Книга про французских детей. Про француженок книги


Чему нас учат книги о француженках, или Почему все французское так хорошо читается?

Ілюстрація: Alicia Malesani

Я обожаю книги о француженках. Правда. Мне кажется, это лучший экспресс-способ окунуться в атмосферу Парижа, Прованса или Довилля. Вряд ли советы, которые нам дают книги «Французские дети не плюются едой», «Жить как мадам Шик» и «Француженки не спят в одиночестве» очень уж применимы в жизни. Но ничто так здорово не погружает в атмосферу быта страны, образа жизни ее людей, их мышления и привычек.

Первая книга, которая так повлияла на то, что моя рука периодически тянется к книгам о французах, это, конечно, уже ставшая хрестоматийной «Французские дети не плюются едой» Памелы Друкерман. Обязательно к прочтению всем беременным, молодым мамам и немолодым тоже, чтоб трезво оценить допущенные промахи и ошибки в воспитании.

Главный урок этой книги заключается в том, чтобы научиться к определенным вещам относиться проще. Легкость в жизни — залог успеха и крепких нервов, уверяет нас автор. Грудное вскармливание, выбор яслей, сон ребенка — все это подчас превращает жизнь молодой семьи (именно семьи, поскольку французские отцы активно задействованы в процессе «взращивания» потомства) в бесконечное хождение по кругам ада. Француженки без угрызений совести переводят малышей на смесь, нанимают няню, переселяют в отдельную комнату. Наши соотечественницы во всех самых банальных ситуациях на грани разрыва материнского сердца. Также в книге правила ухода за собой француженок во время беременности и после рождения ребенка.

Книга «Жить как мадам Шик» Дженнифер Л.Скотт — это такой современный вариант старого доброго советского издания «Вам, милые подруги». Помните, нас там учили держать осанку, незаметно для окружающих накладывать маски на лицо, одновременно с этим выпекая кексы и готовя с детьми домашние задания? Здесь все почти то же самое. Книга составлена по принципу распорядка дня: рекомендации как проводить утро, в чем и как обедать, и что проделать, готовясь ко сну. Читать это легко и приятно, словно выпить чашку чая в тишине (не забывая про осанку!)

Последняя из прочитанных мною — «Француженки не спят в одиночестве» Джейми Кэт Каллан. Здесь есть существенная особенность — рассказ ведется от лица американки, которая приезжает во Францию. Книга построена на сравнении американок и француженок (разумеется, сравнение не в пользу американок!), их подхода к свиданиям, отношениям, знакомствам, флирту. Сложно сказать, применимы ли советы к жизни, но определенно их стоит узнать.

И да, где еще в художественной литературе вдруг посреди повествования вам начнут давать рецепт шоколадного фондана или маффинов с ванилью? Только в книгах о Франции, ее ритме, культуре и буднях. За это и люблю.

Алена Чигрин

(Visited 1 209 times, 1 visits today)

blog.yakaboo.ua

Французская весна.10 атмосферных книг, которые перенесут вас во Францию

Книги — идеальная машина времени, они позволяют побывать в разных странах, разных эпохах, а порой — и в разных мирах. Все, что требуется от нас — немного времени и внимательное чтение. Сегодня предлагаем путешествие во Францию, для этого пригодятся 10 абсолютно непохожих друг на друга книг.

Питер Мейл «Франция. Год в Провансе»

Купить небольшой домик где-то в Провансе и начать новую жизнь — чем не мечта? Именно на такой поступок и решаются герои этой книги. Конечно, без трудностей не обойдется, но в целом их ждет именно такая идиллия, которой не хватает в больших городах — теплые встречи, вкусные семейные обеды, красота природы и отсутствие постоянной спешки. Гарантируем, когда вы перелистаете последнюю страницу, то хотеть взять пример с этой пары.

Плюсом книги Питера Мейла является подробное описание жизни жителей Прованса, рецепты их блюд и французские слова, которые часто встречаются в тексте. «Франция. Год в Провансе» — легкая и приятная для чтения книга, которая поможет отдохнуть и заставит мечтать о таком же годе на юго-востоке Франции.

Кстати, это не единственная книга Питера Мейла о Франции и Провансе. Он описал ее и в таких книгах как: «Хороший год», «Отель “Пастис»», «Корсиканская авантюра»,  «Французские уроки. Путешествие с ножом, вилкой и штопором», «Франция: Сладкая жизнь» и многие другие.

Джек Керуак «Сатори в Париже»

Наполовину автобиографическая история «короля битников». Главный герой романа приезжает в Париж, чтобы разобраться в истории своей семьи. На французскую столицу мы смотрим глазами одинокого путешественника, с ним же и встречаем интересных местных жителей. Керуак делится своими наблюдениями, которые напоминают страницы из дневника, а иногда — исповедь. Изучение генеалогии становится только внешней причиной путешествия, на самом деле автор находит нечто большее — сатори, то есть просветление.

«Где-то среди моих десяти дней в Париже (и Бретани) было мне какое-то озарение, которое, похоже, снова меня изменило…» — начинает свой рассказ Керуак. После каждой поездки мы, действительно, возвращаемся немного другими, разве не так?

Читать: 50 лучших культовых книг

Анна Гавальда «Просто вместе»

Если для вас Франция и Париж — это практически синонимы к слову любовь, то следует начинать именно с книги Анны Гавальды.

Главные герои романа — обычные парижане. Возможно, именно поэтому их истории оказываются близкими и знакомыми для многих. Это книга не только о любви, но и об отношениях родителей и детей, одиночестве, чувствах и, конечно, Франции.

В 2007 году роман Гавальды экранизировали. Главные роли в фильме сыграли Одри Тоту и Гийом Кане.

