Сюгэндо — Путь обретения сверхъестественного могущества. Сюгендо книга


Путь невидимых. Подлинная история нин-дзюцу. Содержание - Эн-но гёдзя – основатель сюгэндо

Сегодня это может показаться примитивным и наивным, но, по сути, таким образом был создан прецедент использования шпионов для осуществления контроля за обществом. Переоценить важность этого шага невозможно. Поэтому сегодня практически во всех работах по нин-дзюцу Сётоку Тайси называют первым «мастером пользования» шпионами, а его верного «подручного» Отомо-но Сайдзина – первым японским ниндзя.

Кстати, сам термин, которым в Японии на протяжении веков называли тайных агентов, – синоби, как полагают некоторые исследователи, восходит к прозвищу Отомо-но Сайдзин – Синоби, которым Сётоку Тайси наградил своего верного агента. В источниках это прозвище записывается тремя иероглифами. Вместе они означают «самоотверженность и талант наготове». Но возможно, что принц просто подобрал три китайских иероглифа с нужными чтениями, чтобы записать исконно японское слово, являющееся производным от глагола «синобу» – «быть невидимым». Позже их заменил один-единственный иероглиф – «нин/синобу» – «терпеть, выносить, быть невидимым, скрываться», который используется и сегодня в словах «ниндзя» и «нин-дзюцу».

Император Тэмму и его верный шпион Такоя

Вторым японским государственным деятелем, использовавшим шпионов, считается император Тэмму (673-686), которому служил некий Такоя, вошедший в японскую историю как «шпион № 2».

Сам Тэмму был человеком незаурядным. Некоторые сообщения источников наводят на мысль, что он прекрасно разбирался во всех тонкостях шпионажа, пользовался его методами на практике. В «Нихонги» сообщается, что Тэмму в совершенстве владел «искусством бегства за щиты» (тонко). А в «Повести о доме Тайра», отстоящей, впрочем, от эпохи Тэмму на добрые 700 лет, говорится:

«Императору Тэмму, в бытность его наследным принцем, угрожали мятежники, и он бежал от них в горы Ёсино, переодевшись в женское платье». Поэтому вполне естественно, что именно он стал активно использовать шпионов.

Такоя, тайный агент Тэмму, в отличие от Отомо-но Сайдзина, прославился на поприще диверсионной работы. Это было вполне в духе времени. Ведь даже сам Тэмму взошел на трон в результате государственного переворота.

Такоя считается уроженцем центральной провинции Ямато. Он довел до совершенства тактику отвлечения врага при помощи диверсионных акций в его тылу. Пробравшись посреди ночи во вражескую крепость или лагерь, Такоя чинил там поджоги, вызывал сумятицу. И пока враги метались в растерянности, главные силы Тэмму могли незаметно подобраться к вражеским позициям и нанести неожиданный удар.

Сравнивая двух первых японских шпионов – Отомо-но Сайдзина и Такоя, следует отметить, что в их деяниях воплощены две ипостаси нин-дзюцу – информационно-разведывательная и диверсионная. Таким образом Отомо-но Сайдзин – это классический тип тайного агента-информатора, в то время как Такоя – образец лазутчика-диверсанта.

Глава 2

Ямабуси – горные воители

Широкое распространение в японской и западной литературе по нин-дзюцу получила версия создания этого искусства горными отшельниками ямабуси, последователями уникального мистического учения сюгэндо, зародившегося в период Нара (710-784). Попробуем разобраться, что такое сюгэндо, кто такие ямабуси и какое отношение они имеют к нин-дзюцу.

Сюгэндо – Путь обретения сверхъестественного могущества

Слово «сюгэндо» записывается тремя иероглифами. «Сю» (или «осамэру») означает «овладевать, совершенствоваться, упражняться, изучать». «Гэн» (или «кэн», «сируси») – «знамение, очевидное проявление, эффект, чудесное деяние». А «до» (или «мити») – «путь» (вселенский Закон жизни, главный принцип). В целом, сюгэндо можно трактовать как «путь обретения сверхъестественных сил и творения чудесных деяний посредством магической практики».

Под сюгэндо понимается не какая-то оформленная религия, имеющая свою собственную доктрину, а естественно развившаяся синкретическая форма верований. Ядром ее послужили древнейшие синтоистские (синто – «путь богов» – японская национальная религия, в основе которой лежат культ природы и духов предков) верования. Позже на них наложились представления религиозного мистического даосизма, эзотерического буддизма, учения о первоначалах вселенной Инь и Ян (онмёдо).

Особое место в сюгэндо занимают представления о горах как сакральных объектах, «местах силы». Горы издревле занимали важное место в религиозных представлениях японцев. Во-первых, они рассматривались как места обитания богов, распределяющих воду, столь необходимую для ведения сельского хозяйства. Во-вторых, японцы считали, что в горах обитают души умерших. В-третьих, среди гор встречаются вулканы, которые воплощают в себе колоссальную энергию. Под влиянием буддизма у японцев возникло представление о связи вулканов с долинами ада.

Японцы считали, что религиозная практика в горах позволяет обрести чудесные магические способности. На этой основе развилось особое учение о магической и религиозной практике в горах – сюгэндо. Изначальная цель его, как и многих подобных систем земного шара, – поставить силы природы на службу человеку. Выражается это в способности исцелять болезни, изгонять злых духов, предсказывать судьбу, давать долгосрочные прогнозы погоды, определять время посева и т.д. Несколько позже, под влиянием эзотерического буддизма, последователи сюгэндо стали рассматривать свою аскетическую практику как путь реализации сущности Будды в «этом теле».

Эн-но гёдзя – основатель сюгэндо

По традиции, основателем сюгэндо считается Эн-но Одзуну, более известный как Эн-но гёдзя – Отшельник Эн-но (634-703 гг.). Сведения об этом человеке очень скудны. Самое древнее упоминание о нем содержится в летописи «Сёку Нихонги», созданной в 797 г., где вкратце говорится о ссылке Эн-но Одзуну на далекий остров Идзу в наказание за то, что он «посредством магии соблазнял людей». Гораздо более подробно рассказывает об Эн-но гёдзя сборник «Нихон рёики»[20] («Нихон гэмпо дзэнъаку рёики»), составленный на рубеже VIII – IX вв. В «Нихон рёики» об Эн-но гёдзя рассказывается следующее: "Э-но Убасоку происходил из рода Камо-но Энокими. Сейчас [этот род] зовется Такакамо-но Асоми. Он родился в деревне Тихара, что в уезде Кацураги-но Ками провинции Ямато. С рождения он был мудр, был первым в учении и жил с верой в Три Сокровища. Он мечтал летать на пятицветном облаке за краем необъятного неба, быть званым во дворец горных отшельников, отдыхать в Саду вечности, лежать среди цветов и вдыхать живительный воздух. Поэтому, когда ему было уже около 50 лет, он поселился в пещере, сплел одежду из трав, пил росу с сосновых иголок, купался в источниках чистых, смывая с себя грязь мира желаний и читал заклинания «Кудзякуо». Он обрел силы чудотворные, повелевал духами и богами.

