Текст книги "Строгий режим". Виталий демочка книги


Читать онлайн книгу Бывший - Виталий Дёмочка бесплатно. 1-я страница текста книги.

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 15 страниц)

Назад к карточке книги

Виталий ДёмочкаБывший

Пролог

Это было похоже на приемную комиссию в театральном институте. Виталий никогда не поступал учиться и не знал, как там все происходит в действительности. Но, по его представлениям, которые складывались скорее всего из просмотра старых фильмов, примерно так там все и делалось. Только стол, с сидящими за ним «членами приемной комиссии», был не прямым, а Т-образным. И он не стоял перед их оценивающим взором и не демонстрировал свои способности. Сидя в кресле у стены и перебирая четки, он спокойно отвечал на вопросы сидящих за этим столом продюсеров, которым предложил совместную съемку следующего фильма.

– А кто монтировал ваш первый фильм? – спросил один из них, представившийся Андреем Петровичем.

– Сам монтировал, – ответил Виталий и, предупреждая множество вопросов по этому поводу, сразу пояснил: – Я знаю обо всех косяках и всех затянутостях. Если где-то слеплено так, значит, по-другому там сделать было нельзя из-за плохих записей. А любую затянутость я могу объяснить, если вам это интересно. Это был мой первый фильм, я преследовал им очень много целей, и любой затянутый диалог что-то значил для меня.

– Я понял это в некоторых местах, – кивнул головой другой продюсер, по имени Сергей. – Например, в длинном монологе в кабинете предпринимателя, где вы говорите об отношении общества к бывшим заключенным. Ну, а как вы объясните, к примеру, титры? Они у вас очень долгие.

– Здесь вообще все просто, – ответил Виталий. – Платных профессиональных актеров там было совсем немного. А моих друзей, кто когда-то сидел со мной в лагерях и имел какие-то дела, больше ста человек было. Кто-то не дожил до конца съемок, кто-то в тюрьму попал… Я не мог, чтобы их имена промелькнули незамеченными. Вы не стесняйтесь, задавайте вопросы. Я могу объяснить смысл любого затянутого момента.

– Верю, – кивнул головой Андрей Петрович и, подумав немного, сказал: – Многие говорят, что с вашим участием в фильме получается пропаганда имиджа преступности.

Виталий перестал перебирать четки и пристально посмотрел на Андрея Петровича, который среди этой троицы, вероятно, и был генеральным продюсером. Сергей и Олег больше молчали и были моложе.

– Эти многие, которые так говорят, скорее всего из МВД. Они видят только то, что хотят видеть. Если бы они смотрели фильм не своими ментовскими глазами, а глазами обычных зрителей, то увидели бы, что главный герой фильма постоянно говорит своим собратьям на простом и доступном всем языке, что пора завязывать с криминалом и переходить на легал. Причем говорит это с экрана не какой-нибудь обычный актер, которого никто всерьез не воспринимает, потому что все его знают и знают, что он нанят за деньги. А говорит это человек, который сам прошел через все перипетии бандитской жизни. И говорит это своими словами, а не по написанному кем-то сценарию.

– Да, мы знаем о вашем прошлом. О вашем участии в кровавых бандитских разборках и судимостях за них. Но ведь для искусства этого мало, – высказал свое мнение тот, который назвался просто Олегом. Потом он нажал на кнопку селектора и сказал, наклонившись к телефону: «Андрей, зайди, пожалуйста, к Андрею Петровичу».

– Да-да, Олег у нас режиссер, он смотрит на вещи творчески. На сцене, действительно, нужно уметь работать мимикой, телом и без слов выразить то, что хочешь сказать. Вашего криминального опыта для этого мало. Вот, посмотрите, как умеют работать профессиональные актеры: – Андрюш, изобразите что-нибудь.

Актер был из молодых, но уже достаточно известный. Особенно после популярного бандитского фильма, где он сыграл одну из главных ролей. Ловко поймав пистолет, он пафосно передернул затвор и, сделав гневное лицо, двинулся к Андрею Петровичу.

– Вы че, сявки, ранцы попутали что ли?!! – рычал он грозным голосом. – Забыли, как под шконарями спали на пересылке?!! Гриву задрали, да?!!

