Читать онлайн "Размышления странника (сборник)" автора Овчинников Всеволод Владимирович - RuLit - Страница 1. Путник книга овчинников


Всеволод Овчинников Размышления странника (сборник)

Овчинников Всеволод. Размышления странника (сборник)

   В 2011 году у меня двойной юбилей. Автору этих строк исполняется 85 лет, а 60 лет – работе в журналистике. В сентябре 1951 года меня, 25-летнего лейтенанта, выпускника китайского отделения Военного института иностранных языков, зачислили в штат газеты «Правда» с перспективой работы в Пекине.   В 50-х годах я семь лет представлял «Правду» в Китае, в 60-х – семь лет в Японии, в 70-х – пять лет в Англии. А с 1994 года тружусь в «Российской газете».   К моему предыдущему юбилею, в 2001 году, «Российская газета» подарила мне право каждую неделю публиковать колонку под рубрикой «Путешествие». А пять лет спустя, когда уже появились 260 таких колонок, я получил другую рубрику: «Час с Овчинниковым». Теперь для нее каждые три недели отводится целая страница в «Российской неделе», которая к тому же выходит огромным тиражом.   Поскольку эта рубрика в новом формате регулярно появляется в свет уже пятый год, возникла идея[1] издать опубликованные материалы в виде сборника, подобно тому, как рубрика «Путешествие» стала основой для книги «Калейдоскоп жизни».   Так что мне выпало счастье предложить читателю свою уже двадцать первую книгу. Безмерно благодарен «Российской газете», продлившей мою творческую жизнь.

   Оглядываясь назад, думаю, что мне выпала нелегкая, но счастливая судьба. Слова Евгения Евтушенко: «Поэт в России – больше, чем поэт» мы, советские журналисты-международники, экстраполировали применительно к нашей профессии. Мы относились к ней не как к ремеслу, а как к служению. То есть всегда сознавали свою ответственность перед обществом, считали своим профессиональным долгом помочь соотечественникам смотреть на окружающий мир без предвзятости, без идеологических шор.   Ради этого мы, полтора десятка ведущих журналистов-международников, бились головами о тесные своды ниши дозволенного. Но люди ценили нашу искренность и целеустремленность. Во время поездок по стране мы повсюду собирали самые большие залы.   Мое творческое кредо – вооружить людей правильной методикой восприятия зарубежной действительности. Суть ее такова: нельзя мерить другие народы на свой аршин. Ведь наши стереотипы поведения, системы ценностей отнюдь не универсальны, как и грамматические формы нашего родного языка. Чтобы понять зарубежную страну, надо изучить «грамматику жизни» ее народа. Именно особенности национального менталитета дают ключ к подлинному пониманию зарубежных реалий.   Эту свою стезю в журналистике я нашел не сразу. После семилетнего срока работы в Китае и половины семилетнего срока в Японии, после того как выпустил по три книги о каждой из этих стран, возникло чувство неудовлетворенности от традиционного журналистского жанра. Захотелось написать не только о политических, экономических и социальных проблемах, но и о почве, в которой эти проблемы коренятся, об атмосфере, в которой они вызревают.   Когда трагическая размолвка между Москвой и Пекином заставила меня переквалифицироваться из китаиста в япониста, коренное различие в национальном менталитете этих двух дальневосточных народов натолкнуло меня на мысль сопоставить их «грамматику жизни». Так родилась идея создать как бы путеводитель по японской душе, каковым стала моя книга «Ветка сакуры», напечатанная в журнале «Новый мир» в 1970 году.   Сам ее замысел был новшеством для нашей тогдашней публицистики. Да и тот факт, что «Ветку сакуры» впервые опубликовал Твардовский, когда выход каждого номера его «Нового мира» становился событием в духовной жизни страны, несомненно, усилил вызванный ею резонанс. А самым дорогим откликом стали для меня слова Константина Симонова: «…для нашего общества эта книга такой же глоток свежего воздуха, как песни Окуджавы».   За тридцать с лишним лет «Ветка сакуры» переиздавалась более тридцати раз (в том числе четыре раза в Токио). Японцы включили ее в антологию «Три лучшие книги, написанные о нас иностранцами». Даже британцы, скептически относящиеся к попыткам иностранцев разобраться в их национальном характере, встретили английское издание «Корней дуба» весьма благосклонно. Джеймс Олдридж писал в «Санди таймс»: «Я часто забывал, что писал эту книгу не англичанин. Я вчитывался в нее, чтобы побольше узнать об обществе, в котором я живу».   Однако на Родине это лишь усилило критику автора со стороны идеологических ведомств. Дескать, за рубежом неслучайно ухватились за эти писания. Мол, присущая им идеализация капиталистической действительности, отсутствие классового подхода льют воду на мельницу наших противников. Лишь через пятнадцать лет после первой публикации «Ветка сакуры», а также «Корни дуба» и «Горячий пепел» были удостоены Государственной премии СССР.   Набирающий силу процесс глобализации обостряет проблему сохранения национальной самобытности. И здесь, по моему убеждению, человечество должно избрать не принцип унификации, поголовного навязывания всем неких универсальных, проще говоря – западных стандартов, а принцип симфонизма, при котором культура каждого народа сохраняет собственное неповторимое звучание, словно музыкальный инструмент в гармонично слаженном оркестре.   Я рад, что у россиян теперь больше возможностей воочию увидеть это «единство в многообразии», которое и составляет главную красоту нашей планеты.   Это не означает, что задача журналиста-международника в наши дни упростилась. Сколько бы сегодняшние собственники СМИ ни твердили, что не вмешиваются в творческий процесс, они имеют даже более жесткие рычаги воздействия на авторов, чем когда-то секретари парткомов по пропаганде.   Вторая опасность – «цензура рейтинга». Чем больше читателей, зрителей, слушателей удалось привлечь, тем выше тарифы за рекламные вставки в данный материал. Стало быть, тем больше прибыли достается владельцам СМИ. А человеческая натура легче всего поддается низменным инстинктам. Поэтому насилие, секс, частная жизнь звезд шоу-бизнеса доминируют на телеэкранах и в бульварной прессе.   В этих условиях особенно важна, жизненно необходима просветительская, воспитательная роль серьезной, качественной журналистики. Именно она призвана воспитывать вкусы людей, расширять их кругозор, стимулировать интерес к познанию окружающего мира. То есть тянуть вверх планку духовных запросов.

