Текст книги "Книга жизни и практики умирания". Ринпоче книги


Книга жизни и практики умирания читать онлайн, Ринпоче Согьял

Annotation

Согьял Ринпоче – учитель тибетского буддизма, а именно дзогчен, традиции развития глубинной внимательности, ведущей к окончательному просветлению. Он является тем, кто в тибетском буддизме называется тулку. Тулку – это существо, настолько просветленное и развитое, что в момент смерти, вместо того чтобы отправиться за границы наших обыденных миров с их страданием, в царство предельного блаженства, он (или она) намеренно решает воплотиться здесь, чтобы продолжать помогать другим найти путь к просветлению.

Его книга – реферат о смерти. Но она также – о качестве вашей жизни, потому что если не иметь дело со своей смертью, то можно жить лишь частичной жизнью, тенью жизни. Книга предлагает важные практические, равно как и духовные, если можно их различить, советы, как готовиться к смерти, помогать готовиться другим и действовать во время процесса умирания. «Тибетская книга жизни и смерти» гораздо более практична и полезна, чем старая классическая «Тибетская книга мертвых», и не нужно быть буддистом, чтобы получить пользу от ее советов.

На что можно надеяться в отношении этой книги? – Произвести полный пересмотр того, как мы смотрим на смерть и заботимся об умирании, а также того, как мы смотрим на жизнь и заботимся о жизни.

Согьял Ринпоче. Книга жизни и практики умирания

Предисловие

Глава I

СМЕРТЬ В СОВРЕМЕННОМ МИРЕ

ПУТЕШЕСТВИЕ ЧЕРЕЗ ЖИЗНЬ И СМЕРТЬ

Глава II

ВЕЛИКИЙ ОБМАН

ДЕЯТЕЛЬНАЯ ЛЕНОСТЬ

ЛИЦОМ К ЛИЦУ СО СМЕРТЬЮ

СЕРЬЕЗНО ОТНОСИТЬСЯ К ЖИЗНИ

ОСЕННИЕ ОБЛАКА

Глава III

ПРИНЯТИЕ СМЕРТИ

ПЕРЕМЕНА В ГЛУБИНАХ СМЕРТИ

СЕРДЦЕБИЕНИЕ СМЕРТИ

РАБОТА С ПЕРЕМЕНАМИ

ДУХ ВОИТЕЛЯ

О ЧЕМ НАМ ГОВОРИТ ТО, ЧТО ВСЕ ПРЕХОДИТ:

НЕИЗМЕННОЕ

Глава IV

УМ И ПРИРОДА УМА

НЕБО И ОБЛАКА

ЧЕТЫРЕ ПРЕПЯТСТВИЯ

РАССМОТРЕНИЕ ТОГО, ЧТО ВНУТРИ

ОБЕТОВАНИЕ ПРОСВЕТЛЕНИЯ

Глава V

ТРЕНИРОВКА УМА

СУЩНОСТЬ МЕДИТАЦИИ

ПРАКТИКА ВНИМАТЕЛЬHОСТИ

ЕСТЕСТВЕННЫЙ ВЕЛИКИЙ ПОКОЙ

МЕТОДЫ, ИСПОЛЬЗУЕМЫЕ ПРИ МЕДИТАЦИИ

ПОЛОЖЕНИЕ ТЕЛА

ТРИ МЕТОДА МЕДИТАЦИИ

УМ ПРИ МЕДИТАЦИИ

ТОНКОЕ РАВНОВЕСИЕ

МЫСЛИ И ЭМОЦИИ: ВОЛНЫ И ОКЕАН

ТО, ЧТО ВЫ ИСПЫТЫВАЕТЕ

ПЕРЕРЫВЫ

СЛИЯНИЕ: МЕДИТАЦИЯ В ДЕЙСТВИИ

ВДОХНОВЕНИЕ

Глава VI

ПЕРЕВОПЛОЩЕHИЕ В ТИБЕТЕ

Глава VII

РАЗНЫЕ БАРДО

НЕУВЕРЕННОСТЬ И ВОЗМОЖНОСТЬ

ДРУГИЕ РЕАЛЬНОСТИ

ЖИЗНЬ И СМЕРТЬ НА ЛАДОНИ

Глава VIII

КАРМИЧЕСКОЕ ВИДЕНИЕ

ШЕСТЬ МИРОВ

ДВЕРИ ВОСПРИЯТИЯ

МУДРОСТЬ ОТСУТСТВИЯ ЭГО

ЭГО НА ДУХОВНОМ ПУТИ

МУДРЫЙ РУКОВОДИТЕЛЬ

ТРИ ОРУДИЯ МУДРОСТИ

СОМНЕНИЯ, ВСТАЮЩИЕ НА ПУТИ

Глава IX

КАК ОТЫСКАТЬ ЭТОТ ПУТЬ

КАК СЛЕДОВАТЬ ПУТИ

МАСТЕР

АЛХИМИЯ ПРЕДАННОСТИ

ПОТОК БЛАГОСЛОВЕНИЙ

ГУРУ-ЙОГА: СЛИЯНИЕ С УМОМ МУДРОСТИ МАСТЕРА

Глава Х

ВИД

МЕДИТАЦИЯ

ДЕЙСТВИЕ

РАДУЖНОЕ ТЕЛО

Глава XI

КАК ВЫКАЗАТЬ БЕЗОГОВОРОЧНУЮ ЛЮБОВЬ

ГОВОРИТЬ ПРАВДУ

СТРАХ СМЕРТИ

НЕЗАВЕРШЕННЫЕ ДЕЛА

КАК ПРОСТИТЬСЯ

К МИРНОЙ СМЕРТИ

Глава XII

ЛОГИКА СОСТРАДАНИЯ

ИСТОРИЯ О ТОНГЛЕНЕ И СИЛЕ СОСТРАДАНИЯ

КАК ПРОБУДИТЬ ЛЮБОВЬ И СОСТРАДАНИЕ

СТАДИИ ТОНГЛЕН

ПРЕДВАРИТЕЛЬНАЯ ПРАКТИКА ТОНГЛЕН

ГЛАВНАЯ ПРАКТИКА ТОНГЛЕН

ТОНГЛЕН ДЛЯ УМИРАЮЩЕГО

СВЯТАЯ ТАЙНА

Глава XIII

У ПОСТЕЛИ УМИРАЮЩЕГО

ДАВАТЬ НАДЕЖДУ И НАХОДИТЬ ПРОЩЕНИЕ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ ДУХОВНОЙ ПРАКТИКИ

СУЩЕСТВЕННАЯ ПРАКТИКА ПХОВА

ПРИМЕНЕНИЕ СУЩЕСТВЕННОЙ ПРАКТИКИ ПХОВА

ПОСВЯЩЕНИЕ НАШЕЙ СМЕРТИ

Глава XIV

МОМЕНТ СМЕРТИ

ОТПУСКАНИЕ ПРИВЯЗАННОСТИ

ВХОЖДЕНИЕ В ЧИСТОЕ СОЗНАНИЕ

УКАЗАНИЯ ДЛЯ УМИРАНИЯ

ПРАКТИКИ ДЛЯ УМИРАНИЯ

ПХОВА: ПЕРЕНОС СОЗНАНИЯ

БЛАГОДАТЬ МОЛИТВЫ В МОМЕНТ СМЕРТИ

АТМОСФЕРА ДЛЯ УМИРАНИЯ

ПОКИДАНИЕ ТЕЛА

Глава XV

ИСТЕЧЕНИЕ НАШЕГО СРОКА ЖИЗНИ

ПРЕЖДЕВРЕМЕННАЯ СМЕРТЬ

«БОЛЕЗНЕННОЕ» БАРДО УМИРАНИЯ

ПРОЦЕСС УМИРАНИЯ

ПОЗА ДЛЯ УМИРАНИЯ

ВНЕШНИЙ РАСПАД: ЧУВСТВА И ЭЛЕМЕНТЫ

ВНУТРЕННИЙ РАСПАД

СМЕРТЬ «ЯДОВ»

Глава XVI

ОСНОВА ОБЫЧНОГО УМА

ВСТРЕЧА МАТЕРИ С ДИТЕМ

ДЛИТЕЛЬНОСТЬ ОСНОВНОЙ СВЕТОНОСНОСТИ

СМЕРТЬ МАСТЕРА

Глава XVII

ЧЕТЫРЕ ФАЗЫ ДХАРМАТЫ

ПОНИМАНИЕ ДХАРМАТЫ

УЗНАВАНИЕ

Глава XVIII

МЕНТАЛЬНОЕ ТЕЛО

ПЕРЕЖИВАНИЯ БАРДО

ДЛИТЕЛЬНОСТЬ БАРДО СТАНОВЛЕНИЯ

СУД

СИЛА УМА

ПЕРЕРОЖДЕНИЕ

Глава XIX

КОГДА МЫ МОЖЕМ ПОМОЧЬ

КАК МЫ МОЖЕМ ПОМОЧЬ

ЯСНОВИДЕНИЕ УМЕРШЕГО

ТИБЕТСКИЕ БУДДИЙСКИЕ ПРАКТИКИ ДЛЯ УМЕРШИХ

ПОМОЩЬ ОСТАВЛЕННЫМ

СЕРДЕЧНАЯ ПРАКТИКА

СОХРАНЯЙТЕ СЕРДЦЕ ОТКРЫТЫМ

ПРЕКРАЩЕНИЕ ПЕЧАЛИ И ОБУЧЕНИЕ ЧЕРЕЗ ПЕЧАЛЬ

Глава XX

ТЕМНОТА И ТУННЕЛЬ

СВЕТ

СХОДСТВА С БАРДО СТАНОВЛЕНИЯ

ДЕЛОК: ТИБЕТСКИЙ ПРИСМЕРТНЫЙ ОПЫТ

ПОСЛАНИЕ ПРИСМЕРТНОГО ОПЫТА

ЗНАЧЕНИЕ ПРИСМЕРТНОГО ОПЫТА

Глава XXI

ОТКРОВЕНИЯ БАРДО

ПРОЦЕСС ВО СНЕ

ПРОЦЕСС В МЫСЛЯХ И ЭМОЦИЯХ

ПРОЦЕСС В ПОВСЕДНЕВНОЙ ЖИЗНИ

ЭНЕРГИЯ ВОСТОРГА

РАСКРЫВШЕЕСЯ ВИДЕНИЕ ЦЕЛОСТНОСТИ

Глава XXII

notes

Согьял Ринпоче. Книга жизни и практики умирания

Согьял Ринпоче

КНИГА ЖИЗНИ

И ПРАКТИКИ УМИРАНИЯ

Предисловие

Я родился в Тибете, и мне было шесть месяцев, когда меня отдали в монастырь моего учителя Джамьянга Кхьенце Чокьи Лодро, который находится в провинции Кхам. У нас в Тибете есть уникальная традиция выявления перевоплощений ушедших великих мастеров. Они определяются в юности и им дается особое образование, подготавливающее их к тому, чтобы в будущем стать учителями. Мне было дано имя Согьял, так как мой учитель опознал во мне воплощение Тертона Согьяла, известного мистика, который был одним из его собственных учителей, а впоследствии наставником Тринадцатого Далай-ламы.

