Название книги: Любопытство наказуемо. Любопытство книга


книга о том, как владение информацией позволяет владеть миром» бесплатно — Страница 1

Брайан Грейзер, Чарльз Фишман

Любопытный – значит успешный. Книга о том, как владение информацией позволяет владеть миром

Моей бабушке Соне Шварц

С самого детства она очень трепетно относилась к вопросам, которые я задавал.

Она приучила меня думать, что я любопытный, и этот дар помогает мне каждый день на протяжении всей моей жизни.

От издателя simon & schuster

Уважаемый читатель!

Что общего у Энди Уорхола, Серены Уильямс, Барака Обамы, Рональда Рейгана, Стива Джобса, Pussy Riot, Нормана Мейлера и Эми Тан?

Ответ – причем, пожалуй, единственный, – это Брайан Грейзер. С конца 1970-х он методично и постоянно ищет интересных собеседников из самых разных областей и сфер – от агентов разведки и нобелевских лауреатов до художников, руководителей компаний и полицейских, – чтобы просто поговорить и устроить «сеанс любопытства», как выражается сам Грейзер.

Цель таких разговоров в том, чтобы учиться, расти и вдохновляться. А их результаты нашли отражение в тех фильмах и телешоу, которые он вместе с Роном Ховардом выпустил на студии Imagine Entertainment, в частности, «Аполлон-13» (Apollo 13), «Всплеск» (Splash), «Игры разума» (A Beautiful Mind), «Восьмая миля» (8 Mile), «Родители» (Parenthood), «В лучах славы» (Friday Night Lights), «Замедленное развитие» (Arrested Development) и «24 часа» (24).

Многие годы издатели осаждали Грейзера, добиваясь, чтобы он написал книгу о том, как создавалась одна из самых успешных компаний в индустрии развлечений, но ему не интересно было писать обычные голливудские мемуары. Вместо этого он решил на примере своей личной истории показать, как любопытство помогает открывать новые глубины и расширять свои жизненные горизонты. Цель этой книги – убедить читателя в том, что нужно культивировать в себе любознательность и максимально использовать этот ресурс, чтобы учиться и творить, преодолевать и идти вперед с помощью простого умения задавать вопросы.

Грейзер, успешный кинопродюсер, привлек к работе над этой книгой делового обозревателя Чарльза Фишмана. Результатом их совместного творчества стал воодушевляющий и искрометный труд о радости любопытства. Некоторые из моих коллег, прочитав эту книгу, тоже начали устраивать подобные «сеансы любопытства». Хотелось бы верить, что и у вас она породит миллионы вопросов, на часть из которых, возможно, удастся найти интересные ответы.

Надеюсь, вы сможете разделить мой энтузиазм по поводу этой книги и расскажете, какое удовольствие и пользу она принесла вам. Она открывает новые горизонты для тех, кто ее читает.

Джонатан Карп

Другие работы Брайана Грейзера

Фильмы

«Игры разума» (A Beautiful Mind)

«Фрост против Никсона» (Frost/Nixon)

«Восьмая миля» (8 Mile)

«Код Да Винчи» (The Da Vinci Code)

«Дорз» (The Doors)

«Сделано в Америке» (Made in America)

«Гонка» (Rush)

«Гангстер» (American Gangster)

«Не пойман – не вор» (Inside Man)

«В лучах славы» (Friday Night Lights)

«Гринч – похититель Рождества» (The Grinch)

«Голубая волна» (Blue Crush)

«Лжец, лжец» (Liar Liar)

«Чокнутый профессор» (Nutty Professor)

«Родители» (Parenthood)

«Всплеск» (Splash)

«Аполлон-13» (Apollo 13)

Телепроекты

84-я церемония вручения премии «Оскар» (The 84th Academy Awards)

«В лучах славы» (Friday Night Lights)

«Ночь спорта» (Sports Night)

«Замедленное развитие» (Arrested Development)

Непраздное любопытство?

Как расширить жизненные горизонты

Брайан Грейзер и Чарльз Фишман

Simon & Schuster

New York London Toronto Sydney New Delhi

Введение

Пытливый ум и любопытная книга

«У меня нет какого-то особого таланта. Я просто страсть как любопытен».

Альберт Эйнштейн

Пожалуй, хорошая мысль – начать книгу о любопытстве с очевидного вопроса: с чего человеку вроде меня писать о любопытстве?

Я кино- и телепродюсер, я живу в самом эпицентре мира развлечений – в Голливуде.

Все, что только можно себе представить о жизни голливудского продюсера, я, вероятнее всего, проживал. Часто у нас в производстве одновременно бывает по десять и более картин и телешоу, наша работа предполагает встречи с актерами, сценаристами, режиссерами и музыкантами. Телефонные переговоры – с агентами, продюсерами, руководителями студий и звездами – начинаются задолго до того, как я добираюсь до офиса, и часто сопровождают меня всю поездку в автомобиле обратно домой. Я летаю на съемки, готовлю трейлеры, посещаю фестивальные премьеры.

Мой график очень насыщенный и перегруженный, иногда это выматывает. Но обычно это очень интересно. Никогда не бывает скучно.

Но я не журналист и не преподаватель. Я не ученый, я не изучаю по вечерам психологию для собственного удовольствия.

Так почему я написал книгу о любопытстве?

Без любопытства ничего этого не было бы. Именно оно – даже больше, чем интеллект, упорство или связи – помогает мне проживать свою жизнь так, как я хочу.

Любопытство дает мне стимул и озарение во всем, что я делаю. Я люблю шоу-бизнес, обожаю рассказывать истории. Но мне нравилось быть любознательным задолго до того, как я проникся кинематографом.

Благодаря любопытству многое начинает казаться возможным. Любопытство, в буквальном смысле, – мой ключ к успеху и ключ к счастью.

И при всей пользе, которую в моей жизни и работе приносит любопытство, я понимаю, что, оглядываясь по сторонам, я не вижу, чтобы о нем говорили, или писали, или поощряли, или использовали этот ресурс так, как можно его использовать.

Любопытство – самое ценное свойство и возможность в моей жизни. Я думаю, что оно должно играть не меньшую роль в нашей культуре и образовательной системе, чем такие понятия, как «креативность» и «инновации».

Вот почему я решил написать книгу о любопытстве. Ведь именно оно улучшило (и продолжает улучшать) мою жизнь. И вам оно тоже поможет.

* * *

Меня называют – и сам я тоже себя называю – кинопродюсером, но на самом деле я рассказываю истории. Пару лет назад я стал думать, что любопытство представляет собой ту ценность, о которой я хочу рассказать людям, которую я хочу в них культивировать, которую я хочу им внушать. Я подумал: «Я хочу рассказать несколько историй о том, чем я обязан любопытству».

Я бы хотел поделиться историями о том, как оно помогало мне снимать фильмы, как помогало мне быть более успешным руководителем и бизнесменом, более надежным другом и более интересным собеседником на званом ужине.

Я бы хотел рассказать истории о самой радости открытия, которую несет в себе умение оставаться всегда любопытным. Это та же радость, которую мы испытываем в детстве, узнавая что-то новое просто потому, что нам интересно. Но ведь можно продолжать в том же духе уже будучи взрослыми, и с не меньшим восторгом. Ну а лучший способ передать эти истории так, чтобы показать всю силу и возможности любопытства, – это записать их.

И вот такая запись у вас в руках. Именно результат этих размышлений вы держите сейчас в руках. Мы работали вместе с журналистом и обозревателем Чарльзом Фишманом, в продолжение полутора лет мы по два-три раза в неделю разговаривали с ним более сотни раз, и каждый раз – о любопытстве.

Я знаю, насколько важную роль играет любопытство в моей жизни. И в следующих главах вы увидите, что я давно определил для себя, как методично использовать этот ресурс, чтобы он помогал мне создавать истории, снимать хорошие фильмы, узнавать о других частях света, находящихся далеко за пределами Голливуда. В течение 35 лет я занимался тем, что шел и беседовал – из любопытства – с людьми, которые никак не связаны с шоу-бизнесом, погруженными в самые разные сферы – от физики элементарных частиц до этикета. Но я никогда не интересовался собственно любопытством. И вот в последние два года я раздумывал над этой темой, пытаясь понять, как это работает.

Изучая, как устроено любопытство, мы обнаружили кое-что интересное и неожиданное. У любопытства есть свой спектр, как есть спектр у света. Любопытство бывает разных оттенков и может иметь разную степень в зависимости от конкретной ситуации.

Техника всегда одна и та же – задавать вопросы – независимо от предмета, но миссия, мотивация и тональность всегда различны. Интерес сыщика, пытающегося раскрыть убийство, сильно отличается от интереса архитектора, который пытается определиться с удачным проектом семейного дома.

