Сергей Снегов. Сергей снегов книги


Сергей Снегов

Снегов Сергей Александрович (настоящее имя — Сергей Александрович Козерюк, позже по паспорту — Сергей Иосифович Штейн) родился в Одессе 23 июня 1910 года, но в метрике ошибочно записали 23 июля (5 августа по новому стилю). Его отец Козырюк Александр Исидорович, полугрек-полунемец, большевик-подпольщик, а в 20-е годы — заместитель начальника Ростовского ЧК, оставил семью, когда будущий писатель был еще маленьким. Его мать, Зинаида Сергеевна, вторично вышла замуж за одесского журналиста Иосифа Штейна, который сыграл в судьбе Сережи огромную роль. Именно он настоял на том, чтобы мальчик, в свое время исключенный из второго класса гимназии, в 12 лет стал шестиклассником рабочей школы. Однако время и судьба подкинули юному одесситу поразительные выверты: школа надоела, и, выкрав документы, он поступает в одесский физхим на физический факультет. Но физика соседствует в его сердце с философией, его теоретические работы привлекают к себе внимание, и в 21 год специальным приказом наркома просвещения Украины, продолжая учиться на физфаке, он назначается на должность доцента кафедры философии. Перед ним открываются блестящие перспективы, но... При проверке в его лекциях обнаружено отступление от норм марксизма-ленинизма.

Философию приходится оставить. Остается физика. Будущий писатель переехал в Ленинград, работал инженером на заводе «Пирометр». Но в 1936 году его арестовывали и отправили в Москву. Готовилось новое большое дело: три друга, три молодых и очень перспективных ученых, дети видных и разных родителей (революционер с дореволюционным стажем, известный меньшевик, соратник Дана, и один из лидеров партии правых эсеров) соединились для того, чтобы разрушить власть, которая дала им путевкув в жизнь. Один из обвиняемых сломался, впоследствии сошел с ума и умер в лагерях. С другим будущий писатель был почти не знаком. И, возможно, всех троих спасло то, что Сергей Снегов так и прошел отказником, не наговорил на себя, хотя — редчайший случай — провел в камерах Лубянки 9 месяцев. Но так или иначе, открытого процесса не получилось. И в 1937 году, получив по решению Высшей Военной Коллегии Верховного Суда СССР (прокурор — Вышинский, судья — Никитченко, будущий главный советский судья на Нюрнбергском процессе) 10 лет лагерей, Снегов отправился по кругам ада: Бутырки, Лефортово, Соловки, Норильск... О своем детстве и молодости он рассказал в автобиографических произведениях, многие из которых до сих пор не напечатаны.

В 1952 году в Норильске он знакомится со своей второй женой, приехавшей в Заполярье с мужем, военным финансистом, которого, впрочем, она оставила вскоре после приезда. За связь с ссыльным молодую девушку (она младше Снегова на 17 лет) исключили из комсомола, выгнали с работы, в управлении НКВД ей предлагали отдельное жилье, которого офицеры ждали по нескольку лет, только для того, чтобы заставить ее уйти от человека, которого она полюбила. Но Галя стояла насмерть. Между тем в Норильске происходила чистка: после уже подготовленного процесса врачей-убийц город собирался принять евреев, высланных из столиц. Чтобы очистить место, ссыльных, заведя новое дело, либо расстреливали, либо давали новые сроки и готовили к отправке в лагеря на побережье Ледовитого океана и на острова в Белом море, что фактически тоже являлось казнью, только медленной. Снегова должны были отправить на Белое море. Узнав об этом, Галя настояла на официальном браке, хотя в той ситуации это было равнозначно смертному приговору, поскольку она автоматически становилась членом семьи врага народа. Однако через три месяца после их росписи умирает Сталин...

Примерно в это время стало ясно, что из трех дорог, которые открывались перед разносторонне одаренным юношей, осталась только одна — писательская. Дело в том, что одну из его научных работ, посвященную процессу производства тяжелой воды, главный инженер Норильского металлургического комбината Логинов увез в Москву, и она попала на стол Мамулову, заместителю Берии, курировавшему ГУЛАГ. Интерес врага народа к запретной теме вызвал у бдительного чекиста подозрение, что все это делается для того, чтобы передать секреты Советского Союза Трумэну. И, вернувшись из командировки, главный инженер вызвал к себе писателя, запер дверь кабинета и сказал: «Пей, сколько влезет, баб люби, сколько сможешь, но науку оставь. Пусть они о тебе забудут. Я сам скажу, когда можно будет вернуться». И он сказал, только разрешение это запоздало — к тому времени дальнейшая дорога была определена: литература.