Читать:  Трогательная Анна Гавальда

Фредерик Бегбедер «Французький роман»

Один из самых известных современных французских писателей — Фредерик Бегбедер — в каждой своей книге эпатирует читателей и одновременно показывает, как выглядит жизнь элиты Парижа — постоянные вечеринки, романы и рефлексии.

«Французский роман» — автобиографическая книга Бегбедера, которая спровоцировала шумную дискуссию в прессе. Это и не удивительно, в романе писатель рассказывает, как за употребление наркотиков в общественном месте его задержала полиция.

Читать: 7 вредных литературных советов от Фредерика Бегбедера

Эмиль Золя «Чрево Парижа»

Это произведение — часть цикла из 20 романов автора «Ругон-Маккары», что считается вершиной французского натурализма. В «Чреве Парижа» можно встретить подробные описания рынка и отдельных продуктов. Наиболее известной стала часть о сыре, которую даже называют «сырной симфонией», ведь для того, чтобы передать все оттенки запахов Золя использует музыкальные термины.

Хотя Центральный рынок Парижа практически становится отдельным персонажем романа, впрочем, он выступает только фоном для глубокой трагедии одного человека — Флорана, что возвращается во Францию после ссылки.

Ніна Джордж «Маленька паризька книгарня»

Международный бестселлер, который можно прочитать и на украинском. Роман немецкой писательницы Нины Джордж рассказывает о владельце «Литературной аптеки» Жана Одинака. Вместо таблеток он продает книги и оказывается, что это куда более действенное лечение, когда речь идет о душевных травмах и эмоциональных проблемах. Впрочем, самого себя Жан исцелить не может — грусть и воспоминания пленили все мысли главного героя «Маленької паризької книгарні». Помочь ему может давнее нераскрытое письмо, вот только нужно решиться его прочитать.

Книга полезна и тем, кто ищет рекомендаций для чтения, ведь в этом романе Жан Одинак рассказывает о своих впечатлениях от ряда хороших текстов прошлого. Париж в книге выступает как фон, приятным бонусом станут рецепты кухни Прованса, которые Нина Джордж подает в конце книги.

Читать: Речное путешествие в книжном магазине с мсье Одинаком

Памела Дракермен «Французьке виховання. Історія однієї американської мами в Парижі»

Автобиографическая книга американской журналистки, которая делится собственными наблюдениями относительно французского воспитания детей. Оказывается, подход существенно отличается от того, к которому привыкла Памела Дракермен. Украинским читателям также будет интересно найти ряд существенных различий между мировоззрением наших мам и парижанок.

«Французское воспитание» — тщательное исследование, где личные впечатления автора подкрепляются научными исследованиями. Книга будет интересна как будущим, или молодым мамам, так и тем, кто хочет узнать больше о различных способах подхода к воспитанию.

Читать: Чему нас учат книги о француженках, или Почему все французское так хорошо читается?

Фернан Бродель «Ідентичність Франції»

Книга выдающегося историка, которая пригодится тем, кто хочет знать о Франции все. Это фундаментальное исследование географии, истории, культуры, традиций и обычаев этой страны.

В 2017 году на украинском языке вышла третья часть работы Броделя — «Ідентичність Франції. Книга 3. Люди і речі». Ранее «Издательство Жупанского» радовало читателей и предварительным томами этого глубокого труда — «Ідентичність Франції. Простір та історія. Книга 1» та «Ідентичність Франції. Книга 2. Люди і речі».

П’єр Бірнбаум «Франція для французів»

Если вас больше интересует политическая жизнь Франции, то советуем обратить внимание на эту книгу выдающегося политолога Пьер Бирнбаума. «Франция для французов» — это исследование противостояния между светским национальным сообществом, которое возникло после революции, и его оппонентами. Последняя группа в каждый период истории была представлена разными слоями населения: сначала — клерками, затем — протестантами, евреями, а теперь — мигрантами.

Читать: 100 лучших нон-фикшн книг всех времен. Пятый десяток

Эрнест Хемингуэй «Праздник, который всегда с тобой»

Американскому писателю, лауреату Нобелевской премии по литературе, тоже есть что рассказать о Франции. «Праздник, который всегда с тобой» — автобиографический рассказ Хемингуэя о собственной молодости в Париже.

Основой для книги стали дневниковые записи автора, которые затем систематизировала его четвертая (последняя) жена. Журналистские будни, мечты о литературе, упоминания о выдающихся личностях того времени и невероятный эффект присутствия в Париже 1920-х годов, который никому не удавалось передать так удачно, как Хемингуэю.

«Париж никогда не кончается и каждый, кто там жил, помнит его по-своему. И таким был Париж в те далекие дни, когда мы были очень бедны и очень счастливы. Если тебе повезло и ты в молодости жил в Париже, то, где бы ты ни был потом, он до конца дней твоих останется с тобой, потому что Париж — это праздник, который всегда с тобой.»

Читать: Эрнеста Хемингуэя впервые со времен Независимости переведут на украинский

Яна Онышкевич

(Visited 2 589 times, 2 visits today)

blog.yakaboo.ua

Современные французские писатели: 6 книг о любви

Ранней осенью, когда дожди и теплые свитера еще не успели надоесть, особенно хочется уютного и приятного чтения — не слишком сложного, не слишком длинного и, конечно же, про любовь. Специально для тех, кому не терпится завернуться в одеяло и провести пару приятных часов в компании героев, похожих на каждого из нас, Наташа Байбурина подобрала 6 романов современных французских авторов. Приятного чтения!

