Книга "Морпехи" из жанра Военная проза - Скачать бесплатно, читать онлайн. Морпехи книги


Читать онлайн книгу «Морпехи» бесплатно — Страница 1

Натаниэль Фик

Морпехи

Посвящается капитану Брэнту Морелу, настоящему другу в первом разведывательном батальоне первой дивизии морской пехоты, убитому в бою 7 апреля 2004 года в Ираке в провинции Аль-Анбар, а также храбрым матерям служащих морской пехоты Соединенных Штатов.

Часть I

Мир

Пятнадцать человек, и я в их числе, поднялись в очень старый школьный автобус. Автобус не совсем обычный: белого цвета, в окнах решетки, а по бокам надпись из четырех слов: МОРСКАЯ ПЕХОТА СОЕДИНЕННЫХ ШТАТОВ.

Одетые совершенно по-граждански — в шорты и сандалии, мы заполонили своими вещами весь автобус. Некоторые тут же принялись пить кофе из бумажных стаканчиков, кто-то разворачивал купленную газету. Я облюбовал место в самом конце салона и не успел еще толком разместиться, как машина с ревом завелась, из-за чего внутри сразу же почувствовался запах выхлопных газов.

Руководивший нами второй лейтенант сел впереди. Его габардиновая куртка, его форма цвета хаки придавали ему очень мужественный вид. Хотя он, по всей видимости, окончил военное училище совсем недавно, именно ему было поручено сопровождать нас на базу морской пехоты в Квантико, штат Вирджиния — около часа пути. Как только мы отъехали от призывного пункта, он тут же поднялся в проходе, встал лицом к нам. Я подумал: сейчас скажет что-то типа «добро пожаловать» или пошутит, словом, проявит хоть какую-то доброжелательность.

Однако я не угадал. «Честь, мужество и преданность, — говорил лейтенант, пытаясь перекричать шум мотора, — вот основные принципы морской пехоты. Если вы не можете быть предельно откровенными, как может армия доверять вам вести людей в бой?» Его слова звучали официально и вместе с тем искренне.

Бой. Я окинул взглядом приспособленный для армейских нужд автобус и с неким удивлением заметил, что новоиспеченные солдаты все как один либо читают, либо делают вид, что спят. Никто не ответил на вопрос лейтенанта. А он все стоял в проходе и смотрел на нас, и я автоматически начал выпрямлять спину. Лейтенант был моего возраста, но выглядел как-то по-другому. Волосы были короче, чем у нас, что совсем не удивительно, и в плечах он был шире. И было что-то еще, от чего создавалось ощущение, что он в чем-то нас превосходит. Может быть, это из-за его тяжелой челюсти или из-за густых бровей, но мне было как-то не по себе.

Чтобы не встретиться с ним взглядом, я повернулся к окну. Народ ехал целыми семьями, может быть, на озеро или на пляж. Дети в наушниках таращились на нас, уверен, им было интересно знать, что за неудачники ездят лётом в школьном автобусе. Девушка в открытом джипе встала и начала поднимать свою кофту, но вторая, та, что за рулем, смеясь, потянула подругу обратно. Обе помахали нам и, прибавив скорость, умчались вперед. Я думал о моих друзьях, которые на время каникул уехали в Нью-Йорк и Сан-Франциско и теперь днем работали в офисных зданиях-небоскребах, где уж точно есть кондиционер, а по ночам тусовались на вечеринках. Смотря на яркий солнечный день через автобусные решетки, я думал о том, что, наверное, таким же образом людей перевозят в тюрьму Синг-Синг. Что я делаю в этой колымаге?

Я поехал в Дартмаус, чтобы поступить на медицинский. Однако провалил экзамен по химии, почувствовал тягу к истории и окончил исторический факультет, специализируясь на классике. К лету 1998 года мои одноклассники уже подписывали контракты с пятью нулями, работая консультантами и инвестиционными банкирами. А я все еще не понимал, по каким вопросам можно консультировать в двадцатидвухлетнем возрасте. Другие пошли учиться на юристов или медиков — этим предстояло еще несколько лет читать вместо того, чтобы жить. Ни то, ни другое меня не прельщало. Я мечтал о больших приключениях, хотел испытать себя, служить Родине. Я хотел добиться чего-нибудь действительно стоящего, чтобы ни у кого не возникло повода думать или тем более говорить обо мне дерьмово. Думая о том, что в Афинах или Спарте мое решение было бы воспринято как само собой разумеющееся, я чувствовал, что родился слишком поздно. В нашем мире нет больше места для молодых людей, которые хотят носить броню и убивать драконов.

В Дартмаусе же отхождение от проторенной тропинки не возбранялось только в том случае, если оно приводило к миротворческим организациям или благотворительным образовательным учреждениям. Но я-то хотел чего-то более брутального! Чего-то, что могло или убить меня, или сделать меня лучше, сильнее, выносливее.

В моей семье не было военной традиции, хотя дедушка с маминой стороны, как и многие люди его поколения, принимал участие во Второй мировой войне. Дедушка был офицером военно-морского флота, служил в Южно-тихоокеанском регионе, и его корабль «Натома Бэй» сражался в Новой Гвинее, в заливе Лейте, у Иводзимы и Окинавы. Их команда часто высаживалась на берег вместе с морскими пехотинцами, помогая им в бою. Как повествует наша семейная история, 7 июня 1945 года в 06.35, всего лишь за два месяца до окончания войны, японский летчик-камикадзе направил свой самолет на корабль, где служил мой дедушка, и врезался в полетную палубу. Взрыв образовал дыру шириной в двенадцать и длиной в двадцать футов. При этом тело дедушки изрешетила японская шрапнель. Моя мать помнит, как по прошествии двадцати лет он все еще извлекал из своего тела куски металла. Один из кусков этой шрапнели он переплавил в подкову, которую называл удачливой, и мне, тогда еще маленькому мальчику, с гордостью ее показывал.

Мой отец стал срочнослужащим в 1968 году. Когда большинство его сослуживцев отправились во Вьетнам, он получил приказ о переводе в Управление безопасности. Он провел год в немецком городе Бад-Айблинг, перехватывая радиосигналы Восточного блока и ожидая, что Советский Союз начнет войну. Он окончил Школу подготовки офицеров. Когда президент Ричард Никсон начал вывод войск из Европы, отец, воспользовавшись досрочным увольнением, поступил на юридический факультет. Он всегда гордился тем, что был солдатом.

Когда я учился на первом курсе в Дартмаусе, пришло письмо, в котором мне обещали заплатить за обучение в университете, если я соглашусь послужить в Вооруженных Силах. Военно-Морской Флот и Военно-Воздушные Силы сделали то же самое, обещая к тому же научить меня определенным навыкам. Только морская пехота не обещала ничего. В то время как другие рода войск перечисляли свои преимущества, морская пехота спрашивала: «Есть ли у вас то, что нужно нам?» Я решил: если я собираюсь служить, мне нужно идти именно в морскую пехоту.

Несколько месяцев назад я увидел в столовой плакат, агитирующий прийти на встречу с Томом Риксом, корреспондентом «Уолл-стрит джорнэл», работающим в Пентагоне. А поскольку незадолго до этого я прочитал его книгу, буквально проглотил ее за одну ночь, я решил непременно пойти. В день, когда должна была состояться встреча с Риксом, я встал пораньше, чтобы занять удобное место. Рикс объяснял культуру морской пехоты и разницу между гражданскими и военными в США. Его точка зрения была такова: морская пехота является последним бастионом чести общества, местом, где молодых американцев учат работать в команде, доверять друг другу и в первую очередь себе, жертвовать ради принципов. Обычно я воспринимал подобную информацию довольно скептично, так как чаще всего она звучала из уст агента по найму кадров. Но тут был журналист — совсем другое дело, журналист — это независимый наблюдатель.

На встречу пришли и студенты, и профессорско-преподавательский состав, и выпускники. После речи Рикса одна из женщин-профессоров и задала ему вопрос: «Как вы можете одобрять присутствие службы подготовки офицеров резерва в таком месте, как Дартмаус? Служба милитаризирует студенческий городок, и наша культура терпимости может оказаться под угрозой».

«Неправда, — ответил Рикс. — Служба сделает военных более либеральными». Он объяснил, что при демократии военные должны стать представителями народа. Военные должны отражать лучшее, что есть в американском обществе, и не быть изолированными от него. В своей речи Рикс использовал такие слова как «обязанность» и «честь», без оттенка цинизма, что я совсем не часто слышал в Дартмаусе.

Его ответ помог мне принять окончательное решение: летом, между первым и последним годами учебы, я попробую пройти ШЛО (Школу подготовки офицеров). Меня всегда забавляло, когда слышал, что люди идут в армию на спор или после просмотра фильма, но на мой выбор повлияло обстоятельство не лучше. Хотя я и принял решение в основном самостоятельно, Том Рикс своей часовой беседой в Дартмаусе в конце концов убедил меня стать морским пехотинцем.

Да уж, изъявить желание служить в морской пехоте во времена молодости моих родителей не казалось таким сумасшествием как сейчас. Тогда был 1968-й, а не 1998-й. Соединенные Штаты развесили на своих столбах дивиденды мира «холодной войны». Ученые говорили о «конце истории», о свободных рынках, распространяющих свою продукцию по всему миру, и о смерти идеологии: Я буду служить в армии в мирное время. По крайней мере, когда я разговаривал с родителями по поводу принятого мною решения, этот довод был ключевым. Они были удивлены, но все-таки поддержали меня. «Морская пехота, — говорил мой отец, — научит тебя всему. Я слишком тебя люблю, чтобы сделать это самому».

Чтобы добраться до базы морской пехоты в Квантико, сначала нужно двигаться по федеральной автостраде — 95, потом вдоль тысяч акров соснового леса и, наконец, одолеть тридцать миль шоссе через болотные топи к югу от Вашингтона. Наш автобус с грохотом вкатился в ворота, затем мы проехали через ряды ангаров с облупленной краской — их, наверное, уже вечность не приводили в порядок; далее следовали унылые кирпичные здания, отличавшиеся друг от друга только номерами. Все это напоминало заколоченные досками мельницы Нью-Хэмпшира и выглядело как останки какого-то давно вымершего производства.

Мы ехали в глубь базы все дальше и дальше. Невольно в голову закралась мысль, что если нас здесь убьют — никто никогда об этом не узнает. Но тот, кто нас сюда послал, наверно, именно этого и добивался. Наконец автобус остановился, водитель открыл двери, мы вышли и расположились посредине парадной палубы черного цвета, размером в три футбольных поля. Эту палубу, этот своеобразный плац окружали суровые кирпичные бараки. На одном из углов красовалась надпись по-английски: ШКОЛА ПОДГОТОВКИ ОФИЦЕРОВ ВОЕННОЙ ПЕХОТЫ СОЕДИНЕННЫХ ШТАТОВ, и на латинском: DUCTUS EXEMPLO. Я перевел этот девиз, вспомнив уроки латинского: «Руководство примером».

