Текст книги "О боевых качествах пистолета ТТ". Тт книга


Книга ТТ, или Трудный труп читать онлайн Иоанна Хмелевская

Иоанна Хмелевская. ТТ, или Трудный труп

Пани Иоанна - 18

 

1

 

Поиски трупа заняли у меня как минимум несколько месяцев.

Нет, я не разрывала курганы и могилы, не лазила по свалкам и старым подвалам, не посещала морги, не прочёсывала заросшие пруды и разные там заброшенные водоёмы. Искала я столь необходимый мне труп в собственном воображении, в рассказах и пересудах знакомых и незнакомых мне людей и, разумеется, в средствах массовой информации, которые с таким наслаждением потчуют нас всевозможными ужасами и просто заваливают всяческими трупами. А мне ни один не подходил, потому как требовался не первый попавшийся, а, так сказать, элитарный. Простые владельцы громадных состояний, мафиози и прочие уголовники меня не устраивали, ибо не укладывались в разработанные мною мотивы, в силу которых данный персонаж и был убит, став трупом.

Именно такого персонажа от меня требовала Марта.

Марта работала на телевидении. Это ей пришло в голову создать некий потрясающий телесериал, и она уговорила меня взяться за столь грязное дело. Взялась я с неохотой, ведь телевидение — область для меня совершенно чуждая. Марта успокоила. Писать будем вместе, все телевизионные реалии она берет на себя, моё дело — детективный сюжет. В совместном сценарии мы намеревались ярко и убедительно вскрыть закулисную сторону кошмарных телевизионных интриг. Марта, будучи режиссёром, сама собиралась снимать и ставить наш сериал, и я всячески поддерживала её в этом стремлении. Ну и нам не хватало трупа. Убить какую-нибудь телезвезду, популярного телеведущего или режиссёра вроде Деленга, Нины Терентьев или Вайды мы не решались, к ним, впрочем, мои мотивы тоже не подходили. А кроме того, красавчик Деленг нам требовался во всех сериях, глупо убивать его в самом начале, попробуй найди второго такого, красивого, молодого и легкомысленного, из-за которого бабы были готовы перегрызть глотки друг дружке. Сейчас я говорю в переносном смысле. А в нашем сериале, кроме закулисных телевизионных интриг, вовсю бурлили страсти, похлеще, чем в венесуэльских мыльных операх. Любовные перипетии тянулись спиралями и серпантинами из серии в серию, с красавцами же и красавицами в Польше напряжёнка, в отличие от Венесуэлы.

Итак, задуман был сериал, которому и в подмётки не годились всевозможные «Рабыни Изауры», «Санты-Барбары» и прочие «Кланы». Первоначально погрязший в социальных вопросах и любовных хитросплетениях, наш сериал медленно, но верно превращался в детектив, вытесняя все прочее на второй план. Несомненно, это происходило по моей вине, поскольку с преступлениями я уже давно сроднилась, а социальная проблематика нашего, телевидения для меня — тёмный лес. Такие метаморфозы Марта всячески поощряла.

Да и то сказать, мы взяли неплохой темп, каждая серия получалась завлекательной, дамско-мужские интриги с ходу заинтриговывали, а служебные, известные Марте и отражённые в сериале, и вовсе захватывали дух. У нас уже довольно ясно вырисовывались мотивы преступления, а трупа все не было.

Труп, ясное дело, Марта требовала от меня, я и не отпиралась, что трупы по моей части: ведь детектив без трупов не бывает. Только вот где же мне взять подходящий?

Об этом я и думала, сидя у себя в кухне и пытаясь одновременно читать корректуру, присматривать за кипящими макаронами и ещё краем уха слушать радио, вдруг ненароком упомянут о каком-нибудь удачном для нас убийстве. И ожидала телефонного звонка из какого-то журнала. Меня попросили авторизовать моё собственное интервью, и я согласилась, ведь из всех авторизаций эта была наименее трудоёмкой и во всех отношениях логичной.

Телефон, спасибо ему, позвонил сразу после того, как я покончила с макаронами.

В трубке я услыхала голос Аниты, моей давней приятельницы, ещё со времён Дании. У неё была служебная командировка, ехала она из Стокгольма в Копенгаген почему-то через Варшаву, ну, так получилось, и очень хотела увидеться со мной.

knijky.ru

Криминальная повесть» бесплатно — Страница 1

Василий Албул

ТТ: Криминальная повесть

От издательства Animedia Company

Уважаемый читатель!

Спасибо, что приобрели эту книгу. Надеемся, что она принесет вам немало приятных минут, ведь в нее вложили свой труд разные, но очень хорошие люди: автор, редактор, дизайнер, верстальщик и многие другие.

У нашего маленького дружного коллектива к вам одна просьба. Если книга вам действительно понравится, но скачали вы ее на “пиратском” сайте, то купите, пожалуйста, легальную копию в одном из магазинов, где ее размещает наше издательство (список вы найдете на странице книги на нашем сайте [битая ссылка] http://animedia-company.cz/ebooks-catalog/tt/). Электронная книга стоит не дороже чашки кофе, но таким образом вы дадите автору стимул и возможность  создавать новые произведения, а издательству их выпускать. Если же вы приобрели книгу легально и хотите поделиться ей с другом, то постарайтесь, пожалуйста, сделать это, не копируя файл и не распространяя его через интернет.

Мы выражаем вам огромную благодарность за поддержку и внимание.

ТТ: Криминальная повесть

Гоша извлек из-за пояса ТТ. Пистолет был совершенно новый. Еще заводскую смазку, от времени засохшую светлыми разводами на вороненой стали, пришлось оттирать бензином.

Он принес его домой после того, как знакомый эсбэушник Виктор наконец согласился продать ему оружие из своих личных запасов, оставив таки безуспешные попытки впарить пистолет Макарова. Несмотря на то что ПМ был и дешевле, и привычнее, Гоша настоял на ТТ и теперь смоченной в бензине тряпочкой оттирал консервационную смазку, местами прочно присохшую к вороненой стали пистолета.

Виктор был сепаром. Несмотря на то что они дружили в далеком детстве, сейчас Гоше на него было начхать: пришло время выбора, и каждый этот выбор сделал. Виктор остался служить в СБУ, но уже другой власти. Гоша – Георгий Сычов, в прошлом тоже мент, старлей, командир взвода ВВ, – не остался, написал рапорт, собрал некоторые вещи, забрал мать, и уехали они в Днепр.

– Ты воевать, что ли, собрался? – удивился Виктор, когда передавал пистолет, пряча баксы и пару раз неспокойно стрельнув глазами по сторонам.

Гоша сунул ТТ в один карман, три пачки патронов в другой: «Для работы».

Эсбэушник криво усмехнулся:

– Сыч, не мне тебя учить. Как я понимаю, в наших краях давненько ты не был, потому не советую: попадешь в подвалы на Щорса, там и сгниешь. А если хочешь повоевать, так без проблем: сам видишь, с любого плаката зазывают, армия ДНР и зовет, и ждет; и ТТ дадут, и калаш, и танк, если надо.

– Я подумаю. Если что, из подвалов вызволить поможешь?

Эсбэушник опять усмехнулся:

– У тебя денег не хватит.

Гоша неплохо разбирался в оружии. Пистолет он разобрал, отмыл от старой смазки, детали внимательно осмотрел: сколов, трещин, зазубрин не было; сама обработка металла была не идеальна, и понятно – серийное производство. Трущиеся места деталей обработал нулевкой, затем отполировал, смазал оружейным маслом, протер тряпочкой патроны, смазал и снарядил их в обойму, собрал пистолет, несколько раз передернул затвор, спустил боек, вставил магазин, опять несколько раз передернул затвор; патроны легко входили в ствол и легко выбрасывались наружу.

Испытывал пистолет в гараже в подвале – ТТ бил точно и мощно, как и ожидалось.

После полудня, несмотря на середину октября, пригрело солнце; невесть откуда повылазила и разлетелась мошкара, расчирикались воробьи, поедая полусонную мошку и тлю. Несколько длинных паутинок, медленно пролетая мимо, зацепились за наружное боковое зеркало автомобиля и, колыхаясь в легком движении воздуха, игриво поблескивали на солнце.

На огромной парковке возле гипермаркета «Ашан» машин было немного и, что еще бросалось в глаза, модели были не из престижных. Две и вовсе выкрашенные в темно-зеленый цвет обычной кистью, небольшой микроавтобус и средних размеров внедорожник неясной модели. Выглядели они пугающе.

Выходить из машины Сыч не спешил. Он остановился в средней части стоянки и сейчас думал, где оставить машину: или там, где остановился, или поближе к одному из входов. Ближайший к нему автомобиль находился метрах в десяти – от этого его машина смотрелась одиноко. Несколько плотнее автомобили сгруппировались у ближнего входа, но основное количество все же находилось у дальнего. Сыч догадался почему: с того входа покупатель попадал сразу в продуктовый зал, с ближнего в промтоварный. Шла война, востребованы были в основном продукты питания.

Все же в машине было жарковато, даже открытое окно не помогало: солнце пригревало совсем по-летнему, и денек этот, такой теплый, казалось, был не из последних в этом году.

Он вышел из своей «девятки», в которой отродясь не было ни центрального замка, ни сигнализации, закрыл дверь на ключ и неторопливо направился в сторону дальнего входа, так и не определившись, где все же лучше было оставить машину.

В воздухе ощущался какой-то запах, незнакомый, необычный, даже в чем-то волнующий, а с северо-западного направления еле уловимо для уха доходили звуки, непостоянные, неясные. И вдруг вокруг мгновенно все как-то напряглось, сжалось и затем – жахнуло. Казалось, закачалась стена гипермаркета, птицы тучей сорвались с ближайших деревьев и ошалело понеслись в сторону Донского микрорайона; сигнализации автомобилей словно взбесились все сразу: заорали, завыли, заквакали, прогоняя стаю перепуганных бездомных собак в ближайшую лесополосу. Гоша остановился, машинально втянул голову в плечи и чуть присел; колени подогнулись сами, и не столько от неожиданности, сколько от мощи и силы, которая витала и ощущалась абсолютно везде вокруг. Поодаль тонкий женский голос негромко вскрикнул, совсем рядом бородатый мужик, наоборот, громко выругался матом, сзади другой дрожащим голосом обреченно констатировал: «Блин, по аэропорту гатят. Достало уже». Теперь Гоша понял, чем пахло в воздухе – разрывами от снарядов. «Нет, валить отсюда, валить и еще раз валить», – уже в который раз тихо сам себе пробормотал он. Прилетит болванка килограмм на пятьдесят – и кирдык ему, да и тем, кто сейчас рядом ошивается. «Валить».

Завтра утром он собирался покинуть Донецк – собственно, уже ничто его здесь и не держало. Основная задача – приобретение оружия – была выполнена. Заодно проверил квартиру, по просьбе матери оставил 600 гривен соседям на всякий пожарный, оплатил на год вперед гараж в кооперативе, собственно, и все. Из знакомых ни с кем не встречался, если не считать Виктора, но это было по делу. Многие сейчас покинули город, и потом, особо видеть никого не хотелось, а друзей и вовсе не было. Оставалось купить немного продуктов на вечер, утром позавтракать, да в дороге перекусить.

Полупустой «Ашан» – еще то зрелище, полупустые полки тоже. В колбасном отделе наткнулся на трех бойцов ДНР в форме, двое с затертыми калашами на шее, третий с новенькой СВД на плече, потом встретил еще одного, тоже в форме с нашивкой ДНР, с ручным пулеметом в продуктовой тележке.

Домой он не стал ехать через Калинкина, выскочил на объездную, на Дубке повернул на Макшоссе и, не торопясь, не съезжая в левый ряд, покатил в сторону города.

Левый ряд – табу, лучше не соваться: сметут и не заметят. Собственно, нарваться на неприятность можно было в любом ряду, любом месте и состоянии: дээнэровцы носились по городу на предельных скоростях, не соблюдая правил, не видя дорожных знаков и сигналов светофоров.

На кольце Мотеля проехал блокпост, усиленный БМП, – люди в темно-зеленом камуфляже, с автоматами, окинули взглядом его машину, но не остановили. Здесь, в районе Мотеля, раньше была его часть ментовская, где служил он взводным. Хотя, казалось, совсем недавно это было, чуть более полугода назад, а потом вдруг завертелось, закружилась карусель, и вот куда теперь вырулило. А не подал бы он рапорт и не уволился, отправили бы тогда в Киев, переодели в форму «Беркута» – и на Грушевского. И где бы сейчас он был?

За мостом, на проспекте Ильича развернулся, проехал под мост и въехал в гаражный кооператив. Открыл ворота своего бокса, загнал машину, после чего запер ворота и дверь тоже.

Оставалось еще одно очень важное дело – пистолет и патроны нужно было спрятать. Мысль была – под обивку потолка салона автомобиля: у «девятки» она жесткая, не прощупывается рукой.

Гоша обошел машину, остановился у водительской двери, в верхней части проема отковырнул отверткой резиновое уплотнение, край пластиковой обивки опустил и просунул руку. Как показалось ему, при желании там можно было спрятать даже небольшой арсенал. Обернул пистолет тряпкой и плотно уложил, протолкнув ближе к лобовому стеклу; патроны высыпал в полиэтиленовый пакетик, тоже обернул тряпкой и распределил рядом с пистолетом, уплотнительную резинку вернул на место, закрыл, открыл дверь, постучал по обивке – ничего необычного не просматривалось и не прощупывалось.