Давид Фонкинос «Воспоминания»

«Позже я пойму, что любовь находишь, когда не ищешь; это дурацкое расхожее утверждение, как ни странно, верно. А еще я пойму со временем — удивительное открытие, — что это касается и написания книги. Не нужно специально выискивать идеи и изводить тонны бумаги на черновики: книга должна прийти сама, первый шаг — за ней. Просто нужно быть готовым ее впустить, когда она постучится в дверь воображения. И тогда слова польются сами, легко и непринужденно»

Давид Фонкинос стал известен российским читателям в первую очередь благодаря роману «Нежность», по которому снята одноименная мелодрама с красавицей и умницей Одри Тоту. Роман «Воспоминания» — десятая книга Фонкиноса. Это история молодого писателя-интеллектуала, который пытается как-то изменить и наладить свою жизнь. Он устраивается работать ночным портье, чтобы в свободное время заниматься рукописью. К размышлениям своего героя Фонкинос аккуратно добавляет придуманные им самим «воспоминания» Сержа Генсбура, Клода Лелюша и даже Альцгеймера. Интригует, правда? Чтобы усилить интерес к книге, скажу, что Фонкинос удостоен нескольких престижных премий, в том числе и Гонкуровской. Вместе со своим братом он вот-вот выпустит новый фильм по собственному сценарию. Ждем с нетерпением!

Валери Тонг-Куонг «Провидение»

«Все мои предыдущие влюбленности были всего лишь черновиками, ты стала шедевром» 

Женственную и утонченную писательницу Валери Тонг-Куонг часто называют новой Анной Гавальдой. Ее романы переведены на многие иностранные языки, а по одному из них уже снимается фильм. Книга «Провидение» принесла Валери не только мировую славу, но и номинацию на престижную французскую премию Femina. Этот роман — о надежде, эффекте бабочки и банальных мелочах, которые невидимой нитью связывают абсолютно разных людей. Если бы меня попросили описать эту книгу одним предложением, я бы сказала так: «Провидение» — одна из добрейших книг, прочитав которую хочется жить и делать что-то хорошее.   

Марк Леви «Каждый хочет любить»

«Некоторые из моих знакомых отправляются на другой конец света, чтобы делать добро людям; я же стараюсь делать, что могу, для тех, кого люблю и кто рядом»

Совершенно очаровательная история о дружбе, любви, детях и ребенке в каждом из нас. В центре сюжета — два закадычных друга-француза (по совместительству — отцы-одиночки), которые пытаются устроить свой быт в Лондоне, променяв столицу Франции на 5 о’clock tea и бесконечные дожди и туманы.  Каждый найдет в этой книге что-то свое: красоту (одна из героинь занимается флористикой), юмор (некоторые диалоги уморительно забавны), романтику старины (часть действия происходит в библиотеке) и, конечно, надежду. Внимание: если вам понравится книга, очень рекомендую посмотреть одноименный французский фильм — это настоящий маленький шедевр и ода joi de vivre — маленьким радостям повседневности.

Анна Гавальда «Мне бы хотелось, чтобы меня кто-нибудь где-нибудь ждал»

«Ни одна уважающая себя парижанка на бульваре Сен-Жермен не станет переходить проезжую часть по белой «зебре» на зеленый свет. Уважающая себя парижанка дождется плотного потока машин и ринется напрямик, зная, что рискует»

Этот сборник рассказов Гавальды — настоящая прелесть. Каждый герой книги — ваш знакомый, которого вы обязательно узнаете с первых строк. Лучший друг, продавец-консультант в магазине одежды, ваша сестра, сосед и начальник — все они (со своими страхами, радостями и печалями) собраны в одной небольшой книжице, к которой лично я возвращаюсь вновь и вновь. Прочитав все истории, вы разберете крошечный томик на цитаты, будете советовать подругам и (если это ваше первое знакомство с автором) залпом прочтете все остальные книги Гавальды.   

Фредерик Бегбедер «Любовь живет три года»

«Анна садится в такси, я тихонько захлопываю дверцу, она улыбается мне из-за стекла, и машина трогается… В хорошем кино я побежал бы за ее такси под дождем, и мы упали бы в объятия друг другу у ближайшего светофора. Или она вдруг передумала бы и умоляла бы шофера остановиться, как Одри Хэпберн — Холли Голайтли в финале «Завтрака у Тиффани». Но мы не в кино. Мы в жизни, где такси едут своей дорогой»

У Фредерика Бегбедера есть два романа, не вызывающих у меня раздражения. Это «Уна и Сэлинджер» (история о большой любви знаменитого писателя и будущей жены Чарли Чаплина) и, конечно, книга «Любовь живет три года». Она написана настолько современным, простым и понятным языком, что не может оставить никого равнодушным. Если вы когда-то лезли на стенку от неразделенных чувств, «гоняли» по кругу одну и ту же грустную песню в айподе, представляли себя героем фильма, прогуливаясь по городу в одиночестве, если вы когда-нибудь влюблялись с первого взгляда, были в шаге от измены, писали «пьяные» сообщения своим бывшим возлюбленным, и если вы, конечно, готовы пережить все это безумие еще один раз — не отказывайте себе в удовольствии. В компании безумного Бегбедера и пары чашек чая время точно пролетит незаметно!  

Аньес Мартен Люган «Счастливые люди читают книжки и пьют кофе»

«Моя методика сработала. Именно это сказала я себе, впервые усевшись на песок, чтобы посмотреть на море. Случай привел меня в правильное место — казалось, я одна в целом мире. Я закрыла глаза, шум волн, накатывающих на берег в нескольких метрах от меня, убаюкивал»

Несмотря на то, что первая книга Аньес поначалу не встретила одобрения у издателей, через несколько лет роман стал настоящим бестселлером. Получив очередной отказ на публикацию, мадам Люган разместила рукопись в интернете, и слава моментально обрушилась на нее! Чем не мотивация для начинающих блогеров? В центре сюжета — история парижанки Дианы, которая потеряла мужа и маленькую дочку в автомобильной катастрофе и дала себе шанс на новую жизнь, уехав из Франции в ирландскую деревеньку. «Счастливые люди читают книжки и пьют кофе» — это абсолютно не напрягающее чтение, очень простое, очень уютное, немного наивное и местами слишком романтичное. Такую книгу хорошо брать с собой  в кафе, когда хочется спокойно выпить чашку эспрессо или бокальчик бордо в тишине и одиночестве. 

simplebeyond.com

Книга про французских детей - запись пользователя Катерина (renardek) в сообществе Общество чтецов в категории просто мнение о прочитанном

Прочитала я недавно всем уже так известную книгу про «французских детей, которые не плюются едой».

