Книга Светлана читать онлайн. Светлана книги


Книга Светлана читать онлайн Нина Артюхова

Нина Артюхова. Светлана

Светлана - 1

 

I

 

— И почему это все Гали — беленькие, а чуть Светлана — черная, как галчонок?

Девочка молча подняла на капитана огромные черные, без улыбки глаза.

Странная маленькая фигурка. На вид — лет десять, не больше. А глаза старше, гораздо старше. Платье слишком короткое, давно из него выросла. Сверху надета вязаная старушечья кофта с какими-то необычными пуговицами. Она слишком широка и длинна, доходит почти до подола платья. К этой нелепой кофте аккуратно подшит белый отложной воротничок. Крупнокудрявые волосы — как широкая черная папаха над худеньким лицом.

Капитан придвинул к столу табуретку и сел. В избе ни одного целого стекла. За окнами кое-где еще дымятся кучи пепла и обгорелых бревен. Фронт уже передвинулся далеко на запад, деревня стала глубоким тылом — деревня или то, что осталось от нее… Около уцелевшего здания школы — санитарные машины и сестры в белых халатах. Пожарище зарастет, дома отстроятся… Но эти детские глаза без улыбки!

Хозяйка поставила на стол чугунок с картошкой и тихо сказала:

— Кушайте, касатики… Больше вас угостить нечем.

Морщинистое лицо, бледно-голубые, будто вылинявшие от слез глаза…

— Спасибо, мать, — ответил капитан. — Садись, мы тоже угощать будем. Ну-ка, Федя, чем сегодня богат? Подсаживайся, Ромашов.

Лейтенант с черными усиками сел на скамью у окна, молоденький белобрысый ординарец наклонился к вещевому мешку.

На столе появились консервы и сахар, толсто нарезанные хлеб и колбаса.

Капитан сделал приглашающий жест.

Хозяйка сказала:

— Спасибо вам… товарищи!

Она как-то особенно бережно выговорила это слово. Капитан опять повернулся к Феде:

— Сладкого, сладкого дай! Ведь у нас шоколад был… Светлана, где же ты?

Но девочка, покосившись на стол, уже выскользнула из комнаты и стояла на крыльце, обхватив тоненькой рукой деревянные перила. Федя с запасом провизии в руках вышел вслед за ней и уселся на верхней ступеньке крыльца.

— Садись сюда! — Он показал на ступеньку рядом. — Мы, товарищ капитан, здесь поужинаем. На свежем воздухе.

— Стеснительная она, — сказала хозяйка.

Капитан спросил:

— Внучка?

— Нет, — понизив голос, ответила хозяйка. — Ее мать учительницей у нас… была. А отца еще в сорок первом году… на фронте.

— У себя оставите?

— Не знаю, как и быть. Сами видите, какая у нас жизнь. Я все хвораю. Да и учиться ей надо.

— В детский дом нужно устроить.

— Вот и я ей говорила: придут наши…

— Странное дело, — сказал Ромашов, глядя в окно, — как будто мы сегодня в тылу и на отдыхе, а с Лебедевым уже что-то приключилось — успел в медсанбате побывать.

— Какой Лебедев? — удивился капитан. — Наш Костя? Так ведь он в штаб пошел, за документами.

Молодой белокурый офицер со свежей повязкой на руке шел, чуть заметно прихрамывая, через улицу от дверей школы. Федя вскочил со ступеньки крыльца:

— Товарищ младший лейтенант! Что это с вами?

Костя Лебедев вошел в избу, смущенно улыбаясь.

— Что у тебя с рукой? — спросил капитан.

— Пустяки, товарищ капитан. Возвращался из штаба… Там два домика в лесу стоят, на отлете. И вдруг бегут девушки: «Товарищ военный! У нас в погребе немцы!» Позвал ребят, взяли автоматы, кричим: «Хэнде хох!» Двое вышли, руки подняли, а третий, эсэсовец, гранату бросил.

— Сильно задело?

— Да нет, маленькие осколки.

knijky.ru

Читать онлайн электронную книгу Светлана - I бесплатно и без регистрации!