Но и литературная судьба Снегова не была гладкой. Если даже в силу обстоятельств он не всегда мог говорить правду (в его семье было уже двое маленьких детей), то он и никогда не лгал. Если можно было молчать, он молчал, когда молчать было нельзя, он говорил правду. Его вызывали в обком и Комитет государственной безопасности, предлагая подписать письма, осуждающие Пастернака и Даниэля и Синявского — он отказался. К тому же в одной из его первых повестей «Иди до конца» есть сцена, где герой слушает «Страсти по Матфею» Баха и размышляет о Христе. Профессор Боннского университета Барбара Боде в своем ежегодном обзоре советской литературы, среди других авторов разбирая и Снегова, имея в виду эту сцену, заявила, что русские реабилитируют Христа. Литературка ответила «подвалом» «Проверь оружие, боец». На очередную реплику Боде эта же газета разразилась разгромной статьей «Опекунша из ФРГ». Снегов попал в «черные» списки. Его перестали печатать. Не от хорошей жизни писатель, по-прежнему не желающий лгать, ушел в фантастику. Его первый роман «Люди как боги» отвергли подряд четыре издательства. И все же именно фантастика, переведенная впоследствии на 10, если не больше, языков, принесла писателю известность, далеко выходящую за пределы его страны.

fantlab.ru

Сергей Снегов | Либрусек

Биография

Серге́й Алекса́ндрович Сне́гов (настоящее имя — Серге́й Александрович Козерюк, позже по паспорту Сергей Ио́сифович Штейн) (5 августа 1910, Одесса — 23 февраля 1994, Калининград) — русский советский писатель-фантаст и популяризатор науки.

Отец Снегова, А. И. Козерюк, большевик-подпольщик, а в 1920-е годы — заместитель начальника Ростовской ЧК, оставил семью, и мать, Зинаида Сергеевна, вторично вышла замуж за одесского журналиста Иосифа Штейна.Снегов окончил Одесский химико-физико-математический институт. В начале 1930-х специальным приказом наркома просвещения Украины, продолжая учиться, он был назначен на должность доцента кафедры философии, однако в его лекциях было усмотрено отклонение от ортодоксального марксизма.В 1930-е годы работал инженером на ленинградском заводе «Пирометр».Арестован в июне 1936 года, осуждён на десять лет ИТЛ, сидел на Соловках и в Норильлаге. В заключении познакомился с историком и географом Л. Н. Гумилёвым и астрономом Н. А. Козыревым. Освобождён в июле 1945 года, в 1955 году полностью реабилитирован.После освобождения жил в Норильске, работал на Норильском горно-металлургическом комбинате.В 1956 году переехал в Калининград, где жил с семьёй до самой смерти.Супруга — Галина Ленская, дети — Евгений и Татьяна.

Литературная деятельность

Первые публикации Снегова относятся к концу 1950-х, а его первая научно-фантастическая публикация — повесть «Тридцать два обличья профессора Крена» (1964).Одно из самых известных произведений Снегова — выполненная в духе «космической оперы» эпическая трилогия о далёком будущем «Люди как боги»: «Галактическая разведка» (1966), «Вторжение в Персей» (1968), «Кольцо обратного времени» (1977). Эта трилогия, хотя и вызвавшая споры, считается одним из самых масштабных и значительных утопических произведений в советской фантастике 1960—1970-х годов. Сам автор считал это произведение «мягкой» пародией одновременно на «космическую оперу» и на библейские тексты.Менее известны другие фантастические произведения Снегова — например, «фантастические детективы» о братьях Рое и Генрихе («Посол без верительных грамот» и др.).Среди нефантастических произведений Снегова — повести о советских физиках-ядерщиках «Прометей раскованный» и «Творцы», автобиографические рассказы и воспоминания о жизни в Норильске и о лагерных годах («В середине века» и др.).Последний фантастический роман Снегова «Диктатор», который вышел после смерти писателя, больше внимания уделяет не научно-техническим, а социально-политическим проблемам. Хотя действие происходит на вымышленной планете, в романе без труда угадываются аналогии с русской историей XX века.В 2007 году издательство «Терра Балтика» (Калининград) опубликовало двухтомный роман-воспоминание Снегова «Книга бытия». В этой книге Снегов не только воссоздаёт основные события своей жизни (вплоть до ареста в 1936 году), но и размышляет об эпохе, обобщая примечательные факты как своей жизни, так и жизни людей, которых он знал. По некоторым оценкам, именно это масштабное произведение (законченное в 1994 году) стало главной удачей писателя.