По мере приближения его к столу, он распалялся и уже начинал кричать. Лицо его покраснело и глаза горели огнем. Подойдя к столу, он перегнулся через него и, наставив ствол пистолета на Андрея Петровича, продолжал, уже крича ему прямо в лицо:

– Вслед за Пузырем захотел, да?!! Щас отправлю на хрен!!! Ну-ка падай на пол!!! На пол, сука, я сказал!!!

Он махал пистолетом перед лицом продюсера и даже замахнулся на него. Но Андрей Петрович не шевелился и, глядя на зверское лицо актера восхищенными глазами, медленно поднял руки и стал хлопать.

– Браво! Браво, Андрей! – проговорил он. Затем, повернув голову к Виталию и перестав хлопать, спросил:

– Сможете так сыграть? Сможете ли вы произвести на зрителей такое впечатление?

Виталий посмотрел на актера. Сыграл тот действительно здорово, и он даже сам поверил бы в реальность, если бы не видел, как в последнем фильме тот играл милиционера и пел совсем другую песню. Он перевел взгляд на Андрея Петровича, в вопросе которого звучало не только сомнение, но даже усмешка, и утвердительно кивнул головой.

– Сможете? – удивленно переспросил Андрей Петрович. – Попробуйте сымпровизировать что-нибудь. Или у вас так, без подготовки, не получится?

В последнем вопросе продюсера опять была насмешка, и Виталий с укоризной посмотрел на сидящего у двери Репу, который познакомил его с этой «приемной комиссией». Репа виновато развел руки в стороны.

– Получится, – спокойно ответил Виталий и поднялся с кресла. – Зачем мне подготовка?

Андрей Петрович взял у актера пистолет и жестом предложил его Виталию, который с серьезным лицом медленно шел к нему.

– Что? Клоуна во мне увидели, да? Хотите, чтобы я тут скакал перед вами? – в своей обычной манере медленно и спокойно говорил Виталий, но голос его звучал угрожающе. Он переводил свой ледяной взгляд с одного на другого. – Вы кем тут себя возомнили?

Андрей Петрович опустил пистолет на стол и испуганно смотрел на приближающегося к нему Виталия, подумав, что с предложением к этому человеку сыграть перед ними, он перегнул палку. Остальные тоже застыли и не знали, что делать и чего ожидать от новоявленного режиссера, продюсера и актера, который еще не так давно стрелял в людей лишь за одно неправильно сказанное в его адрес слово.

– Виталь, ты че? – поднялся со своего места Репа, почуяв неладное, и сделал шаг, чтобы остановить друга.

– Ну-ка сорвись отсюда, пока я тебе башку не снес, – проговорил Виталий, посмотрев на него стеклянным взглядом, и Репа замер в нерешительности.

– Так, что, хозяевами себя почувствовали? – опять повернулся к продюсерам Виталий и, взяв графин, замахнулся им.

Все вскочили со своих мест и кинулись в стороны. Андрей Петрович упал под стол, его очки упали и отлетели в сторону. Актер Андрей отскочил в дальний угол вместе с режиссером, а Сергей оббежал стол, закрывая голову руками, и, испуганно оглядываясь, встал у двери.

– Ну как вам впечатление? – спокойно спросил Виталий, аккуратно ставя графин на стол.

Репа, поняв, что это была игра, заулыбался. Но Андрей Петрович и остальные еще не пришли в себя и смотрели на него широко открытыми от испуга глазами.

– Какие бы они не были знаменитые, они просто актеры. А мы – настоящие и сможем показать на экране настоящую жизнь, – говорил Виталий, смотря на Андрея Петровича, одевающего очки дрожащими руками. – Я вижу, теперь вы поняли разницу между мифами, – он кивнул в сторону актера и опять посмотрел на продюсера, – и реальностью? Так что подумайте на досуге, мы могли бы снять такое кино вместе. С вами или без вас, я все равно сделаю это.

Виталий развернулся и пошел к выходу, но, открыв дверь, обернулся и промолвил:

– «Спеца» смотрят уже по всему миру. Причем это был просто любительский фильм. Я снял его любительской камерой и смонтировал у себя дома на компьютере. Скоро я покажу вам настоящее кино, – уверенно сказал он и вышел из кабинета.