Я думал, что инструктор по строевой подготовке в шляпе медведя Смоки поднимется в автобус, прикажет нам выйти и встать на желтые следы — ими поп-культура увековечила солдат-добровольцев, прибывших ранее для прохождения военной службы в рядах морской пехоты. Но он не приказал, и это отсутствие театральности меня несколько разочаровало. Инструктор всего лишь раскрыл свой планшет, выдал каждому из нас по карандашу и сказал, что нас впереди ждет много бумажной волокиты. В течение двух дней нас тасовали и так и эдак: отправляли на стрижку и выдавали одежду, то таскали по многочисленным тестам, проверяя физическую подготовку. Курсанты, провалившие предыдущий экзамен и решившие начать все сначала, объясняли нам, что данная схема была создана для минимизации числа тех, кого придется исключать из ШЛО по причине высокого кровяного давления. На третий день, когда медицинский молоток испробовал колени каждого из нас, оценка наших физических и психических способностей была закончена.

Мы спали в казармах — по пятьдесят спальных мест в каждой. Тут я постиг свой первый урок: в ТТТПО есть соревнование. В условиях мирного времени морской пехоте необходимо строго определенное количество офицеров, так что если какому-то числу курсантов суждено окончить обучение, то какому-то предопределено отправиться домой ни с чем. Я думал, что это породит конкуренцию в наших рядах. Но и те курсанты, которые в прошлый раз не прошли тест, и те, кто служил срочнослужащим в морской пехоте, делились своими знаниями со всеми остальными.

Наш род войск — военно-морская служба — подразумевает наличие и использование морских терминов. Двери — это шлюзы, стены — переборки, а платформа — это палуба. Отголосками этого на Квантико был огромный лозунг «ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ НА БОРТ», хотя море находилось от нас совсем не близко. Старослужащие также обучили нас и сленгу морских пехотинцев. Так, ботинки для бега назывались «быстролетками». Фонари, которые в Морской пехоте носят на груди в ШЛО, назывались «лунатиками». Мы путались во всех этих названиях, что необыкновенно веселило некоторых офицеров. «Посмотрим, что вы скажете, когда попадете на корабль», — говорили они. «Пенисом осла» называли сразу три объекта: радиоантенну, ерш для чистки ствола миномета и воронку для заправки военных «Хаммеров».

Кроме изоляции от окружающего мира, моим самым глубоким эмоциональным впечатлением от Квантико было время, а точнее, его отсутствие — оно как бы остановилось, исчезло. Все было мрачным, и я, смотря в горизонт, представлял себя на месте Франклина Рузвельта. В Белом доме, как и в ШПО, нет пластика, нет рекламы и нет ярких красок. Зато в шпо есть койки в два уровня, то есть наши постели, пол, покрытый зеленым линолеумом, кирпичные стены и голые лампы над головой. Единственным украшением комнаты были буквы высотой в две среднестатистические ступни, они занимали всю стену: «Честь, мужество и преданность государству». Мало-помалу я укреплялся в чувстве, что морская пехота — это другой мир, совсем не тот, в котором живут все остальные люди.

Когда какой-то курсант ударил ногой о соседнюю скамейку и сел рядом, я был только рад. Общения здесь пока было крайне мало. «Я Дейв Адамс». Он быстро протянул свою руку.

Он улыбался даже в такой атмосфере, и это как-то сразу расположило меня к нему. Мы разговорились. Дейв пытался поступить в колледж «Уильям энд Мэри». Его брат учился в Дартмаусе.

«Ну что ты обо всем этом думаешь?» — Я попытался задать вопрос как можно с меньшим волнением в голосе.

Дейв улыбнулся и сказал:

— Я думаю, это лето для нас будет дерьмовым. Но я все детство мечтал вырасти и стать офицером морской пехоты. Как там говорится в пословице? «Боль проходит. Гордость остается навсегда».

Я же ответил, что видел надпись на бампере одного из автомобилей, стоящих на здешней парковке: «В поту еще никто не тонул», — почувствовал, что в глубине души нервничаю. То есть не было страха или беспокойства — это пришло позже, а вот какая-то тревога все не отступала. Трансформация в морского пехотинца — хорошая проверка для американского молодого человека. Репутация морской пехоты всем известна.

Мы прочувствовали это на своей собственной шкуре, получая на складе обмундирование утром третьего дня. Все курсанты построились и зашагали от бункера к бункеру, нам выдавали рубашки и брюки зеленой камуфляжной ткани, нейлоновые ремни с двумя фляжками оливкового цвета, ну и всякую мелочь типа спрея от насекомых с надписью: «Средство, отпугивающее насекомых и членистоногих». Болтавшиеся на складе два молодых морских пехотинца решили воспользоваться предоставленным им шансом и «подставить» будущих офицеров, гаркнув: «Вольно!»

Такую команду мы еще не проходили. Я, мысленно аплодируя им, все же пытался дать понять, что не собираюсь терять собственное достоинство.

«Давайте не будем делать из нас посмешище. Встать по стойке «смирно»?»

Курсанты рядом со мной немного выпрямили спины, руки опустили по швам. На что два морских пехотинца сказали, что в ШПО можно стоять только двумя способами: либо по команде «вольно» — при которой ступни солдата находятся друг от друга на расстоянии примерно 30 сантиметров, руки сомкнуты за спиной, лицо поднято, взгляд устремлен вперед, либо по стойке «смирно» — ноги вместе, спина прямая, руки по швам.

Позже, на обед, нас привели в полуцилиндрической формы ангар из гофрированного железа — так называемый куонсетский ангар,[1] собранный впервые во время Второй мировой войны в местечке Квонсет-Пойнт, штат Род-Айленд. Жуя бутерброды с мясом и яблоки — готовые обеды, которые морские пехотинцы называли «мерзкой коробкой», мы буквально испеклись в этой нагретой солнцем алюминиевой печке. Здесь мы познакомились с нашим командиром, который, похоже, относился к нам с таким же омерзением, как к этим обедам. Чисто выбритая блестящая челюсть, нос с горбинкой, седеющие волосы как-то не соответствовали образу полковника-контрактника. Но силы ему было не занимать, он выглядел так, как будто мог уложить на землю любого, властность чувствовалась в каждой нотке его голоса.

«В каждом курсанте мы пытаемся отыскать такие качества, как интеллект, человечность, моральные ценности, которые в дальнейшем помогут ему успешно управлять группой людей. Мы ищем командиров, — сказал он нам. — Поведение курсантов в ситуации давления — это ключевой показатель «потенциала командира. Пытаясь выявить командиров для морской пехоты, которые впоследствии смогут посмотреть врагу в лицо, мы должны знать, кто может думать и действовать в стрессовой ситуации. Стрессовую ситуацию создают в ШПО многими способами, и вы это еще увидите».

Закончив свой монолог, он представил нам инструкторов школы морской пехоты. Все они были инструкторами строевых учений. Хотя в ШПО их называли «сержантами-инструкторами». Мы должны были обращаться к ним, упоминая должность, чин и имя. Штат инструкторов четким маршем зашагал в нашу сторону и встал перед нами по стойке «смирно». Форма цвета хаки с пятнами разноцветных нашивок. Глаза, сфокусированные на стене, прямо над нашими головами. Улыбок не было. Они были сержантами или штаб-сержантами, или орудийными сержантами, большинство прослужили в Вооруженных Силах лет десять-двенадцать. Я видел шрамы, бицепсы и татуировки. Когда представление инструкторов закончилось, полковник повернулся к ним и произнес десять слов, которые положили конец нашей гражданской жизни:

«С этого момента ситуация должна находиться под вашим контролем, действуйте в соответствии с расписанием дня».

Столы были мгновенно перевернуты, стулья убраны в сторону — я даже забыл о полусъеденном яблоке в руке. Теперь мы находились в подчинении своих инструкторов. Мы все, одновременно, начали выбегать из куонсетского ангара. У меня возникло желание рвануть, не останавливаясь, куда-нибудь в лес, выбраться на шоссе и оттуда автостопом добраться домой. Но гордость в молодой душе превосходит другие импульсы, и я, вместе со своими сотоварищами, вскоре стоял в строю взвода новобранцев.

— Хватит смотреть по сторонам, придурок.

Я неотрывно смотрел вперед. Я не думал, что инструктор обращается ко мне. Теплое влажное дыхание на моих щеках. Если он говорит не со мной, то с кем-то в непосредственной близости от меня.

— Застегнуться!

Его слюна была на моих глазах и губах. Инструктор прошелся взад и вперед по нашему неровному ряду. Он говорил со всей группой, но складывалось впечатление, что обращается он к каждому лично.

«Если вы издадите хоть звук, я услышу его — вые… вас в рот. Так что молча соберите ваше долбаное барахло и двигайтесь вперед. Сделайте так, чтобы я поверил, что вам нравится быть здесь».

Мы повесили вещевые мешки на плечи. У бывалых курсантов оказались рюкзаки. Им было поудобней, они быстро сложили все вещи и стояли с таким видом, будто готовы хоть сию минуту отправиться по горным тропам Аппалачей. Про себя я такого сказать не мог и вообще смутно представлял себе занятия с таким огромным, переполненным вещевым мешком за спиной, как у меня.

Я бросил взгляд на значок с именем инструктора. Олдс. На плечах три полоски. Сержант Олдс. Он орал во все горло так, что аж вены на шее выскакивали наружу, а глаза выкатывались из орбит. Он размахивал руками так, будто пытался отогнать назойливую осу. Я смотрел на сержанта-инструктора сержанта Олдса — официально к нему нужно было обращаться именно так — и чувствовал, что он только что стал одной из вех в моей жизни.

— Курсант, прекрати пялиться на меня. Что, хочешь пригласить меня на свидание? Что, на свидание хочешь пригласить?

— Нет, сержант-инструктор сержант Олдс.

— Вперед, курсант. И смотреть прямо мне в глаза. Он подходил ближе, и его голос превращался в шепот. Я видел, как пульсировала вена на его виске, и старался не входить с ним в визуальный контакт.

— Клянусь, ты хотел пригласить меня на свидание. Хочешь дать своим болванам-сослуживцам повод посмеяться надо мной? Клянусь, это будет последним, что ты сделаешь.

Я что, в театре? Я видел «Цельнометаллическую оболочку». Но то была шутка. А здесь и сейчас все было совсем не похоже на шутку. Когда Олдс обращался ко мне, меня окатывала ледяная волна выработавшегося адреналина. Начали трястись колени. Но самым худшим во всем этом было то, что Олдс знал, что со мной происходит. Я боялся продолжения.