Однажды он созвал чертей с богами и сказал им так: «Постройте мост в провинции Ямато между горами Канэ и Кацураги». Боги опечалились, и при государе, который правил Поднебесной из дворца Фудзивара, бог горы Кацураги по имени Хитокото Нуси-но Оками сошел с ума и оклеветал его: «Э-но Убасоку хочет свергнуть государя». Государь повелел своим людям схватить его, но тот сотворил чудо, и они никак не могли поймать его. Тогда они схватили его мать. Чтобы ее отпустили, Э-но Убасоку выдал себя. Его сослали на остров Идзу.

Однажды он прошел по морю, как по суху. Он вскарабкивался на гору высотой в десять тысяч дзё[21] и летал там, словно феникс. Днем волей государя он оставался на острове, а ночью отправлялся на гору Фудзи в Суруга и там подвижничал. Чтобы вымолить освобождение от тяжкого наказания и оказаться поближе к государю, он взбирался на Фудзи по лезвию меча.

3 печальных года прошло с тех пор, как [Убасоку] сослали на остров. И тогда раздался глас сострадания, и в 1 луне 1 года эры Тайхо, в 8 год Быка, он смог приблизиться к государю. В конце концов он стал святым и вознесся на небо…".

www.booklot.ru

Сюгэндо — Путь обретения сверхъестественного могущества

Сюгэндо — Путь обретения сверхъестественного могущества

Слово «сюгэндо» записывается тремя иероглифами. «Сю» (или «осамэру») означает «овладевать, совершенствоваться, упражняться, изучать». «Гэн» (или «кэн», «сируси») — «знамение, очевидное проявление, эффект, чудесное деяние». А «до» (или «мити») — «путь» (вселенский Закон жизни, главный принцип). В целом, сюгэндо можно трактовать как «путь обретения сверхъестественных сил и творения чудесных деяний посредством магической практики».

Под сюгэндо понимается не какая-то оформленная религия, имеющая свою собственную доктрину, а естественно развившаяся синкретическая форма верований. Ядром ее послужили древнейшие синтоистские (синто — «путь богов» — японская национальная религия, в основе которой лежат культ природы и духов предков) верования. Позже на них наложились представления религиозного мистического даосизма, эзотерического буддизма, учения о первоначалах вселенной Инь и Ян (онмёдо).

Особое место в сюгэндо занимают представления о горах как сакральных объектах, «местах силы». Горы издревле занимали важное место в религиозных представлениях японцев. Во-первых, они рассматривались как места обитания богов, распределяющих воду, столь необходимую для ведения сельского хозяйства. Во-вторых, японцы считали, что в горах обитают души умерших. В-третьих, среди гор встречаются вулканы, которые воплощают в себе колоссальную энергию. Под влиянием буддизма у японцев возникло представление о связи вулканов с долинами ада.

Японцы считали, что религиозная практика в горах позволяет обрести чудесные магические способности. На этой основе развилось особое учение о магической и религиозной практике в горах — сюгэндо. Изначальная цель его, как и многих подобных систем земного шара, — поставить силы природы на службу человеку. Выражается это в способности исцелять болезни, изгонять злых духов, предсказывать судьбу, давать долгосрочные прогнозы погоды, определять время посева и т. д. Несколько позже, под влиянием эзотерического буддизма, последователи сюгэндо стали рассматривать свою аскетическую практику как путь реализации сущности Будды в «этом теле».

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

sport.wikireading.ru

О ПРОИСХОЖДЕНИИ СЮГЭНДО. КУКАЙ И ПРАКТИКИ СЮГЭНДО

Отсюда - http://www.heiho.ru/index.php?id=93

Из статей Надежды Николаевны Трубниковой

От государственной буддийской обрядности периода Нара наиболее заметно отличается традиция, которую принято называть «японским горным отшельничеством» или «Путем упражнений и испытаний» 修験道 сюгэндо:. Иначе это понятие переводится как «Путь обретения чудотворных способностей» (см. Синто — путь японских богов. В 2 т. СПб., 2002. Т.2. Тексты синто. С.211). Согласно толкованию Горай Сигэру, под «упражнениями» 修, сю, имеются в виду различные виды подвижничества в горах ради обретения чудесных способностей, а под «испытаниями» 験, гэн, — сами чудеса, доказывающие успешное освоение «упражнений» (Gorai Shigeru. Shugendo lore // Japanese Journal of Religious Studies 16/2-3 (1989). Р.117). Миякэ Хитоси определяет сюгэндо: так: «Суть этой традиции — магико-религиозные действия, которые совершают в ответ на запросы людей в местных общинах так называемые сюгэндзя — люди, достигшие сверхъестественных духовных сил через освоение различных аскетических практик, в основном в горах» (Miyake Hitoshi. Religious rituals in Shugendo: A summary // Japanese Journal of Religious Studies 16/2-3 (1989). Р. 101). Этот же исследователь отмечает, что в VIII в. и позднее «народная религия» Японии (в отличие от «государственной») была немыслима без сюгэндо:.

Путь сюгэндо: развивался вне официальной буддийской общины, в среде «самочинных монахов», и многие запреты из «Уложения о монахах и монахинях» направлены как раз на пресечение деятельности таких «отшельников». Подвижники сюгэндо: обозначаются как «люди, испытавшие себя упражнениями» 修験者, сюгэндзя. Они совершают обряды для местных общин и отдельных лиц, как правило не заботясь о «защите страны» в целом, но и здесь можно говорить о поисках «пользы и выгоды в здешнем мире» 現世利益, гэндзэ рияку. Кроме того, сюгэндзя применяют особые обряды, и обучение их тоже происходит по-другому. Иногда понятие сюгэндзя считают равнозначным другому — «спящие в горах» 山伏, ямабуси. Нам представляется, что разница между этими понятиями все же есть

Разумеется, горы как место пребывания «родных богов» почитались в Японии задолго до проникновения буддизма на японские острова. В традицию сюгэндо: вошли также многие составляющие китайских и корейских горных обрядов, однозначно не относимые ни к «народной» религии, ни к какому-либо учению, хотя ближе всего они связаны с даосизмом. Вместе с тем, сюгэндо: нередко оценивают и как одно из направлений буддизма. При этом, оставаясь негосударственным движением, оно в периоды Нара и Хэйан пользовалось поддержкой провинциальной и столичной знати и некоторых государственных храмов. Хотя в традиция сюгэндо: не имела четко выстроенного учения, многие понятия, связанные с нею, восходят к буддийскому словарю. Существа, почитаемые подвижниками этого «Пути», обозначаются как «защитники Закона» 護法, гохо:, или «храмовые боги» 伽藍神, гарансин. Упражнения часто именуются «подвижничеством по десяти мирам» 十界修行, дзиккай сю:гё:, причем имеются в виду «десять миров закона-Дхармы».Большинство источников по истории сюгэндо:, восходит не к VIII в., а к значительно более позднему времени. Горай Сигэру выделяет девять групп таких источников (Gorai Shigeru. Op.cit. P.120-142).