Что я могу сказать: не спорю, книга читается очень быстро и увлекательно. Конечно, тех женщин, у которых есть маленькие дети, она захватывает сразу же. Так как в ней отражены как раз те ситуации, с которыми сталкивается каждая мама: как рожать, кормить грудью или нет, отдавать в ясли или бросать работу, как кормить, как не избаловать, как быть счастливой мамой, но еще и счастливой женщиной.

Скажу честно, мне не особо понравился стиль ее написания. Похоже больше не на художественное произведение, а просто на «женские сплетни на лавочке». Уж не знаю, к каким официальным статистическим данным она прибегала, чтобы иметь смелость высказать, что «ВСЕ французские дети спокойно спят по ночам, не просыпаясь», но у меня сложилось впечатление, что эти «ВСЕ» - это только ее гламурные парижские подружки и соседки по двору. К тому же, она сама противоречит себе. В книге она много пишет про то, какие француженки холодные и сдержанные. Они не как американки (или русские): разговорились на детской площадке, и уже через час стали лучшими подружками, рассказали все гадости про свекровь и все подробности своей личной жизни, используя при этом «зеркальный» метод, типа "а у меня тоже свекровь такая же дура" или "и мы тоже точно также делали"... Француженки никогда не будут тебе рассказывать ни про свои проблемы, ни, тем более, про подробности личной жизни. Только по прошествии многих лет, если вы уж стали совсем близкими подругами. Так что вряд ли они будут распинаться перед кем-то, жалуясь на то, что ее дети просыпаются по десять раз за ночь и говорить, какие же они несчастные овечки...

Что меня крайне смутило: как можно писать книгу про жизнь в целой стране, взяв за пример только парижских мамочек? Она же сама и написала, что за 3 года жизни, ее Бин «не выезжала за пределы Периферик (это парижская кольцевая автодорога). Это как если кто-нибудь написал бы книгу о Российских детях, взяв за пример только детей москвичей. Это же не показывает разносторонние особенности жизни в стране. А Париж и вся Франция – это как два мира, существующих в параллельных вселенных. Я уже кстати немного писала об этом раньше, еще не читая книгу, а просто резюмируя жизнь вокруг меня. Вот:

 

http://www.babyblog.ru/community/post/education/1709207

И потом, ясли: да, она права, ясли во Франции имеют очень хорошую репутацию. Но зачем же специально отдавать туда трёхмесячных младенцев? С целью социализации? Звучит как-то нелепо. Отдают их туда ведь, потому что на работу выходить нужно и за жилье платить.

Ну, это я прокритиковала немного, а если говорить в общем, в этих ее «нарезках из блога», превращенных в художественное произведение, действительно немало интересных фактов о жизни во Франции, интересных рассуждений про особенности французского питания (которое я тоже, как и автор, восхваляю), про поведение француженок с детьми, про приоритеты в семье, про менталитет. Так что дорогая Мама: если тебе на данный момент нечего читать, можешь смело идти в магазин за этой вот книжкой, налить ванну с пеной, младенцев галдящих вручить папе, и открыть для себя совсем новую реальность, в которой существуют дети, никогда не плюющиеся едой... ))))

Пысы: а теперь вопрос. Мамочки, которые уже прочитали эту книгу, что вы думаете о ней? Расскажите, пожалуйста, хотя бы в двух словах, ваше впечатление. Что вам понравилось, а что нет? Мне ооочень интересно. Спасибо заранее всем!

Пысы 2:

А еще как только я вижу книгу, мне сразу хочется отведать моего любимого конфитюрчика. Видимо, авторше он тоже не безразличен))):

по прошествии как пишется

www.babyblog.ru

Читать онлайн книгу О чем молчат француженки

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 13 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

Назад к карточке книги

Дебра ОливьеО чем молчат француженки

«Полезно знать обычаи разных народов для того, чтобы понимать свой собственный, а также чтобы не воспринимать все, что у них принято не так, как у нас, смешным и противоречащим здравому смыслу».

Рене Декарт

Debra Ollivier

What French Women Know: About Love, Sex, and Other Matters of the Heart and Mind

Copyright © 2009 by Debra Ollivier. This edition is published by arrangement with Triden Media Group, LLC and The Van Lear Agency LLC

Перевод Алексея Андреева

Художественное оформление Петра Петрова

Вступление

Первой француженкой, с которой я повстречалась в Америке, будучи еще девочкой, была загадочная соседка, поселившаяся рядом с нами в Лос-Анджелесе. Она была… словно не совсем нормальной. Даже в самую жаркую погоду она носила на шее платок. Она ходила в местный продуктовый магазин на высоченных каблуках и рассматривала товары так, словно собиралась делать трепанацию черепа каждому помидору, который кладет в свою корзину. У нее было двое бледных и вежливых детей, которые носили носки с открытыми сандалиями (что в солнечном Лос-Анджелесе считалось преступлением), и эта троица говорила между собой на непонятном языке, словно прилетела с другой планеты. Та женщина носила волосы, собрав их в пучок, и на фоне длинноволосых обитательниц Южной Калифорнии выглядела театрально и немного угрожающе. Она была существом из другой галактики. Казалось, что даже ее машина сделана не в нашей солнечной системе (как выяснилось, она ездила на кабриолете Citroen DS). Однажды я набралась храбрости, подошла к ней в супермаркете, где она придирчиво изучала молекулярное строение дыни-«колхозницы», и спросила, откуда она. Женщина осмотрела меня с ног до головы и с гордостью ответила: «Мы из Франции».

