Маймонид Мишне читать, Маймонид Мишне читать бесплатно, Маймонид Мишне читать онлайн. Маймонид книги


Маймонид Мишне читать, Маймонид Мишне читать бесплатно, Маймонид Мишне читать онлайн

Маймонид

Спасибо, что скачали книгу в бесплатной электронной библиотеке http://filosoff.org/ Приятного чтения! Маймонид. Пролог. Грейс и Джуди Голдин,да будет благословенна их память. «Объяли меня воды до души моей, бездна окружила меня, тростником обвита голова моя...» (Йона, 2:6) Так взывал к Господу пророк Йона, вспоминая о том, как был «ввергнут в пучину, в сердце моря»[1], а потом оказался во вместительном чреве кита. Йона сделал все, что мог, дабы избежать исполнения невозможного, но был избран силой, чью решимость не превозмочь. Так и я взывал к Джонатану Розену, главному редактору новой серии книг, посвященных еврейской тематике, когда тот вверг меня на несколько месяцев в чернильные пучины обширной литературы о Маймониде — пучины, в которых я так и не узрел кита. Меня душили морские травы, столь плотно обвившие мою голову, что я, подобно Йоне, «воззвал в беде моей»[2] и молил освободить меня от ноши, которая, как я убедился, была слишком тяжела для меня. Но Джонатан остался глух к моим мольбам и не позволил мне бежать в Тарс — я не добился освобождения, к которому так стремилась моя душа. Тщетно я сыпал именами ученых, которые преуспели в нелегком плавании по морям иудаики и аристотелизма, где я утопал, — Джонатан отверг их всех. И на мои докучливые просьбы он отвечал мне, что для выполнения этой задачи избрал именно меня, а не какого-нибудь признанного авторитета в этой области. И вот почему. Джонатан считал, что было бы неверно остановить выбор на ученом, слишком уж сведущем в тонкостях философии Маймонида. Для этой серии ему был нужен писатель, способный рассказать о том, что ему показалось самым главным в философии Маймонида, поведать историю пути Маймонида к познанию — пути, по которому тот шел всю свою жизнь. Наиболее же важной представлялась Розену сама встреча современного автора с возвышенной фигурой из еврейского прошлого. Есть ли что-то общее между современным человеком и рабби Моше бен Маймоном (обычно он именуется акронимом «Рамбам», но со времен Ренессанса более известна эллинизированная форма его имени), что позволило бы им сегодня, к примеру, отправиться вместе на прогулку? Неужели вопросы, волновавшие Маймонида, настолько отличаются от тех, с которыми нам приходится сталкиваться сегодня, что память о нем уже не представляет для нас особого интереса, но скорее принадлежит канону? И в более узком смысле, как соотносится самоощущение еврейского врача XXI в. с тем, как видел свою профессию легендарный еврейский врач в XII в.? Может ли в наши дни кто-нибудь, кроме узких специалистов и ученых, посвятивших проблематике Маймонида много сил и времени, установить какую-либо интеллектуальную или эмоциональную взаимосвязь с этим великим человеком, жившим столько лет назад? Способны ли мы в наше время обнаружить в себе качества, которые были присущи и ему, или же он столь удален от нашей современности, что мы можем только изучать его творческое наследие, не надеясь понять его полностью? «Если Маймонид безразличен Вам, — писал мне Джонатан, — то он безразличен и всем остальным». Прочитав эти слова, я решил подойти к этой задаче не как специалист, а как «простой обыватель»[3] По-прежнему опасаясь упрощенчества и дилетантства, я вновь вступил в борьбу — хоть смирившись, но неохотно — со своим невежеством. Я опять приступил к чтению, ввергнув себя в те же пучины, от которых однажды уже искал спасения. И как многие утопающие, в один прекрасный день я вдруг увидел нечто, покачивающееся на волнах. Я смог уцепиться за это «нечто» — поначалу просто с отчаяния, а потом с растущей надеждой на спасение, причем не только в отношении себя, но и в отношении своего литературного труда. Спасение пришло ко мне в виде фразы, авторство которой принадлежит одному из рекомендованных мной Джонатану Розену ученых. В своем предисловии к труду Джейкоба С. Минкина «Труды Маймонида»[4], вышедшему в 1987 году, известный историк рабби Артур Герцберг писал: «Для нас представляется неразрешимой проблемой отделить слова, которые Маймонид предназначил нам согласно своей воле, от слов, которые мы слышим от него, потому что именно их хотели бы услышать». К этому моменту мне уже стало понятно, что многие комментаторы XX в. интерпретируют труды Рамбама в соответствии со своими собственными религиозными или историческими воззрениями; что в их работах можно нередко обнаружить черты гиперболизации и агиографии; что в трудах и исследованиях даже наиболее авторитетных биографов можно выявить тот бессистемный подход, который историки прозвали «презентизм» — рассмотрение событий прошлого сквозь призму сегодняшних ценностей и знаний. Ученые каждого поколения находили у Маймонида то, что хотели найти. Конечно, у такого подхода есть и сильные стороны. Нечто подобное можно сказать о Библии и других священных книгах, об исторических событиях и тенденциях; этот подход, безусловно, действенен в отношении Конституции США и других демократических государств. Например, при написании биографий новые интерпретации, возникающие в каждую эпоху, могут способствовать изучению новых текстов — если, конечно, стараться избегать презентизма и искажающих преувеличений, которые также нередко сопутствуют новым исследованиям. Что же касается субъективности, то сама по себе она не обязательно является препятствием, поскольку та или иная степень субъективности может внести свежую струю в комментарий. А ведь вклад Рамбама в религиозную мысль отличается именно свежестью комментария. Все эти размышления в немалой степени успокаивали меня, пока я переписывался с Джонатаном Розеном. С этим новым взглядом я вернулся к своему труду, результатом которого стала эта книга. Таким образом, моя работа основана на древнееврейском изречении, которое гласит, что никому не позволено уходить от ответственности, даже если нельзя довести дело до конца. В свою очередь, невозможность окончательного завершения — добрый знак для меня, поскольку точка в толковании основных трудов Рамбама или событий его жизни никогда не будет поставлена; к этому не стоит и стремиться. Оставив в стороне дальнейшие колебания, я приступил к чтению, исследованиям, размышлениям и обсуждению вопросов, вставших передо мной, когда я писал эту книгу. Я обсуждал эти вопросы со всеми коллегами, которых счел достаточно компетентными (а также с некоторыми из тех, кого я не счел достаточно компетентными — как раз по этой причине). Со временем, так или иначе, на объятое бурей море нисходит спокойствие, хотя поначалу это всегда происходит очень медленно. Несколько месяцев спустя я пришел к убеждению, что внутренний мир Маймонида будет доступен мне лишь отчасти. И хотя меня с детства учили относиться с почтением к этому человеку, многое из того, что связано с его именем, было для меня окутано тайной. Чем больше я углублялся в исследования, тем лучше я понимал его творчество. Но конечно, тот «внутренний мир», который я изучал, принадлежал мне в той же степени, что и ему. Мою книгу можно, используя слова самого Маймонида, назвать «Путеводителем растерянных». Адресована она тем людям — а их немало, — которые, как и я, что-то слышали о Маймониде с раннего детства, знакомы с его творчеством лишь вскользь, но считают (оправданно или нет), что понимают его труды. И тем не менее этого понимания совершенно недостаточно. Для большинства из нас Маймонид остается лишь человеком, чье имя увенчано славой. Многие из нас произносят сформулированные им «Тринадцать принципов иудаизма» во время молитвы в синагоге; некоторые фотографировались на фоне его бронзовой статуи на площади Тверии в Кордове; многие совершали паломничество в Тверию (Тивериаду), где, как принято считать, находится его могила; некоторые посещали лекции, на которых ученые мужи рассказывали о нем; некоторые даже пытались узнать о нем больше, сидя вечерами за «Путеводителем растерянных» и обнаруживая, что отдельные страницы этой книги почти невозможно понять; многие погружались в изучение трудов о его учении, написанных в двадцатом веке, и даже обращались к Мишне Тора, дабы прояснить тот или иной вопрос еврейского закона, не задумываясь о человеке, что стоит за этими словами; некоторые из нас жертвовали средства на май- монидовские школы и больницы; а многие наши врачи входят в Маймонидовское медицинское общество. Все вышесказанное напрямую касается и меня, и тем не менее я по-прежнему растерян и нуждаюсь в путеводителе. Таким путеводителем стала для меня попытка найти ответы на возникшие вопросы, что и привело к написанию данной книги. В чем-то она походит на МишнеТора — книгу самого Маймонида, призванную прояснить Ѓалаху (еврейский закон) простым людям. Как и Мишне Тора, эта книга не для ученых. Ее подход схож с подходом Рамбама, когда во главе угла — ясность и краткость; ее предназначение — сделать Маймонида доступным для меня самого, а значит, и для читателей. Чтобы понять эту небольшую книгу, от вас не потребуется особых знаний о Моше бен Маймоне и об эпохе, в которую он жил, как и о философии, медицине, иудаизме или методах академических исследований. И потому в этой книге нет отсылок, которые могут увести читателя в сторону; она отражает мое понимание, к которому я пришел путем длительных исследований; стиль изложения и акценты, которые я расставляю, не претендуют на полную объективность и отстраненность от моей личной точки зрения. Дойдя до последней страницы, читатель должен будет решить для себя, нашел ли он ответы на те вопросы, которые изложены в третьем абзаце этого пролога. Я предлагаю вашему вниманию мою книгу. Это исследование еврейского врача, посвященное самому выдающемуся из еврейских врачей. Глава I. «Мой сын, доктор»:евреи и медицина В самом деле, почему так много евреев выбирают профессию врача? Следовало бы задуматься об этом, прежде чем приступить к изучению жизни и трудов человека, олицетворяющего собой эту великую традицию и внесшего в нее немалый вклад. Ниже приводится старая как мир история, которую так и хочется рассказать еще раз. Заключенный в мадридской башне, ослабленный сифилисом и еще более — абсцессом на черепе, французский король Франциск I испросил своего пленителя — императора Священной Римской империи Карла V — прислать ему лучшего еврейского врача. Когда врач прибыл, Франциск, пытаясь завязать с ним беседу, спросил, не устал ли он еще ожидать своего Мессию. К его огорчению, врач ответил ему, что на самом-то деле он не иудей, ибо задолго до описываемых событий был обращен в христианство. Разгневанный король отказался от его услуг и потребовал, чтобы его лечил настоящий еврей, привезенный из самого Константинополя. Эта замечательная история — не важно, правдива она или нет, — наглядно демонстрирует общественное положение еврейских врачей в Средневековье и эпоху Возрождения. Время, когда, возможно, произошли описанные в ней события, можно определить довольно точно — это случилось за несколько лет до смерти Франциска в 1547 году. Но ее можно отнести к тому жанру историй, что

