Книга: Макиавелли Н. «Государь». Макиавелли книга государь


Николо Макиавелли и его труд "Государь"

Николо родился рядом с городом-государством Флоренция, Италия, в 1469 году. Макиавелли жил в беспокойную эпоху, когда Римский папа мог обладать целой армией, а богатые города-государства Италии попадали один за другим под власть иностранных государств ― Франции, Испании и Священной Римской империи. Это было время постоянных перемен союзов, наёмников, переходивших на сторону противника без предупреждения, когда власть, просуществовав несколько недель, рушилась и сменялась новой. Возможно, наиболее значительным событием в череде этих беспорядочных переворотов было падение Рима в 1527 году. Богатые города, вроде Флоренции и Генуи, перенесли примерно то же, что и Рим 12 столетий назад, когда он был сожжён германской армией. В 1494 году Флоренция восстановила Республику и изгнала семью Медичи, правителей города в течение почти 60 лет. 4 года спустя Макиавелли появился на государственной службе, как секретарь и посол (в 1498 году). Макиавелли был включён в Совет, ответственный за дипломатические переговоры и военные дела. Между 1499 и 1512 годами он предпринял множество дипломатических миссий ко двору Людовика XII во Франции, Фердинанда II, и к Папскому двору в Риме. С 1502 до 1503 он был свидетелем эффективных градоустроительных методов солдата-церковника

Чезаре Борджиа, чрезвычайно способного военачальника и государственного деятеля, целью которого в то время было расширение его владений в центральной Италии. В 1503—1506 гг. Макиавелли был ответственен за флорентийскую милицию, включая защиту города. Макиавелли оказался в опале и в 1513 году был обвинен в заговоре и арестован. Несмотря ни на что, он отвергал свою причастность и был в конечном счете освобожден. Он удалился в свое поместье в Sant'Andrea в Percussina около Флоренции и начал писать трактаты, которые и обеспечили ему место в истории политической философии.

В своей работе «Государь» Никколо Макиавелли рассматривает правление главы государства с единовластной формой правления. В начале книги он классифицирует виды государства и разделяет их на два типа: республики и государства, управляемые единовластно. Способы приобретения государства он делит на наследственное либо новое (приобретенное «...либо своим, либо чужим оружием, либо милостью судьбы, либо доблестью» ). Макиавелли считает, что наследному государю легче удержать власть, потому что его подданные успели привыкнуть правящему дому; даже если он утратит власть, ему легче будет отвоевать ее обратно. Государю, правящему в смешанном государстве (если наследный царь присоединяет к своему государству новое владение) сложно удержать власть. Причиной этому он называет естественное явление, когда люди считают, что новый правитель будет лучше старого, но после смены власти все же убеждаются, что старый правитель был лучше нового, что вызывает перевороты в стране. Что касается присоединенных земель со схожим языком культурой: для правителя такого государства Макиавелли дает совет: во избежание переворотов во вновь присоединенной части государства следует полностью уничтожить род прежнего государя, а также сохранить все прежние налоги и законы — тогда завоеванные земли легко присоединятся к старым. Присоединение государства с чужой культурой Макиавелли считает сложным делом и дает такие советы для государя: либо переселиться самому во вновь завоеванные земли, либо основать там несколько колоний. Макиавелли также рассматривает государства с точки зрения того, существует ли какая-либо знать в государстве или нет. Здесь он сравнивает Францию, в которой существует знать, на привилегии которой король безнаказанно посягнуть не может, и Турцию, про которую он говорит так: «Турецкая монархия повинуется одному властелину; все прочие в государстве - его слуги; страна поделена на округи — санджаки, куда султан назначает наместников, которых меняет и переставляет, как ему вздумается». Таким образом Турцию сложно завоевать и легко удержать, потому что завоеватель встретит единогласный отпор населения и вынужден рассчитывать скорее на свои силы, чем на какие-либо внутренние раздоры. Во Франции же все наоборот — существует возможность вступить в сговор с кем-либо из знати, кто может помочь открыть завоевателю доступ в страну. Это имеет и обратную сторону, потому что потом появляется опасность со стороны союзников и покоренных силой. Далее Макиавелли говорит, что основой власти в государстве являются хорошие законы и хорошее войско. Он выделяет три вида войск: собственные, союзнические либо наемные. Макиавелли категорически против защиты страны союзническими или наемными войсками; он считает, что такие войска не способны защитить государство от решительных атак, а в мирное время способствуют разорению государства. Он приводит множество примеров, которые доказывают, что использование наемных войск идет во вред государству: «Рим и Спарта много веков простояли вооруженные и свободные. Швейцарцылучше всех вооружены и более всех свободны. В древности наемников призывал Карфаген, каковой чуть не был ими захвачен после окончания первой войны с Римом, хотя карфагеняне поставили во главе войска своих же граждан. После смерти Эпаминонда фиванцы пригласили Филиппа Македонского возглавить их войско, и тот, вернувшись победителем, отнял у Фив свободу. Миланцы по смерти герцога Филиппа призвали на службу Франческо Сфорца, и тот, разбив венецианцев при Караваджо, соединился с неприятелем против миланцев, своих хозяев. Сфорца, его отец, состоя на службе у Джованны, королевы Неаполитанской, внезапно оставил ее безоружной, так что спасая королевство, она бросилась искать заступничества у короля Арагонского».

Союзнические войска он также называет бесполезными и говорит про них: «пусть союзническое войско призывает тот, кто не дорожит победой, ибо оно куда опасней наемного. Союзническое войско -- это верная гибель тому, кто его призывает: оно действует как один человек и безраздельно повинуется своему государю; наемному же войску после победы нужно и больше времени, и более удобные обстоятельства, чтобы тебе повредить; в нем меньше единства, оно собрано и оплачиваемо тобой, и тот, кого ты поставил во главе его, не может сразу войти в такую силу, чтобы стать для тебя опасным соперником. Короче говоря, в наемном войске опаснее нерадивость, в союзническом войске — доблесть». Макиавелли доказывает, что собственное войско — лучший вариант, а государство, опирающееся на наемные и союзнические войска непрочно. Макиавелли считает, что военное дело — главная обязанность государя, которую он не может ни на кого переложить; в мирное время нужно проводить учения в войсках, заниматься тактикой и стратегией. Главным для государя Макиавелли считает умение действовать по обстоятельствам, трезво оценивать жизненные реалии.

Он считает, что лучше быть скупым царем чем щедрым, потому что бережливость позволит провести военные кампании без введения дополнительных налогов, щедрость нужна лишь на пути к власти. Если власть уже достигнута, то бережливость царя со временем приведет к лучшим результатам. Так же он считает, что лучше быть жестоким чем милосердным - «государь, если он желает удержать в повиновении подданных, не должен считаться с обвинениями в жестокости. Учинив несколько расправ, он проявит больше милосердия, чем те, кто по избытку его потворствует беспорядку. Ибо от беспорядка, который порождает грабежи и убийства, страдает все население, тогда как от кар, налагаемых государем, страдают лишь отдельные лица». «...из всех зверей пусть государь уподобится двум: льву и лисе. Лев боится капканов, а лиса -- волков, следовательно, надо быть подобным лисе, чтобы уметь обойти капканы, и льву, чтобы отпугнуть волков. Тот, кто всегда подобен льву, может не заметить капкана».

Это высказывание относится к тому, как государь должен держать свое слово. Не следует сдерживать свое обещание, если это вредит интересам государства или если исчезли причины, побудившие его дать. Государь должен позаботиться о том, чтобы не вызвать в своих подданных ненависть или презрение. « Решение государя касательно частных дел подданных должны быть бесповоротными, и мнение о нем должно быть таково, чтобы никому не могло прийти в голову, что можно обмануть или перехитрить государя» - пишет Макиавелли. Конец книги посвящен разбору примеров когда государи Италии лишались своих государств и почему это произошло, а так же прогнозу на будущее.

Вывод

Макиавелли понимает, что, будучи государем, человек не имеет права быть романтиком; он должен трезво оценивать ситуацию в своей стране и поступать так, как диктуют ему обстоятельства. Конечно, многие из его советов неприменимы в современном мире, и тем не менее своим трудом он внес большой вклад в политологию. «Государь» - хороший практический труд, он обобщает опыт прошедших веков и современных ему политических событий и на основе этого делает оригинальные выводы и полезные рекомендации. Одновременно, Макиавелли пытается объяснить, почему в жизни государства происходят те или иные явления. Огромная заслуга этого труда в отделении политической жизни государства от религиозной. Впервые политика была описана как автономаня дисциплина.

mirznanii.com

Книга: Макиавелли Н.. Государь

Макиавелли Н.

Никко́ло Макиаве́лли (в оригинале: Никколо́ Макьяве́лли; итал. Niccolò Machiavelli; 3 мая 1469, Флоренция — 21 июня 1527, там же) — итальянский мыслитель, писатель, политический деятель (занимал во Флоренции пост государственного секретаря).

Надгробие Никколо Макиавелли

Выступал сторонником сильной государственной власти, допуская в случае необходимости использование любых средств для её укрепления («Государь», опубликован в 1532 году). Автор военно-теоретических трудов. Типичный представитель гуманизма — светского мировоззрения эпохи Возрождения.

Автор идеи о всеобщей воинской обязанности (в трактате «О военном искусстве» призывал к переходу от наёмной к набираемой по призыву из граждан государства армии).

В работах «Государь» («Князь») и «Рассуждения на первую декаду Тита Ливия» Макиавелли рассматривает государство как политическое состояние общества: отношение властвующих и подвластных, наличие соответствующим образом устроенной, организованной политической власти, учреждений, законов. Макиавелли называет политику «опытной наукой», которая разъясняет прошлое, руководит настоящим и способна прогнозировать будущее.

