Книга Призыв к оружию читать онлайн. Призыв книга


Книга Призыв читать онлайн Дэвид Гейдер

Дэвид Гейдер. Призыв

Dragon Age - 2

 

Посвящается Ли,

моему самому большому поклоннику

 

Благодарности

 

Я считаю своим долгом выразить признательность добрым друзьям, которые обеспечивают меня столь необходимыми откликами и охотно держат за руки всякий раз, когда я в приступе дурацкого самобичевания пытаюсь изорвать в клочья собственные труды. Их терпение и снисходительность являются источником неиссякаемой силы, и за это я вечно буду им благодарен. Отдельное спасибо Джордан, верной союзнице, которая безмерно способствует тому, чтобы я совершенствовался как писатель. Надеюсь, когда-нибудь мне представится возможность сделать то же самое для нее.

Огромное спасибо также Джею и Даниэль — за то, что позволили мне ради своих корыстных целей бессовестно передирать их черты. Это было болезненно, но прекрасно. Ребята, вы изрядно облегчили мою работу, впрочем, как и всегда.

И напоследок позвольте прокричать троекратное “гип-гип-спасибо!” компании “BioWare” и ее онлайновому сообществу — за поддержку и неугасающий энтузиазм. В те дни, когда я не рву на себе последние волосы от отчаяния, я безмерно рад тому, что у меня есть эта работа — пожалуй, лучшая работа в мире.

 

Глава 1

 

Где света нет, там торжествует тьма.

Погребальные песни 8:21

 

Еще год назад Дункан мог попасть во дворец лишь при одном условии — если бы в спину упирался меч тюремного стражника. Да и то вряд ли. В Орлее аристократы не судили мелких уличных воришек. Лучшее, на что Дункан мог рассчитывать, — это скучающий чиновник в затхлом зале суда, расположенном как можно дальше от пышных дворцов знати.

Вот только здесь не Орлей, а он, Дункан, больше не уличный воришка. Он в королевском дворце Денерима, столицы Ферелдена, и надо признать, что этот дворец не производит на него ровным счетом никакого впечатления.

Город насквозь продували зимние ветры, и Дункан еще никогда в жизни так не мерз. Местные жители, как ни в чем не бывало бродившие по заваленным снегом улицам, предусмотрительно кутались в одежду из плотной кожи и меха, но Дункан, сколько бы ни напяливал одежек, не мог согреться.

Во дворце было немногим лучше. Дункан надеялся, что хотя бы здесь на его долю достанется малая толика тепла. Ему грезились громадные очаги, в которых жарко пылает огонь, надежно прогревая весь дворец. Вместо этого Дункан, один-одинешенек, сидел на скамье в пустынном зале, и вокруг высились каменные заиндевевшие стены. Судя по грязи на полу, высоко в деревянных балках гнездились голуби, и во всей обстановке не было заметно ни малейшего намека на украшения. Эти ферелденцы без ума от громадных, прочных, сколоченных из дуба дверей. Еще они обожают деревянные скульптуры псов, вонючее пиво и, кажется даже снег. Во всяком случае, такое впечатление сложилось у Дункана в первый день пребывания в этой стране.

А вот чего ферелденцы совершенно точно не любят, так это Орлей и орлесианцев. Пока Дункан торчал в этом зале, мимо прошло около десятка дворцовых слуг и челяди, и все они косились с подозрением, а то и с неприкрытой враждебностью. Даже две служанки-эльфийки, которые пробежали по залу, о чем-то беспокойно щебеча, — даже они уставились на Дункана так, словно он вот-вот рванет в бега, прихватив столовое серебро.

Впрочем, вполне вероятно, что все эти косые взгляды никак не связаны с тем, что он, Дункан, явился сюда из Орлея. В конце концов, он нисколько не был похож на орлесианца.

Смуглая кожа и копна темных волос недвусмысленно говорили о его ривейнском происхождении. Его черный доспех состоял из перекрывавших друг друга полос кожи с пряжками — такие не носили практичные ферелденцы. Плюс ко всему за поясом торчали два парных кинжала, которые Дункан даже не подумал спрятать.

knijky.ru

Читать онлайн книгу «Призыв» бесплатно — Страница 1

Денис Мухин

Призыв

Пролог

Сильнейший демонолог Лииба Марвиш сидел в своем любимом кресле у камина и неспешно потягивал из хрустального бокала слабенькое вино. Посторонний человек мог бы с уверенностью сказать, что он полностью расслаблен и спокоен, но на самом деле это было не так. Марвиш с трудом сдерживал волнение и нетерпение под маской невозмутимости, и хотя никто не видел его в этот момент, сохранять лицо непроницаемым в любое мгновение своей жизни уже давно вошло у него в привычку.

Причины же подобных чувств были более чем значительны. В далеком прошлом, когда Марвиш еще не считался самым сильным магом, ему приходилось зарабатывать на жизнь охотой на демонов, которые обожают селиться в развалинах крепостей и башен. Вот во время одной такой охоты и повезло молодому человеку наткнуться в разрушенном замке на небольшой тайник с несколькими пергаментными свитками на древнем языке. И только сейчас, спустя много лет, с помощью ученых из главного университета владыки удалось расшифровать пару из них. В первом свитке он нашел всего лишь описание еще одной вариации пентаграммы призыва, чуть более надежной, чем та, которая используется сейчас, а вот второй пергамент оказался настоящим сокровищем. В нем описывался ритуал призыва высших демонов.

До сего момента демонологи могли только мечтать о подобном, довольствуясь услугами слабых демонов с изнанки мира. А в этот самый миг в заклинательном покое башни ученики и коллеги Марвиша подготавливали грандиозный призыв, который принесет ему славу воистину великого мага современности!

Марвиш с трудом сдержал довольную улыбку, навеянную мыслями. Осталось подождать совсем немного, и можно будет начинать. Вдруг, прерывая мысли демонолога, раздался робкий стук в дверь, и в покои мага проскользнул невысокий юноша в традиционной, серой с красным, мантии демонолога.

– Учитель, все приготовления завершены, и мы ждем только вас, – проговорил он.

Марвиш неспешно допил вино, отставил бокал на столик и, поднявшись, пошел следом за своим учеником. Столь долгожданный час настал!

В заклинательном покое (каменный пол, стены без окон и высокий потолок в три человеческих роста) сейчас находилось девять магов, выстроившихся вокруг большой, светящейся красными линиями пентаграммы. Точно такая же пентаграмма отражением мерцала и на потолке. Линии были выполнены из крови – самой мощной составляющей большинства ритуалов в демонологии.

Один из магов, выделявшийся как возрастом, так и более высокомерным выражением лица, кивнул:

– Начали.

И присутствующие одновременно затянули заклинание на непонятном языке, вливая свою силу в пентаграмму призыва. В такт словам она начала пульсировать и разгораться все ярче, до ослепительного алого сияния. В центре магической конструкции заклубился серый дым, заполняя все свободное пространство, но не выходя за границы внутреннего круга. Под действием заклинания он становился гуще, образовывая круглую серую колонну от пола до потолка, внутри которой иногда проглядывали жилки крохотных молний ярко-алого цвета. Голоса магов смолкли, и в зале стал нарастать гул, вначале едва слышный, он все усиливался, пробирая собравшихся до костей. Дым начал вращаться, ужимаясь и стягиваясь в самом центре пентаграммы, и образовался шар, размером примерно метр в диаметре. Он несколько секунд повисел, потом по его поверхности пробежала сначала одна трещина, следом еще две, и вот серый шар оказался покрыт целой сетью набухающих алых трещин, а затем со страшным грохотом взорвался ослепительной красной вспышкой.

Магов, зажавших руками уши, чтобы хоть как-то спастись от оглушающего шума, ударной волной разметало по сторонам, некоторых с силой отбросило на каменные стены, несмотря на поставленную защиту. А в пентаграмме появилось неизвестное существо, свободно парящее над полом в лежачем положении. Со стонами поднимаясь и отлипая от стен, люди медленно возвращались на свои места, шепотом ругались и потирали пострадавшие части тела. Лишь главный среди них никак не выражал своего недовольства, пристально разглядывая обнаженное существо.

А посмотреть действительно было на что. На демона призванный походил намного меньше, чем призывающие. Прежде всего его рост был чуть меньше метра. Строение тела отдаленно напоминало человеческое, но именно что только напоминало – немыслимо тонкие ручки и ножки с четырьмя пальцами (совершенно одинаковыми) на каждой, такое же худое туловище: что-то похожее на скелет, обтянутый кожей. В груди, между дугами выпирающих, сросшихся вместе ребер, были две вертикальные складки кожи, образующие что-то вроде щели между собой. Приплюснутый череп, обтянутый кожей, рос сразу из грудной клетки. На том месте, где у человека располагаются глаза, от виска до виска шла тонкая полоска чего-то, по виду похожего на кость. Ни носа, ни челюсти, ни рта. Половые признаки у существа также отсутствовали напрочь. Да и вообще, создавалось впечатление, что оно находится на грани истощения.

Едва главный маг открыл рот, собираясь заговорить, как в голове у каждого из присутствующих громко зазвучали незнакомые слова, смысл которых стал постепенно понятен:

– Где Сеть?!