1. «Записки» («Сказания») 縁起, энги, о различных горных краях, отдельных вершинах и других почитаемых местах, а также об их «основателях» — тех, кто впервые совершил обряды тамошним богам. Наиболее ранним памятником жанра считаются «Записки Сираяма» 白山之記, «Сираяма-но ки» 1163 г. Есть такие же тексты о горах Хаконэ, Асама-яма и др. На русском языке в отрывках представлено «Сказание о горах» 諸山縁起, «Сёдзан энги» конца XII в. (см.: Синто — путь японских богов. Т.2. С.211-225).2. Предания о «первооткрывателях» этих почитаемых мест. Если в роли «основателя» обычно выступает мирянин, то «первооткрывателем» числится монах или же лицо, близко связанное с буддийской общиной. Предполагается, что вначале горное божество чтили сам «основатель» обряда и его прямые потомки, а затем кто-то «открыл» этот обряд — то есть указал людям всей страны на особую значимость почитания этой горы, явив на ней великие чудеса. Из «первооткрывателей» наиболее знамениты Эн-но гё:дзя, а также некоторые китайские буддийские наставники, побывавшие в Японии. При этом как само горное божество, так и «основатель» и «первооткрыватель» могут именоваться «основными богами» 体神, тайсин, данной горной местности.

3. Повествования о других отшельниках-чудотворцах, такие как «Японские предания о богах и бессмертных» 本朝神仙傳, «Хонтё: синсэн-дэн», продолжающие традицию китайских даосских преданий, или же «Записки о чудесах Лотосовой сутры в Японии» 本朝法華験記, «Хонтё: Хоккэ гэнки». Один из частых мотивов этих текстов — рассказы о состязаниях чудотворцев, гэн-курабэ.Следующие источники представлены чаще не самостоятельными текстами, а фрагментами в других памятниках ученой и изящной словесности:

4. Наставления об обрядах, связанных с определенными скалами, ущельями, водопадами и пр.

5. Описания странствий по горам с подробным указанием маршрута и постановкой подвижнических задач на каждом из его этапов.

6. Описания храмов, молелен, развалин и иных рукотворных сооружений в горах.

7. Рассказы о божествах, являвшихся в образах змеев и других чудесных существ, а также о «горных старухах» 山姥, ямауба, о горных духах тэнгу и других чудесных существах, которые могут подвергнуть подвижника испытанию и затем наделить его тайным знанием и чудотворной силой.

8. Сообщения о проходах в иные миры, об «адских» 地獄, дзигоку, пещерах, долинах, прудах.

9. Рассказы о Поталаке, яп. Фудараку, гористом острове бодхисаттвы Кандзэон, а также об островах даосских «бессмертных» — Пэнлай 蓬莱, яп. Хо:рай, и других. Иногда сама Япония может описываться как архипелаг подобных чудесных островов.В качестве особого источника Горай Сигэру выделяет песнопения горных отшельников 山伏神楽, ямабуси кагура. Многие из них имеют, вероятно, раннее происхождение, но записаны были сравнительно поздно (Gorai Shigeru. Op.cit. P.130-131). Они почти всегда содержать в себе буддийские образы, однако остается спорным вопрос: в самом ли деле имеются в виду будды и их земли, куда вступает подвижник, или перед нами всего лишь одно из возможных обозначений совершенства, достигнутого им в ходе упражнений:

В Ёсино

Возложив руку

На золотые врата,

Я вхожу в Чистую Землю Амитабхи —

О, как это радостно!

