Книга русской скорби. Скорби книга


Книга русской скорби — Википедия (с комментариями)

Материал из Википедии — свободной энциклопедии

«Кни́га ру́сской ско́рби» («Кни́га Ру́сской Ско́рби») — документально-литературный сборник, посвящённый памяти жертв революционного террора, издававшийся в России в 1908—1914 годах.

Редакционная комиссия

Инициатива создания сборника принадлежала группе правых русских монархистов. «Книга русской скорби» издавалась созданной по решению Главной Палаты «Русского Народного Союза имени Михаила Архангела» редакционной комиссией.

Всего было опубликовано 14 томов (выпусков), в разных издательствах Санкт-Петербурга. Председателем редакционной комиссии «Книги русской скорби» являлся член Государственной Думы В. М. Пуришкевич, секретарями — сначала Н. А. Казаринова, затем — Н. М. Юскевич-Красковский.

В редакционную комиссию «Книги русской скорби», среди прочих, входили:

  • члены Государственной думы И. И. Балаклеев, С. В. Воейков, А. С. Вязигин, Н. Н. Ладомирский, В. А. Образцов, Ф. Ф. Тимошкин, Г. А. Шечков и В. В. Шульгин;
  • публицисты К. Ф. Головин, С. Л. Облеухова, В. М. Скворцов, М. А. Сопоцко и Н. П. Тихменев;
  • общественно-политические деятели М. Н. Дитрих, С. Ф. Еленев и князь М. Л. Шаховской;
  • художники В. М. Васнецов, Л. Т. Злотников, Е. П. Самокиш-Судковская и С. С. Соломко;
  • военные М. М. Бородкин и Ф. В. Винберг;
  • священники Иоанн Восторгов и Александр Вераксин.

Содержание

Книга представляет собой лишенный хронологического или систематического порядка перечень биографий лиц, погибших при революционных волнениях. Наряду с жертвами террористических актов революционных партий, в книге перечисляются и жертвы криминальных инцидентов, и те лица, причины смерти которых не были раскрыты. Книга содержит большое количество фактического материала.

Первый выпуск «Книги русской скорби» открывался статьёй об Императоре Александре II Николаевиче, убитом в 1881 году.

Тома (выпуски) сборника выходили по мере готовности материалов. В. М. Пуришкевич указывал в датированном 13 августа 1908 года коротком предисловии к первому выпуску, что: «Появление дальнейших выпусков зависит от сочувствия русского общества и русского народа предпринятому делу. Есть ли это сочувствие, покажет ближайшее будущее. Твёрдо и уверенно говорю — есть. Не умерло и умереть не может...».[1]

Героями сборника являлись представители многих национальностей и вероисповеданий, в том числе, мусульмане: например, временный генерал-губернатор Кутаисской губернии аварец Максуд-бек Алихан-Аварский (А. М. Алиханов) (убитый в ночь со 2 на 3 июля 1907 года в городе Александрополе /Гюмри/), помощник заведующего отрядом полицейской стражи ингуш Артаган Костоев (убитый 28 августа 1907 года в Черкасском уезде Киевской губернии), стражник полицейской части ингуш Абдула Мальсагов (скончавшийся от ран 28 июля 1908 года в Киеве) и другие. Одним из увековеченных в «Книге русской скорби» мусульман, павших жертвой террористов, стал старший городовой татарин Бикбулат Мухаметзянов, убитый в Казани при исполнении служебного долга 31 июля 1906 года.[2]

Распространение

Издание активно продвигалось в полицейской среде руководством министерства внутренних дел. Известно об издании соответствующих «циркулярных предложений» № 11577 от 8 апреля 1911 года (за подписью П. Г. Курлова), № 21231 от 19 декабря 1912 года и № 21203 от 25 сентября 1913 года (за подписью Н. А. Маклакова), в последнем из которых, в частности, отмечалось, что: «Чины полиции почерпнут, читая эти книги, новые силы для своей трудной службы на пользу родины, и пример описанных жертв долга подкрепит их и воодушевит их работу».[3]

Книга была рекомендована для каждого полицейского отряда и полицейского управления. В 1913 году государством было закуплено 30 тысяч экземпляров для бесплатной раздачи нижним полицейским чинам.

Галерея

  • The book of Russian Grief Vol.5.jpeg

    обложка пятого тома (1908)

  • The book of Russian Grief Vol.6.jpeg

    обложка шестого тома (1910)

  • The book of Russian Grief Vol.7.jpeg

    обложка седьмого тома (1911)

  • The book of Russian Grief Vol.8.jpeg

    обложка восьмого тома (1911)

Напишите отзыв о статье "Книга русской скорби"

Ссылки

  • [rusinst.ru/articletext.asp?rzd=1&id=4463&abc=1 Степанов А. Книга русской скорби // Святая Русь. Энциклопедия Русского Народа. Русский патриотизм. Гл. ред., сост. О. А. Платонов, сост. А. Д. Степанов. — М.: 2003] ISBN 5-091364-08-2
  • Анатолий Степанов. [rusk.ru/st.php?idar=6039 Из книги «Черная сотня: взгляд через столетие»]. ISBN 5-7624-0053-0
  • [www.hrono.info/organ/rossiya/kn_ru_skorbi.html XPOHOC]
Основные событияДума, политические партии и организацииОсвободительное движение и волнения в регионахВосстания в армии и на флотеКрупные ограбленияДругое
Государственная Дума (I созыв, Выборгское воззвание, II созыв)Левые: ПСР, ПНС, РСДРП, ППС, СДКПиЛ, Бунд, СЕРПЦентристы: Конституционно-демократическая партия, Союз 17 октября, Партия демократических реформПравые: Союз русского народа, Русская монархическая партия, Союз Михаила Архангела

</div></div>

Примечания

  1. ↑ Пуришкевич В. Вместо предисловия// Книга Русской Скорби/ Издание Русского Народного Союза имени Михаила Архангела. — Выпуск первый. — Санкт-Петербург: «Типо-литография Невский, 136», 1908. — С. (I).
  2. ↑ [ruskline.ru/analitika/2014/12/08/tatarin_bikbulat_muhametzyanov_geroj_knigi_russkoj_skorbi/ Алексеев И. Татарин Бикбулат Мухаметзянов — герой «Книги Русской Скорби»// Русская народная линия, 07.12.2014]
  3. ↑ Цит. по:[ruskline.ru/analitika/2014/12/08/tatarin_bikbulat_muhametzyanov_geroj_knigi_russkoj_skorbi/ Алексеев И. Татарин Бикбулат Мухаметзянов — герой «Книги Русской Скорби»// Русская народная линия, 07.12.2014]

Отрывок, характеризующий Книга русской скорби

Она отвернулась и подала руку графу, который едва удерживался от смеха. – Ну, что ж, к столу, я чай, пора? – сказала Марья Дмитриевна. Впереди пошел граф с Марьей Дмитриевной; потом графиня, которую повел гусарский полковник, нужный человек, с которым Николай должен был догонять полк. Анна Михайловна – с Шиншиным. Берг подал руку Вере. Улыбающаяся Жюли Карагина пошла с Николаем к столу. За ними шли еще другие пары, протянувшиеся по всей зале, и сзади всех по одиночке дети, гувернеры и гувернантки. Официанты зашевелились, стулья загремели, на хорах заиграла музыка, и гости разместились. Звуки домашней музыки графа заменились звуками ножей и вилок, говора гостей, тихих шагов официантов. На одном конце стола во главе сидела графиня. Справа Марья Дмитриевна, слева Анна Михайловна и другие гостьи. На другом конце сидел граф, слева гусарский полковник, справа Шиншин и другие гости мужского пола. С одной стороны длинного стола молодежь постарше: Вера рядом с Бергом, Пьер рядом с Борисом; с другой стороны – дети, гувернеры и гувернантки. Граф из за хрусталя, бутылок и ваз с фруктами поглядывал на жену и ее высокий чепец с голубыми лентами и усердно подливал вина своим соседям, не забывая и себя. Графиня так же, из за ананасов, не забывая обязанности хозяйки, кидала значительные взгляды на мужа, которого лысина и лицо, казалось ей, своею краснотой резче отличались от седых волос. На дамском конце шло равномерное лепетанье; на мужском всё громче и громче слышались голоса, особенно гусарского полковника, который так много ел и пил, всё более и более краснея, что граф уже ставил его в пример другим гостям. Берг с нежной улыбкой говорил с Верой о том, что любовь есть чувство не земное, а небесное. Борис называл новому своему приятелю Пьеру бывших за столом гостей и переглядывался с Наташей, сидевшей против него. Пьер мало говорил, оглядывал новые лица и много ел. Начиная от двух супов, из которых он выбрал a la tortue, [черепаховый,] и кулебяки и до рябчиков он не пропускал ни одного блюда и ни одного вина, которое дворецкий в завернутой салфеткою бутылке таинственно высовывал из за плеча соседа, приговаривая или «дрей мадера», или «венгерское», или «рейнвейн». Он подставлял первую попавшуюся из четырех хрустальных, с вензелем графа, рюмок, стоявших перед каждым прибором, и пил с удовольствием, всё с более и более приятным видом поглядывая на гостей. Наташа, сидевшая против него, глядела на Бориса, как глядят девочки тринадцати лет на мальчика, с которым они в первый раз только что поцеловались и в которого они влюблены. Этот самый взгляд ее иногда обращался на Пьера, и ему под взглядом этой смешной, оживленной девочки хотелось смеяться самому, не зная чему. Николай сидел далеко от Сони, подле Жюли Карагиной, и опять с той же невольной улыбкой что то говорил с ней. Соня улыбалась парадно, но, видимо, мучилась ревностью: то бледнела, то краснела и всеми силами прислушивалась к тому, что говорили между собою Николай и Жюли. Гувернантка беспокойно оглядывалась, как бы приготавливаясь к отпору, ежели бы кто вздумал обидеть детей. Гувернер немец старался запомнить вое роды кушаний, десертов и вин с тем, чтобы описать всё подробно в письме к домашним в Германию, и весьма обижался тем, что дворецкий, с завернутою в салфетку бутылкой, обносил его. Немец хмурился, старался показать вид, что он и не желал получить этого вина, но обижался потому, что никто не хотел понять, что вино нужно было ему не для того, чтобы утолить жажду, не из жадности, а из добросовестной любознательности.