Источник Википедиябиблиография (Фантлаб)

Упоминается

Сортировать по: порядкупоступлениюназваниюпопулярностиоценкамвпечатлениямгоду изданияразмеру Показывать: НазванияаннотацииобложкиРаскрыть всё

Братья Рой и Генрих Васильевы Искатель (журнал) Люди как боги Люди как боги (первая, несокращенная редакция) Снегов, Сергей. Сборники Снегов. Сочинения в трех томах Антология фантастики
Комментатор
Антология фантастики
Автор
Вне серий
Об авторе
Вне серий
Автор
Сборники

Книги на прочих языках

Ludzie jak bogowie

Георг_73 про Снегов: Галактическая разведка [= Галактический полигон, Люди как боги] (Эпическая фантастика, Научная фантастика) 29 06 Посмотрел на хвалебные отзывы и решил почитать. Зря. 1. Я конечно понимаю, что после лагерей, автору надо было очень сильно прогнуться перед властью - иначе его не напечатали бы. И поэтому в книге много пропаганды коммунизма. Но ведь и пропаганду можно включать в книгу по разному. Можно элегантно (как у Ефремова) и/или ненавязчиво (как у Стругацких). А можно как у Снегова - нагло и пошло. 2. Сюжет очень вторичен - немного от Ефремова ("Туманность Андромеды" - описание освоения космоса), немного от Толстого ("Аэлита" - экспорт революции), немного от Беляева ("Изобретения профессора Вагнера" и "Голова профессора Доуэля" - несуразные псевдофизические новинки), немного от Демьяна Бедного ("стихи" - агрессивное и тупое богоборчество), немного от Чернышевского ("Что делать" - социальный строй на Земле). А где хоть что-нибудь своё? 3. Герои говорят и ведут себя так, будто они всё время в состоянии эйфории. Нет, кратковременное состояние эйфории - нормально. А вот постоянное - это уже клинический случай.

Оценка: нечитаемо

Ev.Genia про Снегов: Галактическая разведка [= Галактический полигон, Люди как боги] (Эпическая фантастика, Научная фантастика) 28 06 Сначала книга захватила и увлекла своими яркими картинами, приятными героями и интересными диалогами. Потом появилось раздражение и неприятие, т.к. воспринимать мир, описанный автором, который установился на планете Земля, воспринять не просто. В этом объединенном мире, где лозунг "От каждого по способностям - каждому по потребностям" притворен в жизнь - такой мир победившего коммунизма никак не ложится на сердце. Но потом я прочла биографию автора и поняла, что он не мог это писать серьезно, восхвалять с воодушевлением эти идеи, поэтому, помимо научной фантастики я отнесла книгу к жанру утопии и она прошла на ура. Несмотря на то, что это утопия, книга очень жива, герои в ней остаются людьми, вполне вменяемыми, а не безумными фанатами, у них есть свои радости, печали, переживания, но главное, они не приторно слащавы - о них приятно читать, несмотря на строй, а вернее отсутствие такового, в котором они живут и воспитываются. Учитывая то, что это одна из первых советских космоопер, то, что описал Автор: виды и освоения планет (особенно понравилось освоение и модернизация Плутона), создание новых планет и светил, путешествия на запредельных скоростях на космических кораблях-городах, космические сражения, разнообразные звездные обитатели, грозные и непонятные невидимки, загадочные галакты - все это очень захватывает.

