужно реализовать – это то напряжение, которое поддерживает стремление человека воплощать ценности и осуществлять смысл.

Франкл указывал на то, что психическое здоровье может быть только тогда, когда есть определённое напряжение между человеком и внешним смыслом, который он должен реализовать. Являться человеком – это значит, по своей сути, являться открытым для чего-то извне, для чего-то, что отличается от человека, существующего самостоятельно. Помимо этого, человек является свободным, ответственным и духовным существом. И к сфере духовного здесь относится смысл, свобода выбора, интуиция, креативность, вдохновение, идеалы, совесть, ответственность, идеи и юмор.

В доказательство всему этому Виктор Франкл приводил результаты своих исследований.

Основания логотерапии

У Виктора Франкла было своё профессиональное кредо, смысл которого заключался в том, что человека нельзя сводить к его болезни или её симптомам. В своём труде «Человек в поисках смысла» учёный представляет своё кредо посредством примера работы с душевнобольными людьми.

Так, он говорил, что ни одно из мыслимых обстоятельств не может так ограничить личность, чтобы она была на все 100% лишена свободы. Исходя из этого, у человека остаётся даже небольшая часть свободы, независимо от ограничений, создаваемых неврозами или психозами. Даже самый тяжёлый психоз не способен затронуть сокровенную сердцевину личности.

Для логотерапевта человек всегда является «чем-то большим», и он всегда преследует цель найти точки соприкосновения с той частью нутра клиента, которое «не поражено болезнью», и будет стараться помочь ему прийти к осознанию своих возможностей и ресурсов.

Основу же логотерапевтического подхода составляют три философско-психологических компонента:

  • Свобода воли
  • Воля к смыслу
  • Смысл жизни

Что под этим понимается:

Свобода воли

Логотерапия говорит о том, что человек обусловлен лишь частично и у него есть как изначальная свобода для принятия решений, так и способность занимать какую-либо позицию в отношении психологических, биологических и социальных условий. Свободу здесь стоит понимать как пространство, в котором человек может формировать свою жизнь в пределах конкретных возможностей.

Свобода исходит их сферы духовности, преобладающей над телесным и психическим. Будучи духовными существами, люди не только реагируют на стимулы, но имеют также определённую независимость, а значит, и возможность строить свою жизнь.

Свобода воли имеет большое значение в психотерапии и предоставляет возможность людям действовать автономно, даже если их беспокоят духовные или телесные заболевания. Благодаря этому ресурсу люди могут справляться с симптомами недугов и вновь обретать способность к самоопределению и контроль над жизнью.

Воля к смыслу

Человек не просто свободен, но свободен для достижения конкретных целей. Стремление к смыслу является первичной мотивирующей силой. Если человек не имеет возможности реализовать свои смыслы, его будет беспокоить ощущение пустоты и бессмысленности. Также его могут начать беспокоить депрессия, зависимость, агрессия, психосоматические недуги и расстройства невротического характера.

При помощи логотерапии люди могут понять и нейтрализовать факторы, которые мешают им преследовать осмысленные цели в своей жизни. Логотерапия развивает у людей чуткость, позволяющую воспринимать возможности смысла, но нужно понимать, что её не следует использовать как средство для определения целей. Логотерапевт выступает в процессе логотерапии лишь как сопровождающий клиента, который помогает ему реализовать возможности смысла, которые последний должен обнаружить самостоятельно.

Смысл жизни

Основной логотерапии является идея, по которой смысл – это объективная реальность. Логотерапия постулирует, что задачей человека является создание лучшего себя из «исходного материала», а также создание лучшего окружающего мира, посредством реализации своей свободы и ответственности, а также через распознавание и реализацию смысла всех происходящих событий.

Особое внимание также нужно уделить тому, что потенциал смысла, который по своей природе объективен, относится к конкретным ситуациям и людям, и, следовательно, находится в процессе постоянной трансформации.

Исходя из этого, человек, прибегший к логотерапии, получает неоценимую поддержку в своём стремлении к максимальной гибкости и открытости, которые способны помочь ему придать своей повседневной жизни максимально возможный смысл.

Логотерапия на практике

На сегодняшний день логотерапия практикуется специалистами и как отдельный метод, и в комплексе с другими методиками, а применяется и в индивидуальной и в групповой работе. Помимо области психотерапии, к логотерапии части прибегают и в педагогике.

Эффективность логотерапии была доказана в предупреждении кризисов, нейтрализации кризисов и посткризисной работе; она оказалась очень действенной в профилактике депрессий, агрессии и суицидального поведения, а также в устранении неврозов. Особенно результативной оказалась она в работе с психиатрическими больными и заключёнными.

Подводя итог, можно сказать, что логотерапия, разработанная Виктором Франклом, является предельно действенным методом психотерапевтической помощи людям, испытывающим затруднения, связанные с поиском смысла жизни и расстановкой приоритетов. Однако мы искренне надеемся на то, что никому из наших читателей не потребуется помощь логотерапевтов.

НАСЧЁТ СМЫСЛА ЖИЗНИ: Смысл жизни должен быть у каждого человека, но если его нет или же очертания его размыты, это ещё не говорит о том, что пора обращаться к помощи специалиста. Возможно, нужно просто немного пораскинуть мозгами и получше разобраться в себе. И чтобы это сделать, мы предлагаем вам пройти наш курс по самопознанию, который расскажет вам о вас же самих очень много интересного. Впрочем, пройти курс мы рекомендуем каждому нашему читателю, независимо от наличия или отсутствия смысла жизни, ведь, согласитесь, самопознание – это всегда к лучшему.

Так что идите навстречу к лучшему – вот сюда, а мы желаем вам успехов и смысла абсолютно во всём!

4brain.ru

Читать онлайн книгу Основные понятия логотерапии

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 3 страниц)

Назад к карточке книги
Предисловие

[...] Сообщить читателю в коротком очерке материал, который потребовал четырнадцати томов в немецком издании, задача почти безнадежная. Я вспоминаю американского врача, который однажды обратился ко мне с вопросом: «Скажите, доктор, вы психоаналитик?». На что я ответил: «Не совсем; скажем так – я психотерапевт». Тогда он спросил меня: «К какой школе вы относитесь?». Я ответил: «У меня свое собственное направление, оно называется логотерапия». «Вы не могли бы сказать мне одной фразой, что такое логотерапия? – спросил он. – По крайней мере, какая разница между психоанализом и логотерапией?». «Да, – сказал я, – но не могли бы вы сперва одной фразой пояснить, в чем, по-вашему, состоит суть психоанализа?» Его ответ был таким: «Во время психоанализа пациент должен лежать на кушетке и говорить вещи, о которых обычно говорить не принято». На что я незамедлительно сымпровизировал: «Ну, а в логотерапии пациент может сидеть на стуле, но должен слушать вещи, которые обычно не принято выслушивать».