Мой учитель, Джамьянг Кхьенце был довольно высоким для тибетца, и он всегда казался в толпе выше всех на целую голову. У него были очень короткие стриженые серебристые волосы, подобные волосам Будды. Но то, что было наиболее замечательно, так это его присутствие. Его взор и манера держаться говорили тебе о том, что он был мудрым и святым человеком. У него был богатый, глубокий и проникновенный голос, и когда он давал учение, его голова слегка отклонялась назад и учение истекало из него потоком красноречия и поэзии. И несмотря на почтение и трепет, производимые им, во всем, что он делал, присутствовало смирение.

Джамьянг Кхьенце является основой для моей жизни и вдохновением для этой книги. Он был воплощением учителя, преобразовавшего буддийскую практику в нашей стране. В Тибете недостаточо было просто носить имя воплощенца. Ты всегда должен заслуживать уважение через свое обучение и духовную практику. Мой учитель провел годы в уединении, и о нем рассказано много чудесных историй. Он обладал глубокими знаниями и духовным постижением, и я пришел к открытию того, что он был подобен энциклопедии мудрости и знал ответ на любой вопрос, который ты мог бы ему задать. В Тибете было много духовных традиций, но Джамьянг Кхьенце был объявлен авторитетом во всех из них. Для любого, кто его знал или слышал о нем, он был воплощением тибетского буддизма, живым доказательством того, кто осуществил учение и довел до завершения свою практику.

Я услышал, что мой учитель сказал, что я бы помог продолжить его работу, и безусловно он всегда обращался со мной, как с собственным сыном. Я чувствую, что то, чего я стал способен достигать теперь в своей работе, и аудитория, к которой я смог приблизиться, являются всходами благословения, которое он мне дал.

Все мои самые ранние воспоминания связаны с ним. Он был окружением, в котором я вырос, и его влияние преобладало в моем детстве. Он был мне как отец. Он охотно даровал мне все, что я просил. Его духовная супруга, Кхандро Церинг Чодрон, которая также являлась моей тетей, часто говорила: «Не тревожь Ринпоче, он возможно занят», но я всегда желал быть возле него, и он был счастлив видеть меня рядом с ним. Я постоянно докучал его вопросами, и он всегда мне терпеливо отвечал. Я был непослушным ребенком. Ни один из моих опекунов не мог дисциплинировать меня. Всякий раз, когда они пытались бить меня, я убегал к своему учителю и забирался на него сзади, куда никто не посмел добраться. Притаившись там, я чувствовал гордость и был доволен собой; а он только смеялся. Затем однажды, тайком от меня, мой опекун обратился к нему, что для моей же пользы нужно положить этому конец. На следующий день я убежал и спрятался. Мой опекун вошел в комнату, сделал несколько простираний перед моим учителем и вытащил меня. Я вспоминаю, как я был вышвырнут из комнаты. Как это было странно, что он не казался испугавшимся моего учителя.

Джамьянг Кхьенце часто жил в комнате, где он в своем предыдущем воплощении увидел свои откровения и начал возрождение культуры и духовности, которая в прошлом столетии в Восточном Тибете была в упадке. Это была удивительная комната, не особенно большая, но с магической атмосферой, наполненная священными предметами, живописью и книгами. Ее называли «небесами будд», «комнатой уполномочивания», и если существует такое место в Тибете, которое я вспоминаю, так это та комнат ...

knigogid.ru

Читать книгу Книга жизни и практики умирания Согьяла Ринпоче : онлайн чтение

Согьял Ринпоче

КНИГА ЖИЗНИ

И ПРАКТИКИ УМИРАНИЯ

Предисловие

Я родился в Тибете, и мне было шесть месяцев, когда меня отдали в монастырь моего учителя Джамьянга Кхьенце Чокьи Лодро, который находится в провинции Кхам. У нас в Тибете есть уникальная традиция выявления перевоплощений ушедших великих мастеров. Они определяются в юности и им дается особое образование, подготавливающее их к тому, чтобы в будущем стать учителями. Мне было дано имя Согьял, так как мой учитель опознал во мне воплощение Тертона Согьяла, известного мистика, который был одним из его собственных учителей, а впоследствии наставником Тринадцатого Далай-ламы.

Мой учитель, Джамьянг Кхьенце был довольно высоким для тибетца, и он всегда казался в толпе выше всех на целую голову. У него были очень короткие стриженые серебристые волосы, подобные волосам Будды. Но то, что было наиболее замечательно, так это его присутствие. Его взор и манера держаться говорили тебе о том, что он был мудрым и святым человеком. У него был богатый, глубокий и проникновенный голос, и когда он давал учение, его голова слегка отклонялась назад и учение истекало из него потоком красноречия и поэзии. И несмотря на почтение и трепет, производимые им, во всем, что он делал, присутствовало смирение.

Джамьянг Кхьенце является основой для моей жизни и вдохновением для этой книги. Он был воплощением учителя, преобразовавшего буддийскую практику в нашей стране. В Тибете недостаточо было просто носить имя воплощенца. Ты всегда должен заслуживать уважение через свое обучение и духовную практику. Мой учитель провел годы в уединении, и о нем рассказано много чудесных историй. Он обладал глубокими знаниями и духовным постижением, и я пришел к открытию того, что он был подобен энциклопедии мудрости и знал ответ на любой вопрос, который ты мог бы ему задать. В Тибете было много духовных традиций, но Джамьянг Кхьенце был объявлен авторитетом во всех из них. Для любого, кто его знал или слышал о нем, он был воплощением тибетского буддизма, живым доказательством того, кто осуществил учение и довел до завершения свою практику.

Я услышал, что мой учитель сказал, что я бы помог продолжить его работу, и безусловно он всегда обращался со мной, как с собственным сыном. Я чувствую, что то, чего я стал способен достигать теперь в своей работе, и аудитория, к которой я смог приблизиться, являются всходами благословения, которое он мне дал.

Все мои самые ранние воспоминания связаны с ним. Он был окружением, в котором я вырос, и его влияние преобладало в моем детстве. Он был мне как отец. Он охотно даровал мне все, что я просил. Его духовная супруга, Кхандро Церинг Чодрон, которая также являлась моей тетей, часто говорила: «Не тревожь Ринпоче, он возможно занят», но я всегда желал быть возле него, и он был счастлив видеть меня рядом с ним. Я постоянно докучал его вопросами, и он всегда мне терпеливо отвечал. Я был непослушным ребенком. Ни один из моих опекунов не мог дисциплинировать меня. Всякий раз, когда они пытались бить меня, я убегал к своему учителю и забирался на него сзади, куда никто не посмел добраться. Притаившись там, я чувствовал гордость и был доволен собой; а он только смеялся. Затем однажды, тайком от меня, мой опекун обратился к нему, что для моей же пользы нужно положить этому конец. На следующий день я убежал и спрятался. Мой опекун вошел в комнату, сделал несколько простираний перед моим учителем и вытащил меня. Я вспоминаю, как я был вышвырнут из комнаты. Как это было странно, что он не казался испугавшимся моего учителя.

Джамьянг Кхьенце часто жил в комнате, где он в своем предыдущем воплощении увидел свои откровения и начал возрождение культуры и духовности, которая в прошлом столетии в Восточном Тибете была в упадке. Это была удивительная комната, не особенно большая, но с магической атмосферой, наполненная священными предметами, живописью и книгами. Ее называли «небесами будд», «комнатой уполномочивания», и если существует такое место в Тибете, которое я вспоминаю, так это та комната. Мой учитель сидел на низком сидении, сделанном из дерева и полосок кожи, и я сидел возле него. Я бы отказался есть, если бы это было не из его чаши. Рядом в маленькой спальне находилась веранда, где было почти всегда темно, и там всегда на маленькой печи в углу стоял чайник с кипящим чаем. Обычно я спал возле своего учителя в футе от него самого. И тот звук, который я никогда не забуду, это щелканье бусин его мала – буддийских четок, – и как он нашептывал свои молитвы. Когда я уходил спать, он обычно был здесь – сидел и практиковал; и когда я просыпался утром, он уже бодрствовал, вновь сидя и практикуя, переполняясь благословением и силой. Как только я открывал глаза и смотрел на него, я обычно наполнялся теплотой и счастьем. Вокруг него был как бы ореол мира.

Когда я становился старше, Джамьянг Кхьенце часто делал меня председательствующим на церемониях, тогда как он сам выполнял роль ведущего ритуал. Я был свидетелем всех учений и посвящений, которые он давал другим; но то, что я вспоминаю сейчас, это скорее не детали, а атмосфера. Для меня он являлся Буддой, по поводу чего в моем уме не возникало никаких вопросов. И все остальные также опознавали это. Когда он давал посвящения, его ученики настолько благоговели перед ним, что едва ли могли взглянуть в его лицо. Некоторые обычно видели его в форме его предшественника или в форме различных будд и бодхисаттв. Все называли его Ринпоче, «Драгоценный», что является титулом, который дается мастеру, и когда он присутствовал, то ни к одному другому учителю таким образом не обращались. Его присутствие было настолько впечатляюще, что многие трогательно называли его «Изначальным Буддой».

Если бы я не встретил своего учителя Джамьянга Кхьенце, я знаю, что тогда стал бы полностью другим человеком. Своей теплотой, мудростью и состраданием он воплощал в себе священную истину учений и таким образом делал их практичными и созвучными с жизнью. Каждый раз, когда я делюсь той атмосферой моего мастера с другими, они могут испытывать то же самое глубокое чувство, которое возникало во мне. Что пробудил во мне Джамьянг Кхьенце? Непоколебимую уверенность в учениях и убеждение в центральной и основополагающей важности учителя. Какое бы понимание я ни имел, я знаю, что обязан в этом своему учителю. Это то, чего мне никогда ему не возместить, но я могу передать это другим.