— И почему это все Гали — беленькие, а чуть Светлана — черная, как галчонок?

Девочка молча подняла на капитана огромные черные, без улыбки глаза.

Странная маленькая фигурка. На вид — лет десять, не больше. А глаза старше, гораздо старше. Платье слишком короткое, давно из него выросла. Сверху надета вязаная старушечья кофта с какими-то необычными пуговицами. Она слишком широка и длинна, доходит почти до подола платья. К этой нелепой кофте аккуратно подшит белый отложной воротничок. Крупнокудрявые волосы — как широкая черная папаха над худеньким лицом.

Капитан придвинул к столу табуретку и сел. В избе ни одного целого стекла. За окнами кое-где еще дымятся кучи пепла и обгорелых бревен. Фронт уже передвинулся далеко на запад, деревня стала глубоким тылом — деревня или то, что осталось от нее… Около уцелевшего здания школы — санитарные машины и сестры в белых халатах. Пожарище зарастет, дома отстроятся… Но эти детские глаза без улыбки!

Хозяйка поставила на стол чугунок с картошкой и тихо сказала:

— Кушайте, касатики… Больше вас угостить нечем. Морщинистое лицо, бледно-голубые, будто вылинявшие от слез глаза…

— Спасибо, мать, — ответил капитан. — Садись, мы тоже угощать будем. Ну-ка, Федя, чем сегодня богат? Подсаживайся, Ромашов.

Лейтенант с черными усиками сел на скамью у окна, молоденький белобрысый ординарец наклонился к вещевому мешку.

На столе появились консервы и сахар, толсто нарезанные хлеб и колбаса.

Капитан сделал приглашающий жест.

Хозяйка сказала:

— Спасибо вам… товарищи!

Она как-то особенно бережно выговорила это слово. Капитан опять повернулся к Феде:

— Сладкого, сладкого дай! Ведь у нас шоколад был… Светлана, где же ты?

Но девочка, покосившись на стол, уже выскользнула из комнаты и стояла на крыльце, обхватив тоненькой рукой деревянные перила. Федя с запасом провизии в руках вышел вслед за ней и уселся на верхней ступеньке крыльца.

— Садись сюда! — Он показал на ступеньку рядом. — Мы, товарищ капитан, здесь поужинаем. На свежем воздухе.

— Стеснительная она, — сказала хозяйка. Капитан спросил:

— Внучка?

— Нет, — понизив голос, ответила хозяйка. — Ее мать учительницей у нас… была. А отца еще в сорок первом году… на фронте.

— У себя оставите?

— Не знаю, как и быть. Сами видите, какая у нас жизнь. Я все хвораю. Да и учиться ей надо.

— В детский дом нужно устроить.

— Вот и я ей говорила: придут наши…

— Странное дело, — сказал Ромашов, глядя в окно, — как будто мы сегодня в тылу и на отдыхе, а с Лебедевым уже что-то приключилось — успел в медсанбате побывать.

— Какой Лебедев? — удивился капитан. — Наш Костя? Так ведь он в штаб пошел, за документами.

Молодой белокурый офицер со свежей повязкой на руке шел, чуть заметно прихрамывая, через улицу от дверей школы. Федя вскочил со ступеньки крыльца:

— Товарищ младший лейтенант! Что это с вами?

Костя Лебедев вошел в избу, смущенно улыбаясь.

— Что у тебя с рукой? — спросил капитан.

— Пустяки, товарищ капитан. Возвращался из штаба… Там два домика в лесу стоят, на отлете. И вдруг бегут девушки: «Товарищ военный! У нас в погребе немцы!» Позвал ребят, взяли автоматы, кричим: «Хэнде хох!» Двое вышли, руки подняли, а третий, эсэсовец, гранату бросил.

— Сильно задело?

— Да нет, маленькие осколки.

— Некстати все-таки, перед поездкой. Документы получил?

— Все в порядке, товарищ капитан. — Он вынул бумаги и положил на стол.

— Вот видишь, — сказал капитан, разглядывая документы, — с сегодняшнего дня ты уже и не в дивизии. Ты в Москву уехал, нет тебя уже здесь, ясно? Зачем тебя в этот погреб понесло, не могу понять! Без тебя никак не обошлись бы?

