Текст книги "Мефодий Буслаев. Маг полуночи". Мефодий буслаев книга


Читать онлайн книгу Мефодий Буслаев. Маг полуночи

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]

Назад к карточке книги

Дмитрий ЕМЕЦМефодий Буслаев. Маг полуночи.(Мефодий Буслаев – 1)

ПРОЛОГ
ТИБИДОХС. КАБИНЕТ САРДАНАПАЛА
ЧЕРЕЗ ТРИ ГОДА ПОСЛЕ РОЖДЕНИЯ ТАНИ ГРОТТЕР И ЗА СЕМЬ ЛЕТ ДО ЕЁ ПОЯВЛЕНИЯ НА О. БУЯНЕ

В камине главы Тибидохса Сарданапала Черноморова пылал огонь. Питекантроп Тарарах на корточках сидел у камина и поджаривал шашлык, нанизанный на шпагу. Мясо вкусно шкворчало и постреливало каплями жира.

– Оно, конечно, баранина ничего, да только с мамонтятиной всё равно – какое сравнение, слёзы одни! – ворчал Тарарах. – А на чём я жарю? Семь магов в школе, все головастые – жуть, один даже академик, и хоть бы кто удосужился нормальные шампуры наколдовать. Спасибо, я годков двести назад у маршала Даву шпажонку отобрал. Хорошая шпажонка – аккурат на двенадцать кусков.

Тарарах не преувеличивал. В кабинете академика действительно находились все семь тибидохских преподавателей – сам Сарданапал, Великая Зуби, Ягге, Поклёп, Медузия, Соловей О. Разбойник и профессор Клопп. Причём находились по поводу, который никак нельзя было назвать приятным.

Усы Сарданапала безнадёжно подрагивали. Их бунтующие кончики крепко держал на затылке золотой зажим. Это был верный признак, что глава школы Тибидохс настроен на серьёзный лад.

– У меня две новости: плохая и омерзительная. С какой начать? – спросил академик.

– Сарданапал, пожалей старуху. Начни с плохой. Я заканчиваю вязать Ягунчику шапку. Если сейчас ошибусь – придётся много распускать, – осторожно заметила Ягге, поднимая от спиц глаза.

– Но-но, не скромничай! Не старьте старых стариков, они моложе молодцов! Забыла, как заговаривать спицы, чтобы они вязали сами? – улыбнулась Великая Зуби.

– Мой Ягунчик не любит наколдованные шапки. Он говорит, что у него в них уши не помещаются, – возразила Ягге.

Маленький Ягун, живой как ртуть, был любимчиком бабуси и большой проблемой всего остального Тибидохса. На месте он не мог усидеть вообще. Пару раз его снимали с пылесоса на полдороге на Лысую Гору, а один раз нашли у Жутких Ворот, которые он пытался открыть гвоздиком, используя его как отмычку. Помешал пустяк: гвоздик оказался на сантиметр короче.

– Да, уши у Ягунчика редкостные. Не удивлюсь, если мальчишка будет хорошо играть в драконбол. Они позволят ему недурно планировать и закладывать крутые повороты, – кивнул Соловей О. Разбойник.

Сарданапал укоризненно кашлянул.

– Сегодня утром я закончил кое-какие расчёты. Через три дня, в пятом часу вечера, произойдёт полное солнечное затмение. Оно продлится семь с половиной минут – максимальный астрономически возможный срок для солнечного затмения. Здесь, на Буяне, мы ничего не увидим. Зато Москва полностью окажется в чёрной тени. От одной окраины до другой. На семь с половиной минут город провалится во мрак…

Тарарах слизнул с пальцев жир и присмотрелся к мясу.

– В своей жизни я видел кучу затмений. И никогда ничего… Разве что как-то в палеолите бойкий парнишка из соседнего племени воспользовался паникой и стибрил у меня отличный каменный топор.

– Тарарах, затмение, о котором я говорю, не заурядное. О нём предупреждал ещё Древнир. А Древнир не был склонен к пустой панике, – сказал Сарданапал.

– Насколько я понимаю, затмение – это и есть обещанная плохая новость. А теперь омерзительную Я начинаю входить во вкус! – произнесла Медузия.

– Вот и она. Его назовут Мефодий Буслаев. Он появится на свет спустя две минуты, как скроется солнце. Древнир не сомневался, что у мальчишки будет дар.

– Многие младенцы постучатся в дверь мира в эти семь с половиной минут. Возможно, дарбудет у кого-то другого, – резонно возразила Медузия.

– Нет, Меди. Я убеждён, что дарбудет именно у него. Слишком много совпадений. Расположение звёзд, место и время рождения, затмение, и, главное, кровь. В роду у мальчишки было немало волшебников. В Средние века одну из его прапрапра… сожгли на костре. Она насылала на своих соседей чуму взглядом и делел это чаще, чем требует обычная вежливость.

– А есть какая-то надежда, что Мефодий Буслаев не осознает своего дара? – осторожно спросила Медузия.

– Надежда умирает последней. Однако в данном случае она скончалась ещё до появления мальчугана на свет, – мрачно пошутил академик.

Сарданапал встал и, не глядя ни на кого, стал прохаживаться по кабинету.

– Белые маги? Чудесно! Тёмные маги? Замечательно!.. Но мы забыли о тех, чьи силы во много раз превосходят нашу ворожбу и наши заклинания! О тех, кто древнее египетских пирамид! О стражах мрака! О стражах света! Вот кому нужен его дар! – убеждённо произнёс он.

– Но Сарданапал! Наверно, ты преувеличиваешь. Возможно, стражи мрака и тьмы ничего не знают о Мефодии Буслаеве, – осторожно сказала Великая Зуби.

Поклёп Поклёпыч и профессор Клопп обменялись ироничными взглядами.

– Они знать о мальчишке всё, если его дар стоить хотя бы один копейка! – пробурчал Клопп.

Зажим соскочил с усов Сарданапала, и они запрыгали, дирижируя невидимым оркестром.

– Да, профессор, да и ещё раз да! Последние столетия все мы были преступно халатны! Волшебные книги, заклинания, драконбол, свары с древними божками, не желающими угомониться, – это и стало нашим миром. Но при этом… – тут академик снизил голос до шёпота, – при этом зачем обманывать себя? В день, когда родится мальчишка, проклятая пружина вновь начнёт закручиваться, чтобы через тринадцать лет… Не хочу даже думать об этом.