Маги недоуменно переглянулись, но не успели сказать ни слова.

– Что?! Ее нет! Какой безмозглый дикарь навесил глушилку?

Один из демонологов кашлянул, прочищая горло, и заговорил, обращаясь к странному демону:

– Молчать, тварь! Ты был призван и будешь служить нам!

После этой фразы в зале ненадолго повисла тишина, прерываемая только шорохом мантий магов, когда кто-нибудь из них шевелился. Странное существо медленно приняло вертикальное положение, по-прежнему паря в воздухе, и застыло. У магов создалось неприятное впечатление, что их внимательно осматривают, после чего у каждого в голове прозвучала новая фраза…

Глава 1

– Так, а что примитивы делают в моем доме? – возмутился я.

Вот уж действительно, стоит отлучиться, как происходит не пойми что! Глушилки появились невесть откуда, носители примитивного разума забрались неизвестно как. От таких существ мне делается дурно, слишком мало они отличаются от тех же животных по сложности и быстроте мышления. Чтобы что-то понять, приходится подстраиваться под ритм их мысли, что причиняет почти физическую боль, а копаться в таких сознаниях – то же, что и в мусоре, как выражались Старшие.

Хотя нет, какой дом? У этого места совершенно другой ментальный фон, нежели на моей планете! Да и строений таких не припомню. И не ощущаю сородичей, что просто невозможно! Я точно знаю – на планете проживают кроме меня еще пара иниров и один орл. Конечно, за время моего отсутствия все могло измениться, но не настолько это большой срок – тысяча оборотов, чтобы все разбежались по другим мирам или преставились. Значит, это другое место. В подобное предположение вполне укладывается и отсутствие доступа к ментальной Сети, связывающей все обители развитых разумных в нашем уголке вселенной, а также наличие примитивов рядом со мной.

Придется покопаться в их разуме, чтобы определить, куда меня занесло, как бы мне этого ни хотелось. Определив самого развитого из присутствующих, я осторожно, преодолевая брезгливость, добрался до его памяти и в один прием все считал. Осознать все сразу не удалось – объем столь примитивной, не сортированной и грубо поданной информации ошеломил меня и ввел на мгновение в ступор. К тому же у людей (как они себя называют) оказался всего лишь один поток сознания вместо пяти, как у меня. Перестроиться оказалось очень тяжело – не каждый инир сможет перейти на использование одной части разума. К моему счастью, я вдоволь наэкспериментировался со своим сознанием в Бездне, что сейчас очень пригодилось.

Но стоило мне начать сортировать и осмысливать полученную информацию, как по мне хлестнуло что-то вроде плети из неизвестной энергии. Природная защита от подобных атак у иниров сама по себе неплоха, а у меня намного улучшена по причине пребывания в одном неприятном измерении, так что вся энергия атаки отклонилась.

Кто же это у нас так забавляется? Явно не эти дикари – такая плеть слишком сильна для них, да и отпечаток силы отличается. Придется создать для наблюдения органы зрения, обычно они не нужны в водно-воздушной среде моего дома.

Сформировав глаза по всему телу, я оглядел место, где оказался, – практически пустое каменное помещение с девятью огромными фигурами в непонятных многослойных покровах. Так вот какие эти… порывшись в чужой памяти, выудил нужное слово – демонологи. Вокруг меня, на полу, был нарисован странный рисунок (кажется, пентаграмма), зеркальная копия которого находилась на потолке. Атака пришла точно не от нее, так как тип энергии тот же, что и у магов, значит, придется ощупывать окружающее пространство в поисках другого источника.

К моему большому сожалению, опознавать источники грубых, неживых сил для меня намного сложнее, чем обнаружить мыслящее существо, будь то животное или такой же инир, как я сам. Это обусловлено направлением развития нашей расы и эволюцией сознания, позволившей нам существовать без материального носителя. Другое дело, что это здорово уменьшает доступные ощущения и не всем нравится.

Наши ближайшие соседи орлы пошли немного другим путем и научились контролировать потоки неживых энергий в дополнение к использованию силы своего разума, но они не могут обходиться без тела или создать его заново при потере – за все приходится платить и невозможно развиваться во всех доступных направлениях одновременно. Даже Старшие или существа, получившие звание Смотрителя, не могут все, хоть и достигли в своем развитии заоблачных высот, до которых мне пока еще далеко.

Впрочем, трем Смотрителям пришлось изрядно постараться, чтобы меня подавить, несмотря на преимущество в численности и ментальную мощь, которая во много раз превосходила мою. Их это очень удивило. Хе-хе, а одному из них так здорово от меня досталось, что большую часть моего заключения он почти наверняка восстанавливал свою сильно поврежденную структуру, если вообще не развеялся. А уж какое изумление испытали вытаскивавшие меня по окончании срока наказания! Еще бы – первый в истории инир, покинувший измерение Бездны, практически не пострадав: не лишился ни разума, ни духа. Я позднее просматривал всю доступную информацию в хранилище Сети, читал отчеты о заключенных и обнаружил, что никто из моей расы долго не протянул. Наоборот, даже при меньших сроках заключения часто было некого вытаскивать или оказывалась значительно повреждена матрица сознания и сути. Даже единственный Старший, приговоренный за эксперименты с чужим разумом, не избежал этого.

Но что-то я слишком погрузился в воспоминания. Моим оправданием служит лишь то, что на это ушла всего пара мгновений. Я как раз закончил обследование окружающего пространства на предмет нахождения источника атаки. Им оказалась штуковина в руках одного из магов, которую я определил как портативный генератор энергии типа пространственно-энергетического модуля, или по-здешнему «жезл контроля» (начавшаяся обработка считанной памяти тоже дала свои результаты).

Подтверждая полученные выводы, держащий палку маг вновь атаковал меня – снова безрезультатно. Что они все-таки хотят от меня? Придется считывать мысли присутствующих, благо язык их оказался не столь уж и сложен. Невольно содрогнувшись от отвращения, я коснулся сознания ближайшего ко мне демонолога.

«…какой сильный демон попался, даже плеть жезла ему не вредит! Ну да ничего, существует много способов подчинения и времени еще много, но когда у меня в руках будет его сила… О-о-о, многие пожалеют о противостоянии мне!»

Что?! Да как он посмел! Желать подчинить меня! Жалкий дикарь! Уничтожу! Сотру! Развею в пыль!

Заклинательная башня главного демонолога Лииба находилась не в замке, как у любого уважающего себя мага, а в глухой местности его владений, там, где никто не появлялся и даже один человек мог привлечь внимание накинутой сети следящих заклинаний, простирающейся на многие мили вокруг. Рядом с башней расположился тренировочный полигон, оборудованный новейшими разработками Исследовательского института плетений при дворе владыки и способный сдержать самые разрушительные чары, защитив окружающую среду от уничтожения. Иногда демонолог использовал его для проверки вызванных демонов, выставляя их против различных боевых големов, которых артефактная гильдия создавала для нужд армии. Но сейчас стояла ночь, полигон был пуст, и никаких испытаний в ближайшем будущем не предвиделось.

Тем неожиданней стал почти бесшумный взрыв (если не считать грохота разламывающихся камней) башни демонолога, который снес многовековую постройку из огромных каменных глыб, как пушинку, повалил все близко стоявшие деревья и практически уничтожил редчайшую по сложности защиту полигона, прилегающего к башне.

А вот это уже плохо! Не сдержавшись и выплеснув малую толику ярости, я уничтожил не только примитивов, но и строение, в котором находился, а также осыпал окрестности каменным водопадом. Эх, моя импульсивность иногда может быть к месту, но чаще всего она приносит только неприятности. Ну да ладно, сделанного не воротишь, а пока нужно убираться отсюда как можно быстрее – столь мощный всплеск ментальной энергии наверняка привлек внимание, и сюда спешат аборигены. Поэтому лучше отыскать укрытие понадежнее и уже после этого приниматься за анализ ситуации и определять местонахождение этой отвратной планетки, куда меня затащили. Задействовав три потока сознания на поддержание тела в воздухе, обнаружение различных неприятных сюрпризов в виде поисковых сетей и местных существ, а также на собственную маскировку от ментального поиска, я продолжил размышления по поводу своего положения.

Единственное, что радовало меня в тот момент, так это какая возникнет суматоха, когда Старшие обнаружат мое исчезновение. Сам факт подобного способен вызвать у Смотрителей панику и недоумение. А учитывая мою славу «самого злостного преступника», чуть не угробившего Сеть, и по совместительству одного из лучших разумов всей расы иниров, потеря которого невосполнима, меня будут искать все! Конечно, они могут отследить остаточный фон, но если даже я не почувствовал его, то с полной уверенностью можно сказать, что все признаки того, что это произошло, очень скоро исчезнут вовсе. Кстати, заклинание, с помощью которого меня сюда вытянули, я запомнил в точности, потом надо будет разобраться в принципах работы – вдруг пригодится когда в будущем.