Олдс развернулся на каблуках и ушел, гордо шагая по парадной палубе. Выбора у нас не было, и мы зашагали за ним. Капли начавшегося дождя разбивались о темный асфальт. Они становились все больше, и вскоре весь асфальт превратился в один сплошной поток. Ястарался тащить свой вещевой мешок по тротуару. Вчера вечером он казался мне намного легче. Я положил туда только самое необходимое: три комплекта штатской одежды, кроссовки, туалетные принадлежности и походные сапоги, которые мне прислали несколько недель назад, чтобы я успел их разносить. Одежда была аккуратно сложена: брюки по стрелкам, а рубашки так, чтобы не помять на груди.

Сержант Олдс позвал нас к канаве протяженностью метров в сорок пять. Он стоял и смотрел на нас, скрестив руки на груди.

— Вываливайте свой мусор из вещевых мешков. Я хочу посмотреть, кто пытался взять с собой фотографию своего голого дружка.

Я стоял в растерянности, не понимая, — действительно ли он хочет, чтобы мы вывалили свои вещи на грязный тротуар. Потоки дождевой воды становились больше и быстрее.

— Мы что, глухие? Я сказал: вывалить весь ваш мусор из мешков. Немедленно! Двигайтесь!

Как выяснилось, сержант Олдс всегда говорил «мы», он не говорил «вы». Ярасстегнул «молнию» и выложил на грязный асфальт сапоги. Затем аккуратно положил на них одежду и сверху, чтобы хоть как-то спасти вещи от дождя, прикрыл все пакетом с туалетными принадлежностями. Моя конструкция почти сразу привлекла внимание Олдса. Он толкнул ее ногой, оставив отпечаток своего сапога на воротнике моей тщательно выглаженной рубашки.

— Что здесь? — спросил он, схватив пакет с туалетными принадлежностями. — Наркотики? Спиртное? Может быть, вазелин и большой огурец?

Мои зубная щетка, зубная паста, бритва и крем для бритья, одно за другим, попадали на землю.

— В следующий раз, наверное, спрячешь их поглубже, курсант, — прорычал Олдс. — Но я все равно их найду. Да, найду. И когда я это сделаю, то вышвырну твою задницу из морской пехоты быстрее, чем ты успеешь позвонить своему конгрессмену.

Затем он перешел к своей следующей жертве, а я начал быстро собирать все то, что всего лишь несколько минут назад было аккуратно упаковано в моем вещевом мешке: Что я вообще делаю в ШПО? Дейв, стоящий рядом со мной, улыбаясь, поймал мой взгляд и произнес одними губами: «Новичок».

Каждое утро, ровно в пять часов, все курсанты дружно просыпались, потому что ночной караул включал флуоресцентное освещение. Это примерно то же самое, что выстрелить над ухом из пушки. Инструкторы буквально высыпали из офиса, концентрируясь у двери длинной комнаты. У нас было пять секунд, чтобы приземлиться с наших полок на пол, нырнуть в черные резиновые хлопушки (в морской пехоте так называли сланцы) и встать по стойке «смирно», причем пальцы ног должны были касаться черной линии, пролегающей вдоль всей комнаты. Никакого предупреждения. Никакого надевания сланцев на ходу. Не стонать и все делать очень быстро.

Самым громким всегда был Олдс.

— Я хочу увидеть лес ранним утром. Я хочу выяснить, кому во сне приходили в голову грязные мыслишки на мой счет.

Он шнырял туда — обратно вдоль линии, немного поворачиваясь в корпусе, пялился на нас, определенно вглядываясь в район паха. Еще два инструктора — штаб-сержант Карпентер и штаб-сержант Баклер — стояли неподвижно, с масками безразличия на лицах. За три недели подготовки мы так ничего о них и не узнали. Мы видели их каждое утро, но наше общение не сходило с нулевой отметки.

Их любимым утренним ритуалом было смотреть, как мы по счету одеваемся. После построения вдоль линии нам предстояло освоение новой версии игры «Саймон говорит».

«Надеть левый носок», — надрывали свои глотки инструкторы, и мы стремглав начинали исполнять приказание. У нас было три секунды, чтобы снять сланец и нырнуть в черный носок.

— Слишком медленно! Снимайте! — ревел Олдс в такт мерному шагу.

Мы возвращались к исходной позиции, держа по носку в каждой руке. Боковым зрением я видел стоящего рядом с собой курсанта Данкина. После того как Данкин стал громоотводом недовольства и ненависти наших инструкторов, я начал проклинать систему, по которой спальные места распределялись в алфавитном порядке. В то время как вся команда играла с сержантом-инструктором в «Саймон говорит», Данкин, как будто не слыша его команд, медленно одевался. Это заметил, конечно же, не только я, но и Олдс.

— У нас тут есть индивидуальность.

Олдс произнес слово так, как будто слово «индивидуальность» являлось синонимом слова «маньяк».

— Курсант Данкин, что это вы делаете? — спрашивал Олдс, произнося слова в ритм барабанной дроби, которая, наверное, всегда звучала в его ушах.

Данкин не отвечал.

Не ответил он и сейчас. С отсутствующим взглядом, направленным на противоположную стену, он снял носок и вернулся в исходную позицию. Олдс концентрировал взгляд на пять сантиметров выше носа Данкина, шипя так, что его могли слышать только находящиеся в непосредственной близости:

— Я тебя вышвырну отсюда, щенок. Но прежде чем отправиться домой, я заставлю тебя страдать.

Данкин моргнул, Олдс набрал в легкие побольше воздуха и заорал:

— Правый носок! — В этот раз он даже не посмотрел, как быстро справились все остальные. — Слишком медленно!

После десяти таких раз мы взяли в руки сапоги, встали на колени и маршем потопали на своих четырех конечностях вокруг спальни. Олдс объяснил: медленно приводимые в исполнение приказы приводят к потере преимущества. Мой страх перед ШПО начал потихоньку перерастать в разочарование. Я не понимал правил игры. Все было как в тумане, я ожидал от морской пехоты большего. Я ползал по кругу с сапогами на руках и мечтал о том, чтобы бросить все и вернуться домой. Я бы мог провести остаток лета, работая телохранителем. Боец — это, наверное, не тот социальный статус, который мне нужен.

Когда Олдс объявил об окончании игры, мы оделись и отправились на площадку для занятия физкультурой.

Центром физкультурной площадки был красный деревянный помост. На нем, спиной к восходящему солнцу, стоял цветной сержант из Британской королевской морской пехоты. Он приехал из Соединенного Королевства по обмену, и ему определенно нравилось приводить в форму так жаждущую этого американскую команду.

— А, курсанты, доброе утро. Надеюсь, отсутствие биг-маков и просмотра шоу Джерри Спрингера хорошо сказалось на вашей готовности к утренним занятиям. Помните, ничто так не подтверждает ваших усилий, как рвота фонтаном.

На этот счет у меня тоже есть история. Спустя несколько недель после беседы с Томом Риксом я пошел в призывной пункт морской пехоты в Лебаноне, штат Нью-Гэмпшир. Над солдатским металлическим столом висели плакаты с девизами типа «Обдуманные действия всегда превалируют над масштабными силами» или «Мы ищем хороших людей». Лозунги мне, определенно, понравились. Сидящий за столом сержант с резкими чертами лица оглядел меня сверху донизу и, не выдержав, рассмеялся. Он сказал, что может записать меня прямо сейчас, и к концу недели я уже буду сидеть в автобусе, идущем на остров Паррис. Но, так как я был студентом, он посчитал более приемлемым для меня воспользоваться программой подготовки офицеров, уточнив, что их офис занимается только набором в морскую пехоту. Клянусь, в тот момент я не понимал разницы между двумя этими предложениями. Он вручил мне визитку и пожелал всего хорошего. Сев в машину, я прочитал надпись на визитке. Капитан Стивен Эттейн, офис по подбору офицеров, Портсмут, Нью-Гэмпшир.

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21

www.litlib.net

Книга "Морпехи" из жанра Документальные

 
 

Морпехи

Морпехи Автор: Фик Натаниэль Жанр: Биографии и мемуары, Военная проза Год: 2008 Переводчик: Л. А. Адамян Добавил: Admin 29 Июн 12 Проверил: Admin 29 Июн 12 Формат:  PDF (1842 Kb) Скачать бесплатно книгу Морпехи

Рейтинг: 0.0/5 (Всего голосов: 0)

Аннотация

Эта автобиографическая книга написана человеком, который с юности мечтал стать морским пехотинцем, военнослужащим самого престижного рода войск США. Преодолев все трудности, он осуществил свою мечту, а потом в качестве командира взвода морской пехоты укреплял демократию в Афганистане, участвовал во вторжении в Ирак и свержении режима Саддама Хусейна. Он храбро воевал, сберег в боях всех своих подчиненных, дослужился до звания капитана и неожиданно для всех ушел в отставку, пораженный жестокостью современной войны и отдельными неприглядными сторонами армейской жизни. Эта чрезвычайно интересная и познавательная книга расскажет не только о реальных исторических событиях в системе однополярного мира, но и даст читателю понять, что такое американская армия, чем она отличается и чем похожа на нашу.

Объявления

Где купить?

Нравится книга? Поделись с друзьями!

Другие книги автора Фик Натаниэль

Похожие книги

Комментарии к книге "Морпехи"

Комментарий не найдено
Чтобы оставить комментарий или поставить оценку книге Вам нужно зайти на сайт или зарегистрироваться
 

www.rulit.me

Читать книгу Морпех 1 »Стрельцов Иван »Библиотека книг

   

Опрос посетителей
Какой формат книг лучше?
   
   

На нашем сайте собрана большая коллекция книг в электронном формате (txt), большинство книг относиться к художественной литературе. Доступно бесплатное скачивание и чтение книг без регистрации. Если вы видите что жанр у книги не указан, но его можно указать, можете помочь сайту, указав жанр, после сбора достаточного количество голосов жанр книги поменяется.

   

   

Стрельцов Иван. Книга: Морпех 1. Страница 1
ИВАН СТРЕЛЬЦОВ

СПЕЦ ЭКСТРАКЛАССА

МОРПЕХ 1

Аннотация

Бывший морской пехотинец Виктор Савченко лишился всего: права на свое имя и даже на собственную жизнь, ведь в живых он не значится. Так что теперь ему нечего терять… И если предложили найти и ликвидировать в чужом городе другой страны опасного международного террориста Бабая, то для морпеха Савченко это – не проблема. Тем более когда за его спиной отряд спецназа ФСБ «Вымпел». С такой поддержкой можно и горы свернуть. Только кто же знал, что Бабай в последний момент ускользнет из ловушки и даже захватит самолет с заложниками?…

Террористы своими действиями поставили себя вне закона и потому должны быть уничтожены там, где их обнаружат: в лесу – в лесу, в доме – в доме, в туалете… Простите, значит, и в сортире надо замочить.Президент России В. Путин. (Сентябрь 1999 г.)