– Стражи мрака… – задумчиво сказала Медузия. – Представить только, что было время, когда я не видела разницы между магами и стражами. А потом поняла. Маги – белые ли, тёмные – не зависят от лопухоидов. Их мир существует отдельно, наш отдельно. Мы не вмешиваемся в его историю и лишь стремимся, чтобы лопухоиды не узнали о нас. Совсем другое дело стражи мрака. Им лопухоиды необходимы… Их мысли, их чувства, особенно их эйдосы…

Поклёп мрачно посмотрел на неё:

– Точно, Медузия! Между простыми магами, такими как мы, и стражами мрака чудовищная разница… Как между курами и индюками. Одни летают, а другие… других летают…

– Это потому, что мы, даже тёмные, такие как Клопп и Зуби, не подпитываемся силой эйдосов, – сказала доцент Горгонова.

– Если отбросить в сторону мораль, отказ от использования эйдосов имеет свои минусы. Дар каждого мага – белого или тёмного – задан изначально. Можно научиться владеть им, можно выучить несколько сотен заклинаний, но с годами сам дар не станет больше, разве что слегка отточится. Возьмите хоть наших учеников. Среди них есть сильные маги, а есть и такие, которые только и умеют, что заставить табурет выбросить почки и зацвести. И таких мы тоже вынуждены брать! – хмыкнула Ягге.

– А кольцо? А артефакт? Разве они не усиливают дар? – наивно спросил Тарарах.

Соловей О. Разбойник рассмеялся:

– Усиливают. Но лишь до тех пор, пока ты ими владеешь. Артефакт – это как дубина у питекантропа. Делает ли она его сильнее?

– Ещё как! Уж я-то знаю! Особенно если хорошая попадётся. Вся гладкая, ровная, а на конце чтоб с утолщением. Сучок там или чего ещё, – заверил его Тарарах. Глаза его затуманила ностальгия. – По мне, так врежешь дубиной – мало не покажется. А при чём тут эйдосы? Что это вообще такое?

– Эйдосы – это то, что стражи мрака стремятся заполучить в свои дархи, чтобы стать сильнее! – пояснила Великая Зуби.

Тарарах хмыкнул:

– Класс! Я тебя обожаю, Зуби! Ты умеешь всё так понятно разложить по полочкам. Представь, я не знаю, что такое «мышь», и спрашиваю тебя. Ты отвечаешь: «Милый Тарарах, мышь ловят в мышеловку». – «А что такое мышеловка?» – спрашиваю я. «Мышеловка требуется для ловли мышей». Теперь я понимаю, почему твои ученики боятся твоих уроков до дрожи.

– Эйдос, за которым охотятся стражи мрака, – это ядро, суть одухотворитель материи, билет в вечность, ключ к бессмертию, душа. Самое главное и важное, что есть у каждого лопухоида, у нас с вами и даже у Ягге, хоть она и богиня. У каждого эйдос только один. Единственное, что нельзя подделать или скопировать с помощью магии. Лопухоид, потерявший жизнь и тело, но сохранивший эйдос, не теряет ничего. Но человек, утративший эйдос, теряет всё, даже если его тело, разум и жизнь вне опасности, – пояснил Сарданапал.

– М-м-м… И как это выглядит? – спросил Тарарах.

– Почти никак. Эйдос не имеет веса, формы. Или имеет. Маги спорят об этом уже несколько тысяч лет. Авессалом Приплюснутый считал, что эйдос – это невидимый драгоценный камень, который в тысячу раз ценнее любого алмаза, даже самого крупного. Экриль Мудрый был уверен, что это второе, главное сердце, которое управляет биением первого сердца. Гуго Хитрый туманно утверждал, что эйдос – это «то есть, которого нет». Другими словами, эйдос не существует до тех пор, пок его существование не будет осознано каждой конкретной личностью. Только тогда он появляется. Однако большинство учёных, к которым относится и ваш покорный слуга, сходится во мнении, что эйдос есть у каждого, вне зависимости от того, осознаёт он это или нет. Эйдос похож на маленькую голубоватую искру или песчинку. Эта искра имеет огромную, ни с чем не сравнимую силу, именно она приобщает нас к вечности и не оставляет после смерти в гниющей плоти. Эйдос – вечная частица бытия, часть Того, Кто создал нас словом. Его не уничтожит ни дивизия горгулий, ни атомный взрыв, ни гибель Вселенной – ничто. И эту силу имеет даже один эйдос!

Именно этим и промышляют стражи мрака. Чем больше эйдосов в дархе каждого стража – тем больше его возможности и, следовательно, выше он стоит в иерархии среди своих. Стражей нисколько не заботит, что вместе с эйдосом они отнимают у лопухоида вечность. Для них это предмет охоты – не более того.

– Они отнимают эйдосы силой?

– Силой эйдос отнять невозможно. Но эйдос можно отдать добровольно. Можно подарить, или продать, или обменять на алмаз, на царство, на яблочный огрызок – кто во что его оценит. С этим уже ничего не поделаешь. За сотни лет миллионы лопухоидов уже расстались со своими эйдосами, перекочевавшими в дархи к стражам мрака, – с грустью сказал Сарданапал.

– А стражи света? Им эйдосы не нужны? – спросил питекантроп.

– Стражи света призваны охранять эйдосы смертных, но не похищать их! Они не зачёркивают чужую вечность. Древнир, как он ни был велик, никогда не покушался ни на один эйдос. Хотя порой мне кажется, что он был не простым белым магом. Я думаю, что…

–…он был одним из стражей света? – закончил Поклёп.

– Возможно, – уклончиво ответил Сарданапал. – Стражи света редко кричат о себе во всеуслышание. Они уважают свободу выбора и предпочитают роль наблюдателей.

– Но чем так опасен этот мальчишка, Сарданапал? Почему мы должны бояться Мефодия Буслаева?

Сарданапал сел за стол и, окунув в чернила гусиное перо, сделал на бумаге замысловатый росчерк.

– Что вы знаете о Древнире? Не как о мудрейшем маге, основателе Тибидохса, но как о человеке из плоти и крови? Немного, не правда ли?

– Очень немного. Он не любил смешивать дела и частную жизнь. Да и вообще, когда я с ним познакомилась, он держался очень отстранённо. Мог пройти в полуметре от тебя и даже не заметить. Было похоже, что все его мысли где-то в астрале, – сказала Медузия.

Академик кивнул:

– Примерно так дело и обстояло. Особенно в последние годы, когда Древнир достиг такого прозрения, когда видят и прошлое, и будущее. А когда одновременно видишь и прошлое, и будущее, на настоящее времени как-то не хватает. И ты, разумеется, не знала, что у Древнира был сын?

– Я – нет, – сказала Медузия.