Костя опять виновато улыбнулся. Капитан спросил:

— А с машиной как?

— Утром, в пять часов, заедут за мной.

— Ладно. Садись. Поешь, отдыхай. Советую выспаться.

Хозяйка негромко сказала:

— У нас в избе тоже эсэсовец жил. Офицер ихний.

— Какой же он был? — спросил Ромашов.

— Ничего. Он как-то даже лучше других. Никаких особенных зверств не делал. Спокойный такой…

Она замолчала, будто вспомнив о чем-то очень страшном. Все смотрели на нее.

— Вот, помню, стоит как-то у крыльца, а на ступеньках Светланка сидела и мальчик соседкин, еще поменьше. А он на них посмотрел и так спокойно-спокойно, даже как будто с жалостью говорит: «А ведь они не будут жить. Они нам не нужны. Нам ваша земля нужна, а люди нам не нужны». И пошел к себе в комендатуру…

Лицо капитана побагровело. Он стукнул по столу сжатым кулаком:

— Врет! Гадина! Фашист! Будут жить наши дети!

Он резко отодвинул табуретку и заходил по комнате.

— Светлана, пойди сюда! — Быстрым шепотом он сказал Косте: — Костя, будь другом, девчурка тут одна, сирота, отца и мать убили. Захвати ее с собой в Москву, в детский дом устрой… Сделаешь?

Девочка уже вошла в комнату и остановилась около капитана. Он провел рукой по ее волосам:

— Хочешь в Москву поехать, Светлана, в детский дом? Будешь учиться. Вот этот дяденька утром уезжает и тебя отвезет. Нравится он тебе? Поедешь с ним?

Теперь Светлана повернулась к Косте. Она увидела загорелое, румяное, совсем еще мальчишеское лицо и приветливые глаза, светло-карие, с теплыми золотыми искорками.

— Поедешь?

— Поеду.

— Ну и прекрасно! Понравился — значит, все в порядке. — Капитан вынул трубку и чиркнул зажигалкой. — Я пойду пройдусь немного. А потом — спать. Заслужили.

Он вышел на улицу. Федя, стоявший у окна снаружи, сочувственно поглядел ему вслед.

— Расстроился наш капитан, — сказал он хозяйке. — У него у самого жена и дочка неизвестно, живы ли, нет ли. Три года ничего о них не знает.

— Его дочку Галей зовут, и она блондинка? — полувопросительно сказала девочка.

— А ты откуда знаешь? — удивился Ромашов.

— Так. Мне показалось.

— Ишь ты! «Блондинка»! Слова-то какие употребляет! — шутливо сказал Федя.

Девочка посмотрела на него черными глазищами: — А вы разве этого слова не употребляете?

— Ишь ты! — с добродушным удивлением повторил Федя. — Зубастая, как я погляжу! — Потом сказал: — Что же это ты, Светлана? Я только здесь, на крыльце, заметил: эсэсовца твоего мы прогнали, а пуговицы у тебя на кофточке самые что ни на есть гитлеровские, фашистские!

Светлана молча подошла к комоду, схватила ножницы и с видом сосредоточенной, недетской ненависти одну за другой отрезала все пуговицы.

librebook.me

Светлана Волкова читать книги онлайн

Объявление автора

Второй том "Неласкового отбора для Золушки" выкладывается! Нажимайте "Отслеживать автора", чтобы не пропустить новые книги, скидки, розыгрыши! Добро пожаловать в группу ВК: https://vk.com/svetlana_volkova_writer, Instagram: https://www.instagram.com/lana_volkova_writer/

Книги

Подписка 109 RUB

Бесплатно

Цена 139 RUB

-15%

Цена 119 101.15 RUB

Цена 99 RUB

Цена 119 RUB

Цена 199 RUB

Бесплатно

Замороженные

Ознакомительные фрагменты

litnet.com

Читать онлайн электронную книгу Светлана - бесплатно и без регистрации!