Разные виды повествований часто совмещаются в пределах одного памятника, и в целом роль записанного текста в традиции сюгэндо: считается вторичной.Миякэ Хитоси выделяет тринадцать видов обрядов и иных практик сюгэндо:.1. «Подвижничество с уходом в горы» 入峰修行, ню:бу сю:гё:. Во многих местах, например, в горах Хагуро, различается три его разновидности по временам года. Весной подвижники поднимаются в горы на сравнительно недолгий срок, подносят божествам и буддам цветы, читают сутры и иногда зарывают в землю либо прячут под камнями свитки с текстами сутр. Гора при этом рассматривается как мандала, наглядный образ всего мироздания, и отдельные участки горной местности соотносятся с «подземными темницами», «небесами» и др. Осенью некоторые подвижники проводят в горах более длительное время, предаются различным упражнениям, а затем проходят испытание-посвящение и получают от наставников «тайный Закон» 秘法, хихо:. Таким образом подвижник становится настоящим сюгэндзя. И наконец, зимой и незадолго перед наступлением нового года по лунному календарю в горы уходят опытные сюгэндзя, чтобы испытать себя особенно трудными упражнениями и обрести чудесные способности. Отметим совпадение сроков этого подвижничества с предновогодними испытаниями монахов в государственных храмах. В случае осеннего и зимнего «ухода в горы» упражнения включают в себя ночевку в естественных укрытиях или под открытым небом, омовение в холодных горных речках и под водопадами, подъем по труднопроходимым склонам и т.п.2. «Правильное окропление головы» 正灌頂, сё:кандзё:, — обряд посвящения, представленный на О:минэ и в других горах. Понятие «окропления головы», санскр. «абхишека», восходит к буддийскому «тайному учению» 密教, миккё. Исходно оно обозначало обряд при вступлении государя на престол. Посвящение предполагает прохождение по «десяти мирам», соотнесенным с определенными участками горного маршрута, и в итоге позволяет «стать буддой в этом теле» 即身成仏, сокусин дзё:буцу.3. «Испытание чудесного искусства» 験術, гэндзюцу. В источниках отмечаются такие чудеса сюгэндзя, как полеты, умение делаться невидимым, хождение по огню, по лезвиям клинков, питие кипящей воды и др.4. «Подношения Закону» 供養法, куё:хо: — чтение сутр, украшение места, выбранного для таких чтений, а также подношение пищей и водой. Совершаются они чаще всего для одного из главных почитаемых традиции сюгэндо: — Ачаланатхи 不動明王, яп. Фудо: мё:о:. Его чтут как «светлого государя» 明王, мё:о:, санскр. «видьяраджа», имя Фудо: — «Неподвижный» — указывает не его непобедимость.В отличие от «небесных государей», «светлые государи» выступают как защитники отдельных мировых первоначал, а не стран света как таковых, хотя первоначала тоже соотносятся со странами света. В случае с Фудо: это огонь и юг. Согласно буддийской космологии, Япония, как и Индия, и Китай, лежит к югу от мировой горы Сумеру, поэтому для людей Фудо: выступает ближайшим защитником. В трактате «О значении знака ХУМ» 吽字義, «Ундзи-ги» (ок. 824 г.) Ку:кай так пишет о нем: «Этот почитаемый есть предшественник всех ста тысяч будд в Трех Мирах, он почитаем всеми бодхисаттвами <…> Однако является в виде косоглазого посланника, показывает свисающие, как у слуги, волосы, нарочно рушит все уже достигнутые почтенные положения, ест остающуюся грязь неопытных. Хоть и на высоком месте — не роскошествует, хоть и терпит ущерб — стремится быть довольным. Таково [значение его мантры]: “ущерб себе, польза другим”» (перевод А.Г. Фесюна. См.: Буддизм в Японии. М., 1993. С.480). Здесь совмещаются роли Ачаланатхи как грозного разрушителя, как сострадательного помощника и как покровителя горных подвижников, презирающих любые мирские условности.Обращаясь к Ачаланатхе, его почитатель поворачивается лицом к югу, как то пристало государю уже в китайской схеме стран света. А такое отождествление подвижника с государем играет важную роль в буддийском «тайном учении», ср. выше. Огню в обряде принадлежит свойство сжигать «заблуждения и страсти». Кроме того, с огнем соотносится некий «жар», санскр. «тапас» — сила, которую взращивает в себе подвижник и за счет которой он способен творить чудеса. В этом случае можно говорить о сохранении в буддийской обрядности некоторых черт древнеиндийской аскетической традиции, йоги. Помощником Фудо: считается божество огня火天, яп. Катэн, санскр. Агни как посредник между мирами людей и небожителей.Для совершения «подношений» вначале обустраивают «место Пути» 道場, до:дзё:, украшают его цветами, воскуряют благовония, зажигают светильники и т.п. В отличие от похожих обрядов в храмах, сюгэндзя при этом почти всегда разводят открытый огонь. Затем читают отрывки из сутр и приглашают Фудо: явиться на «место Пути». После этого ему «вручают» дары (пищу, благовония и др.), сжигая их.5. «Празднества» 祭, мацури, в честь местных божеств, богов солнца, луны, созвездий, или же богов-предков в семейных святилищах 小祠, сё:си. Такие обряды тоже включают в себя подношения, а кроме того, подвижники в горах ожидают рассвета, полнолуния или новолуния, или же появления на небосводе того или иного светила.6. «Предсказания» 卜占, бокусэн, — определение благоприятных и неблагоприятных дней, направлений, расчет будущей судьбы по дате рождения.7. «Прорицания» 巫術, фудзюцу, получаемые через людей, одержимых божеством. Такие практики свойственны не только сюгэндо:, но представлены и в нем. В этом случае имеются в виду вещания о том, «что будет».8. «Вхождение в одержимость» 憑祈祷, ёрикито:, при котором подвижник сам становится «вместилищем» божества. Здесь речь идет об ответах на конкретные вопросы («что следует делать»).9. «Огненные обряды для предотвращения бедствий» 息災護摩, сокусай гома, — сожжение приношений перед изображением Фудо: ради избавления от различных несчастий.10. «Законы всех почитаемых» 諸尊法, сёсонбо:, — произнесение дхарани, обращенных к буддам (Амида, Якуси), бодхисаттвам (Коку:дзо:, Кандзэон), «светлым государям» (Фудо:, Кудзяку) или богам-ками (Инари) ради помощи в каком-то определенном деле. При этом считается, что боги, не имеющие определенного местопребывания, сильнее богов, крепко связанных с тем или иным местом. Позже в традиции сюгэндо: важную роль стало играть почитание «измененных обличий» 権現, гонгэн, — бодхисаттв, принявших облик богов. Из них особенно чтимым был «Государь хранилища» 蔵王権現, Дзао:-гонгэн, тоже соотнесенный с огнем.11. «Принятие дара» 加持, кадзи, при котором подвижник достигает самоотождествления с каким-либо буддой, бодхисаттвой и др., чаще всего с Фудо:. Далее через подвижника, то есть с применением «уловки», этот или другой «почитаемый» совершает чудеса.12. «Заклинание и изгнание» духов 調伏, тё:буку, в том числе духов божеств, животных, умерших людей, с целью прекратить их вредоносное влияние или наоборот, заставить их помогать подвижнику. Ср. выше, § Т16, рассказ о том, как Эн-но гё:дзя приказал богам строить мост.