Результатом нашей работы стала, пожалуй, немного необычная книга. Повествование ведется от первого лица, от моего имени (Брайана Грейзера), поскольку основные истории связаны с моей жизнью и творчеством.

Отчасти эта книга – мой портрет. Но на самом деле это скорее рабочий портрет собственно любопытства.

Любопытство стало для меня проводником в путешествии по жизни. А поиск ответов на вопросы о самом любопытстве в последние два года стал одним из самых увлекательных.

Насчет любопытства я твердо знаю одно: оно общедоступно. Где угодно и кто угодно в любом возрасте и с любым образованием может его использовать. Одним из напоминаний о том, насколько велика тихая мощь любопытства, может послужить то, что на планете есть такие страны, где нужно быть очень осторожным относительно объекта интереса. В России любопытство может сыграть роковую роль, в Китае оно может привести за решетку.

Но даже в том случае, если любопытство пресекается, оно не утрачивается. Оно всегда работает, всегда ждет своего часа.

Цель книги «Непраздное любопытство» проста: я хочу показать вам, как полезно может быть любопытство, и как это увлекательно – быть любопытным. Я хочу рассказать, как я пользовался его возможностями и как сможете ими воспользоваться вы. В жизни важно не только находить ответы, но и задавать вопросы.

Глава 1

От любопытства нет лекарства

«Лекарство от скуки – любопытство. Но лекарства от любопытства нет».

Дороти Паркер

Однажды в четверг, в то лето, когда я окончил Университет Южной Калифорнии, я сидел в квартире в Санта-Монике и думал, как бы мне немного поработать до осени, пока не начались занятия в школе права.

Окна были открыты, и я услышал разговор двух парней. Один из них сказал: «Отличное мне тогда досталось местечко в Warner Brothers. Мне платили за восьмичасовой рабочий день, тогда как на деле весь объем работы можно было выполнить за час».

Я стал прислушиваться, приоткрыл окно пошире, чтобы не упустить дальнейший диалог, и прикрыл штору.

Парень стал рассказывать, что работал в юридическом отделе. «Я только сегодня уволился. Начальником у меня был Питер Кнехт».

Поразительно. Это же отлично!

Я сразу взял телефон, набрал 4111, и попросил подсказать мне номер Warner Brothers – я до сих пор его помню: 954–60002.

Позвонив по этому номеру, я попросил соединить меня с Питером Кнехтом. Ответила ассистент его отдела, я сказал, что с осени буду учиться в школе права Университета Южной Калифорнии и хотел бы встретиться с Кнехтом по поводу открывшейся у них вакансии специалиста юридического отдела.

Кнехт ответил: «Вы сможете подойти завтра в 15.00?»

Я встретился с ним в пятницу в 15.00. В 15.15 он принял меня на работу. И с понедельника я начал работать в Warner Brothers. Я тогда еще не осознавал, но в тот летний день 1974 года произошло два важных события.

Во-первых, моя жизнь навсегда изменилась. В понедельник я явился в офис, чтобы приступить к работе в должности специалиста юридического отдела, мне дали кабинет без окон размером с кладовку. И войдя в этот маленький кабинет, я ступил в мир шоу-бизнеса. С тех пор я работаю только в этой сфере.

Я также понял, что в тот четверг меня выручило любопытство. Сколько себя помню, я всегда был любопытным. В детстве я осыпал маму и бабушку вопросами, на которые они не всегда могли найти ответы.

В юности любопытство стало для меня способом взаимодействия с миром. Ничего не изменилось с тех пор, как я подслушал разговор двух парней под окном. На самом деле ничего не меняется с того времени, как я был 12-летним непоседливым ребенком.

Мое любопытство немного наивное и иногда озорное. Многими лучшими событиями в моей жизни я обязан именно ему. А иногда из-за него бывали и неприятности. Но даже тогда это были интересные неприятности.

Любопытство никогда меня не подводило. Я никогда не жалел о том, что задал лишний вопрос. Напротив, любопытство распахивало передо мной многие двери и открывало новые возможности. Я встречал потрясающих людей, снимал отличные фильмы, находил прекрасных друзей, ввязывался в самые неожиданные приключения и даже влюблялся именно благодаря тому, что никогда и ничуть не стеснялся задавать вопросы.

Та первая работа в Warner Bros. в 1974-м была такая же, как и кладовка-офис, в который меня определили, – такая же скучная, тесная, не развернуться. Моя задача была проста: я должен был доставлять окончательную контрактную и прочую юридическую документацию партнерам, с которыми Warner Bros. вела дела. И все. Мне давали конверты с документами и адреса, по которым следовало их отправить, и я шел исполнять.

Моя должность называлась «сотрудник юридического отдела», однако под этой солидной формулировкой фактически подразумевался курьер. У меня тогда был старый BMW 2002 – красный двухдверный приземистый седан. В нем я и проводил свои дни, разъезжая по Голливуду и Беверли-Хиллз, развозя важные бумаги.

Я быстро понял, что самое интересное в моей работе, – люди, которым я доставлял документы. Это была элита, великий гламурный Голливуд 1970-х, сценаристы, режиссеры, продюсеры, звезды. Была только одна проблема: у таких людей всегда есть ассистенты, секретари и прочий обслуживающий персонал.

Но раз уж мне пришлось заниматься такой работой, то упускать тот единственный стоящий плюс, который в ней был, я никак не хотел. Мне не было дела до ассистентов, я хотел встречаться с важными людьми. Мне было любопытно.

Так, я придумал простую уловку. Всякий раз я говорил посредникам – секретарям, привратникам, – что мне нужно передать документы лично в руки.

Как-то я отправился в знаменитое агентство ICM, чтобы отвезти документы «суперагенту» семидесятых Сью Менджерс3, которая представляла Барбру Стрейзанд, Райана О’Нила, Кэндис Берген и Эли Макгроу. И как же мне удалось встретиться с Менджерс? Просто я сказал на ресепшене: «Я должен отдать это только Мисс Менджерс лично в руки». Секретарь без вопросов проводила меня.

Если того, кому были адресованы документы, не оказывалось на месте, я просто уезжал и возвращался вновь. Тот парень, который, сам того не подозревая, подсказал мне это место, не обманул – у меня в распоряжении был весь день, а работы было не очень много.

Так я встретился с Лью Вассерманом, выдающимся директором MCA Studios, и его партнером Жюлем Стайном.

Так я познакомился с Уильямом Питером Блэтти, автором романа «Изгоняющий дьявола» (The Exorcist), и с Билли Фридкином, удостоенным «Оскара» режиссером одноименного фильма.

Я отвозил контракты Уоррену Битти в Beverly Wilshire Hotel.

Мне было всего 23 года, и мне было любопытно. Вскоре я понял, что могу не только встречаться с этими людьми, но и пообщаться с ними.

Я учтиво вручал им документы, и так как это были семидесятые, то в ответ они всегда говорили: «Проходите! Выпейте что-нибудь! Чашечку кофе?»

Я пользовался этими моментами, чтобы узнать их, а иногда и получить какой-то совет относительно карьеры. Я никогда не просил у них работы. На самом деле я ничего не просил.

Довольно быстро я осознал, что кинобизнес намного интереснее, чем учеба в школе права. Поэтому я решил повременить с университетом и остался работать клерком еще на год, до конца следующего лета. В конце концов учиться я так и не пошел – из меня вышел бы ужасный юрист.

Но знаете, что интересно? За все это время меня никто так и не раскусил! Никто не сказал: «Эй, парень, просто положи контракт на стол и убирайся. Тебе незачем встречаться с Уорреном Битти».

И я знакомился с каждым, кому отвозил документы. Мое любопытство, которое когда-то привело меня на эту работу, теперь превратило ее в нечто удивительное.

Люди, которым я отвозил контракты, изменили мою жизнь. Они показали мне, как создаются истории, и в душе я стал думать, что, может, и мое призвание – рассказывать истории. Они подготовили почву, на которой позже возникли такие мои картины, как, например, «Всплеск», «Аполлон-13», «Гангстер», «В лучах славы» и «Игры разума».

Однако в тот год произошло и кое-что еще, сыгравшее не менее важную роль: именно тогда я стал понимать реальную силу любопытства.

Если вы росли в пятидесятые – шестидесятые, то знаете, что в то время любопытство, в общем-то, не считалось добродетелью. В обстановке порядка и строгой школьной дисциплины времен Эйзенхауэра оно, скорее, вызывало раздражение. Я конечно, знал, что любопытен, но это было все равно, что носить очки, – внимание обращали, но проходить отбор в спортивные команды оно не помогало и общению с девочками не способствовало.