Оценка: хорошо

andrew_spb про Сергей Снегов 04 11 Люди как боги - начало читал в детстве - продолжение в юности и так далее... Когда выяснил в свое время, сколько автору лет - он был жив тогда еще - поразился, как у него голова работает и как он очень сложные процессы ловко укладывает в простые рамки и сколько в его книгах брошено идей... Да, социологическая часть там по современным меркам - провалена... но так это наша беда... а не вина автора. Потому при перечитывании я эти места - пропускаю, чтобы не грустить зря.. А вообще - все хорошие и вневременные книги написаны людьми, имеющими "сложную" скажем так биографию... Беляев, Ефремов, Шалимов, Снегов... СПБ - Ленинград - СПБ. Оценка - отлично! CooperD про Сергей Снегов 22 06 Не могу его читать - скучно, но человек грандиозный! Если бы не свинский эпизод в биографии с уводом чужой жены - был бы совсем достоин восхищения. Losano про Снегов: Сверхцентр бессмертия (Научная фантастика) 03 04 сейчас оцениваю как слишком простую книгу но полста лет назад она читалась с очень большим интересом.правда тогда фантастики в магазинах было чрезвычайно мало.меньше десятка наименований по десяткуэкземпляров в год. Xenos про Снегов: Люди как боги (Эпическая фантастика, Научная фантастика) 25 03 Ну, в-общем, вполне неплохо ДЛЯ КОСМООПЕРЫ (учитывая еще и вторую часть). Особой глубизны нет, но написано вполне добротно, живо и даже разнообразно. Например, в плане негуманоидов. Читал в детстве весь цикл не без интереса, но сейчас, через 30 с лишним лет, перечитывать не хочется. В то же время, на фоне нынешнего "бурного потока" псевдофантастических бродилок-стрелялок, весьма и весьма. borka про Снегов: Люди как боги (Эпическая фантастика, Научная фантастика) 25 03 На современный взгляд ощущение достаточно среднее. И вовсе не из-за идеологии. Нет. Дело, во-первых, как уже отмечалось в достаточно среднем языке автора. Сравнения много с кем - да с той же "Лунной радугой" Павлова - не выдерживает. А во-вторых ужасная непродуманность как мира, так и отдельных деталей. Это по большому счёту не научная фантастика, а фентези, с её допущениями и условностями (конными арбалетчиками и т.п.), с заменой мечей на силовые поля и бластеры. Увы и ах - наверное, мне бы она понравилась в 80-х годах, когда я учился в школе. Но почему-то она мне тогда не попалась. А может и к лучшему - я читал Стругацких, Лема, того же Павлова. impgirl про Снегов: Галактическая разведка (Эпическая фантастика, Космическая фантастика) 04 02 Люди как боги - это шедеврально! книга держит в напряжении. если начало довольно лирическое, то когда начинается экспедиция с целью выяснить, что случилось с целой цивилизацией так похожих на нас разумных существ, то просто не оторваться. тут есть всё: приключения, исследования космоса, дружба, любовь, предательство, трагедия. однозначно классика жанра. кто не читал - многое пропустил.Оценка: отлично! kim the alien про Снегов: Диктатор (Социальная фантастика, Научная фантастика) 03 02 Начали за здравие, кончили за упокой. Первые части были очень интересны, но чем дальше, тем сильнее у Гамова стали проступать истерически черты. Рассказчика я возненавидела во второй части. Члены ядра меня бесили с самого начала. Рассказы про иномир вообще выглядят как чужеродные элементы. Концовка ужасна. Суд над самим собой - благородно, но не похоже на Гамова. Всё-таки он представлен как достаточно циничный человек, это не такая трагичная личность, каким он представлен в конце. Постепенно всё повествования вязнет в идиотских монологах и философских спорах, хотя, разве, в начале книге не была поставлена определенная рамка: все эти ваши философствования ничего не стоят! Ни-че-го!.. А тут выходит, что стоят и не мало. А уж самый конец бьёт наповал…В плохом смысле. Вообще, стоит прочитать ради первых двух частей. Хорошо выписана сама война и теория её уничтожения. Стоит прочитать.