В Тибете на протяжении всей своей юности я видел, как Джамьянг Кхьенце часто излучал свою любовь и добросердечность в общине, особенно когда он сопровождал умирающего и умершего. Лама в Тибете являлся не только духовным учителем, но также мудрым человеком, терапевтом, приходским священнослужителем, врачом и духовным целителем, который помогает больным и умирающим. Позднее мною были изучены специальные приемы из учений, связанных с Тибетской Книгой Мертвых для сопровождения умирающих и умерших. Но величайший из всех уроков, которые я изучил о смерти и жизни, пришел из наблюдения мною того, как учитель сопровождал умирающих людей – с беспредельным состраданием, мудростью и пониманием.

Я молюсь о том, чтобы эта книга передала миру хоть что-то из его великой мудрости и сострадания, благодаря чему вы также сможете войти в присутствие его мудрого ума и обрести с ним живую связь.

Глава I

В ЗЕРКАЛЕ СМЕРТИ

Впервые я встретился со смертью приблизительно в семилетнем возрасте, когда мы готовились ехать из восточных предгорий в Центральный Тибет. Одним из личных служителей моего мастера был Самтен, замечательный монах, относившийся с добротой ко мне в течение моего детства. Его ясное, круглое, даже пухлощекое лицо, всегда готовое расплыться в улыбке, говорило о добродушии его натуры, благодаря которой он был всеобщим любимцем в монастыре. Мой учитель ежедневно учил и проводил посвящения, руководил занятиями и ритуалами. Под вечер я обычно собирал моих друзей и разыгрывал перед ними сценки, изображая происходящее утром. Самтен всегда позволял мне брать для этого одежды, которые мой мастер надевал утром. Он ни разу не отказал мне.

Вдруг Самтен заболел, и стало ясно, что он не выживет. Нам пришлось отложить отъезд. Следующие две недели я никогда не забуду. Удушливое зловоние смерти повисло над всем, как облако, и всякий раз, когда я думаю о том времени, этот запах возвращается ко мне. Весь монастырь был насыщен интенсивным ощущением присутствия смерти. Хотя это совсем не было мрачным или страшным: в присутствии моего мастера смерть Самтена приобрела особое значение. Для всех нас она стала учением.

Самтен лежал на постели у окна, в маленьком храме, в жилище моего мастера. Я знал, что он умирает. Время от времени я входил туда и сидел с ним. Он не мог говорить, и меня поражала перемена в его со впалыми щеками лице, которое стало измученным. Я понимал, что он покинет нас и мы больше никогда его не увидим. Становилось печально и одиноко.

Смерть Самтена была нелегкой. Звук его затрудненного дыхания преследовал нас повсюду, от его тела исходил запах разложения. В монастыре стояла такая ошеломляющая тишина, что слышалось только это дыхание. Все сосредоточилось на Самтене. И хотя это длительное умирание сопровождалось такими страданиями, в самом Самтене были покой и внутренняя уверенность. Только потом я понял, откуда это исходит: от его веры, его обучения и присутствия нашего мастера. Мне было печально, но я знал, что, раз наш мастер здесь, все будет хорошо, потому что он сможет помочь Самтену достичь освобождения. Позже я узнал, что мечта любого ученика – умереть прежде своего учителя, чтобы тот помог ему пройти смерть. Джамьянг Кхьенце, спокойно руководя Самтеном в его умирании, постепенно знакомил его со всеми этапами процесса, через которые тот проходил. Я был поражен точностью знаний моего мастера, его уверенностью и покоем, которые могли ободрить даже очень встревоженного человека. Теперь Джамьянг Кхьенце открывал нам свое бесстрашие перед смертью. Не то, что бы он легко относился к смерти: часто говоря нам, что боится ее, он предупреждал нас, чтобы мы не воспринимали ее наивно или самодовольно. Но что же позволяло моему учителю встречать смерть лицом к лицу одновременно так трезво и так легко, так практично и при этом так таинственно беззаботно? Мысли об этом завораживали и поглощали меня.

Смерть Самтена потрясла меня. В семь лет я впервые понял огромную силу учения, частью которого я становился. Я начал осознавать цель духовных занятий, которые дали Самтену принятие смерти, а также ясное осмысление того, что страдания и боль могут быть частью глубокого, естественного процесса очищения. Эти занятия дали моему мастеру полное знание о том, что такое смерть, и точную технологию, как руководить человеком в ее прохождении.

После смерти Самтена мы отправились в Лхасу, столицу Тибета. Это было трудное трехмесячное путешествие верхом. Оттуда мы продолжили наше паломничество к священным местам центрального и южного Тибета, которые связаны со святыми, царями и учеными, с седьмого века привносившими буддизм в Тибет. Мой мастер представлял собой сплав мастеров всех учений, и, благодаря его репутации, везде, где мы появлялись, его ждал восторженный прием.

Это восхитительное путешествие оставило много прекрасных воспоминаний. Тибетцы встают рано, стремясь полностью использовать естественное освещение. Мы ложились с сумерками и вставали перед восходом. Складывались палатки, последними – кухня и палатка моего мастера. С первыми лучами солнца яки, нагруженные нашим багажом, выступали в путь. Вперед отправлялся гонец, чтобы выбрать хорошее место для лагеря; примерно в полдень мы останавливались, разбивали лагерь и оставшуюся часть дня проводили там. Я любил, когда мы располагались у реки и был слышен шум воды. Мне нравилось также сидеть в палатке и слушать, как по крыше стучит дождь.

Мы путешествовали небольшой компанией, у нас было только около тридцати палаток. Днем я ехал рядом с моим мастером на золотистой лошади: он учил меня, рассказывал истории, занимался духовными упражнениями, составлял специальные упражнения для меня. Однажды, приближаясь к священному озеру Ямдрок Цо и уже увидев вдалеке бирюзовое сияние его вод, один из спутников мастера, Лама Цетен, стал умирать.

Смерть Ламы Цетена оказалась еще одним сильным поучением для меня. Он был учителем духовной жены моего мастера, Кхандро Церинг Чодрон, живущей и поныне. Многие в Тибете считают ее первой женщиной, посвятившей себя духовным занятиям; она – сокрытый мастер, и для меня – воплощение преданности; она учит уже самой простотой своего исполненного любви присутствия. Очень человечный, Лама Цетен воспринимался как родной дедушка. Это был довольно высокий, с седыми волосами человек за шестьдесят лет, от которого исходило ощущение естественной кротости и доброты. Он далеко продвинулся в занятиях медитацией; даже когда я находился рядом с ним, то испытывал чувство мира и покоя. Иногда он ругал меня, вызывая во мне страх, но, несмотря на свою строгость, он всегда сохранял свое тепло.

Лама Цетен умер необычно. Хотя невдалеке был монастырь, он отказался отправиться туда, сказав, что не хочет оставлять им труп, который придется убирать. Поэтому мы разбили лагерь как обычно, установив палатки по кругу. Кхандро ухаживала за Ламой Цетеном, поскольку он был ее учителем. Мы были одни с ней в его палатке, когда он вдруг позвал ее. Обычно он нежно называл ее «А-ми», что на его родном диалекте означало «мое дитя». «А-ми, – ласково сказал он, – подойди. Это уже происходит. Мне нечему больше тебя научить. Ты прекрасна такой, какая ты есть; я очень доволен тобой. Продолжай служить своему мастеру точно так же, как прежде».

Она тут же повернулась, чтобы выбежать из палатки, но он поймал ее за рукав. «Куда ты?», – спросил он. «Позвать Ринпоче», – ответила она.

«Не беспокой его, в этом нет нужды, – улыбнулся он. – Для мастера не существует расстояния». Сказав это, он устремил глаза к небу и отключился. Кхандро высвободила свой рукав из его пальцев и выбежала, чтобы позвать моего мастера. Я сидел, не в силах пошевелиться.

Я был поражен, что кто-то, смотрящий в лицо смерти, может обладать такой уверенностью. Лама Цетен мог позвать своего Ламу к себе, чтобы тот лично находился рядом с ним и помогал ему – любой другой жаждал бы этого, но он в этом не нуждался. Сейчас я понимаю, почему это было так. Он уже осознал присутствие своего мастера в себе самом. Джамьянг Кхьенце постоянно был в нем, в его уме и сердце; ни на одно мгновение он не чувствовал никакого разобщения.

Кхандро привела Джамьянга Кхьенце. Никогда не забуду, как он, согнувшись, вошел в палатку. Лишь посмотрев на лицо Ламы Цетена, он глядя ему в глаза, начал тихо смеяться. Он всегда называл его «Ла Ген» «старый Лама», в знак приязни. «Ла Ген, – сказал он, – не оставайся в этом состоянии!» Сейчас я понимаю, он увидел, что Лама Цетен выполняет определенное упражнение медитации, в котором занимающийся соединяет природу своего ума с пространством истины. «Ты же знаешь, Ла Ген, что при выполнении этого упражнения иногда могут возникнуть тонкие барьеры. Перестань. Я поведу тебя».

Замерев, я следил за тем, что произошло после этого, и, если бы я сам этого не видел, то не поверил бы, что такое возможно. Лама Цетен ожил. Тогда мой мастер сел рядом с ним и провел его через пхова, процедуру направления сознания перед смертью. Это можно делать разными методами, и тот, который он применил, закончился троекратным произнесением мастером слога «А». Когда мой мастер произнес первое «А», мы ясно слышали, как Лама Цетен сказал его вместе с ним. Второй раз его голос был менее различим, а в третий раз он молчал; он уже ушел.

Смерть Самтена научила меня цели духовных занятий; научила меня тому, что для людей, достигших такого уровня, естественно скрывать свои замечательные достижения в течение жизни. Фактически, иногда они показывают их только раз, в момент смерти. Даже тогда, еще ребенком, я понял, что между смертью Самтена и смертью Ламы Цетена есть поразительная разница, заключающаяся в несходстве смерти хорошего монаха, занимавшегося в своей жизни духовными упражнениями, и смерти гораздо более духовно продвинутого человека. Самтен умер обычным путем, с болью, но и с уверенностью, которую ему дала вера; смерть Ламы Цетена явилась демонстрацией духовного мастерства.

После похорон Ламы Цетена мы поднялись к монастырю Ямдрок и остановились в нем. Как обычно, я спал около моего мастера в его комнате. Помню, как той ночью я следил за мерцающими на стене тенями от масляного светильника, я не спал, пока все крепко спали, я не спал и всю ночь плакал. Тогда я понял, что смерть реальна, и что мне тоже придется умереть. Пока я лежал так, размышляя вообще о смерти и о моей собственной, в частности, постепенно сквозь всю мою печаль стало проступать глубокое чувство принятия этой реальности, а вместе с ним – решение посвятить свою жизнь духовным занятиям.