На мужском конце стола разговор всё более и более оживлялся. Полковник рассказал, что манифест об объявлении войны уже вышел в Петербурге и что экземпляр, который он сам видел, доставлен ныне курьером главнокомандующему. – И зачем нас нелегкая несет воевать с Бонапартом? – сказал Шиншин. – II a deja rabattu le caquet a l'Autriche. Je crains, que cette fois ce ne soit notre tour. [Он уже сбил спесь с Австрии. Боюсь, не пришел бы теперь наш черед.] Полковник был плотный, высокий и сангвинический немец, очевидно, служака и патриот. Он обиделся словами Шиншина. – А затэ м, мы лосты вый государ, – сказал он, выговаривая э вместо е и ъ вместо ь . – Затэм, что импэ ратор это знаэ т. Он в манифэ стэ сказал, что нэ можэ т смотрэт равнодушно на опасности, угрожающие России, и что бэ зопасност империи, достоинство ее и святост союзов , – сказал он, почему то особенно налегая на слово «союзов», как будто в этом была вся сущность дела. И с свойственною ему непогрешимою, официальною памятью он повторил вступительные слова манифеста… «и желание, единственную и непременную цель государя составляющее: водворить в Европе на прочных основаниях мир – решили его двинуть ныне часть войска за границу и сделать к достижению „намерения сего новые усилия“. – Вот зачэм, мы лосты вый государ, – заключил он, назидательно выпивая стакан вина и оглядываясь на графа за поощрением. – Connaissez vous le proverbe: [Знаете пословицу:] «Ерема, Ерема, сидел бы ты дома, точил бы свои веретена», – сказал Шиншин, морщась и улыбаясь. – Cela nous convient a merveille. [Это нам кстати.] Уж на что Суворова – и того расколотили, a plate couture, [на голову,] а где y нас Суворовы теперь? Je vous demande un peu, [Спрашиваю я вас,] – беспрестанно перескакивая с русского на французский язык, говорил он. – Мы должны и драться до послэ днэ капли кров, – сказал полковник, ударяя по столу, – и умэ р р рэ т за своэ го импэ ратора, и тогда всэ й будэ т хорошо. А рассуждать как мо о ожно (он особенно вытянул голос на слове «можно»), как мо о ожно менше, – докончил он, опять обращаясь к графу. – Так старые гусары судим, вот и всё. А вы как судитэ , молодой человек и молодой гусар? – прибавил он, обращаясь к Николаю, который, услыхав, что дело шло о войне, оставил свою собеседницу и во все глаза смотрел и всеми ушами слушал полковника. – Совершенно с вами согласен, – отвечал Николай, весь вспыхнув, вертя тарелку и переставляя стаканы с таким решительным и отчаянным видом, как будто в настоящую минуту он подвергался великой опасности, – я убежден, что русские должны умирать или побеждать, – сказал он, сам чувствуя так же, как и другие, после того как слово уже было сказано, что оно было слишком восторженно и напыщенно для настоящего случая и потому неловко.

wiki-org.ru

Книга русской скорби Википедия

«Кни́га ру́сской ско́рби» («Кни́га Ру́сской Ско́рби») — документально-литературный сборник, посвящённый памяти жертв революционного террора, издававшийся в России в 1908—1914 годах.

Редакционная комиссия

Инициатива создания сборника принадлежала группе правых русских монархистов. «Книга русской скорби» издавалась созданной по решению Главной Палаты «Русского Народного Союза имени Михаила Архангела» редакционной комиссией.

Всего было опубликовано 14 томов (выпусков), в разных издательствах Санкт-Петербурга. Председателем редакционной комиссии «Книги русской скорби» являлся член Государственной Думы В. М. Пуришкевич, секретарями — сначала Н. А. Казаринова, затем — Н. М. Юскевич-Красковский.

В редакционную комиссию «Книги русской скорби», среди прочих, входили:

  • члены Государственной думы И. И. Балаклеев, С. В. Воейков, А. С. Вязигин, Н. Н. Ладомирский, В. А. Образцов, Ф. Ф. Тимошкин, Г. А. Шечков и В. В. Шульгин;
  • публицисты К. Ф. Головин, С. Л. Облеухова, В. М. Скворцов, М. А. Сопоцко и Н. П. Тихменев;
  • общественно-политические деятели М. Н. Дитрих, С. Ф. Еленев и князь М. Л. Шаховской;
  • художники В. М. Васнецов, Л. Т. Злотников, Е. П. Самокиш-Судковская и С. С. Соломко;
  • военные М. М. Бородкин и Ф. В. Винберг;
  • священники Иоанн Восторгов и Александр Вераксин.

Содержание

Книга представляет собой лишенный хронологического или систематического порядка перечень биографий лиц, погибших при революционных волнениях. Наряду с жертвами террористических актов революционных партий, в книге перечисляются и жертвы криминальных инцидентов, и те лица, причины смерти которых не были раскрыты. Книга содержит большое количество фактического материала.

Первый выпуск «Книги русской скорби» открывался статьёй об Императоре Александре II Николаевиче, убитом в 1881 году.

Тома (выпуски) сборника выходили по мере готовности материалов. В. М. Пуришкевич указывал в датированном 13 августа 1908 года коротком предисловии к первому выпуску, что: «Появление дальнейших выпусков зависит от сочувствия русского общества и русского народа предпринятому делу. Есть ли это сочувствие, покажет ближайшее будущее. Твёрдо и уверенно говорю — есть. Не умерло и умереть не может…».[1]

Героями сборника являлись представители многих национальностей и вероисповеданий, в том числе, мусульмане: например, временный генерал-губернатор Кутаисской губернии аварец Максуд-бек Алихан-Аварский (А. М. Алиханов) (убитый в ночь со 2 на 3 июля 1907 года в городе Александрополе /Гюмри/), помощник заведующего отрядом полицейской стражи ингуш Артаган Костоев (убитый 28 августа 1907 года в Черкасском уезде Киевской губернии), стражник полицейской части ингуш Абдула Мальсагов (скончавшийся от ран 28 июля 1908 года в Киеве) и другие. Одним из увековеченных в «Книге русской скорби» мусульман, павших жертвой террористов, стал старший городовой татарин Бикбулат Мухаметзянов, убитый в Казани при исполнении служебного долга 31 июля 1906 года.[2]

Распространение

Издание активно продвигалось в полицейской среде руководством министерства внутренних дел. Известно об издании соответствующих «циркулярных предложений» № 11577 от 8 апреля 1911 года (за подписью П. Г. Курлова), № 21231 от 19 декабря 1912 года и № 21203 от 25 сентября 1913 года (за подписью Н. А. Маклакова), в последнем из которых, в частности, отмечалось, что: «Чины полиции почерпнут, читая эти книги, новые силы для своей трудной службы на пользу родины, и пример описанных жертв долга подкрепит их и воодушевит их работу».[3]

Книга была рекомендована для каждого полицейского отряда и полицейского управления. В 1913 году государством было закуплено 30 тысяч экземпляров для бесплатной раздачи нижним полицейским чинам.

Галерея

  • обложка пятого тома (1908)

  • обложка шестого тома (1910)

  • обложка седьмого тома (1911)

  • обложка восьмого тома (1911)

Ссылки

Основные событияДума, политические партии и организацииОсвободительное движение и волнения в регионахВосстания в армии и на флотеКрупные ограбленияДругое
Государственная Дума (I созыв, Выборгское воззвание, II созыв)Левые: ПСР, ПНС, РСДРП, ППС, СДКПиЛ, Бунд, СЕРПЦентристы: Конституционно-демократическая партия, Союз 17 октября, Партия демократических реформПравые: Союз русского народа, Русская монархическая партия, Союз Михаила Архангела

Примечания

wikiredia.ru

Книга русской скорби Википедия

«Кни́га ру́сской ско́рби» («Кни́га Ру́сской Ско́рби») — документально-литературный сборник, посвящённый памяти жертв революционного террора, издававшийся в России в 1908—1914 годах.

Редакционная комиссия[ | код]

Инициатива создания сборника принадлежала группе правых русских монархистов. «Книга русской скорби» издавалась созданной по решению Главной Палаты «Русского Народного Союза имени Михаила Архангела» редакционной комиссией.

Всего было опубликовано 14 томов (выпусков), в разных издательствах Санкт-Петербурга. Председателем редакционной комиссии «Книги русской скорби» являлся член Государственной Думы В. М. Пуришкевич, секретарями — сначала Н. А. Казаринова, затем — Н. М. Юскевич-Красковский.