13. Изготовление «оберегов» 符咒, фудзю, тж. мадзинаи, — коротких текстов, которые пишутся на бумаге и вручаются заказчику, чтобы тот носил их при себе или хранил в доме. Текст может представлять собой имя будды, бодхисаттвы, божества, или же строку из сутры либо запись дхарани. Нередко текст сопровождается рисунком. Обереги делаются с конкретными целями: для защиты от воров или от болезней, против бесплодия и т.п.В рамках решения одной обрядовой задачи может совмещаться несколько из этих практик — например, за подношениями Фудо: следует «принятие дара».Как указывает Миякэ Хитоси, деятельность сюгэндзя включает в себя исполнение различных запросов заказчиков обряда, а также общую подготовку, призванную развить и усилить способности к чудотворству. Последовательность действий при решении конкретной задачи такова:1) Получение запроса (например, об исцелении больного).2) Определение причин неблагополучия путем «предсказания», «прорицания» или «вхождения в одержимость» (например, выясняется, что недужного терзает такой-то дух).3) Чтение сутры или еще какие-то меры «обычного» порядка (то, что стал бы делать и монах из официальной общины), сопровождаемое «подношениями», причем дары обеспечивают родичи и близкие больного. Или же это может быть обряд, относящийся к сюгэндо: как таковому — подвижник «принимает дар» и становится един с Фудо: (это может произойти еще на второй стадии, при выяснении причин несчастья). После этого он привлекает на помощь себе божество огня и «сжигает» те заблуждения и страсти, которым больной поддавался в нынешней и прошлых жизнях и которые по закону воздаяния навлекли на него страдания. Оставаясь единым с Фудо:, сюгэндзя обращается к духу и велит ему удалиться, причем иногда держится при этом мирно, разъясняя духу, что тот ошибся, выбрав себе жертвой именно этого человека, или же прибегает к жестким мерам, заставляя духа удалиться путем угроз или прямого насилия (поражает его огненным клинком и т.п.).4) Причина несчастья устраняется, дух перестает мучить больного, и тот чувствует себя лучше. Сюгэндзя может представить заказчикам свидетельства пребывания зловредного духа поблизости от больного — например, найти в их доме шкуру либо шерсть животного или часть останков человека, ставшего после смерти «гневным духом», и т.п.Не вполне ясно, когда именно сюгэндо: приняло тот вид, в каком оно представлено в письменных источниках. В качестве примера одной из таких практик, получивших распространение в Японии в VIII в., мы приведем обряд почитания бодхисаттвы Акашагарбхи 虚空蔵, яп. Коку:дзо:. О нем говорится во введении к книге Ку:кай «Три учения указывают и направляют», где автор рассказывает о годах своего ученичества.По отцу Ку:кай происходил из рода Саэки 佐伯, по матери — из рода Ато 阿刀. Обе эти семьи издавна служили государям Ямато. Одним из предков Ато был Вани, впервые познакомивший японцев с конфуцианскими книгами. Дядя Ку:кай, Ато-но О:тари 阿刀大足, был наставником царевича Иё, сына государя Камму. Сам Ку:кай начал учиться китайским наукам под руководством этого своего дяди, и считается, что в «Трех учениях» его черты приданы конфуцианцу Кимо:. В конце VIII в. в роду Саэки особенно известен был Саэки-но Имаэмиси 佐伯今毛人 (ок. 717-790), один из руководителей работ по строительству То:дайдзи, а также по переносу столицы из Нара в Нагаока в 784 г. За строительство Нагаока отвечал Фудзивара-но Танэцугу 藤原種継. В 785 г. он был убит неким Цугихито 継人. Как выяснило следствие, действовал убийца по приказу царевича Савара 早良, брата Камму, а вовлек его в заговор О:томо-но Якамоти 大伴家持 (ок. 717-785), ко времени убийства уже скончавшийся — знаменитый поэт, один из составителей «Собрания десяти тысяч поколений» и давний враг рода Фудзивара. Между тем, род Саэки издавна был дружествен роду О:томо. В 785 г. многие члены семей О:томо и Саэки были либо казнены, либо сосланы; царевич Савара укрылся в храме Отокуни-дэра 乙訓寺 и там уморил себя голодом. Из-за убийства Фудзивара-но Танэцугу и гибели Савара работы по возведению города Нагаока приостановились. А уже в 794 г. государь перебрался в новую столицу, Хэйан. О «гневном духе» Савара мы будем говорить в § Т22. Однако, несмотря на опалу семьи Саэки, юноша из ее провинциальной ветви, с острова Сикоку, был принят на обучение в Высшее училище. Вероятно, при этом были учтены заслуги Саэки-но Имаэмиси.В училище Ку:кай осваивал «Книгу песен» и «Книгу летописей», а также «Толкования Цзо Цюмина к “Веснам и осеням”». Затем он встретился с монахом Гондзо: 勤操, стал его учеником и обратился к горному подвижничеству, стремясь обрести помощь бодхисаттвы Акашагарбхи в ученых занятиях. Гондзо:, уроженец земли Ямато, вероятно, также принадлежал к потомкам переселенцев. В начале 770-х гг. он принял посвящение в монахи в храме Дайандзи в Нара. Возле этого же храма чуть позднее была выстроена родовая молельня Саэки 佐伯院, Саэки-ин. Гондзо: принадлежал к школе Санрон, но в то же время был учеником Дзэнги 善議, 725-804, одного из немногих в тогдашней Японии знатоков буддийского «тайного учения» 密教, миккё:, и сторонника школы «Мудрости собственной природы». Считается, что в 770-х гг. Гондзо: уже совершал странствия на гору Ко:я 高野, где позднее Ку:кай основал главный храм школы Сингон. Заповеди послушника Ку:кай принял в 793 г. в храме То:дайдзи, или, по другой версии, в горном храме Макио-дэра 槙尾寺 в земле Идзуми 和泉. Позже он сменил несколько «временных» имен, и как звали его, когда он составлял первый вариант книги о «трех учениях», точно не известно.О начале своего ученичества Ку:кай в «Трех учениях» пишет:

«Когда мне исполнилось дважды по девять лет, я отправился на обучение в город софоровых деревьев [= в столицу]. <…> И был там один шрамана. Он показал мне “Закон вслушивания-схватывания Чрева Пустого Неба”. Вот что проповедует эта книга: “Если люди, следуя Закону, будут повторять истинные слова [=дхарани] сто раз по десять тысяч раз подряд, — то да постигнут они и письмена, и смысл всех, какие ни на есть, законов и учений!”.Тогда-то я и поверил необманному слову великого мудреца [= Будды], возложил свои надежды на упорный труд, что и из дерева может добыть летящую искру. Я поднимался на вершину Великого Змея (Тайрю:) в земле Ава, одолевал свою мысль (念を勤ます, омои-о хагэмасу) у мыса Дверь Кладовой (Мурото) в земле Тоса. Ущелье подхватывало мой голос, Рассветная звезда являла свой лик» (перевод Н.Н. Трубниковой. См.: Ку:кай (Ко:бо:-дайси). Три учения указывают и направляют (Санго: сиики). Перевод со старояпонского, комментарий и исследование Н.Н. Трубниковой. М., 2005. С.5, 43-47).«Шрамана» здесь — вероятно, учитель Ку:кай, монах Гондзо: 勤操(758-827). Дхарани, о которых идет речь, в иероглифической передаче выглядят как 南牟阿迦捨掲婆耶唵阿唎迦魔唎慕唎莎縛賀, НО:БО:-АКЯСЯ-ГЯРАБАЯ-ОМУ-ЯРИКЯ-МАРИ-БОРИ-СОВАКА. Многократное повторение этих дхарани считалось способным раскрыть в ученике умение выучивать наизусть любые книги. Примерный перевод дхарани таков: «О, Чрево Пустого Неба, о, подобное цветку лотоса, величавое, незамутненное ясное сияние, да будет так!». «Чрево Пустого Неба» , Акашагарбха, — один из бодхисаттв особенно почитаемых в «тайном учении». «Пустое Небо» в его имени означает непобедимость, подобную нерушимости неба: его невозможно сокрушить, ибо в нем нет преград. «Чрево» (оно же «Хранилище») — вместилище «сокровищ закона», оно есть внутри каждого из живых существ. Подобно богачу, раздающему подаяние неимущим, Чрево Пустого Неба источает неизмеримые «сокровища Закона-Дхармы», приносит «пользу и радость» всем живым существам. Бодхисаттва Акашагарбха изображается в западной части мандалы восседающим на цветке лотоса, на голове у него венец, в правой руке сияющий меч, левая держит лотос на стебле, над лотосом виден «камень исполнения желаний». Акашагарбха соотносится с «рассветной звездой» — планетой Венера. Согласно учению китайских астрономов, это Тай-бо 太伯, «Великая белая планета». Она соотносится с белым цветом, с Западом, с осенью, со стихией металла, дает предзнаменования о военных делах, ведает наказаниями за неправедные казни. Как и Юпитер, Сатурн, Марс и Меркурий, она прежде всего учитывается при составлении календарей. Явления, связанные с Венерой, упоминаются в самых первых сообщениях об астрономических наблюдениях в Японии. Так, в 640 г. было отмечено «затмение планеты луной», а в 702 и 772 г. Венеру наблюдали при дневном свете. Известно, что в связи с солнечными или лунными затмениями официально назначались обряды бодхисаттве Чрево Пустого Неба.«Закон… Чрева Пустого Неба» — сравнительно небольшой по объему текст, он существует в двух китайских переводах. Первый перевод принадлежит наставнику по имени Шань Увэй (善無為, 637-735), он же Шубхакарасимха, родом из Магадхи в Индии, в Китай прибыл в середине 710-х гг. Заглавие этого перевода я привела выше, в японском буддийском каноне (Тайсё: синсю: дайдзо:кё: (Большое хранилище сутр, заново составленное в годы Тайсё:) Т. 1-100, Т., 1960-77, далее — ТСД) он помещается в томе 20 под № 1145 (с. 601 слл.). Второй перевод выполнил Бу Кун (不空, 705-774), он же Амогхаваджра, родом из Средней Азии, трудился в Китае начиная с 720-х гг. Эта версия сутры имеет иное заглавие: «Закон вслушивания-возглашения бодхисаттвы — Чрева Пустого Неба» (虚空蔵菩薩念誦法, «Коку:дзо:-босацу нэнсё:-хо:», ТСД 20, № 1146, с. 603 слл.). Ку:кай познакомился с первым из переводов.Передача «Закона Чрева Пустого Неба» в школьной традиции Сингон, выглядит так. Его впервые обрел Нагарджуна (龍猛, яп. Рю:мо:), а затем принял Нагабодхи (龍智, яп. Рюти), проживший, по преданиям, семьсот лет. От Нагабодхи сутра перешла к Шань Увэю, а тот передал текст До:дзи (道慈, ум. 744) — японскому монаху школы Санрон, уже знакомому с «тайным учением». Считается, что первый, точно не известный по имени «монах-кудесник», посвященный в «тайные» обряды» так называемого «старого» и «смешанного» тайного учения (古雑密, кодзо:-мицу), прибыл в Японию из Пэкче в 577 г. До:дзи принадлежал к числу учеников его учеников. Школьное толкование к «Слову-завещанию» Ку:кай указывает, что До:дзи побывал в Китае в первый год эпохи Тайхо: (701 г.), а назад вернулся во второй год эпохи Ё:ро: (717 г.). Шань Увэй завершил свой перевод «Закона» в 716 г., так что До:дзи вполне мог принять сутру от переводчика перед своим отбытием в Японию. Бу Кун же в это время был еще ребенком. Вернувшись на острова, До:дзи передал «Закон…» Гиэну (義淵, иначе Гиин, ум. 728, принадлежал к школе Хоссо:). Тот вручил сутру своему ученику Дзэнги (善議, 725-804, также из школы Хоссо:). А уже тот передал «Закон… Чрева Пустого Неба» своему ученику Гондзо:, бывшему также и учеником Гиэна. Иногда считают, что До:дзи обучал не Гиэна, а Дзэнги.