Разумеется, это было сказано в шутку и не претендовало на законченное определение логотерапии. Тем не менее, приведенная формулировка указывает на существенное различие между психоанализом и логотерапией: последняя представляет собой менее ретроспективный и менее интроспективный метод, чем психоанализ. Логотерапия обращает внимание пациента главным образом на будущее, точнее, на задачи и смыслы, которые ему предстоит осуществить в будущем. При этом логотерапия стремится отвлечь его внимание от механизмов порочного круга и обратной связи, играющих такую большую роль в развитии невроза. Благодаря этому типичная для невротика сосредоточенность на себе разрушается, а не постоянно подпитывается и подкрепляется.

Несмотря на предельную упрощенность сказанного, в ходе логотерапии пациент действительно оказывается перед необходимостью осознать смысл своей жизни и соответственно переориентировать ее. Следовательно, мое шуточное определение логотерапии верно и в том, что отражает характерное для невротика стремление уклониться от полного осознания своей жизненной задачи. Поставить его перед лицом этой задачи, приблизить его к более полному ее осознанию – значит существенно повысить его способность к преодолению своего невроза.

Позвольте мне объяснить, почему я использовал для названия своей теории термин "логотерапия". "Логос" по-гречески означает "смысл". Логотерапия или, как ее называют некоторые авторы, "третья венская школа психотерапии" фокусируется на смысле человеческого существования, а также на поиске человеком такого смысла. Согласно логотерапии, стремление найти в своей жизни смысл служит для индивида фундаментальной побудительной силой. Поэтому я говорю о воле к смыслу, в противоположность принципу удовольствия (или, как можно было бы сказать, воле к удовольствию) психоанализа Фрейда, и воле к власти, акцентируемой в психологии Адлера.

ВОЛЯ К СМЫСЛУ

Поиск смысла представляет собой первичный побудительный мотив жизни каждого человека, а не «вторичную рационализацию» его инстинктивных влечений. Это особый и неповторимый смысл, потому что он должен и может быть осуществлен только этим человеком и никем другим; лишь такой смысл обретает значимость, способную удовлетворить человеческую потребность в смысле. Некоторые авторы утверждают, что смыслы и ценности суть «не что иное, как защитные механизмы, реактивные образования и сублимации». Что до меня, то я не стал бы стремиться выжить ради спасения моих «защитных механизмов», равно как и не согласился бы пойти на смерть во имя моих «реактивных образований». Человек, однако, может жить и даже умереть ради своих идеалов и ценностей.

Несколько лет назад во Франции проводился опрос общественного мнения. Как показали результаты, 89% опрошенных признали, что человеку нужно "что-то такое", ради чего стоило бы жить. Более того, 61% согласился, что в их жизни есть то или кто, ради чего или кого они готовы были отдать свою жизнь. Я повторил этот опрос среди пациентов и персонала моей венской клиники, и результаты были практически теми же, что во Франции; разница составила всего 2%. Другими словами, для большинства людей потребность в смысле – это факт, а не предмет слепой веры.

Конечно, иногда ценностная озабоченность на самом деле служит маскировкой внутренних конфликтов человека; но такие случаи представляют скорее исключение из правила, нежели само правило. Для таких случаев психодинамическая интерпретация вполне оправдана. Здесь мы действительно имеем дело с псевдоценностями (фанатизмом, например), подлежащими разоблачению. Но разоблачение и развенчание тотчас нужно прекратить при первом же соприкосновении с подлинным и настоящим, со страстным стремлением человека к жизни, максимально наполненной смыслом. Продолжая и далее "разоблачать" человека, разоблачитель просто демонстрирует свою потребность принижать духовные стремления другого.

Следует остерегаться трактовать ценности как простое самовыражение человека. Потому что логос, "смысл" не столько появляется из экзистенции индивида (его собственного непосредственно переживаемого существования), сколько противостоит ей. Если бы смысл, подлежащий якобы осуществлению, был всего лишь выражением наличного "я" человека или проекцией его мыслей и желаний, он тотчас бы утратил свою побудительную силу, он не мог бы мобилизовать возможности человека и вести его к исцелению. Это относится не только к так называемой сублимации инстинктивных влечений, но и тому, что К.Г.Юнг называл "архетипами коллективного бессознательного", ибо последние также являются самовыражением, на сей раз человеческого рода в целом. Это относится также к спорным утверждениям некоторых мыслителей-экзистенциалистов, усматривающих в идеалах человека не более чем его собственные изобретения. Так, согласно Ж.-П.Сартру, человек творит себя сам, сам конструирует свою "сущность", т.е. то, что он есть, чем должен быть и чем станет. Однако я полагаю, что мы не изобретаем смысл своего существования, а обнаруживаем, раскрываем его.

Психодинамическое исследование ценностной сферы вполне правомерно; вопрос состоит в том, всегда ли оно уместно. Кроме того, важно учитывать, что любое чисто психодинамическое исследование в принципе может обнаружить только то, что человеком движет. Ценности, однако, не движут человеком, не толкают его вперед; они скорее тянут, притягивают его. Это разница, о которой я вспоминаю всякий раз, проходя через двери в американском отеле: с одной стороны на них написано "толкать", а с другой – "тянуть". Притягательность или привлекательность ценностей подразумевает, что человек в ценностном плане всегда остается свободен: он волен принять или отвергнуть предлагаемое, осуществить потенциальный смысл или оставить его неосуществленным.

У человека нет ни нравственного влечения ни религиозной потребности вроде тех влечений и потребностей, о которых говорят в контексте обусловленности человеческого поведения основными инстинктами. Человека не «влечет» к нравственному поведению; в каждом конкретном случае он решает совершить нравственный поступок. И человек совершает его не для того, чтобы удовлетворить свое нравственное влечение и восстановить внутренний гомеостаз, – он совершает его ради дела, которому себя посвятил, ради человека, которого любит, или ради своего Бога. Если же он в самом деле демонстрирует нравственное поведение ради психологического комфорта («спокойной совести»), то становится фарисеем и перестает быть нравственной личностью в полном смысле этого слова. Я думаю, даже святые не заботились о чем-то ином, кроме служения Богу, и я не думаю, что они когда-либо задавались целью стать святыми. В противном случае они стали бы обычными перфекционистами, а не святыми. Конечно, «спокойная совесть – лучшая подушка», как гласит немецкая пословица; но подлинная нравственность представляет собой нечто большее, нежели снотворное или транквилизатор.