Василий Андреевич Жуковский

Светлана

А. А. Воейковой

Раз в крещенский вечерок

Девушки гадали: За ворота башмачок,

Сняв с ноги, бросали; Снег пололи; под окном

Слушали; кормили Счетным курицу зерном;

Ярый воск топили; В чашу с чистою водой Клали перстень золотой,

Серьги изумрудны; Расстилали белый плат И над чашей пели в лад

Песенки подблюдны.

Тускло светится луна

В сумраке тумана Молчалива и грустна

Милая Светлана. "Что, подруженька, с тобой?

Вымолви словечко; Слушай песни круговой;

Вынь себе колечко. Пой, красавица: "Кузнец, Скуй мне злат и нов венец,

Скуй кольцо златое; Мне венчаться тем венцом, Обручаться тем кольцом

При святом налое".

"Как могу, подружки, петь?

Милый друг далJко; Мне судьбина умереть

В грусти одинокой. Год промчался - вести нет;

Он ко мне не пишет; Ах! а им лишь красен свет,

Им лишь сердце дышит. Иль не вспомнишь обо мне? Где, в какой ты стороне?

Где твоя обитель? Я молюсь и слезы лью! Утоли печаль мою,

Ангел-утешитель".

Вот в светлице стол накрыт

Белой пеленою; И на том столе стоит

Зеркало с свечою; Два прибора на столе.

"Загадай, Светлана; В чистом зеркала стекле

В полночь, без обмана Ты узнаешь жребий свой: Стукнет в двери милый твой

Легкою рукою; Упадет с дверей запор; Сядет он за свой прибор

Ужинать с тобою".

Вот красавица одна;

К зеркалу садится; С тайной робостью она

В зеркало глядится; Темно в зеркале; кругом

Мертвое молчанье; Свечка трепетным огнем

Чуть лиет сиянье... Робость в ней волнует грудь, Страшно ей назад взглянуть,

Страх туманит очи... С треском пыхнул огонек, Крикнул жалобно сверчок,

Вестник полуночи.

Подпершися локотком,

Чуть Светлана дышит... Вот... легохонько замком

Кто-то стукнул, слышит; Робко в зеркало глядит:

За ее плечами Кто-то, чудилось, блестит

Яркими глазами... Занялся от страха дух... Вдруг в ее влетает слух

Тихий, легкий шепот: "Я с тобой, моя краса; Укротились небеса;

Твой услышан ропот!"

Оглянулась... милый к ней

Простирает руки. "Радость, свет моих очей,

Нет для нас разлуки. Едем! Поп уж в церкви ждет

С дьяконом, дьячками; Хор венчальну песнь поет;

Храм блестит свечами". Был в ответ умильный взор; Идут на широкий двор,

В ворота тесовы; У ворот их санки ждут; С нетерпеньем кони рвут

Повода шелковы.

Сели... кони с места враз;

Пышут дым ноздрями; От копыт их поднялась

Вьюга над санями. Скачут... пусто все вокруг,

Степь в очах Светланы: На луне туманный круг;

Чуть блестят поляны. Сердце вещее дрожит; Робко дева говорит:

"Что ты смолкнул, милый?" Ни полслова ей в ответ: Он глядит на лунный свет,

Бледен и унылый.

Кони мчатся по буграм;

Топчут снег глубокий... Вот в сторонке божий храм

Виден одинокий; Двери вихорь отворил;

Тьма людей во храме; Яркий свет паникадил

Тускнет в фимиаме; На средине черный гроб; И гласит протяжно поп:

"Буди взят могилой!" Пуще девица дрожит, Кони мимо; друг молчит,

Бледен и унылый.

Вдруг метелица кругом;

Снег валит клоками; Черный вран, свистя крылом, Вьется над санями;

Ворон каркает: п е ч а л ь!

Кони торопливы Чутко смотрят в черну даль,

Подымая гривы; Брезжит в поле огонек; Виден мирный уголок,

Хижинка под снегом. Кони борзые быстрей, Снег взрывая, прямо к ней

Мчатся дружным бегом.