В редакционную комиссию «Книги русской скорби», среди прочих, входили:

  • члены Государственной думы И. И. Балаклеев, С. В. Воейков, А. С. Вязигин, Н. Н. Ладомирский, В. А. Образцов, Ф. Ф. Тимошкин, Г. А. Шечков и В. В. Шульгин;
  • публицисты К. Ф. Головин, С. Л. Облеухова, В. М. Скворцов, М. А. Сопоцко и Н. П. Тихменев;
  • общественно-политические деятели М. Н. Дитрих, С. Ф. Еленев и князь М. Л. Шаховской;
  • художники В. М. Васнецов, Л. Т. Злотников, Е. П. Самокиш-Судковская и С. С. Соломко;
  • военные М. М. Бородкин и Ф. В. Винберг;
  • священники Иоанн Восторгов и Александр Вераксин.

Содержание[ | код]

Книга представляет собой лишенный хронологического или систематического порядка перечень биографий лиц, погибших при революционных волнениях. Наряду с жертвами террористических актов революционных партий, в книге перечисляются и жертвы криминальных инцидентов, и те лица, причины смерти которых не были раскрыты. Книга содержит большое количество факт

ru-wiki.ru

Книга русской скорби — Википедия (с комментариями)

Материал из Википедии — свободной энциклопедии

«Кни́га ру́сской ско́рби» («Кни́га Ру́сской Ско́рби») — документально-литературный сборник, посвящённый памяти жертв революционного террора, издававшийся в России в 1908—1914 годах.

Редакционная комиссия

Инициатива создания сборника принадлежала группе правых русских монархистов. «Книга русской скорби» издавалась созданной по решению Главной Палаты «Русского Народного Союза имени Михаила Архангела» редакционной комиссией.

Всего было опубликовано 14 томов (выпусков), в разных издательствах Санкт-Петербурга. Председателем редакционной комиссии «Книги русской скорби» являлся член Государственной Думы В. М. Пуришкевич, секретарями — сначала Н. А. Казаринова, затем — Н. М. Юскевич-Красковский.

В редакционную комиссию «Книги русской скорби», среди прочих, входили:

  • члены Государственной думы И. И. Балаклеев, С. В. Воейков, А. С. Вязигин, Н. Н. Ладомирский, В. А. Образцов, Ф. Ф. Тимошкин, Г. А. Шечков и В. В. Шульгин;
  • публицисты К. Ф. Головин, С. Л. Облеухова, В. М. Скворцов, М. А. Сопоцко и Н. П. Тихменев;
  • общественно-политические деятели М. Н. Дитрих, С. Ф. Еленев и князь М. Л. Шаховской;
  • художники В. М. Васнецов, Л. Т. Злотников, Е. П. Самокиш-Судковская и С. С. Соломко;
  • военные М. М. Бородкин и Ф. В. Винберг;
  • священники Иоанн Восторгов и Александр Вераксин.

Содержание

Книга представляет собой лишенный хронологического или систематического порядка перечень биографий лиц, погибших при революционных волнениях. Наряду с жертвами террористических актов революционных партий, в книге перечисляются и жертвы криминальных инцидентов, и те лица, причины смерти которых не были раскрыты. Книга содержит большое количество фактического материала.

Первый выпуск «Книги русской скорби» открывался статьёй об Императоре Александре II Николаевиче, убитом в 1881 году.

Тома (выпуски) сборника выходили по мере готовности материалов. В. М. Пуришкевич указывал в датированном 13 августа 1908 года коротком предисловии к первому выпуску, что: «Появление дальнейших выпусков зависит от сочувствия русского общества и русского народа предпринятому делу. Есть ли это сочувствие, покажет ближайшее будущее. Твёрдо и уверенно говорю — есть. Не умерло и умереть не может...».[1]

Героями сборника являлись представители многих национальностей и вероисповеданий, в том числе, мусульмане: например, временный генерал-губернатор Кутаисской губернии аварец Максуд-бек Алихан-Аварский (А. М. Алиханов) (убитый в ночь со 2 на 3 июля 1907 года в городе Александрополе /Гюмри/), помощник заведующего отрядом полицейской стражи ингуш Артаган Костоев (убитый 28 августа 1907 года в Черкасском уезде Киевской губернии), стражник полицейской части ингуш Абдула Мальсагов (скончавшийся от ран 28 июля 1908 года в Киеве) и другие. Одним из увековеченных в «Книге русской скорби» мусульман, павших жертвой террористов, стал старший городовой татарин Бикбулат Мухаметзянов, убитый в Казани при исполнении служебного долга 31 июля 1906 года.[2]

Распространение

Издание активно продвигалось в полицейской среде руководством министерства внутренних дел. Известно об издании соответствующих «циркулярных предложений» № 11577 от 8 апреля 1911 года (за подписью П. Г. Курлова), № 21231 от 19 декабря 1912 года и № 21203 от 25 сентября 1913 года (за подписью Н. А. Маклакова), в последнем из которых, в частности, отмечалось, что: «Чины полиции почерпнут, читая эти книги, новые силы для своей трудной службы на пользу родины, и пример описанных жертв долга подкрепит их и воодушевит их работу».[3]

Книга была рекомендована для каждого полицейского отряда и полицейского управления. В 1913 году государством было закуплено 30 тысяч экземпляров для бесплатной раздачи нижним полицейским чинам.

Галерея

  • The book of Russian Grief Vol.5.jpeg

    обложка пятого тома (1908)

  • The book of Russian Grief Vol.6.jpeg

    обложка шестого тома (1910)

  • The book of Russian Grief Vol.7.jpeg

    обложка седьмого тома (1911)

  • The book of Russian Grief Vol.8.jpeg

    обложка восьмого тома (1911)

Напишите отзыв о статье "Книга русской скорби"

Ссылки

  • [http://rusinst.ru/articletext.asp?rzd=1&id=4463&abc=1 Степанов А. Книга русской скорби // Святая Русь. Энциклопедия Русского Народа. Русский патриотизм. Гл. ред., сост. О. А. Платонов, сост. А. Д. Степанов. — М.: 2003] ISBN 5-091364-08-2
  • Анатолий Степанов. [http://rusk.ru/st.php?idar=6039 Из книги «Черная сотня: взгляд через столетие»]. ISBN 5-7624-0053-0
  • [http://www.hrono.info/organ/rossiya/kn_ru_skorbi.html XPOHOC]
Просмотр этого шаблонаОсновные событияДума, политические партии и организацииОсвободительное движение и волнения в регионахВосстания в армии и на флотеКрупные ограбленияДругое
Государственная Дума (I созыв, Выборгское воззвание, II созыв)Левые: ПСР, ПНС, РСДРП, ППС, СДКПиЛ, Бунд, СЕРПЦентристы: Конституционно-демократическая партия, Союз 17 октября, Партия демократических реформПравые: Союз русского народа, Русская монархическая партия, Союз Михаила Архангела

</div></div>

Примечания

  1. ↑ Пуришкевич В. Вместо предисловия// Книга Русской Скорби/ Издание Русского Народного Союза имени Михаила Архангела. — Выпуск первый. — Санкт-Петербург: «Типо-литография Невский, 136», 1908. — С. (I).
  2. ↑ [http://ruskline.ru/analitika/2014/12/08/tatarin_bikbulat_muhametzyanov_geroj_knigi_russkoj_skorbi/ Алексеев И. Татарин Бикбулат Мухаметзянов — герой «Книги Русской Скорби»// Русская народная линия, 07.12.2014]
  3. ↑ Цит. по:[http://ruskline.ru/analitika/2014/12/08/tatarin_bikbulat_muhametzyanov_geroj_knigi_russkoj_skorbi/ Алексеев И. Татарин Бикбулат Мухаметзянов — герой «Книги Русской Скорби»// Русская народная линия, 07.12.2014]