Но это все подождет – уже пару мгновений я ощущаю приближение нескольких отрядов примитивов, движущихся в сторону разрушенной башни. Судя по скорости перемещения (почти вдвое меньшей, чем у меня сейчас, но все равно приличной) и по интенсивности излучения сознаний, эти дикари, научившиеся управлять грубой энергией мира, – маги. Но быстро же они среагировали, должно быть, способны определять выбросы энергии, несмотря на ее природу. Это добавляет им капельку уважения с моей стороны.

Однако это не отменяет моего нежелания с ними встречаться. С отвращением порывшись в снятом слепке сознания (упорядочивание полученных знаний еще не закончилось, поэтому приходилось искать необходимое буквально методом тыка), я определил примерное направление и увеличил скорость полета. Мне повезло, что этот демонолог построил свою башню неподалеку от пустынной местности, судя по всему, он руководствовался схожими требованиями. Правда, что-то там мелькнуло о недостаточной благонадежности здешних земель из-за неприятного соседства, но мне просто не хотелось еще раз лезть копаться в той каше сознания примитива ради незначительного уточнения.

Между тем редкий лесок подо мной сменился зеленой равниной, лишь кое-где колыхались небольшие рощицы. В одной такой я и приземлился. Расстояние между свежими развалинами и виновником их возникновения, то есть мной, уже достаточное. Пора заняться делами, а не только убегать от преследователей. Первая и основная цель – обследовать планету, на которую меня занесло, и определить хотя бы примерное расположение ближайших звезд. Тогда, может, и получится узнать, какой это участок галактики, да и вообще, наша ли она, а то всякое возможно. Но этот вариант маловероятен: примитивы – и осуществляют перенос на такие расстояния?! Да скорее я научусь создавать новые вселенные!

Привычно сдержав яростное желание превратить все вокруг себя в прах, я успокоился и снял щиты, защищающие меня от обнаружения и ментальных атак. К сожалению, при обследовании немаленьких территорий приходится избавляться от различных барьеров, ограждающих сознание, в угоду большей чувствительности. Расплатой за такие возможности служит полная беззащитность. Но сомневаюсь, что здесь найдется существо, способное хотя бы почувствовать мои действия, не говоря уж о том, чтобы причинить мне какой-то вред. Да и никто не наблюдает теперь за каждым моим действием, иначе я бы не рискнул применять столь рискованный способ. Даже после моего поражения врагам не удалось снести внутренние щиты, препятствующие проникновению в память и закрывающие мои мысли, сейчас же я избавился и от них.

Расслабившись и отрешившись от всего, я стал медленно расширять сознание, охватывая своим вниманием как поверхность планеты, так и ее недра. Постепенно увеличивал обследуемую область, пока перед моим мысленным взором не предстал весь глиняный шарик с просто огромным количеством светящихся точек – сознаниями всех разумных. В большинстве своем они еле тлели, но некоторые из них сверкали маленькими звездочками, затмевая все соседние. Даже используя все возможности своего разума, я не смог подсчитать хотя бы примерное их количество.

Потрясающее зрелище. У нас подобное увидеть невозможно: на самой населенной планете – не больше нескольких сотен жителей. Да что там! Если собрать всех представителей моей расы в одном месте, и то не наберется такого количества.

Кстати, на планете всего восемь континентов: семь из них – примерно одинакового размера, один – меньше всех примерно в пять раз. Но не это самое примечательное в нем – его окутывает странная завеса, которая не позволяет увидеть или обнаружить с помощью магии такой огромный кусок земли. Также есть немалое количество островов.

В общем, обычный мирок, каких хватает и у нас. Примерное представление я о нем имею. Теперь стоит разобраться с ближайшими звездами. Но все же что-то меня беспокоит, не дает полностью сосредоточиться и заняться делом. Как будто кто-то очень далеко решил обратить на меня внимание… внимание…

Внимание! Бросив исследование, я направил все силы на возведение защиты. И почти успел! За мгновение до замыкания внешнего щита кто-то нанес мне сильнейший энергетический удар, проломивший почти законченный внешний купол и сейчас медленно, но верно продавливающий внутренний. Да как же так?! Еще мгновение, и удар достигнет цели, а ведь будь я во всеоружии, и получил бы нападающий грамотный отпор! Но ничего, если я уйду в пустоту, то и тебе не жить, неведомый враг! Собрав всю доступную силу, в момент, когда все мои щиты рухнули, но нападавший еще не уничтожил саму мою суть, я нанес ответный удар, вложив всю свою ярость, гнев и отчаяние от осознания неминуемой смерти, после чего уже безропотно поддался блаженной темноте, окутывающей разум…

Владыка Лииба в холодном поту подскочил на постели, рефлекторно отбросив в сторону легкое одеяло и выхватив из-под подушки кинжал. Первая мысль, посетившая его, была: «Нападение», но в огромной спальне оказалось пусто, а молоденькая наложница мирно посапывала на самом краю кровати. Утерев пот, владыка спрятал оружие и улегся обратно, укрываясь.

Что же это было? Явно не сон, потому что все сны он отлично помнил и после пробуждения, чем добавлял хлопот дворцовым толкователям. Сейчас же никакого сна он не видел, а что-то… что-то похожее на… крик. Да, именно крик, агония умирающего создания. Но к чему бы это?

Владыка еще немного поворочался с боку на бок, в попытках уснуть, но этому не суждено было случиться. Сначала в коридоре раздались приглушенные голоса, в которых тем не менее можно было разобрать требования пропустить, а затем по двери бесцеремонно забарабанили и заорали:

– Владыка, проснитесь, беда.

Поморщившись (такое же обращение, как и к правителю опасных соседей, когда-то грело душу, но сейчас вызывало лишь глухое раздражение), владыка второй раз за ночь скинул одеяло и встал с кровати, накидывая висящий на стуле халат, а затем крикнул:

– Войди.

Дверь приоткрылась, и в образовавшуюся щель проскользнул и поклонился один из советников, бледный как мел.

– Беда, владыка, башня главного демонолога разрушена, а все находившиеся в ней на тот момент убиты от чудовищного выброса силы.

– И это все? – безразлично вопросил владыка, зевая.

– Нет, спустя некоторое время, когда на место происшествия прибыли отряды ловчих, произошел еще один выброс вблизи границы, так что наши соседи точно заинтересуются. Но и это еще не все. В это же время всполошились жрецы – статуя Исурта Стража Границ во всех столичных храмах треснула и раскололась.

Зевающий владыка поперхнулся и закашлялся:

– Что? Да как такое возможно? Впрочем, это подождет, собирай малый совет и всех магов поднимай, пусть просветят нас о сложившемся положении. И жрецов доставь, узнаю все из первых рук. Свободен.

Едва за советником закрылась дверь, как правитель принялся одеваться, не обращая внимания на проснувшуюся и лупающую глазами наложницу.

Случилось то, из-за чего он иногда ненавидел свой титул и трон – перемены. И что они принесут, неведомо даже богам.

Целый океан боли свидетельствовал, что я еще жив, вот только радости это не доставляло совершенно. Даже в Бездне мне не было так больно, хотя там пытка разъятия личности продолжалась безумно долго. Преодолев судорожные выбросы энергии, вызванные повреждениями, я блокировал все ощущения, оставив кристально чистый разум с одной-единственной задачей – восстановить матрицу духа или хотя бы минимизировать причиненный ущерб.

На достижение сколько-нибудь приемлемого результата ушло много времени, но я справился – разрушение моей энергетической составляющей приостановилось. Но внешнее информационное поле (или аура, как называют ее здесь маги) оказалось уничтожено подчистую и восстановлению при текущем состоянии дел не подлежит. Еще хорошо, что вражеская атака пришлась в основном на материальное тело, остатки силы повредили энергетику и ментальные потоки, снеся три верхних слоя сознания и основательно покорежив четвертый. Главное, не добрались до слоя памяти, иначе я сейчас был бы развеян окончательно. Это, пожалуй, для меня пострашнее будет. Какой же огромной силой надо обладать, чтобы, ударив по материальному носителю, так задеть духовную и ментальную части? Не хочу больше встречаться с таким противником без подготовки!

Теперь, пережав поврежденные каналы, по которым ранее капля за каплей вытекла жизнь вместе с энергией, я смог заняться ощупыванием окружающего пространства (без тела ориентироваться стало значительно сложнее). Вокруг появилась гигантская воронка с развороченными краями, местами продолжала дымиться земля. М-да, не слабый противник мне попался! Я тоже так сумею, но результат будет куда скромнее. Впрочем, сейчас не время удивляться – как бы ни были примитивны аборигены на этой планете, они не пропустят три огромных всплеска силы почти в одной области. Да и вдруг появится еще один такой же демонолог. Надо убираться отсюда подобру-поздорову.

В чем преимущество существования в энергетически-духовной форме (пусть и с поврежденной матрицей структуры), так это в скорости передвижения, не ограниченной физическими законами. Да что там говорить, в одной галактике есть планеты, буквально сочащиеся потоками тварной энергии, и на них обитают бесплотные существа, в которых тем не менее развивается разумная жизнь. Конечно, если можно так назвать камень, мыслящий химическими процессами и не обладающий никакой энергетической структурой.