Исторически Макиавелли принято изображать тонким циником, считающим, что в основе политического поведения лежат выгода и сила, и что в политике следует опираться на силу, а не на мораль, которой можно и пренебречь при наличии благой цели. Впрочем, такие представления скорее следует отнести к исторически сформировавшемуся имиджу Макиавелли, чем к объективной реальности. Возможно, на упомянутый имидж повлиял прямой, честный подход, способность Макиавелли называть вещи своими именами, а также восприятие современников, рассматривавших его труды через призму собственных религиозных, идеалистических представлений, и приближающиеся эпохи сентиментализма и романтизма.

Существуют два способа действия для достижения целей: путь закона и путь насилия.

Первый способ — способ человеческий, второй — диких животных.

Государи должны уметь пользоваться обоими способами. Философский имморализм Макиавелли оправдывает это тем, что не будет же сам народ поступать лишь благодатно, а значит и направляющий их государь - принцип (в терминологии самого автора) для укрепления своей власти должен быть готов к адекватному ответу.

Труды Макиавелли считают освобождающими политику от принципов морали, хотя скорее он предстает бесстрастным советником вождей общества.

Благодаря упомянутому представлению, именем Макиавелли («макиавеллизм») называется политика, основанная на культе грубой силы, пренебрежении нормами морали.

Самоуверенность, смелость и гибкость — вот от чего зависит успех политики, по мнению некоторых читателей Макиавелли.

При рассмотрении форм правления он отдает предпочтение республике, а не монархии.

Единовластие необходимо при создании и реформировании государств, а республиканское правление является лучшим для поддержания государственной власти. Однако сложность его достижения предопределяет необходимость «сильной руки» — того самого принципа, который должен во что бы то ни стало направить государство к республике пусть даже аморальными методами, с болью перешагивая через собственную мораль, отдав затем всю свою власть в руки народа. И в этом коренится основная проблема Флоренции и всего мира: где же найти столь благородного мужа?!

Рассматривая политику применительно к конкретному обществу, Макиавелли отмечает большое влияние на неё борьбы противоположных классов: простого народа и элиты, имущих и неимущих.

Из соотношения борющихся в обществе сил он выводит и конкретные формы государства.

Он предпочитает умеренную республику или «смешанную форму государства», в которой сочетаются демократический, аристократический и монархический элементы власти.

Биография

Никколо Макиавелли родился в деревне Сан Кашано рядом с городом-государством Флоренция, Италия, в 1469 году, и был вторым сыном Бернардо ди Николо Макиавелли (1426—1500), адвоката, и Бартоломмеа ди Стефано Нели. Его образование дало ему полное знание латинской и итальянской классики. Макиавелли родился в шумную эру, в которую Римский папа мог вести армии, и богатые города — государства Италии падали один за другим в руки иностранной Франции, Испании и Священной Римской империи. Это было время постоянной перемены союзов, наёмников, переходивших на сторону соперников без предупреждения, когда власть, просуществовав несколько недель, рушилась и сменялась новой. Возможно, наиболее значительным событием в течение этого беспорядочного переворота было падение Рима в 1527 году. Богатые города, типа Флоренции и Генуи, перенесли примерно то же, что и Рим 12 столетий назад, когда он был сожжён германской армией.

В 1494 году Флоренция восстановила Республику и изгнала семью Медичи, правителей города в течение почти 60 лет. Макиавелли появился на государственной службе, как секретарь и посол в 1498 году.

Маккиавелли был помещён в Совет, ответственный за дипломатические переговоры и военные дела. Между 1499 и 1512 годами он предпринял множество дипломатических миссий ко двору Людовика XII во Франции, Фердинанда II, и к Папскому двору в Риме. С 1502 до 1503 он был свидетелем эффективных градоустроительных методов солдата-церковника Чезаре Борджиа, чрезвычайно способного военачальника и государственного деятеля, целью которого в то время было расширение его владений в центральной Италии. Главными его орудиями были смелость, благоразумие, уверенность в своих силах, твердость, а подчас и жестокость.

В 1503—1506 гг. Макиавелли был ответственен за флорентийскую милицию, включая защиту города. Он не доверял наемникам (позиция, разъясненная подробно в «Рассуждениях о первой декаде Тита Ливия» и в «Государе») и предпочитал ополчение, сформированное из граждан. В августе 1512 после запутанного ряда сражений, соглашений и союзов Медичи с помощью Папы римского Юлия II восстановили власть во Флоренции и республика была отменена. Об умонастроении Макиавелли в последние годы службы свидетельствуют его письма, в частности, Франческо Веттори.

Макиавелли оказался в опале и в 1513 году был обвинен в заговоре и арестован. Несмотря ни на что, он отвергал свою причастность и был, в конечном счете, освобожден. Он удалился в свое поместье в Sant'Andrea в Percussina около Флоренции и начал писать трактаты, которые и обеспечили ему место в истории политической философии. Макиавелли умер в Сан-Кашано, в нескольких километрах от Флоренции, в 1527. Местонахождение его могилы неизвестно; однако кенотаф в его честь находится в Церкви Санта-Кроче во Флоренции.

Философия

  • Рационализм — метод, согласно которому основой познания и действия людей является разум.

·*Метафизик[1][2][3]

  • Антропологический минимализм (в противоположность антропоцентризму) — убеждение в слабости и несовершенстве человеческой природы
  • Политический имморализм-отрицание морали в политике.

или, другая интерпретации этого понятия

  • Политический имморализм- названный вскоре после его смерти макиавеллизмом и охарактеризованный самим Макиавелли в его знаменитой фразе «Цель оправдывает средства».

Политическая технология

  • Учреждение колоний (своих людей) — метод турецкого султана
  • Опора на оппозицию внутри стана врагов — метод римлян, опиравшихся на этолийцев при захвате Греции
  • Избегать ненависти и презрения, которые сгубили римских императоров. Ненависть вызывается посягательством на имущество и женщин своих сторонников. Презрение вызывается бедностью, нерешительностью, малодушием, непостоянством
  • Дела непопулярные возлагать на других, а популярные делать самим
  • Искусно создавать врагов
  • Привлекать одарённых людей
  • Развлекать народ зрелищами
  • Участвовать в собраниях, на которые разделен народ
  • Решительное и своевременное подавление недовольства
    • Кто захватит город, с давних пор пользующийся свободой, и пощадит его, того город не пощадит
    • «Все вооружённые пророки побеждали, а безоружные гибли»
  • Факторы власти: собственные сторонники, народ, знать, чужеземцы
  • Качества государя — сдержанность, осмотрительность и милость
  • Добродетели государя: милосердие, верность, человечность, прямодушие и благочестие
  • Государь должен творить добро, насколько это возможно, и зло — насколько это необходимо
  • Постоянность в требованиях.

Цитаты

  • Войны нельзя избежать, можно лишь оттянуть ее — к выгоде противника
  • Кто меньше полагался на милость судьбы, тот дольше удерживался у власти
  • Обиды нужно наносить разом: чем меньше их распробуют, тем меньше от них вреда; благодеяния же полезно оказывать мало-помалу, чтобы их распробовали как можно лучше
  • Нельзя верить тому, что видишь в спокойное время
  • Расстояние между тем, как люди живут и как должны бы жить, столь велико, что тот, кто отвергает действительное ради должного, действует скорее во вред себе, нежели на благо, так как, желая исповедовать добро во всех случаях жизни, он неминуемо погибнет, сталкиваясь с множеством людей, чуждых добру
  • Люди всегда дурны, пока их не принудит к добру необходимость
  • Та война справедлива, которая необходима, и то оружие священно, на которое единственная надежда
  • Бог не все исполняет сам, дабы не лишить нас свободной воли и причитающейся нам части славы
  • люди не умеют быть ни достойно преступными, ни совершенно хорошими: злодейство обладает известным величием или является в какой-то мере проявлением широты души, до которой они не в состоянии подняться
  • Людей следует либо ласкать либо изничтожать - поскольку человек за меньшее зло может отомстить, а за большее не может
  • Скрой то что говоришь сам, узнай то, что говорят другие и станешь подлинным князем
  • Каждый видит, каким ты кажешься, но мало кто чувствует, каков ты есть
  • Народ, привыкший жить под властью государя и благодаря случаю ставший свободным, с трудом сохраняет свободу
  • Чтобы узнать, что должно случиться, достаточно проследить, что было… Это происходит от того, что все человеческие дела делаются людьми, которые имели и всегда будут иметь одни и те же страсти и поэтому неизбежно будут должны давать одни и те же результаты
  • Не верь, когда какой-то лицедей.Кричит, что жизнь ему отрада, дескать.Отраднее чем жить среди людей,Со свиньями в хлеву помои трескать.
  • Не золото, как провозглашает всеобщее мнение, а хорошие солдаты суть пружина войны, ибо за золото не всегда найдёшь добрых солдат, а хорошие солдаты всегда достанут золото.
  • Смотри своей судьбе в лицо, сторонись зла, но коли не можешь его избежать сноси ожидающую тебя расплату как мужчина, не падай духом, не расслабляйся, как женщина.
  • ..и все- таки я полагаю, что натиск лучше, чем осторожность, ведь фортуна - женщина, и чтобы с ней сладить, ее надо бить и пинать, таким она поддается скорее, чем тем, кто вяло берется за дело. И как женщина она - подруга молодых, ибо они менее осмотрительны, более отважны и с большей дерзостью ее укрощают.
  • Я уподобил бы судьбу бурной реке, которая, разбушевавшись, затопляет берега, валит

деревья, крушит жилища, вымывает и намывает землю: все бегут от нее прочь,все отступают перед ее напором, бессильные его сдержать. Но хотя бы и так,-разве это мешает людям принять меры предосторожности в спокойное время, то есть возвести заграждения и плотины так, чтобы, выйдя из берегов, река либо устремилась в каналы, либо остановила свой безудержный и опасный бег?

  • Ибо умы бывают трех родов: один все постигает сам; другой может понять то, что постиг первый; третий -- сам ничего не постигает и постигнутого другим понять не может. Первый ум -- выдающийся, второй -- значительный,третий -- негодный.