– А я знала. Но вот что с ним стало, мне неизвестно. Древнир никогда не упоминал об этом, – произнесла Ягге.

– Это случилось осенней ночью в последний год магических войн, – заметил Сарданапал. – Мир так переполнился злом, что начинал уже уставать. Древнир и его сын возвращались после какой-то встречи. Так случилось, что они вдвоём оказались в глухом лесу. И внезапно на них напали. Нежить и стражи мрака окружили их сплошной стеной. Нельзя было ни телепортировать, ни позвать на помощь, ни использовать заклинания – нападавшие всё предусмотрели и запаслись сильными артефактами. Тогда Древнир глубоко вонзил свой меч в дерево. Магия его меча, магия дерева и магия земли, с которой дерево было связано корнями, объединились, и вокруг ствола дерева образовалось узкое кольцо света. Древнир и его сын стояли в сияющем кругу, вокруг которого толпились нападавшие. Нежить копошилась, лезла друг на друга, давила передних, но не могла пробиться внутрь круга. Стражи мрака были умнее. Они встали поодаль и, не пытаясь пробиться внутрь, спокойно стояли и ждали своего часа. Они знали, что внутрь круга им всё равно не прорваться и самое мудрое – не расходовать понапрасну силы. Так прошло два дня и две ночи. Нежити становилось всё больше. Она облепила круг со всех сторон, даже копошилась внизу, под землёй. Стражи мрака всё ещё были тут. Они спокойно сидели на земле и ждали. Тут были все лучшие их бойцы – горбун Лигул, мечник Арей, Хоорс и другие. Они надеялись, что их час наступит. Древнир и его сын спали по очереди, ломая голову, как им подать сигнал и позвать на помощь остальные силы света. И вот на третью ночь, уже перед рассветом, когда Древнир, дежуривший до того, заснул, мечник Арей оскорбил сына Древнира и бросил ему вызов. Арей поклялся нерушимой клятвой мрака, что они будут биться один на один и если сын Древнира победит, то его и отца отпустят. Сын Древнира, очень горячий и молодой, принял вызов. Он вытащил из дерева меч отца, не заметив, что его кончик обломился и остался в дереве, и сделал шаг из круга…

– И тут нежить набросилась на него? – взволнованно спросил Тарарах.

Забыв о шашлыке, горячий питекантроп взмахнул шпагой маршала Даву, забрызгав профессора Клоппа горячим жиром.

– Ви сбрендиль с ума! Ви метать в меня ваш скверны шашлик! – завизжал Клопп.

– Нет. Я думаю, что бой действительно был честным. Арею не было смысла нарушать клятвы, да это и не в его правилах, – продолжал Сарданапал. – Арей и сын Древнира рубились, уставший же Древнир спал внутри круга, ничего не видя и не слыша. Думаю, что его сон был усилен чарами магов мрака. Сын Древнира хорошо владел клинком, но всё же не так, как лучший меч стражей мрака. Не прошло и минуты, как Арей обезглавил сына Древнира и пролил его кровь на землю… Нежить, почуяв кровь, совсем сорвалась с катушек. Она набросилась на спящего Древнира, но не смогла убить его из-за того, что магический круг хотя и ослаб, но всё же сохранился, ведь кончик меча остался в стволе дерева… Спустя день отряд белых магов, обшарив все окрестности, нашёл Древнира. Я тоже был там, в том отряде. Древнир всё ещё находился во власти сонных чар. Никого из серьёзных стражей мрака там уже не было. Только нежить, которую довольно быстро разогнали и которая, урча, расползлась по норам и оврагам… Древнир сам похоронил то, что нежить оставила от его сына. В полном одиночестве вырыл кинжалом могилу.

– Я ничего не знала. Странно, что об этом никогда не говорили, – сказала Медузия.

– Об этом знали только самые близкие ученики и друзья Древнира. Он взял с нас клятву молчать об этом. Я не нарушил бы клятвы и сейчас, если бы не видел в этом острой необходимости, – сказал Сарданапал.

– Действительно? При чём тут сын Древнира и этот мальчишка Буслаев? Что их связывает? – поправляя очки, спросила Зубодёриха.

Академик с укором посмотрел на неё:

– Ты спешишь, Зуби. Связи магического мира слишком сложны, чтобы их можно было постичь поверхностным взглядом. Меч Древнира пропал. Его поднял с земли и унёс горбун Лигул, бывший там с Ареем. Этот Лигул, некогда близкий друг Арея, тогда уже начинал завидовать ему и мало-помалу стал лютым врагом. Но и другом в какой-то мере он остался тоже. Есть такая вариация на тему человека, называется «заклятый друг». Какое-то время спустя Лигул нашёл способ, как сделать сильнейший артефакт света артефактом тьмы. Для этого он провёл меч Древнира через множество преображений, в каждом новом преображении делая его чуть хуже и темнее, чем он был раньше. Однако это происходило так постепенно, что сам меч не замечал перемен. Он побывал и копьём, и огненным хлыстом, и стременем, и кольцом, и чёрным кинжалом. Во всех своих воплощениях он сеял смерть и унёс множество жизней. Но эти превращения артефакта были лишь частью пути. В финале он вновь станет мечом Древнира, но мечом, превратившимся в свою противоположность. Мечом тьмы… Не знаю, прошёл ли меч все преображение и у кого он теперь? Не исключено, что всё ещё у Лигула. Уж не надеется ли горбун с его помощью попасть в Храм Вечного Ристалища, расположенный в Срединных землях, между Эдемом, где обитают стражи света, и Аидом, где находится Канцелярия стражей мрака? Да только едва ли даже мечу Древнира это по силам.

– Храм Вечного Ристалища… Храм, над которым не имеют власти ни свет, ни тьма… Храм настолько древний, что все цивилизации Земли лишь песок у его подножия, – мечтательно повторила Ягге. – Как же, как же, бывала я там. Безумно давно. Тибидохса тогда не было и в помине, а Буян только высунул свою макушку из вод океана… Срединные земли, где-то между Эдемом и Аидом! Глупый лопухоид, вздумавший найти их на глобусе, только испортил бы зрение, а между тем Срединные земли гораздо реальнее, чем все их континенты. Вообразите огромную равнину – белый от солнца песок, сероватые островки почвы с дюжиной чахлых деревьев и камни, которые торчат из земли под немыслимыми углами. Камни стоят тесно, точно образуя коридор. Идёшь между камнями, как по спирали, – полётной магии там нет, – и внезапно взгляд натыкается на колонны. И ты понимаешь, что перед тобой нечто более древнее, чем магия, древнее и мудрее, чем даже свет и тьма. Нечто такое, над чем никто из ныне живущих не имеет власти.