Оказавшись подальше от места схватки, я почувствовал некоторое облегчение – теперь можно не опасаться неожиданного нападения со стороны аборигенов и спокойно заняться поисками источника энергии для собственного восстановления. Хотя поблизости ощущались какие-то закрытые токи силы, мне они были недоступны. Ощупав окружающее пространство, я понял, что попал в густой лес, в который и стремился ранее. При беглом обследовании ближайших территорий живых источников разума здесь не нашел.

Интересно, что это за энергия здесь обнаружилась? Не природные потоки точно – они всегда текут в открытую, любой, кто на это способен, может окунуться в них. Осторожно прикоснувшись к одному из источников, я тут же отпрянул – в нем ощущалось биение разума! Почти незаметное, будто кто-то находился в состоянии покоя или сна. Я попробовал еще раз, но не стал прерывать контакт, а попытался осторожно зачерпнуть немного энергии на свои нужды. Это удалось с трудом, и ощущение чужого разума заметно усилилось. Ничего не понимаю – никакие разумные существа, встреченные мной, не походили на это! Если на мгновение предположить, что эти закрытые потоки есть структура чужого разума, то совершенно непонятно, что это за создание, слишком огромное для осуществления нормальных мыслительных процессов. Даже самые крупные представители разумных, при переходе в чисто энергетическое состояние сжимают свои потоки, увеличивая их интенсивность, но никак не размер структуры. Это естественно для уменьшения затрат на поддержание своего существования и защиту. Здесь же наблюдается полностью обратное явление!

Кто бы мог подумать, что я встречу здесь что-то, достойное изучения! Мой исследовательский интерес вспыхнул с новой силой, и я зачерпнул еще энергии (пусть такой тип мне и не подходит, но как раздражающий и стимулирующий фактор сойдет), одновременно послав импульс дружелюбных чувств. А затем попытался произвести обмен информацией, подключив один из своих целых внешних каналов напрямую к непонятному потоку. До сих пор это срабатывало с любыми разумными. Результатом моих действий стало усиление токов непонятной энергии и ощущение слабого удивления, смешанного с непониманием и сомнением. Отлично! Пришедшая в движение структура постепенно начала уплотняться и стягиваться в одну точку. Очень интересное явление! Я принялся посылать короткие импульсы разных эмоций, чтобы показать, что я реально существую. Ощущение чужого присутствия стало нарастать, и появилось чувство волнения с примесью недоумения. Как будто кто-то с моей помощью пробуждался или осознавал себя. Создавалось ощущение, будто ко мне стекалась со всего леса энергетическая основа неизвестного существа. Довольно любопытно оказалось наблюдать подобное, отслеживая все стадии преобразования, особенно когда я обнаружил, что потоки сознания идут точно по корневой системе некоторых деревьев. Может быть, это растение? Но у них куда более убогая структура, да и энергия другая.

Тем временем разум, к которому я прикоснулся, обрел четкость и сосредоточил внимание на мне. Немного подумав, я не стал закрывать свое сознание и позволил отследить мои мыслительные потоки – враждебность я бы сразу почувствовал, а сейчас ощущались лишь любопытство с благодарностью и удивление моим состоянием. И спустя несколько мгновений поступило предложение помочь. Похоже, мои повреждения не укрылись от существа в процессе взаимного обследования. Ну что ж, раз мне предлагают помощь, то нет смысла отказываться. Сняв большую часть щитов с разума, чтобы облегчить понимание, я предложил провести частичное слияние и обменяться информацией. Вместе с полученным согласием в меня хлынул поток чужеродной энергии, направленный на восстановление повреждений, – Великий лес (как он называл себя сам) принялся за лечение.

1 2 3 4 5

www.litlib.net

Призыв (fb2) | Либрусек

Денис Мухин (Zang) Призыв 1084K, 237 с.издано в 2011 г. Альфа-книга в серии Магия фэнтезиДобавлена: 10.02.2012

Аннотация

Представьте, что вы один из самых одаренных ученых расы иниров. Вы умны, сильны, обладаете незаурядными способностями. И тут какие-то смертные осмеливаются вытащить вас из дома на свою ничтожную планету! Вопиющее безобразие! Впрочем, оказавшись на этой самой планете, вы понимаете, что все не так уж просто и в результате неожиданного нападения быстро убраться из данного места не представляется возможным. Чем дальше затягивается ваше пребывание в чуждом мире, тем больше появляется вопросов, ведь происходящее вокруг просто невероятно. А значит, необходимо разобраться!

Впечатления о книге:  

Летисия про Мухин: Призыв (Героическая фантастика, Фэнтези) 27 04 Задумка неплохая, но от исполнения коробило. Мега крутой герой попал в иной мир и в битве там утратил большую часть своих возможностей. По сути, он сравнялся с местными, так как лишился нескольких потоков сознания. Однако в его мыслях постоянно проскальзывает презрительное отношение к людишкам, что не делает героя симпатичнее для читателей. К эльфам, кстати, он тоже не сильно благоволит. Герой начинает "играть", маскируясь под местного. Но автор не смог достойно продолжить единую психологическую линию. Новоявленный эльф то снисходительно взирает на всех "букашек", которые в десять раз тупее, то начинает испытывать к ним какие-то чувства. Многие хладнокровные убийства его не красят. Высший разум должен был понять, насколько ценна жизнь физического тела для людей. Действия инира по устранению врагов выглядят так, как если бы человек сел возле муравейника и всерьез принялся вручную давить каждого третьего муравья. Для исполнения его планов постоянно по ходу возникают какие-то искусственные условия и ограничители. То он многое может, то с одним некромантом сам не справится (ага, который раз в 10 тупее и слабее его). То испытывает симпатию к орчанке, то в брачную ночь цинично отстраняется, оставляя матрицу "работать". Ни о любви, ни о дружбе речи быть не может. Очень двоякая, противоречивая книга, после которой остается не слишком приятное послевкусие. За сюжет – хорошо, за героя и психологическую проработку – плохо. Итого поставлю «неплохо».Оценка: неплохо
DUSHENKA про Мухин: Призыв (Героическая фантастика, Фэнтези) 19 02 Неплохая книга. Нельзя сказать, что отличная, конечно, но вполне приличная. Язык достойный, при прочтении ни обо что не спотыкаешься, мир описан пока не слишком подробно, но у книги намечается продолжение (а возможно, что и не одно), так что этот недостаток исправим, сюжет в наличии. Развивается он, правда, не слишком стремительно, но и не буксует на поворотах - ровное такое повествование. Накала чувств тоже нет, но это книгу не портит - просто герой в ней расчетливый и не отягощен различными моральными условностями, впрочем, он слишком здравомыслящ и для того, чтобы убивать направо и налево. В начале книжка не слишком интересная, кроме того там полно МСных роялей вроде счастливого создания супер-пупер тела, обретения его матрицы сознания, а так же оружия и амулетов, но потом все движется бодрее. История весьма похожа на книгу "Одинокий демон" Кощиенко Андрея - только без юмора, присущего той книге, да и высший разум, на мой взгляд, здесь получился более адекватный. Демон Кощиенко слишком часто реагирует как человеческий подросток, а не высшая форма жизни - понятно, что для создания юмористических ситуаций это часто необходимо, но достоверность утрачивается. Здесь же герой почти не шипит презрительно "низшие", зато с удовольствием играет в игру "выживи и вернись", попутно удивляясь многообразию форм жизни, обычаев, различным придумкам местных довольно примитивных, но по-своему талантливых магов. Разумеется, это не значит, что он начинает воспринимать окружающих как равных, но определенные достоинства в них видит. А что общается с эльфами и орками, а про людей отзывается презрительно - ну вся информация о жизни у него от эльфов, а они людей презирают - так что ничего необычного, другие-то ему пока не встречались.Оценка: неплохо
Bot3 про Мухин: Призыв (Фэнтези) 09 02 Книга интересная,но орков не стоило добавлять в друзья и родню. Не понятно зачем инир убил стража границ эльфов,почему не мог нормально воевать с некромантом,а сидел доверившись руне и амулету. Жрецы вступают в бой в конце книги,а их божества почему-то нет. Назвать великий лес велесом глупость которую не сделал бы инир. Автору во многих ситуациях не удается попасть в "шкуру" героев,странное подразделение энергий и магии. Но прочитать можно,книга не особо напряжная.Оценка: хорошо
a-33 про Мухин: Призыв (Фэнтези) 15 09 Читабельная такая фэнтезюшка. Кстати, отношение ГГ к людям (и не только к людям) вполне логично - высшая раса, так сказать. Направо-налево не убивает, и то хорошо. А киллеры, какими их лапочками не опиши, как соплями не облей - все равно будут уродами. Хотя момент вроде: я буду эльфом - они красивые и бессмертные, дружить будут с орками - они крутые и сильные, а людишки так, фе - несомненно присутствует. Насмешил эпизод с синтезом деревом тела прямо в одежде. Органика - из чего? А ткань? Из конопли местной? Так ведь ее еще плести надо... А еще сапоги. И ножны. Из лыка, ну-ну.Оценка: неплохо
vedmochka-13 про Мухин: Призыв (Фэнтези) 28 01 Сюжет интересный, хоть и не нов. НО! у меня лично, возникло ощущение, что автора сильно обидел весь род человеческий. он постоянно упоминает, какие мерзкие, тупые и ограниченные людишки. и т.д. при всем при этом главный герой "играет" за эльфов разумеется. мне всегда казалось, что у читателя должно быть позитивное и доброжелательное отношение к ГГ кем бы он ни был. хоть киллером, хоть ведьмой. а тут, грубо говоря, хочется плюнуть ему в рожу. не читала других произведений данного автора. может они много лучше. но после этого уже желания их читать нет.
bumeria про Мухин: Призыв (Фэнтези) 25 01 В целом интересно, но под конец, после встречи ГГ с орком Громом, все портится, сюжет несется с бешеной скоростью к концу, такое ощущение, что книгу дописали за день, лишь бы не напрягаться. Жаль.
IT3 про Мухин: Призыв (Фэнтези) 24 01 автор молодец,четвертую его вещь читаю с большим удовольствием,жаль нет продолжения...
prio1 про Мухин: Призыв (Фэнтези) 19 01 Хрень............... По началу интересно - первые 10 минут... потом хрень. нет целой идеи у автора... дерганый рассказОценка: плохо