Репа посмотрел на еще неоправившихся от испуга людей и направился следом. Когда они вышли из офиса продюсеров, Репа с восхищением произнес:

– Ну ты даешь! Я, бля буду, думал ты посерьезке. Теперь они точно с Иванычем разговаривать больше не будут.

– Иваныч, это кто? – спросил Виталий.

– Ну, коммерс бывший, который меня на них вывел. Так че, думаешь, не дали бы «бабки»?

– Конечно, нет. Ты бы дал два «лимона» человеку с четырьмя судимостями? Все, больше ни с кем не разговаривай на эту тему. Зарекался же, бля, не ходить больше ни к кому, – Бандера сплюнул от досады. – Тебя послушал…

– Да ладно тебе. Был же шанс, что его упускать было? Так чё теперь делать будем?

– Фирму твою продадим, – сказал Виталий с серьезным видом.

* * *

Он стоял на крыше черного «Ленд Крузера» и тянул правую руку к небу, как будто пытаясь достать там что-то. Глянув на дисплей сотового телефона, зажатого в этой руке, увидел всю ту же удручающую надпись: «Нет сети». Обреченно вздохнув и сунув телефон в карман спортивной куртки, он спрыгнул на дорогу, если ее можно было так назвать, и стал смотреть на спущенное колесо джипа. Надо же было проколоть колесо в такой глуши, где не то что телефон не берет, но даже машины не ездят. Да еще и домкрат оказался нерабочим, покупая машину, год назад, не удосужился его проверить. А продавцы и здесь делают свои деньги, пользуясь тем, что домкраты никто не проверяет, меняют их на старые, а новые потом продают отдельно.

Он еще раз с тоской в глазах посмотрел по сторонам: лес во всей округе был сплошь молодняк, забраться на такие деревья выше высоты «Ленд Крузера» не реально, а идти пешком, бросив машину, не хотелось.

Если по закону подлости даже домкрат оказался нерабочим, то когда уйдешь, там, где люди проезжают раз в неделю, точно кто-нибудь появится, и ему точно захочется разобрать дорогой автомобиль на запчасти. Пушкинский полигон, на который он ехал договориться о бане и стрельбище для друзей, был километрах в пяти. За время, пока туда доберешься и вернешься назад, даже если обратно и на машине, «охотники», из расположенной километрах в десяти деревни Яконовка, успеют снять двигатель и сдать на металлолом. Доехать же до полигона на спущенном колесе тоже не получится, дорога местами так размыта, что увязнешь, и будет еще хуже.

Пройдя немного вперед, он еще раз посмотрел по сторонам, надеясь найти высокое толстое дерево. Вглядываясь в листву деревьев, вдруг увидел смотрящие прямо на него тигриные глаза и замер. По коже пробежали «мурашки», не хватало еще погибнуть здесь, в пасти зверя, прекрасное дополнение к свалившимся на него неприятностям. До машины не добежать. Выглядывавшая из листвы здоровенная голова уссурийского тигра, являвшегося одним из самых крупных хищников в мире, явно что-то замышляла. Уши были прижаты, и лопатки торчали выше прижатой головы. Проще говоря, даже не профессионалу, было понятно, что тигр готовится к прыжку на стоявшего на дороге человека.

А человек, в «стеклянных» глазах которого невозможно было увидеть страх, охвативший его, стоял и смотрел прямо в глаза зверя, нащупывая за спиной рукоять старого, но надежного и невероятно убойного маузера. Это оружие гражданской войны – пистолет, который спокойно может соперничать с винтовкой, он всегда брал с собой, когда собирался проехать через лес. Отцовские гены охотника брали свое, вдруг чего попадется. Бывало, если повезет и не только зайца домой привозил. Но в этот раз ему не повезло, попался тигр…

* * *

Премьера состоялась. После показа все собрались по этому поводу на стоянке, откуда намечался совместный выезд на природу, и поздравляли друг друга. Банин, не любитель банальных ресторанов, решил отметить это знаменательное в своей жизни событие с друзьями в тайге, так как на море ехать погода не позволяла. Все ждали виновников торжества и обсуждали состоявшуюся премьеру первой серии «Спеца».

– А почему вы так рано поставили фильм в программу? В воскресенье, да еще и в 10 утра, все еще спят после субботы! – недоумевали гости, большинство из которых принимали участие в съемках.

