Книги Александра Маринина читать онлайн. Новая книга марининой


Книги Александра Маринина читать онлайн бесплатно

Александра Маринина (настоящее имя - Алексеева Марина Анатольевна) родилась в 1957 г. во Львове в потомственной семье работников МВД. Ее дед и отец были милиционерами ("дед - чекистом, потом работал в суде, отец - оперативником"), мама - специалист в области судебного права, преподавала теорию государства и права и уголовный процесс в школе милиции. До 1971 года семья жила в Ленинграде, затем - в Москве. В три года маленькая Марина научилась читать, с пяти лет начала заниматься музыкой, плаванием, английским языком. Училась в английской спецшколе (в Ленинграде - № 183, в Москве - № 17 и 9), в Ленинградской музыкальной школе им. Н. А. Римского-Корсакова. Очень долго собиралась стать киноведом: читала огромное количество книг по истории кино, по теории кино, зарубежные киносценарии, биографии великих кинематографистов. Но свою роль сыграли гены… В 1979 г. Марина Анатольевна закончила юридический факультет МГУ им. М. В. Ломоносова и получила распределение в Академию МВД СССР. Служебную карьеру начала с должности лаборанта, в 1980 г. была назначена на должность научного сотрудника, получила звание лейтенанта милиции. Занималась изучением личности преступника с аномалиями психики, а также преступника, совершившего повторные насильственные преступления. В 1986 г. защитила кандидатскую диссертацию по теме: "Личность осужденного за насильственные преступления и предупреждение специального рецидива". С 1987 г. Марина Алексеева стала заниматься анализом и прогнозированием преступности. Имеет более 30 научных трудов, в том числе монографию "Crime and Crime Prevention in Moscow", изданную Римским межрегиональным институтом ООН по проблемам преступности и правосудия (UNICRI). В 1994 г. ушла на административную работу в Московский юридический институт МВД России (до переименования - Московская высшая школа милиции) на должность заместителя начальника и главного редактора научно-исследовательского и редакционно-издательского отдела. В феврале 1998 г. вышла в отставку в звании подполковника милиции. Совместно с коллегой Александром Горкиным Марина Анатольевна вела в журнале "Милиция" рубрику "Школа безопасности". Материалы рубрики носили пародийный, шутливый характер, но на самом деле это были советы, как уберечься от того или иного вида преступления. "Там была бестолковая Шурочка Маринина и старый сыщик Саша, который приезжал к ней всегда голодный, а она кормила его ужином и жаловалась, что боится вечером гулять, боится купить машину, боится уехать в отпуск. А он, лежа на диване, поучал ее, как надо себя вести, чтобы беда не приключилась". Псевдоним "Александра Маринина" использовался ими также при написании материалов для газеты "Пролог" (очерки о современной преступности в России), газеты "Экспресс" (юмористические рассказы о том, что нужно обязательно делать, чтобы наверняка стать жертвой преступления - некое подобие школы безопасности наоборот). Первая книга "родилась" в 1991 году и, как водится, совершенно случайно. Александр Горкин предложил написать в соавторстве научно-популярную книгу о наркотиках по заказу "Юриздата". Марине Анатольевне это показалось неинтересным ("сколько научных работ уже было!"), и она предложила писать в жанре детектива. За 19 дней ("с хохотом и визгом") была написана книга "Шестикрылый Серафим". Тяжелые времена 1991 года не позволили в то время осуществить издание повести. Она вышла в свет в 1992 году в журнале "Милиция". Это была первая книга, подписанная псевдонимом "Александра Маринина". Рукопись "Шестикрылого Серафима" вызвала большое одобрение в редакции журнала. Это натолкнуло Маринину на мысль попробовать самостоятельно написать