Ах, вот как. Теперь все встало на свои места. Все, о чем я пишу, происходило задолго до появления скетчей «Яйцеголовые» 1   Англ. Coneheads– серия скетчей об инопланетянах, показанных в начале 1990-х гг. в лучшей американской юмористической ТВ-передаче Saturday Night Live (SNL). Позже был снят полнометражный фильм в духе этих скетчей. – Прим. перев.

[Закрыть], поэтому расслабленные калифорнийцы еще не были готовы к появлению в их среде иноземных существ. Эта женщина была роскошной, немного пугающей и абсолютно не такой, как все остальные.

Я окрестила ее «мадам Франция». Она жила поблизости от нас, и между нашими семьями завязались в некотором роде дружеские соседские отношения. Моя мама решила поприветствовать вновь прибывшую в наш район незнакомку и угостила ее домашним печеньем с шоколадной крошкой. «Мадам Франция» не осталась в долгу и пригласила к себе домой, «проставившись» бутылкой арманьяка. Все мы ломали голову над вопросом, есть ли у нее муж. Если есть, то где он? Может, она вдова? Или в разводе? Никто не знал, все боялись спросить, отчего личность и прошлое «мадам Франции» становилась еще более загадочными. Я завязала знакомство и начала играть с ее детьми, которые оказались в одинаковой мере капризными и дружелюбными. Помню, что она была первой француженкой, которой я произнесла мою первую фразу на французском языке. Я сказала ей, что собираюсь есть: « Je vais manger mon diner» 2   Буквально: «Я собираюсь съесть мой обед» – фраза построена грубовато, т. е. в типично американском стиле. – Прим. ред.

[Закрыть], на что та покачала головой и ответила: «Нет, дорогая. Это животные едят. А люди обедают». Сказано это было с таким бесповоротно французским убеждением и силой, что я почувствовала, словно меня ударили по голове чем-то тяжелым.

В то еще невинное подростковое время я уже догадывалась, что Франция – это земной рай тонких чувств, плотских наслаждений и высокой культуры. Американская танцовщица и певица Джозефин Бейкер ( Josephine Baker), одетая в юбку из банановых листьев и нитку жемчуга, стала там звездой в годы между двумя великими войнами прошлого века. Генри Миллер писал в своей парижской «лаборатории черных кружев» скабрезные романы, которые незамедлительно запрещали к издательству в его родной Америке. Франция всегда привлекала людей своим свободомыслием, интеллектуальностью, сексом без обязательств, высокой культурой и известными на весь мир кулинарными блюдами (не обязательно в том порядке, в котором я перечислила). И среди всех соблазнов этой страны самыми притягательными и желанными были, конечно, сами француженки.

Вот уже много столетий француженки славятся своей привлекательностью с сильным оттенком вульгарности и непристойности. Француженку считают кокеткой, роковой женщиной, соблазнительницей, секс-игрушкой, женщиной-вампиром, сукой и Снежной Королевой одновременно. Она рафинирована до кончиков ногтей, строго следует этикету, и она одновременно модница и отвергающий предрассудки бунтарь.

С тех времен, как французы подарили нам Статую Свободы, представители этой нации оказывали довольно неоднозначное влияние на американскую культуру, их считали совершенно отличными от всех остальных людей. Любопытно, что в поп-культуре «мальчиш-плохиш» зачастую говорит с французским акцентом. Любовница в канонах нашего культурного стереотипа, без всякого сомнения, должна быть француженкой. Стерва и подонок обычно оказываются французами (ну и раз на то пошло, это касается также повара, вора, его жены и его любовницы). В представлении среднестатистического американца женщина с пугающе длинными ногами от ушей просто обязана быть француженкой, но и дьявол чаще всего изъясняется с сильным французским акцентом.

Понятное дело, что мы воспринимаем француженку, как существо слегка порочное. Ее страсть для нас как провокация. Мы любим и одновременно ненавидим ее только потому, что она – наша полная противоположность, и потому, что ее миропонимание противоречит нашим культурным традициям и нормам морали в вопросах любви и секса. Ну и, кроме прочего, мы совершенно уверены, что ей есть, что скрывать. Она будто с рождения была окружена атмосферой чувственности, в то время как все мы выросли под присмотром бойскутов-пионервожатых с их командой: «Руки поверх одеяла!» Судя по всему, француженка знает гораздо больше, чем мы, о том, как давать и получать удовольствие, чаще занимается сексом без обязательств и вообще ест гораздо больше сладостей и пирожных, чем мы можем себе позволить.

Как и многие другие американцы, я впервые попала во Францию бэкпэкером 3   Англ. back-packer – малобюджетный турист с рюкзаком. – Прим. перев.

[Закрыть]. Несколько лет спустя я вернулась, начала обучение в Сорбонне, поселилась в меблированной кладовке старой, роскошной, но мрачноватой квартиры в XVI arrondissement 4   Франц. – городской район. – Прим. перев.

[Закрыть], которую делила с соседкой по комнате по имени Сола́нж.

Соланж родилась в Эльзасе. Кожа ее была бледной, а волосы соломенного цвета. Несмотря на ангельский вид и предполагаемый сказочный подтекст характера, она была жестка, как сталь, и экономна, как хуторские крестьяне Северной Европы, от которых и происходила. Так я объясняла себе ее бережливость и умеренность.

Она ела сыр и оставляла корки, которые сушила, после чего растирала себе в суп. Точно так же она обходилась с высохшими остатками длинных батонов багета.