Квартира в хрущевке, в которой Гоша прожил всю свою жизнь, от гаража была недалеко, в пределах километра, ближе к Покровскому рынку. Хотя «всю жизнь» сказать нельзя: сразу после школы пошел он в «ментовку» учиться. Знаний, правда, было маловато, поступить помог папаша Виктора, вроде как тогда дружили они, а вернее, вместе болтались по улицам, пацанов из других районов колотили и деньги отбирали. Пока в «ментовке» учился, жил в общаге; потом, когда распределили в часть на Мотеле, жил там же: с матерью не мог, как-то не складывалось у них, навещать иногда навещал, но не более. Отца не знал.

Гоша шел дворами: так было ближе. Когда повернул за забор детсада, впереди, у подъезда одного из домов, увидел машину полиции ДНР – отворачивать не имело смысла, было поздно. Неприятный холодок пробежал по спине, мелькнула мысль: «Неужели Витя сдал? Хорошо, что с собой ничего запрещенного нет».

Дверь машины медленно открылась, явно по причине возникшего к его персоне интереса у тех, кто находился внутри. Неприятный холодок застрял где-то между пятым и шестым шейными позвонками, незаметно превратившись в легкую прохладную испарину. Комендантский час еще не наступил, но было темно и безлюдно, тревожно и даже жутковато. Ходить по темным дворам было не то что стремно – опасно, может, даже смертельно опасно. Здесь не было ни следствий, ни судов, ни адвокатов и прокуроров, а действовал закон ствола и силы, тупой и беспощадной. Так же неторопливо из открывшейся двери вышел полицейский, поправил короткоствольный автомат и спокойно, по-хозяйски произнес:

– Стоять.

Гоша остановился. Полицейский подошел к нему, обошел вокруг:

– Руки в стороны.

Гоша положил на тротуар пакет, поднял руки и развел их, как было приказано. Полицейский похлопал по нему ладонями от подмышек до лодыжек, зацепил пальцем пакет, посветил фонариком и заглянул вовнутрь:

– Куда идешь?

– Домой.

– Документы.

Гоша протянул паспорт. Не глядя полицейский пролистал его, подошел к машине и сунул внутрь салона, опять поправил автомат:

– Буду задавать вопросы – отвечать быстро, не думая. Номер квартиры?

– 35.

– Подъезд?

– Второй.

– Квартира на площадке по счету?

– Третья.

– В доме этажей?

– Пять.

– Телефон сюда.

Гоша протянул мобильный. Полицейский понажимал кнопки, вернулся к машине, перекинулся парой слов с теми, кто находился в салоне, взял паспорт и вернул вместе с телефоном Гоше:

– Почему не в армии?

Гоша пожал плечами. Если можно промолчать, то лучше промолчать: любое сказанное слово может быть перекручено, переосмыслено, изменено и подведено к пониманию как против них, и затем – арест с вытекающими последствиями. Поэтому пожал плечами.

– Отсиживаетесь по домам, а классные пацаны умирают за вас.

Полицейский опять поправил автомат, хотел что-то еще сказать о службе в армии ДНР, но не стал:

– Давай топай. Будешь болтаться после десяти вечера – заберем, внутренности отобьем.

После этой встречи с полицией ДНР уже закрепилось чувство тревоги, и достаточно обоснованно, ведь завтра ехать, и с оружием. С этим чувством Гоша лег спать, с ним же и проснулся.

На первом блокпосту было около девяти утра; последний, уже украинский, прошел далеко за полдень. После Курахово ушел вправо на Красноармейск, а далее – Полтава и Киев.

Огромная сонная, в зеленых отливах муха сначала села на дворник лобового стекла, повернулась вправо, затем влево, сложила крылья и перебралась на стекло, поднялась к крыше машины и замерла, словно уснула. Гоша извлек из-за пояса ТТ, оттянул слегка затвор – патрона в стволе не было, досылать его не стал, – отпустил затвор, тот слегка клацнул. Он прицелился в муху и сказал: «Бах».

Штопаный сидел за рулем «газели» и беспрерывно ерзал на сидении: скорее всего, он нервничал, а с виду казался малым несгибаемым. Гоша не удержался и спросил:

– Не сдрейфил?

– Ты лучше смотри не пальни прямо тут, перед банком.

Гоша промолчал. Штопаный был прав: с оружием не стоило играться, но что делать – руки чесались. В том-то и была особенность владения оружием – желание применить его, причем постоянное, это следовало помнить и учитывать.

Реальное, настоящее боевое оружие было только у Гоши. С самого начала было так оговорено, что каждый сам для себя приобретает ствол. Штопаный у кого-то одолжил наган, говорил, что купил, но скорее всего взял на время. Наган был очень старый, двадцать какого-то года выпуска, и, похоже, многое повидал на своем веку. Патронов к нему было всего четыре; Гоша сначала хотел порыскать по своим каналам, ну хоть три штуки еще как минимум раздобыть, чтобы барабан заполнить, а потом подумал, что и этих хватит: воевать все равно никто не собирался, в крайнем случае разок, может, пальнуть придется для острастки в потолок или по ноге кому. Зато смотрелся револьвер нешуточно, не игрушечный уж точно, и к габаритам Штопаного подходил в самый раз.

Штопаный был крупным малым, да еще этот шрам на шее, уходивший вниз по затылку почти до середины спины, – последствие некогда случившейся автомобильной аварии – с отчетливыми следами хирургических ниток, только закреплял уверенность в этом парне. Первый раз он попал на малолетку за драку, вторая ходка была за налет на небольшой магазинчик – скорее всего, на киоск, но это если говорить о плохом, а вот сколько было дел удачных в его биографии, об этом он не рассказывал, да у него никто и не спрашивал. Налет с волыной в его практике намечался впервые, может, потому и ерзал беспрерывно.

Крестовый, или Крест, был довольно скрытным типом, о нем практически ничего не было известно, кроме того, что слыл он карточным шулером, кидалой, а любимая масть у него крестовая. У него был ПМ – просто был. Сказал, что не помнил откуда. Пистолет был газовый, восемь миллиметров калибр; где восемь, там и девять, на глаз не определишь, а вот шумнуть из него можно было: огонь и дым из ствола смотрелись по-настоящему, и гильза после выстрела поскачет, кувыркаясь по полу, натурально. Кстати, а ведь неизвестно, выстрелит ли наган в руках Штопаного – это вопрос. Он говорил, что те, у кого он купил, якобы из него стреляли, и успешно, но это все слова; а если наган даст осечку, а если патроны уже никуда не годные: клацнет пустышкой на весь банковский зал – и здрасьте. Вот поэтому настоящее, боевое, проверенное оружие было только у Гоши.

– Крест, макар готов? – спросил Гоша не оборачиваясь, пряча свой ТТ за пояс.

– Надеюсь.

Заднее сидение было на всю ширину кабины «газели». Крест лежал на спине, подложив руку под голову, в другой держал сигарету и, сложив губы трубочкой, пускал кольца дыма, пытаясь набросить их на потолочный, круглой формы, светильник.

– На банк идем. Вопрос понятен?

Крест хихикнул, столбик пепла надломился и упал ему на грудь:

– Кто как, а я – ва-банк?

Гоша повернулся и пристально посмотрел на него.

– Ну работает, что ему будет. Смотри, – Крест нехотя извлек из рукоятки пистолета магазин, прицелился в лоб Сычу и несколько раз нажал на спуск. Ударник отработал как положено. – Я же говорю, что ему будет, железяка хренова.

www.litlib.net

Токарев. Часть №1 (Андрей Константинов) читать онлайн книгу бесплатно

Как и знаменитый ТТ, роман «Тульский-Токарев» — уникальное произведение. Это первый случай в нашей литературе, когда роман с острейшим развитием сюжета нельзя отнести ни к одному из остросюжетных жанров. Это не детектив. И не боевик. Это потрясающая своим драматизмом и хитросплетениями история судеб двух мужчин, двух сильных личностей. Тульский и Токарев — так зовут двух главных героев романа. Один — воспитанник вора, другой — сын опера. Их судьбы — зеркальны: сын вора становится опером, сын сыщика — вором. Героев соединяет таинственное и страшное «Зло», постоянно преследующее каждого из парней. Победить «Зло» Тульский и Токарев смогут только вместе. Цена победы — жизнь…

О книге

  • Название:Тульский - Токарев. Часть №1
  • Автор:Андрей Константинов
  • Жанр:Криминальный детектив
  • Серия:Тульский–Токарев
  • ISBN:5-7654-2811-8, 5-7654-2809-6
  • Страниц:72
  • Перевод:-
  • Издательство:Нева
  • Год:2003

Электронная книга

Авторское предисловие

Эта книга, которую Вы, Уважаемый Читатель, держите сейчас в руках, далась нам нелегко. Нам — потому что делал я ее вместе с Евгением Вышенковым, моим другом, с которым в 1980 году мы поступили на восточный факультет Ленинградского университета. Я потом стал военным переводчиком, а Евгений ушел работать в уголовный розыск. Много чего случилось в наших жизнях, прежде чем мы стали работать вместе в Агентстве Журналистских расследований — я директором, а Евгений — заместителем директора. Приключений разных было много — и смешных, и страшных. Всяких. В том числе и таких, о которых не хочется вспоминать. Если Вы, Уважаемый Читатель, знакомы с романом «Мент» — то Вам, наверное, любопытно будет узнать, что прототипом Александра Зверева как раз и был Евгений. Он не захотел, чтобы его имя было вынесено на обложку. Почему — думаю, об этом надо спросить его самого. Я лично объясняю это специфическими особ...

lovereads.me

Читать книгу ТТ: Криминальная повесть Василия Албула : онлайн чтение

Текущая страница: 1 (всего у книги 6 страниц) [доступный отрывок для чтения: 2 страниц]

Василий АлбулТТ: Криминальная повесть
От издательства Animedia Company

Уважаемый читатель!

Спасибо, что приобрели эту книгу. Надеемся, что она принесет вам немало приятных минут, ведь в нее вложили свой труд разные, но очень хорошие люди: автор, редактор, дизайнер, верстальщик и многие другие.

У нашего маленького дружного коллектива к вам одна просьба. Если книга вам действительно понравится, но скачали вы ее на “пиратском” сайте, то купите, пожалуйста, легальную копию в одном из магазинов, где ее размещает наше издательство (список вы найдете на странице книги на нашем сайте [битая ссылка] http://animedia-company.cz/ebooks-catalog/tt/). Электронная книга стоит не дороже чашки кофе, но таким образом вы дадите автору стимул и возможность  создавать новые произведения, а издательству их выпускать. Если же вы приобрели книгу легально и хотите поделиться ей с другом, то постарайтесь, пожалуйста, сделать это, не копируя файл и не распространяя его через интернет.

Мы выражаем вам огромную благодарность за поддержку и внимание.

ТТ: Криминальная повесть

Гоша извлек из-за пояса ТТ. Пистолет был совершенно новый. Еще заводскую смазку, от времени засохшую светлыми разводами на вороненой стали, пришлось оттирать бензином.

Он принес его домой после того, как знакомый эсбэушник Виктор наконец согласился продать ему оружие из своих личных запасов, оставив таки безуспешные попытки впарить пистолет Макарова. Несмотря на то что ПМ был и дешевле, и привычнее, Гоша настоял на ТТ и теперь смоченной в бензине тряпочкой оттирал консервационную смазку, местами прочно присохшую к вороненой стали пистолета.

Виктор был сепаром. Несмотря на то что они дружили в далеком детстве, сейчас Гоше на него было начхать: пришло время выбора, и каждый этот выбор сделал. Виктор остался служить в СБУ, но уже другой власти. Гоша – Георгий Сычов, в прошлом тоже мент, старлей, командир взвода ВВ, – не остался, написал рапорт, собрал некоторые вещи, забрал мать, и уехали они в Днепр.

– Ты воевать, что ли, собрался? – удивился Виктор, когда передавал пистолет, пряча баксы и пару раз неспокойно стрельнув глазами по сторонам.

Гоша сунул ТТ в один карман, три пачки патронов в другой: «Для работы».

Эсбэушник криво усмехнулся:

– Сыч, не мне тебя учить. Как я понимаю, в наших краях давненько ты не был, потому не советую: попадешь в подвалы на Щорса, там и сгниешь. А если хочешь повоевать, так без проблем: сам видишь, с любого плаката зазывают, армия ДНР и зовет, и ждет; и ТТ дадут, и калаш, и танк, если надо.

– Я подумаю. Если что, из подвалов вызволить поможешь?

Эсбэушник опять усмехнулся:

– У тебя денег не хватит.

Гоша неплохо разбирался в оружии. Пистолет он разобрал, отмыл от старой смазки, детали внимательно осмотрел: сколов, трещин, зазубрин не было; сама обработка металла была не идеальна, и понятно – серийное производство. Трущиеся места деталей обработал нулевкой, затем отполировал, смазал оружейным маслом, протер тряпочкой патроны, смазал и снарядил их в обойму, собрал пистолет, несколько раз передернул затвор, спустил боек, вставил магазин, опять несколько раз передернул затвор; патроны легко входили в ствол и легко выбрасывались наружу.

Испытывал пистолет в гараже в подвале – ТТ бил точно и мощно, как и ожидалось.

После полудня, несмотря на середину октября, пригрело солнце; невесть откуда повылазила и разлетелась мошкара, расчирикались воробьи, поедая полусонную мошку и тлю. Несколько длинных паутинок, медленно пролетая мимо, зацепились за наружное боковое зеркало автомобиля и, колыхаясь в легком движении воздуха, игриво поблескивали на солнце.