Уже в очень раннем возрасте я приблизился к пониманию смерти. Я тогда не мог и представить себе, сколько видов смерти мне предстоит пережить. Смерть трагической утраты моей страны, Тибета, после оккупации ее китайцами. Смерть изгнания. Смерть потери всего, чем владела моя семья и я сам. Моя семья, Лакар Цанг, была одной из наиболее состоятельных в Тибете. Начиная с четырнадцатого века мы были знамениты как одни из наиболее влиятельных сторонников буддизма, поддерживали буддийское учение и помогали великим мастерам в их труде. (Имя Лакар было дано этому семейству великим тибетским святым Цонгкапа в четырнадцатом веке, когда он остановился в их доме по пути в центральный Тибет из северо-восточной провинции Амдо).

Но самая сокрушительная из всех смерть была еще впереди – смерть моего мастера Джамьянга Кхьенце. Потеряв его, я почувствовал, что утратил стержень моего существования. Это произошло в год падения Тибета, в 1959 году. Для тибетцев смерть моего мастера явилась вторым сокрушительным ударом. А для Тибета она ознаменовала конец эпохи.

СМЕРТЬ В СОВРЕМЕННОМ МИРЕ

Приехав впервые на Запад, я обнаружил, насколько контрастны отношения к смерти на Востоке и на Западе. Современное западное общество, несмотря на все его технологические достижения, не имеет существенного понимания смерти, а также того, что происходит во время смерти и после нее.

Я узнал, что современных людей учат отрицать смерть, учат, что она не содержит ничего, кроме уничтожения и потери. Таким образом, большинство людей в этом мире живет, либо отрицая смерть, либо содрогаясь перед ней. Считается неприличным говорить о смерти, и люди верят, что даже простое упоминание смерти связано с риском навлечь ее на себя.

Некоторые относятся к смерти с наивным и бездумным легкомыслием, полагая, что по какой-то неизвестной причине смерть для них пройдет хорошо, и тут не о чем беспокоиться. Когда я думаю о них, то вспоминаю слова одного тибетского мастера: «Люди часто совершают ошибку, легкомысленно относясь к смерти и думая, – „Ну, смерть случается со всеми. Это не что-то важное, это естественно. Со мной все будет в порядке“. – Это приятная теория – пока не умираешь».

Один из двух подходов к смерти рассматривает ее как то, от чего нужно бежать, а другой – как то, что произойдет само собой. Как же они далеки от понимания истинного значения смерти!

Все величайшие духовные учения мира, включая, конечно, и христианство, проповедовали, что смерть – это не конец. Каждое учение по-своему изображало будущую жизнь, наполняя нынешнюю священным значением. Однако, несмотря на эти учения, современное общество в основном является духовной пустыней, и большинство его членов считают, что эта жизнь – единственная, которая есть. Не имея никакой реальной, настоящей веры в жизнь после смерти, они живут жизнью, лишенной какого-либо высшего смысла.

Я стал осознавать, что разрушительное действие этого отрицания смерти выходит далеко за пределы отдельного человека; оно влияет на всю планету. Поскольку основной верой современных людей является та, что эта жизнь – единственная, у них нет ответственности за отдаленное будущее. Поэтому ничто не останавливает их от разграбления этой планеты для достижения краткосрочных целей, от эгоистичного образа жизни, который может оказаться роковым для будущего. Сколько нам нужно таких предупреждений, какие высказал бывший бразильский министр окружающей среды, выступая в защиту джунглей Амазонки:

...

Современное индустриальное общество стало религией фанатиков. Мы разрушаем, отравляем, уничтожаем все живые системы этой планеты. Мы подписываем векселя, которые наши дети не смогут оплатить… Мы ведем себя так, будто наше поколение последнее на этой планете. Если не произойдет коренной перемены в наших сердцах, умах, представлениях, то Земля станет такой же сожженной и мертвой, как Венера.

Страх перед смертью и отсутствие знаний о жизни после смерти ведут к уничтожению нашей среды обитания, а значит и нас самих. Именно поэтому не вызывает ли тревогу то, что людей не учат ни тому, что такое смерть, ни тому, как нужно умирать? Что им не дают никакой надежды на посмертную жизнь, и что в действительности лежит в основе жизни? Может ли быть большей иронией, что молодежь может получить высшее образование по любому предмету, кроме того, который содержит ключ к смыслу всей жизни, и, быть может, к самому нашему выживанию?

Часто я с интересом наблюдал, как некоторые известные мне буддийские мастера спрашивали желающих стать их учениками: «Вы верите в жизнь после этой жизни?» Они спрашивали не о вере человека в философском смысле слова, а о том, чувствует ли он это в глубине своего сердца. Мастер знает, что, если человек верит в жизнь после этой жизни, то все его мировоззрение будет иным: у него будет определенное чувство личной ответственности, морали. Несомненно, мастера предполагали об опасности создания людьми, не верящими в жизнь после этой жизни, а поэтому не заботящихся об отдаленных последствиях своих действий, общества, нацеленного на достижение сиюминутных результатов. Может быть, именно потому мы создали такой жестокий мир, как тот, в котором мы сейчас живем, мир, в котором так мало истинного сочувствия?

Иногда я думаю, что наиболее богатые и сильные страны мира похожи на обитель богов, которую описывают буддийские учения. Там говорится, что боги живут в баснословной роскоши, наслаждаясь всеми удовольствиями, какие только можно вообразить, не думая о духовном измерении жизни. Все, кажется, идет прекрасно, пока не приближается смерть и вдруг появляются признаки разложения. Тогда жены и возлюбленные богов больше не осмеливаются приближаться к ним, а издали осыпают их цветами, прося в заученных молитвах о том, чтобы они вновь родились богами. Тогда никакие воспоминания о счастье и удовольствиях не могут защитить от страданий, но только делают их более жестокими. Так что умирающие боги уходят из жизни в одиночестве, забвении и несчастии.

Их судьба напоминает мне нынешнее отношение к старым, больным и умирающим. Наше общество одержимо молодостью, сексом и властью, и мы отворачиваемся от старости и распада. Разве не ужасно, что мы пренебрегаем стариками, неспособными уже работать и становящихся бесполезными? Разве не вызывает тревогу то, что мы отправляем их в дома престарелых, где они умирают одинокими и заброшенными?

Разве не пора рассмотреть наше отношение к страдающим такими смертельными болезнями, как рак и СПИД? Зная нескольких людей, которые умерли от СПИДа, я видел, что с ними, порой, обращались, как с отверженными, даже их друзья, а как печать позора, связанная с этой болезнью, заставляла их впадать в отчаяние и чувствовать, что их жизнь отвратительна и, в глазах всего мира, уже кончена.

Даже когда умирает знакомый или любимый человек, мы не знаем, как можно помочь ему; после же его смерти не поощряются никакие размышления о будущем умершего, о том, как этот человек продолжит свое существование, или о том, как мы можем ему помочь. В действительности, любые размышления об этом приводят к тому, что их просто считают бессмысленной чепухой.

Что все это нам показывает, с болезненной ясностью, так это то, что именно сейчас, больше, чем когда-либо, нам нужно в основе изменить наше отношение к смерти и умиранию.

К счастью, отношения начинают меняться. Например, в хосписах энтузиасты замечательно работают, оказывая умирающим практическую помощь и эмоциональную поддержку перед смертью. Однако помощи и эмоциональной поддержки недостаточно; умирающим необходимо знание действительного смысла смерти и жизни. Разве без этого мы можем дать им последнее утешение? Духовная поддержка нужна умирающим, потому что только духовное знание позволяет нам воистину встать лицом к смерти и понять ее.

Вселяет уверенность то, что в последнее время на Западе вопросы, относящиеся к смерти и умиранию, начинают освещаться в работах таких первооткрывателей, как Элизабет Кюблер-Росс и Раймонд Моуди. Углубленно рассматривая нашу заботу об умирающих, Элизабет Кюблер-Росс показала, что при безусловной любви и понимании смерти умирание может быть мирным и даже преображающим. А научные исследования многих аспектов переживания состояний, близких к смерти, проведенные после появления смелого труда Раймонда Моуди, дали человечеству подлинную и основательную надежду на то, что жизнь не кончается со смертью, и «жизнь после жизни» действительно существует.

К несчастью, некоторые не совсем поняли, что означают откровения о смерти и умирании. Они впали в крайность, представляя смерть в пленительном виде. Мне известны трагические случаи самоубийства молодых людей, верящих, что смерть прекрасна и сможет избавить их от подавленности, вызванной их жизнью. Но все равно, боимся ли мы смерти или отказываемся встать к ней лицом к лицу, или же представляем ее в романтическом виде, мы только опошляем ее. Как отчаяние, так и эйфория, – это лишь бегство от смерти. Смерть не является ни подавляющей, ни восхитительной: это просто факт жизни.

Печально, что многие из нас начинают по-настоящему ценить жизнь только накануне смерти. Я часто думаю о словах великого буддийского мастера Падмасамбхавы: «Те, кто считает, что у них много времени, становятся готовыми только к моменту смерти. Тогда их терзают сожаления. Но разве не слишком поздно?» Может ли быть ужаснее замечание о современном мире, в котором большинство людей умирает, не подготовившись к смерти, так же, как они жили не готовыми к жизни.

iknigi.net

Лучшие книги Калу Ринпоче: список из 10 шт.

  • 1.

    125

    поднять опустить

    «Совершенный буддизм» – первая из трех книг знаменитого тибетского ламы Калу Ринпоче (1904–1989), выпущенных издательством «ClearPoint Press». В этот том входят несколько жизнеописаний Калу Ринпоче, его поучения о повседневной жизни и различных буддийских истинах, вдохновляющие истории о мастерах прошлого, а также размышления о буддизме на Западе. Для широкого круга читателей. ... Далее

  • 2.

    125

    поднять опустить

    Калу Ринпоче (1905–1989) – известный учитель тибетского буддизма, один из высочайших лам традиции Кагью. «О природе ума» – шестая книга из серии «Устные наставления». Она посвящена взгляду и практике буддизма Алмазного пути (Ваджраяны). Автор проясняет понятие природы ума – сути Учения Будды – и указывает на необходимость ее осмысления. Подробно освещается цель буддийского пути, ступени и средства ее достижения. Текст снабжен примерами и поучительными историями. ... Далее

  • 3.