«Китайская грамота» – ключ к успеху

   Убежден, что ключом к успеху в журналистике в моем случае послужило знание восточных языков, философии и культуры, что стало основой моей профессиональной компетентности. Выучить китайский, а потом, когда мне было уже за тридцать, взяться за японский, было чертовски трудно. Зато в этих двух странах мне не только не мешал языковый барьер, но, что неизмеримо важнее, очень помогал языковый мост. Достаточно было прочесть иероглифическую надпись на картине или на вазе, процитировать, к месту или не к месту, древнего философа или поэта, чтобы разом расположить к себе собеседника, вызвать у него интерес и симпатию к «необычному иностранцу».   Ведь попасть в Китай – значит не просто оказаться в зарубежной стране. Это равносильно перемещению в иной мир, в царство загадочных знаков и неведомых символов. В Европе и Америке, даже не зная языка, всегда догадаешься, какая дверь общественного туалета предназначена для мужчин, какая – для женщин. Как же быть, если надпись сделана иероглифами?   В любой стране ключом к пониманию души народа может служить прикладное искусство. Но в Поднебесной перед иностранцем тут же возникает некий иероглифический барьер, система художественных образов, доступная лишь посвященным.   Например, каждое из времен года китайцы привыкли связывать с определенным цветком. Пион символизирует весну, лотос – лето, хризантема – осень, слива – зиму. Причем каждый из этих цветков метафорически соответствует определенному периоду человеческой жизни, служит воплощением определенных образов.   Весенний пион – это символ любви, семейного счастья. Поэтому он обычно красуется на подарках для молодоженов. Лотос считается символом душевной чистоты, милосердия. Этот летний цветок воплощает слова Будды о том, что даже среди болотной грязи можно оставаться незапятнанно чистым. Осенняя хризантема, расцветающая вопреки инею, олицетворяет душевный покой и стойкость – качества, особенно ценимые на закате жизни. Наконец, слива, расцветающая в Новый год по лунному календарю, символизирует наиболее важную для китайцев черту их национального характера – жизнерадостность среди невзгод.   После вторжения японских войск в 1937 году китайские летчики рисовали цветы сливы на крыльях полученных из СССР истребителей. Это выражало ту же мысль, что у нас в 1941-м слова: «Будет и на нашей улице праздник!» Конечно, четыре перечисленных художественных образа – лишь первые строчки эстетического букваря. Но даже они помогут понять смысл многих произведений китайского прикладного искусства.   В первый год своей работы в Пекине я объяснял все это нашему дипломату и его супруге – пышной даме бальзаковского возраста. Мы сидели под платаном в уличной харчевне. А с ветвей свешивались бумажные ленты с надписями, восхвалявшими здешнюю лапшу.   – Как я завидую вам, Всеволод, что вы освоили эту китайскую грамоту, – кокетливо говорила мне дородная соотечественница. – Я порой глаз не могу оторвать от иероглифов. В каждом из них столько гармонии, столько эстетики. Кстати, попросите, пожалуйста, хозяина отрезать мне на память вот этот иероглиф. И пожалуй, еще вот этот…   Несколько удивленный, владелец харчевни выполнил просьбу иностранки. Та убрала куски бумажной ленты в сумочку. А потом отнесла их портному и попросила вышить иероглифы золотом на вечернем бархатном платье. В нем она и отправилась с мужем на прием по случаю национального праздника КНР. Премьер Чжоу Эньлай чуть не упал от изумления. Ведь на одной груди супруги дипломата было написано «Вкусно», а на другой – «Дешево».   Этот эпизод я рассказываю в назидание своим внукам, которые любят носить майки со всякими непонятными надписями. Каюсь, что недавно сам купил в Токио майку с объявлением «Секс-инструктор. Первый урок бесплатно». Надевал ее на черноморском пляже, но никакого отклика надпись не вызвала. Хотелось бы верить, что не из-за моего возраста, а просто из-за того, что у нас еще плохо знают восточные языки.

   Знание языка особенно помогало мне в Китае 50-х годов. Возможность беседовать со мной один на один сразу придавала контактам с местными руководителями доверительный характер. Они относились ко мне не как к иностранцу, а как к своему. Я тоже держал себя как человек, допущенный к конфиденциальной информации.   Однажды, когда я был в отпуске, меня пригласил Андропов, курировавший социалистические страны как секретарь ЦК КПСС. Именно от меня он впервые услышал о намерении Мао Цзэдуна уйти с поста главы государства и остаться лишь руководителем партии.   Андропов тут же при мне позвонил и в соответствующий сектор ЦК, и в МИД, и в КГБ. Но у нас об этой новости еще никто не знал. А когда мои слова подтвердились, Юрий Владимирович предложил мне стать консультантом в его отделе. Это сулило много благ и привилегий. Еле упросил оставить меня в газете и порекомендовал ему более молодого китаиста, Виктора Шарапова, которого «Правда» готовила на смену мне в Пекине.   Когда Хрущев перессорился с Мао Цзэдуном и китайская тема утратила свою приоритетность, я решил переквалифицироваться в япониста. Используя свой авторитет востоковеда, убедил начальство, будто японский язык отличается от китайского не больше, чем белорусский от русского. Иероглифы, мол, те же самые, и наши восточные соседи без труда понимают друг друга.   Мне наняли преподавателя, чтобы я дважды в неделю в рабочее время брал уроки японского языка. Меньше чем через два года после возвращения из Китая я был направлен на постоянную работу в Японию. И там устрашился собственной дерзости. Первый год стал самым трудным в моей жизни.   Ежедневно с семи до десяти утра я брал у японца уроки языка. Потом переводчик рассказывал мне о содержании газет, помогал смотреть полуденные выпуски новостей по телевидению. После этого садился писать очередной материал, ибо редакция ежедневно вызывала меня по телефону в три часа дня. Примерно через год пришло чувство удовлетворения, которое испытывает журналист, когда он может со знанием дела прокомментировать любое событие, происходящее в стране пребывания.   Куда труднее оказалось получить признание соотечественников. Дипломатов, чекистов, журналистов, которые работали в Токио, свербил вопрос: «Да что этот Овчинников может понимать в Японии? Он же китаист!»   Сломать отношение ко мне как к чужаку-дилетанту было самым трудным. Зато одержать здесь победу стало столь же радостным. Спустя пару лет моим мнением уже интересовались все. Китайский язык – это латынь Восточной Азии. Так что мои знания древнекитайской философии и литературы позволяли мне блеснуть перед японцами там, где наши японисты мне порой уступали.   Я нашел собственный подход к освещению Страны восходящего солнца. Коренное различие в национальном менталитете китайцев и японцев натолкнуло меня на мысль сопоставить «грамматику жизни» этих двух дальневосточных народов, создать как бы путеводитель по японской душе, каковым стала «Ветка сакуры».