ЭКЗИСТЕНЦИАЛЬНАЯ ФРУСТРАЦИЯ

Человеческое стремление к смыслу жизни вполне может быть фрустрировано, и в таком случае логотерапия говорит об «экзистенциальной фрустрации». Термин «экзистенциальный» мы будем использовать в трех значениях: для обозначения 1) переживаемого существования как такового, т.е. специфически человеческого способа бытия; 2) смысла существования; и 3) личного стремления к выявлению смысла в своем существовании, т.е. воли к смыслу.

Экзистенциальная фрустрация может привести к неврозу. Для невроза такого типа логотерапия изобрела термин "ноогенный невроз", чтобы отличить его от невроза в обычном смысле слова, т.е. психогенного невроза. Ноогенный невроз имеет место не в психической, а ноогенной (от греческого "ноос", "нус" – ум как носитель смыслов) сфере человеческого существования. Это еще один логотерапевтический термин, обозначающий нечто, принадлежащее к "духовному" ядру человеческой личности. Следует, однако, иметь в виду, что в контексте логотерапии понятие "духовного" не имеет религиозной окраски и относится к собственно человеческому измерению существования.

НООГЕННЫЕ НЕВРОЗЫ

Ноогенные неврозы возникают не из-за конфликтов между влечениями и сознанием, а из-за конфликтов между различными ценностями; иными словами они являются результатом нравственных конфликтов или, говоря более обобщенно, духовных проблем. Значительное место среди таких проблем занимает экзистенциальная фрустрация.

Очевидно, что в случае ноогенных неврозов соответствующей им адекватной терапией оказывается не обычная психотерапия, а логотерапия – терапия, которая затрагивает духовное измерение человеческого существования. В самом деле, "логос" по-гречески означает не только "смысл", но и "дух". Духовные проблемы, такие как стремление человека к осмысленному существованию или фрустрация этого стремления, трактуются логотерапией в духовном ключе. Вместо того, чтобы прослеживать их до бессознательных корней и истоков, т.е. низводить до уровня инстинктов, логотерапия искренне и серьезно принимает их.

Если врач не умеет отличить духовное измерение от инстинктивного, может возникнуть опасная путаница. Позвольте мне привести следующий пример.

Высокопоставленный американский дипломат явился в мою венскую клинику, чтобы продолжить психоаналитическое лечение, начатое им лет пять назад в Нью-Йорке. Прежде всего я спросил его, почему он решил, что ему требуется именно психоаналитическое лечение, и в связи с чем обратился к аналитику впервые. Оказалось, что пациент был не получал удовлетворения от своей карьеры и не мог согласиться с американской внешней политикой. Однако его аналитик снова и снова повторял ему, что он должен внутренне примириться со своим отцом, так как правительство США, равно как и его непосредственное начальство было "не чем иным, как воображаемым отцом", а его неудовлетворенность работой, соответственно, была обусловлена той ненавистью, которую он бессознательно затаил к своему отцу. В ходе анализа, длившегося пять лет, пациент все больше и больше склонялся к тому, чтобы принять интерпретации аналитика, пока, наконец, не утратил способность видеть лес реальности за деревьями образов и символов. После нескольких бесед стало ясно, что его потребность в смысле жизни была фрустрирована его профессией, и что на самом деле он хотел бы найти себе какую-нибудь другую работу. Поскольку на старом месте его ничто не удерживало и не мешало заняться поиском новой работы, он так и поступил, и это принесло благотворный результат. С тех пор прошло больше пяти лет, и за это время он ни разу не пожалел о смене профессии.

Я не думаю, что в данном случае имел дело неврозом, и считаю, что этот пациент вообще не нуждался психотерапии, в том числе логотерапии, – по той простой причине, что он не был болен. Не всякий конфликт имеет непременно невротическую природу, бывают конфликты нормальные и здоровые. Подобным же образом страдания не всегда представляют собой патологическое явление. Страдание не только может не быть симптомом невроза, – напротив, оно может быть достижением человека, особенно если возникает вследствие экзистенциальной фрустрации. Я решительно отрицаю, что поиски смысла жизни или даже сомнение в нем всегда вызваны болезнью или ее порождают. Экзистенциальная фрустрация сама по себе ни патологична, ни патогенна. Озабоченность или даже отчаяние, которое человек испытывает в связи с никчемностью своей жизни, это духовное страдание, но никоим образом не психическое заболевание. Интерпретируя первое в терминах последнего, доктор может похоронить экзистенциальное отчаяние пациента под горой таблеток, тогда как на самом деле его задача состоит в том, чтобы провести пациента через экзистенциальный кризис роста.

Логотерапия считает своей задачей помощь пациенту в поисках смысла его жизни. Поскольку логотерапия помогает пациенту осознать скрытый смысл своего существования, она является аналитическим процессом. В этом плане логотерапия сходна с психоанализом. Однако, пытаясь довести нечто до сознания пациента, логотерапия не ограничивается инстинктивными явлениями в его бессознательном. Она фокусируется на духовных реалиях, таких как подлежащий осуществлению потенциальный смысл пациента, и самое его воля к смыслу. Впрочем, любой анализ, даже если он абстрагируется в ходе терапевтического процесса от ноогенного или духовного измерения пациента, стремится побудить его осознать, к чему он действительно стремится в глубине души. Логотерапия расходится с психоанализом в том, что рассматривает человека как существо, миссия которого состоит прежде всего в осуществлении смысла и воплощении в жизнь ценностей, а не просто удовлетворении влечений и инстинктов, примирении конфликтующих инстанций «Оно», "Я" и «Сверх-Я» или приспособлении к обществу и среде.

НООДИНАМИКА

Разумеется, поиск смысла и ценностей скорее вызовет у человека внутреннее напряжение, нежели приведет его к внутреннему равновесию. Однако именно это напряжение служит необходимым условием психического здоровья. Я могу утверждать, что в мире нет ничего такого, что столь же эффективно помогало бы выдержать даже самые плохие условия существования, как осознание смысла своей жизни. У Ницше есть мудрое высказывание: "Тот, у кого есть зачем жить, может вынести почти любое как". Я усматриваю в этих словах истинный девиз психотерапии как таковой. В нацистских концлагерях можно было воочию убедиться (и это подтверждали впоследствии американские психиатры, побывавшие в концлагерях Японии и Кореи): те, кто знал, что у них есть задача, которая ждет своего осуществления, были более жизнеспособны.