Места подвижничества Ку:кай — гора Тайрю: и мыс Мурото — находятся в горах на острове Сикоку. Место для обряда почитания Акашагарбхи должно было быть открыто с восточной стороны, а по возможности также с западной и с южной. Возводилось особое небольшое здание с окном в восточной стене, куда проникал бы свет «Рассветной звезды». Там же, возле окна, натягивалось полотнище, на котором желтым цветом была написана санскритская буква, обозначавшая «семя-слог» 種字, сюдзи, санскр. «биджа», соответствующий Акашагарбхе. Место «главного почитаемого» 本尊, яп. хондзон, при таком обряде располагалось у западной или северной стены здания. Подвижнику, ведущему обряд, надлежало 100 раз (в ста «собеседованиях» с бодхисаттвой) повторить дхарани по 10.000 раз. Это могло длиться 50, 70 или 100 дней. Повторение дхарани сопровождалось созерцанием «Рассветной звезды». Согласно «Запискам храма Великого Змея в земле Ава» 阿波国大滝寺縁起, «Ава-куни Тайрю:дзи энги», в пещере этой горы Ку:кай «сам (то есть без наставника) достиг плода поисков Закона и отторжения тела», причем местные «боги — защитники закона» 護法神, гохо:дзин оказали ему «помощь и защиту» 加護, каго. Ку:кай пережил состояние, обозначаемое как «вступление в уста» 入口, ню:ко: Акашагарбхи. Согласно толкованиям, выражение это следует понимать буквально: бодхисаттва в облике «Рассветной звезды» влетает в рот подвижнику. См.: Икэгути Экан. Подвижник огня. М., 1996; Тантрический буддизм. Ч. I-III. М., 2004. Ч.III. С.255 слл.

eaquilla.livejournal.com

Фудо-мёо — главное божество сюгэндо. Путь невидимых [Подлинная история нин-дзюцу]

Фудо-мёо — главное божество сюгэндо

Последователи сюгэндо поклоняются самым разным богам и буддам. По сути, они стремятся черпать силу из любого доступного источника. Правда, у разных объединений ямабуси, сложившихся вокруг разных священных гор, есть свои предпочтения. Но практически все они поклоняются Фудо-мёо.

Фудо-мёо, на санскрите — Ачаланатха, означает «неподвижный светлый царь» или «неподвижный защитник». Японцы издревле верили в него как в будду, творящего чудеса. В храмах школы Сингон статую Фудо-мёо устанавливают слева от изваяния будды Дайнити, справа помещается изображение Великого Учителя Кобо, т. е. Кукая. Фудо-мёо символизирует мудрость Дайнити, а Великий Учитель Кобо — сострадание.

Кто же такой Фудо-мёо, какое место он занимает среди многочисленных будд?

В отличие от христианства, где есть только один абсолютный бог, в буддизме — неисчислимое число будд. На мандале «мира чрева» изображается 410 будд, а на мандале «мира алмаза» — 1461 будда. Как считают буддисты, число живых существ, которых должны спасти будды, безгранично, поэтому число будд тоже безгранично.

В миккё все будды делятся на 4 группы.

1) Собственно будды (татхагаты; яп. буцу). Этих будд называют «тела, вращающие Колесо Дхармы сами по себе». Так как они проповедуют Закон Будды самим себе, их учения людям непонятны.

2) Бодхисаттвы (босацу). Их называют «тела, вращающие Колесо Истинной Дхармы». Бодхисаттвы достигают просветления, но буддами не становятся и проповедуют живым существам Истинный Закон Будды.

3) «Светлые цари» (мёо). Их называют «тела, вращающие Колесо Дхармы по указу». Они посланцы, которые по указу татхагат занимаются просветительской деятельностью. Если у бодхисаттв выражения лиц спокойные, то у «светлых царей» грозный вид, который устрашит любого. Свой гневный лик они показывают самым плохим живым существам, которые глухи к учениям бодхисаттв, спасают их, хотя и заставляют их трястись от страха. Это — проявление жалости «светлых царей». В эту группу входит и Фудо-мёо.

4) Боги (тэн). Изначально это были брахманистские и индуистские божества, но позже они вошли в пантеон миккё. На мандалах для них нет строго определенного места, поэтому говорят, что они «вращают Колесо Дхармы свободно», т. е. проповедуют Закон Будды, когда хотят.

Итак, будды разделяются на 4 группы. Татхагаты занимают ведущее положение в иерархии. Бодхисаттвы — святые, которые ведут за собой живые существа с помощью силы сострадания. «Светлые цари», являясь посланцами Татхагат, силой спасают живых существ, которых трудно обратить. Боги — старшие над людьми, которые легко становятся советчиками людей.