– Да это Виталя все придумал. Это такой бизнестрюк, – пояснил Толстый. – Ставишь фильм в самое неудобное время, в итоге – его мало кто видит, но все слышат о нем, и на носителях раскупать будут лучше.

– Вот, продуманный! – удивились гости.

– Ну-у, – подтвердил Толстый, – вот увидите, сейчас об этом пресса раструбит повсюду, и этот трюк центральные каналы подхватят. Покажут пару серий какого-нибудь нормального фильма в рейтинговое время для затравки…

– Это называется прам-тайм, – поправил его оператор телекомпании, помогавший снимать фильм.

– Ну, я таких умных слов еще не знаю, – улыбнулся ему Толстый и продолжил: – А потом задвинут его в неудобное время и выпустят фильм на DWD или кассетах. Бизнес есть бизнес. Нам же тоже надо вложенные деньги вернуть.

– А мы что, тоже покупать будем? Мы же тоже ходим смотреть, – высказал свою мысль один их гостей, участник массовки.

– Да все нормально, – успокоил Толстый, – как диски выпустим, вам подарочные экземпляры обеспечены.

В это время в ворота стоянки въехал черный «Чайзер» со Стариком за рулем, он привез жену Бандеры.

– А Виталя где? – спросили у вышедшей Ирины.

– Не знаю, – удивилась она, – он что, не здесь, что ли?

Все недоуменно переглянулись. Главный виновник отмечавшегося сегодня события отсутствовал и получалось, что никто не знал, где он, даже его жена.

– Ты когда его видела? – спросила у Ирины супруга Толстого.

– Вчера, – уже обеспокоенно ответила Ирина, – он на полигон уехал договариваться, чтобы на их базе расположиться.

– И что, больше не было его? – округлил глаза Толстый.

– Не-ет, – привыкшая к исчезновениям мужа, Ирина теперь тоже округлила глаза и непонимающе смотрела по сторонам.

– Надо на полигон позвонить Лаптю, какой там номер? – спросил Рустам, доставая телефон.

– Там связь военная. В штаб, что ли, ехать? – Толстый уже заподозрил что-то неладное, в такой день Бандера сам пропасть не мог.

– Может, он на полигоне остался? Может, там что случилось? – высказал предположение Старик.

Все молча переглянулись. Старик, Толстый и Скороход, не сговариваясь, быстро залезли в «Челленджер», и джип, взвизгнув резиной на развороте, вылетел со стоянки.

Все остались стоять с озадаченными лицами, молча глядя вслед удаляющейся машине. Никто не спрашивал, куда поехали парни, это было и так понятно.

* * *

Сидя у себя дома на диване, Ирина Пивоварова смотрела в экран телевизора, совершенно не видя, что он показывает, и ничего не слыша. Прошел уже час, как закончилась первая серия. Олег уже, поматерившись немного после просмотра, уехал, а она так и сидела перед телевизором, не замечая ничего вокруг и думая о своем любимом, так жестоко ее предавшем.

Не услышала она и как хлопнула входная дверь, которую она не закрыла на ключ, как обычно, после ухода мужа. Зашла соседка – лучшая подруга, с которой они дружили с самого детства. Увидев Ирину, сидящую неподвижно перед телевизором, который был настроен на тот самый канал, по которому прошел фильм, она все поняла. Она знала обо всем, что было в жизни ее подруги, Ирина никогда от нее ничего не скрывала.

– Смотрела? – спросила она, присаживаясь рядом с Ириной на диван.

От неожиданности та вздрогнула и широко раскрытыми глазами уставилась на подругу. Придя в себя, она прошла в прихожую и заперла входную дверь.

– Смотрела, – с грустью сказала Ирина, вернувшись в комнату и подойдя к окну, за которым так часто стоял ее любимый. Иногда они молча смотрели друг на друга, когда муж сидел за компьютером в соседней комнате, и они не могли говорить по телефону. Именно здесь ей стало когда-то казаться, что они понимают друг друга без слов. Теперь все это было в прошлом, но в таком, которое невозможно было забыть, как бы она этого не хотела.

– Все еще любишь его? – угадывая ее мысли, спросила соседка, которая всегда сочувствовала и морально поддерживала подругу.