Знать больше других

   Расскажу еще об одном откровении в моей жизни, связанном с таким понятием, как компетентность. В начале 70-х мне довелось посетить Иран и побывать в Ширазе – городе роз, соловьев и поэтов. Меня привели на могилу Хафиза. Возле нее всегда сидит седобородый старец с томиком стихов этого персидского поэта. Нужно положить книгу на надгробную плиту и раскрыть ее наугад, чтобы получить напутствие в жизни. Я проделал это с бьющимся сердцем. И вот что прочел мне ширазский прорицатель: «Воспевать красоту звездного неба вправе лишь поэт, хорошо изучивший законы астрономии».   Откровенно говоря, до меня не сразу дошел глубокий смысл напутствия. Выходит, одного литературного таланта, одной способности к образному мышлению недостаточно. Мало заставить читателя увидеть то, что видел, почувствовать то, что чувствовал автор. Чтобы писать о чем-либо, надо постичь подспудную суть событий, надо знать о предмете стократно больше, чем потенциальные читатели.   Лишь осознав это, я по-настоящему понял, почему моя компетентность стала тем коконом, который защищал меня от цензуры в советские времена. Как газетные, так и телевизионные начальники чувствовали, что я знаю о Китае и Японии гораздо больше их, и не решались делать мне замечания, давать «ценные указания», дабы не попасть впросак.   Помню, самым ответственным выступлением считался двухминутный комментарий в программе «Время», которую смотрела вся страна. Полагалось приносить текст лично председателю Гостелерадио. Сергей Лапин обычно откладывал мои листки в сторону и говорил: «Тут мне тебя учить нечему. Расскажи-ка лучше, за какую тесемку надо потянуть у гейши, чтобы распахнуть у нее кимоно?» Я охотно делился опытом, и общение с начальством этим исчерпывалось. Напутствие Хафиза шло мне на пользу.   За тринадцать лет, пока я вел «Международную панораму», мои тексты читала только редактор программы Татьяна Миткова. Она должна была заранее знать, после каких моих слов какой сюжет включать. Кокон компетентности защищал меня и здесь.   Первым постсоветским изданием моих произведений стал сборник «Избранное», вышедший в 2001 году. Во время верстки мне позвонил редактор и спросил: «Вы десоветизировали ваши тексты?» «Что вы имеете в виду?» – удивился я. «Но мы же теперь смотрим на все по-иному. Внимательно перечитайте эти пять книг, и вам непременно захочется что-то изменить».   Я проштудировал с карандашом тысячу компьютерных страниц сборника, не сделав ни единой поправки. И тут меня охватила эйфория, за которую я был готов расцеловать бдительного редактора. Ведь именно благодаря ему я убедился, что мне не стыдно ни за одну строчку, написанную в советские годы!   Благодарен судьбе, что именно мне выпала возможность первым из наших соотечественников возложить цветы к могиле Рихарда Зорге на токийском кладбище Тама. Изучая материалы, связанные с жизнью легендарного разведчика, я запомнил и сделал своим девизом его слова: «Чтобы узнать больше, нужно знать больше других. Нужно стать интересным для тех, кто тебя интересует». Практический опыт одиннадцати лет моей работы в Китае, семи лет в Японии и пяти лет в Англии подтверждает, что чем компетентнее становился я сам, тем чаще интересные люди тянулись ко мне и обогащали меня своими знаниями.   Еще раз подведу итог изложенному. Журналистика – это призвание, долг перед читателями, слушателями, зрителями. Это неустанное стремление тянуть вверх уровень духовных запросов людей, делать их зорче и мудрее, просвещеннее и добрее. Обогатить других может лишь тот, кто многое познал сам. Поэтому компетентность журналиста – залог его творческой независимости.

   В марте 1953 года я сошел с поезда Москва–Пекин, чтобы на семь предстоящих лет стать собственным корреспондентом «Правды» в КНР. В свои двадцать семь лет я был тогда самым молодым журналистом не только в «Правде», но и вообще в СССР, командированным на постоянную работу за рубеж. Причем решающую роль сыграло мое знание китайского языка.   Старое здание Пекинского вокзала находилось напротив южных городских ворот, за которыми расположены площадь Тяньаньмэнь и императорский дворец. Не меньше, чем древние постройки, меня удивили потоки велосипедистов и рикш при полном отсутствии других видов транспорта.   Корпункт «Правды» помещался возле главной торговой улицы Ванфуцзин, в переулке с поэтическим названием «Колодец сладкой воды». Это был типичный пекинский сыхэюань, то есть четыре одноэтажных флигеля, обрамляющих квадратный дворик. Красные переплеты окон, оклеенных бумагой, земляные полы, застланные циновками. «Буржуйки» – чтобы греть воду для ванны и отапливать помещение зимой. Даже в сравнении с московской коммуналкой бытовые условия, мягко говоря, не впечатляли.

Рукопожатие Мао Цзэдуна

   В 50-х годах в Пекине были аккредитованы двенадцать иностранных послов и пятнадцать зарубежных журналистов. Поэтому нас наряду с дипломатами приглашали на все государственные банкеты. Мы сидели буквально в нескольких метрах от главного стола, где Мао Цзэдун и Чжоу Эньлай чокались с Неру или Сукарно, с Ким Ир Сеном или Хо Ши Мином.   Премьер Чжоу Эньлай часто подходил к нашему столу и, зная, что я китаист, заговаривал со мной. К примеру, заметив мое пристрастие к акульим плавникам, советовал есть это блюдо, когда я буду в его возрасте. (Оказалось, что акульи плавники полезны для пожилых мужчин, ибо повышают мужскую потенцию.)   Именно Чжоу Эньлай дал мне китайское имя О Фучин (три выбранных им иероглифа буквально означают «министр европейского счастья»).   В 1956 году в Пекине открылся Восьмой съезд КПК. Прилетела советская делегация. И мне надо было ежедневно давать подробные отчеты о всех заседаниях. В завершающий день съезда в комнату иностранных журналистов неожиданно вошел Мао Цзэдун и спросил: «Кто тут из „Правды“?» Дрожащим голосом я назвал себя и удостоился личного рукопожатия великого кормчего: «Потрудился так потрудился! Освещал съезд хорошо!»   После этих слов Председателя Мао моя жизнь круто изменилась. Вместо фанзы с земляными полами и дымными «буржуйками» корпункт переселили в современную квартиру с центральным отоплением. А при поездках по стране мне уже не требовалось согласовывать их с отделом печати МИДа КНР.   Председатель Мао запомнился мне необычайно высоким для китайца ростом и устремленным куда-то вдаль взглядом. Когда же меня познакомили с генеральным секретарем партии Дэн Сяопином, меня, напротив, поразил его малый рост. Ведь одно дело – когда видишь человека в президиуме, а другое дело – когда сталкиваешься с ним лицом к лицу. Партийная кличка генсека Сяопин, «маленькая бутылка», воспринималась в Китае как метафора. «Маленькая бутылка» – это пузырек самогона, который нельзя завалить набок, ибо он тут же вновь принимает вертикальное положение. Как Дэн Сяопин, которого трижды сбрасывали с вершины пирамиды власти, но он вновь на нее возвращался.