mishnehtorah.filosoff.org

Маймонид — Рамбам (Раби Моше бен Маймон)

Оглавление

Первый период жизни ↓

Странствия ↓

Прибытие в Эрец Исраэль ↓

Рамбам в Египте ↓

Придворный лекарь ↓

Мишнэ Тора (Яд аХазака) ↓

Морэ Невухим, труды по философии и медицине ↓

От Моше до Моше не было подобного Моше ↓

"От Моше до Моше не было равного Моше" — так говорили современники о Моше бен-Маймоне, великом ученом, кодификаторе, философе, враче и учителе, духовное наследие которого оказало решающее влияние на еврейскую мысль последующих поколений.

Первый период жизни [↑]

Моше бен-Маймон, известный в европейской литературе по латинской форме имени "Маймонид", а в еврейских кругах под аббревиатурой РаМБаМ — крупнейший представитель блестящей плеяды средневековых мыслителей золотого века испанской еврейской культуры.

В этот период (11-12 вв.) в Испании творили такие светила, как раби Ицхак Альфаси (РИФ), раби Шломо ибн-Гвироль, Авраам ибн-Эзра, Иеуда аЛеви, Хасдай ибн-Шапрут.

Рамбам родился в Кордове 14-го дня месяца Нисан (т.е. в канун праздника Песах) 4895 /1135/ года, в семье раби Маймона бен-Йосефа, даяна (судьи раввинского суда) Кордовы.

Отец Моше, почитаемый в кордовской общине ученый и общественный деятель, был его первым учителем Библии и Талмуда. Сам раби Маймон был учеником р. Йосефа Ибн Мигаша, который, в свою очередь, был ближайшим учеником и духовным наследником великого законоучителя р. Ицхака Альфаси (РИФа).

Предание рассказывает, что р. Маймон в течение долгих лет не женился. И вот однажды во сне к нему явился некий человек, приказавший взять в жены дочь мясника, живущего недалеко от Кордовы. Сон повторялся много раз — до тех пор, пока свадьба не состоялась. Во время первых родов эта женщина умерла, и Моше — будущий Рамбам — остался сиротой с момента рождения.

Моше родился в канун праздника Песах, в Шабат, 14 Нисана, во втором часу пополудни.

Впоследствии Рамбам получает также весьма основательное светское образование: по математике, естествознанию, астрономии, медицине, философии. Одним из его учителей был ученик великого арабского философа ибн-Баджа, в классе которого Моше изучал естественную историю.

По свидетельству хронистов, его отец вскоре вновь женился — от этого брака родился младший брат Моше, Давид.

Моше и Давид изучали Тору у отца.

Согласно преданию, Моше был ребенком «до крайности непонятливым» и «не проявлял к учебе ни малейшего интереса». Доведенный до отчаяния отец, побив его, прогнал из дома. Ребенок заночевал в одной из городских синагог, — пережитое им потрясение было столь велико, что он, «пробудившись утром, ощутил себя совсем иным человеком». С этого дня он начал всерьез учиться и «стал набираться мудрости» (Седер адорот).

Странствия [↑]

Едва достигнув 13-ти лет — возраста бар-мицвы, еврейского совершеннолетия — юный Маймонид уже подвергся испытанию судьбы. В это время Испанией владели Альморавиды, одно из северо-африканских (берберских) племен, вожди которого были одержимы борьбой против любых проявлений просвещения, подрывавшего, по их мнению, устои ислама. Насаждая ислам и подавляя просвещение, Альморавиды преследовали не только евреев и христиан, но и собственных единоверцев-мусульман. Но вскоре Альморавиды уступили правление еще более фанатичным Альмохадам, главным предводителем которых был Али бен-Тамарат. Его наследник Абдул-Мумин овладел в 1146 г. Марокко, а в 1148г. — Кордовой.

Новый правитель ревностно принялся за распространение ислама в подвластных ему землях. Он потребовал от евреев и христиан, чтобы те приняли мусульманскую веру или, в противном случае, покинули его владения.

Впрочем, принятие ислама состояло в произнесении известной формулы мусульманского вероисповедания: "Нет божества, кроме Аллаха, и Мухаммед — посланник его". Многие еврейские семьи и целые общины упорно сопротивлялись этому требованию и оставили Испанию. Другие же формально приняли ислам, оставаясь на самом деле ревностными исполнителями законов своих предков.

Семейство Маймонида вынуждено было уехать из Кордовы и скитаться по Испании и Провансу.

После многолетних скитаний, в 4920 /1160/ году семья обрела временное пристанище по другую сторону Средиземного моря, в марокканском городе Фесе.

Это место славилось прочными традициями еврейской учености — веком ранее там располагалась знаменитая ешива р. Альфаси — Рифа, а за два века до прибытия семьи р. Маймона раввином города был прославленный мудрец из Вавилонии р. Дунаш бен Лабрат.

Там Маймонид продолжает, в частности, изучать медицину.

Однако теперь и в Фесе евреи находились под властью фанатиков-альмохадов. Наследник Мумина, Абу-Якуб-Юсуф, следуя примеру своего отца, продолжает преследовать подвластных ему иноверцев. Арабские источники утверждают, что в течение длительного времени беглецам пришлось выдавать себя за мусульман, в тайне соблюдая законы Торы, пока тайна семьи не раскрылась. Однако это крайне сомнительно.

Как бы то ни было, раби Маймон решил искать спасения для своей семьи на Святой Земле.

Прибытие в Эрец Исраэль [↑]

В 4925 /1165/ году г. семейство Маймонида вновь отправляется в странствие — они поднимаются на на корабль, отправляющийся в Землю Израиля, где они рассчитывали обосноваться навечно.

Спустя месяц, в том же 1165 г., корабль пришвартовался в гавани города Акко, чудом избежав гибели во время шторма, начавшегося на шестой день их плавания.

В этот период Рамбам пишет "Послание о самопожертвовании во имя Всевышнего" ("Игерет Кидуш hа-Шем”). В то же время он работает и над другими трудами, в том числе, над комментариями к Мишне (см. ниже).

Прожив в Акко несколько первых месяцев, они совершили паломничество в Иерусалим и Хеврон. Моше в течение целого дня молился в Меарат аМахпела — пещере, где похоронены праотцы.

Некоторое время они живут в Акко, затем в Иерусалиме.

В Земле Израиля Рамбам начал изучать сокровенные разделы Торы [см. тему Каббала]: в одном из писем, отправленных из Иерусалима, он сообщает, что «отыскал старого мудреца, который озарил его светом каббалы» (Седер адорот). Знаменитый исследователь творчества Рамбама р. Шем-Тов Ибн Гаон также свидетельствует, что «р. Моше, благословенна память о нем, получил по цепи традиции сокровенные тайны Торы» (Мигдаль оз на Йесодей Тора 2).

Очень скоро выяснилось, что правление крестоносцев, огнем и мечом искоренявших всякое иноверие, делает существование евреев в Земле Израиля невыносимым.