    120

    поднять опустить

    Калу Ринпоче (1905–1989) – известный учитель тибетского буддизма, один из высочайших лам традиции Кагью. «Вступая на буддийский путь» – седьмая книга из серии «Устные наставления». В ней подробно объясняются важнейшие основы буддийской практики – четыре мысли, обращающие ум к Освобождению и Просветлению, и понятие Прибежища. ... Далее

  • 4.

    118

    поднять опустить

    Книга открывает серию изданий, подготовленных на основе лекций известного тибетского ламы и мастера медитации Калу Ринпоче. В книге «Мы все обладаем природой Будды» рассматриваются основные положения буддизма с точки зрения Ваджраяны (Алмазного пути). Автор подробно исследует природу сознания и его объектов. Для широкого круга читателей. ... Далее

  • 5.

    100

    поднять опустить

    Калу Ринпоче (1904–1989) – лама линии Шангпа Кагью, учился и практиковал со многими выдающимися учителями из разных традиций, был одним из первых тибетских мастеров, кому довелось учить на Западе. Углубленный буддизм – второй из трех томов, содержащих полные поучения Калу Ринпоче. В книге представлены наставления о Хинаяне и Махаяне как эзотерических аспектах Учения. В ней приводятся разъяснения о пустотной природе ума и сочувствии, о карме и положении существ в цикле перерождения. Большое место отводится поучениям о работе с мешающими эмоциями. Для широкого круга читателей. ... Далее

  • 6.

    100

    поднять опустить

    Калу Ринпоче (1915–1989)– известный учитель тибетского буддизма. «Основы буддийского пути» – четвертая книга из серии «Устные наставления». Здесь содержатся краткие, но глубокие объяснения основополагающих терминов, главным образом, первой Колесницы буддизма – Хинаяны. Большое внимание уделяется подробному рассмотрению Четырех благородных истин и скандх (скоплений). ... Далее

  • 7.

    100

    поднять опустить

    «Радужные небеса» – вторая книга в серии работ, составленных из лекций этого известного тибетского ламы и мастера медитации. В книге рассматриваются прежде всего вопросы медитации Ваджраяны (Алмазного пути), обет Бодхисаттвы и взгляд Махамудры. ... Далее

  • 8.

    100

    поднять опустить

    Калу Ринпоче (1915–1989)– известный учитель тибетского буддизма. «Дхарма Алмазной колесницы» – пятая книга из серии «Устные наставления». С позиции тибетских буддийских школ Карма и Шангпа Кагью здесь представлены сведения об основных категориях и понятиях буддизма Ваджраяны, таких как бардо, мандала, Махамудра и другие. ... Далее

  • 9.

    100

    поднять опустить

    «Восходящее солнце мудрости» – третья книга в серии работ, составленных из лекций этого известного тибетского ламы и мастера медитации. В книге автор подробно освещает тему мешающих эмоций, описывает их причины и последствия, представляет методы их преодоления и преобразования. Написанная простым и понятным языком, книга рассчитана на широкий круг читателей. ... Далее

  • 10.

    1

    поднять опустить

    Калу Ринпоче (1904–1989) – лама тибетской линии преемственности Шангпа Кагью, учился и практиковал со многими выдающимися учителями из разных традиций, был одним из первых тибетских мастеров, кому довелось учить на Западе. Книга «Тайный буддизм. Глубина Алмазной колесницы» описывает важнейшие принципы буддизма Ваджраяны. Автор объясняет значение мантр, посвящений, Шести йог Наропы, Чистой страны и шести состояний бардо, а также подробно останавливается на практике чод. Кроме того, он дает обзор традиций тибетского буддизма, особенно выделяя школы Карма Кагью и Шангпа Кагью, и представляет общие принципы тибетской медицины. ... Далее

  • knigi-avtora.ru

    Читать онлайн книгу Советы от всего сердца

    сообщить о нарушении

    Текущая страница: 1 (всего у книги 6 страниц)

    Назад к карточке книги
    Советы от всего сердца

    Санг–юм Ригдзин Вангмо, супруге Кябдже Дуджома Ринпоче, молясь о ее долголетии и исполнении всех ее желаний, этот перевод с благодарностью и почтением посвящаем.

    Предисловие

    Ом свасти!

    Падмакара, второй Будда, в нашу темную кальпу вновь явил себя в облике человека и принял имя Дуджом Ринпоче, Дродул Лингпа Еше Дордже. Это имя, которое ласкает слух, освещает наш мир лучами славы. От всего сердца низко кланяюсь ему!

    Его глубокие наставления вобрали в себя бессмертный нектар из мириадов учений, чудесные достоинства и священную правду Дхармы Будды! Когда слушаю их, освобождается ум, когда думаю о них, мое сердце исполняется радости!

    Этими строками я предваряю некоторые из устных учений владыки мандал Кябдже Дуджома Дордже Чанга, Дродула Лингпы Джигдрала Еше Дордже – наставления, которые подобны живительному дождю, орошающему благородные помыслы и способности тех, кого надлежит обучать. В этой небольшой книге и были собраны эти наставления.

    Я нисколько не сомневаюсь, что эта сжатая суть глубоких учений, которую точно выражает перевод, выполненный во Франции переводческой группой «Падмакара», способна излечить болезнь угнетающих омрачений у всех нас, буддисты мы или нет, родившихся в эту эпоху упадочных представлений и неодолимых пагубных эмоций. Я уверен, что эти учения воодушевят умы всех, принеся им счастье. Я молюсь, чтобы вы прочитали их и почаще обдумывали.

    Невежественный Вакиндра Дхармамати, монах Будды Шакьямуни, носящий имя Дзаронг Трулшиг Шатрул, написал это в Таши Палбар Линге, что в Ла–Соннери, Дордонь, Франция, в благоприятный двадцать пятый день одиннадцатого лунного месяца, в 1999 году.

    Джаянту!

    От переводчиков

    Главную часть этой книги составляет ряд бесед Кябдже1   Кябдже (skyab rje), что значит «владыка прибежища», – это традиционный титул, присваиваемый ламам, обладающим великой мудростью и духовными достижениями. Довольно любопытно, что в тех ситуациях, когда он используется традиционно, в Западной Европе и в Америке склонны заменять его титулом «Его Святейшество». Хотя, вероятно, для этого есть некоторые основания, если речь идет о Далай–ламе (светском и духовном лидере, которого принято так именовать уже сто лет), по ряду причин представляется совершенно неуместным и нежелательным расширять употребление этого титула, а также других титулов, заимствованных из католической иерархии. Следует помнить, что «Его Святейшество» и «Его Преосвященство», по сути, указывают на ранг священнослужителя, который присваивается властями, а не вследствие общенародного признания. Кроме того, эти титулы не всегда рассматриваются как выражение почитания и не обязательно свидетельствуют о духовном достижении или личной праведности, что становится очевидным дажепри беглом знакомстве с историей католицизма. Поэтому кажется более разумным сохранить тибетский титул, который в сочетании с именем такого ламы, как Дуджом Ринпоче, обретает великий смысл и действительно служит точным определением.

    [Закрыть] Дуджома Ринпоче. Одна из них датируется еще 1962 годом, но в целом они относятся к семидесятым годам и были произнесены и на Западе, и на Востоке. Эти беседы были сохранены на магнитофонной пленке, а потом записаны и опубликованы как небольшая книга, вероятно, в Катманду. Санг–юм Ригдзин Вангмо, супруга Дуджома Ринпоче, предоставила один экземпляр книги «Падмакаре» для перевода. Именно благодаря ей и с ее любезного разрешения эти замечательные учения стали доступными для западных читателей.

    В отличие от трех остальных школ тибетского буддизма, возникших уже после периода гонений со стороны царя Лангдармы и складывавшихся главным образом вокруг конкретного лидера или иерарха, последователи школы нингма, чья традиция восходит к зарождению буддизма в Тибете, не составляли монолитной единой организации. Многоступенчатая организация и сложная администрация чужды духу нингма. Эта традиция развивалась свободным, нецентрализованным образом, порождая широкий диапазон учений и практик, связанных главным образом, как говорит Дуджом Ринпоче, с шестью крупнейшими монастырями и их бесчисленными ответвлениями. По крайней мере такова была ситуация до китайского вторжения. Но затем разразилась катастрофа: монастыри были разрушены, а люди, кто мог, бежали в Индию. Чтобы сохранить целостность традиции, сочли необходимым назначить одного лидера, вокруг которого могли бы сплотиться оставшиеся в живых и разбросанные люди. Для нингмапинцев это был новый поворот событий, но он не вызвал никаких трудностей. Выбор единодушно пал на Дуджома Ринпоче – учителя, исполненного безмерных знаний и духовных достижений, тэртона, непререкаемого авторитета в учениях школы нингма и особенно в Дзогчене, а также признанного представителя самого Гуру Падмасамбхавы. Он пользовался безусловным и всеобщим благоговейным уважением, и Далай–лама заслуженно признал его лидером школы нингма.

    Разумеется, мы, уроженцы Запада, новички в практике, можем только косвенно получить некоторое представление о степени его духовной силы и его достоинствах как учителя Дзогчена – высокочтимого гуру множества учеников, которые и сами были совершенными учителями. Несмотря на скромность и простоту, с которыми держался Ринпоче, никто, находясь рядом с ним, не мог не ощутить присутствия величайшего учителя, воплощения учения. Как мы часто слышали из уст лам и кенпо, «он просто был Гуру Ринпоче».

    Тем более удивительно, что, неустанно трудясь на благо сохранения учений и их практики среди тибетцев в Индии, Непале и Бутане, Дуджом Ринпоче питал такой живой и полный сострадания интерес к «иностранным» ученикам, уроженцам как Востока, так и Запада. С годами он стал путешествовать не только по странам Южной Азии и Дальнего Востока, но также Европы и Америки. Подобно тому, как Гуру Падмасамбхава упрочил Дхарму в Тибете, Дуджом Ринпоче тоже распространял ее в «отдаленных варварских краях» и согласно строгим нормам подлинной традиции. В конце концов он решил обосноваться именно в Дордони, Франция. Здесь он и скончался в январе 1987 года, что сопровождалось множеством чудесных знаков, и пролитый им поток благословений осязаем до сих пор.

    Для нас, западных людей, он был поистине любящим отцом. И хотя, если того требовали обстоятельства, он не смягчал выражений, но мог быть строгим и говорил очень метким, ярким и красочным языком, – он был олицетворением мягкости и доброты. Его присутствие было источником неиссякаемого воодушевления, его письменные работы – образцом ясности и изящества. Его устные учения столь доступные и ясные, как, мы надеемся, будет видно из этой книги, отличались простой, четкой прямотой, выдающей истинное владение знаниями. Тем не менее, он был, как свидетельствует его краткая автобиография, чрезвычайно скромным человеком. Сообщив лишь сухие факты своей практики и работы, он, отшучиваясь, замалчивал свои личные достижения.