Нужно брать пример с Израиля… Израильские спецслужбы не ждут агрессии. А наносят превентивные удары.Председатель Совета Федерации России С. Миронов. (Август 2002 г.)

Пролог

Утро началось с багрового рассвета. Солнечный диск медленно выплывал изза черных верхушек мохнатых елей, прорезая своей малиновой макушкой серую хлябь неба. В старину такое утро называли переменным, никто не знал, что будет дальше: ветрено, гроза или может распогодиться.К воротам КПП аэродрома «Чкаловский» подкатила, поблескивая черным лаком, служебная «Волга» с затемненными стеклами. Немолодой невзрачного вида прапор, выбежав из караулки, поуставному козырнул, потом проверил документы. В салоне машины сидели двое старших офицеров: полковник ФСБ Христофоров и майор Донцов из ГУБОПа. Вернув документы, прапорщик снова козырнул и пропустил машину на территорию аэродрома. «Волга» сорвалась с места и на приличной скорости подъехала к вышке команднодиспетчерского пункта, затем круто повернула вправо и помчалась вдоль самолетной стоянки.Майор обернулся и уставился в окошко. Его взгляд был прикован к огромным серостальным транспортникам «Ил76». Похожие на фантастических крылатых кашалотов, многотонные машины с закрытыми брезентовыми чехлами мордамикабинами казались дремлющими исполинами. Только возле крайнего «Ила» выстроилась цепочка армейских «Уралов». Машины споро разгружала группа солдат, внося в темное чрево самолета длинные деревянные ящики, выкрашенные в темнозеленый цвет.«На Чечню грузятся, – подумал милиционер, но тут же сам себя опроверг: – Вполне могут быть и Абхазия, и Югославия или Таджикистан, география у нашей армии обширная».Проскочив стоянку гигантов транспортной авиации, «Волга» свернула. И уже через несколько секунд понеслась по бетонным плитам аэродромного покрытия. У первой рулежки застыл небольшой двухмоторный самолет. Тайно влюбленный в авиацию, майор сразу же узнал «Ан28». Миниатюрная пассажирская машина повышенной комфортабельности была создана в начале семидесятых годов, она должна была сменить на внутренних линиях страны уже совершенно древний «Ан2». Но чтото не получилось, и небольшие партии комфортабельных «двадцать восьмых» обслуживали «больших людей» местного значения, а допотопные «кукурузники» благополучно дожили до наших дней, оставаясь незаменимыми там, где было не по силам большим воздушным кораблям или вертолетам.«Волга» затормозила возле трапа двухкилевого «Ана», и в ту же секунду из салона появился молодой розовощекий пилот.Олег отметил: несмотря на то что на самолете не было никаких знаков принадлежности к ВВС, летчик был военным. Судя по погонам – старший лейтенант.Вытянувшись перед Христофоровым, пилот поднес руку к козырьку темносиней фуражки с высокой тульей и четко произнес:– Товарищ полковник…– У вас все в порядке? – перебил летчика чекист.– Так точно, – старлей еще больше вытянулся.– Тогда полетели.Олег Донцов первым поднялся по алюминиевому трапу на борт самолета. С первого взгляда было ясно, что этот экземпляр явно не предназначался для широких масс. Вместо расчетных пятнадцати мест в салоне находилось восемь широких креселдиванов, обшитых дорогим велюром, в хвостовой части салона располагались барная стойка и большой двухкамерный холодильник. Для полного комплекта удовольствий не хватало только гиперсексапильной стюардессы.«Впрочем, это ВВС, и стюардессы не положены по штату, так как это не военная должность», – сообразил сыщик, усаживаясь в удобное кресло. Между каждой парой кресел были установлены небольшие столики, на которых свободно можно было играть в карты, домино, обедать или просматривать рабочие материалы.Следом на борт поднялся Владимир Христофоров, в руках чекист держал небольшой пластиковый кейс, которого до последней минуты у полковника не было. Донцов даже сперва подумал, что это портативный компьютер ноутбук, но тут же убедился в ошибке.Пока полковник располагался напротив Донцова, поднявшийся на борт последним летчик убрал трап, герметично закрыл дверь и исчез в пилотской кабине. Двигатели самолета заработали, разгоняя циркуляцию лопастей пропеллера. Затем крылатая машина сдвинулась с места и заскользила по бетону. Плавно прокатившись по рулежке, «Ан28» вывернул на прямую магистраль взлетнопосадочной полосы, и почти без остановки самолет взял разбег.В иллюминатор Олег видел замелькавшие туши «Илов», стеклянную корону диспетчерской башни, ангары, склады, еще какието строения. Не пробежав и половины ВПП, двухвостая крылатая машина взмыла вверх и стала набирать высоту.По нехитрому маневру пилотов майор догадался, что их маршрут лежит на север. Увлекшись наблюдением за пушистой периной кудрявых облаков, Олег совершенно забыл о своем спутнике. Но полковника Христофорова это едва ли смущало. Как можно вежливей крякнув, он громко произнес:– Думаю, пока есть время, займемся делом.– А вы, я смотрю, Джамбекова далеко запрятали, – наконец оторвавшись от обзора воздушных пейзажей, сказал Олег.– Жизнь заставила, – подтвердил догадку полковник. Положив на столик свой кейс, он щелкнул замками. – Вернемся, как говорится, к нашим баранам. – Из кейса выпорхнула толстая канцелярская папка, заполненная материалами следствия.Через несколько минут ознакомления с содержимым папки Олег Донцов признался себе, что чекисты попрежнему умеют работать. Стоило им получить ключ к разгадке покушения на Бахрама Джамбекова, как уже через двое суток в кейсе лежали идентификационные документы на всех участников этой акции.Подробное изучение материалов с комментариями полковника заняло больше трех часов. К этому времени самолет стал снижаться, выпустил шасси и пошел на посадку.Выбравшись наружу из комфортабельного салона, Олег сперва подумал, что они снова вернулись в «Чкаловский». Но уже через несколько секунд понял, что ошибся. Похожие с первого взгляда основные черты аэродрома при более внимательном осмотре давали множество различий между столичным и периферийным, да и природа здесь посеверному была на цвета бедновата.Едва гости ступили на земную твердь в виде бетонного покрытия, как возле них с неприятным визгом тормозов остановился армейский вездеход «УАЗ», покрытый камуфляжной раскраской. Из машины выпрыгнул щеголеватый прапорщик. Зеленокоричневая форма ушита по ладной атлетической фигуре, к тому же перетянута ремнями уже забытой в армии портупеи. На поясе у него болтались «НРС2» в полимерных ножнах (нож разведчика стреляющий) и в деревянной кобуре автоматический пистолет Стечкина. Изпод берета выбивался пшеничного цвета густой непослушный чуб. Яркоголубые глаза прапорщика горели озорным огнем, он почти строевым шагом приблизился к Христофорову и картинно вскинул руку к виску:– Товарищ пол…– Прапорщик, довольно театральных действий. Едем сразу к Постояльцу. У нас мало времени, – в очередной раз прервал Христофоров доклад.«У них Джамбеков фигурирует под оперативным псевдонимом Постоялец», – отметил Донцов, усаживаясь на заднее сиденье «УАЗа».Аэродром, куда они прибыли, оказался не просто аэродромом в ясном для всех понятии. Это была самая настоящая военная база. Сразу за взлетной полосой раскинулся большой военный городок с просторным плацем, спортивными сооружениями, парашютной вышкой. За казармами располагался полигон. Вернее, несколько полигонов размещались на просторном поле. Донцов разглядел недостроенную девятиэтажку, где вовсю «работали» несколько диверсионных групп. Одни спускались с крыш по тросам, швыряя в оконные проемы светошумовые гранаты и поливая из автоматов холостыми патронами. Другие штурмовали здание с земли. Следующий полигон представлял собой лесную дорогу, на которой имитировался бой с засадой. Далее на площадке был устроен танкодром, на котором несколько БТРов и БМД носились по холмам и ямам, выполняя почти фантастические фигуры боевого вождения.Дорога вильнула, скрывая полигон за редкой лесополосой, и тут же по обе стороны грунтовки возникли два стрельбища. С одной стороны стрелковое, судя по деревянным щитам мишени, с другой стороны тяжелого гранатометного вооружения, судя по обгорелым остовам бронетехники.– Это что, подпольная кузница новой армии? – не удержался от вопроса Олег.– Нет, – не поворачивая головы, ответил Христофоров, сидя на переднем сиденье рядом с разбитным прапорщиком. – Это особый учебный центр антитеррористических групп ФСБ.Судя по ударению на слове «особый», это было действительно уникальное место. Донцов тут же вспомнил увиденные на этом безымянном аэродроме с десяток тяжелых транспортников, возле которых мерно расхаживали часовые. Это был дремлющий великан. Великан качает мышцы боевой подготовки. И, когда потребуется, он будет готов к тому, что прикажут. Ликвидировать бандформирования, поддержать власть или, наоборот, свергнуть.Армейский вездеход проскочил полигон, завернул за большой остроконечный холм, на котором бойцы оборудовали круговую оборону. За холмом раскинулся большой кедровый лес. Но уже на опушке леса «УАЗ» остановился, дорогу перегородило поваленное дерево. Вездеход окружили около десятка бойцов в просторных маскировочных комбинезонах, утыканных на плечах связками зелени. Лица «лесных братьев» были закрыты камуфлированными масками, в руках они держали боевое специальное оружие. У одного бойца Олег даже разглядел арбалет. Сперва прапорщик, затем Христофоров с Донцовым предъявили свои документы, только после этого старший «секрета» дал «добро» на проезд. В тот же момент поваленное дерево взметнулось вверх, –освобождая проезд в глубь леса.«Муляж», –догадался изумленный сыщик, сообразив, что, кроме этого шлагбаума в виде «поваленного дерева», все остальное – настоящее. Здесь Джамбеков находился в полной безопасности, как драгоценный раритет в Алмазном фонде.Нынешняя резиденция Бахрама Джамбекова по роскоши намного уступала той, что он занимал совсем недавно. Здесь не было просторного парка, зимнего сада с фонтаном, диковинных птиц и рыбок. Не было катера, на котором можно было лихачить ради развлечения. Здесь даже не было соплеменников, после покушения руководство ФСБ, трезво оценив ситуацию, сделало единственно верный вывод: отделить фигуранта от возможных мстителей и потенциальных источников разглашения тайны его нахождения. При всем этом условия содержания Постояльца были куда комфортабельней, чем у миллионов простых россиян. Двухэтажный коттедж под яркокрасной швейцарской черепицей был возведен в центре кедровника на берегу небольшого пруда.Разглядывая усадьбу, Донцов невольно вздохнул и тихо произнес:– Неплохо устроился ваш Постоялец.– Большая политика, – недовольно буркнул Христофоров.В первую чеченскую кампанию он, как и его милицейский друг, был командирован на войну. Его группа специализировалась на отслеживании и ликвидации лидеров бандформирований. Некоторых полевых командиров удалось ликвидировать, большинство (в том числе и Бахрам) избежали их участи. Теперь Христофорову приходилось оберегать Джамбекова. Хоть полковнику и было это неприятно, но, как всякий военный, он был обязан выполнять приказы.Постоялец встретил гостей в просторном холле коттеджа. Как всегда, он был одет без изыска: брюки из плотной шерстяной ткани, свитер грубой вязки, поверх которого был надет кожаный жилет, изнутри отделанный козьей шерстью. В прошлую войну Джамбеков застудил в горах почки и теперь согревал их народным способом. Левая рука его была забинтована и покоилась на перевязи из черной материи.После рукопожатий Бахрам указал гостям на кресла, расставленные у окна с видом на пруд.– Как я понимаю, ваш визит связан с недавним покушением на меня, – первым заговорил Постоялец, когда гости расселись. – Но, как и в прошлый раз, ничего нового вам сказать не могу.– Вы очень догадливы, Бахрам Мусаевич. Впрочем, что еще можно ожидать от человека, создавшего стратегическую. разведку Ичкерии, – проговорил Христофоров, доставая из кейса папку с материалами. – Только в прошлый раз в то, что вы ничего не знаете, мы поверили. Почти. А в этот раз позвольте не поверить. Сдавшись федеральным войскам, вы это мотивировали темг что не хотите бессмысленного кровопролития. Но категорически отказались с нами сотрудничать. Во что это вылилось? Ваш телохранитель хотел вас убить за предательство своего народа. Но ведь сама интрига была не в том, чтобы вас убить. А чтобы обвинить в убийстве федеральные власти и тем самым создать повод для нового витка кровопролития. Придумал этот план не кто иной, как ваш бывший подчинённый, ваш любимец.На полированную крышку журнального столика легла фотография Тамерлана.– Тимур Гафуров, студентнедоучка МГУ, воевал добровольцем в чеченском батальоне в Абхазии. После ранения вы обратили внимание на смышленого парня, перевели его в Департамент госбезопасности и отправили в Пакистан в разведшколу. Которую он окончил с отличием, после чего вы отправляете его в Москву создавать по классической схеме резидентуру, используя благоприятную на тот момент социальнополитическую ситуацию. И надо отдать должное, ваш протеже в этом деле весьма преуспел. В первую чеченскую войну он служил ключевым звеном в создании образа федерального солдата как кровавого палача и агрессора, объединив в один кулак продажных журналистов, не менее продажных правозащитников, при этом всех щедро оделяя криминальными деньгами чеченской диаспоры. Завоеватель (такой ведь был оперативный псевдоним вашего любимца) посчитал, что он уже вырос из пиаровских подгузников, ему требовалась большая провокация. А что может быть лучше, чем убийство своего учителя, который неожиданно прозрел и понял, ради чего идет бойня.