Отрывок, характеризующий Книга русской скорби

Был очень жаркий июльский день, температура держалась не ниже +40 градусов. Накалившийся «до бела» воздух был сухим, как в пустыне и буквально «трещал» в наших лёгких при каждом вздохе. Мы сидели на берегу реки, бессовестно потея и ловили ртами воздух, как выброшенные на сушу перегревшиеся караси… И уже почти что полностью «поджарившись» на солнышке, тоскующими глазами смотрели на воду. Привычной влаги абсолютно не чувствовалось и поэтому всей ребятне дико хотелось как можно быстрее окунуться. Но купаться было немножко боязно, так как это был другой, не привычный нам берег реки, а Нямунас, как известно, издавна была той глубокой и непредсказуемой рекой, с которой шутки шутить не советовалось. Наш старый любимый пляж был на время закрыт для чистки, поэтому мы все временно собрались на месте более или менее кому-то знакомом, и все пока что дружно «сушились» на берегу, никак не решаясь купаться. У самой реки росло огромное старое дерево. Его длинные шелковистые ветви, при малейшем дуновении ветра, касались воды, тихо лаская её нежными лепестками, а мощные старые корни, упираясь в речные камни, сплетались под ним в сплошной «бородавчатый» ковёр, создавая своеобразную, нависающую над водой, бугристую крышу. Вот это-то старое мудрое дерево, как ни странно, и являло собой реальную опасность для купающихся… Вокруг него, по какой-то причине, в воде создавалось множество своеобразных «воронок», которые как бы «всасывали» попавшегося человека в глубину и надо было быть очень хорошим пловцом, чтобы суметь удержаться на поверхности, тем более, что место под деревом как раз было очень глубоким. Но детям говорить об опасности, как известно, почти что всегда бесполезно. Чем больше их убеждают заботливые взрослые, что с ними может произойти какая-то непоправимая беда, тем больше они уверенны, что «может быть с кем-то это и может случиться, но, конечно же, только не с ними, не здесь и не сейчас»… А само ощущение опасности, наоборот – их только ещё больше притягивает, тем самым, провоцируя иногда на глупейшие поступки. Вот примерно так же думали и мы – четверо «бравых» соседских ребят и я, и, не вытерпев жары, всё же решили искупаться. Река выглядела тихой и спокойной, и никакой опасности вроде бы собой не представляла. Мы договорились наблюдать друг за другом и дружно поплыли. В начале вроде бы всё было, как обычно – течение было не сильнее, чем на нашем старом пляже, а глубина не превышала уже знакомой привычной глубины. Я расхрабрилась и поплыла уже более уверенно. И тут же, за эту же слишком большую уверенность, «боженька стукнул меня по головушке, да не пожалел»… Я плыла недалеко от берега, как вдруг почувствовала, что меня резко потащило вниз… И это было столь внезапно, что я не успела никак среагировать, чтобы удержаться на поверхности. Меня странно крутило и очень быстро тянуло в глубину. Казалось, время остановилось, я чувствовала, что не хватает воздуха. Тогда я ещё ничего не знала ни о клинической смерти, ни о светящихся туннелях, появлявшихся во время неё. Но то, что случилось далее, было очень похожим на все те истории о клинических смертях, которые намного позже мне удалось прочитать в разных книжках, уже живя в далёкой Америке… Я чувствовала, что если сейчас же не вдохну воздуха, мои лёгкие просто-напросто разорвутся, и я, наверняка, умру. Стало очень страшно, в глазах темнело. Неожиданно в голове вспыхнула яркая вспышка, и все чувства куда-то исчезли... Появился слепяще-яркий, прозрачный голубой туннель, как будто весь сотканный из мельчайших движущихся серебристых звёздочек. Я тихо парила внутри него, не чувствуя ни удушья, ни боли, только мысленно удивляясь необыкновенному чувству абсолютного счастья, как будто наконец-то обрела место своей долгожданной мечты. Было очень спокойно и хорошо. Все звуки исчезли, не хотелось двигаться. Тело стало очень лёгким, почти что невесомым. Вероятнее всего, в тот момент я просто умирала... Я видела какие-то очень красивые, светящиеся, прозрачные человеческие фигуры, медленно и плавно приближающиеся по туннелю ко мне. Все они тепло улыбались, как будто звали к ним присоединиться… Я уже было потянулась к ним… как вдруг откуда-то появилась огромная светящаяся ладонь, которая подхватила меня снизу и, как песчинку, начала быстро подымать на поверхность. Мозг взорвался от нахлынувших резких звуков, как будто в голове внезапно лопнула защищающая перегородка... Меня, как мячик, вышвырнуло на поверхность… и оглушило настоящим водопадом цветов, звуков и ощущений, которые почему-то воспринимались мной теперь намного ярче, чем это было привычно. На берегу была настоящая паника… Соседские мальчишки, что-то крича, выразительно размахивали руками, показывая в мою сторону. Кто-то пытался вытащить меня на сушу. А потом всё поплыло, закружилось в каком-то сумасшедшем водовороте, и моё бедное, перенапряжённое сознание уплыло в полную тишину... Когда я понемножку «очухалась», ребята стояли вокруг меня с расширившимися от ужаса глазами, и все вместе чем-то напоминали одинаковых перепуганных совят… Было видно, что всё это время они находились чуть ли не в настоящем паническом шоке, и видимо мысленно уже успели меня «похоронить». Я постаралась изобразить улыбку и, всё ещё давясь тёплой речной водой, с трудом выдавила, что у меня всё в порядке, хотя ни в каком порядке я в тот момент естественно не была. Как мне потом сказали, весь этот переполох занял в реальности всего лишь минут пять, хотя для меня, в тот страшный момент, когда я находилась под водой, время почти, что остановилось... Я искренне радовалась, что мамы в тот день с нами не было. Позже мне кое-как удалось упросить «соседскую маму», с которой нас тогда отпустили купаться, чтобы то, что случилось у реки, осталось нашим секретом, так как мне совершенно не хотелось, чтобы моих бабушку или маму хватил сердечный удар, тем более, что всё уже было позади и не имело никакого смысла кого-либо так бессмысленно пугать. Соседка сразу же согласилась. Видимо, для неё это был такой же желанный вариант, так как ей не очень-то хотелось, чтобы кто-то узнал, что общего доверия ей, к сожалению, не удалось оправдать…

o-ili-v.ru

Книга русской скорби — Википедия

Материал из Википедии — свободной энциклопедии

«Кни́га ру́сской ско́рби» («Кни́га Ру́сской Ско́рби») — документально-литературный сборник, посвящённый памяти жертв революционного террора, издававшийся в России в 1908—1914 годах.

Редакционная комиссия

Инициатива создания сборника принадлежала группе правых русских монархистов. «Книга русской скорби» издавалась созданной по решению Главной Палаты «Русского Народного Союза имени Михаила Архангела» редакционной комиссией.

Всего было опубликовано 14 томов (выпусков), в разных издательствах Санкт-Петербурга. Председателем редакционной комиссии «Книги русской скорби» являлся член Государственной Думы В. М. Пуришкевич, секретарями — сначала Н. А. Казаринова, затем — Н. М. Юскевич-Красковский.

В редакционную комиссию «Книги русской скорби», среди прочих, входили:

  • члены Государственной думы И. И. Балаклеев, С. В. Воейков, А. С. Вязигин, Н. Н. Ладомирский, В. А. Образцов, Ф. Ф. Тимошкин, Г. А. Шечков и В. В. Шульгин;
  • публицисты К. Ф. Головин, С. Л. Облеухова, В. М. Скворцов, М. А. Сопоцко и Н. П. Тихменев;
  • общественно-политические деятели М. Н. Дитрих, С. Ф. Еленев и князь М. Л. Шаховской;
  • художники В. М. Васнецов, Л. Т. Злотников, Е. П. Самокиш-Судковская и С. С. Соломко;
  • военные М. М. Бородкин и Ф. В. Винберг;
  • священники Иоанн Восторгов и Александр Вераксин.

Видео по теме

Содержание

Книга представляет собой лишенный хронологического или систематического порядка перечень биографий лиц, погибших при революционных волнениях. Наряду с жертвами террористических актов революционных партий, в книге перечисляются и жертвы криминальных инцидентов, и те лица, причины смерти которых не были раскрыты. Книга содержит большое количество фактического материала.

Первый выпуск «Книги русской скорби» открывался статьёй об Императоре Александре II Николаевиче, убитом в 1881 году.

Тома (выпуски) сборника выходили по мере готовности материалов. В. М. Пуришкевич указывал в датированном 13 августа 1908 года коротком предисловии к первому выпуску, что: «Появление дальнейших выпусков зависит от сочувствия русского общества и русского народа предпринятому делу. Есть ли это сочувствие, покажет ближайшее будущее. Твёрдо и уверенно говорю — есть. Не умерло и умереть не может…».[1]

Героями сборника являлись представители многих национальностей и вероисповеданий, в том числе, мусульмане: например, временный генерал-губернатор Кутаисской губернии аварец Максуд-бек Алихан-Аварский (А. М. Алиханов) (убитый в ночь со 2 на 3 июля 1907 года в городе Александрополе /Гюмри/), помощник заведующего отрядом полицейской стражи ингуш Артаган Костоев (убитый 28 августа 1907 года в Черкасском уезде Киевской губернии), стражник полицейской части ингуш Абдула Мальсагов (скончавшийся от ран 28 июля 1908 года в Киеве) и другие. Одним из увековеченных в «Книге русской скорби» мусульман, павших жертвой террористов, стал старший городовой татарин Бикбулат Мухаметзянов, убитый в Казани при исполнении служебного долга 31 июля 1906 года.[2]

Распространение

Издание активно продвигалось в полицейской среде руководством министерства внутренних дел. Известно об издании соответствующих «циркулярных предложений» № 11577 от 8 апреля 1911 года (за подписью П. Г. Курлова), № 21231 от 19 декабря 1912 года и № 21203 от 25 сентября 1913 года (за подписью Н. А. Маклакова), в последнем из которых, в частности, отмечалось, что: «Чины полиции почерпнут, читая эти книги, новые силы для своей трудной службы на пользу родины, и пример описанных жертв долга подкрепит их и воодушевит их работу».[3]

Книга была рекомендована для каждого полицейского отряда и полицейского управления. В 1913 году государством было закуплено 30 тысяч экземпляров для бесплатной раздачи нижним полицейским чинам.

Галерея

  • обложка пятого тома (1908)

  • обложка шестого тома (1910)

  • обложка седьмого тома (1911)

  • обложка восьмого тома (1911)

Ссылки

Основные событияДума, политические партии и организацииОсвободительное движение и волнения в регионахВосстания в армии и на флотеКрупные ограбленияДругое
Государственная Дума (I созыв, Выборгское воззвание, II созыв)Левые: ПСР, ПНС, РСДРП, ППС, СДКПиЛ, Бунд, СЕРПЦентристы: Конституционно-демократическая партия, Союз 17 октября, Партия демократических реформПравые: Союз русского народа, Русская монархическая партия, Союз Михаила Архангела

Примечания

wikipedia.green

Манкурт Вейник - Вейник А.И. Книга скорби

приобрестиВейник А.И. Книга скорбискачать (1336.2 kb.)Доступные файлы (1):

n1.doc

Книга скорби.

Манкурт Вейник.