роман. Она взяла отпуск и в полном одиночестве и покое меньше чем за месяц написала "Стечение обстоятельств". Это произошло в декабре 1992 - январе 1993. Именно в этом произведении появилась знаменитая Анастасия Каменская, ее жених, друзья и окружение. Следующая повесть "Игра на чужом поле" была написана в октябре-ноябре 1993 г. и также как и предыдущая была опубликована в журнале "Милиция" осенью 1994 г. В январе 1995 г. к Марининой обратилось издательство "ЭКСМО" с предложением издавать ее произведения в серии "Черная кошка". Первая книга, изданная "ЭКСМО", появилась в апреле 1995 г. Она называлась "Убийца поневоле", в ней были опубликованы повести "Шестикрылый Серафим" и "Убийца поневоле". После этой книги права на повесть "Шестикрылый Серафим" никому не передавались, и автор выступает категорически против ее дальнейшей публикации.Одновременно вышла книга "Украденный сон", изданная издательством "Локид", которое заключило договор с Марининой в декабре 1994 г. на публикацию 3 первых произведений. В 1995 г. Марининой присуждена премия МВД России за лучшее произведение о работе российской милиции (за книги "Смерть ради смерти" и "Игра на чужом поле"). В 1998 г. на Московской международной книжной ярмарке А. Маринина признана "Писателем года" как автор, книги которого в 1997 г. были проданы наибольшим количеством тиражей. В 1998 г. А. Маринина стала лауреатом премии журнала "Огонек" в номинации "Успех года". Первый контракт с зарубежными издателями был заключен А. Марининой в 1998 г. Всего в течение 1998 г. заключены контракты с издательствами Франции, Италии, Германии, Латвии, Кореи, Китая, Швеции. Первая книга за рубежом вышла в июне 1998 г. в издательстве "Piemme" в Италии под названием "Il Padrone della Citta" ("Хозяин города", оригинальное название - "Игра на чужом поле"). Итальянские издатели планируют выпустить в течение года с момента подписания контракта 18 романов А. Марининой, а в течение следующих пяти лет - все романы, которые будут за этот период написаны. Общая сумма рекламной кампании на раскрутку книг в Италии составит 2 миллиона долларов США. Всего же в течение 1998 года за рубежом вышло 7 книг: в Италии - 3, в Латвии - 2, во Франции и Корее - по 1. 29 апреля 1998 года Александра Маринина официально узаконила свои отношения с Сергеем Заточным, полковником, доцентом кафедры организации оперативно-розыскной деятельности Академии управления МВД России. Они познакомились 27 февраля 1990 года в трамвае №27 по пути на работу. Заточный принимает непосредственное участие в создании всех книг жены. "С ним обсуждается замысел книги. Он читает постранично, когда приходит вечером с работы, и я перед ним отчитываюсь, что за день сделала. Он читает все и постоянно меня контролирует… Он смотрит, чтобы у меня не было профессиональных ошибок и ляпов. Даже как цензор выступает, следит, чтобы я не нарушала правила секретности". Кроме того, Сергей Заточный - прототип двух постоянных героев книг А. Марининой ХОББИ: коллекционирует колокольчики. ЛИТЕРАТУРА: детективы. МУЗЫКА: оперы Верди. ЖИВОПИСЬ: пристрастий нет. КИНО: мелодрамы и психологические детективы. ПРОДУКТЫ: крабовые палочки, сыр, сладкая консервированная кукуруза, китайская кухня. НАПИТКИ: грейпфрутовый сок, мартини-бьянко. СИГАРЕТЫ: Салем-слим. В СВОБОДНОЕ ВРЕМЯ: преферанс с компьютером. А также: Любит: японскую поэзию, цифры, мужа, ходить пешком, горячий душ перед сном, читать, разгадывать кроссворды, чешское стекло, одежду черного и темно-зеленого цвета. Не любит: необязательность, творог, соленую рыбу, ночной образ жизни, тусовки, вставать рано, крик. По материалам официального сайта А. Марининой, а также журналов "Огонек", "Она", "Эксперт", "Видео-Асс", "Интербизнес", "Семь дней", сайта из-ва "Эксмо".