Сочинения

Библиография

Ссылки

Примечания

  1. ↑ http://magazines.russ.ru/vestnik/2001/2/mak.html
  2. ↑ Государь/Пер. с итальянского. — М.: Эксмо; СПб.: Мидгард. 2006 (Гиганты мысли)
  3. ↑ Государь: Сочинения исторические и политические. Сочинения художественные: Сборник/Н. Макиавелли; пер. с итал. Г. Муравьёвой, Н. Томашевского, Е. Солоновича и др. — М.: Эксмо, 2008

Источник: Макиавелли Н.

dic.academic.ru

Государь (Макиавелли) - это... Что такое Государь (Макиавелли)?

Государь (итал. Il Principe; также часто встречается более близкий к оригиналу, но менее точный по смыслу перевод «Князь») — трактат флорентийского мыслителя и государственного деятеля Никколо Макиавелли, в котором описываются методология захвата власти, методы правления и умения, необходимые для идеального правителя. Первоначально книга носила название: De Principatibus (О княжествах).

Трактат был написан около 1513 года, но опубликован лишь в 1532 году, через пять лет после смерти Макиавелли. Книга являлась фундаментальным трудом своего времени по систематизации сведений о государстве и его правлении. Материалы не устарели до сих пор: принципы, описанные в книге, актуальны и в современной геополитике. В первую очередь книга содержит описание принципов прихода к власти и удержания монархии и республики. Никколо Макиавелли описывает такие варианты прихода к власти, как удача (умелое использование стечений обстоятельств), доблесть, подлость или преступление, а также выбор решение групп населения (народа или элиты).

Содержание книги:

  • Вступление
  • Глава I. Скольких видов бывают государства и как они приобретаются.
  • Глава II. О наследственном единовластии.
  • Глава III. О смешанных государствах.
  • Глава IV. Почему царство Дария, завоеванное Александром, не восстало против преемников Александра после его смерти.
  • Глава V. Как управлять городами или государствами, которые, до того как были завоеваны, жили по своим законам.
  • Глава VI. О новых государствах, приобретаемых собственным оружием или доблестью.
  • Глава VII. О новых государствах, приобретаемых чужим оружием или милостью судьбы.
  • Глава VIII. О тех, кто приобретает власть злодеяниями.
  • Глава IX. О гражданском единовластии.
  • Глава X. Как следует измерять силы всех государств.
  • Глава XI. О церковных государствах.
  • Глава XII. О том, сколько бывает видов войск, и о наемных солдатах.
  • Глава XIII. О войсках союзнических, смешанных и собственных.
  • Глава XIV. Как государь должен поступать касательно военного дела.
  • Глава XV. О том, за что людей, в особенности государей, восхваляют или порицают.
  • Глава XVI. О щедрости и бережливости.
  • Глава XVII. О жестокости и милосердии и о том, что лучше: внушать любовь или страх.
  • Глава XVIII. О том, как государи должны держать слово.
  • Глава XIX. О том, каким образом избежать ненависти и презрения.
  • Глава XX. О том, полезны ли крепости, и многое другое, что постоянно применяют государи.
  • Глава XXI. Как надлежит поступать государю, чтобы его почитали.
  • Глава XXII. О советниках государей.
  • Глава XXIII. Как избежать льстецов.
  • Глава XXIV. Почему государи Италии лишились своих государств.
  • Глава XXV. Какова власть судьбы над делами людей и как можно ей противостоять.
  • Глава XXVI. Призыв овладеть Италией и освободить ее из рук варваров.

Интересные факты

В компьютерной игре Assassin's Creed: Brotherhood, беседуя с новым наставником ассасинов, Эцио Аудиторе, Макиавелли говорит:"Когда-нибудь я напишу о тебе книгу", в ответ на что получает ответ: "Пусть она будет короткой". Любопытно также отметить, что антагонистом в Brotherhood является исторически реальный прототип Государя Макиавелли - Чезаре Борджиа.

Ссылки

См. также

dal.academic.ru

Государь (Макиавелли), содержание книги

НазваниеГосударь
Оригинал названияIl Principe
АвторНикколо Макиавелли
Жанрполитический трактат
Языкитальянский
Оригинал выпуска1532

Госуда́рь (Il Principe; также часто встречается более близкий к оригиналу, но менее точный по смыслу перевод «Князь») — трактат флорентийского мыслителя и государственного деятеля Никколо Макиавелли, в котором описываются методология захвата власти, методы правления и умения, необходимые для идеального правителя. Первоначально книга носила название: De Principatibus (О княжествах).

Трактат был написан около 1513 года, но опубликован лишь в 1532 году, через пять лет после смерти Макиавелли. Книга являлась фундаментальным трудом своего времени по систематизации сведений о государстве и его правлении. Материалы не устарели до сих пор: принципы, описанные в книге, актуальны и в современной геополитике. В первую очередь книга содержит описание принципов прихода к власти и удержания монархии и республики. Никколо Макиавелли описывает такие варианты прихода к власти, как удача (умелое использование стечений обстоятельств), доблесть, подлость или преступление, а также выбор решением групп населения (народа или элиты).

Содержание книги

  • Вступление
  • Глава I. Скольких видов бывают государства и как они приобретаются.
  • Глава II. О наследственном единовластии.
  • Глава III. О смешанных государствах.
  • Глава IV. Почему царство Дария, завоеванное Александром, не восстало против преемников Александра после его смерти.
  • Глава V. Как управлять городами или государствами, которые, до того как были завоеваны, жили по своим законам.
  • Глава VI. О новых государствах, приобретаемых собственным оружием или доблестью.
  • Глава VII. О новых государствах, приобретаемых чужим оружием или милостью судьбы.
  • Глава VIII. О тех, кто приобретает власть злодеяниями.
  • Глава IX. О гражданском единовластии.
  • Глава X. Как следует измерять силы всех государств.
  • Глава XI. О церковных государствах.
  • Глава XII. О том, сколько бывает видов войск, и о наемных солдатах.
  • Глава XIII. О войсках союзнических, смешанных и собственных.
  • Глава XIV. Как государь должен поступать касательно военного дела.
  • Глава XV. О том, за что людей, в особенности государей, восхваляют или порицают.
  • Глава XVI. О щедрости и бережливости.
  • Глава XVII. О жестокости и милосердии и о том, что лучше: внушать любовь или страх.
  • Глава XVIII. О том, как государи должны держать слово.
  • Глава XIX. О том, каким образом избежать ненависти и презрения.
  • Глава XX. О том, полезны ли крепости, и многое другое, что постоянно применяют государи.
  • Глава XXI. Как надлежит поступать государю, чтобы его почитали.
  • Глава XXII. О советниках государей.
  • Глава XXIII. Как избежать льстецов.
  • Глава XXIV. Почему государи Италии лишились своих государств.
  • Глава XXV. Какова власть судьбы над делами людей и как можно ей противостоять.
  • Глава XXVI. Призыв овладеть Италией и освободить ее из рук варваров.
НазваниеГосударь
АвторНикколо Макиавелли
ЖанрПолитология
Носителькнига

 

Другие популярные книги

Комментарии

www.cultin.ru

Книга: Макиавелли Н.. Государь

Макиавелли Н.

Никко́ло Макиаве́лли (в оригинале: Никколо́ Макьяве́лли; итал. Niccolò Machiavelli; 3 мая 1469, Флоренция — 21 июня 1527, там же) — итальянский мыслитель, писатель, политический деятель (занимал во Флоренции пост государственного секретаря).

Надгробие Никколо Макиавелли

Выступал сторонником сильной государственной власти, допуская в случае необходимости использование любых средств для её укрепления («Государь», опубликован в 1532 году). Автор военно-теоретических трудов. Типичный представитель гуманизма — светского мировоззрения эпохи Возрождения.

Автор идеи о всеобщей воинской обязанности (в трактате «О военном искусстве» призывал к переходу от наёмной к набираемой по призыву из граждан государства армии).

В работах «Государь» («Князь») и «Рассуждения на первую декаду Тита Ливия» Макиавелли рассматривает государство как политическое состояние общества: отношение властвующих и подвластных, наличие соответствующим образом устроенной, организованной политической власти, учреждений, законов. Макиавелли называет политику «опытной наукой», которая разъясняет прошлое, руководит настоящим и способна прогнозировать будущее.

Исторически Макиавелли принято изображать тонким циником, считающим, что в основе политического поведения лежат выгода и сила, и что в политике следует опираться на силу, а не на мораль, которой можно и пренебречь при наличии благой цели. Впрочем, такие представления скорее следует отнести к исторически сформировавшемуся имиджу Макиавелли, чем к объективной реальности. Возможно, на упомянутый имидж повлиял прямой, честный подход, способность Макиавелли называть вещи своими именами, а также восприятие современников, рассматривавших его труды через призму собственных религиозных, идеалистических представлений, и приближающиеся эпохи сентиментализма и романтизма.

Существуют два способа действия для достижения целей: путь закона и путь насилия.

Первый способ — способ человеческий, второй — диких животных.

Государи должны уметь пользоваться обоими способами. Философский имморализм Макиавелли оправдывает это тем, что не будет же сам народ поступать лишь благодатно, а значит и направляющий их государь - принцип (в терминологии самого автора) для укрепления своей власти должен быть готов к адекватному ответу.

Труды Макиавелли считают освобождающими политику от принципов морали, хотя скорее он предстает бесстрастным советником вождей общества.

Благодаря упомянутому представлению, именем Макиавелли («макиавеллизм») называется политика, основанная на культе грубой силы, пренебрежении нормами морали.

Самоуверенность, смелость и гибкость — вот от чего зависит успех политики, по мнению некоторых читателей Макиавелли.

При рассмотрении форм правления он отдает предпочтение республике, а не монархии.

Единовластие необходимо при создании и реформировании государств, а республиканское правление является лучшим для поддержания государственной власти. Однако сложность его достижения предопределяет необходимость «сильной руки» — того самого принципа, который должен во что бы то ни стало направить государство к республике пусть даже аморальными методами, с болью перешагивая через собственную мораль, отдав затем всю свою власть в руки народа. И в этом коренится основная проблема Флоренции и всего мира: где же найти столь благородного мужа?!