«И книга эта – вместо моего тела,

И слово это – вместо души моей»

Григор Нарекаци, «Книга скорби»,

Х век

Предисловие.В настоящей «Книге скорби» я пытаюсь очень кратко изложить свою общую теорию природы (ОТ), удовлетворяющую критериям корректности (внутренней непротиворечивости), адекватности (соответствия всем известным опытным фактам, включая накопившиеся в прежних теориях аномалии, или противоречия) и перспективности (возможности предсказывать новые явления, недоступные для прежних теорий). Основные положения ОТ подтверждены экспериментально. В ней находят объяснение все известные, кажущиеся таинственными, загадочными и непонятными. явления, в частности касающиеся проблем парапсихологии, CETI (связь с внеземными цивилизациями) и UFO (Unidentified Flying Object), или НЛО (неопознанные летающие объекты, или так называемые летающие тарелки). Такова чисто научная канва моей книги.

Однако науку делаю люди. Поэтому она неизбежно несет на себе следы их характеров, страстей и судеб, кипящих в котле реальных общественных отношений. Без этого ничего понять нельзя ни в реальной науке, ни в реальных судьбах, ни в реальных отношениях. Особенно на первых порах. Потом, если все будет благополучно, наука, как и жизнь, выйдет на круги своя, в полном согласии с объективными законами развития, открытыми гениальным Томасом Куном.

Я хочу, чтобы меня услышали и поняли еще до того, как сведу счеты с этим миром, ибо есть вещи, которые знаю только я один, и о которых, следовательно, никто не может рассказать лучше меня. Поэтому я не должен молчать, но и не могу отрывать реальную науку от реальной действительности, тем более что всеобщая связь явлений – это главный конек моей теории. Мною движут любовь к природе и тревога за ее судьбу, любовь к науке и тревога за ее судьбу, любовь к человеку и тревога за его судьбу. Вся свою жизнь я посвятил науке, главное назначение которой вижу в свободных поисках истины и в служении природе, следовательно, и человеку, но вовсе не в том, чтобы вырывать милости у природы и употреблять знания во зло всей этой троице – природе, науке и человеку. Мне кажется, что ОТ открывает перед реальной действительностью новые обнадеживающие перспективы – в этом мое оправдание.

При написании книги я руководствовался соображением сделать ее понятой и полезной как представителям точных наук, так и лицам с гуманитарной формой мышления. Мне хотелось привлечь к моей теории внимание максимального числа людей самых различных специальностей, чтобы обрести среди них последователей, которые бы повторили мои опыты и пошли дальше, и тем способствовали проникновению новых идей в повседневную жизнь. А заодно и в научные сферы. Для этого я использую одновременно два языка – математический и словесный. Каждая математическая фраза повторяется мною словами, поэтому при желании формулы и различного рода обоснования и доказательства можно опускать и читать только простой словесный текст, либо даже одни только резюме. Написать же две отдельные книги на двух языках – это было выше моих сил.

В Начале было Слово. Чтобы успешно справиться со своей задачей, я определил его с помощью особых количественных мер, в них-то и заключается вся соль проблемы: без количественных мер вообще немыслима никакая уважающая себя теория. Например, идея единства законов природы и всеобщей связи явлений высказывалась учеными и философами в течение долгих веков несчетное число раз, но без количественных мер она носила лишь характер умозрительных спекуляций. Только после введения соответствующих мер эту идею удалось переплавить в четкие универсальные количественные законы природы. При этом большую помощь оказал мне компактный и выразительный математический язык. Его не избежать также при попытках оценить интересующие нас явления числом. Но для этого желательно овладеть хотя бы начатками математического языка, почерпнув энтузиазм в известной китайской поговорке: человек, знающий один язык, - это один человек; человек, знающий два языка, - это два человека [1981, стр.3-4].

Введение.

«Большая дорога с множеством развилин

ведет к гибели баранов. Ученые гибнут

из-за бесконечности направлений».

Ян Чжу, «Ле-цзы», гл. «Шо Фу-нянь»,

395-335 гг. до н.э.

Современная наука чем-то напоминает науку древних, ибо современные ученые, как и древние, считают, что в основе всего сущего лежат только четыре первопричины: у древних это были огонь, вода, земля и воздух, у современных – сильные, слабые, электромагнитные и гравитационные взаимодействия. Как видим, наименования первосущностей несколько изменились, но общий характер миропонимания остался прежним. В своей «Книге скорби» я предлагаю сбросить, наконец, с пьедестала примитивную диктатуру тетраизма и обратиться к спасительному плюрализму, более совершенно отражающему дух самой природы. Мне кажется, уже давно назрела пора называть вещи своими именами.

Предлагаемая вниманию читателя работа – это первая попытка построить новую научную теорию с учетом законов, открытых Томасом Куном, и представить ее на суд широкой общественности, минуя «научное сообщество», которое, как и положено, исповедует «нормальную науку». Нормальную науку Томас Кун рассматривает «как упорную и настойчивую попытку навязать природе те концептуальные рамки, которые дало профессиональное образование». «Нормальная наука, например, часто подавляет фундаментальные новшества, потому что они неизбежно разрушают ее основные установки», всякая нормальная наука опирается только на прошлые научные достижения.

В соответствии с упомянутыми законами я предлагаю старую парадигму науки заменить «новой парадигмой, несовместимой со старой», так рекомендует Томас Кун. Под парадигмой я понимаю наиболее общие концептуальные рамки науки, которые одновременно служат исходным постулатом теории. С подобной замены парадигм начинается научная революция. Научная революция, по Томасу Куну, - это коренное «изменение взгляда на мир». «После революции ученые работают в другом мире».

Научной революции предшествует накопление аномалий, то есть фактов, противоречащих старой теории. Эти аномалии ввергают теорию в кризис, из которого есть только один выход - смена парадигмы и обращение к новой теории. Именно такая кризисная ситуация характерна для современной науки.

Мне было легко все это сделать: я докопался до сути парадигмы современных теорий (гл. IV) и, как рекомендует Коран, поступил наоборот, то есть поставил старую парадигму с головы на ноги. Так была сформулирована новая парадигма, несовместимая со старой (гл. I).

Моя парадигма начинается с понятия Вселенной, которая охватывает все сущее. Кстати к сущему относятся и такие категории, как пространство и время. Всеобъемлющий характер исходной посылки рассуждений заставил меня развить наиболее общий случай метода дедукции (способ рассуждений от общего к частному), ибо рассуждения пришлось начинать со Вселенной.

Но «никто не обнимет необъятного». Поэтому для начала потребовалось прибегнуть к методу анализа и мысленно расчленять бесконечную Вселенную на отдельные составляющие ее формы до тех пор, пока я пришел к элементарному явлению, не поддающемуся дальнейшему расчленению. Разумеется, перед этим я был вынужден ввести специальные количественные меры, определяющие главные характеристики Вселенной и делающие возможным такое расчленение; к ним относятся меры количества и качества (структуры) вещества, из которого построено мироздание, и количества и качества (структуры) поведения этого вещества.

Естественно, что при анализе каждая выделенная форма представляет собой «черный ящик», состав и структуру которого мы никогда не знаем до конца. Только для элементарного явления все количественные меры известны заранее, они равны нулю (кроме меры количества вещества). Поэтому далее я пошел в обратном направлении – стал методом синтеза строить отдельные усложняющиеся формы явлений, начиная с элементарного. Возможно, что в процессе эволюции такой же путь проделывает и сама природа. В синтезированных формах уже все известно. Из них возникли различные эволюционные ряды, главный эволюционный ряд включает в себя человека. Так Вселенная была разложена по количественным и качественным полочкам. В результате из «бесконечности направлений» выделилась четко очерченная «большая дорога с множеством развилин», а необъятное стало объятным. Следование главному эволюционному ряду уберегло меня и от «множества развилин». Но в силу сказанного я сделал только первый шаг, лишь показал «как это делается». Развилины еще ждут своего часа, они для тех, кто помоложе и пойдет за нами.

Впервые появилась любопытная возможность представить себе закономерности, по которым живет и эволюционирует природа. В главном эволюционном ряду исходным явлением служит абсолютный вакуум, или парен. Он представляет собой вещество без структуры и поведения, соответствующие количественные меры равны нулю. Парен олицетворяет собой абсолютный покой, абсолютную смерть.

Первый, начальный шаг эволюции, общий для всех рядов, связан с сообщением парену определенного количества поведения, в результате вещество парена оживает, у него появляются структура, а также качество, или структура, поведения – это первый знаменательный этап на пути возникновения жизни.

Вещество имеет много различных форм. Мне пока известны семь таких разнородных, в принципе не сводимых друг к другу истинно простых форм: метрическая (связана с пространством), хрональная (связана со временем), вилольная (связана с колебаниями), вермическая (связана с теплотой), электрическая и магнитная. Они являются исходными первокирпичиками Вселенной, ее строительным материалом, и обладают калейдоскопически разнообразными и необычайно интересными свойствами. В число последних входит универсальное взаимодействие, отвергаемое современной наукой, оно, подобно цементу, скрепляет в единое целое все первокирпичики.

Начальный шаг эволюции приводит к формулировке семи количественных принципов, или начал, которым подчиняется все сущее. Но среди выведенных начал нет нашего старого знакомого – второго закона классической термодинамики. Оказывается, природа в нем не нуждается, одновременно отпадают и все запреты второго закона.

Каждый следующий шаг эволюции сопровождается появлением новых специфических законов, которым подчиняются только данная и все последующие более сложные формы явлений. Сейчас эти законы установлены лишь для семи первых форм ряда. Замечательными свойствами обладает седьмая форма, так называемая термодинамическая пара, она способна самофункционировать в условиях полной изоляции от окружающей среды, то есть безо всяких внешних воздействий, - это второй важнейший этап становления жизни. Пара с успехом нарушает второй закон термодинамики, ибо в ней самопроизвольные реальные процессы могут длиться вечно, а неограниченные запасы теплоты одного источника, например окружающих нас воздуха, воды или земли, - преобразовываться в работу или электричество с КПД 100% (гл. II). Все формы, следующие за седьмой, тоже являются самофункционирующими.