Когда я попал в Освенцим, рукопись моей книги, готовая к публикации, была конфискована. Безусловно, только мое глубокое стремление написать эту книгу заново помогло мне пережить ужасы концлагеря. Так, когда я заболел тифом и слег, то набросал на обрывках бумаги множество заметок, которые должны были мне помочь снова написать рукопись, как если бы мое выздоровление и освобождение было делом решенным. Я уверен, что именно эта работа по восстановлению утраченной рукописи в полутьме барака баварского концентрационного лагеря помогла мне выстоять и не пасть духом.

Таким образом, можно полагать, что душевное здоровье основано на определенном напряжении, напряжении между тем, чего человек уже достиг, и тем, что ему еще предстоит осуществить; или тем, кем он есть, и тем, кем ему предстоит стать. Такое напряжение внутренне присуще каждому человеческому существу и требуется для его душевного благополучия. Поэтому не должно быть сомнения в том, следует ли вызывать у человека такое напряжение, связанное с возможностью осуществления смысла его жизни. Только таким путем можно пробудить его дремлющую волю к смыслу.

Я считаю опасным заблуждением полагать, что человек нуждается прежде всего во внутреннем равновесии или, как говорят биологи, "гомеостазе", т.е. оптимальном устойчивом состоянии напряжения. На самом деле человеку требуется не "устойчивое состояние напряжения", а устремленность, борьба за какую-то достойную его цель. Ему требуется не разрядка напряжения любой ценой, а пробуждение к осознанию потенциального смысла жизни, подлежащего осуществлению. Человек нуждается не в гомеостазе, а в том, что я называю "ноодинамикой", т.е. духовной движущей силе, которая порождается в поле напряжения, возникающего между двух полюсов, – между человеком и его смыслом. И не надо думать, что сказанное относится только к нормальным состояниям. Для невротических состояний это еще более значимо. Когда архитектор хочет укрепить арку, он увеличивает возложенный на нее сверху груз, чтобы концы ее обрели более прочную связь с опорой. Так и терапевт, если он хочет укрепить душевное здоровье пациента, не должен бояться увеличить возлагаемый на него груз переориентации относительно смысла его жизни.

Рассказав о благотворном влиянии ориентации человека на смысл жизни, я обращаюсь теперь рассмотрению вредоносного воздействия чувства, на которое жалуются сегодня столь многие пациенты, а именно, чувства полной и очевидной бессмысленности их жизни. Они более не сознают никакого смысла, ради которого стоило бы жить. Их преследует ощущение внутренней пустоты, пустоты собственного бытия; они оказались в ситуации, которую я назвал "экзистенциальным вакуумом".

ЭКЗИСТЕНЦИАЛЬНЫЙ ВАКУУМ

В XX веке экзистенциальный вакуум стал широко распространенным явлением. Это вполне понятно и может быть объяснено той двойной утратой, которую человек претерпел в ходе его становления подлинно человеческим существом. В начале своей истории человек утратил некоторые из основных животных инстинктов, которые определяют и обеспечивают поведение животных. Такая обеспеченность, подобно раю, закрылась для человека навсегда; отныне человеку приходится всякий раз делать выбор, решать, как ему поступить. В дополнение к этому человек относительно недавно пережил еще одну потерю: традиции, которые служили опорой его поведению и облегчали принятие решений, стали быстро терять свою силу. Никакой инстинкт более не диктует, и никакая традиция более не подсказывает ему, что делать. Все чаще и чаще он руководствуется тем, чего добиваются от него другие, все чаще оказываясь жертвой чьих-то корыстных манипуляций.

Нами было проведено статистическое обследование пациентов и персонала неврологического отделения нашей поликлиники. Оно показало, что 55% опрошенных в той или иной мере испытывали ощущение экзистенциального вакуума. Иными словами, более половины опрошенных утратили ощущение того, что жизнь их имеет смысл.

Экзистенциальный вакуум проявляется прежде всего в ощущении скуки. Теперь мы понимаем Шопенгауэра, который говорил, что человечество обречено вечно колебаться между двумя крайностями – нуждой и скукой. В самом деле, скука в наше время создает для психиатров больше проблем, чем нужда. И эти проблемы растут с угрожающей скоростью, так как процесс автоматизации производства по-видимому ведет к значительному увеличению свободного времени. Беда в том, что большинство не знает, что с этим временем делать.

Вспомним, например, о "воскресном неврозе", специфической форме депрессии, которой страдают люди, сознающие бессодержательность своей жизни: когда рабочая суета прекращается, для них становится очевидной их внутренняя пустота. Многие случаи самоубийств можно объяснить этим экзистенциальным вакуумом. Такие распространенные явления, как алкоголизм и юношеская преступность, невозможно понять без учета лежащего в их основе экзистенциального вакуума. Это относится также к психологическим кризисам пенсионеров и пожилых людей.

Более того, существуют всякого рода маскировки и мимикрии, под личиной которых скрывается экзистенциальный вакуум. Иногда фрустрированная потребность в смысле компенсируется стремлением к власти, включая наиболее примитивную форму воли к власти – стремление к обогащению. В других случаях место фрустрированной потребности в смысле занимает стремление к удовольствию. Вот почему экзистенциальная фрустрация нередко выливается в сексуальную компенсацию. Половой аппетит при этом непомерно разрастается, пытаясь заполнить экзистенциальный вакуум.

Аналогичное явление наблюдается и в случаях невроза. Существуют определенные типы механизмов невротической обратной связи с образованием порочного круга, которых я коснусь дальше. Можно наблюдать вновь и вновь, как эта патологическая симптоматика расцветает на почве экзистенциального вакуума. У таких пациентов мы имеем дело не с ноогенным неврозом. Однако мы никогда не сможем помочь им преодолеть невроз, если не дополним психотерапевтическое лечение логотерапией. Поскольку ощущение экзистенциального вакуума служит им оправданием для своих симптомов, заполнение этого вакуума выступает необходимым условием предупреждения рецидивов. Следовательно, логотерапия показана не только в ноогенных случаях, как отмечалось выше, но также и в психогенных, особенно в тех, которые я назвал "псевдосоматогенными неврозами". В этом свете вполне оправданным оказывается утверждение, сделанное однажды Магдой Б. Арнольд: "Любая терапия должна быть в той или иной степени также логотерапией". [1]

Давайте рассмотрим теперь, что нам делать, когда пациент спрашивает у нас, в чем смысл жизни.

Назад к карточке книги "Основные понятия логотерапии"

itexts.net

Виктор Франкл. Логотерапия и экзистенциальный анализ. Статьи и лекции (2017) RTF,FB2,EPUB,MOBI,DOCX

Автор: Виктор ФранклИздательство: Альпина ДиджиталЖанр: Самосовершенствование, личностный рост, практическая психологияФормат: RTF,FB2,EPUB,MOBI,DOCXКачество: Изначально электронное (ebook)Иллюстрации: Черно-белыеРазмер 10.2 Мб

Описание: В основу книги психиатра, психолога, невролога, философа и основателя Третьей Венской школы психотерапии Виктора Франкла вошли 13 написанных им за 60 лет работы статей и лекций о логотерапии – психотерапевтическом методе, в котором делается акцент на поисках человеком смысла бытия.