Вскоре, не выдержав превратностей жизни, умирает отец семейства, раби Маймон.

Оплакав его, семья покинула Святую Землю и обосновалась в Фостате (Старом Каире).

Рамбам в Египте [↑]

На протяжении нескольких лет семья существует на деньги старшего брата, Давида, который занимался торговлей драгоценными камнями, так что сам Рамбам мог продолжать заниматься Торой и писать свои труды.

Еще в возрасте двадцати трех лет, во время скитаний семьи по городам Андалузии, Рамбам приступил к работе над первым своим значительным сочинением — Перуш аМишнайот (комментарий на Мишну). И вот, обретя спокойное пристанище в столице Египта, он завершил этот многолетний труд в 4927 /1167/ году (есть мнение, что в 1168).

В тот же период он составил комментарий на значительную часть Вавилонского Талмуда.

Перуш аМишнайот, в оригинале написанный по-арабски, сохранился в переводе на святой язык: в классических изданиях Вавилонского Талмуда он печатается в виде приложения к каждому тому; а вот комментарий Рамбама на сам Талмуд до нас не дошел.

В Фостате Маймонид становится одним из руководителей еврейской общины Египта, раввином Фостата и главой ешивы.

Обладая обширными знаниями еврейских дисциплин и глубокими сведениями в языкознании, философии, медицине, математике, он становится духовным лидером своего времени. Евреи, равно как и мусульмане, стекаются в Фостат из самых отдаленных уголков Средиземноморья, чтобы слушать его проповеди, публичные лекции по философии, медицине и естественным наукам.

В 1172 году К нему обращаются за советом раввины Йемена. Ответ, написанный Рамбамом — это знаменитое  "Йеменское послание" ("Игерет Тейман").

Придворный лекарь [↑]

В 1177 г. семью Рамбама настигает несчастье: во время одного из плаваний по Индийскому океану его брат Давид попадает в кораблекрушение и гибнет.

Вместе с ним на дно ушло все семейное состояние, вложенное в товары. Бремя содержания семьи ложится теперь на плечи раби Моше.

Он категорически отклоняет предложение заниматься Торой как средством содержания семьи, и предпочитает медицинскую практику.

Незаурядные способности Маймонида привлекают внимание визиря султана Саладина, властителя Египта. Султаном Саладин стал еще в 4931 /1171/ году, а в последствии, в 4947 /1187/ году, отвоевав у крестоносцев Иерусалим, Саладин распространил свою власть также на Землю Израиля и Сирию.

Рамбам был приглашен ко двору и впоследствии назначен личным врачом султана. Придворным врачом Маймонид работает в течение последующих двадцати лет. Так, после смерти Саладина в 4953 /1193/ г., Рамбам был назначен врачом наследника.

Его слава врача была настолько велика, что Ричард Львиное Сердце, посетив Святую Землю во время крестового похода, предлагает Рамбаму стать его личным врачом...

Рамбам получает также звание нагида — он становится главой еврейской общины всего Египта.

Общее благоговение перед Маймонидом растет с каждым днем. Соединение в одном лице великого врача, великого знатока и авторитета в области Еврейского Закона (Алахи) и великого философа является совершенно феноменальным. Его влияние и авторитет распространяются по всему еврейскому миру. Огромная корреспонденция Рамбама включает публичные обращения к различным общинам мира; ответы на вопросы по еврейскому праву, кашруту и гигиене; методические рекомендации изучающим Тору и Талмуд; многочисленные комментарии к каноническим текстам и многое другое.

Об интенсивной деятельности мыслителя, педагога, врача, общественного деятеля, общепризнанного духовного лидера еврейского мира мы можем судить по отрывочным сведениям, почерпнутым из его переписки.

В письме своему переводчику и одному из своих учеников, раби Шмуэлю бен-Иеуде ибн-Тибону [сыну раби Иеуды ибн Тибона] он пишет:

"Мой день заполнен следующим образом. Я живу в Фостате, а султан находится в Каире. Я обязан каждое утро его навещать и, если он или его дети или кто-либо из обитательниц его гарема чувствуют себя нездоровыми, я не имею права оставлять Каир. Если же все нормально, то я успеваю вернуться в Фостат к обеду. Меня одолевает голод, но я нахожу приемную, заполненную народом, евреями и неевреями, знатью и простолюдьем, друзьями и недругами — пестрая смесь людей ожидает моего возвращения.

... Я слезаю с осла, мою руки, [и с извинением прошу их подождать, пока я что-нибудь поем,] принимаю легкую закуску (единственный раз, когда я ем в течение 24 часов), иду к моим пациентам, обследую их неторопливо. Пациенты идут и идут до ночи, иногда еще позже. Я беседую с ними, даю им указания, но чувствую смертельную усталость, почти падаю, и, когда приходит ночь, я настолько истощен, что едва способен говорить….

[тем не менее, занимаюсь Торой с учениками, иногда до двух часов ночи].

... По этой причине ни один еврей не может побеседовать со мной в будний день. В субботу же после утренней молитвы приходит ко мне община. Я даю им указания на всю будущую неделю... До обеда мы учим вместе Тору и Талмуд, а затем они уходят. Некоторые из них вновь приходят и читают со мной вместе отрывки из книг, пока не наступает время вечерней молитвы. Так провожу я свою субботу."

Мишнэ Тора (Яд аХазака) [↑]

И, тем не менее, именно в период самой напряженной врачебной практики были созданы основные произведения Рамбама, обессмертившие его имя.

В результате напряженной работы, Рамбам завершает свой беспрецедентный труд — составление всеобъемлющего свода законов, работа над которым продолжалась более десяти лет. Книга получила название Мишнэ Тора (“Повторение Торы”). Второе ее название Яд аХазака (“Могучая длань”): числовое значение слова “яд" (рука, длань) —  четырнадцать, по числу тематических разделов, составляющих книгу.

Свод составлен на святом языке, в лаконичном стиле, близком к языку Мишны.

В кодексе Рамбама законы расположены не в том порядке, как они приведены в Пятикнижии или в Талмуде, — он систематизировал весь материал по тематическому признаку. Большинство приведенных законов он сформулировал в виде окончательного алахического решения — не указывая других, противоречащих, мнений и не ссылаясь на источники.

В предисловии к Мишнэ Тора Рамбам объясняет причины, побудившие его создать именно такой свод. Он пишет:

«Великие беды обрушились на наш народ в последнее время, и наши мудрецы утратили свою мудрость. Поэтому те алахические сочинения и респонсы вавилонских гаонов, которые им самим казались совершенно ясными, сегодня лишь немногие способны понять. И что уж говорить о Талмуде, Вавилонском и Иерусалимском, о мидрашах Сифра и Сифри, …изучение которых требует ясного ума и напряжения всех сил, – лишь после многих лет упорной учебы человек способен постичь, как ему исполнять законы Торы, что разрешено и что запрещено.

И поэтому я, Моше бар Маймон, рожденный в Испании, опираясь на помощь Б-га, изучил все эти книги и счел нужным ясно и кратко изложить все законы, приведенные в них, …чтобы сделать изучение законов доступным каждому и чтобы у человека не было нужды ни в каких других алахических сочинениях.

Иными словами, этот свод включает в себя всю Устную Тору — все законы и постановления, принятые со времен Моше Рабейну до составления Талмуда, с учетом всех комментариев, составленных по сей день. Поэтому-то я назвал свою книгу Мишнэ Тора, предполагая, что человек, изучивший Письменную Тору, сможет обратиться к моей книге и познать из нее всю Устную Тору, не прибегая при этом к иным источникам».

Еще при жизни автора свитки Мишнэ Тора разошлись по большей части диаспоры, но особенно горячо книга была принята в общинах Египта, Йемена и Испании.

Вместе с тем, подход Рамбама вызвал острую критику и противодействие со стороны мудрецов из Франции и Германии: они утверждали, что достоинства этой книги, ее определенность и лаконичность, оборачиваются недостатками. По словам великого законоучителя Роша, «Рамбам написал свою книгу так, будто был пророком — не приводя доказательств; в силу этого неискушенному читателю может показаться, что он понял написанное, но на самом деле его понимание неверно, потому что все законы приведены вне талмудического контекста».

С течением времени кодекс Рамбама стал одним из самых авторитетных в еврейском мире, — и все же он не подменил собой Устной Торы, но стал ее интегральной частью.

На свод законов Рамбама написано множество комментариев. Наиболее значительные из них: Асагот Раавада, Кесеф Мишнэ раби Йосефа Каро, Лехем Мишнэ (р. Авраама де Ботона), и Мишнэ ЛаМелех р. Йеуды Розанеса, — все эти комментарии обычно печатаются рядом с текстом кодекса.

Морэ Невухим, труды по философии и медицине [↑]

Не менее значительное влияние на современников Рамбама оказали его мировоззренческие труды, и особенно трактат Морэ Невухим (“Путеводитель растерянных”), давший синтез иудаизма с греческой научно-философской мыслью.