Все книги писателя Стрельцов Иван. Скачать книгу можно по ссылке

Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.

   

   

Поиск по сайту
   
   

   

Теги жанров Альтернативная история, Биографии и Мемуары, Боевая Фантастика, Боевики, Военная проза, Детектив, Детская Проза, Детская Фантастика, Детские Остросюжетные, Детское: Прочее, Другое, Иронический Детектив, Историческая Проза, Исторические Любовные Романы, Исторические Приключения, История, Классическая Проза, Классический Детектив, Короткие Любовные Романы, Космическая Фантастика, Криминальный Детектив, Любовные романы, Научная Фантастика, Остросюжетные Любовные Романы, Полицейский Детектив, Приключения: Прочее, Проза, Публицистика, Русская Классика, Сказки, Советская Классика, Современная Проза, Современные Любовные Романы, Социальная фантастика, Триллеры, Ужасы и Мистика, Фэнтези, Юмористическая Проза, Юмористическая фантастика, не указано

Показать все теги

www.libtxt.ru

Серия: Морпех - 6 книг. Главная страница.

КОММЕНТАРИИ 270

Звездный скиталец (СИ) Astrollet

Тупость сего опуса просто восхитительна. Технологии "Анунаков" превосходят земные на порядки, а технологии "Джоре" к которым имеет доступ ГГ в той же пропорции превосходят рептилоидные. И тем не менее, ГГ собираясь скажем так в дорогу набирает себе зилов, камазов, оружие российской армии, потом еще и американской техникой и вооружением запасся... Такое впечатление, что автор дебил, или курит что-то весьма забористое.

AlAr   20-09-2018 в 21:26   #270 Исповедь кардера-2Алексей Малов

Первая книга была хороша, вторая уже по-хуже. Автор начинает выдумки по поводу "Глобальной Сети", детей индиго и "избранных". А описание "Белогорья" занимает кучу страниц. В общем было хорошее детективное чтиво, а начинается какая-то недо-фантастика с мессией Изей: он и врагу тайны под пытками не выдаст, и детский дом построит и кремниевую долину в России сделает и гимн СССР споёт... Скатилась интересная серия...

Оценил книгу на 5kukaracha   19-09-2018 в 11:31   #269 Исповедь кардераАлексей Малов

Достаточно интересная книга про кардинг и хакерство. Всем людям интересующимся "хакерской" темой будет по приколу почитать эту книгу (хоть это и реальная история). Книга короткая, но динамичная и интересная.

Оценил книгу на 8kukaracha   19-09-2018 в 11:27   #268 Даркнет. Игра реальностиАнтон Дмитриевич Емельянов

Повёлся на название "Даркнет"... Думал вот - книга про хакеров, взломы, загадочную Cicada 3301 и прочее. А по факту хакерства и даркнета нет ни на грамм. ГГ бегает по городу и делает социально полезные вещи (бабушек через дорогу переводит, пандусы в аптеки помогает делать и тд.). В общем средняя книга получилась: прочитать можно, но ничего особенного

Оценил книгу на 6kukaracha   19-09-2018 в 11:21   #267 АлхимикПауло Коэльо

Вот не идёт мне классическая проза и всё тут! Вроде и книга "любимая миллионами", и мыслей в ней много правильных и жизненных, но не идёт и всё!!! Очень туго и со скрипом дочитал до конца. Такие книги нужно читать осмысленно, под настроение и понемногу, переваривая все мысли автора и делая себе в мозгах пометку. А если нет этого настроя, то не стоит и жопу рвать. Лучше почитать свежую и интересную беллетристику.

Оценил книгу на 5kukaracha   19-09-2018 в 11:13   #265 Невозвращенец(дилогия)Ринат Камильевич Назипов

Первая книга для убийства времени, если нравится мир EVE, но всю первую книгу без цельное блуждание ГГ с собиранием плюшек надоедает довольно быстро. Только к концу первой книги появился сюжет. Не оригинальный, но почитать можно.

Оценил книгу на 8hgv   19-09-2018 в 10:25   #264 Проклятие прогресса: благие намерения и дорога в адМихаил Алексеевич Жутиков

Прочёл книгу. Автор уже 10 лет назад бил в колокол, который звонит по нашей "цивилизации". С тех пор картина не только не изменилась, но варварство в Природе ещё более усилилось. Таким образом срок существования нашей "цивилизации" быстро сокращается. Однако, автор рассмотрел проблему с одной стороны, а есть ещё другие силы, которые заинтересованы в спасении нашей Планеты. Будем надеяться, что Светлые Силы вместе с Людьми выполнят эту задачу.

Юрий Анатольевич Ермаков   18-09-2018 в 21:31   #263

ВСЕ КОММЕНТАРИИ

litvek.com

Книга "Морпехи" из жанра Военная проза

 
 

Морпехи

Морпехи Автор: Фик Натаниэль Жанр: Биографии и мемуары, Военная проза Год: 2008 Переводчик: Л. А. Адамян Добавил: Admin 29 Июн 12 Проверил: Admin 29 Июн 12 Формат:  PDF (1842 Kb) Скачать бесплатно книгу Морпехи

Рейтинг: 0.0/5 (Всего голосов: 0)

Аннотация

Эта автобиографическая книга написана человеком, который с юности мечтал стать морским пехотинцем, военнослужащим самого престижного рода войск США. Преодолев все трудности, он осуществил свою мечту, а потом в качестве командира взвода морской пехоты укреплял демократию в Афганистане, участвовал во вторжении в Ирак и свержении режима Саддама Хусейна. Он храбро воевал, сберег в боях всех своих подчиненных, дослужился до звания капитана и неожиданно для всех ушел в отставку, пораженный жестокостью современной войны и отдельными неприглядными сторонами армейской жизни. Эта чрезвычайно интересная и познавательная книга расскажет не только о реальных исторических событиях в системе однополярного мира, но и даст читателю понять, что такое американская армия, чем она отличается и чем похожа на нашу.

Объявления

Где купить?

Нравится книга? Поделись с друзьями!

Другие книги автора Фик Натаниэль

Похожие книги

Комментарии к книге "Морпехи"

Комментарий не найдено
Чтобы оставить комментарий или поставить оценку книге Вам нужно зайти на сайт или зарегистрироваться
 

www.rulit.me

Книга "Морпехи" автора Фик Натаниэль

 
 

Морпехи

Морпехи Автор: Фик Натаниэль Жанр: Биографии и мемуары, Военная проза Год: 2008 Переводчик: Л. А. Адамян Добавил: Admin 29 Июн 12 Проверил: Admin 29 Июн 12 Формат:  PDF (1842 Kb) Скачать бесплатно книгу Морпехи

Рейтинг: 0.0/5 (Всего голосов: 0)

Аннотация

Эта автобиографическая книга написана человеком, который с юности мечтал стать морским пехотинцем, военнослужащим самого престижного рода войск США. Преодолев все трудности, он осуществил свою мечту, а потом в качестве командира взвода морской пехоты укреплял демократию в Афганистане, участвовал во вторжении в Ирак и свержении режима Саддама Хусейна. Он храбро воевал, сберег в боях всех своих подчиненных, дослужился до звания капитана и неожиданно для всех ушел в отставку, пораженный жестокостью современной войны и отдельными неприглядными сторонами армейской жизни. Эта чрезвычайно интересная и познавательная книга расскажет не только о реальных исторических событиях в системе однополярного мира, но и даст читателю понять, что такое американская армия, чем она отличается и чем похожа на нашу.

Объявления

Где купить?

Нравится книга? Поделись с друзьями!

Другие книги автора Фик Натаниэль

Похожие книги

Комментарии к книге "Морпехи"

Комментарий не найдено
Чтобы оставить комментарий или поставить оценку книге Вам нужно зайти на сайт или зарегистрироваться
 

www.rulit.me

Читать книгу Дерзкий морпех Ивана Стрельцова : онлайн чтение

Иван Стрельцов

Дерзкий морпех

Посвящается морякам, воевавшим на суше в самые тяжелые моменты для Родины.