В книге прослеживается зарождение и становление логотерапии, дается ее теоретическое обоснование и приемы практического применения. Помимо этого сборник чрезвычайно интересен как документ эпохи, как свидетельство выжившего очевидца и участника трагических событий XX века, призванного собственной жизнью и судьбой проверить и подтвердить теоретические положения своих умозаключений. Биография Виктора Франкла, прошедшего ужас нацистских лагерей смерти, служит ярчайшим доказательством его выводов о том, что главной жизненной силой является воля человека к смыслу.

Эта книга – долгожданное событие для логотерапевтов, психотерапевтов, психологов, педагогов, а также для широкого круга читателей, задумывающихся о смысле жизни и путях его поиска.

Содержание:

Предисловие к первому изданию. Гизельхер Гуттман1. К духовной проблематике психотерапии [1938]2. Психиатрическое самосознание [1938]3. Философия и психотерапия. К обоснованию экзистенциального анализа [1939]4. О медикаментозной поддержке психотерапии при неврозах [1939]ИтогЛитература5. Основы экзистенциального анализа и логотерапии [1959]I. Экзистенциальный анализ как толкование личностной экзистенцииДименсиональная онтология1. Духовность человека2. Свобода3. ОтветственностьII. Экзистенциальный анализ как терапия коллективных неврозов--Экзистенциальный вакуумIII. Логотерапия как врачебное душепопечительство--Метаклиническая патодицеяIV. Логотерапия как специфическая терапия ноогенных неврозовV. Логотерапия как неспецифическая терапия1. Парадоксальная интенция2. Дерефлексия6. Психология и психиатрия в концентрационном лагере [1961]Психология концлагеря--1. Шок прибытия--2. Фаза адаптации--3. Фаза освобожденияПсихиатрия концлагеряПсихотерапия в концлагереСписок литературы7. Рудольф Аллерс – философ и психиатр [1964]Список литературы8. Психологизация или гуманизация медицины? [1981]Проблема выбора симптомовБезуспешные попытки соотнесенияОтсутствие доказательств в пользу психогенезаИммунитет и аффективное состояниеСмысловая ориентация помогает выжитьПомощь в поиске смыслаПрактическая логотерапияВрачебное душепопечительствоОвеществление или очеловечивание?Речь в защиту гуманизацииРезюмеЛитература9. Встреча индивидуальной психологии с логотерапией [1984]Список литературы10. Жажда хлеба и жажда смысла [1985]Внутренняя пустотаНехватка примеров для подражанияХроническое самоубийство11. Человек в поисках конечного смыслаРезюмеСписок литературы12. Замечания о патологии духа времениПриложение. В память о 1938-мБиблиографияПрочие работы Виктора ФранклаБиблиография на немецком языкеБиблиография на английском языкеОб авторе

Скачать книгу Виктор Франкл. Логотерапия и экзистенциальный анализ. Статьи и лекции (2017) RTF,FB2,EPUB,MOBI,DOCX

Скачать Виктор Франкл. Логотерапия и экзистенциальный анализ. Статьи и лекции (2017) RTF,FB2,EPUB,MOBI,DOCX бесплатно:

load-knigi.com

Логотерапия

В эту серию вошли книги, изданные совместно с Московским институтом психоанализа. Приобрести их можно, связавшись со Светланой Штукаревой: +7-916-673-73-16, [email protected]

Дэвид Гуттманн

Поиск смысла жизни в среднем и пожилом возрасте. Мудрость и духовность согласно логотерапии

В данной книге представлен не только серьезный психосоциальный теоретический взгляд на тему осмысленной жизни в зрелом и пожилом возрасте, но и приведены реальные истории и опыт успешных зрелых людей, что можно рассматривать как проявление силы гуманистической мысли в направлении смыслонаполненного и оптимистического будущего для каждого человека.

Новый Акрополь, 2018

 

Э. Лукас, Х. Шёнфельд

Смыслоцентрированная психотерапия

Данная книга продолжает серию "Логотерапия и экзистенциальный анализ", издаваемую Московским институтом психоанализа, и является одной из самых последних книг, написанных современными логотерапевтами.

Новый Акрополь, 2018

М. Фокеева, С. Штукарева.

Календарь-ежедневник именно моей осмысленной жизни

Противоядие пустоте и скуке. Рассчитано на 2018 год, но может быть использовано и в любой другой.

Новый Акрополь, 2018

А. Баттиани, С. Штукарева

Логотерапия: теоретические основы и практические примеры

Данная книга представляет собой адаптированный текст лекций профессора А. Баттиани, прочитанных им в 2012–2015 гг. в Московском институте психоанализа. В книге объяснена практически вся теоретико-методологическая база логотерапии, технология терапевтического процесса, методы логотерапии, показания к их применению, содержится огромное количество практических примеров и разборов логотерапевтических сессий и многое другое.

Новый Акрополь, 2016

Э. Лукас

Учебник логотерапии. Представление о человеке и методы

Учебник логотерапии Элизабет Лукас — замечательный подарок всем психотерапевтам, независимо от приверженности той или иной психологической школе. Однако для логотерапевтов он особенно важен, так как никакой подобной учебной литературы в российской образовательной психологической практике не существует. В книге раскрываются фундаментальные основы логотерапии, которые иллюстрируются практическими примерами.

Новый Акрополь, 2017

Д. Гуттманн

Логотерапия для профессиональной помощи. Социальная работа, наполненная смыслом

Данная книга является своеобразным путеводителем в мир логотерапии. Автор в доступной форме объясняет специалистам помогающих профессий основные теоретические аспекты, а также традиционные методы и техники логотерапии в целях лучшего понимания клиентских проблем.

Новый Акрополь, 2016

Э. Лукас

Практика логотерапии. Материалы 5-дневного семинара 2015 года

Данная книга представляет собой уникальный материал пятидневного семинара по практическому применению логотерапии на основе реальных случаев, представленных участниками семинара.