knijky.ru

Александра Маринина в новом романе увековечит Ленина, Керенского и дореволюционный Симбирск

Примадонна российского детектива Александра Маринина побывала в Ульяновске не только ради встреч с читателями. Три дня она собирала здесь материалы для своей будущей книги.

Дореволюционный Симбирск и его самые известные жители тех времен – от Керенских до Ульяновых – станут персонажами нового романа «русской Агаты Кристи». Почему писательница так не любит этот титул, а также о своей очередной работе и не только Маринина рассказала в эксклюзивной беседе с Ulnovosti.ru.

— Я нахватала в Ульяновске массу полезной информации. И в музее первой гимназии, и в ленинских и театральном музеях. Новый роман будет о нескольких поколениях российских юристов, начиная с середины позапрошлого столетия и по сей день. Действие будет происходить не только в Москве и Санкт-Петербурге, но и в уездных центрах России. В том числе в Симбирске. В Москве собирать информации о процессе гимназического обучения не так привлекательно. У вас специалисты лучше. Здесь я точно знаю, что научный сотрудник музея «Классическая гимназия» ответит на все мои вопросы. В Москве, как в крупном столичном городе, уровень музейного дела намного ниже. Потому что вопросы краеведения в столице вытеснены проблемой зарабатывания денег. Название вашего города в моей новой книге будет обязательно. Когда дело дойдет до февральской и октябрьской революций, от Симбирска не увернешься. Мои персонажи никак не смогут обойти молчанием рассказ Керенского-старшего о замкнутом, нелюдимом мальчике Владимире Ульянове. Герои непременно зададутся вопросом, как человек, в юношеские годы не ставший лидером и душой компании, вытворил такое.

ВЛАДИМИР УЛЬЯНОВ – ШИЗОИДНЫЙ ТИП?

— Вообще после прогулки по Венцу возникает ощущение огромности неба и изобилия воздуха. Особенно после Москвы, где дышать просто невозможно. И я искренне не понимаю, пусть это прозвучит крамольно, как кудрявому мальчику, выросшему в этом покое, могли прийти в голову все те разрушения, которые он потом учинил. Психологически это чисто шизоидный тип. Особенно это становится понятно, когда читаешь характеристику, данную ему Керенским-старшим. Упертый, умный с блестящей памятью, но, тем не менее, по логике всего лишь «хорошо».

— В апреле этого года исполнилось 20 лет вашей первой книге про Каменскую «Убийца поневоле». Но в вашей официальной библиографии к весне 1995 года относится еще одна ваша повесть «Шестикрылый Серафим», который вы до сих пор запрещаете издавать. Почему?

— Просто «Шестикрылый Серафим» мне не нравится. Эта книга написана в соавторстве и стилистически сильно отличается от всего написанного позже мною одной. Там нет никакой Каменской, книга совершенно по-другому структурирована, она нечеткая. Там есть любопытная идея, которая мне самой нравится. Но это не привычным образом написанная книга Марининой. Я не могу донести эту мысль до всех моих читателей. Поэтому в широком доступе «Шестикрылый Серафим» сегодня есть лишь в интернет-библиотеке Мошкова, которому я сама дала добро на публикацию.

ДЕПРЕССИЯ, ПРИБАВКА ВЕСА, БЕСКОНЕЧНЫЕ СЛЕЗЫ И НИ ОДНОЙ СТРОЧКИ— Вам до сих пор плохо работается дома и, чтобы написать новый роман, вы специально ежедневно едете в офис на работу?

— После того, как в 1998 году я вышла в отставку, пыталась честно работать дома. Была уверена, что у меня это получится и отлично все напишется, поскольку теперь никуда не надо ехать на метро с пересадками по полтора часа в один конец. В результате я получила депрессию на полтора года, прибавку веса на 16 килограммов, бесконечные слезы и ни одной написанной строчки. После чего мой бывший начальник, он же мой литературный агент, прототип полковника Гордеева сказал: «Я все понял. Тебе просто нельзя сидеть дома. Будешь, как миленькая, каждое утро приезжать и сидеть. Не хочешь писать – читай книжки, раскладывай пасьянс на мониторе. Но выйди из дома и поедь на работу». Был оборудован офис в центре Москвы, где мне выделили маленькую комнатку с компьютером. И как только я там появилась, у меня мозг сразу же включился. Он просто так привык с трех лет – утром встала и в садик, в школу, в университет, на работу. Если не встала, значит – выходной. Как только мозг заработал в привычном режиме «встала-вышла», он снова начал нормально функционировать.

«СТОЙ, РУКИ ВВЕРХ, МЫ ТЕБЯ АРЕСТОВАЛИ!»

— Всегда ли вы знаете, чем закончится ваша новая книга?

— Я не раскрываю преступление вместе с героями. С самого начала я знаю, для чего я пишу книгу. У меня не бывает, чтобы я в самом начале положила три трупа крестиками в подворотне и потом маюсь, кто же их убил. Я знаю, кто и зачем это сделал, но мне интересно, почему преступник сделал именно это и именно так. И почему, тот, кто это преступление раскрыл, обо все догадался, на основе какой информации и душевных движений. Заключительная сцена не планируется заранее, у героев же своя жизнь, и каждого из них нужно довести до логического финала. Чем все закончится, я сама не знаю до самого конца. Как кривая вывезет. Я же не могу закончить фразой: «Стой, руки вверх, мы тебя арестовали!» Исключение – «Убийца поневоле». Тут я изначально точно знала, какой должна быть последняя сцена, и к ней подтягивала весь сюжет.