– Не знаю, – все так же грустно ответила Ирина, – что-то умерло в душе, это точно, но что-то, наверное, осталось.

Услышав, что после того, как ее нагло предали, у нее еще «что-то осталось», подруга возмутилась и решила настроить Ирину против него. При ее поддержке Ирина всегда начинала злиться на Банина, называть его грязными словами, и настроение ее от этого улучшалось. Ненадолго это помогало, так уже было не раз, и соседка со злостью начала:

– А фильм-то он скорее всего про тебя снял. Это же с тобой он там якобы говорил по телефону, когда по лестнице поднимался? – Ирина молча кивнула в ответ. – Интересно, неужели все, как было, покажет? Неужто смелости хватит? – продолжала подруга, но, видя, что настроение подруги совсем не меняется, спросила: – Может, тебе попробовать познакомиться с кем-нибудь? Может, так сможешь его забыть?

– Думаешь, поможет? – неуверенно произнесла Ирина. – Я уже познакомилась с одним по Интернету.

– И что? – встрепенулась соседка, для нее это было новостью, видимо, знакомство состоялось совсем недавно.

– Ничего. Я его только на фотографии видела, он в Истамбуле живет.

– Где, где? – переспросила подруга, не блещущая познаниями географии.

– В Турции. Мы по Интернету общаемся, – настроение Ирины не менялось, и говорила она неохотно.

– А поближе никого не нашлось там, в Интернете? И как же вы будете встречаться?

– С чего ты взяла, что я буду с ним встречаться? Просто общаемся, – ответила Ирина и, помедлив, добавила: – Правда, он уже в гости приглашает.

– Ну так съезди, – обрадовалась подруга, – развеешься, страну посмотришь. Ты же там не была ни разу. Отвлечешься… а он турок?

Ирина кивнула головой, и соседка с удовольствием отметила, что она задумалась над ее словами.

– У тебя фотка есть? Красивый? Покажи… – радостно затараторила подруга, и Ирина, подняв, наконец, голову, вздохнула и, пройдя в соседнюю комнату, включила компьютер. Выражение ее лица было еще отрешенным, когда она медленно и грустно произнесла:

– Эх, если бы Виталя уехал куда-нибудь далекодалеко, чтобы я знала, что больше никогда его не увижу…

* * *

Толстый остановил машину, как только за поворотом показался «Ленд Крузер» Бандеры. Вокруг никого не было видно, и стояла такая зловещая тишина, что все трое переглянулись, и Рустам потянулся к лежавшему в багажнике зачехленному карабину «Сайга». Толстый со Стариком подождали, пока он приведет оружие в боевую готовность, и только тогда все втроем вышли из «Челленджера» и осторожно пошли вперед, осматриваясь по сторонам. Подойдя к «Крузеру», Старик заглянул в него через лобовое стекло, так как остальные стекла были наглухо затонированы. Внутри никого не было видно, дернув ручки парни убедились, что автомобиль закрыт, но без сигнализации. Толстый показал на спущенное колесо. С растерянным видом все трое стояли возле машины и озирались по сторонам. И тут Рустам заметил на дороге, в нескольких метрах от машины, стреляную гильзу и подбежал туда. Друзья последовали за ним и, увидев рядом с ней еще одну, напряглись еще больше. Рустам взял карабин наизготовку и водил его стволом по сторонам, внимательно вслушиваясь в шорохи леса. Толстый подошел к джипу и осмотрел его переднюю часть. Убедившись, что кроме пробитого колеса никаких лишних дырок нет, он вернулся к друзьям, где Старик в траве обнаружил еще три гильзы. Предчувствия у парней были самые скверные, все гильзы были от пистолета ТТ, которого, как они знали, у их друга не было. Выходит, что стреляли в него.

Пройдя чуть вперед по траве, где лежали еще гильзы, Старик увидел впереди еще одну и указал на нее друзьям. Рустам повернул ствол «Сайги» в том направлении, куда вели стреляные гильзы, и сосредоточил все свое внимание на этой стороне леса. Старик зашел в лес, внимательно глядя себе под ноги, и одну за другой, на расстоянии в метр, подобрал еще четыре гильзы. Выходило, что стреляли с двух стволов, и он показал это на пальцах следовавшему за ним Толстому. Крови нигде не было видно, что навевало еще большую загадочность на произошедшие здесь события. Тут зашедший в лес Рустам увидел в близлежащем густом кустарнике узкий, в ширину человеческих плеч, проход. Кусты в нем были сильно примяты, и создавалось ощущение, что туда один за другим пронесся на полном ходу взвод солдат.