Вот примчалися... и вмиг

Из очей пропали: Кони, сани и жених

Будто не бывали. Одинокая, впотьмах,

Брошена от друга, В страшных девица местах;

Вкруг метель и вьюга. Возвратиться - следу нет... Виден ей в избушке свет:

Вот перекрестилась; В дверь с молитвою стучит... Дверь шатнулася... скрыпит...

Тихо растворилась.

Что ж? В избушке гроб; накрыт

Белою запоной; Спасов лик в ногах стоит;

Свечка пред иконой... Ах! Светлана, что с тобой?

В чью зашла обитель? Страшен хижины пустой

Безответный житель. Входит с трепетом, в слезах; Пред иконой пала в прах,

Спасу помолилась; И с крестом своим в руке Под святыми в уголке

Робко притаилась.

Все утихло... вьюги нет...

Слабо свечка тлится, То прольет дрожащий свет,

То опять затмится... Все в глубоком, мертвом сне,

Страшное молчанье... Чу, Светлана!.. в тишине

Легкое журчанье... Вот глядит: к ней в уголок Белоснежный голубок

С светлыми глазами, Тихо вея, прилетел, К ней на перси тихо сел,

Обнял их крылами.

Смолкло все опять кругом... Вот Светлане мнится, Что под белым полотном

Мертвец шевелится... Сорвался покров; мертвец

(Лик мрачнее ночи) Виден весь - на лбу венец,

Затворены очи. Вдруг... в устах сомкнутых стон; Силится раздвинуть он

Руки охладелы... Что же девица?.. Дрожит... Гибель близко... но не спит

Голубочек белый.

Встрепенулся, развернул

Легкие он крилы; К мертвецу на грудь вспорхнул..

Всей лишенный силы, Простонав, заскрежетал

Страшно он зубами И на деву засверкал

Грозными очами... Снова бледность на устах; В закатившихся глазах

Смерть изобразилась... Глядь, Светлана... о творец! Милый друг ее - мертвец!

Ах! ...и пробудилась.

Где ж?.. У зеркала, одна

Посреди светлицы; В тонкий занавес окна

Светит луч денницы; Шумным бьет крылом петух,

День встречая пеньем; Все блестит... Светланин дух

Смутен сновиденьем. "Ах! ужасный, грозный сон! Не довро вещает он

Горькую судьбину; Тайный мрак грядущих дней, Что сулишь душе моей,

Радость иль кручину?"

Села (тяжко ноет грудь)

Под окном Светлана; Из окна широкий путь

Виден сквозь тумана; Снег на солнышке блестит,

Пар алеет тонкий... Чу!.. в дали пустой гремит

Колокольчик звонкий; На дороге снежный прах; Мчат, как будто на крылах,

Санки кони рьяны; Ближе; вот уж у ворот; Статный гость к крыльцу идет..

Кто?.. Жених Светланы.

Что же твой, Светлана, сон,

Прорицатель муки? Друг с тобой; все тот же он

В опыте разлуки; Та ж любовь в его очах,

Те ж приятны взоры; Те ж на сладостных устах

Милы разговоры. Отворяйся ж, божий храм; Вы летите к небесам,

Верные обеты; Соберитесь, стар и млад; Сдвинув звонки чаши, в лад

Пойте: многи леты! ________________ Улыбнись, моя краса,

На мою балладу; В ней большие чудеса,

Очень мало складу. Взором счастливый твоим,

Не хочу и славы; Слава - нас учили - дым;

Свет - судья лукавый. Вот баллады толк моей: "Лучший друг нам в жизни сей

Вера в провиденье. Благ зиждителя закон: Здесь несчастье - лживый сон;

Счастье - пробужденье". О! не знай сих страшных снов

Ты, моя Светлана... Будь, создатель, ей покров!