    В жизни членов переводческой группы «Падмакара» Дуджом Ринпоче занимает особое место. Он не только основал в 1980 году свой учебный центр в Ложерали, Дордонь, но в тот же год дал благословение трехлетнему затворничеству в Шантелюбе, которое он лично открыл и которым руководил, давая много посвящений и важных учений.

    Работа над этим переводом была огромной честью, и, как бы он ни был неумел и несовершенен, мы предлагаем его как скромный знак глубокой благодарности. К устным учениям, составляющим первоначальное собрание записей, мы сделали некоторые добавления, которые, вероятно, будут интересны западному читателю.

    Это краткая автобиография, два стихотворения и краткое введение в Дзогчен. Нам особенно приятно включить в книгу это введение, которое мы перевели, пользуясь советами Кябдже Трулшига Ринпоче. Этот перевод вошел в данную книгу с его любезного разрешения.

    Написано в Дордони в годовщину Гуру Ринпоче, в августе 2000 г.

    Благодарности

    Прежде всего переводчики хотели бы поблагодарить неизвестных нам людей, которые записали и опубликовали учения Дуджома Ринпоче. Кроме того, мы особенно обязаны Трулшигу Ринпоче, который любезно написал предисловие к этой книге и дал свое благословение на весь проект. Мы также очень благодарны нашим учителям Пэма Вангьялу Ринпоче, Джигмэ Кенце Ринпоче и особенно Рангдролу Ринпоче, который много раз оказывал нам большую помощь при работе с текстом и вообще сделал возможным осуществление этого перевода. И наконец мы хотели бы поблагодарить наших читателей Дженни Кейн, Стива Гетена и Вивьен Курц за их щедрую помощь и ценные советы. Перевод выполнен членами группы «Падмакара» Хеленой Бланкледер и Вулстаном Флетчером.

    Переводческая группа «Падмакара» с благодарностью отмечает щедрую поддержку Фонда Цадра, финансировавшего перевод этой книги.

    СОВЕТЫ ОТ ВСЕГО СЕРДЦА
    1. ДХАРМА БУДДЫБеседа Кябдже Дуджома Ринпоче с его западными учениками

    Здесь собрались верные друзья Дхармы, и я очень счастлив, что могу рассказать вам немного об учении Будды!

    Все мы здесь, люди со всего мира, представители разных рас и культур, ощущаем подлинное и безотчетное чувство преданности высшей Дхарме. Мы обрели отчетливую уверенность в ней и вошли во врата глубоких учений. Нам очень посчастливилось!

    То, что мы называем священной Дхармой, – это нечто невероятно драгоценное и редкостное. Наше нынешнее желание посвятить себя ей, все благоприятные обстоятельства и счастливая возможность по–настоящему практиковать – всё это пришло к нам вследствие огромного накопления заслуг, собранных нами в прошлом.

    ТРИ КОЛЕСНИЦЫ

    Каково происхождение этого высокого учения? Оно пришло к нам от совершенного Будды, чет–вертого из тысячи двух будд, которым надлежит явить себя в ходе Счастливой кальпы. Мы живем в такое время, когда его учение еще существует. Более того, хотя все будды одинаковы в том, что учат Дхарме трех колесниц2   Три колесницы (theg ра gsum): колесницы шравак, пратьекабудд и бодхисаттв. Согласно воззрению Хинаяны и читтаматры, эти три колесницы представляют собой конечные пути и соответствуют трем известным разновидностям существ. В отличие от I них, мадхьямака учит, что три колесницы соответствуют всего лишь временной ориентации, а в конечном счете существует только одна колесница, приводящая к состоянию будды. Это значит, что после обретения плода их пути, который не является, как они считают, окончательным, шраваки и пратьекабудды постепенно выходят из покоя своей нирваны и вступают на путь Махаяны: следуют по пути бодхисаттвы и достигают состояния будды.

    [Закрыть], только Будда Шакьямуни – в те времена, когда человеческая жизнь продолжалась около ста лет, – открыл людям ваджрную колесницу Тайной Мантры.

    Согласно исходным учениям шравак и пратьекабудд, наш учитель Шакьямуни был человеком наилучших, высших способностей, который сначала в течение трех неизмеримых кальп копил заслуги, в течение следующих трех кальп очищал загрязнения и со временем достиг совершенства состояния будды. С этой точки зрения, он был обычным человеком, который достиг просветления путем накопления заслуг и очищения загрязнений. Однако в Махаяне воззрение колесницы Тайной Мантры заключается в том, что Будда осуществил для себя дхармакаю, тем самым завершив свой духовный труд, длившийся бесчисленные кальпы. Будда Шакьямуни – это его рупакая, его явленное тело, которое, движимое состраданием, сошло в этот мир ради блага других. Такое «воплощение сострадания, сошедшее сверху»3   «Воплощение сострадания, сошедшее сверху» (thugs rjes yas sprul) – это тулку, или проявление полностью просветленного существа, которое добровольно является в мир, чтобы помогать существам. Следует отличать от перерождения ламы или учителя, который всё еще продвигается по пути и не достиг полного состояния будды (lam rim gyis bgrod pa’i bla ma).

    [Закрыть], приходит в мир сансары только ради блага его обитателей и, чтобы им помочь, являет себя в том облике, который соответствует обстоятельствам. Вот почему Будда проявил двенадцать деяний просветленного существа: схождение с небес Тушита, рождение в мире людей и, наконец, обретение им просветления4   Все высшие будды–нирманакаи проявляют двенадцать деяний: 1) сходят с небес Тушита, 2) входят в чрево матери, 3) рождаются, 4) изучают все науки и искусства. Повзрослев, они: 5) наслаждаются обществом своих супруг, 6) отрекаются от мирской жизни, 7) предаются аскетизму, 8) отправляются в Ваджрасану, 9) побеждают полчища мар, 10) обретают совершенное просветление, 11) вращают Колесо Дхармы и 12) со временем уходят в нирвану.

    [Закрыть].

    Затем Будда повернул Колесо Дхармы на благо существ, уча сообразно их различным потребностям и частным взглядам. Для тех, у кого способности ума ограниченны и запас кармической удачи меньше, он дал путь шравак и пратьекабудд, в котором главный упор делается на то, чтобы избегать неблагих поступков словом и делом. Для тех, у кого способности высоки и заслуги превосходны, он дал учения Махаяны, где упор делается на упражнение ума, которое заключается в развитии бодхичитты. Здесь обеты и правила, связанные с телом и речью, представляются как вспомогательные средства. И наконец, для тех, у кого еще более высокий умственный кругозор и еще большие накопления заслуг и кто готов получить соответствующие учения, Будда дал учения колесницы плода – Тайную Мантру Махаяны, которая выходит далеко за пределы учений колесниц причины5   Хинаяна и общая Махаяна называются колесницами причины, потому что те, кто их практикует, работают только с причинами, которые непосредственно приносят плод своего пути (для шравак – это состояние архата) и косвенно приносят окончательный плод – состояние будды. Колесница плода (Ваджраяна) называется так потому, что это путь, на котором практик работает с самим плодом, а именно с пустой и ясной природой ума.

    [Закрыть].

    ПРИБЕЖИЩЕ И БОДХИЧИТТА

    Так что же приводит нас к учению Будды? Через какие врата нам нужно войти? Какова, так сказать, «умственная почва», в которую мы должны посадить семя Дхармы? Это принятие прибежища. Именно в нем заключается разница между буддистом и небуддистом, между тем, кто внутри учения, и тем, кто вне него. Принять прибежище – значит признать Три Драгоценности – Будду, Дхарму и Сангху – своими неизменными защитниками и обратиться к ним искренне и с полным доверием. Это открывает врата Дхармы с самого начала.

    Каково же должно быть наше коренное отношение, с которым мы принимаем прибежище в Трех Драгоценностях? Необходимо понимать, что среди живых существ, которые наполняют всё пространство, нет ни одного, которое некогда не было бы нашим отцом или матерью. Мы должны осознать, что все они были нашими родителями, и почувствовать к ним благодарность за их любовь и доброту, которые они к нам проявили. Еще нам нужно понять, что все эти существа, наши бывшие матери, тонут в океане страданий сансары. Необходимо развивать в себе бодхичитту, приняв решение практиковать высшую Дхарму ради их блага. Бодхичитта – это основополагающая подготовка и основа для нашей практики пути.

    Те, кто имеет воззрение шравак или пратьекабудд, неспособны по–настоящему понять, что всё пространство заполнено существами, которые некогда были нашими родителями, и что нам нужно практиковать Дхарму ради их блага. Они удовлетворяются просто задачей своего собственного освобождения от океана скорби сансары. Именно в соответствии с этим идеалом личного освобождения они соблюдают нравственные правила, воздерживаясь от дурных поступков словом и делом. Они посвящают жизнь практике очищения и медитации, благодаря чему достигают уровня пратьекабудды. Однако такое случается только после непрерывной практики в течение одной неизмеримой кальпы или по крайней мере трех жизней, шестнадцати жизней и т. д.

    Те, кто придерживается воззрения Махаяны, считают чем‑то постыдным желать освобождения только для себя, в то время как другие существа, которые когда‑то были вашими любящими родителями, тонут в океане страдания. Полагая, что это совершенно недостойно, они решают практиковать Дхарму, чтобы суметь привести существ, своих родителей, к освобождению. Они полны решимости делать это независимо от последствий и готовы оставаться в сансаре столько, сколько понадобится, чтобы выполнить эту задачу. Это широкий, великодушный подход, который должен быть и у нас.

    Что бы мы ни делали, мы не совершаем ни единого поклона, не произносим ни единой мантры мани, не выполняем ни единой медитации на стадиях зарождения и завершения, ни единой практики, ни единой садханы – без молитвы прибежища и бодхичитты вначале и без посвящения заслуг и благопожелания в конце.

    Святая Дхарма, как мы говорим, чрезвычайно широка и глубока, она содержит бесчисленные наставления. Сказано, что Будда, учитывая различные уровни умственных способностей людей, дал не менее чем восемьдесят четыре тысячи разделов учения. Когда мы практикуем, наша задача заключается в том, чтобы собрать все эти учения в единую суть. Но как нам это сделать? На самом деле, хотя Будда дал бесчисленные учения, основная идея их всех содержится в одной строфе:

     Откажись от всех дурных дел,Усердно твори добро,Полностью овладей своим умом —Вот учение Будды. 