69 оценок, от 5 до 1, среднее 4.04

Прочитавшие эту книги читали:

lib.rus.ec

Читать онлайн книгу «Призыв» бесплатно — Страница 1

Бентли Литтл

Призыв

© Лисовский А.В., перевод на русский язык, 2014

© Издание на русском языке,  оформление. ООО «Издательство  «Эксмо», 2014

Все права защищены. Никакая часть электронной версии этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав.

© Электронная версия книги подготовлена компанией ЛитРес (www.litres.ru)

Моему деду, Ллойду Литтлу,

который поддерживал мою семью

и в радости, и в горе;

тому, кто, когда мне это было

очень нужно, выручил меня,

отдав мне свой «Додж» 74-го года —

это был мой первый надежный автомобиль.

БЛАГОДАРНОСТИ

Спасибо моим обычным помощникам: Доминику Абелю, Киту Нильсону, Ларри и Розанне Литтл, Джадсону и Кристе Литтл.

Спасибо Ричарду Леймону за такую нужную и ценную для меня поддержку.

Особая благодарность Вай Сау Ли, которая помогла мне с китайским языком, обычаями и традициями, а также семье Чу: Дэнни, Салине, Фанни, Хенни и Сьюзан, которые дали мне возможность заглянуть в жизнь китайских ресторанов.

Вот зыбкий образ – человек иль тень,

Скорее тень, нет, образ, а не тень:

Аида мумия когда-нибудь —

Клубок осилит лишь тернистый путь:

Гортань суха, нет на губах дыханья,

Хвала слетает с бездыханных губ —

Сверхчеловек мне люб —

«Смерть-в-жизни, в смерти-жизнь»

ему названье.

Уильям Батлер Йейтс«Византия» [1]

Иисус явился пастору Клэну Уиллеру во сне. Высокий, здоровый и сильный, в золотистом сиянии, он шагал по луговой траве и между деревьями, а Уиллер следовал за ним. Стоял день, ясный славный день, и солнце пари́ло, теплое и белое, в высоком синем безоблачном небе. Деревья и растения вокруг него были зелеными: ни пыли, ни грязи на этой яркой зелени, а трава под ногами – мягкая, шелковистая, слегка пружинящая. Свежий воздух звенел от птичьего пения.

Иисус обошел заросли невысоких кустиков манзаниты, и теперь Уиллер понял, где они находились. Он узнал пустующее зернохранилище и несколько передвижных домишек-трейлеров, стоявших рядом с шоссе 370 на северной стороне городка. Только… только это была теперь не пустыня. И трейлеры уже не выглядели такими обшарпанными, как обычно. В самом деле, каждый из них сверкал свежей краской, а вокруг них в жирной плодородной почве были посажены яркие цветы. И зернохранилище, по-прежнему пустующее, также выглядело обновленным и отремонтированным, как будто кто-то готовился в него въехать.

Двигаясь легко и грациозно, почти скользя над травой, Иисус поднялся по насыпи к шоссе и, ступив на него, пошел вперед по разделительной полосе. Уиллер последовал за Ним. Они миновали новую заправочную станцию «Тексако», потом огороженный недавно отремонтированным забором заброшенный загон для лошадей Уильямса, пока не достигли узкого прохода между пустующим зданием дирекции горнорудного предприятия и находившейся на вершине холма горной лабораторией.

Иисус остановился и повернулся к Уиллеру. Лицо Спасителя обрамляли прекрасные волосы, падавшие густыми кудрями Ему на плечи, а каштановая, с рыжеватым оттенком бородка сверкала в солнечных лучах. Лицо Его выражало бесконечное терпение и понимание, и когда Он заговорил, в голосе Его, твердом и одновременно успокаивающем, прозвучала Истина.

– Клэн, – сказал Он, и Его голос был как музыка для ушей Уиллера, – я выбрал тебя для особой задачи.

Уиллер хотел ответить, хотел упасть на колени и, всхлипывая, пробормотать благодарности, но почувствовал, что не может двинуться, завороженный мощью, исходившей от Христа.

Иисус поднял руку и показал на землю вокруг себя.

– Здесь ты построишь Мою церковь.

Теперь Клэн Уиллер снова обрел голос.

– Какую церковь должен я построить?

Иисус ничего не сказал, но церковь немедленно предстала внутреннему взору Уиллера. В одно мгновение на него снизошло озарение, и он увидел церковь во всех деталях: ее размеры, материалы, из которых она будет построена, все предметы, находящиеся в ней. Это было потрясающее здание по масштабности его замысла, грандиозное свидетельство славы Господа, по сравнению с которым древние храмы казались лишь бледными тенями; оно было слишком величественным и впечатляющим для городка, подобного Рио-Верди.

– Величие Господа можно славить в любом месте и в любое время, – сказал Иисус, ответив на его сомнения еще до того, как Клэн успел их высказать. – Господу нет нужды помещать Его церковь там, где люди заметят ее: люди увидят ее там, где она будет построена.

И Уиллер понял. Верующие, достойные, заслуживающие этого, узнают о том, где возведена церковь, и постараются посетить ее. Пилигримы со всего мира стекутся в Рио-Верди, чтобы приобщиться к славе Христа, отраженной в великолепии Его церкви. Слепые прозреют, направив свои незрячие глаза на нее, калеки исцелятся, прикоснувшись к ее стенам. Верующие будут вознаграждены, неверующие уверуют, неправые исправятся, и царство Бога на Земле вырастет из этого скромного семени.

Глаза Уиллера наполнились слезами, и божественный образ Спасителя стал размытым.

– Я… я люблю Тебя, – запинаясь сказал Уиллер, опустившись на колени.

Иисус улыбнулся такой сияющей и блаженной улыбкой, что свет от нее пробил завесу слез и озарил лицо Уиллера.

– Я знаю, – сказал Он.

Когда Уиллер проснулся, было утро, и он лежал, уставившись на белый с отслаивающейся краской потолок над своей кроватью. Пастор немного помедлил, раздумывая, а потом сбросил одеяло, встал и пошел по холодному деревянному полу к окну, одновременно чувствуя и испуг, и воодушевление. У него не было никаких сомнений в подлинности своего прозрения: в том, что он видел Господа Иисуса Христа. Господь говорил с ним. Искренность и рвение Уиллера, его неутомимые усилия распространять учение Господа были отмечены на Небесах, и именно его избрал Иисус для выполнения этого долга: возведения величественного монумента во славу Господа.

Иллюзий на собственный счет у Уиллера не было. Он был маленьким человеком. Он не мог состязаться в популярности с телевизионными проповедниками-евангелистами, никогда не был известной в стране фигурой, и, наверное, никогда не станет ею. Хотя, если задуматься, возможно, Господу не нравилось, как популярные проповедники торгуют Его именем, извлекая из него личную прибыль. Возможно, Он искал именно такого, как Уиллер, скромного пастора для выполнения своих желаний.

Клэн не был настолько тщеславным, чтобы полагать, будто он – единственный на всей Земле человек, удостоенный чести служить Господу, и он не удивился бы, узнав, что Иисус беседовал с несколькими посвященными, поручив им строить церкви в разных странах по всему миру. Было бы нереально предполагать, что он, Клэн Уиллер, был единственным избранным из миллиардов людей, живущих на планете, кому доверено выполнить предначертание Господа.

И все же… Он думал о Ное, думал о Моисее, думал об Аврааме.

Уиллер выглянул из окна и посмотрел вниз по склону холма на фасад заброшенного магазина, где был вынужден провести первые собрания прихожан своей церкви. На самом деле фасад был не виден – пастор мог разглядеть только маленькую часть его покрытой черным рубероидом крыши, зажатой между соседними зданиями, – но он знал, что магазин именно там, и ему было приятно сознавать это. Уиллер нашел свое место в этом городке, не располагая ничем, кроме собственного красноречия и непоколебимой веры в Господа Иисуса Христа. Последние десять лет он проповедовал в Рио-Верди, и, хотя в городке были и обычные церкви, у него появились верные последователи. Пожертвования в конце концов позволили ему оставить заброшенный магазин и выкупить здание старой пресвитерианской церкви, прихожане которой построили на востоке городка новое большое здание. Он расширял свою паству, не идя ни на какие уступки современным веяниям, отказываясь следовать примеру крупных церквей и искажать слово Господа, проповедуя, как они, веротерпимость.