Рустам показал парням на этот проход, и все, осторожно ступая, двинулись туда.

Сидя в машине возле здания, где находился офис частного детективного агентства, Олег Пивоваров нервно поглядывал на часы и барабанил пальцами по рулю. Он ждал, когда приедет с обеда частный детектив Григорий Правдин, с которым он познакомился еще тогда, когда нанимал его для слежки за своей женой. Правдин когда-то работал в милиции, более того руководил УБОПом и имел личную неприязнь к Банину. Поэтому Олег надеялся, что сыщик подскажет ему, как можно упрятать ненавистного уголовника за решетку и тем самым избавиться от него. Возможно, что у Правдина даже есть что-нибудь на Бандеру, и Олег был готов купить у него эту информацию.

Ирина продолжала любить Банина, Олег чувствовал это. И хотя с их последней встречи прошло уже почти два года, она с тоской глядела в его сторону, когда он попадался ей где-то в городе. Олег видел все, и с самого начала это его невероятно раздражало. Как-то, поднимаясь, домой по лестнице, он оступился и, упав, сломал ногу. Даже в этой своей неудаче он обвинил самого ненавистного ему человека и сразу выругался в его адрес. С трудом добравшись до квартиры, он, превозмогая боль, не спешил звонить в «скорую» и лихорадочно думал, как использовать эту ситуацию против Банина. Сначала пришла мысль сказать, что это он его избил и сломал ногу, но потом вспомнил, что в милиции наверняка помнят об их «отношениях» и подумают, что Олег решил отыграться. А потом вдруг подумал, что если сказать, что это было ограбление и сделал это не сам Банин, а его люди по его наводке, то менты начнут прессовать его отморозков по полной программе, и те могут рассказать что-то интересное про Бандеру. По телевизору Олег иногда видел в документальных фильмах о криминале как бандиты, попавшие за что-то одно, начинают в милиции рассказывать то, о чем их даже не спрашивали, сдавая своих подельников и рассказывая про их «подвиги».

«Если это сработает, то ублюдка надолго закроют – дел за ним хватает», – подумал тогда Олег и вызвал по телефону единственного своего верного друга, верность которого была гарантирована его зависимостью от Олега по работе.

Приехавший по звонку человек очень удивился странной просьбе Пивоварова – связать его, но вопросов задавать не стал. Надо, значит, надо. Может, он просто жену хочет разыграть, ему-то что? Его дело молчать. А вот приехавшие потом, по вызову, после прихода Ирины менты, услышав объяснения «потерпевшего» и фамилию Банина, сразу вызвали УБОП.

Как тогда Олег жалел, после всего, что побоялся попросить своего друга вывезти из дома хотя бы аппаратуру и ценности. Но и риск был, соседи могли это увидеть и узнать его заместителя, иногда приезжавшего к нему. Атак, на вопрос милиции «что пропало из дома» Ирина, осмотрев квартиру, не смогла назвать ничего. А Олег, вспомнив, что расплатился с одним из рабочих, делавших ремонт в их квартире, своей старой дубленкой, назвал ее похищенной. В милиции и в УБОПе тогда по этому делу сильно потешались: грабители ворвались в квартиру, связали и избили хозяина, даже сломав ему ногу, и похитили старую дубленку.

Узнав, что его план провалился, и менты, видимо, раскусившие его игру, даже не арестовали ни Банина, ни его дружков, Олег стал писать в милицию заявления о преследовании и даже убедил в этом свою жену, сказав, что это нужно для безопасности их семьи и ребенка. Но и эти заявления тогда не помогли. В управлении давно знали о соперниках и принимали его заявления лишь для виду. К тому же Банин тогда уже начал снимать свой фильм и заявил ментам, что с криминалом покончил.