    Будда действительно сказал, что мы должны отказаться от дурных дел, но творить добро. Но что же такое неблагое действие? Действия тела, речи или ума являются неблагими, если они причиняют вред другим. Как сказал Будда, мы должны воздерживаться от любых поступков, которые вредят другим. И наоборот, действияназываются полезными или благими, если они приносят пользу другим.

    Каков корень всего этого, источник добра и зла? Творец всякого блага – ум, если он с пользой употребляет тело и речь, своих слуг. Творец всякого зла – тоже ум, если он употребляет тело и речь во вред. Корень и причина добра и зла – сам ум. Тем не менее, в некотором смысле этот собственный ум нам незнаком. Он делает что угодно, словно безумец, мечущийся туда и сюда под влиянием малейшего побуждения. Так накапливается карма.

    Ум – корень всех загрязнений. Именно в нем рождается гнев, а от гнева происходит всевозможный вред и ущерб для других: драка, побои и всё тому подобное. Ум – почва, на которой произрастает всё: всякое недоброжелательство, зависть, желание, глупость, заносчивость и т. п. Вот почему Будда велел нам держать свой ум в узде. Осознав, что ум – корень всего пагубного, необходимо бдительно держать его под контролем, уменьшая загрязнения насколько возможно. Нам нужно полностью сосредоточиться на этом, обретя власть над всеми проявлениями.

    Ум может двигаться и в благотворном направлении. Он может распознавать качества ламы и Трех Драгоценностей, благодаря которым он испытывает чувство веры и принимает прибежище. С помощью практики Дхармы умможет и накапливать причины для собственного освобождения и освобождения других. Следовательно, поскольку ум есть корень как добра, так и зла, ясно, что его надлежит исправлять и преображать. Так что наблюдение за своим умом – это главная особенность практики; уму уделяют внимание все колесницы Дхармы. Особенно это верно, если говорить об учениях Тантры. Ведь именно ум вступает в мандалу Ваджраяны – Тайной Мантры и выполняет все практики.

    ВАДЖРАЯНА – ТАЙНАЯ МАНТРА

    Только благодаря ламе, нашему духовному другу, у нас есть возможность переступить порог глубоких учений святой Дхармы. Из‑за наших загрязнений и осквернений нам не посчастливилось встретиться с самим Буддой, когда он был жив. Но нам всё‑таки посчастливилось встретиться с Дхармой, его учением, и это на самом деле даже лучше, чем просто повидать его самого. Эти наставления, открывающие нам глаза на то, что мы должны делать и от чего должны воздерживаться, передал нам наш учитель. Чрезвычайно важно понять, как нам невероятно посчастливилось, что нас принял наш благой друг. Именно лама открывает нам глаза на то, что мы должны делать и чего должны избегать.

    Именно он указывает нам на загрязнения, которых мы должны избегать, и, делая это, он исполняет деяния самого Будды. Если мы будем по-настоящему усваивать и выполнять всё, что он говорит относительно поступков, которые нужно совершать и которых нужно избегать, мы достигнем своей цели, а именно освобождения.

    Важно понять, как правильно практиковать Дхарму Будды. Нам нужно делать это хорошо, собрав воедино все сотни методов. Если мы так сделаем, то наша практика станет легкой и очень действенной. Более того, учения Тайной Мантры, Ваджраяны, еще не исчезли из этого мира. Они всё еще существуют. То, что мы принимаем их и придерживаемся их, – наша высшая удача. Нам несказанно повезло.

    Вы можете спросить, почему учения Мантры хранят в тайне? Это объясняется даже не их глубиной, а тем, что их необходимо беречь от людей с ограниченными, узкими взглядами. Путь Тайной Мантры обладает необычными отличиями, такими как легкость, быстрота, большая тонкость и искусные способы. Иными словами, она богата методами, свободна от трудностей и предназначена для тех, кто обладает высокими умственными способностями, а ее практика чрезвычайно тонка. Те, кто от природы подходит для Тайной Мантры, благодаря этим методам обретут плод – состояние будды – легкои быстро. Ведь само слово мантра объединяет в себе два смысла: «легкость» и «быстрота».

    Разницу между воззрением и практикой Тайной Мантры с одной стороны и воззрениями и практиками иных путей с другой стороны показывают на примере поля, на котором проросло ядовитое растение. Люди несмелые, ограниченные и ненаходчивые думают, что, если это растение попадет им в пищу, они обязательно умрут. Поэтому они срубают растение и выбрасывают его подальше. Боясь, что корни дадут новые ростки, они их выкапывают. Вот что делают люди не слишком отважные.

    В этом примере яд соответствует неведению. А поскольку даже крошечный кусочек ядовитого корня необходимо удалить из почвы и выбросить, ясно, что людям, которые этим занимаются, придется проделать очень трудную работу. Эта работа сравнима со способом, каким обретают плод освобождения, практикуя в соответствии с воззрением шравак и пратьекабудд.

    Теперь представьте, что приходит находчивый, смелый человек и спрашивает этих людей, что они делают. Ему отвечают, что если они оставят ядовитое растение, то это будет очень опасно. Его необходимо не только вырубить, но и выкопать корни, чтобы в земле не осталось и следа. Каков же будет подход этого умного человека? Он согласится с тем, что от растениянужно избавиться, но он знает, что нет необходимости так долго копаться, чтобы растение перестало существовать. Он пояснит, что его легко можно уничтожить, просто вылив на корни кипяток. Его подход похож на тот, который применяют в Бодхисаттваяне по отношению к загрязнениям. Чтобы устранить загрязнения, необязательно претерпевать такие же трудности, как это делают шраваки на уровне принятия одних действий и избегания других. Тем не менее, в Бодхисаттваяне всё еще необходимо использовать противоядия. Например, медитация о добросердечии является противоядием от гнева. Противоядия же, разумеется, применяют, исходя из представлений, что они отличны и отдельны от загрязнений, которые они призваны излечить.

    А что если там случится проходить врачу и он спросит людей, что они делают? Услышав, что они избавляются от опасного растения, лекарь сказал бы так: «Я врач и знаю, как из этого растения сделать лекарство. Я могу приготовить из него превосходное средство от того самого яда, который в этом растении содержится. Ведь я так долго его искал. Дайте его мне, я сам о нем позабочусь». Этого лекаря можно сравнить с практиком Тайной Мантры, который способен изготовить из яда сильное лекарство. Такому практику не нужно тяжко трудиться, чтобы избавиться от загрязнений, считая их отличнымиот противоядия. Сами загрязнения можно преобразить в мудрость. Это путь Тайной Мантры.

    И наконец, представьте, что это ядовитое растение находит павлин. Нимало не колеблясь, он склюет его с большим удовольствием, отчего его оперение станет еще более восхитительным. Павлину, под которым в данном случае мы подразумеваем практика Дзогчена – Тайной Мантры, совершенно незачем избегать ядовитого растения. Практик Дзогчена осознаёт, что нет такой реальной, осязаемой вещи, как загрязнение, которого следует избегать. Как павлин питается ядом, отчего его перья становятся только красивее, так практик Тайной Мантры не отвергает загрязнений, но доводит до совершенства просветленные качества кай и мудростей. Это дает нам представление о разнице между большим и малым путями.

    Только павлин способен питаться ядом. Точно так же учений Дзогчена нет ни в одной другой духовной традиции, кроме Тайной Мантры. С другой стороны, разные люди по своей натуре принадлежат к разным путям, и эти пути могут быть большими или малыми. Для них существенно важно практиковать в соответствии со своими способностями, иначе их может подстерегать большая опасность. Чтобы иметь возможность практиковать Дзогчен, необходимо быть полностью убежденным, абсолютно увереннымв воззрении. Поэтому я собираюсь сказать вам несколько слов о нем – о воззрении Дзогчена – учения Тайной Мантры Махаяны.

    Назад к карточке книги "Советы от всего сердца"

    itexts.net

    Ринпоче книги

    Результаты поиска по запросу Ринпоче книги: найдено 879 страниц.

    • Книга Велеса

      ... и не говорит, что мы имеем многих богов». "Книга Велеса" Интересна история написания этой книги. В комментарии к 5-му изданию «Книги Велеса» говорится (См. «Книга Велеса», М. 1997 с. 138): Судя по тексту «Книги Велеса», она создавалась в VIII-IX веках нашей эры в ... именно варяжского толка, с кровавыми жертвами Перуну (о том, что варяги приносят человеческие жертвы Перуну, упоминает и «Книга Велеса») (Троян; Пр: 1. Лют; I, 4. 11). Эта практика сохранялась и при Владимире Святославиче, проведшем ...

      https://www.sunhome.ru/navigator/kniga-velesa.html

    • Книга Жизни - Свитки Вечности

      ... становятся все плотнее и плотнее от сферы к сфере, превращаясь в плоть и кровь вселенных и населяющих их существ. Так информация о жизни становится самой жизнью. Жизнь как Книга. Смысл Жизни. Осознание Жизни или осмысление Жизни - это не есть Смысл Жизни: Сознание - это Смысл Жизни. Оно зарождалось бесконечно долго, но все ...

      https://www.sunhome.ru/navigator/kniga-zhizni-svitki-vechnosti.html

    • Книга , группа , рав или Возлюби Бога и Ближнего

      ... народу для приближения к богу две заповеди или два закона: возлюби Бога и Ближнего. Каббала предлагает альтернативный путь: книга группа и рав - это гарантия успешного духовного продвижения. Кто прав: Бог или каббалисты? К кому пойти оторванному ... от бога? Начнем с каббалистов и кратко проанализируем их рецепт. Книга. Происхождение книги вызывает первый вопрос. С какого уровня она написана, из клипы или из кдуша. На каком уровне каббалист получил ...

      https://www.sunhome.ru/navigator/kniga-gruppa-rav-ili-vozlyubi-boga-i-blizhnego.html

    • Душа человека. Из книги Законы и знания души

      ... Путь познания глубины души – путь открытия Божественных законов, путь жизни…» • Мудрость души 1.05.2003 «Первая книга откровений» - из откровения №42 (Божественное слово): «… Мудрость души, мудрость вечности укрепляет дух и исцеляет тело ... •Единство в целостности – наивысшее проявление Божественной любви, доступное человеку сегодня. • Имя души 1.05.2003 «Первая книга откровений» - из откровения №42 (Божественное слово): «… Правда открывает глаза души. Только зрячая душа может узнать ...

      https://www.sunhome.ru/navigator/dusha-cheloveka-iz-knigi-zakonyi-i-znaniya-dushi.html