…И вот Иисус вознаградил его.

Уиллер отвернулся от окна. Он знал, что должен сделать. Теперь его путь был освещен, и он получил подробные инструкции. Он возьмет кредит, продаст свой дом, будет собирать пожертвования и сделает все необходимое для строительства новой церкви. Будет встречаться со своими последователями на пустующем участке рядом с закусочной «Дэйри Куин», как в те дни в Финиксе, когда у него была только палатка.

Воля Господа будет выполнена.

Тени съеживались, так как яростное солнце пустыни поднималось все выше и набирало силу. Уиллер снова уставился в окно. Он все еще чувствовал прилив адреналина, но страх и возбуждение, испытанные им всего несколько секунд назад, превратились в нечто, напоминавшее умиротворенность, которую он испытывал, когда стоял рядом с Иисусом. Он был удивительно спокоен, хотя ожидал, что будет чувствовать напряжение, как будто тяжесть всего мира неожиданно легла на его плечи.

Уиллер встретился с Иисусом Христом и говорил с Ним; ему поручили построить величественный храм Господа, попросили стать участником самого важного события в истории современного христианства, и все же он ощущал какую-то непонятную отстраненность от всего этого, как будто наблюдал, что все это происходит с кем-то другим.

Уиллер улыбнулся, глядя на захудалый городок. Он находился сейчас в маленьком доме среди вполне заурядных людей, живущих в этой дыре на краю пустыни, но лишь ему был известен ответ на вопрос, который ставил в тупик величайших мировых теологов. Вопрос не был важным, чем-то таким, что могло потрясти все основы, и все же именно ответ на этот вопрос, а не все остальное, открывшееся проповеднику сегодня ночью, принес ему облегчение.

Черный.

Любимым цветом Иисуса был черный.

Сью Уинг старалась быть совсем незаметной, стоя у кассового аппарата в ресторане и держа в руках только что отпечатанные меню блюд, продававшихся навынос.

Она слышала, как позади нее на кухне громко спорили на кантонском диалекте ее родители. Мать настаивала, чтобы кондиционер был установлен на 27 градусов, чтобы сэкономить, а отец – что его нужно установить на 21 градус, тогда посетители будут чувствовать себя комфортно.

Спор родителей не смог полностью заглушить диссонансные звуки китайской музыки – ее слушала бабушка, и эта негромкая музыка воспринималась как подходящий фон для горячего спора родителей.

Сью взяла еще одно меню, аккуратно совместила углы и сложила его пополам.

Она взглянула поверх кассового аппарата на единственных посетителей ресторана – это была пара яппи, которые, очевидно, остановились в городке, направляясь на озеро или на ранчо, превращенное в базу отдыха. У них были каштановые волосы и похожие прически – правда, стрижка у мужчины была чуть короче, – они были одеты дорого, но с нарочитой небрежностью, чтобы было сразу видно, какие они стильные, но умеющие расслабиться на отдыхе. Женщина сдвинула свои модные, почти прозрачные солнечные очки на лоб, а мужчина положил свои на стол у локтя. Через окна ресторана Сью видела красную спортивную машину, на которой приехала эта пара.

Сью не нравились эти мужчина и женщина, не нравилось, как они снисходительно оглядывали интерьер маленького ресторанчика, торговавшего едой навынос, будто ожидали обнаружить в подобном заведении поджидающих их официантов и банкетные столы; не нравилось, как они самодовольно и пренебрежительно усмехались, читая меню.

Она снова поглядела на пару. Приезжие ели палочками, и, хотя неплохо с ними справлялись, Сью видела в этом какую-то фальшь и претенциозность. Она никогда не могла понять, что заставляет богатых белых американцев пользоваться палочками, когда они едят китайские блюда. Эти люди ведь никогда не пользуются палочками в другое время – например, когда едят американские или мексиканские блюда или когда готовят сами, – но настаивают на том, чтобы им давали палочки в китайских ресторанах. Хотят приобщиться к этническому колориту и расширить свой культурный кругозор? Сью не знала.

Она не знала также, почему ее родители и бабушка пользовались исключительно палочками – сама она выбирала или вилку, или палочку в зависимости от того, что подавали на стол. Ее брат Джон предпочитал вилку и вообще редко пользовался палочками.

Женщина подняла глаза, и Сью немедленно переключила внимание на меню.

– Мисс? – окликнула ее женщина и подняла, привлекая внимание, руку.

Сью обошла кассу и подошла к столу.

– Можно нам еще соевого соуса? – Женщина произнесла «соевый» со странным носовым призвуком, очевидно, считая, что так это должно звучать по-китайски, но на самом деле ее интонация не имела ничего общего ни с мандаринским, ни с кантонским диалектом.

– Конечно, – сказала Сью.

Она поспешила на кухню и взяла несколько маленьких пакетиков с соусом из ящика, стоявшего у двери. Родители прекратили спорить сразу же, как только она вошла в кухню: отец вернулся к плите, а мать вышла через заднюю дверь в маленькую комнатку, где бабушка резала овощи.

Сью вернулась в зал ресторана. Мужчина и женщина не обратили внимания на ее появление, и она положила пакетики с соевым соусом рядом с их тарелками.

Вернувшись к кассе, Сью снова принялась складывать меню.

В кухне теперь стало тихо – единственным источником звуков был кассетный плеер бабушки. Сью смотрела на меню и складывала их одно за другим. Родители больше не возобновляли свой спор, опасаясь, что она их услышит. Они всегда так поступали, притворяясь в присутствии детей, ее и Джона, будто они всегда во всем согласны друг с другом и никогда не спорят. Сью с братом знали, что это не так, но никогда ничего по этому поводу не говорили. Во всяком случае, своим родителям.

Иногда ей хотелось, чтобы ее семья в открытую обсуждала свои проблемы, как типичные американцы, вместо того чтобы пытаться все держать в секрете. В долгосрочной перспективе так было бы гораздо лучше.

Парочка яппи уехала, оставив слишком большие чаевые. Сью убрала со стола и отнесла тарелки в раковину, и ее мать, радуясь, что у нее появилось дело, принялась их мыть.

– Убери со стола, – резко приказал ей отец на английском.

– Я всегда это делаю, – ответила Сью.

Она схватила мокрую тряпку и вернулась в зал. Вытирая стол, подняла глаза и в окне увидела Джона, бежавшего по улице к ресторану. Он перепрыгнул через узкую канаву, отделявшую парковку, и, пробежав участок земли, резко распахнул дверь ресторана, так что колокольчик на ней звякнул. В зале ресторанчика он бросил свои учебники на ближайший стол у двери и направился в кухню, чтобы чего-нибудь попить.

– Пятница, – сказал он. – Наконец-то.

Сью незаметно наблюдала за братом. Он запыхался, но не казался испуганным, так что она немного расслабилась. На прошлой неделе пара задир из школы пригрозили побить его, и он в ужасе прибежал домой. Сью предположила, что на этой неделе хулиганы переключились на кого-то другого.

Он вернулся через пару секунду с банкой газировки «Доктор Пеппер» в руке.

– Из-за чего они поругались на этот раз? – спросил мальчик, кивнув в сторону кухни.

Сью улыбнулась.

– А ты не догадываешься? – Они оба помолчали. – Из-за кондиционера.

– Из-за кондиционера? Снова? – Джон ухмыльнулся и покачал головой. – Давай поставим регулятор на пятнадцать градусов и откроем все двери, чтобы воздух шел наружу. Тогда они оба взбесятся.

– Прекрати! – оборвала его девушка, смеясь.

– Это было бы забавно.

Сью бросила в мальчишку тряпку. Тот поймал ее и попытался вытереть ею Сью, но та уклонилась, спрятавшись за стол.

– Ты не сможешь убежать от меня!

Они принялись носиться друг за другом вокруг четырех столов, находившихся в маленьком зале, кричали, перебрасывались тряпкой, пока из кухни не вышел отец, сердито велевший им прекратить.

Возня прекратилась, и разочарованный Джон, нахмурившись, протянул тряпку отцу.

– Еще один веселый пятничный вечер в семье Уингов, – сказал он.

Посетителей не было, и, вместо того чтобы поужинать, как обычно, после закрытия ресторана, они уселись за стол рано. Около семи часов отец принес блюдо жареной свинины с лапшой чоу фан, поставил его на самый большой стол и велел Сью и Джону – оба они были заняты чтением – принести палочки и вилки. Дети отложили книги и отправились вслед за отцом на кухню, где мать и бабушка накладывали в чашки рис.

Еда была вкусной, спор по поводу кондиционера – разрешен, и после ужина, когда все выпили по чашке бульона и Сью убрала со стола, она сообщила родителям, что собирается в кино, где последний день показывают новый фильм Вуди Аллена.

– И я! – сказал Джон. – Я тоже хочу пойти.