От автора

Пролог

В этот день в главном здании ГРУ обстановка была крайне нервозная. Еще бы, сам начальник Генерального штаба приехал на совещание, на которое собрали всех начальников отделов, работающих внутри России и по странам ближнего зарубежья. Тема совещания – «Анализ антитеррористической операции на Северном Кавказе».

Начальник Генерального штаба был невысокий плотный мужчина пятидесяти лет, мундир с генеральскими погонами сидел на нем как влитой, а орденские планки на мощной груди бывшего тяжелоатлета буквально вздыбливались.

Стоя за массивной трибуной на сцене актового зала, генерал-полковник в течение получаса читал доклад о сложившейся обстановке на освобожденной территории еще недавно мятежной Ичкерии, сыпал цифрами из различных сводок, даже приводил какие-то мало известные факты, практически не пользуясь «шпаргалкой». Большинству собравшихся разведчиков все это действо напоминало политзанятия в еще не забытые советские времена.

Даже начальник ГРУ в стильном гражданском костюме, больше напоминающий преуспевающего ученого или дельца, чем руководителя военной разведки, слушая генерал-полковника, недовольно морщился, дескать, других дел больше нет у его департамента, как слушать подобные лекции.

– Вот такая вкратце обстановка на юге нашей страны, – приспустив на кончик носа узкие очки в тонкой титановой оправе, наконец проговорил генерал-полковник. – И не мне вам говорить, что главная задача военной разведки – борьба с внешними врагами нашего государства. Но кроме противоборства государственных систем нам теперь выпала еще одна забота. Это борьба с мировым терроризмом, и главное его гнездо сейчас для нас – Чечня. После наступления ваххабитских отрядов на Дагестан, которые были разгромлены, федеральные войска освободили равнинную часть Чечни, загнав остатки сепаратистов в горы. Теперь необходимо уничтожить их, не давая вырваться на равнину, где они могут устраивать террористические акты, которые рано или поздно обернутся массовыми жертвами мирного населения. Примеры тому – Буденновск и Буйнакс. Главными целями должно стать перекрытие финансовых и оружейных потоков из-за рубежа, а также ликвидация полевых командиров, особенно тех, кого среди боевиков и за границей считают одиозными фигурами. Конечно, мы – люди военные и считаем все по одной формуле: «Если враг не сдается, его уничтожают», тем более что для этого сил там предостаточно, и фронтовой авиации, и тяжелой артиллерии. Не говоря уже о командах спецназа. Но наш Верховный главнокомандующий считает, что физическая ликвидация слишком примитивная, а главное, неоправданно жестокая мера. Среди подавшихся в горы сепаратистов достаточное количество безграмотного и задуренного молодняка, которым запудрили мозги исламские эмиссары из жарких стран.

Президент считает, что таких людей мы обязаны вернуть с гор к обычной мирной жизни. Лучше всего это сделать через личный пример. Среди руководства повстанцев достаточно не только кровожадных убийц и бандитов, но есть еще идеалисты, которые воюют за непонятные призрачные идеи. Вот на таких и следует делать упор. Брать в разработку и через оперативные комбинации убеждать сдаться федеральным властям. Для этого нужно использовать мировой опыт противопартизанской борьбы и не забывать нашу собственную историю противодействия басмачеству и борьбе с «лесными братьями».

Сидящий в первом ряду моложавый мужчина с простым, незапоминающимся лицом, закинув ногу на ногу, держал на колене открытый еженедельник, время от времени делая какие-то пометки.

Сорокапятилетний полковник ГРУ Вадим Георгиевич Долгов служил в военной разведке больше двадцати лет. После Киевского высшего общекомандного училища им. Фрунзе, где он учился на разведывательном факультете, был направлен в посольство в Афинах. Прослужил пять лет в распоряжении военного атташе, там же и открылись его способности к аналитической деятельности. Долгова отозвали из Греции, затем несколько лет он работал в центральном аппарате ГРУ, одновременно заочно окончив разведфакультет при Академии Генерального штаба.

Огромная и когда-то непобедимая империя стремительно катилась в тартарары. Военная разведка работала в форсированном режиме, но эти результаты нисколько не интересовали главного друга германского канцлера и американского президента.

Политические катаклизмы не касались майора Долгова, он, как подводная лодка, отгородился от внешнего мира и с головой погрузился в работу. Всплыл на поверхность только в 95-м, когда вовсю гудел пожар первой чеченской кампании. Он трижды выезжал на Северный Кавказ, за что получил две правительственные награды и очередное звание. Все эти поощрения были не зряшными. За ним числились несколько уничтоженных бандформирований и полевых командиров, в том числе и сам президент самопровозглашенной Республики Ичкерия.

Та комбинация, которую разработал Долгов, была идеальной по классической формуле, когда опера создали условия, по которым московские подельники Большого Джо сами сдали лидера сепаратистов, указав его телефонный номер. Следующий сеанс связи для Большого Джо оказался последним. Тяжелая ракета, выпущенная с борта штурмовика и нацеленная по радиолучу спутникового телефона, разметала не только президента, но и его охрану с машиной.

Во время первой чеченской кампании за Вадимом Георгиевичем закрепилась репутация «Ликвидатора «индейцев»[1].

Когда началась вторая кампания, после попытки ваххабитских отрядов захватить соседнюю с Чечней Республику Дагестан, Долгов снова вылетел на Северный Кавказ в составе группы старших офицеров ГРУ. К тому времени федеральные войска разгромили наступающие банды сепаратистов, начав их гнать вглубь Чечни. Разведчики двигались вслед за наступающими войсками, обрабатывая получаемую информацию, а заодно готовя свою собственную операцию.

«Охота на волков» оказалась наиболее успешной из всех операций двух военных кампаний. Окруженные в Грозном боевики, постоянно несшие потери от штурмовых отрядов, которых поддерживали танки и артиллерия, через подставного «предателя» получили карту минных полей вокруг города и, отыскав брешь, пошли на прорыв, где, попав под перекрестный огонь, понесли огромные потери.

После «охоты на волков» Долгов получил еще один боевой орден, звание полковника и был возвращен в Москву.

Слушая начальника Генерального штаба, Вадим Георгиевич понял, что вновь возникла необходимость в его опыте и знаниях, только специализация изменилась.

– Ты пей кофе, пей, – обращаясь к Долгову, предлагал начальник ГРУ. – Я люблю кофе раскаленный, как битум, а только чуть остыл – уже не то.

– Я тоже люблю горячий, – будничным тоном ответил полковник Долгов. Будучи человеком творческого устройства, с начальством он не особо любил общаться, считая, что у каждого своя стезя. Одним работать (творить), другим руководить и отчитываться перед вышестоящим начальством.

– Ловко у тебя, Вадим Георгиевич, получилось, – начальник военной разведки положил свою широкую ладонь на пластиковый терминал, внутри которого лежали листы с ровными строчками компьютерного текста. – Только вчера начальник Генштаба призывал активнее работать по одиозным полевым командирам, а сегодня ты уже приносишь мне один из вариантов, да еще какой. Настоящая конфетка.

– Вообще-то я информацию собирал для другого мероприятия, – честно признался Долгов.

– Ну да, ну да, – закивал главный разведчик российской армии. – Ты же всем известный «группенкиллер». Сколько бандформирований уничтожено по твоим планам?

– Крупных – три.

– Не считая всякой мелочи, – на мгновение задумался начальник ГРУ. Увлеченный своими мыслями, непроизвольно забарабанил пальцами по терминалу. – Это хорошо, что ты смог так быстро перенацелиться. Штабисты всем известные погонщики, еще старт гонкам не объявили, а они уже вовсю начинают хлестать от души. Теперь у них уже не получится погонять, если что, у нас есть щит прикрыться на первое время. – Главный военный разведчик замолчал, потом искоса глянул на Долгова и спросил: – Сам-то ты что думаешь, сможем мы этой акцией воздействовать на Хаджибея?

– Мусса далеко не глупый человек. В прошлом учитель истории, по карьерной лестнице дошел до заместителя председателя районо. Когда в стране наступил развал, примкнул к националистам, потом Чечня объявила себя незалежной, и он одним из первых отправился в Мекку паломником, отсюда и прозвище. В первую кампанию, командуя отрядом, пленных и раненых не убивал, либо возвращал федеральным войскам, либо отдавал матерям.

Во вторую на Дагестан не ходил… А крови на нем не больше, чем у остальных, кто воюет.

– Да знаю я все это, – тяжело вздохнул начальник ГРУ. – Меня интересует другое, сможем ли мы вывести его из войны, так, чтобы Хаджибей сложил добровольно оружие вместе со своим отрядом.

– Он образованный человек и хорошо знает, что даже легендарный Шамиль не устоял перед силой русского оружия и сдался на милость победителей. Я обнаружил его уязвимое место, так сказать, «ахиллесову пяту», и в случае, если мой план удастся, Муссе останется всего два варианта: либо подчиниться, либо… – Долгов сделал короткую паузу, – думаю, он подчинится.

– Приручить такого волка – это настоящая большая профессиональная победа. Ну что же, действуй, Вадим Георгиевич, даю тебе карт-бланш в этой операции. Набирай лучшую группу нашего спецназа и направляйся в Чечню.

– Разрешите воспользоваться тамошними диверсантами? – неожиданно попросил Долгов.

– То есть? – не понял начальник военной разведки.

– Направлять москвичей, значит, кроме постановки боевой задачи понадобится какое-то время на адаптацию к местности. А, как вы сами понимаете, это время, значит, ситуация может измениться в тот момент, когда мы еще не будем готовы к действиям. Ведь впопыхах можно и дров наломать. Лучше сразу брать тех, кто работает в этом районе и знает там каждый камень.

– Что ж, смысл в твоих словах есть. Ты в своей области ас, поэтому не буду лезть со своими советами и торопить. Карт-бланш ты получил, теперь действуй, а «бабки», как говорится, подобьем в конце игры.

– Разрешите идти готовиться к командировке? – Долгов поднялся из кресла.

– Действуй, Вадим Георгиевич, – возвращая полковнику пластиковый терминал, скупо улыбнулся начальник военной разведки…

Вернувшись в свой кабинет, Долгов первым делом вызвал референта. Пожилой капитан Овечкин особой карьеры в разведке не сделал, не стремился к тому. Зато в качестве референта начальника одного из аналитических отделов ГРУ он со своей феноменальной памятью и работоспособностью был просто незаменим в качестве помощника.

– Вызывали, Вадим Георгиевич? – спросил Овечкин, едва приоткрыв дверь.

– Да, Николай Николаевич. Мне срочно нужна информация по частям специального назначения в Чечне.

– Только по нашим или милицию и внутренние войска тоже включить? – уточнил референт.