Роковое купание лидеров

   Первая трещина в китайско-советских отношениях появилась после XX съезда КПСС. По мнению Мао Цзэдуна, Хрущев был не вправе выступать с резкой критикой Сталина, не посоветовавшись с международным коммунистическим движением.   После успешного завершения первой пятилетки, которая осуществлялась на основе советского опыта и при содействии наших специалистов, «великий кормчий» прибег к авантюристической тактике «большого скачка». (Тогдашний лозунг: «Три года горького труда – десять тысяч лет счастья».) Крестьян в коммунах заставили не только коллективно трудиться, но и есть из общего котла.   Под лозунгом «Обгоним Англию!» стали варить сталь чуть ли не в каждом дворе. А я с китайскими коллегами неделю таскал на коромысле корзины с землей, помогая строить близ Пекина Шисаньлинское водохранилище. «Прыжок в коммунизм» закончился бедствием для страны и народа.   Причину провала стали искать в международной обстановке, точнее – в «ревизионистской» политике Москвы. В Пекине словно забыли, что именно Чжоу Эньлай и Неру в свое время провозгласили пять принципов мирного сосуществования, сделали их политической платформой неприсоединившихся стран. Китайское руководство стало обвинять Хрущева за его стремление снизить накал холодной войны, сделать мирное сосуществование стержнем внешней политики социалистических государств.   Самая драматическая коллизия возникла в связи с этим накануне десятилетия КНР. В сентябре 1959 года Хрущев должен был совершить эпохальную поездку по Соединенным Штатам. А к 1 октября прямо оттуда прилететь на празднование в Пекин. Меня включили в рабочую группу по составлению его речи на юбилейной сессии Всекитайского собрания народных представителей.   Незадолго до визита Никиты Сергеевича за океан на китайско-индийской границе вспыхнули вооруженные столкновения. Дабы оградить советского лидера от нежелательных расспросов, было опубликовано Заявление ТАСС. В нем выражались сожаление по поводу конфликта и надежда, что стороны решат спор за столом переговоров. Такая позиция Москвы вызвала негодование в Пекине. Как, мол, можно ставить на одну доску братскую страну социализма и капиталистическое государство!   И вот в самый разгар пресловутых «десяти дней, которые потрясли Америку», китайское руководство неожиданно перенесло начало юбилейных торжеств с 1 октября на 26 сентября. Это поставило Хрущева перед нелегким выбором: либо скомкать свой американский визит, либо поручить выступить на юбилее КНР кому-то другому. Он предпочел второе. Доклад, над которым мы трудились, зачитал Суслов. Хрущев же прилетел лишь 30 сентября. На другой день демонстранты все-таки увидели его на трибуне ворот Тяньаньмэнь.   После праздничных торжеств Мао пригласил советского гостя в свою резиденцию близ столицы. Там Хрущева ждал конфуз. Хозяин встретил его в бассейне и предложил присоединиться. Но беда была в том, что Никита Сергеевич не умел плавать. В своих черных сатиновых трусах до колен он, как и на отдыхе в Пицунде, мог зайти в воду лишь до пояса и несколько раз присесть, чтобы окунуться. Можно представить себе, как неуклюже выглядел гость на фоне хозяина, способного легко пересечь километровую ширь Янцзы. Хрущев был настолько взбешен, что в тот же вечер объявил нам: он отменяет подготовленную нами недельную поездку по Китаю и намерен немедленно возвращаться на Родину.   Думаю, что причинами размолвки между Пекином и Москвой, которая привела к тридцатилетней конфронтации и даже боям на острове Даманский, были не только идеологические разногласия, но и личная неприязнь двух лидеров. Это чувство у Хрущева усиливали воспоминания о своей беспомощной фигуре в длинных сатиновых трусах, когда он барахтался в бассейне рядом с великим кормчим.

   Начав журналистскую карьеру в 50-х годах в Пекине, я чувствовал себя баловнем судьбы. Первые десять лет существования КНР прошли под девизом «Русский с китайцем – братья навек!». Это была тогда не только строка из песни. Дружба великих соседних народов не сводилась к официальным заявлениям и газетным передовицам. Она реально вошла в десятки тысяч человеческих судеб. Мне тогда выпало счастье воочию видеть, как 156 новостроек первой китайской пятилетки с помощью советских специалистов заложили фундамент индустриализации Поднебесной, без чего был бы невозможен ее нынешний стремительный взлет к мировому лидерству.   Вслед за этим в истории КНР наступил противоположный этап: два десятилетия хаоса и смуты – волюнтаризм «большого скачка», казарменный быт народных коммун, самосуды хунвейбинов и даже бои на острове Даманский. К счастью, я не был свидетелем бесчинств «культурной революции». Зато оказался причастным к тому, как после смерти Мао Цзэдуна Москва и Пекин начали делать осторожные шаги навстречу друг другу.

thelib.ru

«Древнерусское эпическое стихосложение» / Content

«Древнерусское эпическое стихосложение»: книги Евгения ОвчинниковаКАРТА  САЙТА 

«ЧИТАЛЬНЫЙ ЗАЛ»

К Н И Г И:

___________________

«ЗОЛОТО РУСОВ» / «ВЛЕСКНИГА»

Статьи на материале книги:

К О Н С П Е К Т Ы:

Из тетрадей «Апология»

Конспекты по теме:  «Апология Русского Духа»

Ф.М. ДОСТОЕВСКИЙ:

А.Ф. ЛОСЕВ:

Джеймс ХИЛЛМАН:

ПОСЛЕЛНИЙ СЫН ВОЛЬНОСТИ (Н.В. Гоголь)

 Конспекты по теме:  «Народная Культура»

СЛАВЯНСКАЯ МИФОЛОГИЯ (Н.Н. Сперанский):

А.М. ПАНЧЕНКО:

М.М. БАХТИН:

 Конспекты по теме:  «Народная Поэзия»

НАРОДНАЯ ПОЭЗИЯ (В.Г. Белинский):

ПРЕДАНИЯ СТАРИНЫ (Н.Г. Чернышевский):

ПОВЕСТЬ ВРЕМЕННЫХ ЛЕТ (Б.А. Рыбаков)

 Конспекты по теме:  «Тайная История»

Эдуард ШЮРЕ:

ТАЙНАЯ ИСТОРИЯ (Прокопий Кесарийский):

Книга ИСАЙИ:

Конспекты по теме:  «Идеология Погрома»

ПРИКЛАДНОЙ ПСИХОАНАЛИЗ (В.Е. Лебедько)

П. А. СОРОКИН:

КОНЕЦ ИСТОРИИ (С.Г. Кара-Мурза):

Конспекты по теме:  «Тайны книг»

Герман ГЕССЕ:

ТАЙНЫ КНИГ (Герман Гессе):

ЕВАНГЕЛИЕ РАДОСТИ (Евангелие Мира):

 

 

  

 

box0312.narod.ru

  Поэтическое наследие древней Руси   в  памятниках  Древнерусского  эпического  стихосложения

«Древнерусское эпическое стихосложение» © > «Велесова книга»

«Ancient Russian epic versification» © Evgeny Ovchinnikov, — [in original form as: «Древнерусское эпическое стихосложение»]. First presented data from new sphere of scientific knowledge — «ancient Russian epic versification». It's the author's concept, which arose in the research process, issues of cultural inheritance and continuity in ancient Rus. The author's concept presents an categorical generalization of the existing empirical and theoretical data, which allows a new look at the problem and «epic versification» as an — independent direction in cultural traditions of ancient Rus. Great attention is paid to the disclosure of the values of the basic terms and concepts in the thesaurus epic language. — For students, lecturers, practical linguists, cultural figures, — [Впервые представлены данные из новой сферы научного знания — «древнерусского эпического стихосложения». Это авторская концепция, которая возникла в процессе исследования проблемы культурного наследования и преемственности в древней Руси. Авторская концепция представляет собой категориальное обобщение имеющихся эмпирических и теоретических данных, которые позволяют по-новому взглянуть на проблему и «эпическое стихосложение» как — самостоятельное направление в культурной традиции древней Руси. Большое внимание уделено раскрытию значений основных терминов и понятий в тезаурусе языка эпоса. — Для студентов, преподавателей, практических филологов, деятелей культуры].

Евгений Овчинников. «Золото Русов»: Поэтическое Наследие Предков – «Влескнига».Москва, 2010, 136 с. ISBN 5 93536 075 6

Основанная на открытии приоритетная публикация памятника «древнерусского эпического стихосложения» – «Велесова книга». Для целей публикации в «Разделе первом» издания с адаптацией к нормам современного русского языка представлены эпические тексты памятника с разбивкой (по признакам, проясняющим происхождение и «авторскуюй руку») на три подраздела: «Памятописание Русов» («Самородное Слово», в пяти книгах), «Памятописание Словен» («На то ещё помянем», одна книга) и «тиверецкое» – самое ёмкое по эпическому охвату исторических эпох – «Памятописание Антов» («От старых Словес», одна книга). В «Разделе втором» массив исходных текстов памятника [Труды Отдела древнерусской литературы (ТОДРЛ), XLIII, Л., 1990, стр. 170-254 («Велесова книга»)] представлен в переработанном виде под общим названием – «Старо-Отеческие Гласы».