Отчаявшись, Олег старался больше не думать об этом и не обращать внимания на поведение жены. Но вот сегодня на местном канале начали транслировать фильм, снятый Баниным и его подельниками, и, зайдя в комнату, он застал жену перед телевизором. Она смотрела на экран, показывавший лицо самого ненавистного ему человека, и даже не замечала присутствия мужа. Олег почувствовал, что какие-то чувства просыпаются в ней с новой силой, и подумал, что уже точно нужно что-то делать. Дождавшись окончания первой серии и увидев, что она осталась перед телевизором, так и не посмотрев в его сторону, он утвердился в своем решении, и уехал советоваться к сыщику.

Пока он размышлял, Правдин уже приехал и поднимался в свой офис, жестом пригласив Олега следовать за ним.

Выслушав своего клиента в кабинете, старый сыщик лишь спросил:

– Значит, в милиции никаких мер не принимали?

– Да они чуть ли не в лицо мне улыбались. Заявления-то принимали, это их работа, но делать ничего не делали.

Правдин ненадолго задумался. Потом, открыв какой-то журнал и посмотрев какие-то цифры, произнес:

– Есть одна контора, которая будет рассматривать каждое твое заявление и принимать решительные меры.

– Какая?! – радостно встрепенулся Олег.

Сыщик встал и заходил по комнате.

– У Банина есть условный срок, и испытательный срок по нему еще не кончился. Если ты сейчас будешь туда писать заявления о ваших конфликтах или стычках, то после трех-четырех заявлений суд заменит условный срок на реальный. Но нужно торопиться, через месяц его испытательный срок уже закончится.

– Где эта контора? – подскочил Олег, глаза его блестели.

– Это в том же здании, где УБОП, только у них другой вход. Там вывеска есть «Уголовно-исполнительная инспекция».

Последние слова сыщика застали клиента уже на пороге кабинета. Он вылетел, даже не спросив, должен ли он что-нибудь за совет и консультацию.

* * *

Жена Бандеры, Ирина, не находя себе места, ходила из угла в угол по комнате в квартире Толстого, окна которого выходили прямо на стоянку. Прошло уже десять часов, как ребята уехали на полигон узнать, что случилось с ее мужем.

Марина, жена Толстого, подруга Скорохода, Ольга, и еще несколько девушек остались тоже с Ириной, чтобы поддержать ее в случае случившейся беды. Все они сидели в комнате и почти не разговаривали, делая вид, что смотрят телевизор. Никто ничего не ел за это время, хотя в квартиру занесли не только бак с настоявшимися шашлыками, но и остальные салаты, и приготовленные с собой закуски.

Время от времени Марина предлагала всем чай, но Ирина и его не пила, постоянно вскакивая на каждый телефонный звонок. И после того, как выяснилось, что звонили не по больному вопросу, начинала ходить по комнате, то и дело, выглядывая в окно на стоянку.

Еще тогда, когда Виталий вернулся в семью после своего ухода, она простила его, хотя догадывалась, где он был и что делал. Догадывалась она и о том, про что он снимал свой фильм. А сегодня, после просмотра, поняла, что была права в своих догадках. Но тем не менее за прошедшие уже почти два года они ни разу не поругались, и муж относился к ней с таким уважением и вниманием, что она готова была простить ему все. К тому же она знала, его роман давно закончился.

Начинало темнеть. Машины заезжали на стоянку уже с включенными фарами, и теперь было трудно увидеть, какая машина приехала. Все молчали, боясь даже предположить что-либо.

Марина, давно и хорошо знавшая Бандеру, уже не думала увидеть его живым, но сказать об этом не решалась. Даже, когда раньше его задерживала милиция, он сообщал об этом. Бывало, что ее Толстый когда-то пропадал вместе с ним. Но если Марина на вторые сутки звонила Ирине, та спокойно сообщала ей, что все в порядке, он жив и здоров, сидит вместе с Виталей в КПЗ. Надолго там, правда, не задерживались. Но теперь-то и криминалом уже не занимаются, неужели враги могут быть? Марина набрала номер мужа, телефон был недоступен уже давно, значит, они еще там. «Что же могло случиться?» – думала она, переживая уже и за своего.

На стоянку заехали две машины, их свет фар в темноте ярко резанул по окнам. Ирина подбежала к окну. Ольга и Марина тоже уже не выдержали и подошли. Одна из машин светила фарами в их сторону, и они никак не могли разглядеть, какие это машины. В это время раздался звонок входной двери.

– Это еще кто? – удивилась Марина и пошла открывать.