На огромной парковке возле гипермаркета «Ашан» машин было немного и, что еще бросалось в глаза, модели были не из престижных. Две и вовсе выкрашенные в темно-зеленый цвет обычной кистью, небольшой микроавтобус и средних размеров внедорожник неясной модели. Выглядели они пугающе.

Выходить из машины Сыч не спешил. Он остановился в средней части стоянки и сейчас думал, где оставить машину: или там, где остановился, или поближе к одному из входов. Ближайший к нему автомобиль находился метрах в десяти – от этого его машина смотрелась одиноко. Несколько плотнее автомобили сгруппировались у ближнего входа, но основное количество все же находилось у дальнего. Сыч догадался почему: с того входа покупатель попадал сразу в продуктовый зал, с ближнего в промтоварный. Шла война, востребованы были в основном продукты питания.

Все же в машине было жарковато, даже открытое окно не помогало: солнце пригревало совсем по-летнему, и денек этот, такой теплый, казалось, был не из последних в этом году.

Он вышел из своей «девятки», в которой отродясь не было ни центрального замка, ни сигнализации, закрыл дверь на ключ и неторопливо направился в сторону дальнего входа, так и не определившись, где все же лучше было оставить машину.

В воздухе ощущался какой-то запах, незнакомый, необычный, даже в чем-то волнующий, а с северо-западного направления еле уловимо для уха доходили звуки, непостоянные, неясные. И вдруг вокруг мгновенно все как-то напряглось, сжалось и затем – жахнуло. Казалось, закачалась стена гипермаркета, птицы тучей сорвались с ближайших деревьев и ошалело понеслись в сторону Донского микрорайона; сигнализации автомобилей словно взбесились все сразу: заорали, завыли, заквакали, прогоняя стаю перепуганных бездомных собак в ближайшую лесополосу. Гоша остановился, машинально втянул голову в плечи и чуть присел; колени подогнулись сами, и не столько от неожиданности, сколько от мощи и силы, которая витала и ощущалась абсолютно везде вокруг. Поодаль тонкий женский голос негромко вскрикнул, совсем рядом бородатый мужик, наоборот, громко выругался матом, сзади другой дрожащим голосом обреченно констатировал: «Блин, по аэропорту гатят. Достало уже». Теперь Гоша понял, чем пахло в воздухе – разрывами от снарядов. «Нет, валить отсюда, валить и еще раз валить», – уже в который раз тихо сам себе пробормотал он. Прилетит болванка килограмм на пятьдесят – и кирдык ему, да и тем, кто сейчас рядом ошивается. «Валить».

Завтра утром он собирался покинуть Донецк – собственно, уже ничто его здесь и не держало. Основная задача – приобретение оружия – была выполнена. Заодно проверил квартиру, по просьбе матери оставил 600 гривен соседям на всякий пожарный, оплатил на год вперед гараж в кооперативе, собственно, и все. Из знакомых ни с кем не встречался, если не считать Виктора, но это было по делу. Многие сейчас покинули город, и потом, особо видеть никого не хотелось, а друзей и вовсе не было. Оставалось купить немного продуктов на вечер, утром позавтракать, да в дороге перекусить.

Полупустой «Ашан» – еще то зрелище, полупустые полки тоже. В колбасном отделе наткнулся на трех бойцов ДНР в форме, двое с затертыми калашами на шее, третий с новенькой СВД на плече, потом встретил еще одного, тоже в форме с нашивкой ДНР, с ручным пулеметом в продуктовой тележке.

Домой он не стал ехать через Калинкина, выскочил на объездную, на Дубке повернул на Макшоссе и, не торопясь, не съезжая в левый ряд, покатил в сторону города.

Левый ряд – табу, лучше не соваться: сметут и не заметят. Собственно, нарваться на неприятность можно было в любом ряду, любом месте и состоянии: дээнэровцы носились по городу на предельных скоростях, не соблюдая правил, не видя дорожных знаков и сигналов светофоров.

На кольце Мотеля проехал блокпост, усиленный БМП, – люди в темно-зеленом камуфляже, с автоматами, окинули взглядом его машину, но не остановили. Здесь, в районе Мотеля, раньше была его часть ментовская, где служил он взводным. Хотя, казалось, совсем недавно это было, чуть более полугода назад, а потом вдруг завертелось, закружилась карусель, и вот куда теперь вырулило. А не подал бы он рапорт и не уволился, отправили бы тогда в Киев, переодели в форму «Беркута» – и на Грушевского. И где бы сейчас он был?

За мостом, на проспекте Ильича развернулся, проехал под мост и въехал в гаражный кооператив. Открыл ворота своего бокса, загнал машину, после чего запер ворота и дверь тоже.

Оставалось еще одно очень важное дело – пистолет и патроны нужно было спрятать. Мысль была – под обивку потолка салона автомобиля: у «девятки» она жесткая, не прощупывается рукой.

Гоша обошел машину, остановился у водительской двери, в верхней части проема отковырнул отверткой резиновое уплотнение, край пластиковой обивки опустил и просунул руку. Как показалось ему, при желании там можно было спрятать даже небольшой арсенал. Обернул пистолет тряпкой и плотно уложил, протолкнув ближе к лобовому стеклу; патроны высыпал в полиэтиленовый пакетик, тоже обернул тряпкой и распределил рядом с пистолетом, уплотнительную резинку вернул на место, закрыл, открыл дверь, постучал по обивке – ничего необычного не просматривалось и не прощупывалось.

Квартира в хрущевке, в которой Гоша прожил всю свою жизнь, от гаража была недалеко, в пределах километра, ближе к Покровскому рынку. Хотя «всю жизнь» сказать нельзя: сразу после школы пошел он в «ментовку» учиться. Знаний, правда, было маловато, поступить помог папаша Виктора, вроде как тогда дружили они, а вернее, вместе болтались по улицам, пацанов из других районов колотили и деньги отбирали. Пока в «ментовке» учился, жил в общаге; потом, когда распределили в часть на Мотеле, жил там же: с матерью не мог, как-то не складывалось у них, навещать иногда навещал, но не более. Отца не знал.

Гоша шел дворами: так было ближе. Когда повернул за забор детсада, впереди, у подъезда одного из домов, увидел машину полиции ДНР – отворачивать не имело смысла, было поздно. Неприятный холодок пробежал по спине, мелькнула мысль: «Неужели Витя сдал? Хорошо, что с собой ничего запрещенного нет».

Дверь машины медленно открылась, явно по причине возникшего к его персоне интереса у тех, кто находился внутри. Неприятный холодок застрял где-то между пятым и шестым шейными позвонками, незаметно превратившись в легкую прохладную испарину. Комендантский час еще не наступил, но было темно и безлюдно, тревожно и даже жутковато. Ходить по темным дворам было не то что стремно – опасно, может, даже смертельно опасно. Здесь не было ни следствий, ни судов, ни адвокатов и прокуроров, а действовал закон ствола и силы, тупой и беспощадной. Так же неторопливо из открывшейся двери вышел полицейский, поправил короткоствольный автомат и спокойно, по-хозяйски произнес:

– Стоять.

Гоша остановился. Полицейский подошел к нему, обошел вокруг:

– Руки в стороны.

Гоша положил на тротуар пакет, поднял руки и развел их, как было приказано. Полицейский похлопал по нему ладонями от подмышек до лодыжек, зацепил пальцем пакет, посветил фонариком и заглянул вовнутрь:

– Куда идешь?

– Домой.

– Документы.

Гоша протянул паспорт. Не глядя полицейский пролистал его, подошел к машине и сунул внутрь салона, опять поправил автомат:

– Буду задавать вопросы – отвечать быстро, не думая. Номер квартиры?

– 35.

– Подъезд?

– Второй.

– Квартира на площадке по счету?

– Третья.

– В доме этажей?

– Пять.

– Телефон сюда.

Гоша протянул мобильный. Полицейский понажимал кнопки, вернулся к машине, перекинулся парой слов с теми, кто находился в салоне, взял паспорт и вернул вместе с телефоном Гоше:

– Почему не в армии?

Гоша пожал плечами. Если можно промолчать, то лучше промолчать: любое сказанное слово может быть перекручено, переосмыслено, изменено и подведено к пониманию как против них, и затем – арест с вытекающими последствиями. Поэтому пожал плечами.

– Отсиживаетесь по домам, а классные пацаны умирают за вас.

Полицейский опять поправил автомат, хотел что-то еще сказать о службе в армии ДНР, но не стал:

– Давай топай. Будешь болтаться после десяти вечера – заберем, внутренности отобьем.

После этой встречи с полицией ДНР уже закрепилось чувство тревоги, и достаточно обоснованно, ведь завтра ехать, и с оружием. С этим чувством Гоша лег спать, с ним же и проснулся.

На первом блокпосту было около девяти утра; последний, уже украинский, прошел далеко за полдень. После Курахово ушел вправо на Красноармейск, а далее – Полтава и Киев.

Огромная сонная, в зеленых отливах муха сначала села на дворник лобового стекла, повернулась вправо, затем влево, сложила крылья и перебралась на стекло, поднялась к крыше машины и замерла, словно уснула. Гоша извлек из-за пояса ТТ, оттянул слегка затвор – патрона в стволе не было, досылать его не стал, – отпустил затвор, тот слегка клацнул. Он прицелился в муху и сказал: «Бах».

Штопаный сидел за рулем «газели» и беспрерывно ерзал на сидении: скорее всего, он нервничал, а с виду казался малым несгибаемым. Гоша не удержался и спросил:

– Не сдрейфил?

– Ты лучше смотри не пальни прямо тут, перед банком.

Гоша промолчал. Штопаный был прав: с оружием не стоило играться, но что делать – руки чесались. В том-то и была особенность владения оружием – желание применить его, причем постоянное, это следовало помнить и учитывать.

Реальное, настоящее боевое оружие было только у Гоши. С самого начала было так оговорено, что каждый сам для себя приобретает ствол. Штопаный у кого-то одолжил наган, говорил, что купил, но скорее всего взял на время. Наган был очень старый, двадцать какого-то года выпуска, и, похоже, многое повидал на своем веку. Патронов к нему было всего четыре; Гоша сначала хотел порыскать по своим каналам, ну хоть три штуки еще как минимум раздобыть, чтобы барабан заполнить, а потом подумал, что и этих хватит: воевать все равно никто не собирался, в крайнем случае разок, может, пальнуть придется для острастки в потолок или по ноге кому. Зато смотрелся револьвер нешуточно, не игрушечный уж точно, и к габаритам Штопаного подходил в самый раз.

Штопаный был крупным малым, да еще этот шрам на шее, уходивший вниз по затылку почти до середины спины, – последствие некогда случившейся автомобильной аварии – с отчетливыми следами хирургических ниток, только закреплял уверенность в этом парне. Первый раз он попал на малолетку за драку, вторая ходка была за налет на небольшой магазинчик – скорее всего, на киоск, но это если говорить о плохом, а вот сколько было дел удачных в его биографии, об этом он не рассказывал, да у него никто и не спрашивал. Налет с волыной в его практике намечался впервые, может, потому и ерзал беспрерывно.

Крестовый, или Крест, был довольно скрытным типом, о нем практически ничего не было известно, кроме того, что слыл он карточным шулером, кидалой, а любимая масть у него крестовая. У него был ПМ – просто был. Сказал, что не помнил откуда. Пистолет был газовый, восемь миллиметров калибр; где восемь, там и девять, на глаз не определишь, а вот шумнуть из него можно было: огонь и дым из ствола смотрелись по-настоящему, и гильза после выстрела поскачет, кувыркаясь по полу, натурально. Кстати, а ведь неизвестно, выстрелит ли наган в руках Штопаного – это вопрос. Он говорил, что те, у кого он купил, якобы из него стреляли, и успешно, но это все слова; а если наган даст осечку, а если патроны уже никуда не годные: клацнет пустышкой на весь банковский зал – и здрасьте. Вот поэтому настоящее, боевое, проверенное оружие было только у Гоши.

– Крест, макар готов? – спросил Гоша не оборачиваясь, пряча свой ТТ за пояс.

– Надеюсь.

Заднее сидение было на всю ширину кабины «газели». Крест лежал на спине, подложив руку под голову, в другой держал сигарету и, сложив губы трубочкой, пускал кольца дыма, пытаясь набросить их на потолочный, круглой формы, светильник.

– На банк идем. Вопрос понятен?

Крест хихикнул, столбик пепла надломился и упал ему на грудь:

– Кто как, а я – ва-банк?

Гоша повернулся и пристально посмотрел на него.

– Ну работает, что ему будет. Смотри, – Крест нехотя извлек из рукоятки пистолета магазин, прицелился в лоб Сычу и несколько раз нажал на спуск. Ударник отработал как положено. – Я же говорю, что ему будет, железяка хренова.

Гоша побледнел, но сдержался, повернулся вперед. Внутри все кипело. Посмотрел по сторонам и, не удержавшись, все же спросил:

– А если бы патрон в стволе оказался? Чмо ты…

– Ну так не оказался же.

Гоша посмотрел на Штопаного и кивнул в сторону Креста:

– Ну где ты откопал этого придурка? Он нам все дело завалит.

– Дуркует просто.

– Нам банк сейчас брать, а он дуркует, – не глядя на Креста, Сыч продолжил. – Слышишь, дурковатый, сейчас будем банк грабить, ты в курсе? Патроны проверял, не отсырели?

– Я, конечно, не мент… – Крест сделал нарочитую паузу и добавил: – Поганый… В пистолетиках плохо разбираюсь, в патронах тем более, но… – затем приподнялся на локте, удивленно посмотрел на Гошу и спросил: – А что, стрелять надо будет?