    • Лопён Цечу Ринпоче

      ... и святые места Тибета. У него было много учителей всех четырех школ тибетского буддизма. В 1944 году Ринпоче встретил Его Святейшество Шестнадцатого Гьялва Кармапу в Бумтанге (Бутан) и, благодаря сестре бутанского короля, был приглашен на ... Просветления в Бенальмадене (Испания) – самого большого буддийского сооружения на Западе. Всего за четыре месяца до ее инаугурации Ринпоче не стало. Ринпоче умер в клинике Бангкока (Тайланд) 10 июня 2003 года в возрасте 85 лет. Люди различных культур до сих ...

      https://www.sunhome.ru/navigator/lopyon-tsechu-rinpoche.html

    • Цитаты Джигме Ринпоче из программы Развитие Сердца Воина

      Учение основано на традиции просветленного Воина - Царя Тибета Гесара Цитаты Джигме Ринпоче из программы Развитие Сердца Воина Мы с Вами из разных миров, но у нас есть много общего, основополагающие человеческие качества, и все мы хотим сделать жизнь наполненной смыслом. ...

      https://www.sunhome.ru/navigator/tsitatyi-dzhigme-rinpoche-iz-programmyi-razvitie-serdtsa-voina.html

    • Поражения психики, головного мозга из-за вредных книг

      ... ЛИТЕРАТУРЫ, НЕ ИМЕЮЩЕЙ БОЖЕСТВЕННОЙ ЗАЩИТЫ. ВРЕДНОСТЬ ТЕЧЕНИЙ И КНИГ. На лекции, которую я читала когда-то в клубе «Гармония», я привела пример об опасности учения Рерих и книги Агни-Йога для психики, приведя пример, как одна ... сохранить жизнь и счастливую судьбу. Что касается книг, — то я делала тестирование на вредность некоторых книг. Кроме Рерих несут вред книги Костаньеды, книги Бхагават Гита, так как там искажена Божья Истина, книги по черной магии нельзя было даже взять ...

      https://www.sunhome.ru/navigator/porazheniya-psihiki-golovnogo-mozga-iz-za-vrednyih-knig.html

    • Голубиная книга

      ... а что-то — забывая. В итоге до нас дошло несколько вариантов сказания. Самые сильные изменения текст «Голубиной книги» понес после крещения Руси и распространения письменности — на древнюю, языческую, основу, как новая ткань на пяльцы ... Знаменитый ученый-фольклорист, собиратель сказок, А. Н. Афанасьев, говорил: «Суеверные сказания, передаваемые стихом о голубиной книге, составляют общее достояние всех индоевропейских народов и совершенно совпадают с древнейшими мифами индусов и с показаниями Эдды. ...

      https://www.sunhome.ru/navigator/golubinaya-kniga.html

    • О книге Мораль XXI века

      ... к христианским ценностям. «Мораль ХХI века» составит сильную оппозицию катехизису современной демократии западного образца - книге Карла Поппера «Открытое общество и его враги». Поппер в свое время разнес в щепки всю атрибутику ... обнаруживают, что в действительности это не так, впадают в глубокую депрессию и жизнь теряет для них смысл». Книга Дарио Саласа Соммэра рассказывает о многих скрытых сторонах современной демократии и неолиберализма. Он показывает, что мораль демократии - ...

      https://www.sunhome.ru/navigator/o-knige-moralj-xxi-veka.html

    • Из книги Уроки жизни (2)

      ... жить любовью, Я учу тебя любить жизнь. Я рассказываю тебе вечную историю любви. Я читаю тебе твои страницы этой книги – великой Книги Жизни, великой истории любви. В Книге Жизни описаны все пути ко Мне. Один из них твой, дочь моя. Я указываю его тебе. Я веду ... тебя по жизни. Имя книги – « Жизнь». Эта книга – история любви ко Мне всех членов Огненного братства вечности, огненных детей любви моей, исполнителей воли моей, творцов Единой ...

      https://www.sunhome.ru/navigator/iz-knigi-uroki-zhizni-2.html

    www.sunhome.ru

    Ринпоче книги

    Результаты поиска по запросу Ринпоче книги: найдено 879 страниц.

    • Книга Велеса

      ... и не говорит, что мы имеем многих богов». "Книга Велеса" Интересна история написания этой книги. В комментарии к 5-му изданию «Книги Велеса» говорится (См. «Книга Велеса», М. 1997 с. 138): Судя по тексту «Книги Велеса», она создавалась в VIII-IX веках нашей эры в ... именно варяжского толка, с кровавыми жертвами Перуну (о том, что варяги приносят человеческие жертвы Перуну, упоминает и «Книга Велеса») (Троян; Пр: 1. Лют; I, 4. 11). Эта практика сохранялась и при Владимире Святославиче, проведшем ...

      https://www.sunhome.ru/navigator/kniga-velesa.html

    • Книга Жизни - Свитки Вечности

      ... становятся все плотнее и плотнее от сферы к сфере, превращаясь в плоть и кровь вселенных и населяющих их существ. Так информация о жизни становится самой жизнью. Жизнь как Книга. Смысл Жизни. Осознание Жизни или осмысление Жизни - это не есть Смысл Жизни: Сознание - это Смысл Жизни. Оно зарождалось бесконечно долго, но все ...

      https://www.sunhome.ru/navigator/kniga-zhizni-svitki-vechnosti.html

    • Книга , группа , рав или Возлюби Бога и Ближнего

      ... народу для приближения к богу две заповеди или два закона: возлюби Бога и Ближнего. Каббала предлагает альтернативный путь: книга группа и рав - это гарантия успешного духовного продвижения. Кто прав: Бог или каббалисты? К кому пойти оторванному ... от бога? Начнем с каббалистов и кратко проанализируем их рецепт. Книга. Происхождение книги вызывает первый вопрос. С какого уровня она написана, из клипы или из кдуша. На каком уровне каббалист получил ...

      https://www.sunhome.ru/navigator/kniga-gruppa-rav-ili-vozlyubi-boga-i-blizhnego.html

    • Душа человека. Из книги Законы и знания души

      ... Путь познания глубины души – путь открытия Божественных законов, путь жизни…» • Мудрость души 1.05.2003 «Первая книга откровений» - из откровения №42 (Божественное слово): «… Мудрость души, мудрость вечности укрепляет дух и исцеляет тело ... •Единство в целостности – наивысшее проявление Божественной любви, доступное человеку сегодня. • Имя души 1.05.2003 «Первая книга откровений» - из откровения №42 (Божественное слово): «… Правда открывает глаза души. Только зрячая душа может узнать ...

      https://www.sunhome.ru/navigator/dusha-cheloveka-iz-knigi-zakonyi-i-znaniya-dushi.html

    • Лопён Цечу Ринпоче

      ... и святые места Тибета. У него было много учителей всех четырех школ тибетского буддизма. В 1944 году Ринпоче встретил Его Святейшество Шестнадцатого Гьялва Кармапу в Бумтанге (Бутан) и, благодаря сестре бутанского короля, был приглашен на ... Просветления в Бенальмадене (Испания) – самого большого буддийского сооружения на Западе. Всего за четыре месяца до ее инаугурации Ринпоче не стало. Ринпоче умер в клинике Бангкока (Тайланд) 10 июня 2003 года в возрасте 85 лет. Люди различных культур до сих ...

      https://www.sunhome.ru/navigator/lopyon-tsechu-rinpoche.html

    • Цитаты Джигме Ринпоче из программы Развитие Сердца Воина

      Учение основано на традиции просветленного Воина - Царя Тибета Гесара Цитаты Джигме Ринпоче из программы Развитие Сердца Воина Мы с Вами из разных миров, но у нас есть много общего, основополагающие человеческие качества, и все мы хотим сделать жизнь наполненной смыслом. ...

      https://www.sunhome.ru/navigator/tsitatyi-dzhigme-rinpoche-iz-programmyi-razvitie-serdtsa-voina.html

    • Поражения психики, головного мозга из-за вредных книг

      ... ЛИТЕРАТУРЫ, НЕ ИМЕЮЩЕЙ БОЖЕСТВЕННОЙ ЗАЩИТЫ. ВРЕДНОСТЬ ТЕЧЕНИЙ И КНИГ. На лекции, которую я читала когда-то в клубе «Гармония», я привела пример об опасности учения Рерих и книги Агни-Йога для психики, приведя пример, как одна ... сохранить жизнь и счастливую судьбу. Что касается книг, — то я делала тестирование на вредность некоторых книг. Кроме Рерих несут вред книги Костаньеды, книги Бхагават Гита, так как там искажена Божья Истина, книги по черной магии нельзя было даже взять ...

      https://www.sunhome.ru/navigator/porazheniya-psihiki-golovnogo-mozga-iz-za-vrednyih-knig.html

    • Голубиная книга

      ... а что-то — забывая. В итоге до нас дошло несколько вариантов сказания. Самые сильные изменения текст «Голубиной книги» понес после крещения Руси и распространения письменности — на древнюю, языческую, основу, как новая ткань на пяльцы ... Знаменитый ученый-фольклорист, собиратель сказок, А. Н. Афанасьев, говорил: «Суеверные сказания, передаваемые стихом о голубиной книге, составляют общее достояние всех индоевропейских народов и совершенно совпадают с древнейшими мифами индусов и с показаниями Эдды. ...

      https://www.sunhome.ru/navigator/golubinaya-kniga.html

    • О книге Мораль XXI века

      ... к христианским ценностям. «Мораль ХХI века» составит сильную оппозицию катехизису современной демократии западного образца - книге Карла Поппера «Открытое общество и его враги». Поппер в свое время разнес в щепки всю атрибутику ... обнаруживают, что в действительности это не так, впадают в глубокую депрессию и жизнь теряет для них смысл». Книга Дарио Саласа Соммэра рассказывает о многих скрытых сторонах современной демократии и неолиберализма. Он показывает, что мораль демократии - ...

      https://www.sunhome.ru/navigator/o-knige-moralj-xxi-veka.html

    • Из книги Уроки жизни (2)

      ... жить любовью, Я учу тебя любить жизнь. Я рассказываю тебе вечную историю любви. Я читаю тебе твои страницы этой книги – великой Книги Жизни, великой истории любви. В Книге Жизни описаны все пути ко Мне. Один из них твой, дочь моя. Я указываю его тебе. Я веду ... тебя по жизни. Имя книги – « Жизнь». Эта книга – история любви ко Мне всех членов Огненного братства вечности, огненных детей любви моей, исполнителей воли моей, творцов Единой ...

      https://www.sunhome.ru/navigator/iz-knigi-uroki-zhizni-2.html

    www.sunhome.ru