Среди татхагат главное место занимает Дайнити. Так как он вращает «Колесо Дхармы сам по себе», его учение очень глубоко и людям непонятно. Поэтому у него есть посланцы, которые проповедуют Дхарму и спасают живые существа. Среди «светлых царей» его «представителем» является Фудо-мёо. Именно он «вращает Колесо Дхармы по указу» Дайнити. При этом он — «превращенное» тело Дайнити. Это значит, что «истинное тело» Фудо-мёо есть великий будда Дайнити.

Традиционно Фудо-мёо изображают сидящим на огромном камне, за спиной у него языки пламени, в правой руке меч, в левой сеть, выражение лица грозное.

Фудо-мёо — это слуга Дайнити. Какую бы грязную работу он ни выполнял, он всегда полон решимости продвигаться вперед сам и вести за собой живые существа, с чем успешно справляется. Он принимает облик слуги с гневным лицом, чтобы вывести на правильный путь самых плохих людей, которых невозможно спасти силой сострадания бодхисаттвы. Фудо-мёо острым мечом рубит врагов-заблуждения, а сетью «ловит» плохих людей и пробуждает в них мысли о вере. За спиной Фудо-мёо языки огня. Это называют «пребывать в огненном самадхи» (просветленном состоянии). Огонь сжигает все заблуждения и плохую карму. Возможно, это огонь ада. И Фудо-мёо стоит у входа в него, чтобы не дать живым существам упасть в него. Буддисты верят, что попавших в ад спасти невозможно. Поэтому вместо живых существ, падающих в него, Фудо-мёо сжигает себя в адском огне. Фудо-мёо пребывает на огромном камне, и этот камень символизирует то, из чего создан ад, где ничего не рождается. Будды обычно восседают на лотосовых цветах. Цветок лотоса показывает свой лик из грязи и символизирует просветление. Но Фудо-мёо сидит на камне, и это символ того, что, находясь в аду, невозможно стать буддой, и если человек попадет в ад, спасения для него уже нет.

Таким образом, за устрашающим грозным ликом Фудо-мёо кроется беспредельное великое сострадание Дайнити.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

sport.wikireading.ru

Сюгэндо — религиозный прародитель ниндзюцу

В большинстве подлинно сверхъестественных возможностей ниндзя - не фокусов и не театральных постановок, - а также во многих их боевых практиках прослеживается значительное влияние деятельности горных монахов ямабуси, специфического социального слоя, просуществовавшего в Японии практически до реставрации Мэйдзи. Основу учения ямабуси составляло сюгэндо, или "путь обретения сверхъестественных сил" - система, позволявшая своим адептам развить физические и психические способности до феноменального уровня, недоступного простому человеку.

.

Принято считать, что у истоков японского сюгэндо лежит люгаймэнь, или "учение нищих монахов" - пришедшее из Китая практическое и религиозное знание, которое было создано бродячими монахами люгай после разрушения их монастыря (есть версия, что это был Шаолинь). Для выживания и самозащиты им приходилось развивать навыки рукопашного боя, владения оружием, маскировки - то есть как раз то, чем позже были славны ниндзя. Попав на благодатную японскую почву, люгаймэнь преобразовалось в сюгэндо - учение формально религиозное, а на деле же глубоко практическое.

Достаточно широко известны две школы буддизма, непосредственно относящиеся к ямабуси. Это "Тэндай" ("Величие небес")  и "Сингон" ("Истинное слово"). Они по-разному расставляли акценты на пути к достижению нирваны и различными путями влияли на жизнь в стране (так, в десятом веке Тэндай была чуть ли не главной буддийской школой при императорском дворе). Но "спящие в горах" на самом деле не слишком интересовались доктринальными различиями - они совершенствовали своё тело и дух, попутно усвоив верования и даосизма, и японского синто.

Создателем сюгэндо считается Эн-но Одзуно, или Эн-но Гедзя ("аскет"), живший в VII веке (634-703 гг). Мифы рассказывают о его невероятных деяниях - полетах, призывах демонов, чертей и духов. Даже спустя много лет послей своей смерти он был настолько популярен, что впоследствии его канонизировали в качестве великого бодхисаттвы - просветленного, отказавшегося от нирваны ради помощи всем живым существам.

Каким же образом пытались адепты сюгэндо - сюгэндзя - достичь указанного уровня развития? В их упражнения входили различные виды медитаций, чтение особых молитв-сутр, специальные шаманские обряды, а также и вовсе экзотические практики, такие как аскезы воды и огня. В качестве примера можно назвать ритуал таки-сугё, или стояние под водопадом - достаточно заезженный в американских фильмах штамп. На самом деле подобное стояние - не способ расслабиться, поскольку стена ледяной воды, падающей на темя и плечи в течение нескольких часов, а то и дней, отнюдь не способствует приятному времяпровождению. Другой пример - хождение по углям (хиватари-мацури), которое так же отличается от топтания подвыпившей компанией просыпанных из мангала искорок, как и предыдущий ритуал от тёплого душа. Про ежедневное преодоление тридцатикилометровой дистанции по пересеченной местности на протяжении нескольких месяцев подряд (кайхогё) даже писать смысла нет.

Такие кажущиеся нестерпимыми самоистязания развивали волю и выносливость сюгэндзя до невероятных пределов. Ежедневное нахождение на границе между жизнью и смертью помогло "горным мудрецам" выжить в те годы, когда сюгэндо оказалось под запретом, а на самих адептов была объявлена охота (VII-VIII вв). Лесные молельни "санриндодзё" подвергались налетам правительственных войск, и аскетам пришлось защищать себя. Так образ вооруженного чуть ли не до зубов ямабуси - с алебардой, мечом и прочим военным обвесом - стал практически каноничным на многие века вперед, а название "спящих в горах" даже стало ошибочно переводиться как "горные воины".

Ямабуси были грозной военной силой. Их навыки рукопашного и вооруженного боя, искусство маскировки и ведения партизанской войны легли в основу умений ниндзя, а образ стал плотно ассоциироваться с тэнгу - горными и лесными демонами, мастерами боевых искусств. Но не военная мощь, а близость горных мудрецов к народу (даже высшему классу) и польза, приносимая ими в качестве путешествующих целителей, учителей и советчиков, практически вынудили военное и церковное правительство оставить "спящих в горах" в покое, и вскоре бродяги-ямабуси стали обычным зрелищем в городах и деревнях.

Именно из практик сюгэндо, в частности стихийных аскез - воды и огня - родились мифы об умении ниндзя дышать пламенем, замораживать воду под своими ногами и творить прочие непостижимые разумом вещи. Сегодня мы считаем это выдумкой, но одно можно заявить точно - без должной закалки тела и духа ниндзя никогда бы не стали столь страшной и таинственной силой, сыгравшей серьёзную роль в развитии японского государства.