Сыч багровел на глазах, намек на мента поганого он понял и сорвался:

– Ты достал уже, умник гребаный, заткнись, понимаешь, заткнись, или я тебе сейчас все зубы повыбиваю и заставлю их сожрать!

– Сыч, не закипай, – Штопаный похлопал Гошу по плечу. – Смотри, а то и правда клиента пропустишь.

– Молчу, – Крест, запрокинув голову, глубоко и с удовольствием затянулся дымом. – И почему мы такие нервические?..

– Заткнись.

– Я же сказал: молчу.

– Все, остыли, – Штопаный пальцем указал на лобовое стекло. – Туда смотрим. Ты помнишь, как они выглядят, узнаешь?

Гоша с трудом переносил Креста. Ему в нем не нравилось все: и как тот ходил, и как сидел, и как говорил, и как смеялся, и шуточки его дебильные не нравились тоже. И сейчас, когда тот, развалившись на сидении, пускал кольца к потолку, роняя при этом пепел на себя, Гоша его просто ненавидел и в любую минуту мог взорваться, и до такой степени ненавидел, что с удовольствием и наслаждением всадил бы ему в открытую глотку всю обойму вместе с кольцами, только теперь уже порохового дыма. А надо было терпеть, деваться некуда: уже связался; только дело с ним последнее, первое и последнее.

С Крестом его свел Штопаный: когда-то и где-то они сидели вместе, срок тянули, и Штопаный в нем был уверен. Ручался за него, за этого кидалу одесского. Как он оказался в Киеве, почему уехал из Одессы, чем здесь занимался, какие дела крутил, на что жил, они со Штопаным не знали. Скорее всего, грел лохов на картах, да и из Одессы, видно, сдернул после того, как кинул кого-то на хорошую сумму, кого-то, кого нельзя было. Возможно, так, а возможно, и как-то иначе, только Штопаный ручался, а Гоша ему доверял.

А вот Штопаный, наоборот, импонировал Гоше, собственно, устраивало в нем все: был спокойный, уравновешенный, рассудительный, исполнительный, и потом, хорошо знал Киев, родом был из Ирпеня.

Познакомились они на работе: оба крутили баранки на 192-м маршруте, от Милославской, на Петровке тусовались на отстоях. Уже тогда Гоша понял: тосковал Штопаный по настоящим делам, не в радость была ему доля шоферская – обнадеживать не стал даже намеками, но на ус намотал. Как бы там ни было, но постепенно, сами собой, карты вскрылись – о том, чего хотели, друг другу и поведали, вот и стало их тогда уже двое.

После событий на Майдане и в Крыму Гоша уволился из «ментовки» и уехал в Киев. Деньжата в небольшом количестве были, снял недорого на Троещине однокомнатную квартиру, устроился на маршрутку водителем, работал и присматривался, не торопясь, ко всему вокруг, знал: водила – это все временно, ждали его другие дела, большие дела, а Киев – это то место, где ими надо не просто заниматься, а ворочать да бабло загребать, а здесь его было немерено.

Однажды совершенно случайно встретил он Стаса, однокашника школьного: за проезд тот платил в маршрутке, ехал до Петровки – как говорится, лоб в лоб столкнулись. Как не поболтать – на часик подвисли в кафешке на книжном рынке, было что сказать друг другу.

Как оказалось, сразу после школы Стас уехал поступать в Киев в строительный колледж. Поступил, закончил, работал сначала по стройкам, в основном по снабжению, потом в каком-то строительном офисе отсиживался, а последние два года в отделе продаж жилищного комплекса «Дубрава». Жил тоже на Троещине и тоже, как и Гоша, недалеко от «Эко Маркета» – были почти соседями, и как только не встретились раньше. По правде, Гоша был рад встрече чисто по-человечески. Именно чего-то такого уже давно и хотелось: пообщаться с кем-то из прошлого, того юношеского и незабываемого, да так, чтобы и в памяти всплыло, и в душе потеплело, и приятно зазвучали: «А помнишь…», «А еще…», «А вот когда…» Оказалось, так много было в прошлом, а значит, уже и немало прожито, да за плечами осталось.

Стас снимал квартиру на Милославской: небольшую двухкомнатную в новострое на пятнадцатом этаже, в десяти минутах ходьбы от Гошиной девятиэтажки, и жил в этой квартире не один, а с подругой. Девушку звали Катей. Она была чуть постарше Стаса, неплоха собой, но, главное, мудра, хотя и казалась простоватой. Стас при ней был, как говорят, обут, одет и накормлен, скандалов и ссор между ними Гоша не замечал, даже разногласий особых не проявлялось, а потому, наверно, слегка и завидовал он Стасу.

Офис Стаса находился в Шевченковском районе возле станции метро «Лукьяновская». При случае Гоша обещал заехать посмотреть, как работают «белые воротнички», и заехал. Офисом оказался не то киоск, не то вагончик, правда, отделан был прилично как снаружи, так и внутри. Над входной дверью висела большая надпись: «ЖК “Дубрава”», рядом плакаты с расположением строящихся домов и планировками квартир. Сыч открыл дверь и вошел. Два письменных стола, стулья рядом, пара шкафов у стены за столами с папками документов, на столах компьютеры, вот и вся меблировка – нехитрая, но вполне достаточная. За одним столом скучала девушка, за другим Стас был занят клиентом или покупателем: спокойно, по-деловому объяснял все тонкости покупки квадратных метров в их жилищном комплексе. Со стороны смотрелся представительно: чистая наглаженная рубашка, галстук, пиджак, умное, располагающее выражение лица, неподдельное внимание и интерес к посетителю – все это действовало положительно. Он только кивнул Гоше и указал на свободный стул у соседнего стола. Понятно, вызубрил уже наизусть все планировки, квадратуры, цены, скидки, акции – работа есть работа.

Конечно, Гоша представлял себе это несколько солиднее: все же строить жилые дома, высотки – немалые деньги здесь работали, десятки, а может, и сотни миллионов долларов, и сейчас немного удивился: на самом деле все выглядело скромнее.

Стас ответил на все вопросы посетителя и в конце еще раз добавил: «Решайте, думайте, сами видите, предложения у нас одни из самых выгодных, и скидки будут обязательно: мы идем навстречу инвестору всегда. Как определитесь с одной из программ инвестирования, приходите с паспортом, заключим договор и дальше уже будем сотрудничать». Клиент ушел, Стас посмотрел на часы: была половина шестого вечера, потом на сотрудницу: «Ира, я, наверное, все на сегодня, уже вряд ли кто будет». Девушка согласно кивнула.

Вышли на улицу. Накрапывал небольшой дождик, ветер налетал порывами, обрывая с рослых дубов желтеющую листву, беспорядочно разбрасывая ее по тротуару, перебирая и прибивая горкой к бордюрам; было нехолодно, но уже чувствовалось приближение настоящих дождей и морозов.

– Как тут оказался? – поинтересовался Стас. – На машине или на метро?

– На своем автобусе, – Гоша кивнул в сторону Дегтяревской улицы. – Стиралка поломалась, позвонил хозяйке, она сказала, что, когда вселялся, машинка работала, вот сам и ремонтируй; стал разбираться – ремонт с запчастями около двухсот баксов получается. Нашел бэушную за сто, вот приехал, купил, загрузил в автобус и вспомнил, что ты где-то здесь работаешь, решил зайти. Поможешь в квартиру затащить?

– Конечно, только заедем, я переоденусь.

Хорошо, что в подъезде был еще и грузовой лифт: машину без труда занесли в квартиру, подключили и запустили на проверочную стирку, старую пристроили на балконе.

Гоша достал из сумки несколько бутылок пива – он предпочитал львовское, «першої броварнї», – сели в кухне за стол.

– Я вот смотрю на тебя: так ладно чешешь – заслушался. Были бы деньги – отдал, – Гоша откупорил первую парочку. – Но, как говорится, сапожник без сапог: квартирами торгуешь, а сам снимаешь?

Стас сделал несколько глотков:

– Ничего удивительного: не из дешевых удовольствие.

– Хоть надежда есть, вообще реально?

– Почему нет? – Стас закурил. – Лет за пять собрать можно, конечно, зависит от доходов, ну и расходов. Сейчас, кстати, похуже стало, после всех этих событий в стране ситуация не самая лучшая: народ беднеет, запасы худеют. Рынок предложений большой, конкуренция возрастает, можно сказать, за каждого покупателя борьба идет по-настоящему.

– Я видел, ты умело растолковывал, профессионально. Как думаешь, вернется?

– Который при тебе был? Совершенно неизвестно. Настолько непредсказуемо – ты себе не представляешь. Бывает, все клиенту нравится: и место, и планировка, и сроки сдачи, и цена, готов хоть сию минуту договор подписывать, а вышел – и с концами. Кто, где, как перехватил? А покупатель был реальный, железный. А бывает так: послушает, поспрашивает, тут денег у него не хватает, тут совсем маловато, и окна не туда выходят, и этаж не знает, какой хочет, и с квадратурой не поймешь, то ли ему мало, то ли, наоборот, много, короче, все как-то не так, одним словом, ни с чем и уходит, а недели через две-три вдруг является, составляем договор – и на подпись. А я смотрю, ты квартиру собираешься покупать?

Гоша приоткрыл балконную дверь: он не курил, а вот Стас смолил, и немало. У себя в квартире воздерживался: Катя не разрешала, а здесь мог позволить: Гоша не возражал. Пусть курит сколько хочет. Сыч вдруг чувствовал, как теплело, причем рядом: а ведь деньги вращались вокруг Стаса, как-то он не сообразил об этом раньше; интересно, до какой степени он к ним приближался, каким образом и к каким суммам имел отношение. Почему же раньше он к Стасу на работу не заехал, даже мысль не возникала, а ведь вот оно, рядом-то, оказывается, совсем.

– Квартиру хочу, – Гоша казался простачком. – И рад, что тебя встретил, школьного кореша. Живем рядом, видимся пусть нечасто, но как-то время изредка вместе проводим, даже вот так, за бутылочкой пивка, все равно приятно. А подешевле, если что, сможешь устроить?

– В каких-то пределах – разумеется.

Гоша понимал: Стасу разговор нравился. Ясно, что это была его тема, его работа, его знания, тут сказывался опыт, хотелось говорить об этом, и вроде как перло его, и мог даже приоткрыть небольшие секретики, потому что они были; хотя, как Гоша понимал, он все равно не врубится, потому что с этим работать нужно, вот как Стас, чтобы понять.

– Обычно в таких случаях разговор начинается с того, что менеджер, то бишь я, должен знать, какой суммой располагает клиент, – Стас многозначительно развел руками.

– То есть сколько я могу отдать своих кровных?

– Разумеется, – Стас допил первую бутылку и открыл вторую.

– А цены вообще какие? Скажем, двухкомнатная квартира на сколько тянет?

– У нас в «Дубраве» варианты есть разные: «комфорт» класса, «эконом», квадратуры от шестидесяти до ста метров, при этом нюансов, влияющих на стоимость квадратного метра, тоже много.

– Ну в среднем, – Гоше хотелось услышать конкретную цифру: рекламные щиты вдоль дорог глаза уже замозолили предложениями в новостроях с привлекательными ценами, но на практике, он понимал, все было иначе.

– В среднем… – Стас задумался. – Даже не знаю, как сказать, столько нюансов.

Гоша допил свою бутылку и тоже открыл другую:

– Я понимаю, это твой хлеб, работа, а тут возьми вот так одним словом просто и скажи.

– Ну если грубо, чисто озвучить цифру без всяких вариантов, то, скажем, двушка от шестидесяти до восьмидесяти квадратов будет стоить при стопроцентной оплате от шестидесяти тысяч баксов. «От» – обращаю внимание.

– Ну вот и выпьем за это, – Гоша поднял бутылку.

Стас не понял:

– За это? Ну, давай за это.

Гоша долго не мог уснуть. Теперь он знал, каким будет оно, это дело! Он уже не чувствовал, а был уверен, что сработает, – только продумать, проработать весь план от начала до конца, подготовиться, а затем исполнить. Сердце забилось чаще, кровь застучала в висках, а в голове закрутилось: «Оно, оно, именно то, что хотел, что искал. Теперь главное – тонко и аккуратно обработать Стаса, не спугнуть, убедить, обнадежить, потому как все дело практически находилось в его руках, только Стас знал, сколько денег, когда и куда понесет клиент».

На удивление Стас, с точки зрения Гоши, совершенно адекватно оценил ситуацию, и моральная сторона, как оказалось, его не очень волновала – больше интересовала выгода. Правда, он выдвинул некоторые условия: никакой мокрухи, а главное, при любом исходе операции следствие никаким образом не должно было выйти на него, поэтому по всему плану, даже по деталям, он должен был быть информирован, и только тогда скажет, где, когда и сколько. Что оплата выполнялась через банк и в гривнах, тайны не делал.

Пять процентов Стаса не устроили – хотел пятнадцать, но сошлись на десяти от суммы, которую клиент понесет в банк. Гоша торговался больше для порядка – в конечном счете сколько получит Стас, никто не знал. Гоша тоже.