Новый Акрополь, 2016

Понравился материал? Поделитесь, пожалуйста, ссылкой в социальных сетях:

www.publisher-na.ru

Читать книгу Основные понятия логотерапии

Виктор Франкл

Виктор Франкл

ОСНОВНЫЕ ПОНЯТИЯ ЛОГОТЕРАПИИ

Перевел А. Бореев, отредактировал В.Данченко

Из кн: В.Франкл. Доктор и душа. СПб.: Ювента, 1997, с.242-279

Предисловие

[...] Сообщить читателю в коротком очерке материал, который потребовал четырнадцати томов в немецком издании, задача почти безнадежная. Я вспоминаю американского врача, который однажды обратился ко мне с вопросом: "Скажите, доктор, вы психоаналитик?". На что я ответил: "Не совсем; скажем так - я психотерапевт". Тогда он спросил меня: "К какой школе вы относитесь?". Я ответил: "У меня свое собственное направление, оно называется логотерапия". "Вы не могли бы сказать мне одной фразой, что такое логотерапия? - спросил он. - По крайней мере, какая разница между психоанализом и логотерапией?". "Да, - сказал я, - но не могли бы вы сперва одной фразой пояснить, в чем, по-вашему, состоит суть психоанализа?" Его ответ был таким: "Во время психоанализа пациент должен лежать на кушетке и говорить вещи, о которых обычно говорить не принято". На что я незамедлительно сымпровизировал: "Ну, а в логотерапии пациент может сидеть на стуле, но должен слушать вещи, которые обычно не принято выслушивать".

Разумеется, это было сказано в шутку и не претендовало на законченное определение логотерапии. Тем не менее, приведенная формулировка указывает на существенное различие между психоанализом и логотерапией: последняя представляет собой менее ретроспективный и менее интроспективный метод, чем психоанализ. Логотерапия обращает внимание пациента главным образом на будущее, точнее, на задачи и смыслы, которые ему предстоит осуществить в будущем. При этом логотерапия стремится отвлечь его внимание от механизмов порочного круга и обратной связи, играющих такую большую роль в развитии невроза. Благодаря этому типичная для невротика сосредоточенность на себе разрушается, а не постоянно подпитывается и подкрепляется.

Несмотря на предельную упрощенность сказанного, в ходе логотерапии пациент действительно оказывается перед необходимостью осознать смысл своей жизни и соответственно переориентировать ее. Следовательно, мое шуточное определение логотерапии верно и в том, что отражает характерное для невротика стремление уклониться от полного осознания своей жизненной задачи. Поставить его перед лицом этой задачи, приблизить его к более полному ее осознанию - значит существенно повысить его способность к преодолению своего невроза.

Позвольте мне объяснить, почему я использовал для названия своей теории термин "логотерапия". "Логос" по-гречески означает "смысл". Логотерапия или, как ее называют некоторые авторы, "третья венская школа психотерапии" фокусируется на смысле человеческого существования, а также на поиске человеком такого смысла. Согласно логотерапии, стремление найти в своей жизни смысл служит для индивида фундаментальной побудительной силой. Поэтому я говорю о воле к смыслу, в противоположность принципу удовольствия (или, как можно было бы сказать, воле к удовольствию) психоанализа Фрейда, и воле к власти, акцентируемой в психологии Адлера.

ВОЛЯ К СМЫСЛУ

Поиск смысла представляет собой первичный побудительный мотив жизни каждого человека, а не "вторичную рационализацию" его инстинктивных влечений. Это особый и неповторимый смысл, потому что он должен и может быть осуществлен только этим человеком и никем другим; лишь такой смысл обретает значимость, способную удовлетворить человеческую потребность в смысле. Некоторые авторы утверждают, что смыслы и ценности суть "не что иное, как защитные механизмы, реактивные образования и сублимации". Что до меня, то я не стал бы стремиться выжить ради спасения моих "защитных механизмов", равно как и не согласился бы пойти на смерть во имя моих "реактивных образований". Человек, однако, может жить и даже умереть ради своих идеалов и ценностей.

Несколько лет назад во Франции проводился опрос общественного мнения. Как показали результаты, 89% опрошенных признали, что человеку нужно "что-то такое", ради чего стоило бы жить. Более того, 61% согласился, что в их жизни есть то или кто, ради чего или кого они готовы были отдать свою жизнь. Я повторил этот опрос среди пациентов и персонала моей венской клиники, и результаты были практически теми же, что во Франции; разница составила всего 2%. Другими словами, для большинства людей потребность в смысле - это факт, а не предмет слепой веры.

Конечно, иногда ценностная озабоченность на самом деле служит маскировкой внутренних конфликтов человека; но такие случаи представляют скорее исключение из правила, нежели само правило. Для таких случаев психодинамическая интерпретация вполне оправдана. Здесь мы действительно имеем дело с псевдоценностями (фанатизмом, например), подлежащими разоблачению. Но разоблачение и развенчание тотчас нужно прекратить при первом же соприкосновении с подлинным и настоящим, со страстным стремлением человека к жизни, максимально наполненной смыслом. Продолжая и далее "разоблачать" человека, разоблачитель просто демонстрирует свою потребность принижать духовные стремления другого.

Следует остерегаться трактовать ценности как простое самовыражение человека. Потому что логос, "смысл" не столько появляется из экзистенции индивида (его собственного непосредственно переживаемого существования), сколько противостоит ей. Если бы смысл, подлежащий якобы осуществлению, был всего лишь выражением наличного "я" человека или проекцией его мыслей и желаний, он тотчас бы утратил свою побудительную силу, он не мог бы мобилизовать возможности человека и вести его к исцелению. Это относится не только к так называемой сублимации инстинктивных влечений, но и тому, что К.Г.Юнг называл "архетипами коллективного бессознательного", ибо последние также являются самовыражением, на сей раз человеческого рода в целом. Это относится также к спорным утверждениям некоторых мыслителей-экзистенциалистов, усматривающих в идеалах человека не более чем его собственные изобретения. Так, согласно Ж.-П.Сартру, человек творит себя сам, сам конструирует свою "сущность", т.е. то, что он есть, чем должен быть и чем станет. Однако я полагаю, что мы не изобретаем смысл своего существования, а обнаруживаем, раскрываем его.

Психодинамическое исследование ценностной сферы вполне правомерно; вопрос состоит в том, всегда ли оно уместно. Кроме того, важно учитывать, что любое чисто психодинамическое исследование в принципе может обнаружить только то, что человеком движет. Ценности, однако, не движут человеком, не толкают его вперед; они скорее тянут, притягивают его. Это разница, о которой я вспоминаю всякий раз, проходя через двери в американском отеле: с одной стороны на них написано "толкать", а с другой - "тянуть". Притягательность или привлекательность ценностей подразумевает, что человек в ценностном плане всегда остается свободен: он волен принять или отвергнуть предлагаемое, осуществить потенциальный смысл или оставить его неосуществленным.