Ни печали рана, Ни минутной грусти тень

К ней да не коснется; В ней душа как ясный день;

Ах! да пронесется Мимо - бедствия рука; Как приятный ручейка

Блеск на лоне луга, Будь вся жизнь ее светла, Будь веселость, как была,

Дней ее подруга. ------=_NextPart_000_005D_01C3D0A1.20F476B0 Content-Type: text/html; charset="koi8-r" Content-Transfer-Encoding: quoted-printable

Светлана

А. А. Воейковой

Раз в крещенский вечерок

Девушки гадали: За ворота башмачок,

Сняв с ноги, бросали; Снег пололи; под окном

Слушали; кормили Счетным курицу зерном;

Ярый воск топили; В чашу с чистою водой Клали перстень золотой,

Серьги изумрудны; Расстилали белый плат И над чашей пели в лад

Песенки подблюдны.

Тускло светится луна

В сумраке тумана Молчалива и грустна

Милая Светлана. "Что, подруженька, с тобой?

Вымолви словечко; Слушай песни круговой;

Вынь себе колечко. Пой, красавица: "Кузнец, Скуй мне злат и нов венец,

Скуй кольцо златое; Мне венчаться тем венцом, Обручаться тем кольцом

При святом налое".

"Как могу, подружки, петь?

Милый друг далJко; Мне судьбина умереть

В грусти одинокой. Год промчался - вести нет;

Он ко мне не пишет; Ах! а им лишь красен свет,

Им лишь сердце дышит. Иль не вспомнишь обо мне? Где, в какой ты стороне?

Где твоя обитель? Я молюсь и слезы лью! Утоли печаль мою,

Ангел-утешитель".

Вот в светлице стол накрыт

Белой пеленою; И на том столе стоит

Зеркало с свечою; Два прибора на столе.

"Загадай, Светлана; В чистом зеркала стекле

В полночь, без обмана Ты узнаешь жребий свой: Стукнет в двери милый твой

Легкою рукою; Упадет с дверей запор; Сядет он за свой прибор

Ужинать с тобою".

Вот красавица одна;

К зеркалу садится; С тайной робостью она

В зеркало глядится; Темно в зеркале; кругом

Мертвое молчанье; Свечка трепетным огнем

Чуть лиет сиянье... Робость в ней волнует грудь, Страшно ей назад взглянуть,

Страх туманит очи... С треском пыхнул огонек, Крикнул жалобно сверчок,

Вестник полуночи.

Подпершися локотком,

Чуть Светлана дышит... Вот... легохонько замком

Кто-то стукнул, слышит; Робко в зеркало глядит:

За ее плечами Кто-то, чудилось, блестит

Яркими глазами... Занялся от страха дух... Вдруг в ее влетает слух

Тихий, легкий шепот: "Я с тобой, моя краса; Укротились небеса;

Твой услышан ропот!"

Оглянулась... милый к ней

Простирает руки. "Радость, свет моих очей,

Нет для нас разлуки. Едем! Поп уж в церкви ждет

С дьяконом, дьячками; Хор венчальну песнь поет;

Храм блестит свечами". Был в ответ умильный взор; Идут на широкий двор,

В ворота тесовы; У ворот их санки ждут; С нетерпеньем кони рвут

Повода шелковы.

Сели... кони с места враз;

Пышут дым ноздрями; От копыт их поднялась

Вьюга над санями. Скачут... пусто все вокруг,

Степь в очах Светланы: На луне туманный круг;

Чуть блестят поляны. Сердце вещее дрожит; Робко дева говорит:

"Что ты смолкнул, милый?" Ни полслова ей в ответ: Он глядит на лунный свет,

Бледен и унылый.

Кони мчатся по буграм;

Топчут снег глубокий... Вот в сторонке божий храм

Виден одинокий; Двери вихорь отворил;

Тьма людей во храме; Яркий свет паникадил

Тускнет в фимиаме; На средине черный гроб; И гласит протяжно поп:

"Буди взят могилой!" Пуще девица дрожит, Кони мимо; друг молчит,

Бледен и унылый.

Вдруг метелица кругом;

Снег валит клоками; Черный вран, свистя крылом, Вьется над санями;

Ворон каркает: п е ч а л ь!

Кони торопливы Чутко смотрят в черну даль,

Подымая гривы; Брезжит в поле огонек; Виден мирный уголок,

Хижинка под снегом. Кони борзые быстрей, Снег взрывая, прямо к ней

Мчатся дружным бегом.