Сочетая логически выверенную подачу материала с методологически строгой организацией аналитического исследования, Автору удалось вскрыть целый ряд новых фактов, проанализировать их и дать прямое истолкование, касающееся как структуры отдельных текстов т.н. «дощечек Изенбека» и связей между ними, так и характера общей структуры и тематического репертуара памятника в целом, а также с подчёркнуто индивидуальной позиции сформулировать собственное, подкреплённое вновь открытыми фактами, заключение по проблеме «подлинности» памятника славянской письменности, а точнее, памятника «древнерусского эпического стихосложения» (© Евгений Овчинников) – «Велесова книга». Полностью переработанный текст т.н. «дощечек Изенбека», а также его перевод в виде, структурно соответствующем авторскому замыслу составителей «Велесовой книги», будет представлен в подготовленном Автором – втором издании книги «Золото Русов» (исправленном и дополненном). С содержанием и отдельными фрагментами книги (в ред. второго издания) можно ознакомиться на личной странице Автора –

От Автора

Интерес к проблеме идентификации и реконструкции памятников «древнерусского эпического стихосложения» (© Е.Е. Овчинников) возник вскоре после выхода монографии академика Б.А. Рыбакова «Язычество Древней Руси» [Москва, Издательство «Наука», 1987 г.], которой следует воздать должное. Практическая реализация собственных наработок в данном направлении осуществляется в рамках Авторского историко-культурного проекта-издания «Прославь Отечество!», инициированного с ретроспективным расширением проблемного поля после публикации исходных текстов т.н. «дощечек Изенбека» [Труды Отдела древнерусской литературы (ТОДРЛ), XLIII, Л., 1990, стр. 170-254 («Велесова книга»)]. Проект этот стал основой последующего воплощения полученных практических результатов в Авторском историко-литературном проекте-издании «Начало Пѣсенъ Вѣщихъ» (книги: «Память», «Голгофа», «Золото Русов», в рамках сериального издания «Начало Пѣсенъ Вѣщихъ» – «Путьникъ-Кънига» и др.), посвященном уже проблеме обеспечения правовой охраны и возвращения «поэтического наследия древней Руси» в культурный оборот.

Работа с наследием, по своей природе малоизученным, требовала регулярного пересмотра и обновления содержания исходных принципов исследования. В частности, потребовалось их согласование с положениями культурного направления ЮНЕСКО, в ведении которого находятся такие программы, как Всемирное наследие, Память мира (документальное наследие), Нематериальное культурное наследие (в части, касающейся критериев отнесения памятников к наследию). Более подробно и всесторонне методы исследования наследия рассмотрены и представлены в отдельных публикациях в рамках реализации Авторских проектов.

В основу окончательной редакции памятников закладывались результаты первоначальных наработок, касающихся норм «древнерусского эпического стихосложения». Во внимание также принимались наработки, касающиеся доказавших свою применимость критериев оценки, систематизации и представления исследованного материала наследия. Так, например, исправленная с учетом накопленного опыта и дополненная вторая редакция «Велесовой книги» в значительной степени была подготовлена на основе редакции ее первого – приоритетного, основанного на открытии издания. Речь идет о книге: Евгений Овчинников. «Золото Русов». Поэтическое Наследие Предков – «Влескнига», – М.: 2010. Однако вторая редакция (2011 г.), в части касающейся соответствя нормам «древнерусского эпического стихосложения», отличается от первой в лучшую сторону и по тщательно выверенному содержанию, и по форме, стихотворной по своей неотъемлемой природе. По-иному расставлены акценты, что является отражением более высокой степени изученности исходного текста памятника и его структуры. Как и первое приоритетное издание, вторая редакция памятника является результатом личных усилий, поэтому в качестве единственного правообладателя и была взята на себя честь – подготовить книгу к переизданию с дополнениями и уточнениями.

Поэтические книги «Память» [Москва, «Академия поэзии», 2002] и «Голгофа» [Москва, «Академия поэзии», 2006], помимо их литературных достоинств, интересны тем, что созданы в соответствии с нормами «древнерусского эпического стихосложения», а в содержательном плане – основаны на обращении к тематическому репертуару наследия. «Путьникъ-Кънига» (вып. 1 в рамках сериального издания «Начало Пѣсенъ Вѣщихъ», – Москва, 2014), помимо сказанного, целиком построена на использовании оригинальных эпических форм и мотивов, также являющихся неотъемлемой частью наследия. Все они, включая книгу «Золото Русов», лишь предваряют возвращение в культурный оборот многих других памятников «древнерусского эпического стихосложения».

Евгений Овчинников. Москва, 2014 г.

____________

box0312.narod.ru

Читать онлайн "Размышления странника (сборник)" автора Овчинников Всеволод Владимирович - RuLit

Всеволод Овчинников

Размышления странника (сборник)

В 2011 году у меня двойной юбилей. Автору этих строк исполняется 85 лет, а 60 лет – работе в журналистике. В сентябре 1951 года меня, 25-летнего лейтенанта, выпускника китайского отделения Военного института иностранных языков, зачислили в штат газеты «Правда» с перспективой работы в Пекине.

В 50-х годах я семь лет представлял «Правду» в Китае, в 60-х – семь лет в Японии, в 70-х – пять лет в Англии. А с 1994 года тружусь в «Российской газете».

К моему предыдущему юбилею, в 2001 году, «Российская газета» подарила мне право каждую неделю публиковать колонку под рубрикой «Путешествие». А пять лет спустя, когда уже появились 260 таких колонок, я получил другую рубрику: «Час с Овчинниковым». Теперь для нее каждые три недели отводится целая страница в «Российской неделе», которая к тому же выходит огромным тиражом.

Поскольку эта рубрика в новом формате регулярно появляется в свет уже пятый год, возникла идея [1] издать опубликованные материалы в виде сборника, подобно тому, как рубрика «Путешествие» стала основой для книги «Калейдоскоп жизни».

Так что мне выпало счастье предложить читателю свою уже двадцать первую книгу. Безмерно благодарен «Российской газете», продлившей мою творческую жизнь.

Тянуть планку вверх

Оглядываясь назад, думаю, что мне выпала нелегкая, но счастливая судьба. Слова Евгения Евтушенко: «Поэт в России – больше, чем поэт» мы, советские журналисты-международники, экстраполировали применительно к нашей профессии. Мы относились к ней не как к ремеслу, а как к служению. То есть всегда сознавали свою ответственность перед обществом, считали своим профессиональным долгом помочь соотечественникам смотреть на окружающий мир без предвзятости, без идеологических шор.

Ради этого мы, полтора десятка ведущих журналистов-международников, бились головами о тесные своды ниши дозволенного. Но люди ценили нашу искренность и целеустремленность. Во время поездок по стране мы повсюду собирали самые большие залы.

Мое творческое кредо – вооружить людей правильной методикой восприятия зарубежной действительности. Суть ее такова: нельзя мерить другие народы на свой аршин. Ведь наши стереотипы поведения, системы ценностей отнюдь не универсальны, как и грамматические формы нашего родного языка. Чтобы понять зарубежную страну, надо изучить «грамматику жизни» ее народа. Именно особенности национального менталитета дают ключ к подлинному пониманию зарубежных реалий.