Трактат был написан, несмотря на тяжелую работу и нехватку времени весь период работы врачом: когда ученик Рамбама Иосеф бен Иеуда вынужден был прервать обучение и уехать, раби Моше нашёл время изложить ему оставшуюся часть курса в виде писем. Таким образом возникло самое длинное еврейское философское сочинение.

Эта книга обращена в первую очередь к интеллектуалам, проверяющим свою веру мерками разума.

В ней бесстрашно подвергаются анализу самые сложные теологические и философские категории: атрибуты Творца, свойства духовных миров и природа ангелов, сущность пророческого постижения и его ограниченность, пути Б-жественного Провидения, тотальная предопределенность и свобода человеческой воли.

В каждом вопросе Рамбам стремился продвинуться путем разума настолько далеко, насколько это было возможным, — и лишь там, где разум оказывался беспомощным, Рамбам обращался к вере и откровению.

Еще при жизни автора «Путеводитель растерянных» был дважды переведен на святой язык — особенную популярность приобрел перевод р. Шмуэля Ибн Тибона.

Книга вызвала ожесточенные споры по всему еврейскому миру: многим выдающимся знатокам Торы казалось, что своим беспощадным и бескомпромиссным рационализмом Рамбам противоречит прямой и бесхитростной вере, исходящей из глубины сердца.

Дело не ограничилось полемикой — через три десятилетия после смерти Рамбама, в 4998 /1238/ году, по решению ряда авторитетных раввинов его книги были подвергнуты публичному сожжению. Правда, вскоре организаторы этой «казни» раскаялись в содеянном, и авторитет Рамбама был восстановлен.

Философские труды Маймонида, переведенные на латынь, оказали в дальнейшем существенное влияние также и на развитие рационалистической (аристотелевской) школы в христианской теологии. (В частности, его многократно цитирует Фома Аквинский, главный авторитет средневековой христианской теологии.)

Помимо философских и законодательных сочинений, Рамбам составил целый ряд трактатов по медицине – написанные по-арабски, они были переведены на латынь и стали достоянием мировой медицинской науки.

От Моше до Моше не было подобного Моше [↑]

20 Тевета 4965 /1204/ года, в возрасте 70 лет, Рамбам умирает.

В день кончины Маймонида в Фостате был объявлен трехдневный траур как евреями, так и мусульманами.

Через восемь дней эта весть достигла Иерусалима, и в святом городе был объявлен траур и пост.

Позднее гроб с телом Рамбама был доставлен в Землю Израиля. Рамбам похоронен в г. Тверии рядом с могилами великих мудрецов эпохи Мишны —  раби Йоханана бен Закая и его учеников.

Потрясенные уходом общепризнанного главы поколения, современники говорили: «От Моше (Рабейну) до Моше (Рамбама) не было подобного Моше».

Много веков спустя Виленский Гаон указал своим ученикам, что, согласно традиции, имя Рамбама было изначально закодировано в самом тексте Торы: первые буквы стиха (Шмот 11:9) «Умножились Мои чудеса в земле Египта» (Работ Мофтай Бэрец Мицраим) составляют имя Рамбам (Сарей амеа 1:7).

Во главе общины Египта Рамбама заменил его сын и ученик р. Авраам бар Моше.

toldot.ru

Раби Моше бен Маймон - Рамбам - Маймонид - Книга заповедей

В этой “Книге заповедей” мы приведем перечень заповедей Торы и разъясним, каким образом следует вести их подсчет. Мы представим также доказательства именно такому подсчету из стихов Торы и из толкований наших мудрецов, благословенна память о них. А всему этому мы предпошлем изложение основ, на которые следует опираться при составлении перечня заповедей.

 

Однако в наше намерение не входит излагать подробно законы, связанные с выполнением той или иной заповеди, а только дать их верный перечень. И если при упоминании некоторых заповедей мы все же их разъясняем, то только для того, чтобы было совершенно понятно, что именно ими ловелевается или запрещается, т.е. что именно кроется за их названиями.

 

Но прежде, чем перейти к изложению 14 основных принципов, которые были нашей опорой при составлении перечня заповедей, напомним, что книга Торы включает 613 заповедей, данных нам Ашемом. Их них 248 заповедей “делай”, по числу органов человеческого тела, и 365 заповедей “не делай”, по числу дней солнечного года. И такое количество заповедей упомянуто в Талмуде, в конце трактата Макот (236). Там говорится: “613 заповедей были даны Моше на Синае. 365 запрещающих по числу дней солнечного года, и 248 повелевающих по числу органов человеческого тела”. И еще сказали наши мудрецы, образно истолковывая это: “Заповеди “делай” соответствуют органам тела, ведь каждый орган тела как бы говорит человеку: “Выполни мною эту заповедь!”. Заповеди “не делай” соответствуют дням года ведь каждый день как бы говорит человеку: “Не преступи этой заповеди сегодня!” (Танхума, Ки тэце).

 

14 принципов составления перечня заповедей

 

Чтобы составить верный перечень 613-ти заповедей Торы, необходимо знание 14 основополагающих принципов подсчета. И теперь мы переходим к разъяснению каждого из них и приведем, если будет угодно Ашему, необходимые доказательства верности нашего исчисления.

 

Принцип первый: в перечень не включены заповеди, установленные мудрецами (заповеди мидэрабанан).

 

Не стоило бы останавливаться на этом принципе: ведь поскольку в Талмуде ясно говорится: “613 заповедей были даны Моте на Синае” (Макот 236), то невозможно включить в их число заповеди, установленные мудрецами. Однако нам приходится заострять внимание на этом, ибо уже были такие, кто по ошибке включал в перечень предписывающих заповедей зажигание ханукальных свечей и чтение Мегилат Эстер в Пурим, а также заповеди утешать скорбящих, навещать больных, хоронить умерших, устанавливать календарь, 18 дней в году читать Алель, произносить сто благословений в день и т.д.

 

И я не думаю, что кому-нибудь примерещится и взбредет на ум, будто бы Моше на Синае было заповедано и сказано, что, если в последний период нашей государственности между нами и греками произойдет то-то и то-то, мы будем обязаны каждый год зажигать ханукальную свечу. Но мне кажется, что причиной ошибок стало то, что мы благословляем на выполнение подобных заповедей: “Благословен Ты, Ашем, наш Б-г, Владыка Вселенной, освятивший нас Своими заповедями и повелевший нам читать Мегилу ...зажигать свечу Хануки ...читать Алель”. И Талмуд (Шабат 23а) тоже спрашивает (по поводу благословения на зажигание ханукальных свечей): “Где это Он нам повелел?”. И отвечают там же: “В Его речении: “По закону, которому они научат тебя,...поступай; не уклоняйся от слова, которое они тебе скажут, ни вправо, ни влево” (Дварим 17:9,11)”. Однако, если на таком основании включать в перечень эти заповеди, то тогда мы должны были бы приобщить к перечню все заповеди, установленные мудрецами. Ведь уже было приказано нашему учителю Моше на Синае, чтобы он заповедал нам выполнять все, что повелят или запретят мудрецы,и Моше сказал нам: “По закону, которому они научат тебя... поступай”. И чтобы мы не уклонялись от их слов ни в чем, что бы они ни повелели, он предостерег нас, говоря: “Не уклоняйся от слова, которое они тебе скажут, ни вправо, ни влево”.

 

И если, действительно, включать в число 613 заповедей зажигание ханукальных свечей и чтение Мегилы, подпадающие под Его приказ “По закону, которому они научат тебя... поступай”, то тогда верно было бы сосчитать омовение рук перед едой и заповедь об эруве, поскольку мы благословляем “...освятивший нас Своими заповедями и повелевший нам...” на омовение рук и на эрув, так же как на чтение Мегилы и на зажигание ханукальных свечей. А ведь все это установлено мудрецами! И ясно сказано: “Омовение рук перед едой заповедь. Что это за заповедь? Сказал Абае: “Заповедь выполнять слова мудрецов” {Хулии 1 Оба) также, как сказано о чтении Мегилы и о свечах Хануки: “Где это Он нам повелел? В Его речении “По закону, которому они научат тебя... поступай”.

esxatos.com

Мишне Тора - Кодекс Маймонида - 2 - Любовь - Рабби Моше бен Маймон - Рамбам

Издание подготовлено и вышло в свет благодаря издательской программе семьи Аминовых

 

Издание подготовлено Институтом перевода еврейских текстов

Главный редактор Борух Горин

Под общей редакцией Менахема Яглома

Перевод с иврита и комментарии Меир Левинов 

Москва, Издательство "Книжники", 2012 г., 720 стр.