— Насколько вас, как автора, трогает судьба ваших персонажей?

— Над судьбой жертв преступлений, которых я сама придумала, не плачу. Мне их не жалко по определению. Хотя над вымыслом слезами обливаюсь. В том числе и над своим. Я столько слез пролила, когда сочиняла судьбу Любе Романовой в своей саге «Взгляд из вечности». Она всю душу из меня вынула. А после «Оборванных нитей», которые я закончила в 2012 году, эта книга отпустила меня физически только полгода назад. Я буквально болела после всех этих обильных подробностей паталогоанатомического материала, картинок и описаний. Писала, жила, функционировала, как жена, дочь, подруга, автор. Но в себя пришла лишь через два с половиной года.

МУЖИКАМ ИНТЕРЕСНЕЕ КРИЗИС В ГОНДУРАСЕ

— Вас лишь в последнее время перестали называть «русской Агатой Кристи». Как вы сами относитесь к этому «званию» и к самому понятию «женский детектив»?

— «Женский детектив» существует. Другое дело, оправдано это понятие или нет. «Русская Агата Кристи»? Где она, а где я? Ничего общего вообще близко не лежало. Кроме того, что мы обе – женщины. Детективные истории, написанные мужчинами, отличаются от женских просто потому, что мы разные по устройству мозга, по способу мышления, по эмоциональному строю и устройству нервной системы. Всем мужикам интересно во власть ходить. Среди женщин таких единицы. Мужикам интересно обсудить экономический кризис где-нибудь в Гондурасе. Женское мышление тактическое, оно направлено в первую очередь на решение самых необходимых задач жизнеобеспечения – себя, детей, семьи. Женщина возделывает свой огородик. А мужчина озирает окрестности и смотрит, что это там за ничей огород в десяти километрах. Это мышление стратегическое. Мужикам интересно про политику. Причем даже в тех государствах, которые ну никак не граничат с нашей страной. Вам интересно про футбол, от которого ничего в вашей жизни не меняется. Не прибавят зарплату, родители не выздоровеют, дети не будут лучше учиться.

— Вы сами произнесли эти два слова: «власть» и «политика». Ваш крайний роман «Казнь без злого умысла» политизирован умышленно?

— У меня есть более политизированный роман «Не мешайте палачу». В «Казни без злого умысла» мне просто пришло в голову написать о мужской дружбе. Я захотела, чтобы один из друзей был мэром, другой – начальником УВД, а третий – бизнесменом. И тут без политики обойтись было просто нельзя. Конфликт в ходе предвыборной кампании иначе не опишешь. Это не правильно. Хотя на самом деле я политику не любою и стараюсь о ней не писать.

«НАХРАП» И «ЛОХОТРОН», ИЛИ У ПРЕСТУПНИКОВ ТОЖЕ БОЛИТ ГОЛОВА

— Когда в МВД вы занимались научной работой, то в числе прочего составляли некий обобщенный портрет преступника в нашей стране. Для этого приходилось по тюрьмам ездить, с лицами, совершившими тяжкие преступления, общаться. Страшно не было?

— Нет. Преступники ведь такие же люди, как мы. Они рождаются в тех же роддомах, ходят в те же школы и учатся по тем же учебникам. Когда у них болит голова, они точно также идутв аптеку и покупают анальгин. Встречи в местах лишения свободы с заключенными формировали мои представления о том, какие они бывают, в каких семьях воспитываются, какое детство проживают, чем руководствуются при принятии решений. Этого знания у меня было много. И из него я затем «вылепливала» тех преступников, которые мне были нужны для моих романов.

— Не очень ли вас затруднит одной фразой описать российскую преступность последней четверти века?

— Преступный мир сложен и многообразен, со своей внутренней структурой и взаимосвязями, которые подчиняются определенным закономерностям. Но если вы очень хотите получить одно слово, то, скажем, преступность «лихих 90-х» можно было охарактеризовать словом «нахрап». А для преступности «нулевых» и последних пяти лет подходит понятие «лохотрон». Эти слова характеризуют российскую преступность, но никак ее не исчерпывают.

ЛИТЕРАТУРНЫЙ ХИТ-ПАРАД ОТ МАРИНИНОЙ

По ее собственным словам, личный хит-парад любимых авторов и книг Александры Марининой выглядит следующим образом.