Оценка: хорошо

EagerCH про Снегов: Диктатор (Социальная фантастика, Научная фантастика) 23 07 Когда первый раз читал - забавный эффект получился ну то есть сначала-то тяжело читалось: чуток нуднова-то, местами раздражают все эти названия и вообще начало (лично у меня) создает впечатление, словно речь идет о каких-то банановых республиках, не больше а вот потом.... в какой-то момент (в середине книги) обнаружил невероятный эффект книги: она зазвучала, буквально. Ну то есть: читаешь - а параллельно это же самое произноситсо, не читаешь - все равно произносится, проверяешь - так и написано, оказалось: это был разгар войны в Ираке - по телику диктор читала сводку и шел сюжет о том, как америкосы героически разбомбили очередной мирный городок в книжке (забавно совпало) - тоже диктор рассказывал о том как заокеанская страна напала на небольшую страну и героически разбомбила мирный городок одними и теми же словами ессно: бросился перечитывать тут же )) - Президент, который под новый год со слезами на глазах уходит с поста (ибо проворовалсо) - Другой, который приходит на его место и обещает мочить террористов в сортире (в книжке, правда, не совсем террористов, на скока помню, но сама фраза тож имеет место быть) - Небольшая соседняя страна, всегда бывшая союзником, вдруг становитсо чуть ли не врагом, а погоду в ней начинают делать три политика: Одна тетенька с косой и два дяденьки - Страна за океаном, которая для решения своих экономических вопросов устраивает небольшие войны ну и еще куча всего - когда читал немного жутковато даж было, поневоле вспомнишь: Снегов по образованию физик (вроде физик-ядерщик даже), и что у физиков он всегда пользовался особой популярностью, и вполне мог слышать об иных экспериментах ВыСШий ДеМоН про Снегов: Люди как боги (Эпическая фантастика, Научная фантастика) 05 05 лично мене книга не понравилась! читал как раз огромное синее издание 1982 года на 720 страниц! в наше время ТАКАЯ философия не актуальна! раз во времена самого писателя не существовало никакого человеческого равенства и общественного строя! и все люди на планете не объединялись в единое государство - это лишь весьма заманчивая,НО далекая от осуществления розовая фантазия! я сам иногда думаю,что при соединение всех народов и отказа от денег наука и техника в своем развитии пошла бы семимильными шагами,НО всех людей ставить под одну гребенку...то,что они все разом станут добрыми,отзывчивыми и благородными,но отчасти с милитаристкими убеждениями...ведь что по сути дела все три книги глав.герои делали? лезли не в свое дело,навязывали свою волю...особенно в концовке с рамирами: мы улучшим технику и вооружение и вскоре всеравно вернемся!!! и что самое главное:какое глубокое и искреннее непонимание было у Эли,когда их флот уничтожали и отбрасывали назад! за что??? почему??? а то,что взрослые дядьки серьезным делом занимаются им невдомек??? тоже самое и со зловредами,только "в войне" в больших кавычках с ними не было ТАКИХ гигантских потерь! единственное что мене понравилось в сей книге : оценка несовместимости Мери и Эли - редко в фантастике такую глубокую любовь до гроба встретить можно! + рассуждения экипажа о том,что подумаешь тоже,рамиры опередили нас в развитии и технике на каких-то миллион с лишним лет!!! мы типа поэкспериментируем лет десять-пятнадцать и быстро догоним их в развитии!...))) ТАКАЯ дикая смесь из математических терминов и детской сказки - просто жуть накатывает! + взрывы планет аннигилирующим веществом - это действительно прорыв на тот момент времени! not.null про Снегов: Люди как боги (Эпическая фантастика, Научная фантастика) 28 08 Книги трилоги взять из библиотеки домой было невозможно, читал впервые в читальном зале году этак в 1975. До сих пор помню свои восторги.

Однако уже лет через десяток при перечитывании восторги сменились скепсисом... А уж что говорить о сегодняшнем дне! Автора уважаю за то, что пробил и открыл когда-то советскому читателю "новый" жанр космооперы. По тем временам так и было. Но...

Беда автора - отсутствие языка и стиля. Деревянные громоздкие неживые фразы, убожеские диалоги - все это оставляет сейчас тягостное впечатление надуманности, искуственности и убивает все достоинства. Писатель застрял в развитии на уровене школьного сочинения, над которым так и не смог приподняться даже в более поздних книгах. Сравнивая с современными авторами - даже откровенно графоманские серийные поделки написаны более жизненным языком.