В отношении мокрухи он и сам был только «за», в смысле «против», а вот как отвести от Стаса подозрения, над этим еще следовало думать. Как рассуждал Гоша, если брать клиента на подходе к банку, сработать можно было чисто: ствол в бок, деньги забрал – и в машину. Пока опомнятся, они уже будут далеко. Но в этом случае следствие выходило на Стаса, и очень быстро. Если налет делать на квартиру клиента? Нет, Гоша эту мысль отбросил сразу: квартиры бомбить – не для него. Что тогда? Оставался банк. Как-то уж слишком мудрено было брать клиента в банке, да и Стас в этом случае опять же попадал под подозрение в соучастии. И тогда совершенно неожиданно словно осенило: а если просто банк? Получалось, начинали с банального гоп-стопа клиента новостроя, а в результате – вооруженное ограбление банка? Да, вооруженное, потому как с голыми руками на банк не пойдешь. Допустим, так, что можно к этому еще добавить: да, круто, да, сложно и опасно. Но гарантированная сумма там уже будет: клиент оставит, это раз, а два, кроме этого, в кассе еще деньги могут быть, а это уже кое-что. Но это банк. Ограбление банка представлялось ему высшим пилотажем из разряда разбойных нападений. Потянут ли? Неплох был последний вариант, неплох во всем, но только вдуматься: вооруженное ограбление банка! Было над чем подумать: один Гоша это дело не потянет, вдвоем со Штопаным тоже. Как минимум требовался еще третий, ну и оружие.

iknigi.net

Читать книгу О боевых качествах пистолета ТТ Виктора Улина : онлайн чтение

Текущая страница: 1 (всего у книги 3 страниц) [доступный отрывок для чтения: 1 страниц]

Виктор УлинО боевых качествах пистолета «ТТ»

"Единственно русскому Токареву удалось вместить столько смерти и силы в крохотное пространство, обозначенное пистолетом ТТ.»

(Маузер-младший)

От автора

Сам того не замечая, я начал серию очерков, посвященных моему самому любимому предмету вещного мира: оружию.

Кому-то эти очерки покажутся скучными.

Кому-то – желающим описывать оружие в своих произведениях – принесут пользу.

У кого-то они вызовут раздражение, но как раз на последних-то мне и на…

В общем, Jedem das Seine, как было отлито в чугуне на воротах концентрационного лагеря Бухенвальд.

Кратко о предмете разговора

Мой очерк посвящен собственному – то есть не вполне объективному – разбору боевых качеств одного известнейших пистолетов СССР: «ТТ» («Тульский, Токарева»).

Почему не вполне объективный – да потому что я, как художник, имею право на субъективное мнение по поводу любого предмета.

Подозревая вполне обоснованную оружейную невежественность 99 % моих читателей, вынужден посвятить дополнительную главу обсуждению сравнительных характеристик двух основных, но во многом противоположных, видов личного оружия бойца.

Винтовка и пистолет

Даже очень далекий от военного дела человек примерно представляет, что такое личное оружие. Это независимая боевая единица вооружения, которую может переносить, обслуживать и использовать по назначению один человек без чьей-то дополнительной помощи.

Личное оружие бойца стоит фундаментально разделить на два почти антагонистических класса: длинноствольное – винтовку и короткоствольное – пистолет.

При этом, во-первых, под понятием «винтовка» может пониматься любое нарезное оружие: простое, магазинное, самозарядное, штурмовое (автомат) – пригодное для прицельной стрельбы на дальность минимум 500 м.

(Снайперские винтовки бьют в переносицу с полутора километров, но о них сейчас разговор не идет.)

Винтовка – даже в варианте штурмовой винтовки, т. е. по русской терминологии автомата – всегда оружие громоздкое, тяжелое и непригодное для скрытого ношения.

Пистолет – компактное оружие, которым в строевых частях снабжались командиры, а в танковых, авиационных и пр. – где нет возможности возить в боевой машине длинноствол – и рядовой состав. При этом читателю стоит помнить, что из-за короткого ствола и малой – в сравнении с винтовкой – начальной скоростью пули любой пистолет рассчитан на эффективную дальность стрельбы не более 50 м.

Подробно описанный мною в фундаментальном труде «О пистолетах с длинным ходом затвора» револьвер, являясь разновидностью пистолета, эффективен на еще меньшей дистанции: в среднем до 25 м, и потому в настоящее время используется лишь в полиции, будучи непригодным для военных операций.

(Отмечу, что между пистолетами и винтовками вклинился промежуточный тип оружия – пистолет-пулемет. Автоматическое (то есть имеющее возможность вести непрерывный огонь) оружие с относительно длинным стволом, но использующее пистолетный патрон. Но в задачу данного очерка рассмотрение пистолет-пулемета не входит. Его плюсы и минусы не менее подробно рассмотрены в другом фундаментальном труде на оружейную тематику – «О необходимости непрерывного огня в тактике пешего боя».)

Но было бы ошибочным полагать, что разница между винтовкой и пистолетом заключается лишь в размере и эффективной дальности прицельной стрельбы.

Винтовка и пистолет выполняют столь различные функции, что сравнивать их надо примерно так же, как тяжелый бомбардировщик и истребитель.

Винтовка (под этим условным названием в тексте данного очерка я подразумеваю и простую магазинную, и самозарядную и штурмовую и даже снайперскую модели) есть оружие, предназначенное для поражения врага на большой дистанции.

Важнейшей характеристикой такого оружия служит начальная скорость пули.

Которая у классической – и своего рода эталонной – модели русской винтовки образца Мосина/Нагана 1891/1938 составляет 875 м/с.

Винтовочная пуля имеет характерную заостренную головку, позволяющую без существенного искажения траектории преодолеть звуковой барьер. Цель стрельбы из винтовки – поражение удаленного противника. Причем не обязательно убить сразу насмерть: попадание в голову или в сердце без снайперских навыков проблематично. Но прострел любого органа пулей приводит к выводу противника из строя. Дело лишь во времени реализации. И если враг далеко, то по большому счету неважно, через сколько секунд или даже минут он умрет. Или окажется небоеспособным. Главное – противник обезврежен на уровне, достаточном для дальней дистанции огня.

Иное дело пистолет.

Точнее – ближний огневой контакт. Вы можете три раза прошить врага из винтовки, но если не поразите сразу его жизненно важные органы – чего вам не грозит, если вы не являетесь снайпером – то прежде чем упасть, он успеет еще несколько раз в вас выстрелить, и даже превратить вас в дуршлаг, имея в руках пистолет-пулемет.

Поэтому калибровочной характеристикой пистолета является не начальная скорость пули, а так называемое останавливающее действие: нанесение с первого выстрела пусть не смертельных, но шокирующих повреждений. После которых противник окажется неспособным к отпору.

Сама форма пистолетной пули принципиально иная, нежели у винтовки: она имеет сферическую головку. Начальные (дульные, то есть отмеренные в момент вылета из дульного среза пистолета) скорости пистолетных пуль не столь велики и обычно не превышают средней скорости звука в атмосфере, чтобы не возникало проблем преодоления волнового кризиса на малых дистанциях. А сферическая форма, характерная одинаково распределенным нормальным вектором поверхности, является оптимальной с точки зрения передачи кинетической энергии пули – то есть преобразования ее в потенциальную энергию шокирования противника.

Вследствие этого, винтовки и пистолеты имеют принципиально различную градацию боевой эффективности.

Повторю еще раз для тех, кому данный материал оказался в новинку.

Если винтовка ценится по начальной скорости пули, то для пистолетов в качестве нормы принята дульная энергия. То есть кинетическая энергия пули в момент покидания ствола – выраженная, разумеется, в Джоулях и высчитываемая по стандартной формуле E=mv2 /2.

В Джоулях, разумеется, может быть подсчитана и дульная энергия винтовки. Но этот показатель ни о чем не говорит.

К примеру, дульная энергия винтовки Мосина/Нагана при средней условной массе пули в 9 г равна 3508 Джоулей.

Но это не имеет никакого отношения к мгновенному воздействию винтовки на врага: остроконечная пуля, прошивая тело противника, теряет лишь часть своей энергии и летит дальше.

У Александра Солженицына в одном из романов имеется крайне интересный с точки зрения экспериментальной баллистики эпизод. Некий надзиратель советского концлагеря для пленных немцев решил испытать пробивную способность винтовочной пули. Для чего построил в затылок достаточное количество военнопленных и выстрелил последнему в спину. К сожалению, Солженицын приводит лишь юридический факт: надзиратель был расстрелян за садизм. Но сколько тел смогла прошить пуля, выпущенная в упор из винтовки Мосина/Нагана, автор не указал. А жаль. По мне, эти данные были бы бесценными с точки зрения бесчеловечного, но объективного баллистического эксперимента.

Итак, кинетическая энергия пули при вылете ее из ствола винтовки весьма приблизительно описывает боевые качества оружия. Качество винтовки описывает начальная скорость пули.

Именно высокая начальная скорость остроконечной пули, легко преодолевающей звуковой барьер, является показателем быстроты и точности поражения цели. То есть минимальности отклонения пули за время полета из-за сопротивления воздуха, сноса боковым ветром, силы притяжения Земли и деривации (Кориолисова ускорения, неизбежно воздействующего в поле тяготения даже на такой небольшой вращающийся предмет, как винтовочная пуля). Если говорить короче, не вдаваясь в подробности воздействий на баллистический (то есть летящий свободно за счет изначально приданной скорости) снаряд, максимальная скорость пули позволяет ей покрывать большое расстояние за малое время, т. е. минимизировать результат отклонений и стрелять кучно. Что дает возможность умелому стрелку, обосновавшемуся на надежной позиции, бить врага из винтовки с гарантированно небольшим овалом рассеивания.

В переводе на гражданский язык это означает, что стрелок попадает практически туда, куда целится.

Кучность боя последней модели винтовки Мосина/Нагана является потрясающей: эллипс рассеивания составлял по осям всего 11х8 см с расстояния 180 м.

То есть стрелок, пользующийся простым открытым (не оптическим) прицелом мог гарантированно поразить врага точно в голову.

(Поясню, что рассеивание пуль всегда происходит в пределах площади, ограниченной эллипсом, у которого большая полуось вертикальна: основные неточности попадания возникают из-за вертикального «подпрыгивания» оружия из-за отдачи.)

Но повторяю, что идеальная пристрелянность винтовки, столь замечательная при перестрелке на дальнем расстоянии, абсолютно ничего не дает в ближнем бою.

Противник, трижды простреленный, вполне способен вас убить.

Для ближнего боя необходимо иное оружие – пистолет.

Имеющее намного меньшую начальную скорость пули из-за короткого ствола и малого заряда пороха, зато позволяющее передать телу противника практически всю кинетическую энергию.

Важность последнего факта хорошо поймут автомобилисты: все знают, что наиболее страшным для собственного автомобиля является не столкновение с другим автомобилем и не удар по человеку, а наезд на неподвижное твердое препятствие. Когда вся кинетическая энергия преобразуется в потенциальную, разрушающую ваш автомобиль. И с точки зрения сохранности собственной машины гораздо экономичнее врезаться в другой автомобиль или в человека, нежели в дерево, столб или бордюрный камень.

Форма пистолетной пули (за исключением нескольких образцов) такова, что она не может прошить цель.

И всю свою кинетическую энергию равномерно распределяет по телу противника, нанося ему шокирующее воздействие, выводящее из строя. Хотя и не обязательно убивающее насмерть.

Но в ближнем бою – в ряде случаев, когда противника необходимо взять живым – даже нежелательно убивать врага.

Нужно просто обездвижить его и лишить возможности нападения.

Пистолетная пуля со сферической формой головной части идеально выполняет эту задачу.

Сила пистолета определяется его останавливающим действием, которое численно выражается в кинетической энергии, которую имеет пуля в момент покидания ствола.

Я уже отметил, что начальные скорости пистолетных пуль редко превышают величину 300 м/с – усредненное значение скорости звука в средних условиях атмосферы – то есть круглоголовая пистолетная пуля не достигает звукового барьера.

(В отличие от остроконечной винтовочной, вынужденной быть приспособленной к его преодолению.)

Поскольку пистолетной пуле не приходится преодолевать волновой кризис, сферическая форма ее не является препятствием к эффективности стрельбы.

Дульная энергия, например, очень любимого мною пистолета «ПСМ» («Пистолет самозарядный, малогабаритный») калибра 5,45 мм составляет всего 129 Дж. Но эти 129 Дж, приданные пуле специально разработанной формы неизмеримо эффективнее в ближнем бою, чем 3,51 Килоджоулей винтовки Мосина/Нагана.

Почему? Да потому, что малая пуля из «ПСМ» – я специально привел для примера самый малокалиберный из штатных российских военных пистолетов – сконструирована так, что переданной ею энергии хватает для вывода из строя противника в кевларовом бронежилете.

Но я отвлекся на вступительную часть.

Думаю, что теперь читателю ясны различия между винтовкой и пистолетом, и можно перейти к основой теме очерка.

Рождение пистолета «ТТ»

Примерно до середины 30х годов в РККА (т. е. Рабоче-Крестьянской Красной Армии) как наследство от гражданской войны существовала полная разнопопица в вооружении командиров.

Официально в сухопутных войсках личным оружием рядового бойца считалась винтовка Мосина/Нагана, а вот что касается пистолетов, которые служили личным оружием командиров… Тут трудно перечислить все модели, стоявшие на вооружении.

Как бы официально командиры РККА вооружались револьверами системы «русский Наган» образца 1895/30 г.г. (я сам в своей коллекции имею «Наган» 1941 года выпуска) которые производились до пятидесятых годов. Но встречались и старые «полицейские» револьверы русской системы Смита и Вессона, использовались командирами и морально устаревшие, но все-таки грозные «Маузеры» с постоянным магазином (как 7,63-мм, так и 9-мм) – чего стоит весь изукрашенный орденами наградной «Маузер» Маршала Семена Буденного! Встречались в кобурах командиров РККА бог знает как попавшие туда «Кольты» и устаревшие «Браунинги», к которым было почти невозможно подобрать патронов.