ISBN 978-5-9953-0187-5 

ПРЕДИСЛОВИЕ К КНИГЕ ЛЮБОВЬ

ЗАКОНЫ О ЧТЕНИИ Шма

ЗАКОНЫ О МОЛИТВЕ И БЛАГОСЛОВЕНИИ СВЯЩЕННИКОВ

ЗАКОНЫ О ТФИЛИН, МЕЗУЗЕ И СВИТКЕ ТОРЫ

ЗАКОНЫ О КИСТЯХ-ЦИЦИТ

ЗАКАНЫ О БЛАГОСЛОВЕНИЯХ

ЗАКОНЫ ОБ ОБРЕЗАНИИ

СИДУР РАМБАМА

Приложения

Сравнительная нумерация параграфов в изданиях книги «Любовь» р. Шабтая Френкеля и р. Йосефа Капаха

Классические источники: краткий обзор

Глоссарий

Алфавитный указатель имен

 

Рабби Моше бен Маймон - Рамбам - Маймонид - Мишне Тора - Кодекс Маймонида - 2 - Книга «Любовь» - Предисловие к русскому изданию

 

Книга «Любовь» гораздо теснее, чем предшествующие тома, связана с вопросами повседневной галахи и актуальных для всех законов и обычаев - таких, как Законы о чтении Шма, Законы о молитве, Законы о благословениях. Другие разделы, такие, как Законы о тфилин, мезузе и свитке Торы, Законы о кистях-цицит и Законы об обрезании, посвящены темам отнюдь не повседневным, но исключительно важным для практического исполнения закона. Поэтому во многих случаях мы сочли необходимым приводить постановления Шулъхан. арух и р. Моше Иссерлеса и решения более поздних кодификаторов -Арохга-шулъхан, Миита брура и некоторых других. При этом отсутствие ссылок на поздние галахические сочинения в наших комментариях вовсе не означает, что принятые в наше время галаха или обычай совпадают с постановлением Рамбама. Иными словами, настоящее издание не только не претендует на статус источника практической галахи, но и никоим образом не предназначено для подобного использования.

 

Стремясь к максимальной полноте издания, мы приводим также входящий в книгу «Любовь» сидур (свод молитв) Рамбама, хотя и с минимальным набором комментариев. Фрагменты текста, иллюстрирующие требования к написанию свитка Торы, даются без перевода - например, «Песнь на море». Список разделов «с отступом» и «без отступа» (в Законах о свитке Торы) тоже приведен практически без комментариев. Кроме того, в издании есть несколько схем, относящихся к законам о тфилин и о кистях-цицит.

 

«Как не бывает зерна без соломы, так не бывает книг без ошибок». Переводчики, комментаторы и редакторы этого издания предприняли все возможные усилия, чтобы избежать неточностей; при этом в нашу работу неизбежно могли вкрасться некоторые ошибки, за которые мы несем полную ответственность. Любые конструктивные предложения и замечания будут приняты с благодарностью.

 

Рабби Моше бен Маймон - Рамбам - Маймонид - Мишне Тора - Кодекс Маймонида - 2 - Книга «Любовь» - ЗАКОНЫ О ЧТЕНИИ ШМА

 

ОДНА ЗАПОВЕДЬ, А ИМЕННО — ЧИТАТЬ ШМА ИСРАЭЛЬ ДВАЖДЫ В ДЕНЬ.

Объяснение этой заповеди — в следующих главах.

В «Книге заповедей» (Предписания, 10) говорится: «Нам заповедано читать Шма Исраэль всякий день — вечером и утром, и это сказано словами: “И произноси их, когда ты сидишь в доме...” (Дварим, 6:2). Законы, касающиеся этой заповеди, объяснены в трактате Брахот, и там (21а) говорится, что чтение Шма Исраэль — закон Торы...»

Рамбам считает, что заповедь читать Шма Исраэль вечером и утром — это одна заповедь, а не две (одна из которых предписывает читать Шма Исраэль вечером, а другая — читать Шма Исраэль утром). Рамбан (р. Моше бен Нахман, 1194-1270), младший современник Рамбама (замечания в конце «Книги заповедей» и к «Корню и»), в свою очередь, указывает, что речь идет о двух заповедях.

 

1.1 (1) Два раза в день, утром и вечером, читают Шма Исраэль, как сказано: «...Лежа и стоя» (Дварим, 6:7; 11:19), то есть когда принято лежать (а это ночь) и когда принято стоять (а это день). 1.2 И что именно читают? — Три следующих отрывка: «Слушай...» (Дварим, 6:4-9), «И будет если...» (Дварим, 11:1321־) и «И сказал...» (Бемидбар, 15:31:41). Начинают читать с отрывка «Слушай...», потому что в нем [содержатся] повеления признавать единство Господа,   любить Его и изучать Его [Тору] — а это великий принцип, от которого зависит все. Вслед за этим «И будет если...», потому что в нем содержится повеление обо всех остальных заповедях. 

 

Два отрывка Торы сопровождаются словами: «И произноси эти слова... ложась и вставая» (Дварим, 6:7,11:10). Слова «ложась и вставая» в оригинале выражены деепричастным оборотом, допускающим несколько толкований: «лежа и стоя», «когда ты лежишь и когда ты стоишь», «когда ты ложишься и когда ты встаешь». Дом Шамая в Мишне (Брахот, 1:3) считает, что правильное понимание этих слов — «лежа и стоя», а значит, вечером Шма Исраэлъ следует читать лежа, а утром — стоя. Дом Гилеля считает, что этот оборот указывает на время чтения: «когда ты лежишь и когда ты стоишь», то есть ночью и днем. Рамбам, как обычно, склоняется к толкованию дома Гилеля. Заметим, что связь между лежанием и стоянием, ночью и днем, упомянутая Рамбамом, нарушается, например, в условиях приполярных зон, когда ночь или день долго не сменяют друг друга. В такой ситуации, по мнению большинства авторитетов, время заповеданного чтения Шма Исраэлъ определяется именно тем, когда человек ложится или встает. Формулировка Рамбама подразумевает и этот случай — ночь и день упомянуты лишь для объяснения.

 

esxatos.com

Мишне Тора - Кодекс Маймонида - 1 - Знание - Рабби Моше бен Маймон - Рамбам

Рабби Моше бен Маймон (Маймонид) религиозный мыслитель, занимающий уникальное место в истории еврейства. Нет сомнения, что его нравственные качества, его дар религиозного наставника и лидера произвели неизгладимое впечатление на современников; образ его, окруженный ореолом легенд, не померк с течением времени. Но прежде всего, разумеется, эффект присутствия Маймонида в еврейской культуре создают его сочинения, и особенно две вершины его обширного и многопланового наследия обобщающий труд по Устной Торе Мишке Тора[1] и философский трактат Море невухим («Путеводитель растерянных»).

 

Говоря о Маймониде, подчеркивают многогранность его личности, личности философа и раввина, врача и руководителя общины. Его письменное наследие столь же многопланово: философские трактаты, медицина, галаха. Маймонид не исключителен в своей разносторонности; может быть, еще более яркий пример Саадьягаон: философ, галахический авторитет, комментатор Библии, лингвист, поэт. Однако многообразие интересов и занятий Саадьи-гаона было направлено на экстенсивное освоение перспектив, открывшихся в новой культурной ситуации. Саадья-гаон символ встречи еврейской традиции с наследием античности, а также с исламской цивилизацией, интенсивно усваивающей это наследие. Эта встреча, чреватая новыми возможностями и новыми опасностями, в значительной степени определила характер еврейской религиозной мысли в Средние века; со временем она стала источником острейших конфликтов, сотрясавших еврейский мир Средневековья. Античность завещала Средневековью научную традицию. Теоретическая философия, метафизика, считалась важнейшей частью этой традиции, «наукой наук», «первой философией» квинтэссенцией и первоосновой научного знания. Вместе с тем первая философия была теологией построенным на разуме учением о Боге; она предлагала человеку этический и религиозный идеал.

 

Далеко не все трудности, связанные со встречей религиозной традиции и рационалистической философии, выявились, были проработаны и стали предметом рефлексии в эпоху Саадьи-гаона.

 

Маймонид выдвигает проблему синтеза на передний план, делает ее ведущим мотивом своего творчества. Этот синтез достигается не столько компромиссом между различными культурными и религиозными ценностями и идеалами, не столько разграничением «сфер влияния», сколько раскрытием сокровенной гармонии двух начал. Понять Маймонида значит понять внутреннее единство его мысли и творчества, понять, как он решал центральную для него проблему проблему соотношения разума и откровения.