На этом пути завершается построение общего метода дедукции и формулируется количественный аппарат общей теории (ОТ). Появляется возможность с более общих позиций посмотреть на современную науку, в частности на теории относительности, квантовой механики и информации (гл. IV), а также новыми глазами взглянуть на животрепещущие проблемы парапсихологии, CETI и НЛО (гл. V-VII). Выясняется, что теория относительности в целом, как специальная, так и общая, - это мертворожденное дитя с нулевыми перспективами, появлением на свет оно обязано элементарной ошибке своих родителей, которые условное эталонное, ни от чего внешнего не зависящее время по недоразумению приняли за реальное физическое, способное по произволу изменяться под влиянием различных внешних факторов. Эта нелепость была подтверждена ошибочно истолкованными экспериментами, к их числу относятся, например изменение массы со скоростью. Квантовая механика и теория информации – это типичные статистические дисциплины. Всякая статистическая теория, исповедующая случайность и вероятность, - это весьма своеобразный подход к изучению большого числа реальных однотипных явлений, когда мы не желаем или не умеем разобраться с ними в совокупности. Но подход к изучению и само физическое явление – это принципиально различные вещи. Недопустимо особенности нашего теоретического подхода навязывать природе в качестве ее сокровенных свойств. Поэтому квантовая механика и теория информации должны быть очищены от исторической шелухи, приставшей к ним в ходе становления, таким способом они избавятся от львиной доли своих трудностей и обретут дополнительные возможности.

Поистине фантастические перспективы открывают перед теорией новые определения метрической, хрональной и некоторых других простых форм явлений. Причем главная фантастика связана со временем, с возможностью произвольного управления им. Хрональное явление чрезвычайно широко распространено в природе и многосторонне и эффективно используется в животном и растительном мирах, в этом явлении следует искать разгадку феноменов парапсихологии, CETI и НЛО. С его помощью человек может нарушить законы классической механики и заставить работать так называемый безопорный движитель, способный, подобно барону Мюнхаузену, перемещаться за счет внутренних сил, без опоры на землю, воду, воздух, реактивную струю и т.д. (гл. II). Все это должно, по моему мнению, поднять человеческую цивилизацию на новый, более высокий уровень развития.

Выводы ОТ были подтверждены мною в предельно простых экспериментах, специально спланированных так, чтобы их мог повторить каждый (гл. III). К этому я и призываю читателя, особую надежду возлагая на молодежь, которая еще не успела обзавестись привычными представлениями, предубеждениями и предрассудками «нормальной науки» [1981, стр.5-9]. Глава I.

Новая парадигма науки и главные законы, или начала, ОТ.

«Да разве может быть собственное мнение у людей, не удостоенных доверием начальства?!»

Козьма Прутков. «Проект: о введении единомыслия в России».

Парадигма в науке выполняет функции кровати знаменитого разбойника Прокруста, который в стародавние времена хватал путников на большой дороге и укладывал на эту кровать. Коротких он растягивал, а длинных обрубал до размеров кровати. В наши дни проделывается то же самое, но уже не с людьми, а с опытными фактами, идеями и целыми теориями. При этом меркой служит господствующая парадигма. В одном случае факты, идеи и теории натягиваются на эту мерку, в другом – им отрубают ноги или голову – по вкусу.

Другими словами, повседневная роль парадигмы заключается в том, чтобы служить меркой, или эталоном, с помощью которого отбираются, оцениваются и критикуются факты, идеи и теории. Благодаря наличию устоявшейся парадигмы ученым при изучении различных явлений природы уже не приходится каждый раз начинать все с самого начала – с формулировки основных принципов. Теперь, приняв на веру парадигму, они могут сосредоточить все свое внимание на решении конкретных головоломок науки. Это крайне повышает продуктивность научных исследований.

Понятие парадигмы впервые ввел в науку Томас Кун [1]. Парадигма по Томасу Куну, - это общепринятые ценности, общепризнанные образцы, наборы предписаний и т.д. для научной группы, которая, если позволительно будет продолжить упомянутую аналогию, играет роль того самого разбойника Прокруста. Однако, к сожалению, определения парадигмы, данные Томасом Куном, слишком неопределенны, расплывчаты и многочисленны. Например, по утверждению Мастермана, термин парадигма Томасом Куном «используется по крайней мере двадцатью двумя различными способами» [1, с.228].

В отличие от Томаса Куна, под парадигмой я понимаю только главные мировоззренческие концепции, они же служат исходным постулатом теории [9].

Помимо повседневной, парадигма играет также важную историческую роль, ибо развитие парадигмы определяет развитие теоретических знаний. Последовательная смена парадигм характеризует ход исторического развития теорий, науки, техники, а значит, и общества в целом. В связи с этим в теории Томаса Куна особо важное значение приобретает концепция прогресса, утверждающая неизбежность последовательной смены парадигм. Главной причиной развития, по Томасу Куну, является соревнование, конкуренция ученых внутри каждой группы научного сообщества, исповедующей одну и ту же парадигму, а также между различными группами, исповедующими неодинаковые парадигмы. В ходе конкуренции решаются конкретные головоломки науки и накапливаются факты, среди которых всегда обнаруживаются аномалии, или противоречия, приводящие впоследствии к смене парадигмы, а с нею и всей теории.

Любопытно, что «ученые... никогда не отказываются легко от парадигмы, которая ввергла их в кризис» [1, с.106]. Более того, «революции оказываются почти невидимыми», ибо существующая процедура перекраивания учебников «маскирует не только роль, но даже существование революций» [1, с.174]. Обычно ломают парадигмы молодые и новички в области, ибо они связаны с этой областью менее сильно [1, с.183]. Большая заслуга Томаса Куна заключается в том, что ему впервые удалось вскрыть все эти интересные закономерности.

Любая очередная парадигма по необходимости должна быть шире и глубже предыдущей: она обязана объяснять не только все известные старые факты, но и аномалии, а также предсказывать новые явления природы. В противном случае новая парадигма не устоит в отчаянной борьбе со старой, в борьбе, которая ведется не на жизнь, а на смерть. Конечно, не исключены и ситуации, когда по тем или иным, например, искусственно воздвигнутым, причинам победу может одержать отжившая или менее совершенная парадигма. Но такая победа всегда является временной и на общий исторический ход развития науки и общества заметного влияния оказать не может.

Каждая новая парадигма вначале играет прогрессивную роль: с ее помощью происходит интенсивное развитие науки и техники. Но одновременно накапливаются и аномалии, которые в конечном итоге ввергают старую теорию в кризис. При этом роль парадигмы изменяется на обратную: парадигма начинает тормозить развитие науки. Возникший кризис неизбежно завершается сменой парадигмы и появлением новой теории, то есть научной революцией. К подобного рода научным революциям сводится концепция развития науки, по Томасу Куну.

Кстати, именно поэтому следует признать ошибочным расширенный принцип соответствия Бора, согласно которому каждая новая теория должна включать в себя все предыдущие в качестве предельных частных случаев. Вся история развития науки опровергает принцип Бора и подтверждает справедливость теории Томаса Куна. Например, известная теория Птолемея не является частным случаем новой теории Коперника, теория теплорода не является частным случаем современной термодинамики, теория флогистона не является частным случаем современной химии и т.д.

На снове анализа парадигм прошлого Томас Кун всю историю развития науки подразделяет на два периода – допарадигмальный и парадигмальный.

В отличие от Томаса Куна, я считаю, что парадигмы существовали во все периоды развития общества, причем классификация периодов должна исходить из содержания, числа и характера распространения парадигм.

У первобытных народов положительные знания облекались в религиозно-мифологическую оболочку: парадигмами служили религиозные верования, мифы, легенды, предрассудки и т.д. Каждое племя, каждая община имели определенный набор своих собственных парадигм, причем для различных племен и общин, исповедующих неодинаковые парадигмы, было характерно враждебное отношение друг к другу. Хотя первобытные представления и не являются научными с нашей теперешней точки зрения, но в свое время они верой и правдой – «огнем и мечом» – надежно выполняли функции прокрустова ложа, то есть эталонных мерок, поэтому мы вынуждены считаться с ними как с соответствующими наивными парадигмами и теориями, в противном случае через некоторое время и наши современные теории тоже рискуют попасть в разряд предрассудков. Этот период можно назвать наивнопарадигмальным.

По мере накопления знаний предрассудки заменялись опытными фактами, каждый из которых служил парадигмой для самого себя (Плиний, Бэкон и др.), наступил фактпарадигмальный период. Затем парадигмы стали обобщаться и охватывать все больший набор конкретных фактов. Число парадигм стало уменьшаться, а развитие коммуникаций вовлекло в сферу действия господствующих парадигм новых людей и новые регионы. Появились законы и теории Коперника, Ньютона, Лавуазье и т.д. Это соответствует полипарадигмальному периоду, когда существует большое число парадигм, каждая из которых охватывает множество фактов.

Дальнейшее развитие коммуникаций и средств массовой информации сделало господствующие парадигмы глобальными (панпарадигмальный период). Панпарадигмы принимают на себя функции единственных регулировщиков прогресса на Земле. Господствующие группы разрастаются до мировых масштабов, при этом государственные границы никакого значения не имеют. Впервые происходит концентрация сил и средств всего мирового научного сообщества на решении очередных головоломок науки, диктуемых панпарадигмами. Это и только это является истинной причиной наблюдаемого ныне скачка в развитии науки, а затем и техники, то есть причиной так называемой научно-технической революции.