Все это, создавая иллюзию хорошей вооруженности командиров, на деле создавало невероятные трудности как в снабжении боеприпасами, так и в обслуживании: оружие, в отличие от человека, железное – и посему время от времени требует ремонта.

Вот тогда руководящие кадры РККА задумались о введении единого штатного оружия.

Конечно, можно было продолжать применение револьверов Нагана. Но при всех своих качествах – первым из которых являлась невероятная надежность, что заставляла пользоваться именно «Наганом» даже легендарного Глеба Жеглова в 1946 году – мешкотность перезаряжания и слишком малая дистанция прицельной стрельбы не позволяла «Нагану» оставаться штатным оружием командиров.

Был объявлен конкурс, хлынули различные модели пистолетов. В состязании приняли участие все существовавшие тогда в СССР конструкторы оружия: Симонов, Токарев, Дегтярев, Коровин, Прилуцкий и прочие.

Победил Токарев.

Я не знаю, какие кулуарные веяния вывели его на первое место.

Пистолет Токарева не был оригинальной разработкой.

Уверен, кто-то из квасных патриотов будет с пеной у рта доказывать, что Токарев разработал свой пистолет самостоятельно и сходства его детища с иностранными образцами случайно.

Я патриотом данной страны не являюсь, выморочный «гений русской инженерной мысли» полностью отрицаю (читайте мои мнения о никчемном русском мастере Левше в предыдущих очерках) и потому берусь судить с максимумом объективности.

Пистолет «ТТ» конструкции Токарева не был самостоятельной разработкой, а явился более-менее удачно компиляцией хорошо зарекомендовавших себя иностранных образцов.

Причем, как всегда в СССР, все уворованное было предельно упрощено.

Подчеркну, что дело происходило в 1930 году.

Даже профан поймет, что с оружейной промышленностью СССР было что-то не так.

Если штатный пистолет командиров пришлось компилировать из иностранных образцов.

Три источника и три составных части пистолета «ТТ»

Источниками конструктивной базы для создания пистолета «ТТ» – в точности как в свое время великому учению Маркса! – послужили практически три важнейших элемента.

Это отлично зарекомендовавший себя во время Первой мировой войны 7,63-мм пистолетный патрон Маузера, требующий минимальных изменений под калибр 7,62-мм (причину выбора последнего для современного для 30-х годов пистолета я отмечу позднее).

Второй источник – удобный и надежный, хоть и маломощный – несмотря на 9-мм патрон – пистолет Браунинга образца 1903 г. со скрытым курком и свободным затвором.

И наконец третий – один из лучших пистолетов всех времен и народов «Кольт М1911».45 калибра (11,43 мм) с надежной системой запирания патронника, удобным в пользовании открытым курком и идеальной эргономикой боевого использования.

Внешне пистолет «ТТ» кажется копией Браунинга образца 1903 года.

Впрочем, благодаря подствольной (а не наствольной, как у всем известного пистолета Макарова) возвратной пружине затвора, сходный профиль имеет и пистолет Кольта.

Подствольное расположение возвратной пружины, в общем необоснованное у Браунинга (такая схема всегда усложняет конструкцию и затрудняет сборку-разборку) является необходимостью у Кольта для защиты от перегрева из-за мощных патронов.45 калибра: подствольная пружина меньше нагревается и не снижает характеристик пистолета в процессе долгой стрельбы.

Что же касается важнейшего внутреннего технического решения: системы запирания патронника – Токаревым была выбрана конструкция с запиранием затвора и коротким ходом ствола, полностью скопированная у Кольта. В отличие от Браунинга, выбравшего для мощности используемых патронов схему со свободным – то есть удерживаемым в момент выстрела лишь возвратной пружиной – затвором, «ТТ» взял принцип «Кольта». Ствол, свободный в дульной части (направляемый запорной пробкой затвора), удерживается качающейся серьгой в области казенника. В момент выстрела ствол и затвор сцеплены благодаря соответствующим боевым выступам и пазам, прецизионно исполненных на кожухе-затворе и казеннике ствола, далее система ствол-затвор слегка отходит назад и почти сразу казенник ствола опускается на серьге, расцепляясь с затвором – который продолжает движение назад, обеспечивающее полный цикл экстракции стреляной гильзы и досылания нового патрона.

Правда, схема Кольта была Токаревым также упрощена до предела.

В оригинальном пистолете сцепляющие выемки фрезеровались на казеннике ствола точно по соответствующим выступам затвора. У «ТТ» эти выемки делались по кругу, охватывая весь казенник, что упрощало технологический процесс.

Одной из главных черт системы «Кольта» (в отличие от упоминавшейся модели «Браунинга») была также идеальная эргономика перезаряжания: защелка магазина находилась слева за спусковой скобой. (Защелка магазина «Браунинга» образца 1903 года находилась в нижней части рукоятки и, полагаю, по неудобству перезаряжания этот пистолет мог соперничать с худшим штатным армейским оружием всех времен и народов – пистолетом Макарова). То есть после израсходования всех патронов и оповещения о том постановкой пистолета на затворную задержку, незадействованный ни в чем прочем большой палец стреляющей руки нажимал кнопку и пустой магазин выпадал. Левая нестреляющая рука вставляла полный и сдвигала затвор, досылая новый патрон. Весь процесс перезаряжания – при навыке стрелка и наличии магазинов – занимал секунды. Что многажды видел русский зритель в фильмах с участием Брюса Уиллиса, использующего пистолеты Кольта.

Та же система защелки магазина использовалась и пистолетом «ТТ».

Правда, она была не столь совершенна, как у Кольта – к этому мы вернемся ниже.

Ко всему стоит добавить, что для облегчения ремонта в конструкции пистолета «ТТ» была применена уникальная для того времени модульная конструкция. Спусковой крючок – который являлся не собственно крючком, а пластиной, воздействующий на вилку, двигающуюся внутри рукоятки, не имел конструктивной связи с УСМ (ударно-спусковым механизмом). А сам УСМ: курок с витой боевой пружиной, рычаг спуска и рычаг постановки на предохранительный взвод – выполнялся в виде отдельной колодки, которую при ремонте было проще не чинить, а заменить на новую в оружейной мастерской.

Вероятно, такая до предела упрощенная схема УСМ обусловила тот важнейший отрицательный факт, что пистолет «ТТ» не мог стрелять самовзводом. То есть даже при наличии патрона в патроннике для выстрела требовалось взвести курок.

Конечно, стрельба самовзводом имеет более психологическое, нежели целевое значение: выстрел самовзводом всегда уходит выше точки прицеливания из-за рывка пистолета.

Однако боевой пистолет без самовзвода являлся анахронизмом уже в момент своего выпуска.

Но даже не это является главной загадкой пистолета.

Я назвал три источника пистолета «ТТ».

Теперь можно отметить три его составных части:

1. Советский патрон 7,62х25.

2. Эргономика ручного хвата «Браунинга» образца 1903 года.

3. Система запирания ствола «Кольта М1911».

Каждому, кто хоть что-то смыслит в пистолетах, покажется абсурдным первый пункт: столь малый калибр для армейского пистолета с простой оболочечной пулей вызывает недоумение.

И в самом деле, мало кто знает, почему «ТТ» представляет собой

Пистолет винтовочного калибра

Да.

«ТТ» – пистолет, оружие ближнего боя, главной характеристикой которого является останавливающее действие, имеет несерьезный винтовочный калибр 7,62 мм.

И это при том, что служивший главным прототипом «Кольт-М1911» имел нормальный пистолетный калибр.45 – еще раз повторю, что он соответствует диаметру пули 11, 43 мм.

Правда, второй прототип «ТТ» – пистолет Браунинга – имел калибр меньший, но тоже не винтовочный, а минимально возможный для боевого пистолета: 9 мм.

Все, пытающиеся объяснить такую несуразность, делятся на патриотов, пытающихся оправдать во всем действия своей угрёбищной страны, и непатриотов, видящих суть.

«Патриотизм есть качество порочных людей» – так сказал однажды Оскар Уайльд. Который хоть и был гомосексуалистом, но данное качество ничуть не принижает высоту его ума. И я полностью присоединяюсь к его мнению.

И живя в России, не только не являюсь патриотом, но ненавижу это государство во всех его проявлениях.

Поэтому о причинах калибра пистолета «ТТ» могу судить объективно.

«Патриоты», объясняющие 7,62 мм калибр «ТТ», приводят серьезные причины. Среди которых объективными кажутся две: наличие большого количества патронов Маузера калибра 7,63 мм. И возможность изготовления пистолета «ТТ» на том же Тульском заводе, где производились винтовки Мосина/Нагана образца 1930 года и станки были настроены на изготовление 7,62 мм нарезных стволов – поэтому производство пистолета не требовало перестройки оборудования и являлось экономичным в условиях строящегося социализма.

На самом деле причина выбора непистолетного калибра была столь проста и несуразна, что в нее вряд ли поверит военный человек, хоть что-то понимающий в личном оружии.

Даже непосвященному ясно, что в любом оружии главной деталью, обеспечивающей меткость, кучность и эффективность стрельбы, является его ствол.

Поэтому пистолет «ТТ» изначально рассчитывался всего-навсего на утилизацию бракованных винтовочных стволов.

Да, именно так. Если ствол винтовки имеет длину около метра и забракован ОТК по каким-то изъянам, то все равно из него практически всегда можно вырезать качественный кусок длиной 116 мм для изготовления ствола пистолетного.

Таким образом, основой выбора калибра «ТТ» была концепция мусорщика – то есть утилизатора отходов.

Причем даже бесстрастные военные историки признают, что уже к концу 30-х годов пистолет «ТТ» не удовлетворял требованиям, предъявляемым к армейскому оружию. В 1938 году был снова объявлен конкурс на 7,62-мм (идеология мусорщика продолжала процветать) самозарядный пистолет. Здесь участвовали такие известные конструкторы, как Воеводин, Коровин, Раков. Но тем не менее – я думаю, по кулуарным причинам – победителем конкурса и штатным оружием РККА остался во всех отношениях морально и технически устаревший «ТТ».

Вот тут пора наконец коснуться сильных и слабых сторон этого пистолета.

Поскольку «ТТ» – самостоятельная сущность, и нам приходится признавать ее жизненность.

iknigi.net

Русские оружейники. Содержание - «ТТ»

«ТТ»

Весь 1930 год Федор Васильевич трудился с большим внутренним подъемом. Внешне кажущийся спокойным и уравновешенным, он волновался и загорался вдохновением и, невзирая на шестидесятилетний возраст, работал со страстным увлечением, отдавая любимому делу каждую свободную минуту.

В конце лета задуманный им образец автоматической винтовки с неподвижным стволом и отводом газов был в основном готов и на предварительных испытаниях показал хорошие результаты. О новой винтовке Токарева заговорили как о большом успехе конструктора.

Но новая система Токарева, несмотря на простое и чрезвычайно удачное устройство механизма, должна была, по примеру предыдущих образцов, подвергнуться самым тщательным испытаниям и многочисленным доделкам.

Для комиссионных испытаний Токареву было поручено изготовить пять экземпляров новой винтовки с устранением замеченных недостатков.

Теперь мастерская Токарева уже превратилась в единое конструкторское бюро. В нем работали инженеры, техники-конструкторы, расчетчики, чертежники и другие специалисты. Они с опытного образца, созданного Федором Васильевичем, сняли все размеры, и в бюро началась кропотливая работа по составлению расчетов и чертежей. А на разработку чертежей и изготовление образцов требовалось несколько месяцев. Как раз в это время Токарев получил задание – срочно форсировать разработку пистолета.

Именно в эти дни сотрудники мастерской и конструкторского бюро могли видеть, как Токарев становился к станку и, не пользуясь никакими чертежами, начинал с твердой уверенностью вытачивать деталь за деталью, тщательно подгоняя их друг к другу.

Он напоминал собой скульптора, который из глыбы гранита высекает изваяние. Движения его были уверенны и ловки, выражение лица сосредоточенно-вдохновенное.

Создавая новую, оригинальную модель пистолета, Токарев решительно отказался от мощного 9-миллиметрового патрона, под который были сделаны «Браунинг-2», «Борхардт-Люгер-2» и «Кольт-Браунинг».

Он знал, что патрон Маузера меньшего калибра, то есть 7,63-миллиметровый, сильней, чем девятимиллиметровый. Убойная способность оружия зависела от наиболее высокой начальной скорости полета пули, а это достигалось сложным путем.

Токарев приблизил выбор калибра своего пистолета к патрону Маузера и Нагана – 7,63-миллиметровому, но не остановился на нем, а избрал калибр патрона русской винтовки Мосина – 7,62 миллиметра, считая его наиболее эффективным и наиболее выгодным. Ствол решил сделать подвижной, как у первых образцов своей винтовки, но с коротким ходом. Ствол должен был сцепляться с затвором при помощи боевых выступов.

Затвор задуман как одно целое с кожухом. Это должно было увеличивать массу подвижных частей и уменьшать силу отдачи, что имело чрезвычайно важное значение для достижения наибольшей меткости.

Вес пистолета должен был колебаться в пределах 800 граммов.

«Если этого удастся достигнуть, – размышлял Токарев, – то пистолет окажется наиболее легким из всех известных систем».

Работа над новым образцом автоматического пистолета шла на редкость удачно. В том же 1930 году опытный образец был закончен и опробован в заводском тире. Результаты стрельбы оказались блестящими.

Пистолет на расстоянии 100 шагов пробивал пять 25-миллиметровых досок, поставленных на некотором отдалении друг за другом.