Она была сдержанна, во время разговора практически не жестикулировала, и у нее было всего три платья, что объясняло почти полное отсутствие вариаций в ее облике. В общем, хотя Соланж и была стопроцентной француженкой и обладала определенным шармом и сексапилом, я поняла, что, если все француженки такие же, как она, мне явно стоит пересмотреть свое представление о представительницах женского пола Пятой республики. К тому времени я поняла, что общеизвестное выражение je ne sais quoi 5   Франц. буквально переводится «я не знаю что» и означает, что человек хочет выразить нечто трудно выразимое словами. – Прим. ред.

[Закрыть], которое англосаксы 6   Да, я понимаю, что норманны покорили англосаксов много столетий назад и с тех пор многое изменилось. Я использую термин «англосаксы» или приставку «англо» как обозначение культурной среды США и стран, исторически входивших в британскую сферу влияния, и для обозначения англофилов. Каюсь перед всеми поборниками лингвистического пуризма, виновата. – Прим. автора.

[Закрыть]связывают с француженками, вероятно, скрыто где-то в их глубине и совсем не так очевидно, как принято считать.

На последнем курсе Сорбонны я читала много nouveaux romans 7   Франц. «новые романы». Здесь в смысле «дань моде, литературное направление». – Прим. ред.

[Закрыть], часто носила шарфы и платки и благодаря ежедневному общению с местными жителями приобрела собственное отношение к французам – смесь любви и ненависти. Прошел насыщенный событиями и вкусной едой год, но после возвращения в Калифорнию я решила, что мои французские деньки окончились навсегда.

Однако не тут-то было. Через много лет после описанных событий я встретила француза, который работал над кинокартиной в Лос-Анджелесе. Я мгновенно поняла, что он француз, потому что он ел гамбургер вилкой. У нас начался роман, я вернулась во Францию, где мы и поженились, у нас родились двое детей, и я счастливо продолжала изучать флору и фауну местных нравов и обычаев. Я жила в северо-восточной части города на правом берегу в XIX arrondissement– изначально рабочей окраине столицы, куда медленно, но неуклонно переселялась обеспеченная часть населения. Эту часть города я называла «рабочим Парижем» из-за высокой плотности жителей, многие из которых приехали сюда из самых разных уголков мира. (Один из моих парижских друзей шутил, что для того, чтобы попасть в мой район, ему надо брать с собой паспорт. В то время такой снобизм меня еще удивлял.) Франция – это не только Эйфелева, но и Вавилонская башня, и XIX arrondissementслужит тому прекрасным подтверждением.

Как бы там ни было, во времена, когда я поселилась в XIX arrondissement, этого района не было на многих туристических картах и в путеводителях. Казалось, что авторы путеводителей клали большое круглое печенье в центр карты Парижа, обрезали вокруг него ножницами и ненужную часть карты выбрасывали. Из северных окраин на слуху были только Монмартр и кладбище Пер-Лашез. «Настоящий» Париж, который все должны знать, был расположен в центре карты и ограничивался Левым Берегом 8   Рив Гош – Прим. ред.

[Закрыть].

Почему я об этом так подробно рассказываю? Дело в том, что большая часть стереотипов о француженках связана именно с центром города, о котором так много писали и который в основном и осматривают туристы. Именно в районах вокруг Сены и зародились клише и мифы о парижанке – слегка высокомерной особе с длинными ногами, у которой полностью отсутствует жировая прослойка, которая гуляет по Сен-Жерме́н-де-Пре, выглядит très chic 9   Шикарно, изыскано.

[Закрыть]и которая олицетворяет сексуальность, как никто другой.

Шикарная Parisienne 10   Франц. парижанка.

[Закрыть]с Левого берега Сены не может олицетворять всех француженок точно так же, как и Париж не может быть единственным символом, представляющим все остальные французские города. Чтобы в этом убедиться, совершенно не обязательно посещать все 95 департаментов Французской республики. Просто сойдите с протоптанных туристами маршрутов в центре города, которые больше отражают славное прошлое страны, чем ее многогранное, разноцветное и разношерстное настоящее, и вы столкнетесь с огромным количеством женщин, не принадлежащих к стереотипу гламурной парижанки. Обобщения делать всегда сложно, и эта книга – не исключение. На каждую женщину, соответствующую стереотипу, есть, по крайней мере, одна, которая олицетворяет ее полную противоположность. На каждую парижанку, которая словно сошла с обложки журнала Elleи прогуливается по обувному раю на земле – улице Гренель, в мини-юбке размером со столовую салфетку и с последним романом Мишеля Уэльбека в сумочке, существует другая француженка, живущая в Сан-Бонне-ле-Шато, которая заказывает платья-разлетайки в цветочных узорах по каталогу La Redoute, играет в петанк по выходным после того, как споет в хоре в местной церкви. И такая француженка может быть очень толстой.

Все это напоминает мне закадровый голос в классической картине Жан-Люка Годара «Мужское – женское» 1966 г. Зритель видит зернистые черно-белые кадры, показывающие обычных француженок за работой, которые вызывают в памяти лучшие дни французской новой волны, и слышит женский закадровый голос:

«Сегодня в Париже. О чем мечтают молодые женщины? Но какие молодые женщины? Те, которые работают на конвейере и которым не до секса, потому что они безмерно устают на работе? Сотрудницы маникюрных салонов, которые с восемнадцати лет начинают подрабатывать проституцией в больших отелях на правом берегу Сены? Или школьницы, которые читают только Анри Луи Бергсона 11   Bergson(1859–1941) – французский философ и психолог, представитель интуитивизма и философии жизни.

[Закрыть]и Сартра, потому что их богатые буржуазные родители никуда не разрешают им ходить? Среднестатистической француженки не существует».

Совершенно верно. Нет среднестатистической француженки, точно так же, как нет среднестатистической американки, японки или итальянки. И тем не менее.