1. Нил Дональд Уолш.— Это покруче любого детектива. Особенно трехтомник «Беседы с Богом». В непростой жизненной ситуации почерпнула оттуда принципы позитивного мышления. И использовала полученные знания в своей книге «Фантом памяти».

2. Джесси Келлерман.— «Философ» – просто очень хорошая книга, от души рекомендую. Из триллера «Голем в Голлувуде» узнала, что у Каина была сестра-близнец.

3. Валентин Пикуль. «Ступай и не греши».— Интересная история Ольги Палем, уголовное дело которой обязательно войдет в мой будущий роман.

4. Романы Александра Беляева «Человек-амфибия» и «Голова профессора Доуэля».— Пробудили во мне интерес к литературе вообще.

5. М.Е. Салтыков-Щедрин. «Господа Головлевы».— Роман сильно затронул мои чувства и повлиял на мировоззрение.

Иван Собакин

marinina.ru

Александра Маринина интервью 2017, новая книга

Автор замечательных детективов сейчас готовит новую книгу «Были 90-х», в которой будут собраны истории того времени. Одним из воспоминаний она поделилась с «Антенной».

Формально впервые за границу я поехала по служебной надобности со всеми официальными наворотами: выдавали паспорт, который надлежало вернуть после поездки, строго инструктировали, что делать, как себя вести. В 91-м это был Кипр, тамошняя полицейская академия. Меня туда послали лекции читать про рецидивную преступность. В 93-м и 94-м – Рим, ооновский институт по изучению причин преступности. Мы с ними вели совместные исследования, меня туда отправили писать монографию. Сначала на неделю – рабочий визит, потом меня туда выписали на месяц, чтобы я на месте работала, все доводила до ума. Неслабая, скажете, заграница! Да, но…

Во-первых, я была весьма стеснена в средствах, командировочные более чем скромные. Во-вторых, месяц показался бесконечным! Помню, что, когда возвращалась домой, в самолете плакала весь полет – от счастья, что возвращаюсь домой. Я так замаялась, так устала: каждый рабочий день строго с 9 до 18 в институте. Месяц одна среди людей самых разных нацио­нальностей, рабочий язык – английский. Мобильных телефонов не было, поговорить по-русски мне было не с кем. Экономила, не покупала проездной на автобус, а пешком минут сорок, поэтому выходила из дома в полвосьмого, чтобы успеть выпить кофе и съесть какой-нибудь неприличный круассан. А вечером бродила по городу со своими нищими копейками. Нетуристическая заграница, чего уж там.

Фото: личный архив Александры Марининой

А первая настоящая заграница, конечно, Турция в 1994 году. В этом рассказе, как и во всей моей жизни, активное участие будет принимать подруга Ирина. Наша эпопея началась с того, что Ира встретила коллегу, даму в годах, и не узнала ее – загорелая, красивая, в ушах великолепные серьги, дутые, золотые. Коллега переполнена впечатлениями: «Представляешь, я была в Турции, на курорте». Оказалось все счастье – $600 c носа на две недели. Ира моя замерла от зависти: «Чем мы с Маней хуже (Маня это я)!» Коллега порекомендовала агентство со смешным названием «Бегемот», которое находилось в здании Киевского вокзала. Нас немножко смутили и расположение, и название, но по проторенной дорожке идти как-то спокойнее. Мы сразу решили: «Едем!» Не последнюю роль сыграли ее сногсшибательные серьги за $30, она обещала точно рассказать, где за такую роскошь можно поторговаться.

Летели мы до Антальи, долго куда-то ехали, в шоке от нищеты вокруг – все высохшее, выжженное, мазанки глинобитные. Нас сгрузили возле отеля, который выглядел… Да никак он не выглядел – белая коробка под названием «Хане». Но для нас тогда он был шикарным международным курортом на берегу Средиземного моря. И имелось в этой самой «Хане» аж целых три звезды.

Никола Юн о своей книге Весь этот мир и ее экранизации

Мы вошли в номер – две кровати, огромное окно с видом на водокачку и пустырь, поросший колючками, пыльную дорогу, по которой ходили ослики с поклажей. Замусоренный пустырь нам казался пустыней из «Тысячи и одной ночи», ослики были очаровательны, погонщики экзотичны. Все так здорово, ну кроме водокачки, я уж не знаю, что она там качала, только чух-чух-чух звучало круглосуточно.