Как и мечтал Токарев, ему удалось добиться легкости веса пистолета и удобства действия. Его пистолет весил 825 граммов.

Пистолет показал высокую меткость стрельбы. Все эти качества делали его лучшей моделью среди иностранных систем автоматического оружия этого типа.

В Москву была послана телеграмма: «Токарев закончил разработку автоматического пистолета, новая модель может быть представлена на испытания в любое время…»

Вскоре в Москву был вызван сам конструктор.

Пистолет подвергли строгим испытаниям в сравнении с семнадцатью иностранными системами. Это был поединок советского конструктора с разрекламированными на весь мир изобретателями Запада.

Токарев, присутствовавший при испытаниях, держался спокойно, он был уверен в своем пистолете, но все же волнение нет-нет да и кольнет сердце. До сих пор Федору Васильевичу приходилось соревноваться с одним, двумя, самое большее – с тремя изобретателями, а тут их было 17! При этом почти все испытываемые вместе с его моделью пистолеты прошли испытания в огне войны, десятки раз проверялись и усовершенствовались.

Но Токарев поставил перед собой задачу – дать Красной Армии лучший пистолет в мире и теперь мужественно ждал результатов испытаний.

«Пусть неудачи, пусть мой пистолет окажется хуже, – размышлял он, – я не сдамся, я буду работать до тех пор, пока не доведу его до совершенства!..»

Однако испытания и на этот раз дали самые лучшие результаты. Об этом немедленно было доложено правительству. Токарев был счастлив.

Однако от опытного взора правительственной комиссии не ускользнули и некоторые недостатки пистолета Токарева. Комиссия предложила изменить предохранитель, сделать его более надежно.

Токарев вернулся к себе и немедленно взялся за усовершенствование пистолета. После долгих раздумий и исканий ему удалось не только изменить предохранитель, но и создать оригинальное спусковое устройство.

После этого и ряда других улучшений пистолет был испытан в 1931 году. Испытания прошли на редкость удачно. Пистолет Токарева был принят на вооружение Красной Армии.

Скоро в воинских частях появилось новое, легкое, удобное и в то же время мощное оружие ближнего боя – красивые пистолеты, на которых стояли буквы «ТТ».

Новое оружие, созданное Федором Васильевичем Токаревым, было встречено бойцами и командирами Красной Армии с большой радостью и очень скоро завоевало всеобщее признание.

Успехи и неудачи

Успех пистолета «ТТ» еще больше укрепил веру Токарева в собственные силы и заставил его работать с проворством и смелостью молодого. Он вместе со своими помощниками энергично взялся за доделку и отлаживание пяти опытных образцов новой автоматической винтовки с неподвижным стволом. Все пять образцов были изготовлены к намеченному сроку и доставлены на полигон.

Токарев хотя и был уверен, что новая винтовка по своей конструкции лучше и надежней старой, все же беспокоился и волновался. Над старой винтовкой работа велась больше двух десятилетий. С ней были произведены десятки экспериментов, с каждым испытанием в нее вносились все новые и новые усовершенствования. Новая же винтовка представлялась ему младенцем, которому предстояло сделать лишь первые робкие шаги.

Новую винтовку Токарева подвергли еще более строгим испытаниям, так как за последнее время тактико-технические требования к оружию значительно повысились.

Винтовка Токарева показала отличный темп стрельбы и хорошую кучность. Механизм ее работал несомненно лучше, чем у старой, но число поломок некоторых деталей превышало нормы. Испытания были приостановлены.

Только этим и можно объяснить то обстоятельство, что Токарев не согласился с предоставленным ему комиссией сроком на доработку образца и потребовал его удвоить.

– Зачем же это вам, Федор Васильевич? – удивлялись члены комиссии. – Ведь намечаемые переделки не так значительны.

– Да, но помимо ваших требований к винтовке я еще предъявляю свои.

Члены комиссии удовлетворили просьбу конструктора.

Токарев потом рассказал своим сотрудникам о результатах испытаний, о пожеланиях комиссии и о своих наблюдениях и замыслах. Из его слов все поняли, что, хотя в винтовке и оказались дефекты, в целом система удачная и ее нужно дружными усилиями доводить до совершенства.

Опять в мастерской началась горячая работа. Теперь каждый из сотрудников мастерской был проникнут уверенностью, что скоро винтовка Токарева будет окончательно доделана и принята на вооружение Красной Армии. Эта уверенность в победе передавалась рабочим от самого Токарева, который без устали трудился вместе с ними.

www.booklot.ru

Читать онлайн книгу О боевых качествах пистолета ТТ

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 3 страниц) [доступный отрывок для чтения: 1 страниц]

Назад к карточке книги

Виктор УлинО боевых качествах пистолета «ТТ»

"Единственно русскому Токареву удалось вместить столько смерти и силы в крохотное пространство, обозначенное пистолетом ТТ.»

(Маузер-младший)

От автора

Сам того не замечая, я начал серию очерков, посвященных моему самому любимому предмету вещного мира: оружию.

Кому-то эти очерки покажутся скучными.

Кому-то – желающим описывать оружие в своих произведениях – принесут пользу.

У кого-то они вызовут раздражение, но как раз на последних-то мне и на…

В общем, Jedem das Seine, как было отлито в чугуне на воротах концентрационного лагеря Бухенвальд.

Кратко о предмете разговора

Мой очерк посвящен собственному – то есть не вполне объективному – разбору боевых качеств одного известнейших пистолетов СССР: «ТТ» («Тульский, Токарева»).

Почему не вполне объективный – да потому что я, как художник, имею право на субъективное мнение по поводу любого предмета.

Подозревая вполне обоснованную оружейную невежественность 99 % моих читателей, вынужден посвятить дополнительную главу обсуждению сравнительных характеристик двух основных, но во многом противоположных, видов личного оружия бойца.

Винтовка и пистолет

Даже очень далекий от военного дела человек примерно представляет, что такое личное оружие. Это независимая боевая единица вооружения, которую может переносить, обслуживать и использовать по назначению один человек без чьей-то дополнительной помощи.

Личное оружие бойца стоит фундаментально разделить на два почти антагонистических класса: длинноствольное – винтовку и короткоствольное – пистолет.

При этом, во-первых, под понятием «винтовка» может пониматься любое нарезное оружие: простое, магазинное, самозарядное, штурмовое (автомат) – пригодное для прицельной стрельбы на дальность минимум 500 м.

(Снайперские винтовки бьют в переносицу с полутора километров, но о них сейчас разговор не идет.)

Винтовка – даже в варианте штурмовой винтовки, т. е. по русской терминологии автомата – всегда оружие громоздкое, тяжелое и непригодное для скрытого ношения.

Пистолет – компактное оружие, которым в строевых частях снабжались командиры, а в танковых, авиационных и пр. – где нет возможности возить в боевой машине длинноствол – и рядовой состав. При этом читателю стоит помнить, что из-за короткого ствола и малой – в сравнении с винтовкой – начальной скоростью пули любой пистолет рассчитан на эффективную дальность стрельбы не более 50 м.

Подробно описанный мною в фундаментальном труде «О пистолетах с длинным ходом затвора» револьвер, являясь разновидностью пистолета, эффективен на еще меньшей дистанции: в среднем до 25 м, и потому в настоящее время используется лишь в полиции, будучи непригодным для военных операций.

(Отмечу, что между пистолетами и винтовками вклинился промежуточный тип оружия – пистолет-пулемет. Автоматическое (то есть имеющее возможность вести непрерывный огонь) оружие с относительно длинным стволом, но использующее пистолетный патрон. Но в задачу данного очерка рассмотрение пистолет-пулемета не входит. Его плюсы и минусы не менее подробно рассмотрены в другом фундаментальном труде на оружейную тематику – «О необходимости непрерывного огня в тактике пешего боя».)

Но было бы ошибочным полагать, что разница между винтовкой и пистолетом заключается лишь в размере и эффективной дальности прицельной стрельбы.

Винтовка и пистолет выполняют столь различные функции, что сравнивать их надо примерно так же, как тяжелый бомбардировщик и истребитель.

Винтовка (под этим условным названием в тексте данного очерка я подразумеваю и простую магазинную, и самозарядную и штурмовую и даже снайперскую модели) есть оружие, предназначенное для поражения врага на большой дистанции.

Важнейшей характеристикой такого оружия служит начальная скорость пули.

Которая у классической – и своего рода эталонной – модели русской винтовки образца Мосина/Нагана 1891/1938 составляет 875 м/с.

Винтовочная пуля имеет характерную заостренную головку, позволяющую без существенного искажения траектории преодолеть звуковой барьер. Цель стрельбы из винтовки – поражение удаленного противника. Причем не обязательно убить сразу насмерть: попадание в голову или в сердце без снайперских навыков проблематично. Но прострел любого органа пулей приводит к выводу противника из строя. Дело лишь во времени реализации. И если враг далеко, то по большому счету неважно, через сколько секунд или даже минут он умрет. Или окажется небоеспособным. Главное – противник обезврежен на уровне, достаточном для дальней дистанции огня.

Иное дело пистолет.

Точнее – ближний огневой контакт. Вы можете три раза прошить врага из винтовки, но если не поразите сразу его жизненно важные органы – чего вам не грозит, если вы не являетесь снайпером – то прежде чем упасть, он успеет еще несколько раз в вас выстрелить, и даже превратить вас в дуршлаг, имея в руках пистолет-пулемет.

Поэтому калибровочной характеристикой пистолета является не начальная скорость пули, а так называемое останавливающее действие: нанесение с первого выстрела пусть не смертельных, но шокирующих повреждений. После которых противник окажется неспособным к отпору.

Сама форма пистолетной пули принципиально иная, нежели у винтовки: она имеет сферическую головку. Начальные (дульные, то есть отмеренные в момент вылета из дульного среза пистолета) скорости пистолетных пуль не столь велики и обычно не превышают средней скорости звука в атмосфере, чтобы не возникало проблем преодоления волнового кризиса на малых дистанциях. А сферическая форма, характерная одинаково распределенным нормальным вектором поверхности, является оптимальной с точки зрения передачи кинетической энергии пули – то есть преобразования ее в потенциальную энергию шокирования противника.

Вследствие этого, винтовки и пистолеты имеют принципиально различную градацию боевой эффективности.

Повторю еще раз для тех, кому данный материал оказался в новинку.

Если винтовка ценится по начальной скорости пули, то для пистолетов в качестве нормы принята дульная энергия. То есть кинетическая энергия пули в момент покидания ствола – выраженная, разумеется, в Джоулях и высчитываемая по стандартной формуле E=mv2 /2.

В Джоулях, разумеется, может быть подсчитана и дульная энергия винтовки. Но этот показатель ни о чем не говорит.

К примеру, дульная энергия винтовки Мосина/Нагана при средней условной массе пули в 9 г равна 3508 Джоулей.

Но это не имеет никакого отношения к мгновенному воздействию винтовки на врага: остроконечная пуля, прошивая тело противника, теряет лишь часть своей энергии и летит дальше.

У Александра Солженицына в одном из романов имеется крайне интересный с точки зрения экспериментальной баллистики эпизод. Некий надзиратель советского концлагеря для пленных немцев решил испытать пробивную способность винтовочной пули. Для чего построил в затылок достаточное количество военнопленных и выстрелил последнему в спину. К сожалению, Солженицын приводит лишь юридический факт: надзиратель был расстрелян за садизм. Но сколько тел смогла прошить пуля, выпущенная в упор из винтовки Мосина/Нагана, автор не указал. А жаль. По мне, эти данные были бы бесценными с точки зрения бесчеловечного, но объективного баллистического эксперимента.

Итак, кинетическая энергия пули при вылете ее из ствола винтовки весьма приблизительно описывает боевые качества оружия. Качество винтовки описывает начальная скорость пули.

Именно высокая начальная скорость остроконечной пули, легко преодолевающей звуковой барьер, является показателем быстроты и точности поражения цели. То есть минимальности отклонения пули за время полета из-за сопротивления воздуха, сноса боковым ветром, силы притяжения Земли и деривации (Кориолисова ускорения, неизбежно воздействующего в поле тяготения даже на такой небольшой вращающийся предмет, как винтовочная пуля). Если говорить короче, не вдаваясь в подробности воздействий на баллистический (то есть летящий свободно за счет изначально приданной скорости) снаряд, максимальная скорость пули позволяет ей покрывать большое расстояние за малое время, т. е. минимизировать результат отклонений и стрелять кучно. Что дает возможность умелому стрелку, обосновавшемуся на надежной позиции, бить врага из винтовки с гарантированно небольшим овалом рассеивания.

В переводе на гражданский язык это означает, что стрелок попадает практически туда, куда целится.

Кучность боя последней модели винтовки Мосина/Нагана является потрясающей: эллипс рассеивания составлял по осям всего 11х8 см с расстояния 180 м.

То есть стрелок, пользующийся простым открытым (не оптическим) прицелом мог гарантированно поразить врага точно в голову.

(Поясню, что рассеивание пуль всегда происходит в пределах площади, ограниченной эллипсом, у которого большая полуось вертикальна: основные неточности попадания возникают из-за вертикального «подпрыгивания» оружия из-за отдачи.)

Но повторяю, что идеальная пристрелянность винтовки, столь замечательная при перестрелке на дальнем расстоянии, абсолютно ничего не дает в ближнем бою.

Противник, трижды простреленный, вполне способен вас убить.

Для ближнего боя необходимо иное оружие – пистолет.

Имеющее намного меньшую начальную скорость пули из-за короткого ствола и малого заряда пороха, зато позволяющее передать телу противника практически всю кинетическую энергию.