Эту свою стезю в журналистике я нашел не сразу. После семилетнего срока работы в Китае и половины семилетнего срока в Японии, после того как выпустил по три книги о каждой из этих стран, возникло чувство неудовлетворенности от традиционного журналистского жанра. Захотелось написать не только о политических, экономических и социальных проблемах, но и о почве, в которой эти проблемы коренятся, об атмосфере, в которой они вызревают.

Когда трагическая размолвка между Москвой и Пекином заставила меня переквалифицироваться из китаиста в япониста, коренное различие в национальном менталитете этих двух дальневосточных народов натолкнуло меня на мысль сопоставить их «грамматику жизни». Так родилась идея создать как бы путеводитель по японской душе, каковым стала моя книга «Ветка сакуры», напечатанная в журнале «Новый мир» в 1970 году.

Сам ее замысел был новшеством для нашей тогдашней публицистики. Да и тот факт, что «Ветку сакуры» впервые опубликовал Твардовский, когда выход каждого номера его «Нового мира» становился событием в духовной жизни страны, несомненно, усилил вызванный ею резонанс. А самым дорогим откликом стали для меня слова Константина Симонова: «…для нашего общества эта книга такой же глоток свежего воздуха, как песни Окуджавы».

За тридцать с лишним лет «Ветка сакуры» переиздавалась более тридцати раз (в том числе четыре раза в Токио). Японцы включили ее в антологию «Три лучшие книги, написанные о нас иностранцами». Даже британцы, скептически относящиеся к попыткам иностранцев разобраться в их национальном характере, встретили английское издание «Корней дуба» весьма благосклонно. Джеймс Олдридж писал в «Санди таймс»: «Я часто забывал, что писал эту книгу не англичанин. Я вчитывался в нее, чтобы побольше узнать об обществе, в котором я живу».

Однако на Родине это лишь усилило критику автора со стороны идеологических ведомств. Дескать, за рубежом неслучайно ухватились за эти писания. Мол, присущая им идеализация капиталистической действительности, отсутствие классового подхода льют воду на мельницу наших противников. Лишь через пятнадцать лет после первой публикации «Ветка сакуры», а также «Корни дуба» и «Горячий пепел» были удостоены Государственной премии СССР.

www.rulit.me

Размышления странника (сборник) - Всеволод Овчинников

Загрузка. Пожалуйста, подождите...

  • Просмотров: 3381

    Аукцион (СИ)

    Ольга Коробкова

    Кира работает в благотворительном фонде и содержит сестру. Им приходится очень сложно. И тут…

  • Просмотров: 3366

    Чудовища не ошибаются (СИ)

    Эви Эрос

    Трудно жить и работать, когда твой сексуальный босс — чудовище с девизом «Я не прощаю ошибок». А уж…

  • Просмотров: 3009

    Лилия для герцога (СИ)

    Светлана Казакова

    Воспитанницы обители нередко выходят замуж за незнакомцев, не имеющих возможности посвататься к…

  • Просмотров: 2796

    Покорность не для меня (СИ)

    Виктория Свободина

    Там, где я теперь вынужденно живу, ужасно плохо обстоят дела с правами женщин. Жен себе здесь…

  • Просмотров: 2717

    Научи меня любить (СИ)

    Кира Стрельникова

    Лилия - хрупкий, нежный цветок с тонким ароматом. Лиля - хрупкая, нежная девушка с мечтой в любовь…

  • Просмотров: 2202

    АН-2 (СИ)

    Мария Боталова

    Невесты для шиагов — лишь собственность без права голоса. Шиаги для невест — те, кому нельзя не…

  • Просмотров: 2180

    Э(ро)тические нормы (СИ)

    Сандра Бушар

    Ее муж изменяет. Прямо на глазах, даже не пытаясь этого скрыть… На что способна жена,…

  • Просмотров: 2086

    Игрушка олигарха (СИ)

    Альмира Рай

    Он давний друг семьи. Мужчина, чей взгляд я не могу выдержать и десяти секунд. Я кожей ощущаю…

  • Просмотров: 2051

    Тиран моей мечты (СИ)

    Эви Эрос

    Я никогда не мечтала о начальнике-тиране. Что же я, сама себе враг? Но жизнь вносит свои коррективы…

  • Просмотров: 2033

    Строптивица для лэрда (СИ)

    Франциска Вудворт

    До чего же я люблю сказки… Злодей наказан, главные герои влюблены и женятся. Эх! В реальности же…

  • Просмотров: 1775

    И небо в подарок (СИ)

    Оксана Гринберга

    Меня ничего не держало в собственном мире, да и в новом - лишь обещание данное отцу, Королевский…

  • Просмотров: 1774

    Наследница проклятого мира (СИ)

    Виктория Свободина

    Отправляясь в увлекательную экспедицию вместе со своим любимым парнем, я никак не ожидала, что она…

  • Просмотров: 1762

    Домовая в опале, или Рецепт счастливого брака (СИ)

    Анна Ковальди

    Он может выбрать любую. Магиня-огневка, сильнейшая ведьма, да хоть демоница со стажем! Но…

  • Просмотров: 1538

    Тьма твоих глаз (СИ)

    Альмира Рай

    Где-то далеко-далеко, скорее всего, даже не в этой Вселенной, грустил… король драконов. А где-то…

  • Просмотров: 1462

    Тайны мглы (СИ)

    Виктория Свободина

    Я родилась человеком. Только прожила совсем недолго. Мне было двадцать лет, когда в мой…

  • Просмотров: 1427

    Всё, что было, было не зря (СИ)

    Александра Дема

    Очнуться однажды утром неожиданно глубоко и прочно беременной в незнакомом месте, обзавестись в…

  • Просмотров: 1358

    Моя (чужая) невеста (СИ)

    Светлана Казакова

    Участь младшей дочери опального рода — до замужества жить вдали от семьи в холодном Приграничье под…

  • Просмотров: 1278

    Пока не нагрянет любовь

    Ирина Ирсс

    Один нежеланный поцелуй может перевернуть весь твой мир с ног на голову, особенно если узнается,…

  • Просмотров: 1197

    Графиня поневоле (СИ)

    Янина Веселова

    Все мы ищем любовь, а если она ждет нас в другом мире? Но ведь игра стоит свеч, не так ли?…

  • Просмотров: 1108

    Соседи через стенку (СИ)

    Елена Рейн

    Сборник романтических историй серии книг "Только моя": 1. "СОСЕДИ ЧЕРЕЗ СТЕНКУ" Наше первое…

  • Просмотров: 976

    Свадебный салон, или Потусторонним вход воспрещен (СИ)

    Мамлеева Наталья

    Я выхожу замуж! В другом мире. В одной простыне! И жених еще такой ехидный попался, хотя сам не в…

  • Просмотров: 884

    Помощница лорда-архивариуса (СИ)

    Варвара Корсарова

    Своим могуществом Аквилийская империя обязана теургам, которые сумели заключить пакт с существами…

  • Просмотров: 872

    Ш - 2 (СИ)

    Екатерина Азарова

    Я думала, что если избавлюсь от Алекса, моя жизнь кардинально изменится. Примерно так все и…

  • Просмотров: 850

    Молчаливый ангел (СИ)

    Ася Сергеева

    Диана богатая наследница и счастливая невеста. Так думают ее «любящие» родители, когда решают…

  • Просмотров: 754

    Деревенская сага. На круги своя, или под властью желания (СИ)