– Как египетские пирамиды? – спросил Соловей О. Разбойник. Он, хоть и отлично играл в драконбол, путешествовал мало, а в прежние годы и вовсе безвылазно сидел в родной Мордовии, подкарауливая в лесах мимохожих-мимоезжих.

Ягге поморщилась:

– Египетские пирамиды в сравнении с Храмом Вечного Ристалища – это так, больная фантазия на тему вертикального гробика… Ты идёшь ещё несколько часов – а Храм всё не приближается – или приближается так постепенно, что ты этого не замечаешь. А потом вдруг – не менее внезапно – ты вдруг оказываешься рядом. Двери храма всегда распахнуты. Ты можешь подойти совсем близко и увидеть пол – чёрные и белые мраморные квадраты. С другой стороны видна ещё дверь, она чуть приоткрыта, но не настолько, чтобы можно было увидеть, что за ней. А искушение велико. Тебя охватывает уверенность, что там, с другой стороны, лежит что-то безумно важное, нечто такое, перед чем тускнеют все наличествующие и утраченные артефакты… Нечто такое, ради чего те, кто жил до мрака и света, те, для кого магия была естественна, как дыхание, и построили этот колоссальный Храм.

– А нельзя просто подойти и заглянуть? Или использовать удалённое зрение? – спросила Медузия.

Спицы в руках у Ягге описали укоризненный полукруг.

– Медузия, дорогая, хоть это и случилось безумно давно, но я уже тогда была далеко не наивная девочка и знала о магии достаточно. Какие только варианты я не перепробовала! Телепортация, полёт, все виды зрения, дистанционная интуиция… Бесполезно.

– Ты не смогла, а Мефодий Буслаев сумеет? – надувая щёки, спросил профессор Клопп.

Сарданапал сострадательно посмотрел на его крысиную жилетку.

– Возможно, Зиги… Всё возможно. Мефодий Буслаев, который ощутит свой тёмный дар. Который, получив плащ, пройдёт в день своего тринадцатилетия лабиринт мраморных плит, пойдёт в приоткрытую дверь и, взяв то, что оставлено там древними, передаст это стражам мрака. Относительное равновесие между светом и мраком будет нарушено. Мрак разом прорвётся из всех щелей, как вода прорывается сквозь дно гнилого корабля. Тысячи эйдосов, которые ныне защищает свет, будут похищены мраком. От того, сумеет ли Мефодий Буслаев совладать с той тьмой, что изначально заложена в нём, зависит всё.

Огонь в камине полыхнул и погас. Тяжёлые бархатные шторы надулись при полном безветрии, как корабельные паруса. Две древние черномагические книги в клетке заметались и, внезапно обратившись в пепел, осыпались сквозь прутья на ковёр.

Ягге подняла глаза от спиц.

– Ну вот, я так и знала!.. Петля сорвалась. А я ведь почти закончила, – сказала она с сожалением.

– Мефодий Буслаев! Он ещё не родился, а мрак уже в предчувствии его рождения! – произнесла Медузия.

– Мефодий Буслаев… Мы будем пытаться как-то повлиять на него? Выйти с ним на контакт? Взять, наконец, в Тибидохс? – хрипло спросила Великая Зуби.

Борода Сарданапала сделала волнообразное движение.

– Ты что, Зуби? Этого мальчишку – и в Тибидохс? С его-то даром? Нет, дорога в Тибидохс ему навсегда заказана. Мы даже не сможем вмешаться, ибо дела света и мрака неподвластны нам, элементарным магам. Мы будем наблюдать за мальчишкой издали – не более. В таких делах любой осторожности будет мало… И запомните: никто в Тибидохсе, кроме нас с вами, не должен ничего знать о Мефодии! НИ ОДИН УЧЕНИК! В ближайшие двенадцать лет во всяком случае! Я требую, я настаиваю, я, наконец, приказываю, чтобы все принесли клятву!

– Сарданапал, а какой именно дару мальчишки? Я знаю, что тёмный, но как он проявится на этот раз? – спросил Тарарах. – Мы знаем, что формы его бесконечны!

Глава Тибидохса устремил на питекантропа пылкий малоазийский взор.

– Точно не знаю, Тарарах! Я могу лишь догадываться. И если это то, о чём я думаю, то это ужасно. Так ужасно, что я предпочту умолчать. А теперь клянитесь! Ну же! Я хочу, чтобы вы все произнесли Разрази Громус!

Полыхнуло несколько искр – красных и зелёных. Поклёп, Медузия, Ягге, Великая Зуби, профессор Клопп… Сарданапал, внимательно следивший, чтобы поклялись все без исключения, выпустил искру последним. Тарарах, не имевший перстня, обошёлся без искры, ограничившись простым произнесением клятвы.

Золотой сфинкс на дверях кабинета поджал лапы и уподобился мокрому несчастному котёнку.

Множество Разрази Громусовв одном кабинете за какую-то минуту – это было много даже для видавшего виды сфинкса.

Назад к карточке книги "Мефодий Буслаев. Маг полуночи"

itexts.net

Мефодий Буслаев. Книга Семи Дорог (Дмитрий Емец) читать онлайн книгу бесплатно

Давным-давно три сильнейших темных мага создали собственный мир – Книгу Семи Дорог – и заключили в него свои эйдосы. Поселившись в новой реальности, маги получили абсолютную власть и неуязвимость. Однако, чтобы жить вечно, они должны периодически заманивать к себе семь добровольцев. Попавшие в книгу навсегда забывают прошлое и воспринимают любого встречного как врага. Именно на этот артефакт и сделал ставку Лигул. Мефодий, Дафна, Шилов, Чимоданов, Прасковья, Варвара и Мошкин – все они для главы канцелярии Мрака отыгранные карты, но если он заставит их сражаться друг с другом, то отомстит Свету за поражения. Тем временем Аида Плаховна Мамзелькина, а проще говоря Смерть, ищет преемницу. И выбор падает на бывшую валькирию – Ирку. Но вот как устроить ей ловушку?

О книге

  • Название:Мефодий Буслаев. Книга Семи Дорог
  • Автор:Дмитрий Емец
  • Жанр:Фэнтези, Детская фантастика
  • Серия:Мефодий Буслаев
  • ISBN:978-5-699-62997-8
  • Страниц:84
  • Перевод:-
  • Издательство:Эксмо
  • Год:2013

Электронная книга

Препятствий не миновать, но имея в себе опору, он, хоть с трудом, преодолел бы их. Побудь он весь день в этом преодолении, на другой день они оказались бы гораздо менее чувствительными, а на третий – еще меньше.