Рассматривая политику применительно к конкретному обществу, Макиавелли отмечает большое влияние на неё борьбы противоположных классов: простого народа и элиты, имущих и неимущих.

Из соотношения борющихся в обществе сил он выводит и конкретные формы государства.

Он предпочитает умеренную республику или «смешанную форму государства», в которой сочетаются демократический, аристократический и монархический элементы власти.

Биография

Никколо Макиавелли родился в деревне Сан Кашано рядом с городом-государством Флоренция, Италия, в 1469 году, и был вторым сыном Бернардо ди Николо Макиавелли (1426—1500), адвоката, и Бартоломмеа ди Стефано Нели. Его образование дало ему полное знание латинской и итальянской классики. Макиавелли родился в шумную эру, в которую Римский папа мог вести армии, и богатые города — государства Италии падали один за другим в руки иностранной Франции, Испании и Священной Римской империи. Это было время постоянной перемены союзов, наёмников, переходивших на сторону соперников без предупреждения, когда власть, просуществовав несколько недель, рушилась и сменялась новой. Возможно, наиболее значительным событием в течение этого беспорядочного переворота было падение Рима в 1527 году. Богатые города, типа Флоренции и Генуи, перенесли примерно то же, что и Рим 12 столетий назад, когда он был сожжён германской армией.

В 1494 году Флоренция восстановила Республику и изгнала семью Медичи, правителей города в течение почти 60 лет. Макиавелли появился на государственной службе, как секретарь и посол в 1498 году.

Маккиавелли был помещён в Совет, ответственный за дипломатические переговоры и военные дела. Между 1499 и 1512 годами он предпринял множество дипломатических миссий ко двору Людовика XII во Франции, Фердинанда II, и к Папскому двору в Риме. С 1502 до 1503 он был свидетелем эффективных градоустроительных методов солдата-церковника Чезаре Борджиа, чрезвычайно способного военачальника и государственного деятеля, целью которого в то время было расширение его владений в центральной Италии. Главными его орудиями были смелость, благоразумие, уверенность в своих силах, твердость, а подчас и жестокость.

В 1503—1506 гг. Макиавелли был ответственен за флорентийскую милицию, включая защиту города. Он не доверял наемникам (позиция, разъясненная подробно в «Рассуждениях о первой декаде Тита Ливия» и в «Государе») и предпочитал ополчение, сформированное из граждан. В августе 1512 после запутанного ряда сражений, соглашений и союзов Медичи с помощью Папы римского Юлия II восстановили власть во Флоренции и республика была отменена. Об умонастроении Макиавелли в последние годы службы свидетельствуют его письма, в частности, Франческо Веттори.

Макиавелли оказался в опале и в 1513 году был обвинен в заговоре и арестован. Несмотря ни на что, он отвергал свою причастность и был, в конечном счете, освобожден. Он удалился в свое поместье в Sant'Andrea в Percussina около Флоренции и начал писать трактаты, которые и обеспечили ему место в истории политической философии. Макиавелли умер в Сан-Кашано, в нескольких километрах от Флоренции, в 1527. Местонахождение его могилы неизвестно; однако кенотаф в его честь находится в Церкви Санта-Кроче во Флоренции.

Философия

  • Рационализм — метод, согласно которому основой познания и действия людей является разум.

·*Метафизик[1][2][3]

  • Антропологический минимализм (в противоположность антропоцентризму) — убеждение в слабости и несовершенстве человеческой природы
  • Политический имморализм-отрицание морали в политике.

или, другая интерпретации этого понятия

  • Политический имморализм- названный вскоре после его смерти макиавеллизмом и охарактеризованный самим Макиавелли в его знаменитой фразе «Цель оправдывает средства».

Политическая технология

  • Учреждение колоний (своих людей) — метод турецкого султана
  • Опора на оппозицию внутри стана врагов — метод римлян, опиравшихся на этолийцев при захвате Греции
  • Избегать ненависти и презрения, которые сгубили римских императоров. Ненависть вызывается посягательством на имущество и женщин своих сторонников. Презрение вызывается бедностью, нерешительностью, малодушием, непостоянством
  • Дела непопулярные возлагать на других, а популярные делать самим
  • Искусно создавать врагов
  • Привлекать одарённых людей
  • Развлекать народ зрелищами
  • Участвовать в собраниях, на которые разделен народ
  • Решительное и своевременное подавление недовольства
    • Кто захватит город, с давних пор пользующийся свободой, и пощадит его, того город не пощадит
    • «Все вооружённые пророки побеждали, а безоружные гибли»
  • Факторы власти: собственные сторонники, народ, знать, чужеземцы
  • Качества государя — сдержанность, осмотрительность и милость
  • Добродетели государя: милосердие, верность, человечность, прямодушие и благочестие
  • Государь должен творить добро, насколько это возможно, и зло — насколько это необходимо
  • Постоянность в требованиях.

Цитаты

  • Войны нельзя избежать, можно лишь оттянуть ее — к выгоде противника
  • Кто меньше полагался на милость судьбы, тот дольше удерживался у власти
  • Обиды нужно наносить разом: чем меньше их распробуют, тем меньше от них вреда; благодеяния же полезно оказывать мало-помалу, чтобы их распробовали как можно лучше
  • Нельзя верить тому, что видишь в спокойное время
  • Расстояние между тем, как люди живут и как должны бы жить, столь велико, что тот, кто отвергает действительное ради должного, действует скорее во вред себе, нежели на благо, так как, желая исповедовать добро во всех случаях жизни, он неминуемо погибнет, сталкиваясь с множеством людей, чуждых добру
  • Люди всегда дурны, пока их не принудит к добру необходимость
  • Та война справедлива, которая необходима, и то оружие священно, на которое единственная надежда
  • Бог не все исполняет сам, дабы не лишить нас свободной воли и причитающейся нам части славы
  • люди не умеют быть ни достойно преступными, ни совершенно хорошими: злодейство обладает известным величием или является в какой-то мере проявлением широты души, до которой они не в состоянии подняться
  • Людей следует либо ласкать либо изничтожать - поскольку человек за меньшее зло может отомстить, а за большее не может
  • Скрой то что говоришь сам, узнай то, что говорят другие и станешь подлинным князем
  • Каждый видит, каким ты кажешься, но мало кто чувствует, каков ты есть
  • Народ, привыкший жить под властью государя и благодаря случаю ставший свободным, с трудом сохраняет свободу
  • Чтобы узнать, что должно случиться, достаточно проследить, что было… Это происходит от того, что все человеческие дела делаются людьми, которые имели и всегда будут иметь одни и те же страсти и поэтому неизбежно будут должны давать одни и те же результаты
  • Не верь, когда какой-то лицедей.Кричит, что жизнь ему отрада, дескать.Отраднее чем жить среди людей,Со свиньями в хлеву помои трескать.
  • Не золото, как провозглашает всеобщее мнение, а хорошие солдаты суть пружина войны, ибо за золото не всегда найдёшь добрых солдат, а хорошие солдаты всегда достанут золото.
  • Смотри своей судьбе в лицо, сторонись зла, но коли не можешь его избежать сноси ожидающую тебя расплату как мужчина, не падай духом, не расслабляйся, как женщина.
  • ..и все- таки я полагаю, что натиск лучше, чем осторожность, ведь фортуна - женщина, и чтобы с ней сладить, ее надо бить и пинать, таким она поддается скорее, чем тем, кто вяло берется за дело. И как женщина она - подруга молодых, ибо они менее осмотрительны, более отважны и с большей дерзостью ее укрощают.
  • Я уподобил бы судьбу бурной реке, которая, разбушевавшись, затопляет берега, валит

деревья, крушит жилища, вымывает и намывает землю: все бегут от нее прочь,все отступают перед ее напором, бессильные его сдержать. Но хотя бы и так,-разве это мешает людям принять меры предосторожности в спокойное время, то есть возвести заграждения и плотины так, чтобы, выйдя из берегов, река либо устремилась в каналы, либо остановила свой безудержный и опасный бег?

  • Ибо умы бывают трех родов: один все постигает сам; другой может понять то, что постиг первый; третий -- сам ничего не постигает и постигнутого другим понять не может. Первый ум -- выдающийся, второй -- значительный,третий -- негодный.

Сочинения

Библиография

Ссылки

Примечания

  1. ↑ http://magazines.russ.ru/vestnik/2001/2/mak.html
  2. ↑ Государь/Пер. с итальянского. — М.: Эксмо; СПб.: Мидгард. 2006 (Гиганты мысли)
  3. ↑ Государь: Сочинения исторические и политические. Сочинения художественные: Сборник/Н. Макиавелли; пер. с итал. Г. Муравьёвой, Н. Томашевского, Е. Солоновича и др. — М.: Эксмо, 2008

Источник: Макиавелли Н.

dic.academic.ru

Государь (Макиавелли) - это... Что такое Государь (Макиавелли)?

Государь (итал. Il Principe; также часто встречается более близкий к оригиналу, но менее точный по смыслу перевод «Князь») — трактат флорентийского мыслителя и государственного деятеля Никколо Макиавелли, в котором описываются методология захвата власти, методы правления и умения, необходимые для идеального правителя. Первоначально книга носила название: De Principatibus (О княжествах).

Трактат был написан около 1513 года, но опубликован лишь в 1532 году, через пять лет после смерти Макиавелли. Книга являлась фундаментальным трудом своего времени по систематизации сведений о государстве и его правлении. Материалы не устарели до сих пор: принципы, описанные в книге, актуальны и в современной геополитике. В первую очередь книга содержит описание принципов прихода к власти и удержания монархии и республики. Никколо Макиавелли описывает такие варианты прихода к власти, как удача (умелое использование стечений обстоятельств), доблесть, подлость или преступление, а также выбор решение групп населения (народа или элиты).