Следует иметь в виду, что, говоря о культурных контактах, о встрече еврейской традиции с античным наследием, греческой философией и так далее, мы рассматриваем ситуацию извне. Для Маймонида речь шла о встрече священной традиции с самим разумом, в универсальность которого он твердо верил. Согласно правилу «принимай истину, кто бы ни высказывал ее»[2], он свободно обращался к сочинениям греческих и мусульманских авторов, подвергая их при этом критическому анализу. Весь смысл рационального познания состоит в его автономии: его обоснование заключено в нем самом[3]. [1]   Заглавие Мишке Тора можно перевести как «Вторая [книга] после Торы», «Повторение Торы», «Второй свиток Закона»; см. далее. [2]    Шмона праким («Восемь глав»), гл. 1: ואסמע אלחק ממן קאלה. В основе - известная поговорка из хадиса 4JV3 j+a jji, восходящая к Платону («Государство», 595ВС; «Федон», 91ВС) и Аристотелю («Никомахова этика», 1096а) и известная в парафразе Сервантеса «Платон мне друг, но истина дороже».

 

esxatos.com

Маймонид Мишне читать, Маймонид Мишне читать бесплатно, Маймонид Мишне читать онлайн

Маймонид

работы, в которых рассказывается о положении дел в медицинской науке в средневековой Европе и мусульманскихстранах. Что касается этого периода и предшествовавшейему эпохи, мне во многом помогла моя собственная книга(Sh.B.Nuland, Doctors: The Biography of Medicine,New York:Knopf, 1988). Отдельного внимания заслуживают и работы, упомянутые в библиографии, прилагающейся к тоймоей работе. Дополнительные детали, касающиеся средневековой медицины, лучше всего искать в энциклопедическом труде Кастильони (Arturo Castiglioni, A History ofMedicine,New York: Knopf, 1947), а также вышедшей сравнительно недавно книге Портера (Roy Porter, The GreatestBenefit to Mankind: A Medical History of Humanity,New York:WW.Norton, 1997). Фред Рознер посвятил большую часть своей весьмаплодотворной карьеры изучению медицинских трудовМаймонида. Он написал немало книг, в которые включены переводы соответствующих текстов и его собственныекомментарии к ним. Любая из его работ достойна внимательного изучения, но прежде всего я хотел бы рекомендовать сборник его эссе «Медицинское наследие МошеМаймонида» (Fred Rosner, The Medical Legacy of MosesMaimonides,New York: Ktav, 1998). Кроме того, в XX в. вышло сразу несколько превосходных английских переводовдесяти медицинских трактатов Маймонида. Обратившиськ ним, я пришел к выводу, что для работы с ними вполнедостаточно вышеупомянутого труда Рознера. Его переводы не лучше и не хуже, чем работы его предшественников,однако их намного легче найти. В первой главе этой книги рассматриваются причины,по которым столь большое число евреев, начиная с эпохиклассицизма и заканчивая нашим временем, избирает длясебя именно медицинскую карьеру. Тексты, к которым я обращался в поисках ответа на этот вопрос, многочисленны,и я перечислю здесь лишь те, которые могут побудить читателя изучить эту тему более глубоко. Я рекомендую трудДавида Рудермана (David Ruderman, Jewish Thought andScientific Discovery in Early Modern Europe,New Haven: YaleUniverssity Press, 1995), в котором рассматривается влияние различных наук на еврейскую культуру с конца XVIдо конца XVIII в. Историки называют этот период «векомнаучных революций». Книгу, сопоставимую по своемунаучному значению с работой Рудермана, написал Эфрон(John M. Ephron, Medicine and the German Jews: A History,New Haven: Yale Universsity Press, 2001). Еще одно научноеиздание, посвященное данной теме, — это сборник работразличных авторов, вышедший под редакцией НаталииБергер(Jews and Medicine: Religion, Culture, Science,Philadelphia: Jewish Publication Society, 1995). Она собрала«блестящую команду» историков медицины и культуры,которые рассказали в своих работах о таких проблемах, каксвязь медицины с еврейским Законом, иудейской этикой иистория еврейских женщин в медицине. Книга Хейника — это работа обзорного характера, посвященная вкладу евреев в медицину. В этой книгепредставлены несколько биографий евреев-медиков (FrankHeynick, Jews and Medicine: An Epic Saga,New York: Ktav,2002). Книга Невина (Michael Nevin, The Jewish Doctor: ANarrative History,Northvale, N.J.: Jason Aronson, 1996) представляет собой новый выпуск из серии небольших и крайнепознавательных работ этого автора, посвященных этой жетеме. Кроме того, необходимо упомянуть перевод классического исследования, вышедшего в 1911 году и принадлежащего перу Преусса (Julius Preuss, Biblisch-TalmudischeMedicin,New York: Hebrew Publishing Company, 1978).Перевод сделан Фредом Рознером. Еще одно научное исследование, которое, по крайней мере в Америке, получилостатус классического, — это работа Фриденвальда (HarryFriedenwald, The Jews and Medicine,Baltimore: Johns HopkinsUniversity Press, 1944). Было бы излишне говорить, что большое количествоматериала, связанного с той или иной темой этой книги,можно найти не только в монографиях, но также в неисчислимых исследованиях и журнальных статьях, на изучение которых может уйти вся жизнь — как я понял, когдапопытался освоить хотя бы малую часть этого материала.Существует огромное количество книг, не упомянутых вданной библиографии, и многие из них я прочел, по крайней мере, отчасти. Однако именно тексты, упомянутыевыше, легли в основу этой книги. Можно заметить, что далеко не все из них являются «самыми свежими монографиями на избранную тему» и что некоторые из работ, сыгравших большую роль в изучении наследия Маймонида, невключены в этот список. Как бы то ни было, я хочу заверитьсвоих читателей, что все вышеперечисленные сочиненияявляются хорошим путеводителем для человека, которыйв XXI в. стремится узнать о Рамбаме. Примечания [1] Йона, 2:4. [2] Там же, 2:3. [3] По-английски: everyman. Здесь обыгрывается названиепопулярной серии книг: Everyman's Library (здесь и далееприм. пер.). [4] Minkin Jacob S., The Teachings of Maimonides, Northvale,1987. [5] Десять заповедей (см. Исх. 20:2-17; Втор. 5:7-21). [6] Втор. 30:19. [7] Очевидно, автор отсылает нас к Тосефта шабат, 16:14,где делается вывод о приоритете спасения человеческой жизни в случае смертельной опасности над исполнением любыхзаповедей, кроме трех перечисленных здесь. [8] Яд Хазака, или Мишне Тора («Могучая длань», или«Повторение Торы») — ѓалахический кодекс Маймонида, состоящий из 14 книг. [9] Шмона праким, 8. [10] Перевод с древнегреческого С.П. Кондратьева. [11] Цит. по: Кондратьев С.П. Клавдий Гален. О назначениичеловеческого тела. М, 1971. [12] Начало эпохи эллинизма в истории стран ВосточногоСредиземноморья датируют 323 годом до н.э. (смерть Александра Македонского), а окончание — 30 годом до н.э. (завоевание Римом птолемеевского Египта, последнего из Греко-Македонских царств). [13] Ѓалахический кодекс, составленный рабби ЙосефомКаро в XVI в. в Цфате и ставший одним из наиболее авторитетных источников в области еврейского закона. [14] Нахманид — рабби Моше бен Нахман (1194, Жерона -1270, Акко), законоучитель, экзегет, философ, каббалист, поэти врач. Знаменит участием в иудео-христианском диспуте сПабло Кристиани в Барселоне в 1263 году. Автор комментариев к Торе, книг Сефер га-викуах («Книга о диспуте»), Сеферга-геула («Книга об избавлении»). [15] Цадок, рабби — талмудический законоучитель первогопоколения таннаев, жил в Иерусалиме до разрушения Храма. [16] Авот, 4:5 [17] Гилель (конец I в. до н.э. - начало I в. н.э.) — один из наиболее значительных законоучителей эпохи Второго Храма,занимал должность главы Сангедрина. [18] Арабский период начинается с арабо-мусульманскихзавоеваний в VII в. В этот период все страны, расположенныемежду Персией и Испанией, попадают под власть мусульман. [19] Слово рав буквально означает «большой», «великий»,также «господин». Это слово, как и его форма рабби (букв. «мойгосподин») использовалась для обозначения законоучителей-таннаев и амораев, а также в качестве звания человека, получившего право возглавлять общину, заседать в суде (бейт-дине),преподавать в йешиве (то же, что раввин). [20] Шломо бен Адерет (1235-1310, Барселона) — комментатор Талмуда, авторитет в области Ѓалахи, ученик Нахманида,глава йешивы в Барселоне. Составил комментарий к Талмуду,автор многочисленных ѓалахические респонсов. В отличие отмногих ѓалахических авторитетов той эпохи, поощрял изучение трудов Маймонида. [21] Йедайя бен Авраѓам Бедерси (1270-1340, Прованс) —поэт, философ, автор комментария к «Канону» Авиценны, толкования к комментариям Аверроэса на «Физику» Аристотеля.Полемизировал со Шломо бен Адеретом по поводу запретаизучения философии в юношеском возрасте. [22] Йеѓошуа — Имеется в виду Йеѓошуа Бин-Нун (как второй после Моисея авторитет в области Закона) [23] Фердинанд и Изабелла (1452-1516, 1451-1504)—монархи,чей брак привел к объединению Арагона и Кастилии и образованию Испанского королевства. Первый период их правленияхарактеризовался терпимостью к евреям. Позже, в 1492 году,они принимают решение об изгнании евреев из Испании. [24] Бернар Клервоский (1091-1153) — монах-цистерцианец,богослов, мистик, общественный деятель, реформатор монашеской жизни, вдохновитель Второго крестового похода (1147 г.). [25] См. прим. 2 на с.19. [26] Billroth, Theodor, Uber das Lehren und Lernen der medizinischen Wissenschaften an den Universitaten der deutschenNation, nebst allgewmeinen Bemerkungen uber Universitaten.Wien, 1876. [27] Торстейн Бунде Веблен (1857-1929) — американскийэкономист, социолог, публицист, футуролог. [28] Veblen Thorstein. The Intellectual Pre-Eminence of Jews inModem Europe. Political Science Quarterly, vol. 34, N1 (Mar., 1919). [29] Тарфон, рабби—мудрец второго поколения таннаев, одиниз ведущих религиозных ученых города Явне. Его главнымоппонентом был рабби Акива, и Талмуд сохранил многочисленные ѓалахические диспуты между этими двумя учеными. [30] Авот, 2:16. [31] Перевод Н.Файнгольда. [32] Абу-ль Валид Мухаммад ибн Ахмад ибн Рушд (1126, Кордова, Испания - 12 декабря 1198, Марракеш, Марокко) — одиниз крупнейших средневековых арабских философов-рационалистов. В Западной Европе известен под латинизированнымименем Аверроэс. Переводил труды Аристотеля, также известен как автор астрономических и медицинских трудов. Донашего времени дошли главным образом латинские переводыего сочинений. [33] «Послания Рамбама», Кидуш ѓа-Шем. [34] Игерет ѓа-шмад. [35] Абд аль Муми?н, Абдул-Мумин (1101-1163) — первый аль-мохадский халиф, ученик Ибн Тумарта. Объединил под своейвластью большую часть Северной Африки и юг Пиренейскогополуострова. [36] Этот текст Маймонида известен из книги Сефер харедим, которую написал Эльазар Аскари из Цфата. [37] Стена Плача, или Западная стена—часть (длиной 485 м)стены вокруг Храмовой горы в Иерусалиме, уцелевшая послеразрушения Второго Храма римлянами в 70 году н.э. Одно изважнейших мест еврейского паломничества. [38] Притч. 13:20 [39] Яд хазака, Ѓилхот деот («Законы о нравах»), 6:1. [40] Биньямин Тудельский жил в XII в. Путевые записи, которые он сделал во время своего многолетнего путешествия,что началось в 1159 году и завершилось в 1172 или 1173 году,легли в основу его Сефер ѓа-масаот («Книги путешествий»). [41] См. с. 25. [42] Салах Ад-Дин, Саладин (1138-1193) — султан Египта иСирии, полководец, мусульманский вождь XII в. Основательдинастии Айюбидов, которая в период своего расцвета правила Египтом, Сирией, Ираком, Хиджазом и Йеменом. [43] Шмона праким, 4. [44] Шмона праким, 8. [45] Трактат Санѓедрин, 90а. [46] «Тринадцать принципов веры» были сформулированыРамбамом в его «Комментарии к Мишне», к 10-й главе трактата Санѓедрин. Приведенный здесь текст не принадлежитРамбаму и является позднейшим стихотворным переложением его «Принципов». [47] Цит. по: «Учитель поколений Рамбам». Иерусалим,«Амана», 1985. [48] Трактат Авот, 4:2. [49] Шмуэль ибн Тибон (1160-1230) — представитель второго поколения переводческой династии Тибонидов. Перевел наиврит «Путеводитель растерянных» и ряд других сочиненийМаймонида, составил собственный комментарий на книгуКоѓелет (Экклезиаст). [50] Игерет Тейман, перевод Н.Файнгольда (www.machanaim.org/philosof/rambam/teiman.htm). [51] Там же. [52] Быт. 37:35. [53] Абу Али Хусайн ибн Абдаллах ибн Сина (980-1037) —знаменитый персидский философ и врач, представитель восточного аристотелизма. Был придворным врачом саманидских и даилемитских султанов, некоторое время был визиремв Хамадане. Всего написал более 450 трудов в 29 областях науки, из которых до нас дошли только 274. В Европе известенпод латинизированным именем Авице?нна. [54] Во времена Маймонида гаоном, как правило, называлиглаву йешивы. [55] Цит. по: Айзенберг, Йеѓуда, Что такое Тора? Иерусалим, Шамир, 1989, с. 129-130. [56] Предисловие к Мишне Тора (в изложении автора). [57] Здесь кодекс — свод законов и установлений. [58] Респонс о принципах составления Мишне Тора (в изложении автора). [59] Цит. по: Айзенберг, Йеѓуда. Что такое Тора?, Иерусалим, Шамир, 1989, с. 129-130. [60] Здесь и далее, если не оговаривается особо, пер. М.Шнейдера. Приводится по изданию: Моше бен Маймон (Маймонид).Путеводитель растерянных. Мосты культуры/Гешарим, 2003. [61] «Путеводитель растерянных», ч. II, гл. XLVII. [62] «Путеводитель растерянных», ч. III, гл. 14. [63] Там же. [64] Шломо ибн Габироль, 1021—1055(?) — в Европе известенпод латинизированным именем Авицеброн. Автор множествастихотворений, а также философских трактатов «Источникжизни» и «Исправление качеств души». Представитель философии неоплатонизма. [65] Альберт Великий (1193, Швабия - 1280, Кельн) — философ, теолог, ученый. Видный представитель средневековойсхоластики, доминиканец, признан Католической церковьюУчителем церкви. [66] Фома Аквинский (1225-1274) — философ и теолог, систематизатор ортодоксальной схоластики, Учитель церкви, основатель томизма, член ордена доминиканцев; признан наиболееавторитетным католическим религиозным философом, который связал христианское вероучение (в частности, идеи св. Августина) с философией Аристотеля. [67] «Послание мудрецам города Марселя». [68] «Путеводитель растерянных», введение к первой части. [69] Хотя обычно эта история рассказывается именно так, более вероятно, что христианским королем, которому отказалсяслужить Маймонид, был Амори и что это событие произошло вскоре после того, как Маймонид приступил к врачебнойпрактике. Мусульманский биограф Аль-Куифти, близкий другИосефа бен Акнина, рассказывает об этом периоде жизниМаймонида следующее: «Многие изучали с ним науки древних, что было в последние годы фатимидского правления вЕгипте, и желали предоставить ему место врача; его хотелиотправить к королю франков в Ашкелон, ибо последний просил прислать ему врача, и выбор остановился на нем. Однако онотказался пойти на