Но тогда, в первый год работы в Warner Bros., я вдруг понял, что любопытство – это больше, чем просто свойство характера. Это мое секретное оружие, которое помогает попасть в команду и даже стать ее капитаном, а также завоевывать девушек.

* * *

Любопытство кажется таким простым, порой даже наивным.

Лабрадоры, например, очаровательно любопытны. А любопытство дельфинов, игривое и озорное! Двухлетнему малышу, перерывающему ящики кухонного стола, интересно до восторга – настоящее веселье громыхать всем, что удается раскопать. Каждый, кто набирает запрос в Google и нажимает Enter, чем-то интересуется, и таких запросов отправляют 4 миллиона в минуту, каждую минуту каждый день4.

Но у любопытства есть своя скрытая сила, которую мы чаще всего не замечаем.

Любопытство – это искра, с которой начинается флирт – в баре, на вечеринке, в лекционном зале на курсе экономики. Именно любопытство в конечном итоге питает романтические чувства и все лучшее в человеческих отношениях: брак, дружбу, родство отцов и детей. Это интерес, который заставляет задать простой вопрос: «Как прошел твой день?», «Как ты себя чувствуешь?» – и услышать ответ, и задать следующий вопрос.

Любопытство может показаться одновременно необходимым и заурядным. Кто убийца? Как закончится сериал «Во все тяжкие» (Breaking Bad)? Какие выигрышные номера в джекпоте лотереи Powerball?

Эти вопросы могут преследовать навязчиво и неотступно – ровно до тех пор, пока не получен ответ. Когда любопытство утолено, вопрос сам собой теряет значимость. Сериал «Даллас» (Dallas) отличный тому пример: кто в конечном итоге стрелял в Джей Ар Юинга? Если вы застали восьмидесятые, вы помните этот вопрос, но, наверное, не вспомните ответа5.

Очень часто бывает, что такая настойчивая необходимость оказывается оправданной, – разумеется, в том случае, когда, после удовлетворения изначального любопытства, оно только усиливается. Работа по расшифровке генома человека превратилась в упорную борьбу между двумя командами ученых.

А когда им удалось получить результаты, открылись тысячи новых направлений для научных и медицинских изысканий.

Качество многих обычных событий жизни часто зависит от любопытства. Когда вы покупаете новый телевизор, выбор модели и то, насколько в итоге вы будете довольны покупкой, в большой степени зависит от продавца и его заинтересованности в том, чтобы как можно лучше разобраться в характеристиках разных моделей, в том, чтобы узнать, что подходит вам и как вы обычно смотрите телевизор, чтобы таким образом определиться, какой вариант вам нужен.

Это отличный пример замаскированного любопытства. В подобной ситуации мы квалифицировали бы продавца, как «хорошего» либо «плохого». Плохой продавец будет активно пытаться продать то, что нам не нужно или непонятно, либо просто показывать имеющиеся модели и машинально повторять заученный текст об их характеристиках, которые и так написаны на табличке на витрине. А ведь важнейшая составляющая торговли – интерес к клиенту и продукту.

Таким же образом любопытство скрывается во всем, куда ни взгляни. И его наличие или отсутствие оказывается волшебным ингредиентом в самых разных неожиданных ситуациях. Ключ к раскрытию генетических тайн человечества – любопытство. Ключ к качественному обслуживанию клиентов – любопытство.

Если вы скучаете на деловом ужине, любопытство может вас спасти.

Если вам наскучила карьера, выручит любопытство.

Если вы чувствуете, что вам не хватает творчества или мотивации, лекарством может быть любопытство.

Оно поможет конструктивно направлять свое раздражение или гнев.

Оно придаст вам храбрости.

Любопытство привносит в жизнь азарт, и не только – с ним совершенно иначе ощущается уверенность в завтрашнем дне, в своих возможностях и благополучии. Но одного любопытства для этого, разумеется, недостаточно. Да, лабрадоры действительно очень любопытны, но ни один из них не расшифровал геном человека и не получил хорошую работу. Они довольно быстро теряют интерес к изначальному объекту своего любопытства. Для того, чтобы оно работало, к любопытству нужно добавить еще два важнейших компонента.

Первый – способность быть внимательным к ответам на собственные вопросы. Нужно действительно попытаться освоить то, чем интересуешься. Мы все знаем людей, которые задают хорошие вопросы, и в этот момент, казалось бы, увлечены и заряжены, однако, как только им начинают отвечать, они немедленно выключаются из процесса.

Второй – готовность действовать. Несомненно, любопытство вдохновляло мечты о полетах на Луну, но не оно сплотило сотни тысяч человек, изыскало миллиарды долларов и нашло силы и готовность преодолевать неудачи и катастрофы на пути к осуществлению этой мечты. Любопытство может лежать в основе изначального замысла, будь то полет на Луну или кинокартина. В нем можно находить поддержку, когда не хватает моральных сил. Но сейчас самое важное: в какой-то момент на пути к Луне или к киномультиплексу становится очень трудно, преграды возникают на каждом шагу, накапливается усталость – и здесь становится необходима решимость.

В этой книге я преследую три цели: я хочу открыть вам глаза на то, как ценно и полезно любопытство, показать все возможности, которыми я пользуюсь, в надежде, что это побудит вас тоже попробовать и следовать моему примеру в своей повседневной жизни. Но кроме того, я хочу начать разговор о том, почему сегодня такое важное качество, как любопытство, так мало ценится, не прививается и не культивируется. Для такого потенциально мощного ресурса личности само по себе любопытство кажется очень простым. Психологи определяют это качество как «стремление узнать». И все. Такое определение вполне совпадает с нашим пониманием. «Стремление узнать», разумеется, означает поиск информации. Любопытство начинается с импульса, побуждения, но разворачивается в нечто более активное и более целенаправленное – в вопрос.

Эта пытливость, по всей видимости, нам так же свойственна, как голод и жажда.

Ребенок задает вроде бы простые вопросы: почему небо голубое? А докуда оно голубое? До какой высоты? И куда пропадает голубой цвет ночью? Вместо ответов6 (а большинство взрослых, и я в том числе, не могут объяснить, почему небо голубое) ребенок может получить от ворот поворот в духе «вот же любопытная девочка…». Кому-то такие вопросы кажутся сложными, тем более если не знаешь на них ответы. И вместо того, чтобы отвечать, взрослый отметает их, утверждая свой авторитет. Взрослый может почувствовать себя некомпетентным, у него любопытство может вызывать раздражение – так чувствует себя родитель, который не знает, почему небо голубое, учитель, который хочет провести урок и не быть сбитым с толку. А девочка остается не только без ответов, но и с полным ощущением, что задавать безобидные и интересные вопросы – это дерзость и нахальство.

Вряд ли это кого-то удивит.

Напрямую никто не говорит ничего плохого о любопытстве, но если задуматься, никто его не поддерживает, не отстаивает, не культивирует и не поощряет. И дело не только в том, что любопытство неудобно. Оно опасно. Это не просто дерзость. Это вторжение. Это революционный путь.

Ребенок, который не боится спрашивать, почему небо голубое, вырастает во взрослого, который задает куда более подрывные вопросы: почему я слуга, а ты господин? А не вращается ли на самом деле Солнце вокруг Земли? Почему люди с темным цветом кожи рабы, а люди с белым цветом кожи – их хозяева?

Насколько опасно любопытство? Достаточно лишь вспомнить Библию. После истории сотворения мира первый же библейский сюжет, в котором появляется человек, – о любопытстве. История Адама, Евы, змея и древа познания заканчивается не очень хорошо для любопытных. Адаму Бог указал прямо: «от всякого дерева в саду ты будешь есть, а от дерева познания добра и зла не ешь от него, ибо в день, в который ты вкусишь от него, смертью умрешь»7. Именно змей предлагает нарушить божественный запрет. Он сначала задает вопрос – Еве: «Есть ли такое дерево, с которого Бог запретил вкушать плод?» «Да, – говорит Ева, – дерево в центре сада – нам нельзя вкушать его плоды, ни даже прикасаться к нему, иначе мы умрем».

Ева знает правила так хорошо, что даже немного их приукрашивает: нельзя прикасаться к древу. Змей отвечает невиданной дерзостью, не испытывая трепета ни перед познанием добра и зла, ни перед Богом. Он говорит Еве: «Нет, не умрете, но знает Бог, что в день, в который вы вкусите их, откроются глаза ваши, и вы будете, как боги, знающие добро и зло»8. Змей пытается сыграть на любопытстве Евы.

Вы же не знаете о том, чего не знаете, говорит змей. Ева идет к древу и «находит его плоды хорошими на вкус и приятными глазу, а еще – очень желанным источником мудрости»9.