Современным читателям я бы категорически не советовал читать Снегова. Он остался скорее фигурой из истории литературы.Оценка: плохо

влад мир про Снегов: Люди как боги (Эпическая фантастика, Научная фантастика) 28 08 Читал в детстве. помню, что поразился прежде всего толщине книге. Читал с интересом, хотя увидел, что легковесна книга по сравнению с "Туманностью Андромеды" или Лемом. Потом, когда почитал американскую фантастику, понял, что это подражание. Вроде того, что сегодня делают у нас практически все фантасты, почему и обидно за утерю всё-таки существовавшей у нас самобытной фантастики. К сожалению, деньги, конъюнктура. Здесь в который раз помянули соцлагерь, как всегда в отрицательном смысле. У меня шкафы на 70 процентов забиты книгами, написанными и изданными в этом лагере. Читаю и перечитываю очень многие, а современных что-то не хочется ставить на полки по причине хотя бы той же вторичности да и просто низкого качества.Оценка: неплохо ВитовтВишневецкий про Снегов: Люди как боги (Эпическая фантастика, Научная фантастика) 28 08 Настоящая космическая опера с большой буквы "КО" Пишу отзыв о полном романе, состоящем из трёх частей. Великолепный сюжет, огромное количество технических решений в ореоле приключений и боевых действий против чужого разума. Если учесть, что роман писался в лагерях соцреализма, ему цены нет, как и мере уважения к автору.Оценка: отлично! Алекс Иванов про Снегов: Галактическая разведка [= Галактический полигон, Люди как боги] (Эпическая фантастика, Научная фантастика) 11 07 1966 год. Первая русская космоопера, настоящая, галактических масштабов, со множеством инопланетных рас и цивилизаций, со звёздными войнами и супергероями. Что самое ценное - написано по-русски, в отличие от нынешнего хлама и шлака. Вдобавок - сериал. Возможно, первый настоящий сериал в русской фантастике. Кого бы из современных фантастов не одевали в одежды отца-основателя и кто бы сам на себя не примеривал эти одежды, первым был Снегов. 1966, "Люди как боги". Современно и сейчас!Оценка: отлично! rvb про Снегов: Норильские рассказы (Биографии и Мемуары) 26 09 Хотя автору явно не сахарно пришлось, но настрой произведения радикально отличается от Солжа и других сидельцев. Может потому, что автор был человеком сильным и весьма неординарным, зона для него была не трагедией, а испытанием. И он все таки жил за колючей проволкой, а не сидел. Как-то немного по другому описаны отношения политических с уголовниками, зэков с админитстрацией. И в этих рассказах, кстати, я увидел трех, по крайней мере, прототипов героев из его фантастического романа “Люди как боги”.

lib.rus.ec

Сергей Александрович Снегов - биография, список книг, отзывы читателей

дата рождения: 5 августа 1910 г.

дата смерти: 23 февраля 1994 г.

Биография писателя

Сергей Снегов (1910-1994)Сергей Александрович Снегов (настоящее имя - Сергей Александрович Козерюк, позже по паспорту Сергей Иосифович Штейн) родился в Одессе 5 августа 1910 года. Его отец Козырюк Александр Исидорович, полугрек-полунемец, большевик-подпольщик, а в 20-е годы - заместитель начальника Ростовского ЧК, оставил семью, когда будущий писатель был ещё маленьким. Его мать, Зинаида Сергеевна, вторично вышла замуж за одесского журналиста Иосифа Штейна, который сыграл в судьбе Серёжи огромную роль. Именно он настоял на том, чтобы мальчик, в своё время исключённый из второго класса гимназии, в 12 лет стал шестиклассником рабочей школы. Однако время и судьба подкинули юному одесситу поразительные выверты: школа надоела, и, выкрав документы, он поступает в одесский физхим на физический факультет. Но физика соседствует в его сердце с философией, его теоретические работы привлекают к себе внимание, и в 21 год специальным приказом наркома просвещения Украины, продолжая учиться на физфаке, он назначается на должность доцента кафедры философии. Перед ним открываются блестящие перспективы, но... При проверке в его лекциях обнаружено отступление от норм марксизма-ленинизма.