Она все же существует. На днях я случайно подслушала разговор американцев, один из них рассказывал коллеге о новой любовнице своего начальника. Он сказал только два слова: «Она француженка», и этими словами все было сказано. Его коллега понимающе улыбнулся, поднял бровь и ответил: «О-ла-ла».

Разговор двух американок по тому же поводу звучал бы немного по-другому: «Она француженка». «Ого!»

Все только потому, что многие француженки, независимо от их внешности, по нашему мнению, обладают сверхъестественной чувственностью. Для американок все француженки – опасные конкурентки.

Во Франции сложилась необыкновенно благодатное сочетание качеств – буржуазии и богемы, городского и пригородного. В результате возникли определенные французские архетипы. Они появились на культурной почве, богатой бесконечно сложным переплетением древних ритуалов и традиций, на которых взращено все население. И поэтому каждый день приблизительно в одно и то же время Франция останавливается и со звуком придвигаемых к столу стульев садится обедать. Французы любят бастовать, добиваясь общих целей, отводят на обед два часа, летом уходят на долгие каникулы, читают Пруста в метро, готовят не из продуктов, а… иногда из воздуха, обладают хорошо развитым эстетическим чувством, всегда стремятся к получению удовольствия, отвергают многие моральные догмы, на которых помешаны англосаксы, да и вообще предпочитают жить, а не зарабатывать на жизнь. Короче, французская культура производит выпечку из слоеного теста точно так же, как производила сто лет назад, и точно так же, да простят мне мою гастрономическую метафору, производит француженок. Так что в словах, которые однажды произнесла британская актриса Шарлотта Рэмплинг, есть большая доля правды:

«Это французы сделали француженок такими красивыми. Они прекрасно чувствуют свое тело, великолепно двигаются и говорят. Они уверены в своей сексуальности. Такими их сделала французская культура».

Именно французская культура создала француженок, которые, как известно, от нас очень отличаются. Собственно говоря, француженок мужчины любят за то, что они очень не похожи на нас. Однако не будем впадать в крайности и сравнивать две разные

культуры. Это неблагодарное занятие: мы рискуем начать превозносить француженок и унижать американок. Бесспорно, я буду писать о самых выдающихся и интересных качествах француженок, но я не ставлю себе целью вознести этих женщин на пьедестал. То, к чему я стремлюсь, выражено в эпиграфе к предисловию, т. е, согласно Декарту, хочу рассмотреть отличные от наших культурные ценности в искренней надежде на то, что нам удастся увидеть и оценить свои собственные ценности в новом свете.

Я понимаю, что передо мной стоит серьезная задача. Ведь я собираюсь сравнить нашу относительно молодую культуру, появившуюся из пуританского мировоззрения с его ортодоксальным взглядом на любовь и секс, и древнюю европейскую культуру с ее бесконечным переплетением сексуальных и политических интриг и усвоенным представлением людей о том, что главное в жизни – это наслаждение. Ингредиенты, из которых складываются наши культуры, разные, однако ничто не мешает нам сделать из них салат, достойный любого гурмана.

* * *

Эта книга, конечно, не исторический экскурс, но французская культура насчитывает много веков, поэтому некоторого погружения в историю не избежать. Давайте галопом по Европам отдадим почтение столетиям французской мысли, благодаря которым появился идеал утонченной любви. Некто Андреас Капелланус, о котором мы не знаем практически ничего, был автором прозы, чья долговечность и популярность сравнима с периодом полураспада плутония. В 1184 г. этот Капелланус дал следующее определение утонченной любви: «Это чистая любовь, соединяющая сердца двух влюбленных чувством божественного удовольствия. Эта любовь – соединение умов и близость сердец, она не идет дальше скромного поцелуя, объятия или целомудренного прикосновения к голой плоти возлюбленной. Эта любовь не идет дальше, не выплескивается своим финальным утешением, потому что подобное поведение недостойно тех, чья любовь чиста… Эта другая любовь называется смешанной любовью, и она дарит людям все плотские удовольствия, конечным результатом которых является акт Венеры».

Хотя автор и упоминает «акт Венеры» на втором месте после целомудренной любви, не стоит думать, что именно этот «акт» не занимал свободное время и бурное воображение друзей-трубадуров Капеллануса и всех последующих поколений философов, писателей и поэтов. В XVI веке появился писатель Франсуа Рабле́ – большой любитель самых разных наслаждений. Как считал Рабле, «природа не любит пустоты», поэтому он исходил из того, что все существующие отверстия человеческого тела должны быть чем-то заполнены и заняты. Рабле написал новаторское произведение «Гаргантюа и Пантагрюэль», где изложил многие аспекты упомянутой темы, а также предлагал «несколько способов охлаждения и усмирения похоти» и «пыла страсти». Среди предложенных им средств пьянство, наркотики, тяжелый труд, прилежная учеба и, конечно же, «многократное повторение акта утоления сладострастия». Все это должно способствовать искоренению «пламени разврата» и воспаления «полостного нерва, функцией которого является эякуляция влаги, обеспечивающей размножение рода людского».

Именно Рабле научил французов и француженок тому, что секс – это, по сути, очень веселое занятие. Оно, конечно, и трагичное, странное, несвязанное, прекрасное и пронзительное. Но в первую очередь – веселое. И если кто-то лишен чувства юмора и чересчур серьезно подходит к сексу, то вряд ли будет получать от него большое удовольствие.