Она срывает плод, откусывает от него и передает его Адаму, и тот тоже пробует плод. «И открылись глаза у них обоих»10. Никогда познание не доставалось так легко и в конечном итоге не давалось такой дорогой ценой. Сказать, что Бог прогневался, будет слишком мягко. Познание добра и зла навсегда обернулось страданиями для Адама и Евы и для всех нас: в муках будете рожать детей своих, было сказано Еве, и в поте лица добывать хлеб свой – Адаму. И конечно, изгнание из Рая.

Трудно придумать более прямую аллегорию: любопытство влечет несчастье. Действительно, мораль этой истории адресована читателю: в чем бы ни заключалось ваше нынешнее несчастье, читатель, в нем повинны Адам, Ева, змей-искуситель и их вероломное любопытство.

Вот так. Первая же история в основополагающей книге западной цивилизации, самая первая история – о любопытстве, и ее посыл таков: не задавай вопросов. Не ищи знания самостоятельно, предоставь это тем, кто за все в ответе. Знание – путь к разрушению.

Барбара Бенедикт, профессор Тринити-колледжа в Хартфорде и исследователь восемнадцатого столетия, посвятила несколько лет изучению взглядов на любопытство того времени, когда в постижении принципов мироздания на первый план в противоположность религии стали выходить научные искания.

История Адама и Евы – это предостережение, говорит Бенедикт. «Ты раб, потому что Бог судил быть рабом. Я властелин, потому что Бог судил мне быть королем. Не задавай вопросов по этому поводу». Истории в духе сюжета об Адаме и Еве отражают стремление культурных систем и цивилизаций к сохранению статус-кво. «Все так, как есть, потому что это правильно».

Такая точка зрения распространена среди власть имущих и тех, кто контролирует информацию. И так было всегда и везде – от Эдемского сада до администрации Обамы. Любопытство и сейчас не в почете. Хотя мы живем в такое время, когда все знания человечества доступны на смартфоне, в нашей культуре до сих пор существует предубеждение против любопытства.

1 2 3 4

www.litlib.net

Любопытство наказуемо (Энн Грэнджер) читать онлайн книгу бесплатно

Лиззи Мартин, самостоятельная и легкая на подъем молодая женщина, не колеблясь принимает приглашение отправиться в незнакомый Гемпшир, в особняк «Прибрежный», в качестве компаньонки Люси Крейвен, которая находится в тяжелой депрессии после смерти малютки дочери. Бен Росс, инспектор Скотленд-Ярда и хороший знакомый Лиззи, отговаривает ее от поездки. Он уверен, что от нее многое скрывают. Однако своенравная Лиззи настояла на своем и, как предчувствовал Бен, оказалась в самом центре настоящей драмы, прелюдией к которой стало убийство бродячего крысолова…

О книге

  • Название:Любопытство наказуемо
  • Автор:Энн Грэнджер
  • Жанр:Исторический детектив
  • Серия:Лиззи Мартин
  • ISBN:978-5-227-04867-7
  • Страниц:72
  • Перевод:А. В. Кровякова
  • Издательство:Центрполиграф
  • Год:2014

Электронная книга

Спасибо всем, кто помогал мне в подготовке книги. Я очень признательна Алану Шоттеру за подробное описание старого саутгемптонского вокзала; Грэму Парксу за сведения о швартовке парома в Хайте (Ханте) до того, как там построили причал; и, как всегда, моей «сестре по перу» Анджеле Арни, которая возила меня по национальному парку Нью-Форест и щедро дарила свое гостеприимство.

Я очень благодарна и всем тем, кто регулярно поддерживает меня в моих трудах: редактору Клер Фосс, агенту Кэрол Блейк и, самое главное, моему мужу Джону

Часть первая Глава 1

Элизабет Мартин

Напротив меня в купе первого класса сидел господин в новеньком черном цилиндре, укутанном до самых полей в большой белый шелковый платок. Складки платка грациозно шевелились от сквозняка, и казалось, что исполненная достоинства...

lovereads.me

Электронная книга: К. Д. Ушинский. Любопытство

К. Д. УшинскийЛюбопытство« Павлуша (с любопытством). Что это там у тебя на переднике, Лиза? Лиза . А тебе это очень нужно знать?.» — Public Domain, Русская литература XIX века электронная книга Подробнее...электронная книга
Константин УшинскийЛюбопытство« — Public Domain, (формат: 70х100/32, 351 стр.) Хрестоматии для начальной школыНовейшая хрестоматия по литературе. 1 классРусская литература XIX века Подробнее...2012бумажная книга
Артур Вагифович БалакишиевЛюбопытствоИстория о том, как подростки решили посетить квартиру, у которой была плохая история, и вокруг которой ходили слухи. Много из того, что с виду кажется смешным и нелепым, может создать много проблем… — ЛитРес: Самиздат, (формат: Твердая бумажная, 46 стр.) электронная книга Подробнее...2018электронная книга
Артур БалакишиевЛюбопытствоИстория о том, как подростки решили посетить квартиру, у которой была плохая история, и вокруг которой ходили слухи. Много из того, что с виду кажется смешным и нелепым, может создать много проблем… — ЛитРес: Самиздат, (формат: Твердая бумажная, 46 стр.) Подробнее...2018бумажная книга
Алексей ИвановЛюбопытство в рекламе. Как побудить клиентов к покупкеАргументация вашей рекламы может быть достоверной и логически безупречной. Но если она не задевает человека за живое, то он не сдвинется с места. Почему люди совершают те или иные поступки?Есть семь… — Библос, (формат: 70х100/32, 351 стр.) Эмоции в рекламе электронная книга Подробнее...201699электронная книга
Алексей ИвановЛюбопытство в рекламе. Как побудить клиентов к покупкеАргументация вашей рекламы может быть достоверной и логически безупречной. Но если она не задевает человека за живое, то он не сдвинется с места. Почему люди совершают те или иные поступки?Есть семь… — Библос, (формат: 70х100/32, 351 стр.) Эмоции в рекламе Подробнее...2016бумажная книга
Иванов Алексей Н.Любопытство в рекламе. Как побудить клиентов к покупкеАргументация вашей рекламы может быть достоверной и логически безупречной. Но если она не задевает человека за живое, то он не сдвинется с места. Почему люди совершают те или иные поступки?Есть семь… — Библос, (формат: 70х100/32, 351 стр.) Эмоции в рекламе Подробнее...2016130бумажная книга
Иванов А.Любопытство в рекламе. Как побудить клиентов к покупкеАргументация вашей рекламы может быть достоверной и логически безупречной. Но если она не задевает человека за живое, то он не сдвинется с места. Почему люди совершают те или иные поступки?. Есть… — Библос, (формат: Твердая бумажная, 46 стр.) Подробнее...2016124бумажная книга
Иванов Алексей Н.Любопытство в рекламе. Как побудить клиентов к покупкеАргументация вашей рекламы может быть достоверной и логически безупречной. Но если она не задевает человека за живое, то он не сдвинется с места. Почему люди совершают те или иные поступки? Есть семь… — Библос, (формат: Твердая бумажная, 46 стр.) Эмоции в рекламе Подробнее...2016111бумажная книга
Энн ГрэнджерЛюбопытство наказуемоЛиззи Мартин, самостоятельная и легкая на подъем молодая женщина, не колеблясь принимает приглашение отправиться в незнакомый Гемпшир, в особняк «Прибрежный», в качестве компаньонки Люси Крейвен… — Центрполиграф, Лиззи Мартин и Бен Росс электронная книга Подробнее...200899.9электронная книга
Грэнджер ЭннЛюбопытство наказуемоЛиззи Мартин, самостоятельная и легкая на подъем молодая женщина, не колеблясь принимает приглашение отправиться в незнакомый Гемпшир, в особняк "Прибрежный", в качестве компаньонки Люси Крейвен… — Центрполиграф, Детективы Энн Грэнджер Подробнее...2014412бумажная книга
Игорь ЗябневЛюбопытство – не порок — Автор, электронная книга Подробнее...9.99электронная книга
Грэнджер, ЭннЛюбопытство наказуемо: детективный романЛиззи Мартин, самостоятельная и легкая на подъем молодая женщина, не колеблясь принимает приглашение отправиться в незнакомый Гемпшир, в особняк «Прибрежный», в качестве компаньонки Люси Крейвен… — Центрполиграф, (формат: 205.00mm x 135.00mm x 20.00mm, 288 стр.) Подробнее...2014282бумажная книга
Грэнджер Э.Любопытство наказуемо: детективный роман — Центрполиграф, (формат: 70х100/32, 351 стр.) детективы энн грэнджер Подробнее...2015129бумажная книга
Игорь ЗябневЛюбопытство – не порок — Игорь Зябнев, (формат: 70х100/32, 351 стр.) Подробнее...бумажная книга

dic.academic.ru

Любопытство наказуемо - Энн Грэнджер

Загрузка. Пожалуйста, подождите...