Содержание книги:

  • Вступление
  • Глава I. Скольких видов бывают государства и как они приобретаются.
  • Глава II. О наследственном единовластии.
  • Глава III. О смешанных государствах.
  • Глава IV. Почему царство Дария, завоеванное Александром, не восстало против преемников Александра после его смерти.
  • Глава V. Как управлять городами или государствами, которые, до того как были завоеваны, жили по своим законам.
  • Глава VI. О новых государствах, приобретаемых собственным оружием или доблестью.
  • Глава VII. О новых государствах, приобретаемых чужим оружием или милостью судьбы.
  • Глава VIII. О тех, кто приобретает власть злодеяниями.
  • Глава IX. О гражданском единовластии.
  • Глава X. Как следует измерять силы всех государств.
  • Глава XI. О церковных государствах.
  • Глава XII. О том, сколько бывает видов войск, и о наемных солдатах.
  • Глава XIII. О войсках союзнических, смешанных и собственных.
  • Глава XIV. Как государь должен поступать касательно военного дела.
  • Глава XV. О том, за что людей, в особенности государей, восхваляют или порицают.
  • Глава XVI. О щедрости и бережливости.
  • Глава XVII. О жестокости и милосердии и о том, что лучше: внушать любовь или страх.
  • Глава XVIII. О том, как государи должны держать слово.
  • Глава XIX. О том, каким образом избежать ненависти и презрения.
  • Глава XX. О том, полезны ли крепости, и многое другое, что постоянно применяют государи.
  • Глава XXI. Как надлежит поступать государю, чтобы его почитали.
  • Глава XXII. О советниках государей.
  • Глава XXIII. Как избежать льстецов.
  • Глава XXIV. Почему государи Италии лишились своих государств.
  • Глава XXV. Какова власть судьбы над делами людей и как можно ей противостоять.
  • Глава XXVI. Призыв овладеть Италией и освободить ее из рук варваров.

Интересные факты

В компьютерной игре Assassin's Creed: Brotherhood, беседуя с новым наставником ассасинов, Эцио Аудиторе, Макиавелли говорит:"Когда-нибудь я напишу о тебе книгу", в ответ на что получает ответ: "Пусть она будет короткой". Любопытно также отметить, что антагонистом в Brotherhood является исторически реальный прототип Государя Макиавелли - Чезаре Борджиа.

Ссылки

См. также

dik.academic.ru

Государь (Макиавелли) — Википедия (с комментариями)

Материал из Википедии — свободной энциклопедии

«Госуда́рь» (итал. Il Principe; также часто встречается более близкий к оригиналу, но менее точный по смыслу перевод «Князь»; наиболее подходящий перевод - "Принцепс", в древнеримском значении этого слова) — трактат флорентийского мыслителя и государственного деятеля Никколо Макиавелли, в котором описываются методология захвата власти, методы правления и умения, необходимые для идеального правителя. Первоначально книга носила название: De Principatibus (О княжествах).

Трактат был написан около 1513 года, но опубликован лишь в 1532 году, через пять лет после смерти Макиавелли. Книга являлась фундаментальным трудом своего времени по систематизации сведений о государстве и его правлении. Материалы не устарели до сих пор: принципы, описанные в книге, актуальны и сейчас . В первую очередь книга содержит описание принципов прихода к власти и удержания монархии и республики. Никколо Макиавелли описывает такие варианты прихода к власти, как удача (умелое использование стечений обстоятельств), доблесть, подлость или преступление, а также выбор решением групп населения: народа или элиты.

Содержание книги

  • Вступление
  • Глава I. Скольких видов бывают государства и как они приобретаются.
  • Глава II. О наследственности власти.
  • Глава III. О смешанных государствах.
  • Глава IV. Почему царство Дария, завоёванное Александром, не восстало против преемников Александра после его смерти.
  • Глава V. Как управлять городами или государствами, которые, до того как были завоёваны, жили по своим законам.
  • Глава VI. О новых государствах, приобретаемых собственным оружием или доблестью.
  • Глава VII. О новых государствах, приобретаемых чужим оружием или милостью судьбы.
  • Глава VIII. О тех, кто приобретает власть злодеяниями.
  • Глава IX. О гражданском единовластии.
  • Глава X. Как следует измерять силы всех государств.
  • Глава XI. О церковных государствах.
  • Глава XII. О том, сколько бывает видов войск, и о наёмных солдатах.
  • Глава XIII. О войсках союзнических, смешанных и собственных.
  • Глава XIV. Как государь должен поступать касательно военного дела.
  • Глава XV. О том, за что людей, в особенности государей, восхваляют или порицают.
  • Глава XVI. О щедрости и бережливости.
  • Глава XVII. О жестокости и милосердии и о том, что лучше: внушать любовь или страх.
  • Глава XVIII. О том, как государи должны держать слово.
  • Глава XIX. О том, каким образом избежать ненависти и презрения.
  • Глава XX. О том, полезны ли крепости, и многое другое, что постоянно применяют государи.
  • Глава XXI. Как надлежит поступать государю, чтобы его почитали.
  • Глава XXII. О советниках государей.
  • Глава XXIII. Как избежать льстецов.
  • Глава XXIV. Почему государи Италии лишились своих государств.
  • Глава XXV. Какова власть судьбы над делами людей и как можно ей противостоять.
  • Глава XXVI. Призыв овладеть Италией и освободить её из рук варваров.

Обстоятельства написания

Макиавелли сделал своего «Государя» таким образом, что книга могла быть использована как сторонниками авторитарного правления, так и их оппонентами. Неудивительно, что практически до сих пор бытует мнение, что работа является пародией, призванной дать аргументы противникам единовластного правления.

Свое произведение Макиавелли писал в переходный период. В 1513 году, будучи изгнан из своей любимой Флоренции, Макиавелли написал (опираясь на собственные наблюдения) главный труд своей жизни — «Государя».

Обстоятельства, которые, повлияли на написание Никкол Макиавели своего творения, также лежат глубоко в детстве, как и ссылка 1513 года. В доме у отца Макиавелли было много книг (все книги были античных авторов), но все книги принадлежали местным библиотекам; собственно говоря домашняя библиотека повлияла на мировоззрение Николлы, так как гуманные идеи которые были заложены античными авторами - позволили написать такое великое произведение (после прочтения труда папой римским Макиалелли был обвинён в связи с дьяволом).

26 апреля 1478 года , когда Никколо было 9 лет, среди флорентийских патрициев и их сторонников, состоявшийся, направленный на свержение правящей в Тоскане династии Медичи путём убийства главы династии Лоренцо Медичи и его брата Джулиано. На их место должны были стать Франческо де Пацци и Джироламо Риарио, племянник папы Сикста IV.

Попытка поднять восстание под лозунгом восстановления республиканских свобод не удалась. Часть заговорщиков тут же нашли, и разъярённая толпа предала убийц самосуду; тех же, кому удалось убежать дальше, впоследствии также нашли и повесили на окнах палаццо Веккьо, в частности, самого Франческо Пацци и архиепископа Сальвиати. Такая же участь постигла четыре дня спустя и Якопо Пацци.

Всех оставшихся в живых членов этого семейства заключили в темницу, имущество дома было конфисковано: «Не было гражданина, который, безоружный или вооружённый, не являлся бы теперь в дом Лоренцо, чтобы предложить в поддержку ему себя самого и всё своё достояние»[1], — такую любовь и сочувствие снискало себе семейство Медичи. Таким образом, заговор Пацци не только не смог низвергнуть владычество Медичи, но только укрепил его.

7 ноября 1512 после того как семья Медичи, возвращается к власти во Флорентийской Республике, Макиавелли попадает в опалу. Макиавелли был брошен в темницу, и подвержен пыткам, все обвинения в заговоре Николло отвергал. В 1513 году его освобождают и ссылают в Сант’Андреа-ин-Перкуссина в 15 километрах к юго-западу от Флоренции и начал писать трактаты, трактаты обеспечили ему место в истории политической философии.

Из письма Никколо Макиавелли:

Я встаю с восходом солнца и направляюсь к роще посмотреть на работу дровосеков, вырубающих мой лес, оттуда следую к ручью, а затем к птицеловному току. Я иду с книгой в кармане, либо с Данте и Петраркой, либо с Тибуллом и Овидием. Потом захожу в постоялый двор на большой дороге. Там интересно поговорить с проезжающими, узнать о новостях в чужих краях и на родине, наблюдать, сколь различны вкусы и фантазии людей. Когда наступает обеденный час, я в кругу своей семьи сижу за скромной трапезой. После обеда я возвращаюсь снова на постоялый двор, где обычно уже собрались его хозяин, мясник, мельник и два кирпичника. С ними я провожу остальную часть дня, играя в карты…

С наступлением вечера я возвращаюсь домой и иду в свою рабочую комнату. У двери я сбрасываю крестьянское все в грязи и слякоти, облачаюсь в царственную придворную одежду и, переодетый достойным образом, иду к античным дворам людей древности. Там, любезно ими принятый, я насыщаюсь пищей, единственно пригодной мне, и для которой я рождён. Там я не стесняюсь разговаривать с ними и спрашивать о смысле их деяний, и они, по свойственной им человечности, отвечают мне. И на протяжении четырёх часов я не чувствую никакой тоски, забываю все тревоги, не боюсь бедности, меня не пугает смерть, и я весь переношусь к ним.

В ноябре 1520 года был призван во Флоренцию и получил должность историографа. Написал «Историю Флоренции» в 1520 — 1525 годах.

Предмет (главы 1 и 2)

Глава I. Скольких видов бывают государства и как они приобретаются.

Глава II. О наследственности власти.

Смешанных государства (главы 3 и 5)

Глава III. О смешанных государствах.

Глава IV. Почему царство Дария, завоёванное Александром, не восстало против преемников Александра после его смерти.

Глава V. Как управлять городами или государствами, которые, до того как были завоёваны, жили по своим законам.

Совершенно Новые Государства

Глава VI. О новых государствах, приобретаемых собственным оружием или доблестью.

Глава VII. О новых государствах, приобретаемых чужим оружием или милостью судьбы.

Глава VIII. О тех, кто приобретает власть злодеяниями.

Глава IX. О гражданском единовластии.

Глава X. Как следует измерять силы всех государств.

Глава XI. О церковных государствах.