Панпарадигмальный период отличается от полипарадигмального особенной напряженностью событий, поскольку на арену борьбы каждый раз выступает вся мировая научная группа одновременно, так сказать, разбойник Прокруст в мировом масштабе. Драматизм ситуации усугубляется тем, что конкурирующим парадигмам спрятаться уже негде: старые панпарадигмы обладают глобальной властью, в их руках находятся все средства информации, они шутя удушают ростки новых парадигм еще в стадии зарождения. Мне это известно лучше других.

Но панпарадигмальным периодом далеко не исчерпывается история развития науки и общества. Дальнейшая непрестанная смена парадигм, согласно Томасу Куну, неизбежна. Поэтому следующий еще более грандиозный скачок науки и техники произойдет после того, как отдельные панпарадигмы будут заменены одной общей парадигмой, охватывающей все известные научные дисциплины, теории и факты. Это должно способствовать объединению человечества. В этот период, который можно назвать монопарадигмальным, находят логическое завершение идеи обобщения содержания, уменьшения числа и расширения области распространения парадигм. Не исключены также мегапарадигмальный, гигапарадигмальный и т.п. периоды, когда будет установлена связь с внеземными цивилизациями различного уровня развития.

Таким образом история развития науки должна содержать по меньшей мере семь различных периодов – наивнопарадигмальный, фактпарадигмальный, полипарадигмальный, полипарадигмальный, монопарадигмальный, мегапарадигмальный, гигапарадигмальный...

В соответствии с изложенным, взамен изживших себя старых парадигм – о них речь пойдет впереди (гл. IV) – я предлагаю одну новую монопарадигму, которая по своему содержанию в своих главных чертах прямо противоположна панпарадигмам современной науки, что хорошо согласуется с требованиями Томаса Куна о полной или частичной несовместимости старой и новой парадигм. Моя монопарадигма отличается предельной общностью и универсальностью, ибо берет свое начало в философии. Благодаря этому впервые удается все разрозненные научные дисциплины, теории и факты объединить под одной крышей, а также покуситься на серьезное и глубокое рассмотрение основных принципов устройства и функционирования Вселенной.

Одновременно также впервые удается последовательно и до конца развить теоретический метод дедукции – рассуждений от общего к частному. При этом цепочка рассуждений естественно простирается от наиболее общих концепций философии до конкретных свойств изучаемого явления, то есть от философского до собственно научного уровня методологии. Известно, что до настоящего времени наука развивалась в основном по методу индукции – рассуждений от частного к общему.

Однако непосредственно перейти от философского уровня к научному невозможно. Поэтому в цепочку дедуктивных рассуждений мне пришлось включить коммуникативный уровень, связывающий философию с наукой. Коммуникативный уровень благодаря философско-коммуникативным концепциям плавно переходит в философию, а благодаря коммуникативно-научным – в науку. В результате замкнутая цепочка рассуждений теоретического метода дедукции ОТ в своей основе состоит из следующих звеньев:

1. Главная концепция философии (первичность бытия и вторичность мышления).

2. Философские концепции теории (объективизм, детерминизм, необходимость).

3. Философско-коммуникативные концепции теории (Вселенная, материя и движение, взаимодействие).

4. Коммуникативно-научные концепции теории (вещество и его поведение, в том числе вещество и поведение взаимодействия).

5. Количественные принципы.

6. Качественные гипотезы.

7. Конкретные свойства изучаемого явления.

Между собой все эти звенья замыкаются языком или языками рассуждений. В качестве языков могут служить с равным правом словесный, математический, алгоритмический, изобразительный, музыкальный, химический, биологический и другие. Сказанное четко и ясно определяет роль и значение математики: математика представляет собой язык, причем не единственный, к которому может прибегнуть наука для выражения тех или иных закономерностей, объективно существующих в окружающем нас мире; с этим вопросом связаны многочисленные заблуждения и ошибки, поэтому к нему я еще вернусь в гл. IV. При рассуждениях движение по цепочке в прямом направлении (сверху вниз) дает метод дедукции, в обратном – метод индукции.

Три первых звена цепочки дедуктивных рассуждений тяготеют к философии. Два промежуточных звена, включающих слово «коммуникативный», играют роль связующего уровня методологии. Наконец, три последний звена составляют собственно научный уровень методологии; в совокупности с языком рассуждений, чаще всего математическим, они образуют то, что я называю обычной, или частной, теорией. При построении общей теории природы (ОТ) мне пришлось использовать полную цепочку дедуктивных рассуждений, объединенную языками этих рассуждений – словесным и математическим.

Из общей схемы теоретического метода дедукции видно, что мировоззренческие концепции ОТ охватывают первые четыре звена рассуждений. Следовательно, их надо рассматривать как новую монопарадигму ОТ. Одновременно они служат исходным постулатом теории. Как и всякий постулат любой теории, постулат-монопарадигма ОТ не доказывается, а принимается на веру, в частности он не может быть обоснован средствами самой теории. По поводу этого постулата требуется сделать несколько замечаний принципиального характера.

Еще во времена Бэкона и Дж. Толанда (Англия, XVII век) и Гольбаха (Франция, XVIII век) принято считать, что Вселенная состоит из материи, а материя, в свою очередь, существует в виде движения. В результате движение обретает смысл формы существования материи. Так круг замыкается – змея кусает свой хвост: материя определяется через движение, а движение – через материю, и никакие количественные подходы становятся невозможными. Постулат разрывает этот заколдованный круг, утверждая, что Вселенная одновременно состоит из материи и движения. Это дает право определить материю через вещество, а движение – через поведение этого вещества. В данном случае я воспользовался обычным приемом двоякого определения понятий – по отношению к вышестоящим (сверху) и нижележащим (снизу) категориям. Например, обычный стол можно сверху определить как представителя родового понятия мебели, а снизу – как приспособление, за которым сидят, когда едят, или на которое встают, когда хотят сменить перегоревшую лампочку. Аналогично материя и движение определены сверху как Вселенная, а снизу – как вещество и его поведение. Совершенно ясно, что для практических целей важно второе определение, именно оно находит конкретное научное и инженерно-техническое применение; что касается первого, то оно должно больше интересовать философа, чем инженера.

Другое принципиальное замечание касается пространства и времени. С легкой руки Ньютона (Англия, XVII век) принято считать, что пространство и время, наподобие пустого бабушкиного сундука, в котором хранится всякий хлам, содержит в себе все сущее: «материя существует в пространстве и времени». В этом определении я не вижу никакой логики: если Вселенная – это все сущее, то, значит, существующее пространство и время тоже должны охватываться понятием Вселенная. Именно по этой причине, в противоположность распространенному мнению, постулат утверждает, что Вселенная (все сущее) состоит только из материи и движения, и не из чего более. Следовательно, материя и движение обязаны содержать в себе эти две категории - пространство и время. Такое новое понимание низводит пространство и время до уровня неких сугубо частных характеристик материи и движения, и включает их в общий круговорот бесчисленных явлений природы. Этот шаг будет иметь колоссальные последствия для науки и техники.

Смена парадигмы, по Томасу Куну, неизбежно влечет за собой смену теории, то есть научную революцию. А это значит, что замене подлежат все звенья рассуждений, через которые я определяю метод дедукции и которые совместно с языков рассуждений составляют теорию. При этом способностью сохраняться обладают в основном только опытные факты, которые нередко приобретают новое толкование, могут сохраниться также и некоторые положения парадигмы. Опытные факты обычно входят в состав седьмого (конкретные свойства явления), а иногда и пятого (количественные принципы) звеньев метода дедукции. Следовательно, при смене теорий известная часть содержимого парадигмы, пятого и седьмого звеньев способна в каком-то виде перекочевывать в новую теорию.

После определения нового постулата-монопарадигмы ОТ, призванной заменить панпарадигмы современной науки, можно приступить к реализации сформулированного мною общего метода дедукции в той последовательности, которая диктуется изложенными выше семью звеньями. В качестве языков рассуждений я использую словесный и математический, последний позволяет в очень компактной форме представлять полученные результаты. В ходе рассуждений будут установлены количественные принципы, выяснены роль и содержание качественных гипотез, и таким образом созданы необходимые предпосылки для определения конкретных свойств изучаемых явлений. Расшифровав детальное содержание всех семи звеньев метода дедукции, можно будем считать поставленную задачу разработки общей теории природы (ОТ) выполненной.

Однако такой путь от первого до седьмого звена надо проделать лишь однажды. В дальнейшем при изучении конкретных явлений – для создания любой конкретной частной теории – уже нет надобности заново формулировать и расшифровывать монопарадигму. Достаточно пользоваться только последними тремя звеньями метода дедукции, то есть научным уровнем методологии, конечно, не забывая при этом пристально и с опаской поглядывать на прокрустово ложе – монопарадигму ОТ. Частные рассуждения в пределах научного уровня методологии в направлении от принципов к свойствам я буду называть методом принципов, а в противоположном направлении – методом модельных гипотез, или просто методом гипотез. В настоящее время в физике применяется главным образом второй метод, более подробно об этом говорится ниже.

Отличие ОТ от любой частной теории заключается в том, что она, определив главные звенья теоретического метода дедукции, самостоятельно проходит весь этот путь – от философии к науке, от монопарадигмы к свойствам. В ходе рассуждений выясняется, что реализация дедуктивных построений принципиально невозможна без привлечения всеобщих и универсальных методов анализа и синтеза. При этом в начале приходится пользоваться методом анализа, исходным объектом которого служит Вселенная и который в конечном итоге позволяет прийти к понятию элементарного явления, а затем – методом синтеза, исходным объектом которого служит найденное элементарное явление. В результате уже на начальном этапе рассуждений формулируется некая замкнутая система принципов, или начал, необходимых для решения любых конкретных задач – для определения конкретных свойств любых явлений. Метод синтеза естественно выводит на теорию эволюции явлений, а следовательно, и всей Вселенной. Таким образом ОТ – это первая попытка подойти к теоретическому осмысливанию процессов эволюции.