  • Просмотров: 3339

    Я тебе не нянька! (СИ)

    Мира Славная

    Глупо быть влюбленной в собственного босса. Особенно если у него уже есть семья. Я бы так и…

  • Просмотров: 3112

    Бунтарка. (не)правильная любовь (СИ)

    Екатерина Васина

    Наверное, во всем виноват кот. Или подруга, которая предложила временно пожить в пустующей…

  • Просмотров: 2892

    Синеглазка или Не будите спящего медведя! (СИ)

    Анна Кувайкова

    Кому-то судьба дарит подарки, а кому-то одни неприятности.Кто-то становится Принцессой из Золушки,…

  • Просмотров: 2598

    Временная невеста (СИ)

    Дарья Острожных

    Своенравному правителю мало знать родословную и сумму приданого, он хочет лично увидеть каждую…

  • Просмотров: 2393

    Закон подлости (СИ)

    Карина Небесова

    В первый раз я встретила этого нахала в маршрутке, когда опаздывала на собеседование. Он меня за то…

  • Просмотров: 2205

    Выкуп инопланетного дикаря (ЛП)

    Калиста Скай

    Быть похищенной инопланетянами никогда не было в моем списке желаний.Но они явно не знали об этом,…

  • Просмотров: 2116

    У любви пушистый хвост, или В погоне за счастьем! (СИ)

    Ольга Гусейнова

    Если коварные родственники не думают о твоем личном счастье, более того, рьяно ему мешают, значит,…

  • Просмотров: 2063

    Отдых с последствиями (СИ)

    Ольга Олие

    Казалось бы, что может произойти на курорте? Океан, солнце, пальмы, развлечения. Да только наш…

  • Просмотров: 2002

    Соблазни меня (СИ)

    Рита Мейз

    Девочка, которая только что все потеряла. И тот, кто никогда ни в чем не нуждался.У нее нет ничего,…

  • Просмотров: 1573

    Оболочка (СИ)

    Кристина Леола

    Первая жизнь Киры Чиж оборвалась трагично рано. Вторая — началась там, куда ещё не ступала нога…

  • Просмотров: 1529

    Ожиданиям вопреки (СИ)

    Джорджиана Золомон

    Когда местный криминальный авторитет, которому ты отказала много лет назад, решает, что сейчас…

  • Просмотров: 1517

    Невеста особого назначения (СИ)

    Елена Соловьева

    Теперь я лучшая ученица закрытой академии, опытный воин. И приключения мои только начинаются. Совет…

  • Просмотров: 1486

    Подмена (СИ)

    Ирина Мудрая

    В жестоком мире двуликих любовь - непозволительная роскошь. Как быть презренной полукровке?…

  • Просмотров: 1358

    Нам нельзя (СИ)

    Катя Вереск

    Я поехала на семейное торжество, не зная, что там будет он — тот, кого я любила десять лет тому…

  • Просмотров: 1319

    Алисандра. Игры со Смертью (СИ)

    Надежда Олешкевич

    Если тебе сказали: "Крепись, малышка" - беги. Только вперед, без оглядки, куда-нибудь, не…

  • Просмотров: 1210

    Ришик или Личная собственность медведя (СИ)

    Анна Кувайкова

    Жизнь - штука коварная. В один момент она гладит тебя по голове, в другой с размаху бьёт в спину.…

  • Просмотров: 1178

    Принеси-ка мне удачу (СИ)

    Оксана Алексеева

    Рита приносит удачу, а Матвею, владельцу торговой сети, как раз нужна капля везения. И как кстати,…

  • Просмотров: 1167

    Соблазни меня нежно

    Дарья Кова

    22 года замечательный возраст. Никаких обязательств, проблем и ... мозгов. Плывешь по течению,…

  • Просмотров: 1132

    Ледышка или Снежная Королева для рокера (СИ)

    Анна Кувайкова

    Не доверяйте рыжим. Даже если вы давно знакомы. Даже если пережили вместе не одну неприятность и…

  • Просмотров: 1131

    Безумие Эджа (ЛП)

    Сюзан Смит

    Иногда единственный способ выжить — позволить безумию одержать верх…Эдж мало что помнил о своем…

  • Просмотров: 1073

    Девственник (ЛП)

    Дженика Сноу

    Куинн. Я встретил Изабель, когда мне было десять. Я влюбился в нее прежде, чем понял, что это…

  • Просмотров: 1017

    Мятежный Като (ЛП)

    Элисса Эббот

    Он берет то, что хочет. И он хочет меня. Когда у нас заканчивается топливо в сотнях световых лет от…

  • Просмотров: 982

    Босс с придурью (СИ)

    Марина Весенняя

    У всех боссы как боссы, а мой — с придурью. Нет, он не бросается на подчиненных с воплями дикого…

  • Просмотров: 967

    Мой предприимчивый Викинг (СИ)

    Марина Булгарина

    Всегда считала, что настойчивые мужчины — миф. Но после отпуска, по возвращению обратно в Россию,…

  • Просмотров: 953

    Истинная чаровница (СИ)

    Екатерина Верхова

    Мне казалось, что должность преподавателя — худшее, что меня ожидает на жизненном пути. Но нет! Я…

  • Просмотров: 803

    И пусть будет переполох (СИ)

    Biffiy

    Джульетта и Леонард встретились пять лет назад в спортзале и жутко не понравились друг другу. Но…

  • Просмотров: 731

    Галактическая няня (СИ)

    Мика Ртуть

    Кто сказал, что воспитатель — это не работа мечты? Когда красавец-наниматель предлагает путешествие…

  • Просмотров: 686

    Босс-обманщик, или Кто кого? (СИ)

    Ольга Обская

    Антон Волконский, глава успешной столичной компании, обласканный вниманием прекрасного пола,…

  • itexts.net

    Читать книгу Любопытство не порок Светланы Алешиной : онлайн чтение

    Светлана АЛЕШИНА

    ЛЮБОПЫТСТВО НЕ ПОРОК

    Глава 1

    Не люблю я понедельники. Больше скажу: я побаиваюсь их.

    Создается впечатление, что за выходные дни какие-то зловредные черти или кикиморы выдумывают гадости, которые они в понедельники с радостью и выплескивают на кого ни попадя. На меня, например.

    А может быть, я и зря так на потусторонние силы, может, все гораздо проще…

    Как бы там ни было, но тот понедельничек был всем понедельникам образец и апофеоз. Лучше бы я не пошла на работу, честное слово. Отсидела бы тихо и спокойно дома весь этот день, и, глядишь, миновали бы меня нагрянувшие удовольствия.

    Хотя от нашей действительности спрятаться методом страуса удается далеко не всем. У меня еще ни разу не получалось.

    Самое обидное, что день начался простенько, как обычно. Ничто не предвещало неприятностей. Единственное, конечно, что могло немножко отравить жизнь, так это то, что на дворе стоял ноябрь, неминуемо переходящий в мерзкую волжскую зиму. Но это же было на улице, то есть за окном, и редко касалось меня лично – «Лада» пыхтела исправно и не огорчала меня своими поломками, наверное, ей тоже не хотелось мерзнуть в незнакомых помещениях станций техобслуживания.

    Утром, как только я появилась на работе, в мой кабинет с макетом номера зашел Сергей Иванович Кряжимский.

    Сергей Иванович – самый старший наш сотрудник, его стаж в тарасовской журналистике исчисляется не одним десятком лет.

    В те, прямо скажем, нередкие моменты моей хлопотной жизни, когда меня захлестывает очередное интересное расследование, Сергей Иванович спокойно взваливает на свои плечи всю редакторскую и руководящую работу в газете и справляется с этим просто блистательно.

    После того как мы с ним обсудили все детали будущего номера, я заметила, что Сергей Иванович как-то странно замялся и вместо того, чтобы уйти к себе, уселся в кресло плотнее.

    – Ольга Юрьевна! – начал он с каким-то возвышенным пафосом в голосе, и я сразу поняла, что милейший мой Сергей Иванович хочет о чем-то попросить, но почему-то не решается.

    – Что-то случилось? – сразу же пугаясь, спросила я. Не выношу неизвестности. Когда грядет что-то для меня неожиданное, я чувствую себя маленькой и глупой.