– Всех. И справка должна быть как можно подробнее. Номер подразделения, количество штыков, место дислокации, ну и все, что еще дополнительно известно.

– Мне потребуется около двух часов.

– Хорошо, – кивнул Долгов в знак согласия. – Пусть будет два.

Когда за референтом закрылась дверь, полковник достал из ящика рабочего стола папку со снимками аэрофотосъемки горной Чечни. Пока шел подбор кандидатов на проведение операции, Вадим Георгиевич Долгов собирался разработать предварительный план до мельчайших деталей…

В указанный срок перед начальником аналитического отдела лежала подробная справка о частях специального назначения, находящихся в Чечне.

Вадим Долгов бегло просмотрел записку, потом, как художник, создающий шедевр, отсекает от глыбы мрамора все ненужное, стал отводить не подходящие ему подразделения.

Первыми «ушли» отряды СОБРа и ОМОНа, а также спецназ Внутренних войск, они в основной своей массе занимались зачистками на равнинной части Чечни. Потом наступила очередь разведчиков мотострелковых подразделений, те охраняли комендатуры и блокпосты. Спецназ ВДВ с другими подразделениями сопровождал автоколонны.

И только отряды специального назначения ГРУ отдельными группами наведывались в горы, выискивая караванные тропы, лагеря и схроны боевиков. Обнаружив их, либо минировали, либо вызывали авиацию.

– Нет, не только ГРУшники горы просеивают, – произнес вслух полковник, неожиданно обнаружив, что у самого предгорья расположилась сводная бригада морской пехоты. Собранная из бойцов различных флотов и участвующая в боях еще с Дагестана, разведрота бригады несколько раз проводила довольно удачные рейды в горы.

– Командир роты капитан-лейтенант спецназа Черноморского флота Кутягин Егор Сергеевич, – прочитал выписку из справки Долгов. – Кавалер двух орденов Мужества, медали «За отвагу», награжден именным оружием. Очень, очень интересно, – задумчиво пробормотал Вадим Георгиевич. – Думаю, с этим Егором Сергеевичем надо познакомиться поближе. – Нажав на кнопку селектора, полковник распорядился: – Николай Николаевич, мне нужно полное досье на командира разведроты сводной бригады морской пехоты…

Капитан Овечкин оказался верен своим принципам. Когда утром начальник аналитического отдела вошел в свою приемную, референт уже ждал его, прижимая рукой к бедру папку из натуральной кожи.

– Доброе утро, Вадим Георгиевич.

Полковник молча кивнул вместо обычного ответа и сказал, указывая на свой кабинет:

– Пошли пообщаемся.

Досье на флотского разведчика состояло из десятка страниц, часть из которых были пожелтевшими, с поблекшими строчками машинописного текста.

Одного этого хватило аналитику, чтобы сделать вывод – служить капитан-лейтенант начал еще во времена Великого и Неделимого, а то, что досье находилось в Главном штабе ВМФ, свидетельствовало – разведчик на особом счету.

– Ладно, посмотрим, что насобирали наши флотские коллеги, – проворчал Долгов, переворачивая листы с машинописными строчками.

Босоногое детство и отрочество будущего диверсанта, а также учебу в Севастопольском военно-морском училище Вадим Георгиевич пропустил. Его интересовала служба в войсках. «Кутягин Егор Сергеевич 1965 года рождения в восемьдесят пятом году был направлен на службу в учебный центр на Балхаш, – Долгов знал, в советские времена там было устроено несколько испытательных полигонов, где дорабатывались образцы ракетного и торпедного вооружения для флота. Кроме того, там же находился учебный центр, где готовили боевых пловцов элитных подразделений. – В 87-м возвращен в Севастополь в отряд «Мегаладон».

– Что еще за «Мегаладон»? – удивился обычно всезнающий начальник аналитического отдела, вопросительно взглянув на Овечкина.

– «Мегаладон» – доисторический морской хищник длиной от пятнадцати метров и весом до двадцати тонн. Пожирал все, что вмещалось в его двухметровый рот, даже белых акул, – начал пояснять референт.

– Да не интересует меня «в мире животных». Что это за подразделение под таким экзотическим названием? – с раздражением проговорил Долгов.

– Подразделение особого назначения создано в начале восьмидесятых годов. Тогда все силовые структуры создавали своих суперменов – КГБ – «Альфу» и «Вымпел», ГРУ – «Рексов», вэвэшники заложили основу «Витязя». Моряки и себе решили создать аналогичную структуру. «Мегаладон» формировали из наиболее опытных бойцов морского спецназа.

– Чем они отличались от боевых пловцов и водолазов из ПДСС?

– ПДСС занимается подводной охраной кораблей и военно-морских баз (так они и называются – противодиверсионные силы). Боевые пловцы, наоборот, должны тайно проникать на базы, минировать корабли, причалы, топливные терминалы. А вот для «мегаладонов» эти операции сплошные детские считалочки. Они должны захватывать атомные ракетоносцы, командные пункты, уничтожать многоцелевые авианосцы. В общем, проводить операции, имеющие стратегическое значение.

– Неплохо, – хмыкнул Долгов. – Что дальше было с этими суперихтиандрами?

– Как и положено в стране, вставшей на демократический путь. Наиболее опытных и подготовленных бойцов вышибли из армии, флота, госбезопасности и МВД. Зацепиться успели лишь самые молодые. Их оказалось немного, и Кутягин из этой когорты.

– Ясно, – понимающе усмехнулся Вадим Георгиевич, переводя взгляд на листы с текстом. Сейчас его интересовало лишь участие капитан-лейтенанта в боевых операциях. До чеченской кампании их насчитывалось три, и еще две проводились задолго до первой войны. «Арго» (1991 г.), «Солнечное отражение» (1994 г.), «Южный альбатрос» (1999 г.).

Все эти названия ни о чем не говорили Долгову. Единственное, на что обратил внимание полковник: за две предыдущие операции капитан-лейтенант Кутягин получил благодарность от командующего ВМФ, а за последнюю награжден орденом Мужества, хотя в то время боевых действий на территории России не велось. Остальные награды Кутягин получил уже на Кавказе.

В отличие от «довоенных» поощрений все эти были подробно описаны в бумагах досье.

«Удержал высоту против превосходящих сил противника». «Группа под командованием уничтожила отряд арабских наемников». И так далее и тому подобное.

– Серьезная биография, – задумчиво покачал головой полковник, захлопывая папку с досье. Обозначенные в начале секретные флотские операции, что называется, задели его за живое. Но Вадим Георгиевич Долгов хорошо знал, что подобные секреты без личной резолюции шефа – начальника ГРУ не раскрываются. А он, хоть и дал полковнику в будущей операции карт-бланш, прежде, чем поставить свою подпись под запросом, обязательно спросит: «А на фига тебе это надо?» Что в таком случае ответить? Профессиональное любопытство. Очень подозрительный ответ, как бы собственная контрразведка не начала проявлять свое профессиональное любопытство. «К шефу обращаться нельзя, а мореманы ни в жизнь свою секретку для меня не откроют».

Полковник искоса посмотрел на своего референта и спросил:

– Ну, как, Николай Николаевич, есть еще что-то, не вошедшее в досье?

– О Кутягине в штабе разведки ВМФ высокого мнения. Его рота с начала антитеррористической операции находится в авангарде. При том, что бойцы чаще других участвовали в боестолкновениях, потерь понесли рекордно мало, – отчеканил Овечкин, немного подумав, добавил: – В общем, моряки считают его чертовски везучим.

– Везение – субстанция неосязаемая, – наставительно произнес Долгов. – Но тем не менее запас карман не тянет. И лучше, чтобы удача присутствовала в нашем деле. Готовь, Николаич, командировочное предписание…

Глава 1

Лето двухтысячного года выдалось нестерпимо жарким. Во второй половине дня воздух настолько накалялся, что казался густым и насыщенным как кисель. На равнине вся растительность выгорела в считаные дни, и теперь бурая безжизненная трава вяло шевелила высохшими стеблями, напоминая о бренности жизни. Только в горах, где деревья и кустарники питались корнями от пропитанного влагой талых снегов грунта, листва оставалась буйной и зеленой. Узкая грунтовая дорога желтой лентой вилась вдоль нависших над ней могучих гор. Клубы густой рыжей пыли еще издалека выдали движение боевой техники. Чем ближе подъезжала колонна, тем отчетливее становились видны пять БМД, с гроздями рассевшихся на броне бойцов в полном боевом снаряжении. Перекрывая рев двигателей, разведчики горланили:

Батальонная разведка,Дома мы скучаем редко…

Ветер подхватывал слова и, смешивая их с песчинками пыли, нес вперед, туда, где раскинулась большая военная база. Бойцы на КПП поспешно подняли полосатую трубу шлагбаума, восхищенно наблюдая за стремительным бегом бронетехники. Обдав караульных пылью и выхлопными газами, боевые машины десанта ворвались на территорию базы.

Неожиданно наперерез головной машине, придерживая болтающийся на ремне штык-нож, выскочил молодой матрос с повязкой «Дежурный по штабу» на правом рукаве камуфляжной куртки.

– Где капитан-лейтенант Кутягин? – дурным голосом заорал дежурный.

БМД круто развернулась, обдав солдата выхлопными газами. С брони легко спрыгнул крепко сбитый мужчина, облаченный в просторного покроя маскировочный комбинезон, поверх которого был надет бронежилет с нашитыми подсумками для запасных магазинов и ручных гранат. В руках он держал видавший виды «АКМС» с потертым деревянным цевьем и прижатым к нему откидным металлическим прикладом.

– Чего надо? – спросил разведчик, энергично разминая после долгой езды затекшие мышцы.

– Товарищ капитан-лейтенант, вас комбриг к себе требует, – вытянулся дежурный по штабу.

– Ну, раз такое дело – пошли, – офицер забросил на плечо брезентовый ремень автомата, потом, повернувшись к боевой машине, громко крикнул: – Крецул, давай в расположение роты, приводите себя в порядок. Я вернусь – устроим «разбор полетов».

– Есть! – скаля белые зубы, весело ответил молодой лейтенант, у которого даже сквозь толстый слой дорожной пыли проступал на щеках юношеский румянец.

База бригады морской пехоты мало походила на военные городки, которые еще с советских времен разбросали по бескрайним просторам России.

Территория расположения морпехов была окружена трехметровым валом правильной восьмигранной формы. Вершина вала изрыта окопами полного профиля, закрытыми ходами сообщения, колпаками долговременных огневых точек, оснащенных автоматическими гранатометами и крупнокалиберными пулеметами.

По углам вала были вырыты капониры для бронетехники, из которых БМД и БТРы могли держать под перекрестным огнем весь периметр базы.

С гор, которые находились на расстоянии двух километров, база походила на старинный бастион. Мрачный и безлюдный, неживой. Но за прочным защитным валом шла своим чередом отлаженная и вполне цивилизованная жизнь военного гарнизона.