    Степанида Воск

    Расул — молод, сексуален, богат. Он устал от шума большого города и жаждет новых впечатлений.…

  • Просмотров: 738

    Он рядом (СИ)

    Фора Клевер

    Утро добрым не бывает… В моем случае оно стало просто ужасным! А всему виной он — лучший друг…

  • Просмотров: 638

    Книга правил (ЛП)

    Блэквуд Дженифер

    Несколько правил, которые должны быть нарушены.Руководство по выживанию второго помощника Старр…

  • Просмотров: 604

    Мой снежный князь (СИ)

    Франциска Вудворт

    Вы никогда не задумывались, насколько наша жизнь полна неожиданностей? Вроде бы все идет своим…

  • itexts.net

    Евгений Овчинников — «Апология Русского Духа» / Конспекты

     

    А.Ф. ЛОСЕВ:Разного рода писаки, испорченные дурными книгами и обнаглевшей жизнью, учили нас о любви в бранных выра- жениях. Бескорыстная любовь всегда находила для себя осмеяние, пре- зрение, издевательст- во... Какое это подлое вырожденство, какой духовный развал,какое ничтожество и слабоумие!

    РУССКАЯГОЛГОФА 

    КОНТЕНТ

     

    А.Ф. ЛОСЕВ:Это поэзия великих общенациональных ус- тоев. Тут восхваляется слава, сила, удача, жиз- ненная энергия в соеди- нении начал общена- родного величественно- го Духа – порядка и кре- пости... Этой мудрой, зрелой гармонией опре- деляются все стороны мировоззрения... 

    СТАРО-ОТЕЧЕСКАЯРУСЬ

    КОНТЕНТ

     

    РУССКАЯГОЛГОФА

    Н.В. ГОГОЛЬ:Пусть же после нас живут еще лучшие, чем мы, и красуется вечно любимая Христом Русская земля!

    КОНТЕНТ

     

    Евгений Овчинников

    « Г О Л Г О Ф А »

    *   *   *«Потом, когда беда отвяжется,поднимут наши биографии,тряхнут, а пыль веков уляжется,Бог даст, помянут в эпитафии, –«Царьком гордились, в сказки верили,пускали в дом кого угодно...но жизнь – своим аршином мерили,и умирали – благородно».___________ 

     

                    А.Ф. ЛОСЕВ: «Да ну будет вам блудить языком. Понятия о «материи» также меняются, как и все прочие наши субъектив- ные построения. Вот тут-то и получается, что под всяким таким «объективизмом» кроется собственное «вероучение»... Живете холодным блудом оцепеневшего мирового пространства и изу- вечиваете себя в построенной вами самими черной тюрьме ни- гилистического естествознания. А я люблю небушко, голубое- голубое, синее-синее, глубокое-глубокое, родное-родное… Сло- вом, история не сводима на природу; наоборот, сама природа делается понятной только через Историю... Бить по воздуху пле- тью – пустое и отвлеченное занятие; но, например, порка кре- стьян есть проявление конкретной идеи, ибо тут – реальное «об- щение» личностей, понимающих друг друга. Существует, конеч- но, и разная степень «конкретности» исторических идей. Сжи- гать людей на кострах – красивее, чем расстреливать, так же как готика красивее и конкретнее новейших казарм, колокольный звон – автомобильных воплей… И это – История, живая, трепе- щущая радость и боль исторических судеб... Но без Слова исто- рия глуха и нема. История должна быть не просто «живописью», но и «поэзией». И тут... мифическое сознание должно дать Слова об Исторических фактах, Повествование о Жизни Личностей...»

     

    Евгений Овчинников

    « Г О Л Г О Ф А »

    *   *   *«Как волк голодный, с расстояния,очами поводя печальными,дух предков ждёт от нас «деяния»,но для «деяний» – измельчали мы, –а ночью – воет... тем истошнее,что стали быдлом одичалым,и, не отважившись на большее,не управляемся – и в малом»___________ 

     

                     Джеймс ХИЛЛМАН: «Образы являются единственной ре- альностью, которую мы постигаем непосредственно; они пред- ставляют первичное выражение разума и его энергетической работы, о которой мы ничего не знаем. Когда мы воспринимаем образ фантазии, то всматриваемся, ища разумное в инстинктив- ном...   Принцип, организующий феномен образности, принцип, обеспечивающий психическую реальность привычными свой- ствами — универсальностью, типичностью проявления, регу- лярностью, постоянной повторяемостью на протяжении мно- гих веков — Юнг называл «архетипом». Те же самые качества присущи и инстинкту («влечению к определенной деятельно- сти», которая настоятельна и непреодолима, унаследована, ре- флексивна по своему характеру, единообразна, регулярна и бес- сознательна)...  Это и есть архетипы. Психическая жизнь инди- вида управляется ими...  Мифы описывают поведение архетипов персонифицированным языком психических процессов. Поми- мо своей драматичности, мифы динамично и эффективно вы- водят личность из зацикленности на самой себе, из проблем, по- рождаемых изоляцией, и из отчаянных «как» в случаях незамед- лительных решений. Окончательным контекстом личности яв- ляются те мифы, в которых сама личность играет роль…»

     

    Евгений Овчинников

    « Г О Л Г О Ф А »

    *   *   *«Ох, знал бы Враг, победы празднуя,какие в нас проснутся силищи,когда всё смрадное и грязноемы соскребём с души в чистилище, –и чем верней наш прах всезнающийгноит чума, грызёт холера...тем ближе Свет преображающийи безусловней наша Вера».___________ 

      

                     Н.В. ГОГОЛЬ: «…я полжизни думал о том, как бы написать истинно полезную книгу для простого народа, и остановился, почувствовавши, что нужно быть очень умну для того… мне ка- залось, что еще прежде, чем просвещенье самого народа, полез- ней просвещенье тех, от которых часто терпит народ... Мне ка- залось гораздо более требовавшим внимания к себе то мелкое сословие, которое занимает разные мелкие места и, не имея ни- какой нравственности, несмотря на небольшую грамотность, вредит всем, затем чтобы жить на счет бедных... А землепашец наш мне всегда казался нравственнее всех других и менее других нуждающимся в наставлениях писателя... Мне казалось всегда, что прежде, чем вводить что-либо новое, нужно в корне узнать старое... и лучше бы осмотрелись прежде, чем произносить что- либо так решительно, как ныне все произносят... Все должности равны… на всяком месте можно сделать много добра. Сила влия- ния нравственного выше всяких сил… Теперь всякому, кто пла- менеет желанием добра, кто русский и кому дорога честь земли Русской, должно брать места и должности в государстве с такой же ревностью, как становился некогда из нас всяк в ряды против неприятелей спасать родную землю, потому что неправда вели- ка и много опозорила...»

     

    «БРЫЗГ МЫСЛИ»

     

    А.Ф. ЛОСЕВ:Есть твердыня, превыс- шая судьбы и есть внут- ренняя и несокрушимая цитадель презрения к смерти, есть любовь и жертва, есть подвиг и счастье самоотречения, есть в самоотречении для других и для Родины самое сокровенное и уже несокрушимое само- утверждение, само- порождение...

    РУССКАЯГОЛГОФА 

    А.Ф. ЛосевПОДРОБНЕЕ

     

    А.Ф. ЛОСЕВ:Это было время,когда героизм был не- отъемлемым достояни- ем человека, а его есте- ственная и повседнев- ная жизнь – пронизана высокой идейностью... Он не отказывается от богатства... Однако не богатство и Слава владеют им, а он над ними всегдашний Господин... 