    – Пока нет, но осталось совсем немного времени до того, как… – с непонятной улыбкой попытался успокоить меня Сергей Иванович, но только переполошил еще больше. – Я хотел попросить вас о небольшом одолжении, Ольга Юрьевна. Понимаете ли…

    Сергей Иванович сделал паузу, а я, подперев ладонью щеку, приготовилась внимательно слушать. Я уже заранее чувствовала, что он попросит о чем-то настолько необременительном, что я не просто с радостью соглашусь, но даже и попеняю ему за его длинное предисловие.

    В общем, так оно и вышло.

    Сергей Иванович имеет такую прорву знакомых, что создается впечатление, что он знает в городе все и всех. Вот и сейчас Кряжимский рассказывал мне о великолепных чудиках – о тарасовских коллекционерах и собирателях, кладущих жизнь на алтарь своих страстей. Причем по большому счету такому фанатику глубоко плевать, что его коллекция ржавых гвоздей, например, никого больше, кроме него, не интересует.

    Один мой знакомый, тоже собиратель, имеет коллекцию ключей, так он просто дрожит от умиления, раскладывая перед собой свои сокровища.

    Смела бы их все щеткой прямо в мусоропровод без сожаления, честное слово. Однако, дорожа хорошими отношениями, я старательно делаю заинтересованный вид, когда мне показывают этот утиль, и мощным усилием воли сдерживаю зевательные рефлексы. Я классный товарищ и вообще очень тактичная девушка.

    Но не буду отвлекаться.

    Вдохновленный вниманием с моей стороны, Сергей Иванович вошел во вкус своей речуги и стал перечислять всех известных в нашем городе коллекционеров.

    Я уже начала часто моргать и хмуриться, с трудом удерживая печать глубоких мыслей на челе, когда в кабинет заглянула Маринка с подносом в руках.

    – Кофе пить будем? – спросила она у нас.

    Я не ответила Маринке из принципа, потому что знала: ответа она и не ждет.

    Маринка принялась аккуратно расставлять посуду на кофейном столике, а я, воспользовавшись тем, что Сергей Иванович отвлекся, напрямую спросила у него: о чем, собственно, идет речь?

    Сбившийся с ритма Сергей Иванович скомкал свою, как видно, заранее заготовленную лекцию и закончил просто и ясно, предложив мне, чтобы наша газета выступила пресс-спонсором объединенной выставки частных коллекций и работ молодых художников, которая на днях должна была открыться в помещении «Арт-галереи».

    – Вы понимаете, Ольга Юрьевна, – снова он затянул заунывную песню уговаривания. – У молодежи денег просто нет, а коллекционеры… – Кряжимский задумчиво пожевал губами и обтекаемо вывел:

    – Люди очень сложные. С одной стороны, они, конечно, увлеченные и в этом смысле добрые и наивные, как дети, щедрые и безалаберные. С другой – очень прижимистые и не прочь продать что-нибудь подороже из своих несметных сокровищ, чтобы на вырученные деньги…

    – Накупить еще какого-нибудь дерьма, – встряла Маринка с очень верной, на мой взгляд, оценкой явления и тут же спохватилась:

    – Ой, извините, Сергей Иванович, я правда не хотела…

    – Да, в чем-то вы, может быть, и правы, – улыбнулся ей Кряжимский, – но не совсем. Я не стал бы говорить так категорично. Вот есть у меня один знакомый коллекционер спичечных этикеток. Это называется филумения. Так вот, он уже пенсионер и до сих пор ходит по всяким разным злачным местам, встречается с людьми, ищет, выменивает, покупает раритеты для своей коллекции…

    – Несчастная его жена, – понимающе кивнула Маринка. – Я уже налила, прошу, коллеги…

    – Вопрос решен, Сергей Иванович, – сказала я, приподнимаясь с кресла, – с моей стороны никаких препятствий не будет. Напишите серию статей, будем публиковать по одной. Можно даже пустить их частью на первой полосе, а продолжение будет на второй, например…

    Мы перешли за кофейный столик, и тема разговора слегка изменилась.

    – Вы понимаете, – продолжил Сергей Иванович, – достаточно будет одной приличного размера статьи, потому что презентация, собственно, уже завтра… До последнего дня искали, кто бы взялся напечатать, и только вчера вечером вышли на меня…

    – А вы на меня, – поддержала я его мысль.

    – Да, а я как бы на вас, – кивнул Кряжимский.

    – Вот еще заладили: я на вас, вы на меня, словно и не о работе говорите, – проворчала Маринка и спросила:

    – А мы это сделаем совсем бесплатно, да?

    Сергей Иванович застенчиво кашлянул.

    – Мгм, я думаю… – начал он, жалобно поглядывая на меня, но Маринка нетерпеливо его перебила:

    – А ведь пресс-спонсоров принято приглашать на презентацию, я правильно понимаю? – задала она еще один неожиданный вопрос.

    – О, подруга, неужели ты хочешь халявных бутербродов? – удивилась я.

    – Ты никогда меня не понимала, – скорбно поджала губы Маринка, – просто я как раз завтра планирую наконец закончить свой новый костюмчик – помнишь, я тебе говорила: черный в тонкую полосочку? Мне нужно будет срочно его обновить. Презентация мне подойдет.

    – Я рада за тебя, – кивнула я Маринке. – Видите, Сергей Иванович, как все оказалось кстати, а вы волновались. Если бы не получилось этого пресс-спонсорства, пришлось бы его выдумать.

    Сергей Иванович промолчал, а Маринка вдруг звучно хлопнула себя ладонью по лбу.

    Бли-ин! Совсем забыла! – вскричала она. – Оля, ты мне сегодня будешь очень нужна! Мне надо съездить в одно место.

    Ну да? – недоверчиво спросила я. – А может быть, ты лучше возьмешь такси?

    Маринка состроила гримасу недовольства и, надувшись, запыхтела:

    – А с кем я буду советоваться о сложностях своей несчастной жизни – с таксистом, что ли? Ты не понимаешь, это и тебе будет нужно…

    Маринка подлила себе еще кофе, Сергей Иванович, решивший все свои вопросы и допивший кофе, тихонько поднялся.

    Пойду я щелкать клавиатурой, Ольга Юрьевна, спасибо за то, что пошли навстречу…

    Сергей Иванович, – покачала я головой, – мне иногда становится так неудобно.., можно подумать, мы с вами мало знакомы или то, что вы попросили, это вообще нечто из ряда вон… Я о6ижусь, честное слово.

    Кряжимский ушел, мы с Маринкой остались, и я приготовилась внимательно выслушать очередную ее бредовую идею. В том, что идея будет именно такая, у меня сомнений не было.

    – Короче, – напористым голосом начала Маринка, – ты помнишь Ольгу Самсонову? Хотя ты ее помнить не можешь, она в нашем университете не училась, а я ее знаю, потому что мы бывшие соседки, ну это, в общем, и неважно…

    Я пропустила мимо ушей классическое Маринкино вступление – просто она не может по-другому, а воевать с ней я устала.

    Так вот, слушай сюда. – Маринка схватила меня за руку, чтобы я не отвлекалась, и вдохновенно продолжила:

    – Есть одна баба, ну женщина то есть, она потомственная гадалка и колдунья, все-все точно рассказывает и предсказывает будущее. Ольге точно нагадала, что она с мужем разведется, так и получается…

    Развелась, что ли? – лениво спросила я, подливая себе кофе.

    Нет еще, но дело к тому идет. Короче, сегодня едем. Адрес я записала, нужно будет еще созвониться предварительно, но я это до обеда успею сделать…

    Маринка замолчала, очевидно, ожидая от меня восторженной реакции, но ее, разумеется, не последовало. Я наслаждалась тишиной. Нравится мне пить кофе в тишине, и ничего с собою поделать не могу.

    – Ага! Задумалась! – возликовала Маринка, приняв мое молчание за онемение от радости, и стала пояснять, куда нам нужно будет ехать. Я промолчала и на этот раз, все равно на сегодняшний вечер у меня ничего не запланировано, почему бы и не покататься?

    Когда моя очередная чашка заканчивалась и в кофейнике показалось дно, подошло время для возврата к рабочему настроению. Тут как раз и дверь кабинета плавно отворилась, и опять появился Кряжимский.

    – Прошу меня простить, дамы, – как всегда витиевато высказался он, – к вам, Ольга Юрьевна, пришел Спиридонов Николай Игнатьевич.

    Я кивнула и тут же встала со стула и направилась к своему столу. Маринка принялась спешно убирать посуду на поднос.

    – Кто он такой, Сергей Иванович? – спросила я, раздумывая, закурить мне или нет. Мое решение зависело от ответа Сергея Ивановича. Фамилия Спиридонов мне ни о чем не говорила.