mishnehtorah.filosoff.org

Мишне Тора - Кодекс Маймонида - 7 - Посвящение - Рабби Моше бен Маймон

Шестая книга кодекса Маймонида (Рамбама) Мишне Тора (седьмой том, выходящий в рамках проекта «Библиотека еврейских текстов») называется Гафлаа. Это понятие переведено на русский словом «Посвящение». Слово, выбранное Рамбамом для названия этой книги, происходит от глагола йафли, который встречается в Торе дважды (Ваикра, 27:2, и Бемидбар, 6:2): в первый раз в связи с обетом по оценке и во второй раз — в связи с обетом назорейства.

Грамматически оно связано с понятиями «удивление», «чудо». Этот глагол Раши, величайший из комментаторов Писания, объясняет как «отделит устами» (см. комм, к Ваикра, 27:2). В книге Гафлаа обсуждаются ситуации, когда собственного заявления достаточно для того, чтобы у человека появились дополнительные, не оговоренные Торой обязательства или запреты, или же для того, чтобы какие-либо принадлежащие ему предметы оказались посвященными — например, в жертву или на нужды Храма.

Рамбам выбрал термин с идеальной точностью, но полноценного ему аналога в русском языке нам найти не удалось. Поэтому пришлось остановиться на ближайшем по смыслу, хотя и не вполне точном, термине «посвящение» — имеется в виду дополнительная святость, возникающая в результате чьего-либо заявления или поступка. 

Рабби Моше бен Маймон - Рамабам - Маймонид - Мишне Тора - Кодекс Маймонида - 7 - Книга  "Посвящение"

 

Москва: Книжники; Лехаим; 2016.- 544 с.

Библиотека еврейских текстов. Начала мудрости

 

Мишне Тора (Кодекс Маймонида) ISBN 978-5-9953-0076-2

Том 7 - Книга "Посвящение" ISBN 978-5-9953-0442-5

 

Издание подготовлено Институтом перевода еврейских текстов

Перевод с иврита и комментарии Меира Левинова

 

Рабби Моше бен Маймон - Рамабам - Маймонид - Мишне Тора - Кодекс Маймонида - 7 - Книга  "Посвящение" - Содержание

 

Ш. Гендельман. Гафлаа: Книга о посвященном

Предисловие к русскому изданию

Рамбам. Мишне Тора. Книга "Посвящение"
  • Законы о клятвах
  • Законы об обетах
  • Законы о назорействе
  • Законы о посвящении стоимости и посвящении херемом

Приложения

Источники и исследования: краткий обзор .