У человека нет ни нравственного влечения ни религиозной потребности вроде тех влечений и потребностей, о которых говорят в контексте обусловленности человеческого поведения основными инстинктами. Человека не "влечет" к нравственному поведению; в каждом конкретном случае он решает совершить нравственный поступок. И человек совершает его не для того, чтобы удовлетворить свое нравственное влечение и восстановить внутренний гомеостаз, - он совершает его ради дела, которому себя посвятил, ради человека, которого любит, или ради своего Бога. Если же он в самом деле демонстрирует нравственное поведение ради психологического комфорта ("спокойной совести"), то становится фарисеем и перестает быть нравственной личностью в полном смысле этого слова. Я думаю, даже святые не заботились о чем-то ином, кроме служения Богу, и я не думаю, что они когда-либо задавались целью стать святыми. В противном случае они стали бы обычными перфекционистами, а не святыми. Конечно, "спокойная совесть - лучшая подушка", как гласит немецкая пословица; но подлинная нравственность представляет собой нечто большее, нежели снотворное или транквилизатор.

ЭКЗИСТЕНЦИАЛЬНАЯ ФРУСТРАЦИЯ

Человеческое стремление к смыслу жизни вполне может быть фрустрировано, и в таком случае логотерапия говорит об "экзистенциальной фрустрации". Термин "экзистенциальный" мы будем использовать в трех значениях: для обозначения 1) переживаемого существования как такового, т.е. специфически человеческого способа бытия; 2) смысла существования; и 3) личного стремления к выявлению смысла в своем существовании, т.е. воли к смыслу.

Экзистенциальная фрустрация может привести к неврозу. Для невроза такого типа логотерапия изобрела термин "ноогенный невроз", чтобы отличить его от невроза в обычном смысле слова, т.е. психогенного невроза. Ноогенный невроз имеет место не в психической, а ноогенной (от греческого "ноос", "нус" - ум как носитель смыслов) сфере человеческого существования. Это еще один логотерапевтический термин, обозначающий нечто, принадлежащее к "духовному" ядру человеческой личности. Следует, однако, иметь в виду, что в контексте логотерапии понятие "духовного" не имеет религиозной окраски и относится к собственно человеческому измерению существования.

НООГЕННЫЕ НЕВРОЗЫ

Ноогенные неврозы возникают не из-за конфликтов между влечениями и сознанием, а из-за конфликтов между различными ценностями; иными словами они являются результатом нравственных конфликтов или, говоря более обобщенно, духовных проблем. Значительное место среди таких проблем занимает экзистенциальная фрустрация.

Очевидно, что в случае ноогенных неврозов соответствующей им адекватной терапией оказывается не обычная психотерапия, а логотерапия - терапия, которая затрагивает духовное измерение человеческого существования. В самом деле, "логос" по-гречески означает не только "смысл", но и "дух". Духовные проблемы, такие как стремление человека к осмысленному существованию или фрустрация этого стремления, трактуются логотерапией в духовном ключе. Вместо того, чтобы прослеживать их до бессознательных корней и истоков, т.е. низводить до уровня инстинктов, логотерапия искренне и серьезно принимает их.

Если врач не умеет отличить духовное измерение от инстинктивного, может возникнуть опасная путаница. Позвольте мне привести следующий пример.

Высокопоставленный американский дипломат явился в мою венскую клинику, чтобы продолжить психоаналитическое лечение, начатое им лет пять назад в Нью-Йорке. Прежде всего я спросил его, почему он решил, что ему требуется именно психоаналитическое лечение, и в связи с чем обратился к аналитику впервые. Оказалось, что пациент был не получал удовлетворения от своей карьеры и не мог согласиться с американской внешней политикой. Однако его аналитик снова и снова повторял ему, что он должен внутренне примириться со своим отцом, так как правительство США, равно как и его непосредственное начальство было "не чем иным, как воображаемым отцом", а его неудовлетворенность работой, соответственно, была обусловлена той ненавистью, которую он бессознательно затаил к своему отцу. В ходе анализа, длившегося пять лет, пациент все больше и больше склонялся к тому, чтобы принять интерпретации аналитика, пока, наконец, не утратил способность видеть лес реальности за деревьями образов и символов. После нескольких бесед стало ясно, что его потребность в смысле жизни была фрустрирована его профессией, и что на самом деле он хотел бы найти себе какую-нибудь другую работу. Поскольку на старом месте его ничто не удерживало и не мешало заняться поиском новой работы, он так и поступил, и это принесло благотворный результат. С тех пор прошло больше пяти лет, и за это время он ни разу не пожалел о смене профессии.

Я не думаю, что в данном случае имел дело неврозом, и считаю, что этот пациент вообще не нуждался психотерапии, в том числе логотерапии, - по той простой причине, что он не был болен. Не всякий конфликт имеет непременно невротическую природу, бывают конфликты нормальные и здоровые. Подобным же образом страдания не всегда представляют собой патологическое явление. Страдание не только может не быть симптомом невроза, - напротив, оно может быть достижением человека, особенно если возникает вследствие экзистенциальной фрустрации. Я решительно отрицаю, что поиски смысла жизни или даже сомнение в нем всегда вызваны болезнью или ее порождают. Экзистенциальная фрустрация сама по себе ни патологична, ни патогенна. Озабоченность или даже отчаяние, которое человек испытывает в связи с никчемностью своей жизни, это духовное страдание, но никоим образом не психическое заболевание. Интерпретируя первое в терминах последнего, доктор может похоронить экзистенциальное отчаяние пациента под горой таблеток, тогда как на самом деле его задача состоит в том, чтобы провести пациента через экзистенциальный кризис роста.

Логотерапия считает своей задачей помощь пациенту в поисках смысла его жизни. Поскольку логотерапия помогает пациенту осознать скрытый смысл своего существования, она является аналитическим процессом. В этом плане логотерапия сходна с психоанализом. Однако, пытаясь довести нечто до сознания пациента, логотерапия не ограничивается инстинктивными явлениями в его бессознательном. Она фокусируется на духовных реалиях, таких как подлежащий осуществлению потенциальный смысл пациента, и самое его воля к смыслу. Впрочем, любой анализ, даже если он абстрагируется в ходе терапевтического процесса от ноогенного или духовного измерения пациента, стремится побудить его осознать, к чему он действительно стремится в глубине души. Логотерапия расходится с психоанализом в том, что рассматривает человека как существо, миссия которого состоит прежде всего в осуществлении смысла и воплощении в жизнь ценностей, а не просто удовлетворении влечений и инстинктов, примирении конфликтующих инстанций "Оно", "Я" и "Сверх-Я" или приспособлении к обществу и среде.