    – Это легенда нашего города, – сказал Кряжимский, – старейший работник Татищевского музея, нашей знаменитой картинной галереи. Тарасов ему обязан тем, что во времена Сталина Спиридонов прятал в запасниках картины эмигрантов из группы «Бубновый валет» и иконы из коллекции купца Рыбникова, во времена Хрущева и Фурцевой он сумел сохранить нам Фалька и Кандинского. Заслуги этого человека очень велики. – Кряжимский, казалось, вошел в некий транс, до того, видно, был потрясен явлением Спиридонова в редакции газеты «Свидетель».

    Я со вздохом спрятала пачку «Русского стиля» в ящик стола.

    – А его визит как-то связан с выставкой частных коллекций? – уточнила я.

    – Вряд ли, – ответил Сергей Иванович, – вряд ли, хотя он и знаком со всеми собирателями, но причина визита у него иная. Мне он отказался ее назвать.

    Маринка во время нашего разговора, помогая себе ногой, приотворила дверь кабинета и вышла, унося с собою поднос.

    – Ну, хорошо, пригласите его, – сказала я, отодвигая в сторону пухлую пачку документов, лежащую на столе передо мною, – любопытно будет узнать, чем мы обязаны столь достойному гостю.

    Кряжимский вышел и вскоре появился вместе со Спиридоновым. Сергей Иванович довел посетителя до стула, стоящего напротив меня, помялся секунду, представил нас друг другу и пробормотал:

    – Ну, теперь я вас оставлю, господа.

    После чего Кряжимский вышел, бережно прикрыв за собою дверь.

    Я поздоровалась и рассмотрела «легенду нашего города», если верить определению Кряжимского, а не верить я не имела никаких оснований.

    Спиридонов был высок, лыс, лет семидесяти. Он был в мятом плаще бывшего бежевого цвета. Из-под плаща выглядывал допотопный коричневый галстук. Честно говоря, если бы я заранее не знала, что передо мною сидит заслуженный работник культуры, я бы.., не знаю за кого его приняла, случайно встретив на улице, например.

    Я рассматривала Спиридонова, сам же Николай Игнатьевич сидел на стуле сгорбившись, и глаза его были устремлены куда-то в пространство.

    Я кашлянула несколько раз. Сначала тихо, потом погромче. Спиридонов казался глубоко погруженным в свои мысли и совершенно не обращал внимания на то, что происходит вокруг него.

    Я откинулась в кресле назад и, пошарив в ящике стола, снова достала свою пачку сигарет. Теперь мне уже показалось, что мой посетитель вполне миролюбиво отнесется к тому, что я закурю, к тому же это давало мне неплохой повод привлечь его внимание.

    Я выудила сигарету и покатала ее в пальцах.

    Вы разрешите? – негромко спросила я.

    Что? – Спиридонов словно очнулся и рассеянно посмотрел на меня.

    Я показала ему сигарету.

    – Спасибо, у меня есть свои, – тихим, каким-то погасшим, что ли, голосом сказал Спиридонов и достал из кармана плаща мятую пачку «Явы» и коробок спичек.

    Я подвинула ближе к гостю пепельницу, он закурил и наконец обратил на меня внимание.

    – Я много слышал о вас, – сказал он голосом, лишенным каких бы то ни было эмоций, – но не думал, что нам придется когда-либо встретиться…

    Он вздохнул и улыбнулся как-то жалко, словно еле сдерживался, чтобы не заплакать.

    Я молчала, удивленная его поведением. Спиридонов мне показался удрученным и очень уставшим, и я решила дать ему высказаться не спеша.

    – У вас что-то произошло, какие-то неприятности? – спросила я, проникаясь помимо воли симпатией и жалостью к этому странному человеку.

    Да, наверное, – ответил он, – в вашу газету так просто ведь не приходят… Я иногда читал, вы пишете… Остро, да… – он снова помолчал и, затянувшись своей «Явой» несколько раз, спросил:

    – Я помню, в каком-то вашем номере публиковались письма читателей…

    Я кивнула.

    – В общем, это наша обычная практика: если письмо нам представляется интересным, мы никогда не откажемся от публикации, – сказала я и замолчала.

    Было видно, что Спиридонов словно борется с собой, и во мне тут же поднялось все мое неуемное любопытство, но я сдерживалась. Я четко понимала, что такой человек, как он, не пришел бы к нам с ерундой, и то, что он собирается сказать, может оказаться информационной бомбой.

    – Я тоже принес вам письмо, – сказал Спиридонов, – только я хочу, чтобы оно было опубликовано после моей смерти. – Он улыбнулся и прибавил:

    – Этого ждать недолго, уверяю вас…

    – Николай Игнатьевич! – Я повысила голос:

    – Ну что вы такое говорите!

    Спиридонов пристально посмотрел на меня.

    – У меня есть основания для этого, – сказал он. – Понимаете… – Он замялся и вопросительно взглянул на меня.

    – Ольга Юрьевна, – подсказала я.

    – Да, Ольга Юрьевна, – повторил он медленно, – я попал в сложную ситуацию, из которой рационального выхода не вижу… Остается искать иррациональный. – Он положил докуренную сигарету в пепельницу и, вздохнув, достал следующую. – И, кажется, я его нашел…

    Я вздрогнула.

    – Что вы хотите этим сказать? – сразу же упавшим голосом произнесла я. – Уж не собираетесь ли вы…

    Спиридонов вздохнул.

    – Дело вот в чем, – произнес он. – Вы знаете, что я работаю в картинной галерее.., вот уже скоро сорок лет, м-да.., так вот, наша система хранения экспонатов, описание их, приведение в порядок фондов и запасников находится в состоянии безобразнейшем…

    Я кивнула, потому что действительно имела некоторое представление об этом.

    – Все в основном держится на честности, порядочности и профессионализме персонала, – продолжал Спиридонов. – На том и стоим. Доверие друг к другу, общее дело, служение – извините за громкое слово – вечности. Власти меняются, пристрастия власть имущих – тоже. Искусство живет и развивается по своим логическим законам и не подчиняется сиюминутным требованиям политики… Если, однако, в нашем, так сказать, стаде заводится хоть одна паршивая овца, то это настоящее несчастье…

    Спиридонов опустил глаза и продолжил тише и медленнее:

    – У нас произошло ЧП, пропала одна картина, ранний вариант «Майского букета» ван Хольмса… Прекрасная вещь, из бывшего собрания графа Нарышкина… Картина хранилась в моем отделе, ключи только у меня и у моих сотрудников, печать моя… За сорок лет впервые случился такой кошмар. – Голос у Спиридонова дрогнул, и он замолчал, успокаиваясь, потом взял себя в руки. – Официальных обвинений мне не предъявили, но директор предложил уволиться по собственному желанию, следователь – резвый мальчонка из прокуратуры – прямо говорил в лицо и мне, и моим товарищам.., что он просто не сумел найти достаточных оснований для возбуждения дела против меня по обвинению в воровстве. Вы понимаете, простите, как вас?..

    – Ольга Юрьевна, – тихо подсказала я.

    – Да-да, – продолжил Спиридонов. – Кто-то поверил, я же вижу, кто-то не поверил в мою виновность. Однако результат один: дело заминается только потому, как мне сказал этот наглец – наш директор, – что за меня вступился коллектив, учтены мои прошлые заслуги… Вы понимаете: не имей я известности как искусствовед, меня бы осудили и, может быть, даже посадили в тюрьму. Но весь ужас в том, что меня, невиновного, засудили бы, формально справедливость восторжествовала бы, но картину бы все равно не нашли, потому что я ее не брал. Вы это понимаете?

    Спиридонов поднял на меня повлажневшие глаза и почти прошептал:

    – Ван Хольмс… – Подымив сигаретой, он продолжил более спокойно:

    – Одним словом, вот вам мое письмо. – Николай Игнатьевич вынул из внутреннего кармана плаща конверт, помявшийся на углах, и аккуратно положил на стол перед собой. – Я нарочно принес сам, не стал доверять почте. Секретов тут никаких нет, но по закону парных случаев оно могло бы пропасть, и тогда пропал бы и смысл всего… Здесь я объясняю причины и обращаю внимание, что главное – вовсе не наказать виновного, бог с ними, с уродами несчастными, главное – вернуть эту вещь и не допустить пропажи других. Сами понимаете, наверное, что если канал не перекрыть, то по нему могут уйти и другие культурные ценности… – Спиридонов помолчал:

    – Что-то я, наверное, и не успел, – задумчиво проговорил он. – Совместная выставка частных коллекций и молодых живописцев, дело очень странное…

    Я при этих словах вздрогнула и потрясенно посмотрела на него.

    Спиридонов не заметил моей реакции, он был весь в своих мыслях. Потом махнул рукой с сигаретой, при этом пепел осыпался ему на плащ.