 

Мантра ямабуси

 

Бородатые гайдзины практикуют обряды мисоги и таки-сугё

mitsumono.ru

Укрепление позиций сюгэндо. Путь невидимых [Подлинная история нин-дзюцу]

Укрепление позиций сюгэндо

Нечто похожее на ситуацию с буддийскими монастырями происходило и с сюгэндо. В период Хэйан после прекращения гонений сюгэндо сильно укрепило свои позиции. В это время оно из стихийного движения отшельников-одиночек с весьма хаотичными представлениями о религиозных доктринах и методах практики переросло в довольно единое мощное течение с характерными ритуалами и формами аскезы, с монастырями и угодьями, с мощными группировками ямабуси.

В это время священные горы сюгэндо привлекают тысячи паломников со всех концов Японии. Наибольшей популярностью у богомольцев в пользовались горы Кумано и Кимбу-сэн — важнейшие центры сюгэндо.

Паломническое движение коснулось не только монахов, простолюдинов и низовую знать, но и аристократов высших рангов и даже императоров. Так, по сообщению «Гэмпэй сэйсуй-ки»[23], паломничества в Кумано совершали императоры Хэйдзи, Кадзан, Хорикава, Сиракава ездил туда 5 раз, Тоба — 8, Го Сиракава — 49!

Императоры и аристократы подносили тамошним сюгэндзя весьма щедрые дары, включая земли, освобожденные от налогов. Это вело к обогащению центров сюгэндо, возникновению замечательных храмов и монастырей, имевших большие земельные угодья с прикрепленными к ним крепостными крестьянами. По сути, в период Хэйан храмы сюгэндо, подобно буддийским монастырям, превратились в крупных феодалов, завели собственные боевые дружины и стали весьма активно участвовать в междоусобицах. Очень точно об этом написал американский исследователь Эрхарт: «Когда сюгэндо стало более организованным, оно стало представлять соединение религиозной и мирской власти. Яростная вражда между разными группами сюгэндо, которая обычно была завуалирована „религиозными“ спорами по поводу использования определенных ритуалов или одеяний, чаще была борьбой за политический и финансовый контроль определенного района».

За относительно короткий срок центры сюгэндо, прежде всего Кумано и Кимбу-сэн, накопили огромную военную и политическую силу.

Очень большое влияние в конце XII в. имел настоятель главного храма Кумано. Согласно «Хэйкэ моногатари», в период войн между Тайра и Минамото Тандзо, настоятель Кумано, поддерживал то ту, то другую сторону, но в канун решающей битвы встал на сторону Минамото и, «собрав 2000 челядинцев, отплыл в Данноуру в ладьях, коих было у него больше двух сотен. На своей ладье поместил он изваяние бодхисаттвы Каннон, на знамени начертал имя бога Конго-додзи. Завидев корабли Тандзо, и Тайра, и Минамото пали ниц и поклонились священному изваянию, но когда стало ясно, что Тандзо плывет в стан Минамото, Тайра приуныли и пали духом».

В «Гикэйки»[24] мы также читаем о военной мощи Кумано: «Если Новый Храм и Главный Храм (2 основных храма Кумано) объединятся для отпора, то и через десяток лет не ступить врагу на землю Кумано!»

Не меньшую силу имело и объединение ямабуси горы Кимбу-сэн, что в Ёсино, с центром в храме Конго-дзао-до. Источники донесли до нас сведения о ряде войн между Кимбу-сэн и монастырем Кофуку-дзи. Первая война развернулась в 1093 г., вторая — в 1145. В «Кофуку-дзи руки»[25] содержится любопытная характеристика горы Кимбу-сэн, данная знаменитым воином Минамото-но Тамэёси: «Крепость Кимбу-сэн нельзя атаковать поспешно. По моему мнению, нужно подавить ее с осторожностью». А вот описание тамошних сохэев в «Гикэйки»: «В тот день вел монахов не настоятель, а некий монах по имени Кавацура Хогэн. Был он беспутен и дерзок, но он-то и возглавил нападающих. Облачен и вооружен был он с роскошью, не подобающей священнослужителю. Поверх платья из желто-зеленого шелка были на нем доспехи с пурпурными шнурами, на голове красовался шлем с трехрядным нашейником, у пояса висел меч самоновейшей работы, за спиной колчан на 24 боевых стрелы с мощным оперением из орлиного пера „исиути“, и оперения эти высоко выдавались над его головой, а в руке он сжимал превосходный лук двойной прочности „футатокородо“. Впереди и позади него выступали пятеро или шестеро монахов, не уступавших ему в свирепости, а самым первым шел монах лет сорока, весьма крепкий на вид, в черном кожаном панцире поверх черно-синих одежд и при мече в черных лакированных ножнах. Неся перед собой щиты в 4 доски дерева сии, они надвигались боком вперед…»

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

sport.wikireading.ru

Сюгендо Википедия

Сюгэндо (яп. 修験道 сюгэндо:) — японское синкретическое учение, соединяющее буддизм, синто и даосизм. Буквально понятие сюгэндо означает «Путь обучения и практической проверки». Сюгэндо связано с развитием духовного опыта и силы, делает упор на аскетизм, жизнь в горах и гармонию между человеком и природой.

Основателем сюгэндо считается Эн-но Одзуну, также известный как Эн-но Гёдзя. Центром сюгэндо является монастырь Кимпусэн-дзи в городе Ёсино.

История

Согласно традиции, учение сюгэндо возникло в VII веке. Фактически оно образовалось в XII—XIV веках как компромисс между государственным буддизмом и другими учениями, в частности китайским даосизмом и традиционным синтоизмом.

В эпоху Мэйдзи сюгэндо подвергалось преследованиям, и в 1872 году было запрещено в процессе урегулирования религий и закона Симбуцу-бунри (яп. 神仏分離, закон о разделении буддизма и синтоизма). Тем не менее в некоторых синтоистских кумирнях продолжали проводиться ритуалы и праздники сюгэндо. По Положению о религиях 1945 (сюкё ходзинрэй) сюгэндо было снова разрешено, и активность разрешалась под собственным именем без прикрытия буддийских школ. В частности к сюгэндо были причислены подшколы Хондзан-ха (Тэндай) и Тодзан-ха (Сингон).

Сюгэндо почитает священные горы, наиболее значимые из них — Оминэ и Кумано на полуострове Кии и три горы Дэва.

В поздние времена сюгэндо практиковалось также группой Ёсино Ямабуси подшколы Дэва Сандзан буддийской школы Тэндай, в храмах Кимпусэн-дзи и Исияма-дэра школы сингон.

В настоящее время эта школа сильно модернизирована, в неё были привлечены элементы современной религии и культуры Японии.

Последователи

Последователей сюгэндо делят на две группы — сюгэндзя (修験者) — буквально означает сторонник школы сюгэндо, и ямабуси (山伏), что означает монах-отшельник. В качестве ямабуси иногда выступают персонажи японской мифологии и легенд, например, Сайто Мусасибо Бэнкэй и божество Содзёбо, повелитель длинноносых духов тэнгу, обитающих в горах.

См. также

Ссылки

wikiredia.ru