НООДИНАМИКА

Разумеется, поиск смысла и ценностей скорее вызовет у человека внутреннее напряжение, нежели приведет его к внутреннему равновесию. Однако именно это напряжение служит необходимым условием психического здоровья. Я могу утверждать, что в мире нет ничего такого, что столь же эффективно помогало бы выдержать даже самые плохие условия существования, как осознание смысла своей жизни. У Ницше есть мудрое высказывание: "Тот, у кого есть зачем жить, может вынести почти любое как". Я усматриваю в этих словах истинный девиз психотерапии как таковой. В нацистских концлагерях можно было воочию убедиться (и это подтверждали впоследствии американские психиатры, побывавшие в концлагерях Японии и Кореи): те, кто знал, что у них есть задача, которая ждет своего осуществления, были более жизнеспособны.

Когда я попал в Освенцим, рукопись моей книги, готовая к публикации, была конфискована. Безусловно, только мое глубокое стремление написать эту книгу заново помогло мне пережить ужасы концлагеря. Так, когда я заболел тифом и слег, то набросал на обрывках бумаги множество заметок, которые должны были мне помочь снова написать рукопись, как если бы мое выздоровление и освобождение было делом решенным. Я уверен, что именно эта работа по восстановлению утраченной рукописи в полутьме барака баварского концентрационного лагеря помогла мне выстоять и не пасть духом.

Таким образом, можно полагать, что душевное здоровье основано на определенном напряжении, напряжении между тем, чего человек уже достиг, и тем, что ему еще предстоит осуществить; или тем, кем он есть, и тем, кем ему предстоит стать. Такое напряжение внутренне присуще каждому человеческому существу и требуется для его душевного благополучия. Поэтому не должно быть сомнения в том, следует ли вызывать у человека такое напряжение, связанное с возможностью осуществления смысла его жизни. Только таким путем можно пробудить его дремлющую волю к смыслу.

Я считаю опасным заблуждением полагать, что человек нуждается прежде всего во внутреннем равновесии или, как говорят биологи, "гомеостазе", т.е. оптимальном устойчивом состоянии напряжения. На самом деле человеку требуется не "устойчивое состояние напряжения", а устремленность, борьба за какую-то достойную его цель. Ему требуется не разрядка напряжения любой ценой, а пробуждение к осознанию потенциального смысла жизни, подлежащего осуществлению. Человек нуждается не в гомеостазе, а в том, что я называю "ноодинамикой", т.е. духовной движущей силе, которая порождается в поле напряжения, возникающего между двух полюсов, - между человеком и его смыслом. И не надо думать, что сказанное относится только к нормальным состояниям. Для невротических состояний это еще более значимо. Когда архитектор хочет укрепить арку, он увеличивает возложенный на нее сверху груз, чтобы концы ее обрели более прочную связь с опорой. Так и терапевт, если он хочет укрепить душевное здоровье пациента, не должен бояться увеличить возлагаемый на него груз переориентации относительно смысла его жизни.

Рассказав о благотворном влиянии ориентации человека на смысл жизни, я обращаюсь теперь рассмотрению вредоносного воздействия чувства, на которое жалуются сегодня столь многие пациенты, а именно, чувства полной и очевидной бессмысленности их жизни. Они более не сознают никакого смысла, ради которого стоило бы жить. Их преследует ощущение внутренней пустоты, пустоты собственного бытия; они оказались в ситуации, которую я назвал "экзистенциальным вакуумом".

ЭКЗИСТЕНЦИАЛЬНЫЙ ВАКУУМ

В XX веке экзистенциальный вакуум стал широко распространенным явлением. Это вполне понятно и может быть объяснено той двойной утратой, которую человек претерпел в ходе его становления подлинно человеческим существом. В начале своей истории человек утратил некоторые из основных животных инстинктов, которые определяют и обеспечивают поведение животных. Такая обеспеченность, подобно раю, закрылась для человека навсегда; отныне человеку приходится всякий раз делать выбор, решать, как ему поступить. В дополнение к этому человек относительно недавно пережил еще одну потерю: традиции, которые служили опорой его поведению и облегчали принятие решений, стали быстро терять свою силу. Никакой инстинкт более не диктует, и никакая традиция более не подсказывает ему, что делать. Все чаще и чаще он руководствуется тем, чего добиваются от него другие, все чаще оказываясь жертвой чьих-то корыстных манипуляций.

Нами было проведено статистическое обследование пациентов и персонала неврологического отделения нашей поликлиники. Оно показало, что 55% опрошенных в той или иной мере испытывали ощущение экзистенциального вакуума. Иными словами, более половины опрошенных утратили ощущение того, что жизнь их имеет смысл.

Экзистенциальный вакуум проявляется прежде всего в ощущении скуки. Теперь мы понимаем Шопенгауэра, который говорил, что человечество обречено вечно колебаться между двумя крайностями - нуждой и скукой. В самом деле, скука в наше время создает для психиатров больше проблем, чем нужда. И эти проблемы растут с угрожающей скоростью, так как процесс автоматизации производства по-видимому ведет к значительному увеличению свободного времени. Беда в том, что большинство не знает, что с этим временем делать.

Вспомним, например, о "воскресном неврозе", специфической форме депрессии, которой страдают люди, сознающие бессодержательность своей жизни: когда рабочая суета прекращается, для них становится очевидной их внутренняя пустота. Многие случаи самоубийств можно объяснить этим экзистенциальным вакуумом. Такие распространенные явления, как алкоголизм и юношеская преступность, невозможно понять без учета лежащего в их основе экзистенциального вакуума. Это относится также к психологическим кризисам пенсионеров и пожилых людей.

Более того, существуют всякого рода маскировки и мимикрии, под личиной которых скрывается экзистенциальный вакуум. Иногда фрустрированная потребность в смысле компенсируется стремлением к власти, включая наиболее примитивную форму воли к власти - стремление к обогащению. В других случаях место фрустрированной потребности в смысле занимает стремление к удовольствию. Вот почему экзистенциальная фрустрация нередко выливается в сексуальную компенсацию. Половой аппетит при этом непомерно разрастается, пытаясь заполнить экзистенциальный вакуум.

Аналогичное явление наблюдается и в случаях невроза. Существуют определенные типы механизмов невротической обратной связи с образованием порочного круга, которых я коснусь дальше. Можно наблюдать вновь и вновь, как эта патологическая симптоматика расцветает на почве экзистенциального вакуума. У таких пациентов мы имеем дело не с ноогенным неврозом. Однако мы никогда не сможем помочь им преодолеть невроз, если не дополним психотерапевтическое лечение логотерапией. Поскольку ощущение экзистенциального вакуума служит им

www.bookol.ru