    – Вы девушка молодая, – продолжил Николай Игнатьевич, – и, возможно, будете сомневаться в моих словах, но поверьте пока на слово: все пройдет. Мы пережили ужасные времена, и они благополучно прошли, пройдут и эти, и музеи будут нормально работать. Им государство и меценаты станут отпускать достаточно средств…

    Спиридонов продолжал говорить, но я его уже не слушала, я поняла смысл передачи им письма и сейчас лихорадочно искала выход из создавшегося положения. Мне страшно было подумать, что после того как Николай Игнатьевич выйдет отсюда, его уже, может, никто и не увидит живым… Однако что могла я ему сказать, чтобы он прислушался к моему мнению? Мне, которая ему годится во внучки, попытаться доказать, что он не прав, что он погорячился… Да Николай Игнатьевич просто не станет слушать. Но что-то делать нужно было…

    – В общем, это все, что я хотел вам сказать, – закончил Спиридонов. – Пожалуйста, не потеряйте мое письмо, вы уж меня извините, но я перестраховался немного. У одного моего старого друга, – он улыбнулся, – почти такого же старого, как и я сам, я оставил второй вариант письма.., но это так, на всякий случай…

    Спиридонов поднялся, встала и я.

    – Я выполню вашу просьбу, Николай Игнатьевич, не волнуйтесь, пожалуйста… А может быть, мы опубликуем ваше мнение по этому вопросу и подождем официальной реакции властей? Если ее не будет, то мы дадим серию статей и в конце концов побудим их к действиям..

    Их ничто не может побудить к действиям, кроме народного мнения, выраженного определенно, уж поверьте мне, Ольга…

    Юрьевна, – подсказала я.

    * * *

    Ну да-да, а мнение народа может возбудить только чувство, эмоция. Логика и точные построения, обращенные к разуму, тут ни к чему не приведут… Народ – это… – Тут Спиридонов слабо махнул рукой, пробормотал «до свидания», повернулся и побрел к двери.

    Подождите, Николай Игнатьевич, – выкрикнула я, и он остановился и оглянулся.

    – Я вам сейчас дам машину, доедете спокойно до дома, хорошо?

    Спиридонов пожал плечами и снова повернулся к двери.

    Я ткнула пальцем в кнопку селектора и начала барабанить по ней, словно выбивала морзянку ключом рации.

    Дверь кабинета отворилась, и в него заглянула Маринка с растерянным выражением на лице: я никогда себе не позволяла вызывать ее столь бесцеремонным способом.

    – Виктора сюда! – скомандовала я и добавила громче:

    – Срочно!

    Маринка приоткрыла рот, но ничего не ответила и выскочила, захлопнув за собой дверь.

    Послышался ее взволнованный голос – она кричала в трубку телефона:

    – Виктор, Виктор, ты там? Если ты там, срочно к Ольге Юрьевне, срочно, ты понял меня?!

    Наводить панику – один из Маринкиных талантов, это у нее получается настолько лихо и профессионально, что попытки любого другого человека действовать в этой области смотрятся жалким дилетантством.

    – Сколько суеты, – спокойно прокомментировал развернувшиеся вокруг него события Спиридонов, – я бы и на троллейбусе доехал…

    – Такие люди, как вы, – весьма нечастые гости у нас, – сказала я, подходя к нему. – Пойдемте, я вас провожу, для нас большая честь принимать вас у себя…

    Мы вместе вышли из кабинета.

    – Я здесь, – слева от меня послышался спокойный голос нашего фотографа Виктора, знаменитого молчуна и поистине самого надежного мужчины, которого я только встречала в своей жизни.

    Виктор служил в Афганистане в войсках специального назначения, и его боевые навыки здорово пригодились ему в мирной жизни. Например, он несколько раз спасал мне жизнь. При всем этом он был замкнут, молчалив, обязателен и надежен. А Маринка, швабра, уже не один год морочила парню голову и вела себя непростительно легкомысленно и, я бы сказала, глупо. Правда, в какой-то момент мы все были уверены, что у Маринки с Виктором даже что-то «оформилось». Но все как внезапно началось, так же неожиданно и закончилось. Маринка, по своему обыкновению, на мои вопросы делала круглые глаза и всячески отговаривалась, ну а Виктор как всегда молчал с прежней невозмутимостью.

    А между прочим, разрыв с Виктором я считаю самой большой Маринкиной глупостью.

    – Виктор, отвези, пожалуйста, Николая Игнатьевича домой, – сказала я Виктору, протягивая ключи от своей машины и незаметно придерживая его за локоть.

    Спиридонов, не торопясь, пошел к выходу.

    – Проводи его, пожалуйста, до самого дома, – быстро проговорила я Виктору. – Я опасаюсь, как бы он с собой чего не сотворил, не выпускай его из виду ни на секунду, пожалуйста…

    Виктор спокойно мне ответил:

    – Понял, – и направился вслед за Спиридоновым.

    Я окликнула Кряжимского, вставшего со своего места и тоже пошедшего за Николаем Игнатьевичем.

    – Сергей Иванович, можно вас?

    Кряжимский подошел, оглядываясь на входную дверь.

    – Сергей Иванович, – я потрясла его за рукав пиджака, и Кряжимский удивленно воззрился на меня, – срочно звоните каким-нибудь его знакомым и друзьям, пусть едут к нему домой и не оставляют одного. Вы меня поняли? Вы поняли меня, Сергей Иванович?!

    – Д-да, кажется, – пробормотал Кряжимский, по инерции сделал шаг к выходу, потом взглянул на меня и пошел к Маринкиному столу, где стоял телефон, на ходу доставая из кармана пиджака пухлую записную книжку. Я постояла еще несколько минут перед кабинетом, подумала, все ли я сделала, что можно, и медленно вернулась к себе. Настроение у меня было ужасным.

    Подойдя к своему столу, я обошла его, упала в кресло и закурила. Меня била противная мелкая дрожь.

    Вбежала взволнованная Маринка.

    – Что случилось? – выкрикнула она, не забыв тщательно прикрыть за собою дверь, чтобы ничто не отвлекло меня от ожидаемого ею пересказа событий. – Я так перепугалась за тебя! Не молчи, не молчи, что ему было нужно?

    Я устало махнула рукой:

    – Потом, Марин, потом, не могу сейчас…

    Но разве Маринка отстанет, если ее мучает любопытство?

    Через пять минут она уже знала все и ругала вовсю наши доблестные органы правопорядка, Министерство культуры и все ЮНЕСКО в придачу. Чтобы пресечь ее вербальную атаку на меня, я попросила кофе.

    – Сейчас сделаю! Нет, ну надо же: такого человека обвинить в краже! Да я думаю, если бы он захотел, он за свою жизнь половину музея бы перетаскал к себе домой, но он же этого не сделал!

    Продолжая возмущаться, Маринка наконец-то вышла и оставила меня одну. Я слышала ее громкий голос, доносившийся из-за двери. Она со всеми подробностями рассказывала Сергею Ивановичу то, что узнала от меня. Существенным плюсом для меня в этом было то, что я избежала участи повторять то же самое еще и Кряжимскому.

    Однако, слушая Маринку, я внезапно приняла решение, которое почему-то сразу мне в

    Голову не пришло.

    Я подошла к вешалке и надела плащ, обернулась и вспомнила, что забыла сумку. Взяв ее и проверив, что редакционное удостоверение лежит на месте, я вышла из кабинета.

    Сергей Иванович стоял у Маринкиного стола и с кем-то говорил по телефону, увидев меня, он кивнул и быстро закончил разговор.

    – Я двоим позвонил. Диван уже выехал к Спиридонову, второго не было дома, но жена обещала ему передать. Сейчас еще попробую найти кое-кого…

    Кряжимский опять зарылся в свою записную книжку.

    – Какой такой диван? – спросила Маринка.

    – Это стариннейший приятель Спиридонова. Они вместе работали раньше в музее, – ответил Сергей Иванович, – его фамилия Диванов…

    – А, поняла, поняла, – закивала Маринка. – А то я удивилась даже: какой диван?

    – Предлагаю прокатиться до картинной галереи, Сергей Иванович, – предложила я Кряжимскому, – изучим обстановку на месте. Может быть, мы с вами сумеем решись этот вопрос с другого конца.

    * * *

    – Конечно, правильно, согласен, – сразу же ответил он и пошел одеваться.

    – Ты поговори с этим директором, договори так, чтобы у него очи повылазили, – дала мне задание Маринка и резкими движениями принялась наводить порядок на своем столе.

    Это означало, что она очень нервничает и пытается успокоиться.

    iknigi.net