Оборона и война (гл. 12-14)

Глава XII. О том, сколько бывает видов войск, и о наёмных солдатах.

Глава XIII. О войсках союзнических, смешанных и собственных.

Глава XIV. Как государь должен поступать касательно военного дела.

Качествами государя (главы 14-19)

Глава XV. О том, за что людей, в особенности государей, восхваляют или порицают.

Глава XVI. О щедрости и бережливости.

Глава XVII. О жестокости и милосердии и о том, что лучше: внушать любовь или страх.

Глава XVIII. О том, как государи должны держать слово.

Глава XIX. О том, каким образом избежать ненависти и презрения.

Благоразумие государя (главы 20-26)

Глава XX. О том, полезны ли крепости, и многое другое, что постоянно применяют государи.

Глава XXI. Как надлежит поступать государю, чтобы его почитали.

Глава XXII. О советниках государей.

Глава XXIII. Как избежать льстецов.

Глава XXIV. Почему государи Италии лишились своих государств.

Глава XXV. Какова власть судьбы над делами людей и как можно ей противостоять.

Глава XXVI. Призыв овладеть Италией и освободить её из рук варваров.

Сущность идей Макиавелли

Макиавелли (годы жизни: 1469—1527) жил в Италии в эпоху Возрождения. Он родился во Флоренции в семье юриста. Первоначально он занимал важную политическую должность во Флорентийской республике, после её падения в 1512 году он был выслан в изгнание, где и написал свои политические трактаты. Его наиболее знаменитый трактат «Государь» он посвятил Лоренцо де Медичи. Этим Макиавелли хотел снять с себя обвинения в заговоре против Медичи, но тот так и не простил Макиавелли.

Италия в 16 веке, в период написания работы «Государь», переживала период феодальной раздробленности. Италия была раздроблена на городские республики, князья соперничали и воевали между собой за власть, и не было силы, способной объединить страну. Раздробленная Италия превратилась в лёгкую добычу для иностранных завоевателей, стала ареной разорительных войн между ними. Трактат «Государь» — это руководство по созданию сильного централизованного государства в Италии.

Способы захвата престола

  • Нужно приобретать власть не милостью судьбы, а личной доблестью. Именно так поступали Кир II Великий и первый царь Древнего Рима Ромул. Им пришлось вводить новые установления и порядки, без чего нельзя основать государство и обеспечить свою безопасность. Для успеха своего начинания они были вынуждены или упрашивать союзников, или применять силу. В первом случае они были обречены на поражение, во втором случае — на победу. Вот почему все вооружённые пророки побеждали, а безоружные гибли. Макиавелли намекает на таких пророков, как безоружный Христос и вооружённый Моисей. Ибо нрав людей непостоянен, и если обратить их в свою веру легко, то удержать в ней трудно. Когда вера в народе иссякнет, нужно заставить его поверить силой.
  • Можно приобретать власть даже с помощью злодеяний. Жестокость применена хорошо, когда её проявляют быстро и сразу, но не упорствуют в ней, и плохо применена, когда расправы поначалу совершаются редко, но со временем учащаются, а не становятся реже. Благодеяния полезно оказывать мало-помалу, чтобы граждане их распробовали как можно лучше. Ради власти можно даже пойти на преступления — на политические убийства, казни политических противников и вооружённый захват власти без выборов. Например, претор (военачальник) Агафокл стал тираном Сиракуз с помощью расправы, его солдаты перебили всех сенаторов и богатейших людей города во время проведения народного собрания.

Способы удержания тиранической власти в завоёванной стране

  • Переселиться на жительство в завоёванную страну, ибо только так можно своевременно заметить смуту. Например, турецкий султан перенёс в Константинополь свою столицу.
  • Учредить колонии в завоёванной стране. Это мероприятие обходится дешевле, чем держать здесь войска. Людей нужно или ласкать, или уничтожать. Люди могут отомстить за небольшую обиду — а за большое зло не могут.
  • В чужой стране государь должен стать защитником слабых соседей и должен ослаблять, громить сильных.
  • Нужно разрушить завоёванное государство или обложить его данью. Завоеватель должен действовать решительно. Например, римляне, предвидя беду заранее, тотчас принимали меры, а не бездействовали из опасения вызвать войну, ибо знали, что войны нельзя избежать, можно лишь оттянуть к выгоде противника. Они считали благодетельными лишь собственную доблесть и дальновидность. Страсть к завоеваниям дело естественное и обычное…

Способы удержания тиранической власти и борьбы против угрозы политических заговоров

  • Нужно властвовать в окружении слуг, поставленных по желанию правителя, а не в окружении баронов, властвующих не его милостью, а в силу древности рода. Пример первого — это власть турецкого султана, пример второго — власть французского короля. Монархию султана трудно завоевать, но после завоевания легко удержать, французское королевство легко завоевать, но трудно удержать.
  • Нужно обезопасить себя от врагов, приобрести друзей, побеждать силой или хитростью, внушать страх и любовь народу, а солдатам — послушание, иметь преданное и надёжное войско, устранять людей, которые могут или должны навредить, обновлять старые порядки, избавляться от ненадёжного войска и создавать своё, являть суровость и милость, великодушие и щедрость, вести дружбу с правителями и королями так, чтобы они либо с учтивостью оказывали услуги, либо воздерживались от нападений. Не следует доверять и опираться на тех людей, которые были обижены государем в прошлом, и будут опасаться его в будущем. Ибо эти люди будут мстить государю из страха, или из ненависти, Заблуждается тот, кто думает, что новые благодеяния могут заставить забыть о прошлых обидах.
  • Единовластие учреждается либо знатью, либо народом. После этого государь не волен выбирать народ, но волен выбирать знать, ибо это его право карать и миловать, приближать и подвергать опале. Народ на худой конец просто отвернётся от государя, тогда как знать может пойти против него, организовать заговор или переворот, ибо она дальновиднее и хитрее народа, загодя ищет путей к спасению и заискивает перед тем, кто сильнее. Государю надлежит быть в дружбе с народом, иначе в трудную минуту он будет свергнут.
  • Государь должен опираться на собственное войско из граждан и не должен опираться на наёмное или союзническое войско. Военное дело — есть единственная обязанность, которую государь не может возложить на своих слуг. Наёмные и союзнические войска бесполезны и опасны, трусливы с врагом, вероломны и нечестивы. В мирное время они разоряют государя не меньше, чем в военное время неприятель. Умелые и храбрые наёмники будут домогаться власти, они могут свергнуть государя, неумелые наёмники могут проиграть сражение. Карфаген едва не был захвачен своими наёмниками. Рим и Спарта не имели наёмников и много веков простояли вооружённые и свободные. Упадок Римской империи начался с того, что римляне стали брать на службу наёмников-готов. Военное искусство помогает достичь власти тому, кто родился простым смертным.
  • Государю следует опасаться тайных заговоров. Для этого не следует ожесточать знать и следует быть угодным народу. Важно не подвергать оскорблениям окружающих тебя должностных лиц и слуг. Филипп II Македонский был убит своим телохранителем Павсанием, так как Филипп не захотел защитить Павсания от оскорбления со стороны своего родственника. Нужно избегать союза с тем, кто сильнее тебя.

Качества характера, которыми должен обладать государь

  • Государь должен быть скупым, а не щедрым, чтобы не обирать подданных и иметь средства для обороны. Ничто другое не истощает себя так, как щедрость — выказывая её, одновременно теряешь самую возможность её выказывать. Единственное исключение - военная добыча: в этом случае весьма полезно проявлять щедрость (по отношению к своему победоносному войску).
  • Государь должен быть в меру жестоким, чтобы уберечь общество от беспорядка, который порождает грабежи и убийства. От этого страдает всё население, тогда как от кар страдают лишь отдельные люди.
  • Выгоднее для государя, когда его боятся, чем когда его любят. Ибо люди по своей природе неблагодарны и непостоянны, склонны к лицемерию и обману, их отпугивает опасность и влечёт нажива. При этом внушить страх нужно таким образом, чтобы избежать ненависти. Для этого нужно воздерживаться от покушения на имущество и женщин своих подданных. Ибо люди скорее простят казнь отца, чем потерю имущества. Ганнибал поддерживал порядок в своём разноплемённом войске нечеловеческой жестокостью.
  • Государь может нарушать своё честное слово по мере надобности.
  • Государь не должен возбуждать презрение к себе. Презрение к себе государи возбуждают своим непостоянством, легкомыслием, изнеженностью, трусостью и нерешительностью. Решения государя должны быть бесповоротными. Никому не должно прийти в голову обмануть или перехитрить государя. Государь должен своими поступками создать себе славу великого человека с выдающимся умом. Об уме государя судят по тем людям, которых он выбирает себе в советники. Люди действуют по-разному, пытаясь добиться богатства и славы. Одни действуют с осторожностью, другие — натиском, одни — силой, другие — искусством.

Влияние Гвельфов и Гибеллинов

Сильное влияние на Макиавелли оказала борьба Гвельфов и Гибеллинов. Такого произведения Макиавелли, как «Государь», просто не существовало бы, если бы не политическая борьба. Во Флоренции не выбирали бы раз в 4 месяца.

В некоторых случаях, после выборов во Флоренции, происходило кровопролитие. Сама Флоренция выборы проводила по образцу Римской Республики.

Напишите отзыв о статье "Государь (Макиавелли)"

Примечания

  1. ↑ Никколо Макиавелли. [www.e-reading.mobi/chapter.php/36574/290/Makiavelli_-_Sochineniya.html] [books.google.ru/books?id=wHrQRrrAH5YC&printsec=frontcover&dq=История+Флоренции+(Книги+5-8)&hl=ru&sa=X&ei=3Ia1UcXODcTE4gTB7oDIDw&ved=0CDkQ6AEwAA#v=snippet&q=Не%20было%20гражданин,%20который,&f=false] Сочинения

См. также

Литература

  • Макиавелли Н. Сочинения. Москва — Ленинград, 1934 (первый полный перевод «Государя» + статья Дживелегова А. К.).
  • Макиавелли Н. Государь. М. 1990.
  • Макиавелли Н. Государь. Размышления над первой декадой Тита Ливия. Минск. 2004.
  • Разуваев В. В. Комментарии к "Государю" Макиавелли. М.;СПб: Центр гуманитарных инициатив, 2014.