– Нет, – сказала Сью.

– Почему нет? – спросила ее мать по-китайски. – Почему бы тебе не взять брата с собой?

– Потому что я иду в кино с другом.

– С каким другом?

– Мама, мне двадцать один год, и я достаточно взрослая, чтобы меня не допрашивали о том, с кем я буду смотреть дурацкий фильм.

– С парнем? Ты собираешься в кино с парнем?

– Нет.

– Точно, с парнем. И ты стесняешься показать его своей семье и встречаешься с ним тайком от нас.

– Отлично. Тогда я не пойду.

– Иди, – вмешался отец. – Все нормально.

– Но мы даже не знаем этого парня!

– Да нет никакого парня! – раздраженно выкрикнула Сью. – Если я решу отправиться на свидание, то скажу тебе. Я не иду на свидание.

– Тогда почему я не могу пойти с тобой? – спросил Джон.

– Потому что у фильма рейтинг «Р» [2].

– Рейтинг «Р»? – переспросила мать. – Я не уверена, что тебе следует смотреть этот фильм.

– Я видела уже тысячу фильмов с рейтингом «Р» по кабельному телевидению. Как и ты, и Джон.

– Тогда почему мне нельзя пойти? – снова спросил брат.

Сью всплеснула руками.

– И не думай об этом! – Она перешла на английский. – Боже, если бы я знала, что все окажется так сложно, то и не заговорила бы об этом!

– Ты можешь идти, – сказал отец. – У нас сегодня мало работы. Я без тебя обойдусь. – Он повернулся к жене и Джону. – Она достаточно взрослая, чтобы делать с друзьями то, что ей хочется. И имеет право сама решать.

Сью глубоко вздохнула.

– Спасибо, – поблагодарила она отца, а потом посмотрела на мать, которая ей улыбнулась и одобрительно кивнула головой.

– Мне тебя встретить, когда закончится кино?

Сью отказалась, покачав головой.

– Я приду домой сама.

– Ты уверена? Так поздно?

– Со мной все будет в порядке.

– А когда ты вернешься? – спросила мать девушку.

– Кино начинается в восемь, а заканчивается в девять тридцать; значит, я буду дома к десяти. – Сью взглянула на настенные часы. – Мне пора идти, а то опоздаю.

Девушка взяла свою куртку со стула, стоявшего у входа в кухню, и поспешно убежала, пока мать не придумала еще какой-то аргумент. Все дело было в том, что в кино она шла одна, и происходило это гораздо чаще, чем Сью была готова признаться родителям. Обычно она ходила в кино одна не потому, что не было спутников, а потому, что так ей самой нравилось. Хотя на этот раз ее решение не было абсолютно добровольным. Сью предложила Шелли и Джанин отправиться вместе с ней, но ни одна из подружек не захотела смотреть этот фильм. Однако девушка не хотела лишать себя удовольствия из-за того, что у нее не нашлось в этот раз спутниц.

Сью знала, что родители, особенно мать, запретили бы ей уходить из дома, если бы узнали, что ей нравится быть одной: ходить в кино, за покупками и заниматься другими делами, которые принято делать в компании, – одной, без друзей и подружек. Вероятно, они сочли бы это позором для семьи и решили бы, что с ней что-то не так или что у нее появились серьезные проблемы.

Хотя никто из родителей пока прямо ей ничего не говорил, и так было ясно, что они серьезно озабочены: Сью уже исполнился двадцать один год, но она еще не вышла замуж. Ее мать постоянно повторяла, что у нее в этом возрасте уже была двухлетняя дочь. Сью ничего не отвечала, но про себя думала, что, если бы она забеременела в девятнадцать, ее родители решили бы, что она потаскуха, испорченная западным миром.

По этому вопросу бабушка, которая обычно поддерживала девушку в спорах, была полностью согласна с ее родителями. Она даже предложила отослать внучку в Сан-Франциско к тете, где можно найти чудесного китайского парня.

Сью уже давно не пыталась объяснять, что выйдет замуж тогда, когда будет готова к этому и полюбит кого-то, а не тогда, когда это предписывается традицией. Теперь она только улыбалась, кивала согласно головой и ждала окончания разговора.

Когда девушка выходила на улицу, ей пришлось отступить в сторону, потому что к магазину подъехала машина. Сью свернула направо и пошла по песчаной тропинке, вившейся между кактусов и тополей, по которой можно было быстро дойти от их ресторана до заднего двора торгового центра «Башас».

Кинотеатр находился на дальней стороне торгового комплекса, и она чуть не опоздала: когда усаживалась в кресло, свет уже погас и началась реклама.

Это был хороший, но не лучший фильм Вуди Аллена. Не «замечательный», как сказали ей Сискель и Эберт, но забавный и глубокий, и его стоило посмотреть. Однако те, кому, как и ей, фильм нравился, были явно в меньшинстве. Зрители громко комментировали вслух происходившее на экране, видимо, считая это вместе со своими друзьями остроумным. Но Сью не нравился грубый подростковый юмор. Немногочисленные зрители чаще смеялись над ремарками этих шутов, чем над по-настоящему смешными эпизодами, и девушка даже начала жалеть, что не дождалась, пока фильм появится на видео.

Кино закончилось, и она не спеша пошла через парковку.

Та была почти пустой: на ней стояло лишь несколько автомобилей, припаркованных у входа в кинотеатр. Сью остановилась и посмотрела на темное и безлунное небо, усеянное крупными звездами. Прохладный воздух напоминал о скорой зиме. Слабый ветерок доносил из пустыни дымок горевшего в костре мескитового дерева.

Девушка глубоко вдохнула прохладный воздух. Ей нравились такие вечера, но почему-то они всегда навевали на нее печаль. Сейчас следует быть с людьми, а не одной. Нынче хорошо пить горячее какао, уютно свернувшись в кресле и укрывшись пледом, а не есть лапшу и слушать споры родителей.

Мимо нее парочки шли к своим машинам и пикапам, тихо и нежно переговариваясь. В основном школьники-старшеклассники: парни в своих ковбойских шляпах, сапогах и потертых джинсах были юными копиями своих отцов, а девушки хихикали, готовые подчиняться своим спутникам и подражая в этом своим матерям.

Сью покачала головой и посмотрела на наклонившийся тополь, росший на углу парковки. Она понимала, что слишком строго судит этих людей. Сегодня у Сью было плохое настроение. Ревность, вероятно. Ее собственная мать была, без сомнений, гораздо безропотнее и покорнее, чем эти девушки и даже их матери.

Справа от себя у красного пикапа она заметила страстно целующуюся парочку: юные влюбленные не сомневались, что вечно будут вместе. Девушка почувствовала ревность и к ним. С ней, когда она была в их возрасте, такого не было. Она и тогда жалела об этом, и сейчас жалеет. Сью вспомнила свой выпускной бал в школе: это был единственный случай, когда она танцевала. Она отправилась на бал с Клеем Брауном, с которым была едва знакома. Ни один из них не смог подобрать себе другого партнера, и поэтому они оказались вместе, в общем-то, по необходимости. После бала они попытались смягчить свою неудачу в темной машине, припаркованной на грунтовой дороге на берегу реки. Но, хотя оба они желали, чтобы что-то произошло, их старания закончились ничем. Их страсть была наигранной, неуклюжей, и оба испытывали неловкость; почти сразу стало понятно, что ничего у них не получится.

Чтобы вновь не испытывать смущения, после бала они избегали друг друга. Клей потом уехал из городка. Наверное, он сейчас уже женат.

Сью наблюдала, как юные влюбленные наконец перестали целоваться и сели в свой пикап. Там они снова поцеловались, и только потом машина тронулась.

Сью шла, раздумывая о том, что мать, наверное, не ляжет спать, будет ждать ее и снова устроит ей допрос третьей степени, когда она придет домой…

– Эй, Сью! Подожди!

Девушка обернулась и увидела спешащую к ней через парковку Шелли.

Сью остановилась, ожидая подружку. Наконец пухленькая Шелли добежала до нее и остановилась, тяжело дыша.

– Я знала, что ты придешь в кино, и решила пойти с тобой, но не нашла тебя.

– Я сидела в последнем ряду. Я думала, ты не пойдешь.

– Я передумала.

– Почему? У тебя было свидание?

Шелли фыркнула.

– Очень смешно. На самом деле я пыталась застать тебя в ресторане, но Джон сказал, что ты уже ушла. Я думала, что сумею найти тебя в кинотеатре, но, когда я туда добралась, фильм уже начался, и мне не хотелось ходить взад-вперед по залу и искать тебя.

– Ну, я тебя тоже не видела.

– Я была в первых рядах сбоку. – Шелли покачала головой. – Я чуть не пошла домой. Еще никогда не ходила в кино одна.

Сью пожала плечами.

– К этому привыкаешь. – Она снова пошла по направлению к улице. – Итак, что же стряслось? Почему тебе понадобилось меня искать?

– Да, в общем, ничего. Ты знаешь, мой папа снова не пришел домой после работы, и мама на меня набросилась, так что мне нужно было оттуда убраться. Я и решила, что пойду с тобой в кино.

– А сейчас ты жалеешь, что не осталась дома, верно?