Преподобный Никодим Святогорец

В сущности, чтобы прослыть глупым, достаточно просто быть злобным.

Троил

Вспомните, что писатели, которых мы называем вечными или просто хорошими и которые пьянят нас, имеют один общий и весьма важный признак: они куда-то идут и Вас зовут туда же, и Вы чувствуете не умом, а всем своим существом, что у них есть какая-то цель, как у тени отца Гамлета, которая недаром приходила и тревожила воображение.

А. П. Чехов из письма к А. С. Суворину

Глава 1 Плачущий пакет

Всем людям очень тяжело. Они устают от слабостей друг друга, несовершенств, ошибок...

lovereads.me

Читать книгу Мефодий буслаев 08(первый эйдос) »Емец Дмитрий »Библиотека книг

   

Опрос посетителей
Что Вы делаете на сайте?
   
   

На нашем сайте собрана большая коллекция книг в электронном формате (txt), большинство книг относиться к художественной литературе. Доступно бесплатное скачивание и чтение книг без регистрации. Если вы видите что жанр у книги не указан, но его можно указать, можете помочь сайту, указав жанр, после сбора достаточного количество голосов жанр книги поменяется.

   

   

Емец Дмитрий. Книга: Мефодий буслаев 08(первый эйдос). Страница 1
ДМИТРИЙ ЕМЕЦ

МЕФОДИЙ БУСЛАЕВ. ПЕРВЫЙ ЭЙДОС

МЕФОДИЙ БУСЛАЕВ 5

Глава 1ДЕВУШКА В АЛОМ

Не каждый из тех, кто безгранично верит в спои силы, в конце концов побеждает, но тот, кто в них не верит, не побеждает никогда.«Книга Света»

Курьер из Канцелярии мрака прибыл к 23:58, посмотрел на часы и сконфузился. Ему было поручено выйти из стены с первым ударом часов, но вышла накладка. Произошла та же история, что с реальной, а не со сказочной Золушкой, которая лишилась платья за четверть часа до полуночи из-за неточности карманных часов феи. Отчасти это и послужило причиной скандальной влюбленности молодого принца и его скоропалительной женитьбы.Чимоданов, игравшийся с недавно подаренным ему «Кольтом Вайт-Игл», машинально пальнул в курьера, но тотчас извинился и кинулся поднимать гильзу.— Дай сюда цацку! Не стреляй в приемной, чайник! Тебе мама не говорила, что такое рикошет? — буркнула Улита, решительно выдирая у него из пальцев оружие.Посланец Тартара зевнул и затянул дырку в груди, что оказалось несложным, так как курьер был джинн. Незнакомый и бородатый. Обрюзгший и сонный, с раздувшимся бугристым носом. Такой нос — визитная карточка хронических алкоголиков и джиннов, которые долго пребывали в заточении в плохо вымытой стеклотаре.Гюльнара немедленно принялась кокетливо виться вокруг в надежде что-нибудь разнюхать. Джинн мрачно посмотрел сквозь нее, открыл рот и продемонстрировал обрубок языка. Гюльнара отшатнулась. До этого момента она была убеждена, что не существует магии, способной изуродовать джинна. Немой гонец сунул Арею желтый свиток, с досадой покосился на часы, натужно приготовившиеся бить, и исчез без вспышки.— Подчеркиваю: этот тип мне не понравился! Какой-то неряха! — заявил Чимоданов, считавший своим долгом высказываться по любому поводу.— Зато ты ряха! Свитер какой классный! — сказала Ната.Чимоданов не понял иронии и зарумянился от удовольствия. Он не замечал, что Ната уже час старательно отворачивается, чтобы не видеть его свитера — белого, покрытого громадными, в ладонь, маками. Со стороны, к тому же если обладать не очень острым зрением, маки были похожи на расчесанные язвы, особенно противные из-за черных точек в середине. Последнее время у Петруччо совсем развинтилось чувство меры. Он то красил волосы в зеленый цвет, то вставлял в ухо огромную серьгу, то сам шилом и цыганской иглой шил себе жилетки. Жилетки, надо признать, получались удачные и стильные, а вот серьга Арею не понравилась, и он, метнув нож, пригвоздил ее к стене вместе с пищащим Чимодановым.Пока Петруччо гордился свитером, Арей осмотрел печать и кинжалом вскрыл се. Дафна неосознанно вцепилась в загривок Депресняку. У нее появилось скверное предчувствие, связанное с пергаментом.Свиток оказался от Лигула и начинался со слов -Дорогой Арей!». Шрам, рассекавший лицо меч-мика, побагровел. На нем ясно проступили синие прожилки. Прожилки находились там, где Арей когда-то сам зашивал себя толстой нитью.— Хотелось бы узнать, в какой конкретно валюте я «дорогой»? — процедил он.

«Дорогой Арей!Убежден, ты счастлив будешь узнать, что егерям удалось загнать яроса в Круглом Провале. Я думал убить его сам, но решил не быть эгоистом. В сущности, именно наш эгоизм — причина того, что стражи мрака до сих пор не контролируют всего мироздания.Приезжай на охоту и захвати с собой всех своих учеников, не забыв, разумеется, Буслаева. Не стоит лигиать молодежь радостей битвы. Нам, скромным, утонувшим в бумажках писакам, интересно будет посмотреть, чему ты их научил.Жду вас на рассвете. Сожалею, если в эту ночь вам не удастся выспаться.Ваш Лигул.Р.S. Просто для ясности. Отказ не принимается ни в какой форме. Твои ученики должны быть завтра в Тартаре, даже если все они сейчас лежат на смертном одре. Им почти шестнадцать, и, стало быть, время для первого серьезного испытания наступила. А вотДафну не бери. Не стоит показывать светлой Тартар. Должны же у мрака существовать маленькие семейные тайны?››