Вот примчалися... и вмиг

Из очей пропали: Кони, сани и жених

Будто не бывали. Одинокая, впотьмах,

Брошена от друга, В страшных девица местах;

Вкруг метель и вьюга. Возвратиться - следу нет... Виден ей в избушке свет:

Вот перекрестилась; В дверь с молитвою стучит... Дверь шатнулася... скрыпит...

Тихо растворилась.

Что ж? В избушке гроб; накрыт

Белою запоной; Спасов лик в ногах стоит;

Свечка пред иконой... Ах! Светлана, что с тобой?

В чью зашла обитель? Страшен хижины пустой

Безответный житель. Входит с трепетом, в слезах; Пред иконой пала в прах,

Спасу помолилась; И с крестом своим в руке Под святыми в уголке

Робко притаилась.

Все утихло... вьюги нет...

Слабо свечка тлится, То прольет дрожащий свет,

То опять затмится... Все в глубоком, мертвом сне,

Страшное молчанье... Чу, Светлана!.. в тишине

Легкое журчанье... Вот глядит: к ней в уголок Белоснежный голубок

С светлыми глазами, Тихо вея, прилетел, К ней на перси тихо сел,

Обнял их крылами.

Смолкло все опять кругом... Вот Светлане мнится, Что под белым полотном

Мертвец шевелится... Сорвался покров; мертвец

(Лик мрачнее ночи) Виден весь - на лбу венец,

Затворены очи. Вдруг... в устах сомкнутых стон; Силится раздвинуть он

Руки охладелы... Что же девица?.. Дрожит... Гибель близко... но не спит

Голубочек белый.

Встрепенулся, развернул

Легкие он крилы; К мертвецу на грудь вспорхнул..

Всей лишенный силы, Простонав, заскрежетал

Страшно он зубами И на деву засверкал

Грозными очами... Снова бледность на устах; В закатившихся глазах

Смерть изобразилась... Глядь, Светлана... о творец! Милый друг ее - мертвец!

Ах! ...и пробудилась.

Где ж?.. У зеркала, одна

Посреди светлицы; В тонкий занавес окна

Светит луч денницы; Шумным бьет крылом петух,

День встречая пеньем; Все блестит... Светланин дух

Смутен сновиденьем. "Ах! ужасный, грозный сон! Не довро вещает он

Горькую судьбину; Тайный мрак грядущих дней, Что сулишь душе моей,

Радость иль кручину?"

Села (тяжко ноет грудь)

Под окном Светлана; Из окна широкий путь

Виден сквозь тумана; Снег на солнышке блестит,

Пар алеет тонкий... Чу!.. в дали пустой гремит

Колокольчик звонкий; На дороге снежный прах; Мчат, как будто на крылах,

Санки кони рьяны; Ближе; вот уж у ворот; Статный гость к крыльцу идет..

Кто?.. Жених Светланы.

Что же твой, Светлана, сон,

Прорицатель муки? Друг с тобой; все тот же он

В опыте разлуки; Та ж любовь в его очах,

Те ж приятны взоры; Те ж на сладостных устах

Милы разговоры. Отворяйся ж, божий храм; Вы летите к небесам,

Верные обеты; Соберитесь, стар и млад; Сдвинув звонки чаши, в лад

Пойте: многи леты! ________________ Улыбнись, моя краса,

На мою балладу; В ней большие чудеса,

Очень мало складу. Взором счастливый твоим,

Не хочу и славы; Слава - нас учили - дым;

Свет - судья лукавый. Вот баллады толк моей: "Лучший друг нам в жизни сей

Вера в провиденье. Благ зиждителя закон: Здесь несчастье - лживый сон;

Счастье - пробужденье". О! не знай сих страшных снов

Ты, моя Светлана... Будь, создатель, ей покров!

Ни печали рана, Ни минутной грусти тень

К ней да не коснется; В ней душа как ясный день;

Ах! да пронесется Мимо - бедствия рука; Как приятный ручейка

Блеск на лоне луга, Будь вся жизнь ее светла, Будь веселость, как была,

Дней ее подруга.

librebook.me