Ссылки

  • [lib.ru/POLITOLOG/MAKIAWELLI/gosudar.txt «Государь» в библиотеке на lib.ru]
  • [www.2012-7520.kiev.ua/%D0%9E%D0%B1%D1%89%D0%B5%D1%81%D1%82%D0%B2%D0%BE/il-principe-1869.html «Государь» — 1869 год (il Principe 1869 год) на русском языке](недоступная ссылка — история, копия)

Отрывок, характеризующий Государь (Макиавелли)

– Неужели? – спросил Пьер. – Это где же? – Да вот поедемте со мной на курган, от нас видно. А у нас на батарее еще сносно, – сказал адъютант. – Что ж, едете? – Да, я с вами, – сказал Пьер, глядя вокруг себя и отыскивая глазами своего берейтора. Тут только в первый раз Пьер увидал раненых, бредущих пешком и несомых на носилках. На том самом лужке с пахучими рядами сена, по которому он проезжал вчера, поперек рядов, неловко подвернув голову, неподвижно лежал один солдат с свалившимся кивером. – А этого отчего не подняли? – начал было Пьер; но, увидав строгое лицо адъютанта, оглянувшегося в ту же сторону, он замолчал. Пьер не нашел своего берейтора и вместе с адъютантом низом поехал по лощине к кургану Раевского. Лошадь Пьера отставала от адъютанта и равномерно встряхивала его. – Вы, видно, не привыкли верхом ездить, граф? – спросил адъютант. – Нет, ничего, но что то она прыгает очень, – с недоуменьем сказал Пьер. – Ээ!.. да она ранена, – сказал адъютант, – правая передняя, выше колена. Пуля, должно быть. Поздравляю, граф, – сказал он, – le bapteme de feu [крещение огнем]. Проехав в дыму по шестому корпусу, позади артиллерии, которая, выдвинутая вперед, стреляла, оглушая своими выстрелами, они приехали к небольшому лесу. В лесу было прохладно, тихо и пахло осенью. Пьер и адъютант слезли с лошадей и пешком вошли на гору. – Здесь генерал? – спросил адъютант, подходя к кургану. – Сейчас были, поехали сюда, – указывая вправо, отвечали ему. Адъютант оглянулся на Пьера, как бы не зная, что ему теперь с ним делать. – Не беспокойтесь, – сказал Пьер. – Я пойду на курган, можно? – Да пойдите, оттуда все видно и не так опасно. А я заеду за вами. Пьер пошел на батарею, и адъютант поехал дальше. Больше они не видались, и уже гораздо после Пьер узнал, что этому адъютанту в этот день оторвало руку. Курган, на который вошел Пьер, был то знаменитое (потом известное у русских под именем курганной батареи, или батареи Раевского, а у французов под именем la grande redoute, la fatale redoute, la redoute du centre [большого редута, рокового редута, центрального редута] место, вокруг которого положены десятки тысяч людей и которое французы считали важнейшим пунктом позиции. Редут этот состоял из кургана, на котором с трех сторон были выкопаны канавы. В окопанном канавами место стояли десять стрелявших пушек, высунутых в отверстие валов. В линию с курганом стояли с обеих сторон пушки, тоже беспрестанно стрелявшие. Немного позади пушек стояли пехотные войска. Входя на этот курган, Пьер никак не думал, что это окопанное небольшими канавами место, на котором стояло и стреляло несколько пушек, было самое важное место в сражении. Пьеру, напротив, казалось, что это место (именно потому, что он находился на нем) было одно из самых незначительных мест сражения. Войдя на курган, Пьер сел в конце канавы, окружающей батарею, и с бессознательно радостной улыбкой смотрел на то, что делалось вокруг него. Изредка Пьер все с той же улыбкой вставал и, стараясь не помешать солдатам, заряжавшим и накатывавшим орудия, беспрестанно пробегавшим мимо него с сумками и зарядами, прохаживался по батарее. Пушки с этой батареи беспрестанно одна за другой стреляли, оглушая своими звуками и застилая всю окрестность пороховым дымом. В противность той жуткости, которая чувствовалась между пехотными солдатами прикрытия, здесь, на батарее, где небольшое количество людей, занятых делом, бело ограничено, отделено от других канавой, – здесь чувствовалось одинаковое и общее всем, как бы семейное оживление. Появление невоенной фигуры Пьера в белой шляпе сначала неприятно поразило этих людей. Солдаты, проходя мимо его, удивленно и даже испуганно косились на его фигуру. Старший артиллерийский офицер, высокий, с длинными ногами, рябой человек, как будто для того, чтобы посмотреть на действие крайнего орудия, подошел к Пьеру и любопытно посмотрел на него. Молоденький круглолицый офицерик, еще совершенный ребенок, очевидно, только что выпущенный из корпуса, распоряжаясь весьма старательно порученными ему двумя пушками, строго обратился к Пьеру. – Господин, позвольте вас попросить с дороги, – сказал он ему, – здесь нельзя. Солдаты неодобрительно покачивали головами, глядя на Пьера. Но когда все убедились, что этот человек в белой шляпе не только не делал ничего дурного, но или смирно сидел на откосе вала, или с робкой улыбкой, учтиво сторонясь перед солдатами, прохаживался по батарее под выстрелами так же спокойно, как по бульвару, тогда понемногу чувство недоброжелательного недоуменья к нему стало переходить в ласковое и шутливое участие, подобное тому, которое солдаты имеют к своим животным: собакам, петухам, козлам и вообще животным, живущим при воинских командах. Солдаты эти сейчас же мысленно приняли Пьера в свою семью, присвоили себе и дали ему прозвище. «Наш барин» прозвали его и про него ласково смеялись между собой. Одно ядро взрыло землю в двух шагах от Пьера. Он, обчищая взбрызнутую ядром землю с платья, с улыбкой оглянулся вокруг себя. – И как это вы не боитесь, барин, право! – обратился к Пьеру краснорожий широкий солдат, оскаливая крепкие белые зубы. – А ты разве боишься? – спросил Пьер. – А то как же? – отвечал солдат. – Ведь она не помилует. Она шмякнет, так кишки вон. Нельзя не бояться, – сказал он, смеясь. Несколько солдат с веселыми и ласковыми лицами остановились подле Пьера. Они как будто не ожидали того, чтобы он говорил, как все, и это открытие обрадовало их. – Наше дело солдатское. А вот барин, так удивительно. Вот так барин! – По местам! – крикнул молоденький офицер на собравшихся вокруг Пьера солдат. Молоденький офицер этот, видимо, исполнял свою должность в первый или во второй раз и потому с особенной отчетливостью и форменностью обращался и с солдатами и с начальником. Перекатная пальба пушек и ружей усиливалась по всему полю, в особенности влево, там, где были флеши Багратиона, но из за дыма выстрелов с того места, где был Пьер, нельзя было почти ничего видеть. Притом, наблюдения за тем, как бы семейным (отделенным от всех других) кружком людей, находившихся на батарее, поглощали все внимание Пьера. Первое его бессознательно радостное возбуждение, произведенное видом и звуками поля сражения, заменилось теперь, в особенности после вида этого одиноко лежащего солдата на лугу, другим чувством. Сидя теперь на откосе канавы, он наблюдал окружавшие его лица. К десяти часам уже человек двадцать унесли с батареи; два орудия были разбиты, чаще и чаще на батарею попадали снаряды и залетали, жужжа и свистя, дальние пули. Но люди, бывшие на батарее, как будто не замечали этого; со всех сторон слышался веселый говор и шутки. – Чиненка! – кричал солдат на приближающуюся, летевшую со свистом гранату. – Не сюда! К пехотным! – с хохотом прибавлял другой, заметив, что граната перелетела и попала в ряды прикрытия. – Что, знакомая? – смеялся другой солдат на присевшего мужика под пролетевшим ядром. Несколько солдат собрались у вала, разглядывая то, что делалось впереди. – И цепь сняли, видишь, назад прошли, – говорили они, указывая через вал. – Свое дело гляди, – крикнул на них старый унтер офицер. – Назад прошли, значит, назади дело есть. – И унтер офицер, взяв за плечо одного из солдат, толкнул его коленкой. Послышался хохот. – К пятому орудию накатывай! – кричали с одной стороны. – Разом, дружнее, по бурлацки, – слышались веселые крики переменявших пушку. – Ай, нашему барину чуть шляпку не сбила, – показывая зубы, смеялся на Пьера краснорожий шутник. – Эх, нескладная, – укоризненно прибавил он на ядро, попавшее в колесо и ногу человека. – Ну вы, лисицы! – смеялся другой на изгибающихся ополченцев, входивших на батарею за раненым. – Аль не вкусна каша? Ах, вороны, заколянились! – кричали на ополченцев, замявшихся перед солдатом с оторванной ногой. – Тое кое, малый, – передразнивали мужиков. – Страсть не любят. Пьер замечал, как после каждого попавшего ядра, после каждой потери все более и более разгоралось общее оживление. Как из придвигающейся грозовой тучи, чаще и чаще, светлее и светлее вспыхивали на лицах всех этих людей (как бы в отпор совершающегося) молнии скрытого, разгорающегося огня. Пьер не смотрел вперед на поле сражения и не интересовался знать о том, что там делалось: он весь был поглощен в созерцание этого, все более и более разгорающегося огня, который точно так же (он чувствовал) разгорался и в его душе. В десять часов пехотные солдаты, бывшие впереди батареи в кустах и по речке Каменке, отступили. С батареи видно было, как они пробегали назад мимо нее, неся на ружьях раненых. Какой то генерал со свитой вошел на курган и, поговорив с полковником, сердито посмотрев на Пьера, сошел опять вниз, приказав прикрытию пехоты, стоявшему позади батареи, лечь, чтобы менее подвергаться выстрелам. Вслед за этим в рядах пехоты, правее батареи, послышался барабан, командные крики, и с батареи видно было, как ряды пехоты двинулись вперед. Пьер смотрел через вал. Одно лицо особенно бросилось ему в глаза. Это был офицер, который с бледным молодым лицом шел задом, неся опущенную шпагу, и беспокойно оглядывался. Ряды пехотных солдат скрылись в дыму, послышался их протяжный крик и частая стрельба ружей. Через несколько минут толпы раненых и носилок прошли оттуда. На батарею еще чаще стали попадать снаряды. Несколько человек лежали неубранные. Около пушек хлопотливее и оживленнее двигались солдаты. Никто уже не обращал внимания на Пьера. Раза два на него сердито крикнули за то, что он был на дороге. Старший офицер, с нахмуренным лицом, большими, быстрыми шагами переходил от одного орудия к другому. Молоденький офицерик, еще больше разрумянившись, еще старательнее командовал солдатами. Солдаты подавали заряды, поворачивались, заряжали и делали свое дело с напряженным щегольством. Они на ходу подпрыгивали, как на пружинах. Грозовая туча надвинулась, и ярко во всех лицах горел тот огонь, за разгоранием которого следил Пьер. Он стоял подле старшего офицера. Молоденький офицерик подбежал, с рукой к киверу, к старшему. – Имею честь доложить, господин полковник, зарядов имеется только восемь, прикажете ли продолжать огонь? – спросил он. – Картечь! – не отвечая, крикнул старший офицер, смотревший через вал. Вдруг что то случилось; офицерик ахнул и, свернувшись, сел на землю, как на лету подстреленная птица. Все сделалось странно, неясно и пасмурно в глазах Пьера. Одно за другим свистели ядра и бились в бруствер, в солдат, в пушки. Пьер, прежде не слыхавший этих звуков, теперь только слышал одни эти звуки. Сбоку батареи, справа, с криком «ура» бежали солдаты не вперед, а назад, как показалось Пьеру. Ядро ударило в самый край вала, перед которым стоял Пьер, ссыпало землю, и в глазах его мелькнул черный мячик, и в то же мгновенье шлепнуло во что то. Ополченцы, вошедшие было на батарею, побежали назад. – Все картечью! – кричал офицер. Унтер офицер подбежал к старшему офицеру и испуганным шепотом (как за обедом докладывает дворецкий хозяину, что нет больше требуемого вина) сказал, что зарядов больше не было. – Разбойники, что делают! – закричал офицер, оборачиваясь к Пьеру. Лицо старшего офицера было красно и потно, нахмуренные глаза блестели. – Беги к резервам, приводи ящики! – крикнул он, сердито обходя взглядом Пьера и обращаясь к своему солдату. – Я пойду, – сказал Пьер. Офицер, не отвечая ему, большими шагами пошел в другую сторону. – Не стрелять… Выжидай! – кричал он. Солдат, которому приказано было идти за зарядами, столкнулся с Пьером. – Эх, барин, не место тебе тут, – сказал он и побежал вниз. Пьер побежал за солдатом, обходя то место, на котором сидел молоденький офицерик. Одно, другое, третье ядро пролетало над ним, ударялось впереди, с боков, сзади. Пьер сбежал вниз. «Куда я?» – вдруг вспомнил он, уже подбегая к зеленым ящикам. Он остановился в нерешительности, идти ему назад или вперед. Вдруг страшный толчок откинул его назад, на землю. В то же мгновенье блеск большого огня осветил его, и в то же мгновенье раздался оглушающий, зазвеневший в ушах гром, треск и свист. Пьер, очнувшись, сидел на заду, опираясь руками о землю; ящика, около которого он был, не было; только валялись зеленые обожженные доски и тряпки на выжженной траве, и лошадь, трепля обломками оглобель, проскакала от него, а другая, так же как и сам Пьер, лежала на земле и пронзительно, протяжно визжала.