Арей молча скомкал свиток и отшвырнул его. Улита осторожно подошла, просительно взглянула на шефа и, подняв свиток, прочитала вслух.— Яроc — это то, о чем я напряженно думаю? -спросила она. Озабоченный кивок мечника подтвердил, что Улита могла бы думать менее напряженно.— Яроc — это кто? — спросил Меф.Арсй пнул стул, посмевший загородить ему дорогу.— Зверушка, относящаяся к роду низших даймониумов. Постоянно обитает в холодных впадинах Тартара. Есть крылья, но в зачаточном состоянии. Прыгучая, живучая. Я не назвал бы яроса глубоким и самобытным мыслителем, но как разорвать врага он соображает. Битва с яросом — обязательная часть ритуала посвящения молодого стража.— Ярое один, а нас против него будет четверо? — уточнил Чимоданов, страдая от хронического арифметического зуда.Он был как немецкий лейтенант, который в письме к невесте любит посчитать карандашиком, сколько весят в сумме все солдаты его роты, сколько килограммов крупы они съедают за ужином и сколько на каждого в среднем приходится бинтов, патронов и пулеметных лент. Правда, последние цифирки он старательно замазюкивает.— Не исключено, что для массовки выставят кого-то еще из молодых стражей. Яросы обедают не слитком часто, так что белка им надо много, -цинично ответил Арей.— А мы не испепелимся в Тартаре, нет? И кости от холода не потрескаются, да? — забеспокоился Евгеша.Мечник мотнул головой, запутавшись в этих»да» и «нет».— Тартар неоднороден. Где-то холодно, где-то жарковато. В Круглом Провале терпимо. Лигул принял меры, чтобы его ни в чем нельзя было обвинить. Если кого-то из вас прикончат, малютка первый зальется слезами и обвинит меня, что я плохо вас подготовил. Хотя, убежден, яроса егеря загнали соответствующего. Они не глупцы и догадываются, чего хозяин от них ждет.Арей говорил озабоченно, однако удивленным не выглядел. Меф понял, что о предстоящих испытаниях он догадывался заранее. Не потому ли тренировки в последние месяцы длились дольше обычного? Два, а то и три раза в день. С шестом, с мечом, с топором, с копьем. Ладони давно превратились в однородную мозоль. К концу второго часа ученики обычно переставали понимать, что делают их руки. Сознание от усталости отключалось. Лишь шест совершал дробящие выпады или, двигаясь сам по себе, без вложения силы, обрушивался на воображаемого противника. Меч наносил резкие уколы и короткие рубящие удары.Арей не был сторонником «показухи», как он презрительно называл школу Хоорса.— Мельтешня хороша, когда тебя только собираются убивать, а ты не прочь попугать ватагу прохиндеев где-нибудь в трактире на Лысой Горе. Когда же уже убивают, поздно изображать стойку жирафа, лягающего копытом низколетящего бегемота. Тут спасет лишь предельно жесткая скупая работа. Первого противника нужно вбить в землю по макушку, тогда другие, возможно, вспомнят, что не кормили дома черепашку, — повторял обычно мечник. Щурился, с усмешкой смотрел на учеников и интересовался:— Возражения есть?Ната слушала, скромно опустив глазки, однако ощущалось, что возражений у нее хватает. Легко рассуждать о жесткой работе, когда ты такая туша и вдобавок лучший меч Тартара. В случае чего она, Вихрова, будет выкручиваться иначе:«Не убивайте меня, господа деграданты! Никто не хочет посмотреть, как я беззащитна, как хороша? Пусть все смотрят и того старенького лучника поближе подведут!.. Я чешусь, когда в меня целятся!.. Эй, я не просила умирать от любви так буквально! И что мне, интересно, делать с этими телами? «Но молчала Ната не всегда, слишком велико было ее раздражение против всякого спорта.— Неумеренные занятия физкультурой мешают гармоничному развитию личности! — порой заявляла она вслух и даже показывала вырезку со статьей шестидесятилетнего скрипача, впервые додумавшегося до этой истины.Но что бы там ни утверждала Вихрова, даже ей последние три месяца не разрешалось пропускать тренировки, хотя она вечно жаловалась, что у нее болят ноги и отваливаются руки.— Если ты не перестанешь ныть, я покажу тебе, как действительно отваливаются руки, -негромко предупреждал ее Арей.Ната сразу смекала, что это не просто ораторский прием, и бралась за меч. Она даже достигла некоторых успехов. Во всяком случае, только ей одной удавался внезапный укол снизу. При этом, хотя клинок уже мчался к цели, Вихрова могла смотреть совсем в другую сторону, имея на лице отрешенно-рассеянное выражение студентки, которая никак не вспомнит, кому дала конспекты.-Тебя только убийцей подсылать, Вихрова! — говорила Улита.— Я работаю глазами. Острые железки — это чтобы резать колбасу, — парировала Ната.— А по мне так ничего нет лучше телелортации на армейский склад с последующим возвращением к месту событий с парой «калашей». Это Буслаев у нас любит холодное оружие. Не пальнет, мол, случайно в кармане и не прострелит колено, — заявлял Чимоданов.Он был даже драчливее Мефа: вечно влезал в различные истории. Даф предполагала, что встопорщенный видок, вызывающая одежда и вспыльчивость Чимоданова провоцируют людей с родственной психикой.И вот теперь письмо из Тартара прояснило, почему они тренировались так много.Глаза Арея, уставшие, покрасневшие, перескакивали с одного ученика на другого, задерживаясь на лице каждого.По бескровным щекам Мошкина бродили красные пятна. Меч, который Евгеша зачем-то призвал и держал на коленях, то покрывался толстым слоем льда, то вспыхивал в пляске огня, отчего лед мгновенно таял. Результатом этого непрерывного таяния стала лужа под ботинками, которой Мошкин пока не замечал.За последние месяцы Евгеша вымахал еще сильнее и обзавелся завидным баском. И лишь глаза остались прежние — испуганные, щенячьи.Неукротимая Ната, насмехаясь над Мошкиным, сак-то приклеила на его дверь бумажку:«Ахтунг!Красивый сильный мужчина завоюет мир, покорит Вселенную, разобьет женские сердца. Общаться строго с 18.00 до 21.00. В 18.00 отпустит начальство. В 21.00 мамочка велела мне «ложиться спать».Евгеша прочитал бумажку, обиделся, но рвать не стал и оставил на память. Хотя мамы с ним рядом и не было, ее присутствие ощущалось астрально.Клинок Мошкина был ему под стать. Широкий основания, острый как бритва, он стремительно сужался к концу. Разумеется, артефакт, но артефакт переменчивой силы. Это был зажатый и неуверенный в себе меч — такой же, как и его хозяин. Иногда он с легкостью рассекал доспехи, порой же унывал и тогда спасовал бы даже перед сухой палкой.— Всегда происходит именно то, чего я боюсь, и именно тогда, когда я боюсь. Значит, если я не буду бояться, ничего не произойдет. Сражаться с яросом придется в любом случае. Раз так, какая разница: боюсь я или нет? — не замечая, что произносит это вслух, бормотал Мошкин.Арей молчал. Едва ли вопросы требовали ответов, да и Евгсша их явно не ждал. Глаза Мошкина неосознанно скользили по Канцелярии, пока не нашарили графин с водой. Рассеянно остановились на нем. Графин треснул и распался. Превращенная в лед вода, повторявшая очертания графина, осталась стоять на столе.— Может, хватит с водичкой играться? — поинтересовался Арей.Евгеша встрепенулся. Он вскинул голову и севшим голосом спросил, есть ли у яроса уязвимые места.— У яроса есть уязвимые места. Например, шея. Или ноги. Но уязвимей всего нервный узел. Он расположен на спине, там, где смыкаются чешуйчатые пластины. Сложность в том, что ярое не стоит на месте и не ждет, пока его прирежут. Он двигается так быстро, что не каждый охотник поймет, что его сожрало... А вот в чешуйчатые пластины бить не советую. Даже если меч их пробьет — застрянет и обратно его не извлечь.Мошкин серьезно кивнул, запоминая. Губы у него прыгали уже не так сильно. В мечном бою Евгеша был лучшим в русском отделе после Арея и Мефа. Шестом он разделал бы всех, кроме опять же Арея, а в сражении на топорах или секирах уступил бы лишь Арею и Чимоданову.Улита разглядывала Нату. Вихрова выглядела спокойной как удав. Она жевала жвачку и созерцательно изучала свои ногти. Монотонные движения ее нижней челюсти раздражали ведьму.-А ты что, не боишься яроса? — спросила Улита с досадой.Розовый пузырь раздулся и лопнул. Ната облизала верхнюю губу.— Ни одно существо мужского пола не способно причинить мне вред. Животное, человек, маг, страж — не имеет значения, — сказала она.— Откуда ты знаешь?— Просто знаю, — с вызовом повторила Ната. Меф подумал, что ей сложно не поверить.Улита закивала.— Завидую тебе белой завистью, деточка! Но ты не учла одного маленького пустяка. У яросов нет пола! — язвительно произнесла она.Вихрова перестала жевать. Очередной пузырь жвачки вздулся сам собой и лопнул. Ната даже не заметила. На губах у нее остались мелкие брызги сладкой резины.— Как это нет пола? А как же они... ну это... — замялась она.Ведьма убийственно прищурилась.— Если тебя, как обычно, интересуют интимные подробности, то вот они. Раз в двенадцать лет три взрослых яроса собираются вместе и поочередно отхаркивают в трещину скалы куски полупереваренного мяса. Под воздействием слюны из полученной смеси постепенно образуется новый ярос... он растет как плесень, белый и скользкий. Со временем чешуя твердеет, и тогда же молодой ярос начинает двигаться.Ната недоверчиво уставилась на Арея, Тот подтвердил слова ведьмы кивком.— Мне жаль, но так и есть, Яросы интересуются девушками только в гастрономическом смысле, — сказал он.Петруччо внезапно хлопнул себя по лбу, поднялся и неторопливо пошел к дверям. Мечник подождал, пока он возьмется за ручку, и вежливо поинтересовался, куда направляется «господин с чемоданом», как он его назвал.-Хочу пройтись! Загляну в ночной магазин, чего-нибудь куплю... — небрежно отвечал Петруччо.