Приступим теперь к более детальному выполнению намеченной программы. Главная концепция философии нам пока не потребуется. Она понадобится в дальнейшем при составлении основного уравнения ОТ. Философские концепции теории – объективизм, детерминизм и необходимость – расшифровываются следующим образом.

Объективизмом я утверждаю только факт существования объективной реальности, не зависящей от свойств субъекта, - наблюдателя, измерительного прибора и т.д., все остальные толкования этого термина я оставляю в стороне. Под детерминизмом понимается объективное существование однозначной закономерной связи в пределах всего сущего. Необходимость предусматривает объективную причинную обусловленность и обязательность развития всевозможных явлений природы. В совокупности перечисленных философских концепций необходимо и достаточно для всестороннего и полного описания мира.

Что касается философско-коммуникативных концепций теории, то далее объективизм я расшифровываю с помощью понятия Вселенной, охватывающей все сущее, всю систему мироздания. Детерминизм предусматривает условное – мысленное – расчленение Вселенной на материю и движение, между которыми существует однозначная закономерная – детерминистская – связь. С этого шага фактически начинается метод анализа: применительно к Вселенной никакой другой подход немыслим. Наконец, необходимость я реализую с помощью понятия взаимодействия, в том числе универсального, связывающего между собой разнородные явления природы. Благодаря взаимодействию происходит обязательное изменение, развитие всех связанных между собой явлений. Но, согласно концепции детерминизма, Вселенная состоит только из материи и движения. Следовательно, за взаимодействие также должны быть ответственны свои особые материя и движение взаимодействия, то есть совокупные материя и движение Вселенной условно (мысленно) расчленяются на основные материю и движения, и на материю и движение взаимодействия – это второй шаг на пути анализа. Перечисленные философско-коммуникативные концепции полностью и до конца исчерпывают содержание всего сущего, то есть всей Вселенной со всеми ее атрибутами.

Далее в действие вступают коммуникативно-научные концепции теории. В них философскую категорию материи я приземляю до уровня научного понятия некой вещественной субстанции, или вещества, из которого построено все мироздание. Тогда движение естественно представляет собой поведение этого вещества, понимаемое в самом широком смысле. Следовательно, за взаимодействие тоже должны быть ответственны свои особые вещество и поведение взаимодействия.

Как видим, в объективно существующую вещественную Вселенную я вкладываю конкретный инженерный смысл, поскольку материя реализуется через вещество, а движение – через поведение этого вещества. Детерминизм заключается в однозначной связи между веществом и его поведением, а необходимость – в обязательном изменении и развитии вещества и поведения различных объектов природы под влиянием вещества и поведения взаимодействия, причем концепциям связи и развития в равной мере обязаны подчиняться основное вещество и поведение, и вещество и поведение взаимодействия. Такова расшифровка прокрустова ложа ОТ. С помощью этой расшифровки философия приземляется до уровня науки.

Понятий вещества и его поведения необходимо и достаточно для полного и всестороннего описания Вселенной. Эти понятия охватывают все сущее, включая также пространство и время. Одновременно теряет смысл известное противопоставление вещества и поля, ибо поле тоже есть вещество, следовательно, это противопоставление не укладывается в прокрустово ложе ОТ.

Согласно теоретическому методу дедукции, последующая расшифровка и детализация коммуникативно-научных концепций должна привести к собственно научному уровню методологии, то есть к формулировке количественных принципов, которые с помощью качественных гипотез дают возможность определять конкретные свойства изучаемых явлений. С этой целью надо систематически развить принятый нами метод анализа. Основанием для дальнейших шагов мысленного расчленения Вселенной на более простые составные части служит наблюдаемая дискретность различных объектов природы – атомов, молекул, макротел, планет, звезд, галактик и т.д. В единое непрерывно изменяющееся и развивающееся целое все эти объекты цементируются веществом и поведением взаимодействия, при этом особо важную роль приобретает универсальное взаимодействие, ответственное за всеобщую связь явлений и отвергаемое современной наукой.

В соответствии с изложенным, следуя методу анализа, все вещество Вселенной я мысленно расчленяю на определенные конкретные формы, или паваны, из которых, как из кирпичиков и блоков, складывается мироздание. С каждой формой вещества сопряжена своя форма поведения, или астата. В совокупности сопряженные между собой формы вещества и его поведения составляют форму явления, или пракрити.

Форма явления – это главный объект, изучаемый в ОТ. Именно в пределах явления осуществляется однозначная связь между веществом и его поведением.

С каждой формой основного явления всегда сопряжена своя особая форма явления взаимодействия, распадающаяся на соответствующие формы вещества и поведения взаимодействия, причем изменяются, развиваются, эволюционируют одновременно, взаимосвязано и взаимообусловлено как форма основного явления, так и сопряженная с ним форма явления взаимодействия. Это обстоятельство имеет исключительно важное теоретическое и практическое значение.

Далее каждую форму вещества я мысленно расчленяю на определенные количество и качество, причем последнее служит характеристикой структуры вещества, ее сложности. С количеством и качеством формы вещества сопряжены соответствующие количество и качество формы поведения, качество формы поведения определяет способ, структуру, сложность этого поведения. Формы вещества и поведения взаимодействия тоже распадаются на соответствующие количества и качества.

Каждое из введенных понятий я определяю с помощью особой количественной меры N. Главные из них следующие:

Манкурт Вейник

nashaucheba.ru

Книга русской скорби — википедия фото

Инициатива создания сборника принадлежала группе правых русских монархистов. «Книга русской скорби» издавалась созданной по решению Главной Палаты «Русского Народного Союза имени Михаила Архангела» редакционной комиссией.

Всего было опубликовано 14 томов (выпусков), в разных издательствах Санкт-Петербурга. Председателем редакционной комиссии «Книги русской скорби» являлся член Государственной Думы В. М. Пуришкевич, секретарями — сначала Н. А. Казаринова, затем — Н. М. Юскевич-Красковский.

В редакционную комиссию «Книги русской скорби», среди прочих, входили:

  • члены Государственной думы И. И. Балаклеев, С. В. Воейков, А. С. Вязигин, Н. Н. Ладомирский, В. А. Образцов, Ф. Ф. Тимошкин, Г. А. Шечков и В. В. Шульгин;
  • публицисты К. Ф. Головин, С. Л. Облеухова, В. М. Скворцов, М. А. Сопоцко и Н. П. Тихменев;
  • общественно-политические деятели М. Н. Дитрих, С. Ф. Еленев и князь М. Л. Шаховской;
  • художники В. М. Васнецов, Л. Т. Злотников, Е. П. Самокиш-Судковская и С. С. Соломко;
  • военные М. М. Бородкин и Ф. В. Винберг;
  • священники Иоанн Восторгов и Александр Вераксин.

Книга представляет собой лишенный хронологического или систематического порядка перечень биографий лиц, погибших при революционных волнениях. Наряду с жертвами террористических актов революционных партий, в книге перечисляются и жертвы криминальных инцидентов, и те лица, причины смерти которых не были раскрыты. Книга содержит большое количество фактического материала.

Первый выпуск «Книги русской скорби» открывался статьёй об Императоре Александре II Николаевиче, убитом в 1881 году.

Тома (выпуски) сборника выходили по мере готовности материалов. В. М. Пуришкевич указывал в датированном 13 августа 1908 года коротком предисловии к первому выпуску, что: «Появление дальнейших выпусков зависит от сочувствия русского общества и русского народа предпринятому делу. Есть ли это сочувствие, покажет ближайшее будущее. Твёрдо и уверенно говорю — есть. Не умерло и умереть не может…».[1]

Героями сборника являлись представители многих национальностей и вероисповеданий, в том числе, мусульмане: например, временный генерал-губернатор Кутаисской губернии аварец Максуд-бек Алихан-Аварский (А. М. Алиханов) (убитый в ночь со 2 на 3 июля 1907 года в городе Александрополе /Гюмри/), помощник заведующего отрядом полицейской стражи ингуш Артаган Костоев (убитый 28 августа 1907 года в Черкасском уезде Киевской губернии), стражник полицейской части ингуш Абдула Мальсагов (скончавшийся от ран 28 июля 1908 года в Киеве) и другие. Одним из увековеченных в «Книге русской скорби» мусульман, павших жертвой террористов, стал старший городовой татарин Бикбулат Мухаметзянов, убитый в Казани при исполнении служебного долга 31 июля 1906 года.[2]

Издание активно продвигалось в полицейской среде руководством министерства внутренних дел. Известно об издании соответствующих «циркулярных предложений» № 11577 от 8 апреля 1911 года (за подписью П. Г. Курлова), № 21231 от 19 декабря 1912 года и № 21203 от 25 сентября 1913 года (за подписью Н. А. Маклакова), в последнем из которых, в частности, отмечалось, что: «Чины полиции почерпнут, читая эти книги, новые силы для своей трудной службы на пользу родины, и пример описанных жертв долга подкрепит их и воодушевит их работу».[3]

Книга была рекомендована для каждого полицейского отряда и полицейского управления. В 1913 году государством было закуплено 30 тысяч экземпляров для бесплатной раздачи нижним полицейским чинам.

org-wikipediya.ru