Морпехи здесь расквартировались еще зимой, когда загнали в горы последние банды сепаратистов.

Теперь вместо продуваемых всеми ветрами палаток там были выстроены длинные, похожие на бараки, казармы, для безопасности от минометного огня врытые в землю едва ли не по самые крыши.

В остальном командование старалось придерживаться стандартов военных городков. Возле каждой казармы были выстроены беседки курилок. Все переходы связаны дорожками с побеленными известью бордюрами.

Чуть дальше, сразу за жилыми постройками, тянулись склады, также обнесенные защитными квадратными валами и напоминающие крепостные редуты. В центре базы находился спортгородок, возведенный из подручных материалов, и широкая площадка бригадного плаца, за которой разместился штаб. Вернее сказать, штабной бункер, врытый на два этажа в землю, укрепленный железобетонными плитами и способный выдержать обстрел тяжелой артиллерии. В бункере находились все командные функции управления бригадой: сам штаб, узел связи и комендантский взвод, который неустанно нес круглосуточную охрану.

Командир бригады полковник Серебряков был на Кавказе во второй раз. В первую чеченскую войну он командовал батальоном ТОФ, теперь же полученный с тихоокеанцами боевой опыт комбриг использовал в полной мере.

Кутягин и дежурный по штабу быстрым шагом пересекли плац и вышли к лестнице, ведущей в подземелье штабного бункера. Часовой из комендантского взвода, увидев издалека капитан-лейтенанта, привычно взял «на караул». Егор приветливо кивнул головой и, ухватившись за скобу, потянул на себя тяжелую бронированную дверь, по просьбе комбрига доставленную с Балтийского флота, от линкора «Октябрьская революция».

После яркого дневного сияния оказавшись в тесном помещении, освещенном лишь бледно-желтыми маломощными лампочками, разведчик несколько секунд потратил на адаптацию, прежде чем опустить ладонь на поручень лестницы, ведущей в подземелье. Металлические ступеньки неприятно завибрировали под берцами капитан-лейтенанта.

В бункере было темно и душно. Все пространство штабного кабинета занято столами, планшетными картами, вокруг которых склонились офицеры боевого планирования бригады. Егор Кутягин хорошо знал: когда в штабе такое оживление – либо в бою возникла нестандартная ситуация, либо пожаловала большая «шишка». Ситуация в сегодняшнем бою была самая заурядная, значит, выходил второй вариант.

Встав в дверном проеме, капитан-лейтенант негромко прокашлялся и произнес, обращаясь к командиру бригады:

– Разрешите войти не по форме одетым.

– Входи, Егор, – над группой офицеров, склонившихся над картой, поднялась могучая фигура комбрига Серебрякова. За почти двухметровый рост и богатырскую стать, вкупе с именем-отчеством – Иван Ивановича, полковника еще с курсантских лет прозвали Два Ивана. Судьба у Серебрякова действительно была легендарная, за двадцать с небольшим лет военной службы он защищал интересы страны в Сирии, Анголе, Эфиопии. Об этих командировках полковник не распространялся, но красочней всяких слов говорили орден Боевого Красного Знамени и два ордена Красной Звезды на его парадном кителе. Довелось Иван Ивановичу повоевать и в первой чеченской кампании, за что имел еще один иконостас из демократических орденов.

– Ну, здоров, капитан-лейтенант, – комбриг протянул разведчику могучую руку. – Как дела?

– Как обычно. На равнине колонна прошла, как ралли Париж – Дакар. А вот в горы только вошли, тут и началось. Головной БТР взорвали мощным фугасом, видимо, это была связка из нескольких гаубичных снарядов, броневик буквально порвало в клочья. Потом из гранатометов сожгли три бензовоза, повредили несколько других машин. В общем, раненые, убитые. Сколько, я не знаю, мотострелки подсчитывают. Еще бы минут двадцать – и колонну распатронили бы до последнего солдата. Мы вовремя подоспели. Вообще-то не глупые сейчас мозги сидят в Генштабе, раз придумали страховать колонны маневренными бронегруппами. Прикрывшись дымом горящих бензовозов, мы подошли к колонне и ударили по духам в упор. Шквалом огня накрыли басмачей, они бой принимать не стали, сразу отошли.

– Мусса Шеравин? – угрюмо спросил комбриг.

– Кому еще. Это же его ответственный участок работы, – хмыкнул Кутягин, поправив автомат на плече, добавил: – Хаджибей – волчара тертый, думаю, он специально начал отводить своих башибузуков, заманивал, падла. Это его коронка, но второй раз только дурак наступит на одни и те же грабли. По горам отработало звено «крокодилов».

– Волчара тертый, – задумчиво повторил за разведчиком полковник Серебряков. – Вот поэтому я тебя и вызвал, Егор. Появилась у нас новая тема. Подходи к карте, изучай ситуацию.

– А чего мне там изучать? Я тут каждый камень пузом выгладил.

– А давай посмотрим, может, чего нового и увидим, – полковник подтолкнул Кутягина в спину.

Офицеры расступились, пропуская их к столу с разложенной картой.

– Знакомься, полковник Долгов из Главного разведывательного управления, – комбриг представил Кутягину незнакомого офицера, одетого в выгоревшее хэбэ со звездами полковника на погонах. В руке он держал неказистый тощенький портфель с потертыми боками. Прикрепленная к ручке фанерная пластинка с круглой выемкой для сургучной пломбы подсказывала, что в этом портфеле веник для бани не носят. Полковник крепко пожал руку Кутягину, представился:

– Вадим Георгиевич. Я вашим Муссой занимаюсь еще с прошлой чеченской кампании. – Поставив на стол свой портфель, Долгов поспешно стал расстегивать замки и, как всякий торопящийся человек, заговорил скороговоркой: – Он прямо как киборг непримирим и, главное, неуязвим. Ни семьи, ни родственников, их тейп почти весь вымер со времен сталинского выселения. Его жена умерла при родах, думали, и дите тоже скончалось. А оказывается, нет… Выяснилось, сын у него есть. Пацану пять лет, Шеравин никому не верит, поэтому и не отправил его за рубеж, а держит рядом с собой. Вот здесь, – разведчик положил на карту пачку фотографий космической съемки. – Небольшая деревенька, Шеравин использует ее как тыловую базу, там у него три десятка бойцов, лазарет, где выхаживают недобитых в боях душманов, и, главное, пацан его, Тимур, там.

– Ну, и?.. – Кутягин задумчиво посмотрел на генштабовского разведчика.

– Пацан – это ахиллесова пята Муссы, его болевая точка, мальчик последний из рода Шеравина. Если возьмем мальчишку, его отец станет ручным, как волнистый попугайчик.

– Да уж, – капитан-лейтенант задумчиво посмотрел на карту, потом обвел пальцем часть ее и негромко произнес: – Деревня находится в зоне господствования боевиков.

– Да, – подтвердил Долгов, – но в тылу их огневых позиций. Если сработать аккуратно, они даже не поймут, что произошло, и тогда Мусса будет в наших руках.

– А кому он нужен живым? – на лице разведчика от бешенства заходили желваки. – Скольких этот гад уже наших положил…

– А сколько еще положит? – оборвал Кутягина Вадим Георгиевич, сейчас он говорил ровным голосом уверенного в своей правоте человека, к тому же имеющего необходимую информацию и соответствующую власть. – Мусса Шеравин наш враг, но на фоне многих других полевых командиров он благородный враг. Не захватывает заложников, не издевается над пленными и не добивает раненых. Здесь, в Чечне, по сути идет гражданская война, а в ней, как вы знаете, не бывает ни правых, ни виноватых. Все виноваты: и те, кто взял оружие, чтобы грабить мирное население, называя это народным самоопределением, и те, кто позволил это сделать, не защитил склады с оружием, не остановил зачинщиков. Как бы там ни было, вечно этот бардак не может продолжаться. Необходимо вернуть республику к мирной жизни, и легче всего это сделать тем, кто имеет авторитет среди своих соплеменников и не замазан кровью невинных жертв. Мусса Шеравин один из лучших кандидатов на эту роль. Но он настоящий воин и просто так не сдастся, но как человек умный пойдет на переговоры, вынужден будет пойти, если его сынишка будет у нас. Ну а дальше дело профессиональных переговорщиков.

– Операция «Последний из могикан», – усмехнулся Кутягин.

– Почти угадали, в нашей конторе операцию назвали «Ахиллесова пята», – улыбнувшись, произнес ГРУшник.

– Я ведь с Муссой тоже знаком с первой чеченской, – неожиданно вступил в разговор комбриг. – Тогда довелось мне командовать батальоном морской пехоты ТОФа. Да и батальоном это подразделение трудно было назвать, так, с бору по сосенке. Половина личного состава даже не морпехи, либо с тыловых частей, либо вовсе снятые с кораблей разгильдяи. Правда, в деле парни все орлы, я с ними и Грозный прошел, и горы штурмовал. Вот в горах и довелось схлестнуться с этим самым Хаджибеем. Приказ был занять один из аулов. Сели на броню, подъехали к указанной точке, деревня как деревня, домов с полсотни на небольшом плато, а вокруг – пики гор нависают. В общем, отдаю приказ занять аул и приготовиться к обороне. Кое-как вырыли по периметру окопы, начали налаживать блиндажи и огневые точки. А утром появляются парламентеры во главе с самим Муссой, я уже о нем тогда слышал, он воевал под Бамутом, командовал так называемым фронтом. Теперь объявился здесь – и сразу быка за рога, говорит, у вас всего двести человек, четыре «Копья»[2] и взвод батальонных минометов. А у меня, мол, больше тысячи моджахедов, имеется тяжелое вооружение, и занимаем господствующие высоты, даже без штурма вас всех перебьем. Поэтому сдавайтесь. Перспектива не приведи господь, сами знаете, как эти дети гор относятся к морпехам. Но, с другой стороны, прав ведь, собака, на все сто. В этом раскладе все козыри у него на руках. Обидно стало не за понюшку табака голову свою и хлопцев ложить под нож. И тут вдруг меня осенило. Теперь, говорю парламентерам, если начнете боевые действия против нас, то прежде чем погибнуть, мы уничтожим и аул, и его жителей. Смотрю, мое заявление не по вкусу пришлось большинству переговорщиков. Ясный пень, часть армии Хаджибея из этого аула. Кому понравится, что из-за чужих амбиций твоих родных и близких пустят в расход. Раз такое дело, думаю, нужно их дожать, говорю: «Если с вашей стороны будут работать снайперы, за каждого убитого с нашей стороны буду расстреливать заложников из местных». Ничего не сказали парламентеры, ушли, потом три месяца просидели в осаде, но ни одного выстрела душманы в нашу сторону так и не сделали.

iknigi.net