Все книги писателя Емец Дмитрий. Скачать книгу можно по ссылке

Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.

   

   

Поиск по сайту
   
   

   

Теги жанров Альтернативная история, Биографии и Мемуары, Боевая Фантастика, Боевики, Военная проза, Детектив, Детская Проза, Детская Фантастика, Детские Остросюжетные, Детское: Прочее, Другое, Иронический Детектив, Историческая Проза, Исторические Любовные Романы, Исторические Приключения, История, Классическая Проза, Классический Детектив, Короткие Любовные Романы, Космическая Фантастика, Криминальный Детектив, Любовные романы, Научная Фантастика, Остросюжетные Любовные Романы, Полицейский Детектив, Приключения: Прочее, Проза, Публицистика, Русская Классика, Сказки, Советская Классика, Современная Проза, Современные Любовные Романы, Социальная фантастика, Триллеры, Ужасы и Мистика, Фэнтези, Юмористическая Проза, Юмористическая фантастика, не указано

Показать все теги

www.libtxt.ru

Читать книгу Маг полуночи (Мефодий Буслаев

Дмитрий Емец

Мефодий Буслаев. Маг полуночи.

Мефодий Буслаев - 1

Аннотация

В Книге Судеб записано, что Мефодий Буслаев пройдет лабиринт Храма Вечного Ристалища в день своего тринадцатилетия. Мальчишка, родившийся в минуту полного солнечного затмения, впитал тайный страх миллионов смертных. Именно тогда в нем пробудился дар. Благодаря своему дару, не осознавая того, он аккумулирует в себе самые разные энергии окружающих: любви, боли, страха, восторга, злости - и трансформирует их в абсолютную магию. Его дар и то, что он вынесет из Храма Вечного Ристалища, нужны стражам Тьмы, нужны и стражам Света... Как, сделав выбор между Светом и Тьмой, остаться собой? На этот вопрос Мефодию придется искать ответ самому...

ПРОЛОГ

ТИБИДОХС. КАБИНЕТ САРДАНАПАЛА ЧЕРЕЗ ТРИ ГОДА ПОСЛЕ РОЖДЕНИЯ ТАНИ ГРОТТЕР И ЗА СЕМЬ ЛЕТ ДО ЕЁ ПОЯВЛЕНИЯ НА

О. БУЯНЕ

В камине главы Тибидохса Сарданапала Черноморова пылал огонь. Питекантроп Тарарах на корточках сидел у камина и поджаривал шашлык, нанизанный на шпагу. Мясо вкусно шкворчало и постреливало каплями жира.

- Оно, конечно, баранина ничего, да только с мамонтятиной всё равно какое сравнение, слёзы одни! - ворчал Тарарах. - А на чём я жарю? Семь магов в школе, все головастые - жуть, один даже академик, и хоть бы кто удосужился нормальные шампуры наколдовать. Спасибо, я годков двести назад у маршала Даву шпажонку отобрал. Хорошая шпажонка - аккурат на двенадцать кусков.

Тарарах не преувеличивал. В кабинете академика действительно находились все семь тибидохских преподавателей - сам Сарданапал, Великая Зуби, Ягге, Поклёп, Медузия, Соловей О. Разбойник и профессор Клопп. Причём находились по поводу, который никак нельзя было назвать приятным.

Усы Сарданапала безнадёжно подрагивали. Их бунтующие кончики крепко держал на затылке золотой зажим. Это был верный признак, что глава школы Тибидохс настроен на серьёзный лад.

- У меня две новости: плохая и омерзительная. С какой начать? - спросил академик.