Глоссарий

Алфавитный указатель имен

 

Рабби Моше бен Маймон - Рамабам - Маймонид - Мишне Тора - Кодекс Маймонида - 7 - Книга  "Посвящение" - Гафлаа: книга о посвящении

 

Книга «Посвящение» включает четыре раздела: законы о клятвах, законы об обетах, законы о назорействе и законы о посвящении стоимости и посвящении херемом.

 

Перевод книги «Посвящение» выполнен по изданию р. Шабтая Френкеля. Разночтения с изданием р. Йосефа Капаха отмечены там, где они отражаются на смысле написанного. Кроме того, в аналогичных ситуациях мы приводим и разночтения с традиционным Виленским изданием, в силу его особой популярности. Нумерация параграфов и ссылки на них указаны в соответствии с изданием р. Френкеля. Альтернативная нумерация, использующаяся в издании р. Капаха и производных от него изданиях (например, в недавнем однотомном издании Мишне Тора, опубликованном ешивой Ора ве-йешуа), приводится в тексте в круглых скобках. Переводы стихов Танаха даются по изданию Мосад Арав Кук под редакцией Д. Йосифона, за исключением тех случаев, когда контекст Рамбама требует иного понимания стиха. Издание снабжено глоссарием, кратким обзором и алфавитным указателем.

 

В примечаниях цитируется ряд талмудических источников, использованных Рамбамом, и пояснения к ним Раши. Возражения Раавада (р. Авраама бен Давида из Поскьера) приводятся практически полностью. Другие «оруженосцы Рамбама» (чаще всего Кесеф мишне, Лехем мишне, Магид мишне, Гагагот Маймонийот и некоторые другие) цитируются по мере необходимости. В некоторых случаях упоминаются и галахические решения Раавада, Рамбана, а также Шульхан арух, Рама, Мишна брура и др. Наши примечания в значительной мере опираются и на комментарии современных авторов, в первую очередь р. Й. Капаха и р. Н.-Э. Рабиновича (Яд пшута). Вместе с тем, за исключением отдельных случаев, мы не анализируем талмудические дискуссии по тем или иных вопросам Галахи и не излагаем полный набор точек зрения Талмуда и ранних законоведов (Ришоним), на которых Рамбам основывал свои решения. Даже когда такие сведения приводятся, их следует воспринимать лишь как более или менее достоверные догадки.

 

Следует отметить, что данный том, как и предыдущие тома настоящего издания, не содержит полного набора ссылок на современные галахические установления и ни в коем случае не может служить источником практической Галахи, принятой в наши дни. Вопрос о практической применимости в наше время законов, изложенных в этом томе, в принципе неоднозначен. Законы о посвящении по оценкам, разумеется, неисполнимы в отсутствие Храма. Но нет никаких формальных препятствий к тому, чтобы люди давали клятвы и приносили обеты, в том числе и обет назорейства, — правда, отсутствие Храма не дает возможности завершить назорейство согласно Галахе.

 

Некоторые значительные израильские раввины, такие как р. Давид-Йегуда-Арье-Лейб Коген, прозванный Назиром (1887-1972), даже соблюдали часть законов назорея. Несмотря на это, уже много веков раввинские суды делают все возможное, чтобы избежать ситуаций, которые требуют принесения клятвы. Приносить обеты и давать клятвы по личной инициативе галахические авторитеты категорически не рекомендуют ни в каких ситуациях, за исключением, может быть, обета поститься на следующий день, приносимого во время послеполуденной молитвы минха. Обычно еврей вспоминает об обетах и клятвах в канун Рош га-Шана и в начале Йом Кипура — только для того, чтобы разрешить, отменить и объявить недействительными даже те обеты, которые будут даны в будущем. Вместе с тем в связи со статусом того или иного обязательства или обещания в жизни иногда возникают крайне сложные и запутанные ситуации. В таких случаях требуется решение компетентного раввина.

 

Рабби Моше бен Маймон - Рамабам - Маймонид - Мишне Тора - Кодекс Маймонида - 7 - Книга  "Посвящение" - Законы о клятвах

 

Включают пять заповедей, одну предписывающую и четыре запрещающие. Вот они:

 

1.      Не клясться Именем Его ложно1

2.      Не произносить Имени Его понапрасну2

3.      Не отрицать, [что имущество] вручено на хранение3

4.      Не клясться, отрицая имущественный [долг]4

5.       Клясться Именем Его в истине5

 

  • 1 Нам запрещено нарушать «клятву речением уст», и об этом сказано: «И не клянитесь Именем Моим во лжи...» (Ваикра, 19:12). «Клятва речением уст» — это когда человек клянется о том, что мы в состоянии сделать или не сделать, и закон не препятствует тому, чтобы это было сделано или не сделано. Тогда мы обязаны выполнить то, о чем поклялись. Словами «И не клянитесь Именем Моим во лжи...» нам запрещено нарушать эту клятву. В трактате Швуот, 21а, говорят [мудрецы]: «Что такое ложная клятва? Это когда человек клянется о том, что обстояло противоположным образом». Там же мудрецы внесли уточнение: «...Ложная клятва — это когда человек клянется и делает противоположно своим словам». <... > И там же, в третьей главе трактата Швуот, и в трактате Тмура, 36, поясняется, что ложная клятва — это нарушение клятвы «речением уст».
  • 2 Нам запрещено давать напрасные клятвы, и об этом сказано: «Не произноси Имени Господа, Бога твоего, попусту...» {Шмот, 20:7). Это происходит, когда человек клянется в чем-то, что противоречит очевидным фактам, или говорит о чем-то невозможном как о реальном факте, или клянется, что нарушит какую-либо заповедь Торы. Клятва называется напрасной и тогда, когда человек клянется по поводу общеизвестного факта, который никем в мире не опровергается и не оспаривается. Например, клянется Именем Всевышнего, что всякий, у кого перерезано горло, умрет. Во всех этих случаях человек произносит Имя Всевышнего впустую. А по выражению Мишны: «Поклялся против того, что человеку известно, — сказал о каменной колонне, что она золотая».
  • 3 Нам запрещено отрицать, что мы кому-то должны, и [отрицать, что что-то] вручено нам на хранение, и об этом сказано: «...И не отрицайте» (Ваикра, 19:11). И поясняется (ВТ, Сангедрин, 86а), что Писание в этом стихе говорит об имуществе.
  • 4 Нам запрещена ложная клятва, чтобы отрицать возложенный на нас долг, и об этом сказано: «...И не обманывайте друг друга» (Ваикра, 19:11)- Например, если кто-то, кому отдали на хранение вещи, отрицает этот факт, он нарушает слова Торы «не отрицайте» (там же). Если же преступник подкрепил свои слова ложной клятвой, то он нарушил запрет «не обманывайте». <... > Законы этой заповеди изложены в пятой главе трактата Швуот. Там же объясняется, что человек, дающий ложную клятву, отрицая имущественный долг, преступает сразу два запрета — «...Не клянитесь Именем Моим во лжи...» (там же, 19:12) и «...Не обманывайте друг друга» (там же, 19:11).
  • 5 Нам заповедано клясться Именем Всевышнего, когда требуется что-либо подтвердить или опровергнуть, потому что это добавляет величия и чести Его Имени. Об этом сказано: «...И Именем Его клянись» (Дварим, 10:20). Мудрецы (ВТ, Швуот, 356) ясно сказали: «Тора говорит: "Именем Его клянись", и она же в другом месте говорит: "Не клянись"». Иными словами, так же как ненужная клятва возбраняется [Торой] в форме запрета, клятва в момент необходимости предписывается. Поэтому запрещено клясться любыми созданиями, например ангелами и небесными светилами, разрешено это только в том случае, если подразумевается Всевышний, Имя которого опущено в клятве, например, когда человек говорит, что клянется «истинностью солнца», имея в виду Бога, создавшего солнце (см. Законы о клятвах, 12:3). Именно в этом смысле наш народ клянется именем Моше, так как всякому известно, что подразумевается «Бог Моше» или «Тот, Кто послал Моше». Если же дающий клятву подразумевает не [Бога], а какое-либо из Его созданий, придавая этому созданию отдельную истинность существования, он преступает запрет присоединять к Богу другую сувдность. Традиция об этом гласит: «Всякий, кто присоединяет к Богу другую сущность, будет выкорчеван из мира» (ВТ, Сукка, 456; Сангедрин, 63а; см. Законы о клятвах, па). Именно это подразумевает стих «и Именем Его клянись» — лишь Ему приличествует Истина, которой достойно клясться.

 

esxatos.com