Кинули вещи, пошли осматриваться. И обнаружили, что у всех отдыхающих дам поверх купальников повязаны платки, которых у нас не было! Слова «парео» мы тогда не знали. Нам, конечно, страшно такой красоты захотелось. Остаток первого дня мы посвятили неистовому шопингу – бегали по магазинчикам в ближайшей деревне, искали себе платки, чтобы цена подходящая и чтобы нравились. Нашли два тонких шелковых платка, у меня синий, с такой расплывчатой росписью в стиле батика, Ира выбрала зеленый. Следующее яркое впечатление, как мы голые и счастливые, что купили эти прекрасные платки, решили сделать эротичные фотографии: мы же на международном курорте, мы же должны себе позволить что-то шикарное и с налетом разврата. Разделись и по очереди друг друга фотографировали, прикрылись только вот этими парео, высовывая наружу еще бледные части тела. У нас были одна «мыльница» и одна пленка, 36 кадров. Сразу договорились, что пленку делим пополам – по 18 кадров на рыло. Значит, одна Маня в платке голая, одна Ира в платке голая, все, без вариантов.

Фото: личный архив Александры Марининой

Первый завтрак не оставил особого впечатления. Но вечером! Когда мы спустились на ужин и увидели выбор из трех горячих блюд, кучу закусок, салатиков, нарезанный большими ломтями красный-красный арбуз, все на террасе, решетки обвивали какие-то цветущие растения, и вокруг одни иностранцы – это ж никакими словами не описать! И мы такие шикарные, в сарафанах, совершенно обалдевшие от своего счастья, стреляли глазами по сторонам – интересно же было, с кем мы тут отдыхаем… Судя по всему, дыра была та еще. Самый крутой иностранец, с которым мы случайно потом познакомились, оказался электриком из захолустного немецкого городка, названия которого мы никогда не слышали…

За золотыми серьгами мы поперлись по наводке Ириной коллеги в Манавгат – город еще дырее, чем там, где мы были, но он считался настолько нетуристическим, что все было дешевле долларов на 5. Место жуткое – сараи, пыль, ослы и ювелирные магазины. Там мы оторвались, серег купили. А поскольку кадры в фотоаппарате остались, родилась идея: приоденемся, понадеваем украшений и сфотографируемся. Молодой продавец жутко занервничал, но и отказать не решился: вдруг что купим… Магазин, правда, все-таки закрыл, мало ли что могут выкинуть эти непонятные русские. Мы выбрали все самое дорогое – с сапфирами, с бриллиантами. Нацепили на каждый палец по кольцу, кулоны на шею, брошки, браслеты на все доступные места, в нос только ничего не вставили. Все сверкало и горело, блестело и переливалось. Развалившись в креслах в самых развратных позах, чтобы видно было все, мы фотографировались. Не пожалели кадра по 3–4 на брата.

После этой поездки мы с Ирой 11 лет подряд, не пропустив ни одного года, ездили в Турцию, уже, конечно, в места более приличные. И нам уже было с чем сравнивать. Но именно на том пустыре с осликами, чухающей водокачкой мы от счастья потеряли человеческий облик.

Как стать писателем

Хотите, чтобы ваши воспоминания напечатали в одном сборнике с Александрой Марининой и другими любимыми авторами? В проект «Народная книга» присылают письма и фотографии сотни людей, которым есть что рассказать о своей жизни в 90-е. В папке автора-составителя истории трагические и смешные, поучительные и страшные, анекдотичные и даже лирические… Люди вспоминают о своих попытках заработать в финансовых пирамидах и челночных турах, уцелеть в бандитских разборках, о первых бизнес-сделках, о поиске себя в новой жизни и о крушениях привычного мира вокруг себя.

Читатели сайта Woman’s Day также могут стать авторами будущей народной книги о 90-х.

Требования к текстам простые:

1. Рассказчик должен описать случай из своей жизни или жизни родных и друзей, который ярко характеризует ту эпоху.

2. Желателен рассказ от первого лица. Стиль должен напоминать живую историю, какую принято рассказывать своим близким или попутчикам в долгой поездке.

3. На конкурс НЕ принимаются: стихи, художественные рассказы, новеллы, эссе, публицистические очерки, журналистские расследования, научные или исследовательские тексты.

4. Объем текста – не более 10 000 знаков.

5. Срок приема текстов и фотографий – до 31 июня 2017 года. Народная книга «Были 90-х» выйдет в конце ноября 2017 года.

Ждем ваши истории по адресу: [email protected]

Дарья Донцова: Муж изменит не обращу внимания

Что читают умные девушки: 9 книг для расширения кругозора

www.wday.ru