- Сарданапал, пожалей старуху. Начни с плохой. Я заканчиваю вязать Ягунчику шапку. Если сейчас ошибусь - придётся много распускать, - осторожно заметила Ягге, поднимая от спиц глаза.

- Но-но, не скромничай! Не старьте старых стариков, они моложе молодцов! Забыла, как заговаривать спицы, чтобы они вязали сами? улыбнулась Великая Зуби.

- Мой Ягунчик не любит наколдованные шапки. Он говорит, что у него в них уши не помещаются, - возразила Ягге.

Маленький Ягун, живой как ртуть, был любимчиком бабуси и большой проблемой всего остального Тибидохса. На месте он не мог усидеть вообще. Пару раз его снимали с пылесоса на полдороге на Лысую Гору, а один раз нашли у Жутких Ворот, которые он пытался открыть гвоздиком, используя его как отмычку. Помешал пустяк: гвоздик оказался на сантиметр короче.

- Да, уши у Ягунчика редкостные. Не удивлюсь, если мальчишка будет хорошо играть в драконбол. Они позволят ему недурно планировать и закладывать крутые повороты, - кивнул Соловей О. Разбойник.

Сарданапал укоризненно кашлянул.

- Сегодня утром я закончил кое-какие расчёты. Через три дня, в пятом часу вечера, произойдёт полное солнечное затмение. Оно продлится семь с половиной минут - максимальный астрономически возможный срок для солнечного затмения. Здесь, на Буяне, мы ничего не увидим. Зато Москва полностью окажется в чёрной тени. От одной окраины до другой. На семь с половиной минут город провалится во мрак...

Тарарах слизнул с пальцев жир и присмотрелся к мясу.

- В своей жизни я видел кучу затмений. И никогда ничего... Разве что как-то в палеолите бойкий парнишка из соседнего племени воспользовался паникой и стибрил у меня отличный каменный топор.

- Тарарах, затмение, о котором я говорю, не заурядное. О нём предупреждал ещё Древнир. А Древнир не был склонен к пустой панике, - сказал Сарданапал.

- Насколько я понимаю, затмение - это и есть обещанная плохая новость. А теперь омерзительную Я начинаю входить во вкус! - произнесла Медузия.

- Вот и она. Его назовут Мефодий Буслаев. Он появится на свет спустя две минуты, как скроется солнце. Древнир не сомневался, что у мальчишки будет дар .

- Многие младенцы постучатся в дверь мира в эти семь с половиной минут. Возможно, дар будет у кого-то другого, - резонно возразила Медузия.

- Нет, Меди. Я убеждён, что дар будет именно у него. Слишком много совпадений. Расположение звёзд, место и время рождения, затмение, и, главное, кровь. В роду у мальчишки было немало волшебников. В Средние века одну из его прапрапра... сожгли на костре. Она насылала на своих соседей чуму взглядом и делел это чаще, чем требует обычная вежливость.

- А есть какая-то надежда, что Мефодий Буслаев не осознает своего дара ? - осторожно спросила Медузия.

- Надежда умирает последней. Однако в данном случае она скончалась ещё до появления мальчугана на свет, - мрачно пошутил академик.

Сарданапал встал и, не глядя ни на кого, стал прохаживаться по кабинету.

- Белые маги? Чудесно! Тёмные маги? Замечательно!.. Но мы забыли о тех, чьи силы во много раз превосходят нашу ворожбу и наши заклинания! О тех, кто древнее египетских пирамид! О стражах мрака! О стражах света! Вот кому нужен его дар ! - убеждённо произнёс он.

- Но Сарданапал! Наверно, ты преувеличиваешь. Возможно, стражи мрака и тьмы ничего не знают о Мефодии Буслаеве, - осторожно сказала Великая Зуби.

Поклёп Поклёпыч и профессор Клопп обменялись ироничными взглядами.

- Они знать о мальчишке всё, если его дар стоить хотя бы один копейка! - пробурчал Клопп.

Зажим соскочил с усов Сарданапала, и они запрыгали, дирижируя невидимым оркестром.

- Да, профессор, да и ещё раз да! Последние столетия все мы были преступно халатны! Волшебные книги, заклинания, драконбол, свары с древними божками, не желающими угомониться, - это и стало нашим миром. Но при этом... - тут академик снизил голос до шёпота, - при этом зачем обманывать себя? В день, когда родится мальчишка, проклятая пружина вновь начнёт закручиваться, чтобы через тринадцать лет... Не хочу даже думать об этом.

- Стражи мрака... - задумчиво сказала Медузия. - Представить только, что было время, когда я не видела разницы между магами и стражами. А потом поняла. Маги - белые ли, тёмные - не зависят от лопухоидов. Их мир существует отдельно, наш отдельно. Мы не вмешиваемся в его историю и лишь стремимся, чтобы лопухоиды не узнали о нас. Совсем другое дело стражи мрака. Им лопухоиды необходимы... Их мысли, их чувства, особенно их эйдосы...

Поклёп мрачно посмотрел на неё:

- Точно, Медузия! Между простыми магами, такими как мы, и стражами мрака чудовищная разница... Как между курами и индюками. Одни летают, а другие... других летают...

- Это потому, что мы, даже тёмные, такие как Клопп и Зуби, не подпитываемся силой эйдосов, - сказала доцент Горгонова.

- Если отбросить в сторону мораль, отказ от использования эйдосов имеет свои минусы. Дар каждого мага - белого или тёмного - задан изначально. Можно научиться владеть им, можно выучить несколько сотен заклинаний, но с годами сам дар не станет больше, разве что слегка отточится. Возьмите хоть наших учеников. Среди них есть сильные маги, а есть и такие, которые только и умеют, что заставить табурет выбросить почки и зацвести. И таких мы тоже вынуждены брать! - хмыкнула Ягге.

- А кольцо? А артефакт? Разве они не усиливают дар? - наивно спросил Тарарах.

Соловей О. Разбойник рассмеялся:

- Усиливают. Но лишь до тех пор, пока ты ими владеешь. Артефакт - это как дубина у питекантропа. Делает ли она его сильнее?

- Ещё как! Уж я-то знаю! Особенно если хорошая попадётся. Вся гладкая, ровная, а на конце чтоб с утолщением. Сучок там или чего ещё, - заверил его Тарарах. Глаза его затуманила ностальгия. - По мне, так врежешь дубиной мало не покажется. А при чём тут эйдосы? Что это вообще такое?

- Эйдосы - это то, что стражи мрака стремятся заполучить в свои дархи, чтобы стать с

www.bookol.ru