Вольнолюбие Рабле пришлось французам по вкусу, и за ним последовал целый ряд «распущенных» авторов, вошедших в историю своими скандальными опусами (одним из коих является широко известный сексоголик маркиз де Сад). Лично мне больше по душе Рабле с его искрометным юмором. Мне кажется, именно Рабле научил французов и француженок (и это они запомнили навеки) тому, что секс – это, по сути, очень веселое занятие. Оно, конечно, и трагичное, странное, несвязанное, прекрасное и пронзительное. Но в первую очередь – веселое. И если кто-то лишен чувства юмора и чересчур серьезно подходит к сексу, то вряд ли будет получать от него большое удовольствие. Поэтому соединив в одном шейкере мысли Рабле, романтизм утонченной любви, добавив немного серьезности и фривольности, мы получим чисто французский коктейль. И он будет сильно отличаться от того, к чему привыкли американки.

* * *

Наш англосаксонский подход к сексу и любви отличается от французского как небо и земля. Теперь понятно, почему так много англосаксов уезжали в Париж. В 1833 г. Ральф Уолдо Эмерсон 12   Ralph Waldo Emerson(1803–1882) – американский эссеист, поэт, философ, пастор, общественный деятель и мыслитель.

[Закрыть]написал строчки в своем дневнике, которые не потеряли актуальности и в наши дни: «Молодые люди очень любят Париж отчасти потому, что в этом городе они пользуются невиданной свободой от любопытных глаз и потому что никто не вмешивается в их жизнь. В этом городе можно идти туда, куда тебя ведут глаза». Вашингтон Ирвинг 13   Washington Irving(1783–1859) – выдающийся американский писатель-романтик, которого часто называют отцом американской литературы.

[Закрыть]более подробно объяснил, чем именно так хороши француженки. Они «прекрасно умеют вскружить голову и возбудить ту часть тела, которая находится ниже пояса». Учитывая тот факт, что голова у мужчин часто расположена на 15 см ниже пояса, предлагаемая француженками схема работает блестяще.

Да простит меня читательница за резкий прыжок из тех давних времен сразу в наше. Много воды утекло, но американцы мало изменили свои правильные и неправильные представления о французах.

Если мы все еще уважаем французов за их savoir-faire 14   Умение, искушенность.

[Закрыть]в амурных вопросах (то бишь тогда, когда мы их не ненавидим), то это объясняется тем, что многие из наших личных комплексов во Франции просто исчезают. Когда мы во Франции, то знаем, что можем выбросить нашу пуританскую мораль в окно. Мы начинаем понимать, что хотя мы первые сказали «занимайтесь любовью, а не войной», только французы знают, как это правильно делать, в то время как мы сами все еще ведем вялотекущую окопную войну полов с периодическими перестрелками.

И, правда, с любовью и сексом во Франции все в порядке, merci beaucoup 15   Спасибо большое.

[Закрыть]. Поприветствуем словами bonjour 16   День добрый.

[Закрыть]Жанин Моссю́-Лаво́ – красавицу бальзаковского возраста, которая по совместительству – директор Национального центра научных исследований ( CNRS 17   Centre National de la Recherche Scientifique.

[Закрыть]) и автор недавно вышедшей книги «Сексуальная жизнь во Франции». Если у вас нет времени или желания продираться через 431 страницу этого въедливого французского исследования, я сделаю для вас короткое резюме: «Сексуальная и любовная жизнь французов – живая, трагичная и смешная одновременно», – пишет Моссю́-Лаво́. Французский журнал L’Expressв рецензии на эту книгу писал: «Во Франции практикуется искусство любви, являющееся одновременно серьезным и легким, нежным и требовательным. Это идиллическая форма гедонизма».

Выражение «идиллическая форма гедонизма» звучит заманчиво в эпоху, когда секс продает все, но любовь остается неуловимой как никогда ранее. Француженки, похоже, знают, что секса и любви далеко не всегда можно добиться при помощи заранее продуманных стратегий, правил и догм. Француженки могут без обиняков заявить, что найти секс и любовь – все равно что отправиться в неизведанную землю без компаса, но с твердой решимостью испытать эту жизнь во всей ее потрясающей сложности. И эта мысль возвращает нас на несколько столетий назад к некой мадам де Скюдери́.

Мадам Мадлен де Скюдери́ была не самой красивой, но хорошо образованной женщиной и влиятельным членом парижского писательского сообщества XVII века. В 1654–1661 гг. она написала и опубликовала роман «Клелия» ( Clélie). В этой книге описана карта любви (или, точнее, La Carte du Tendre, т. е. «карта нежности»), где с картографической точностью показаны превратности любви и география сердца. Несмотря на то что даже для того времени такая постановка вопроса была и излишне манерной, и слегка пошлой (французский поэт Буалё даже написал на этой основе сатирическую книгу «Герой романа»), творение писательницы снискало свою минуту славы и показало, что француженки тех времен думали о любви и сексе.

Отправным пунктом на карте любви является город под названием Новая Дружба (расположенный в самом низу карты). В ландшафте доминируют три большие реки: Уважение, Признание и Склонность. Вокруг них расположено несколько водоемов: Озеро Безразличия, Море Близости и Океан Опасности. Тут и там раскиданы поселки, чья функция сводится к тому, чтобы способствовать любви: Деревни Нежности, Небрежности и Щедрости, города: Честности, Уважения, Искренности и Страсти, а также поселения: Подчинения, Прилежания и даже Хорошего Личного Ухода. Все дороги ведут не в Рим, а в манящее и привлекательное, но одновременно опасное место под названием «Неизвестные Земли». Мадам де Скюдери́ писала: «Река Склонности впадает в так называемое Море Опасности, а на краю этого моря находятся Неведомые Земли, названные так, потому что мы не знаем, что там находится». Логично.

Даже через несколько столетий эти слова не утратили своей актуальности. Ландшафт сердца является универсальным и безвременным, неизвестность всегда присутствует за пиками и долинами всякой любовной связи, а француженки (несмотря на массу клише, которые на них навешивают) так и остаются идеальным примером того, как свободно можно жить своей собственной жизнью.

Назад к карточке книги "О чем молчат француженки"

itexts.net