    СТАРО-ОТЕЧЕСКАЯРУСЬ

    Джеймс ХиллманПОДРОБНЕЕ

     

    Н.В. ГОГОЛЬ:Слова эти быликак искры, падавшие на сухое дерево. Пахарь ломал свой плуг, ремес- ленник и торгаш посы- лал к черту и ремесло и лавку, бил горшки в до- ме. И все, что ни было, садилось на коня. Сло- вом, русский характер получил могучий, широкий размах, дюжую наружность...

    ЗОЛОТОРУСОВ 

    Н.В. ГогольПОДРОБНЕЕ

    box0312.narod.ru

    Главная тема «ГОЛГОФА» © Евгений ОВЧИННИКОВ >>>

    «Древнерусское эпическое стихосложение» – книги Евгения Овчинникова > О проекте

     

     

     

        «Разум — вот вождь правильной воли: чтобы делать добро, надо его знать, чтобы избегать зла, надо уметь его различать. Поэтому нет опасности больше невежества: пока длится невежество, человек не находит средств против зла... Знающий Истину, если иногда и пренебрегает долгом, имеет прибежище в совести; и нет ничего достойнее Мудрости, прогоняющей мрак невежества, — от этого зависит благосостояние всего мира...    Но четыре в высшей степени заслуживающие порицания вещи составляют помеху делу Истины, они стоят на дороге всякому мыслителю и едва ли позволяют достигнуть настоящей Мудрости кому бы то ни было. Вот эти помехи: преклонение перед недостойными авторитетами, привычка к расхожим мнениям, неосновательность суждений толпы и, наконец, скрывание людьми своего невежества, вместо которого они выставляют напоказ свою призрачную «премудрость»... От этих-то язв и происходит всё зло рода человеческого, это «благодаря» им люди не знакомятся с наиболее полезным: с великими и прекрасными памятниками Мудрости и тайнами всех наук и искусств...»

     

    СТАРО-ОТЕЧЕСКАЯРУСЬ

     «РОССИЯ — СТРАНА БЕЗГРАНИЧНОЙ СВОБОДЫ ДУХА, СТРАНА СТРАННИЧЕСТВАИ ИСКАНИЯ БОЖЬЕЙ ПРАВДЫ... ЭТО БУДЕТ УЖЕ НЕ СТАРАЯИ БЕЗЖИЗНЕННАЯ РЕЛИГИЯ, А ВОПЛЬ ИЗГОЛОДАВШИХСЯ ДУХОМ...»

     

     

    М.А. БАКУНИН:Народ русский не чу- вствует себя счастли- вым! Я говорю это с радостью, с гордостью! Потому что, если бы счастие было возможно для него в той мерзо- сти, в которую он по- гружен, это был бы са- мый подлый, самый гну- сный народ в мире...

    СТАРО-ОТЕЧЕСКАЯРУСЬ

    КОНТЕНТ

     

    Ф.М.ДОСТОЕВСКИЙ: А, – скажут, может быть, западники… Надобно, чтоб такой народ, как наш, – не имел истории, а то, что имел под видом истории, должно быть с отвращением забыто им, всё целиком. Надобно, чтоб имело историю лишь одно наше интелли- гентное общество, кото- рому народ должен слу- жить лишь своим трудом и своими силами...  

    СТАРО-ОТЕЧЕСКАЯРУСЬ

    КОНТЕНТ

     

    Н.В. ГОГОЛЬ:Я всегда стоял за про- свещенье народное; но мне казалось, что еще прежде, чем просвеще- нье самого народа, по- лезней просвещенье тех, от которых часто терпит народ… сословие, кото- рое, не имея никакой нравственности, вредит всем, затем чтобы жить на счет бедных... 

    СТАРО-ОТЕЧЕСКАЯРУСЬ

    КОНТЕНТ

    Евгений Овчинников

    « Г О Л Г О Ф А »

    *   *   * «Беда на русском пепелище...Россия издавна бедна,но – столь оболганы и нищимы не бывали никогда, –как подло мы разобщены...и как грешно, необоримо –всё зло, корысть и зависть Римак Святой Руси обращены».___________  

     

     

    Евгений Овчинников

    « Г О Л Г О Ф А »

    *   *   * «Распять Христа – распять Россию...Он здесь, под чуждой ходит властью,и дорог нам не как мессия,а как товарищ по несчастью, –по межам, в рубище холщовом –обходит «среды обитанья»...врачуя души Божьим Словомиз веры в наше состраданье».___________  

     

     

    Евгений Овчинников

    « Г О Л Г О Ф А »

    *   *   * «К концу отпущенных нам сроковсойдёмся у последней вехи –не гордой поступью Пророков,а как простые человеки,свои вериги и скрижалиоставив жителям земным...увы, стези нам не спрямляли –и путь наш вряд ли был прямым».___________  

      

    ББК 84 (2РОС=РУС) 3УДК 882-3  Овчинников Е.Е.О-33  Память. Стихи. - Академия поэзии -      Издательство Московский писатель -      2002. - 96 с.ISBN 5-7071-0294-9               (c) Овчинников Е.Е. - 2002.               (c) Академия поэзии - 2002.

    ББК 84 (2РОС=РУС) 5-6УДК 882-161.1-1 Овчинников Е.Е.О-75  Голгофа: Стихи. М.: Академия поэзии -      Издательство "Московский писатель",      2006. - 112 с.ISBN 5-7071-0342-2               (c) Е.Е.Овчинников, 2006               (c) Академия поэзии, 2006

     

    Евгений Овчинников

    « Г О Л Г О Ф А »

    *   *   * «Грядём по звёзд угасших крошевув скорбях о мире обитаемом,бо – стерегут нас тени прошлого,и души падших – докучают нам, –грядём – не грозным повелением,грядём – отеческим наказом:беречь с достойным нас терпениемсвятыню Славы Русской – Разум».___________  

     

    М.А. БАКУНИН:Природа народа попор- чена только на поверх- ности: сильная, могучая и молодая, – ей только надо опрокинуть пре- пятствие, которым сме- ют ее окружать, – чтоб показаться во всей пер- вобытной красоте, чтоб развить все свои неве- домые сокровища...

    СТАРО-ОТЕЧЕСКАЯРУСЬ

    М.А. БакунинПОДРОБНЕЕ

     

    Ф.М.ДОСТОЕВСКИЙ: Земные боги, севшие над народом своим богами, уже презирающие гений народный и стремления его, уже не верящие в него более, ставшие впрямь уединенными богами и обезумевшие в отъединении своем, в предсмертной скуке своей и тоске тешащие себя фантастическими зверствами, сладостра- стием пауковой самки, съедающей своего самца... 

    СТАРО-ОТЕЧЕСКАЯРУСЬ

    Ф.М. ДостоевскийПОДРОБНЕЕ

     

    Н.В. ГОГОЛЬ:Теперь всякому, кто пла- менеет желанием добра, кто русский и кому дорога честь земли Русской, должно брать места и должности... как стано- вился некогда из нас всяк в ряды против неприя- телей спасать родную землю, потому что неправда велика и много опозорила… 

    СТАРО-ОТЕЧЕСКАЯРУСЬ

    Н.В. ГогольПОДРОБНЕЕ

    box0312.narod.ru