Философию приходится оставить. Остаётся физика. Будущий писатель переехал в Ленинград, работал инженером на заводе "Пирометр". Но в 1936 году его арестовали и отправили в Москву. Готовилось новое большое дело: три друга, три молодых и очень перспективных учёных, дети видных и разных родителей (революционер с дореволюционным стажем, известный меньшевик, соратник Дана, и один из лидеров партии правых эсеров) соединились для того, чтобы разрушить власть, которая дала им путёвку в жизнь. Один из обвиняемых сломался, впоследствии сошёл с ума и умер в лагерях. С другим будущий писатель был почти не знаком. И, возможно, всех троих спасло то, что Сергей Снегов так и прошёл отказником, не наговорил на себя, хотя - редчайший случай - провёл в камерах Лубянки 9 месяцев. Но, так или иначе, открытого процесса не получилось. И в 1937 году, получив по решению Высшей Военной Коллегии Верховного Суда СССР (прокурор - Вышинский, судья - Никитченко, будущий главный советский судья на Нюрнбергском процессе) 10 лет лагерей, Снегов отправился по кругам ада: Бутырки, Лефортово, Соловки, Норильск... О своём детстве и молодости он рассказал в автобиографических произведениях, многие из которых до сих пор не напечатаны.

В 1952 году в Норильске он знакомится со своей второй женой, приехавшей в Заполярье с мужем, военным финансистом, которого, впрочем, она оставила вскоре после приезда. За связь с ссыльным молодую девушку (она была младше Снегова на 17 лет) исключили из комсомола, выгнали с работы; в управлении НКВД ей предлагали отдельное жильё, которого офицеры ждали по нескольку лет, только для того, чтобы заставить её уйти от человека, которого она полюбила. Но Галя стояла насмерть. Между тем в Норильске происходила чистка: после уже подготовленного процесса врачей-убийц город собирался принять евреев, высланных из столиц. Чтобы очистить место, ссыльных, заведя новое дело, либо расстреливали, либо давали новые сроки и готовили к отправке в лагеря на побережье Ледовитого океана и на острова в Белом море, что фактически тоже являлось казнью, только медленной. Снегова должны были отправить на Белое море. Узнав об этом, Галя настояла на официальном браке, хотя в той ситуации это было равнозначно смертному приговору, поскольку она автоматически становилась членом семьи врага народа. Однако через три месяца после их росписи умирает Сталин...Примерно в это время стало ясно, что из трёх дорог, которые открывались перед разносторонне одарённым юношей, осталась только одна - писательская. Дело в том, что одну из его научных работ, посвящённую процессу производства тяжёлой воды, главный инженер Норильского металлургического комбината Логинов увёз в Москву, и она попала на стол Мамулову, заместителю Берии, курировавшему ГУЛАГ. Интерес врага народа к запретной теме вызвал у бдительного чекиста подозрение, что всё это делается для того, чтобы передать секреты Советского Союза Трумэну. И, вернувшись из командировки, главный инженер вызвал к себе писателя, запер дверь кабинета и сказал: "Пей, сколько влезет, баб люби, сколько сможешь, но науку оставь. Пусть они о тебе забудут. Я сам скажу, когда можно будет вернуться". И он сказал, только разрешение это запоздало - к тому времени дальнейшая дорога была определена: литература.

Но и литературная судьба Снегова не была гладкой. Если даже в силу обстоятельств он не всегда мог говорить правду (в его семье было уже двое маленьких детей), то он и никогда не лгал. Если можно было молчать, он молчал; когда молчать было нельзя, он говорил правду. Его вызывали в обком и Комитет Государственной Безопасности, предлагая подписать письма, осуждающие Пастернака и Даниэля и Синявского - он отказался. К тому же в одной из его первых повестей "Иди до конца" есть сцена, где герой слушает "Страсти по Матфею" Баха и размышляет о Христе. Профессор Боннского университета Барбара Боде в своём ежегодном обзоре советской литературы, среди других авторов разбирая и Снегова, имея в виду эту сцену, заявила, что русские реабилитируют Христа. Литературка ответила "подвалом" "Проверь оружие, боец". На очередную реплику Боде эта же газета разразилась разгромной статьёй "Опекунша из ФРГ". Снегов попал в "чёрные" списки. Его перестали печатать. Не от хорошей жизни писатель, по-прежнему не желающий лгать, ушёл в фантастику. Его первый роман "Люди как боги" отвергли подряд четыре издательства. И всё же именно фантастика, переведённая впоследствии на 10, если не больше, языков, принесла писателю известность, далеко выходящую за пределы его страны.

readly.ru