Пьер, не помня себя от страха, вскочил и побежал назад на батарею, как на единственное убежище от всех ужасов, окружавших его. В то время как Пьер входил в окоп, он заметил, что на батарее выстрелов не слышно было, но какие то люди что то делали там. Пьер не успел понять того, какие это были люди. Он увидел старшего полковника, задом к нему лежащего на валу, как будто рассматривающего что то внизу, и видел одного, замеченного им, солдата, который, прорываясь вперед от людей, державших его за руку, кричал: «Братцы!» – и видел еще что то странное. Но он не успел еще сообразить того, что полковник был убит, что кричавший «братцы!» был пленный, что в глазах его был заколон штыком в спину другой солдат. Едва он вбежал в окоп, как худощавый, желтый, с потным лицом человек в синем мундире, со шпагой в руке, набежал на него, крича что то. Пьер, инстинктивно обороняясь от толчка, так как они, не видав, разбежались друг против друга, выставил руки и схватил этого человека (это был французский офицер) одной рукой за плечо, другой за гордо. Офицер, выпустив шпагу, схватил Пьера за шиворот. Несколько секунд они оба испуганными глазами смотрели на чуждые друг другу лица, и оба были в недоумении о том, что они сделали и что им делать. «Я ли взят в плен или он взят в плен мною? – думал каждый из них. Но, очевидно, французский офицер более склонялся к мысли, что в плен взят он, потому что сильная рука Пьера, движимая невольным страхом, все крепче и крепче сжимала его горло. Француз что то хотел сказать, как вдруг над самой головой их низко и страшно просвистело ядро, и Пьеру показалось, что голова французского офицера оторвана: так быстро он согнул ее. Пьер тоже нагнул голову и отпустил руки. Не думая более о том, кто кого взял в плен, француз побежал назад на батарею, а Пьер под гору, спотыкаясь на убитых и раненых, которые, казалось ему, ловят его за ноги. Но не успел он сойти вниз, как навстречу ему показались плотные толпы бегущих русских солдат, которые, падая, спотыкаясь и крича, весело и бурно бежали на батарею. (Это была та атака, которую себе приписывал Ермолов, говоря, что только его храбрости и счастью возможно было сделать этот подвиг, и та атака, в которой он будто бы кидал на курган Георгиевские кресты, бывшие у него в кармане.) Французы, занявшие батарею, побежали. Наши войска с криками «ура» так далеко за батарею прогнали французов, что трудно было остановить их. С батареи свезли пленных, в том числе раненого французского генерала, которого окружили офицеры. Толпы раненых, знакомых и незнакомых Пьеру, русских и французов, с изуродованными страданием лицами, шли, ползли и на носилках неслись с батареи. Пьер вошел на курган, где он провел более часа времени, и из того семейного кружка, который принял его к себе, он не нашел никого. Много было тут мертвых, незнакомых ему. Но некоторых он узнал. Молоденький офицерик сидел, все так же свернувшись, у края вала, в луже крови. Краснорожий солдат еще дергался, но его не убирали. Пьер побежал вниз. «Нет, теперь они оставят это, теперь они ужаснутся того, что они сделали!» – думал Пьер, бесцельно направляясь за толпами носилок, двигавшихся с поля сражения. Но солнце, застилаемое дымом, стояло еще высоко, и впереди, и в особенности налево у Семеновского, кипело что то в дыму, и гул выстрелов, стрельба и канонада не только не ослабевали, но усиливались до отчаянности, как человек, который, надрываясь, кричит из последних сил.

Главное действие Бородинского сражения произошло на пространстве тысячи сажен между Бородиным и флешами Багратиона. (Вне этого пространства с одной стороны была сделана русскими в половине дня демонстрация кавалерией Уварова, с другой стороны, за Утицей, было столкновение Понятовского с Тучковым; но это были два отдельные и слабые действия в сравнении с тем, что происходило в середине поля сражения.) На поле между Бородиным и флешами, у леса, на открытом и видном с обеих сторон протяжении, произошло главное действие сражения, самым простым, бесхитростным образом. Сражение началось канонадой с обеих сторон из нескольких сотен орудий. Потом, когда дым застлал все поле, в этом дыму двинулись (со стороны французов) справа две дивизии, Дессе и Компана, на флеши, и слева полки вице короля на Бородино. От Шевардинского редута, на котором стоял Наполеон, флеши находились на расстоянии версты, а Бородино более чем в двух верстах расстояния по прямой линии, и поэтому Наполеон не мог видеть того, что происходило там, тем более что дым, сливаясь с туманом, скрывал всю местность. Солдаты дивизии Дессе, направленные на флеши, были видны только до тех пор, пока они не спустились под овраг, отделявший их от флеш. Как скоро они спустились в овраг, дым выстрелов орудийных и ружейных на флешах стал так густ, что застлал весь подъем той стороны оврага. Сквозь дым мелькало там что то черное – вероятно, люди, и иногда блеск штыков. Но двигались ли они или стояли, были ли это французы или русские, нельзя было видеть с Шевардинского редута. Солнце взошло светло и било косыми лучами прямо в лицо Наполеона, смотревшего из под руки на флеши. Дым стлался перед флешами, и то казалось, что дым двигался, то казалось, что войска двигались. Слышны были иногда из за выстрелов крики людей, но нельзя было знать, что они там делали. Наполеон, стоя на кургане, смотрел в трубу, и в маленький круг трубы он видел дым и людей, иногда своих, иногда русских; но где было то, что он видел, он не знал, когда смотрел опять простым глазом. Он сошел с кургана и стал взад и вперед ходить перед ним. Изредка он останавливался, прислушивался к выстрелам и вглядывался в поле сражения. Не только с того места внизу, где он стоял, не только с кургана, на котором стояли теперь некоторые его генералы, но и с самых флешей, на которых находились теперь вместе и попеременно то русские, то французские, мертвые, раненые и живые, испуганные или обезумевшие солдаты, нельзя было понять того, что делалось на этом месте. В продолжение нескольких часов на этом месте, среди неумолкаемой стрельбы, ружейной и пушечной, то появлялись одни русские, то одни французские, то пехотные, то кавалерийские солдаты; появлялись, падали, стреляли, сталкивались, не зная, что делать друг с другом, кричали и бежали назад.

wiki-org.ru