Важность последнего факта хорошо поймут автомобилисты: все знают, что наиболее страшным для собственного автомобиля является не столкновение с другим автомобилем и не удар по человеку, а наезд на неподвижное твердое препятствие. Когда вся кинетическая энергия преобразуется в потенциальную, разрушающую ваш автомобиль. И с точки зрения сохранности собственной машины гораздо экономичнее врезаться в другой автомобиль или в человека, нежели в дерево, столб или бордюрный камень.

Форма пистолетной пули (за исключением нескольких образцов) такова, что она не может прошить цель.

И всю свою кинетическую энергию равномерно распределяет по телу противника, нанося ему шокирующее воздействие, выводящее из строя. Хотя и не обязательно убивающее насмерть.

Но в ближнем бою – в ряде случаев, когда противника необходимо взять живым – даже нежелательно убивать врага.

Нужно просто обездвижить его и лишить возможности нападения.

Пистолетная пуля со сферической формой головной части идеально выполняет эту задачу.

Сила пистолета определяется его останавливающим действием, которое численно выражается в кинетической энергии, которую имеет пуля в момент покидания ствола.

Я уже отметил, что начальные скорости пистолетных пуль редко превышают величину 300 м/с – усредненное значение скорости звука в средних условиях атмосферы – то есть круглоголовая пистолетная пуля не достигает звукового барьера.

(В отличие от остроконечной винтовочной, вынужденной быть приспособленной к его преодолению.)

Поскольку пистолетной пуле не приходится преодолевать волновой кризис, сферическая форма ее не является препятствием к эффективности стрельбы.

Дульная энергия, например, очень любимого мною пистолета «ПСМ» («Пистолет самозарядный, малогабаритный») калибра 5,45 мм составляет всего 129 Дж. Но эти 129 Дж, приданные пуле специально разработанной формы неизмеримо эффективнее в ближнем бою, чем 3,51 Килоджоулей винтовки Мосина/Нагана.

Почему? Да потому, что малая пуля из «ПСМ» – я специально привел для примера самый малокалиберный из штатных российских военных пистолетов – сконструирована так, что переданной ею энергии хватает для вывода из строя противника в кевларовом бронежилете.

Но я отвлекся на вступительную часть.

Думаю, что теперь читателю ясны различия между винтовкой и пистолетом, и можно перейти к основой теме очерка.

Рождение пистолета «ТТ»

Примерно до середины 30х годов в РККА (т. е. Рабоче-Крестьянской Красной Армии) как наследство от гражданской войны существовала полная разнопопица в вооружении командиров.

Официально в сухопутных войсках личным оружием рядового бойца считалась винтовка Мосина/Нагана, а вот что касается пистолетов, которые служили личным оружием командиров… Тут трудно перечислить все модели, стоявшие на вооружении.

Как бы официально командиры РККА вооружались револьверами системы «русский Наган» образца 1895/30 г.г. (я сам в своей коллекции имею «Наган» 1941 года выпуска) которые производились до пятидесятых годов. Но встречались и старые «полицейские» револьверы русской системы Смита и Вессона, использовались командирами и морально устаревшие, но все-таки грозные «Маузеры» с постоянным магазином (как 7,63-мм, так и 9-мм) – чего стоит весь изукрашенный орденами наградной «Маузер» Маршала Семена Буденного! Встречались в кобурах командиров РККА бог знает как попавшие туда «Кольты» и устаревшие «Браунинги», к которым было почти невозможно подобрать патронов.

Все это, создавая иллюзию хорошей вооруженности командиров, на деле создавало невероятные трудности как в снабжении боеприпасами, так и в обслуживании: оружие, в отличие от человека, железное – и посему время от времени требует ремонта.

Вот тогда руководящие кадры РККА задумались о введении единого штатного оружия.

Конечно, можно было продолжать применение револьверов Нагана. Но при всех своих качествах – первым из которых являлась невероятная надежность, что заставляла пользоваться именно «Наганом» даже легендарного Глеба Жеглова в 1946 году – мешкотность перезаряжания и слишком малая дистанция прицельной стрельбы не позволяла «Нагану» оставаться штатным оружием командиров.

Был объявлен конкурс, хлынули различные модели пистолетов. В состязании приняли участие все существовавшие тогда в СССР конструкторы оружия: Симонов, Токарев, Дегтярев, Коровин, Прилуцкий и прочие.

Победил Токарев.

Я не знаю, какие кулуарные веяния вывели его на первое место.

Пистолет Токарева не был оригинальной разработкой.

Уверен, кто-то из квасных патриотов будет с пеной у рта доказывать, что Токарев разработал свой пистолет самостоятельно и сходства его детища с иностранными образцами случайно.

Я патриотом данной страны не являюсь, выморочный «гений русской инженерной мысли» полностью отрицаю (читайте мои мнения о никчемном русском мастере Левше в предыдущих очерках) и потому берусь судить с максимумом объективности.

Пистолет «ТТ» конструкции Токарева не был самостоятельной разработкой, а явился более-менее удачно компиляцией хорошо зарекомендовавших себя иностранных образцов.

Причем, как всегда в СССР, все уворованное было предельно упрощено.

Подчеркну, что дело происходило в 1930 году.

Даже профан поймет, что с оружейной промышленностью СССР было что-то не так.

Если штатный пистолет командиров пришлось компилировать из иностранных образцов.

Три источника и три составных части пистолета «ТТ»

Источниками конструктивной базы для создания пистолета «ТТ» – в точности как в свое время великому учению Маркса! – послужили практически три важнейших элемента.

Это отлично зарекомендовавший себя во время Первой мировой войны 7,63-мм пистолетный патрон Маузера, требующий минимальных изменений под калибр 7,62-мм (причину выбора последнего для современного для 30-х годов пистолета я отмечу позднее).

Второй источник – удобный и надежный, хоть и маломощный – несмотря на 9-мм патрон – пистолет Браунинга образца 1903 г. со скрытым курком и свободным затвором.

И наконец третий – один из лучших пистолетов всех времен и народов «Кольт М1911».45 калибра (11,43 мм) с надежной системой запирания патронника, удобным в пользовании открытым курком и идеальной эргономикой боевого использования.

Внешне пистолет «ТТ» кажется копией Браунинга образца 1903 года.

Впрочем, благодаря подствольной (а не наствольной, как у всем известного пистолета Макарова) возвратной пружине затвора, сходный профиль имеет и пистолет Кольта.

Подствольное расположение возвратной пружины, в общем необоснованное у Браунинга (такая схема всегда усложняет конструкцию и затрудняет сборку-разборку) является необходимостью у Кольта для защиты от перегрева из-за мощных патронов.45 калибра: подствольная пружина меньше нагревается и не снижает характеристик пистолета в процессе долгой стрельбы.

Что же касается важнейшего внутреннего технического решения: системы запирания патронника – Токаревым была выбрана конструкция с запиранием затвора и коротким ходом ствола, полностью скопированная у Кольта. В отличие от Браунинга, выбравшего для мощности используемых патронов схему со свободным – то есть удерживаемым в момент выстрела лишь возвратной пружиной – затвором, «ТТ» взял принцип «Кольта». Ствол, свободный в дульной части (направляемый запорной пробкой затвора), удерживается качающейся серьгой в области казенника. В момент выстрела ствол и затвор сцеплены благодаря соответствующим боевым выступам и пазам, прецизионно исполненных на кожухе-затворе и казеннике ствола, далее система ствол-затвор слегка отходит назад и почти сразу казенник ствола опускается на серьге, расцепляясь с затвором – который продолжает движение назад, обеспечивающее полный цикл экстракции стреляной гильзы и досылания нового патрона.

Правда, схема Кольта была Токаревым также упрощена до предела.

В оригинальном пистолете сцепляющие выемки фрезеровались на казеннике ствола точно по соответствующим выступам затвора. У «ТТ» эти выемки делались по кругу, охватывая весь казенник, что упрощало технологический процесс.

Одной из главных черт системы «Кольта» (в отличие от упоминавшейся модели «Браунинга») была также идеальная эргономика перезаряжания: защелка магазина находилась слева за спусковой скобой. (Защелка магазина «Браунинга» образца 1903 года находилась в нижней части рукоятки и, полагаю, по неудобству перезаряжания этот пистолет мог соперничать с худшим штатным армейским оружием всех времен и народов – пистолетом Макарова). То есть после израсходования всех патронов и оповещения о том постановкой пистолета на затворную задержку, незадействованный ни в чем прочем большой палец стреляющей руки нажимал кнопку и пустой магазин выпадал. Левая нестреляющая рука вставляла полный и сдвигала затвор, досылая новый патрон. Весь процесс перезаряжания – при навыке стрелка и наличии магазинов – занимал секунды. Что многажды видел русский зритель в фильмах с участием Брюса Уиллиса, использующего пистолеты Кольта.

Та же система защелки магазина использовалась и пистолетом «ТТ».

Правда, она была не столь совершенна, как у Кольта – к этому мы вернемся ниже.

Ко всему стоит добавить, что для облегчения ремонта в конструкции пистолета «ТТ» была применена уникальная для того времени модульная конструкция. Спусковой крючок – который являлся не собственно крючком, а пластиной, воздействующий на вилку, двигающуюся внутри рукоятки, не имел конструктивной связи с УСМ (ударно-спусковым механизмом). А сам УСМ: курок с витой боевой пружиной, рычаг спуска и рычаг постановки на предохранительный взвод – выполнялся в виде отдельной колодки, которую при ремонте было проще не чинить, а заменить на новую в оружейной мастерской.

Вероятно, такая до предела упрощенная схема УСМ обусловила тот важнейший отрицательный факт, что пистолет «ТТ» не мог стрелять самовзводом. То есть даже при наличии патрона в патроннике для выстрела требовалось взвести курок.

Конечно, стрельба самовзводом имеет более психологическое, нежели целевое значение: выстрел самовзводом всегда уходит выше точки прицеливания из-за рывка пистолета.

Однако боевой пистолет без самовзвода являлся анахронизмом уже в момент своего выпуска.

Но даже не это является главной загадкой пистолета.

Я назвал три источника пистолета «ТТ».

Теперь можно отметить три его составных части:

1. Советский патрон 7,62х25.

2. Эргономика ручного хвата «Браунинга» образца 1903 года.

3. Система запирания ствола «Кольта М1911».

Каждому, кто хоть что-то смыслит в пистолетах, покажется абсурдным первый пункт: столь малый калибр для армейского пистолета с простой оболочечной пулей вызывает недоумение.

И в самом деле, мало кто знает, почему «ТТ» представляет собой

Пистолет винтовочного калибра

Да.

«ТТ» – пистолет, оружие ближнего боя, главной характеристикой которого является останавливающее действие, имеет несерьезный винтовочный калибр 7,62 мм.

И это при том, что служивший главным прототипом «Кольт-М1911» имел нормальный пистолетный калибр.45 – еще раз повторю, что он соответствует диаметру пули 11, 43 мм.

Правда, второй прототип «ТТ» – пистолет Браунинга – имел калибр меньший, но тоже не винтовочный, а минимально возможный для боевого пистолета: 9 мм.

Все, пытающиеся объяснить такую несуразность, делятся на патриотов, пытающихся оправдать во всем действия своей угрёбищной страны, и непатриотов, видящих суть.

«Патриотизм есть качество порочных людей» – так сказал однажды Оскар Уайльд. Который хоть и был гомосексуалистом, но данное качество ничуть не принижает высоту его ума. И я полностью присоединяюсь к его мнению.

И живя в России, не только не являюсь патриотом, но ненавижу это государство во всех его проявлениях.

Поэтому о причинах калибра пистолета «ТТ» могу судить объективно.

«Патриоты», объясняющие 7,62 мм калибр «ТТ», приводят серьезные причины. Среди которых объективными кажутся две: наличие большого количества патронов Маузера калибра 7,63 мм. И возможность изготовления пистолета «ТТ» на том же Тульском заводе, где производились винтовки Мосина/Нагана образца 1930 года и станки были настроены на изготовление 7,62 мм нарезных стволов – поэтому производство пистолета не требовало перестройки оборудования и являлось экономичным в условиях строящегося социализма.

На самом деле причина выбора непистолетного калибра была столь проста и несуразна, что в нее вряд ли поверит военный человек, хоть что-то понимающий в личном оружии.

Даже непосвященному ясно, что в любом оружии главной деталью, обеспечивающей меткость, кучность и эффективность стрельбы, является его ствол.

Поэтому пистолет «ТТ» изначально рассчитывался всего-навсего на утилизацию бракованных винтовочных стволов.

Да, именно так. Если ствол винтовки имеет длину около метра и забракован ОТК по каким-то изъянам, то все равно из него практически всегда можно вырезать качественный кусок длиной 116 мм для изготовления ствола пистолетного.

Таким образом, основой выбора калибра «ТТ» была концепция мусорщика – то есть утилизатора отходов.

Причем даже бесстрастные военные историки признают, что уже к концу 30-х годов пистолет «ТТ» не удовлетворял требованиям, предъявляемым к армейскому оружию. В 1938 году был снова объявлен конкурс на 7,62-мм (идеология мусорщика продолжала процветать) самозарядный пистолет. Здесь участвовали такие известные конструкторы, как Воеводин, Коровин, Раков. Но тем не менее – я думаю, по кулуарным причинам – победителем конкурса и штатным оружием РККА остался во всех отношениях морально и технически устаревший «ТТ».

Вот тут пора наконец коснуться сильных и слабых сторон этого пистолета.

Поскольку «ТТ» – самостоятельная сущность, и нам приходится признавать ее жизненность.

itexts.net