Шелли не улыбнулась.

– Нет, – сказала она. – Становится все хуже. Я собиралась подождать, пока смогу позволить себе что-то приличное – например, свой трейлер или что-то в этом роде, – но теперь, думаю, нужно сваливать, причем срочно. У меня завтра полдня свободны, и я подумала, может быть, ты сходишь со мной узнать цены на съемные квартиры.

– Для этого нужно всего десять минут. Тебя интересуют новые в Сейджбраш или старые на Копперхед?

Шелли пожала плечами.

– Я не знаю. Я думала, мы возьмем газету и посмотрим.

– Да, я пойду с тобой.

Шелли с благодарностью посмотрела на подругу.

– А сегодня? Ты вернешься домой? Ты могла бы… остаться у меня.

– Да, верно.

– Ты могла бы переночевать в моей комнате.

– Сью, твои родители не любят меня. Они не разрешат мне ночевать у тебя.

– Разрешат.

Шелли, не соглашаясь, покачала головой.

– Нет, не разрешат. Кроме того, я собираюсь обратно. Мой отец, наверное, уже вернулся, и, если они ругаются, я сумею проскользнуть незамеченной.

Сью ничего не сказала и отвела глаза. Шелли была права. Ее родителям она не нравилась. Сью не знала почему: то ли потому, что Шелли не была китаянкой, то ли потому, что получала не такие высокие оценки в школе, чтобы быть подходящей подругой для их дочери. Ее родители разрешили бы Шелли переночевать и обращались бы с ней вежливо, но ей самой после ухода подруги пришлось бы выслушать немало всего о подробностях жизни семьи Шелли.

– Пошли, – сказала Шелли. – У меня машина, и я подвезу тебя до дома.

– Хорошо.

На парковке было пусто: там стояли только потрепанный «Додж Дарт», принадлежавший Шелли, и пикап «Тойота» у дальней стены кинотеатра. Сью снова почувствовала запах мескитового дерева: то ли что-то жарили на ранчо для туристов, то ли одинокий путник жег костер, собираясь ночевать в пустыне.

Шелли открыла дверь со стороны пассажира. Сью села в машину, а потом протянула руку и открыла дверь со стороны водителя. Сью пристегнула ремень, а Шелли завела машину и поставила кассету с музыкой Клинта Блэка.

– Только не это отстойное кантри, – проворчала Сью.

Шелли осклабилась:

– Если не кантри – значит, вообще не музыка.

1 2 3 4 5 6 7 8

www.litlib.net

Как хорошо уметь читать! Призыв к чтению книг от российских и литовских рекламщиков

Илья Лагутенко — пример "прожорливого" читателя )

Илья Лагутенко — пример "прожорливого" читателя )

Быть читателем – это почти диагноз. Кто-то начинает «поглощать» книжные калории раньше, кто-то позже, кто-то не понимает прелести этого занятия и читает только по необходимости. Человечество накопило огромную библиотеку за весь период своего существования, и это здорово. Конечно, все прочесть невозможно, но есть книги бессмертные и вечные (у каждой нации свои), прочтение которых оставляет след в мировоззрении. Книги воспитывают и позволяют расти, заставляют мечтать и думать, учат прощать и анализировать.

Вот приблизительно об этом – рекламная кампания издательства «Эксмо». Ее слоган – «Читай книги – будь личностью!». Чтобы донести эту идею до потенциальных российских (и не только) читателей, нужно, как всегда, привлечь к ней внимание. В данном случае внимание молодежи к чтению «правильных» книг (да и к чтению в целом) было решено привлечь с помощью известных лиц – талантливых, успешных и знаменитых.

Антон Комолов в образе книжного ловеласа )

Антон Комолов в образе книжного ловеласа )

Ольга Шелест хвастается личным знакомством

Ольга Шелест хвастается личным знакомством

Ксения Собчак, влюбленная в Мартина Идена

Ксения Собчак, влюбленная в Мартина Идена

Артемий Троицкий раскрывает свои секреты

Артемий Троицкий раскрывает свои секреты

Примерно об этом же говорят литовские рекламщики – они тоже напоминают нам, что литература – это удивительный мир со своими героями. Читая, мы сопереживаем им, чувствуем их эмоции, и часто примеряем на себя их образы. «Стань кем-то еще» и «Выбери своего героя в Mint Vinetu» — девизы книжной рекламы магазина Mint Vinetu, придумали которую авторы агентства Love Agency из Литвы. Хоть слоганы этих двух рекламных кампаний отличаются своими оттенками, но задумка в целом одна: читать – это прекрасно, полезно и необходимо. Попадая в мир литературных героев, мы делаем свой мир богаче и лучше. Лично я – ЗА обеими руками, а вы?

Дон Кихот и творение Франкенштейна — читая о них, мы сопереживаем и примеряем на себя их "шкуру"

Дон Кихот и творение Франкенштейна — читая о них, мы сопереживаем и примеряем на себя их "шкуру"

Бессмертный образ Гамлета

Бессмертный образ Гамлета

Каждый из нас иногда чувствует себя человеком — невидимкой

Каждый из нас иногда чувствует себя человеком — невидимкой

monemo.ru

Книга Призыв к оружию читать онлайн Алан Дин Фостер

Алан Дин Фостер. Призыв к оружию

Проклятые - 1

 

Глава 1

 

Тот‑Кто‑Решает откинулся на спинку своего «серпа» и расслабился. Серп – командирское кресло – покачивался высоко над полом, поддерживаемое лишь тонкой, но крепкой, гибкой трубкой. При простом нажатии на кнопки контроля кресло могло перемещаться вверх и вниз, вправо и влево так, что амплитур получал возможность непосредственно контролировать своих подчиненных, переговариваться, подавать им советы. Того же самого можно было достичь при помощи коммуникативного устройства в виде крючка, которое было удобно закреплено на его голове. Однако амплитур больше ценил непосредственное руководство.

Кресло было обито сверху донизу упругой подушкой, на одном конце которой покоились четыре короткие мясистые ноги амплитура, а на другой – свободно откидывалась его голова. Из головы, – по обе ее стороны, – выходили два щупа, каждый из которых на конце был снабжен четырьмя пальцами‑манипуляторами. Эти пальцы постоянно находились в движении, подрагивали, совершали вращательные движения в воздухе, сгибались и разгибались. Создавалось впечатление, что амплитур дирижирует оркестру, играющему какой‑то причудливый вальс.

Сферические глаза с золотистым отблеском обозревали просторное помещение.

По временам их внимательный взгляд останавливался в том или ином секторе. Расщепленные зрачки начинали возбужденно пульсировать, то увеличиваясь, то сокращаясь. Значит, в этом секторе работу подчиненных можно было бы чуть подстегнуть, сделать более эффективной. Обращаясь к тем, кто находился под его командованием. Тот‑Кто‑Решает всегда говорил ободряющим тоном. От него никогда не слышали резкости, которая была свойственна представителям других рас. Амплитуры никогда не отличались грубостью. Были времена, когда их характерной чертой можно было считать нерешительность… Но все это было еще до Назначения. До зрелости. Просто невозможно поверить в то, что было время, когда амплитуры жили без Назначения! Из истории Тот‑Кто‑Решает знал совершенно точно, что такое время было. Сама мысль об этом с трудом укладывалась в голове, она была чуждой и отторгалась сознанием и разумом, словно лживая и мрачная сказка о каком‑то другом времени и каком‑то другом пространстве. Исключительно благодаря осознанию Назначения амплитуры пришли к своей зрелости и коренным образом изменились.

Теперь Назначение изменяло Галактику.

До осознания Назначения Амплитур жил и развивался обычно, в пределах своей скромной цивилизации: развивал искусства, овладевал различными сложными вещами, свойственными своему биологическому виду и желал только одного: что бы его никто не трогал, чтобы ему дали жить своей жизнью, разрешили ему остаться самим собой… Потом пришло осознание Назначения. Тот‑Кто‑Решает мягко нажал кнопку контроля, и серп подался сначала влево, а потом вниз. В сектор навигации. И как только амплитур мог существовать без Назначения?! Чепуха какая‑то! В те давние времена эволюцией амплитура двигали инстинкты. Они большую часть времени проводили в спокойных и теплых водах своей родной планеты, лишь иногда с трудом подползая к береговой линии на своих неуклюжих, – гораздо менее развитых, чем теперь, – конечностях. Ракообразных и съедобных моллюсков, глубоко закопавшихся в ил, амплитуры отыскивали при помощи своих чувствительных щупов с пальцами на концах. В разумности амплитуров уже тогда не приходилось сомневаться, хотя всю свою жизнь они по сути занимались только двумя делами: бессмысленно размножались почкованием, производя на свет подобных себе, да превращали растительный материал и животные протеины в энергию тела посредством сложной системы роговых челюстей и кишечника. Впрочем, это Тот‑Кто‑Решает еще мог понять. Сложнее представить было другое: как в те времена, – то есть до Назначения, – могла существовать цивилизация амплитуров?! А она была, о чем убедительно говорила история, старинные руины, легенды о былых триумфах движущейся уверенными шагами вперед технологии амплитуров.

knijky.ru