Ирина продолжала напряженно вглядываться в слепящие фары, пытаясь определить какой машине они принадлежат. Сердце билось, так она ужа давно не переживала. Вот автомобиль стал разворачиваться, и теперь можно было ясно рассмотреть его очертания, это был RAV.

– Не они, – обреченно выдохнула Ирина, оставшись стоять у окна и смотреть на стоянку, будто надеясь на чудо.

Ольга повернулась, собираясь сесть обратно на диван, и наткнулась на стоящего позади нее Бандеру.

– Ну и кого вы там высматриваете? – спокойно произнес он.

Ирина повернулась так резко, что вздрогнул всегда спокойный и невозмутимый Виталий.

– Что, любовники ваши должны подъехать, пока нас нет? – продолжал шутить Бандера, улыбнувшись.

Жена, стоявшая с широко открытыми глазами и не в силах произнести ни слова из-за перехватившего дыхания, вдруг кинулась на него с кулаками. Виталий, смеясь и отступая, ловко перехватил ее руки и прижал жену к себе.

* * *

Проснувшись утром и открыв глаза, Бандера сразу почувствовал доносящийся с кухни запах жареных блинов и, улыбнувшись не раздумывая, крикнул:

– Я есть хочу!

– Вставай, иди завтракать, – донесся с кухни голос Ирины.

Надеявшийся, что завтрак будет в постель, Виталий начал притворно, но громко и настойчиво канючить.

– Ирочка, ну не издевайся надо мной. Я чуть не погиб вчера смертью храбрых, ноги до сих пор ватные.

– Чуть не считается, – зашла в комнату супруга и протянула ему спортивный костюм, – давай, вставай, иди на кухню завтракать, Артур приехал.

Бандера сразу сел на кровати и начал тереть глаза. «Если адвокат приехал сам, да еще в такую рань, значит, проблемы. Неужели взяли кого?» – думал он и, не умываясь, сразу пошел на кухню.

Артур Вениаминович сидел за столом и пил чай с блинами и медом. Вид у него был веселый, видно, Ирина рассказала ему о его злоключениях в юморной форме. Да и сам Виталий относился ко всему происшедшему уже с иронией, хотя там, в лесу, было не до смеха. Хорошее настроение адвоката говорило еще и о том, что если что и случилось, то не очень страшное и наверняка поправимое. Улыбнувшись и поздоровавшись с ним за руку, Виталий сел за стол, где уже стояла налитая для него чашка чая и, отхлебнув, стал сворачивать блин.

– А руки даже не дрожат, – весело пошутил Артур Вениаминович, наблюдая за его руками. – Как тебе тигр их не оттяпал?

– Ты бы там был, вообще бы обосрался, – отшутился Виталий и уже серьезным тоном перевел разговор на тему приезда: – Ты чего так рано?

Назад к карточке книги "Бывший"

itexts.net

Книги автора: Дёмочка Виталий | Книги онлайн читаем у нас – библиотека Fictionbook

Дёмочка Виталий

Показаны все 5 книг
01. Бывший Читать →

Жанр: Боевик Криминальным романом эту книгу назвать сложно. В ней нет ни одного убийства или какого-нибудь преступления, а придумывать то, чего не было, автор не захотел – может это не так увлекательно, но такова настоящая жизнь. Убийств и прочих преступлений предостаточно, когда Виталий Дёмочка рассказывает о девяностых. Но его творчество не для всех. Кому осточертели фантастические бульварные романы о…

 

 

02. Газовый кризис Читать →

Жанр: Юмористическая проза В начале 2009 года двое закадычных друзей: офис-менеджер солидной фирмы Петя, отправленный своим руководством  в неоплачиваемый отпуск и горе-предприниматель Толик, решают вложить свои пожираемые с каждым днём инфляцией рубли в какое-нибудь стоящее дело, чтобы приумножить свои накопления или на худой конец их попросту сохранить. Невзначай узнав, что газы, которые временами выбрасывает человеческий организм, горят, а пукнув десять раз в этакий газосборник,…

 

 

03. Газовый кризис-2. Новое дело Читать →

Жанр: Юмористическая проза Прошло две недели с того момента, как Петя чуть не выпрыгнул в окно с  восьмого этажа амбулатории вслед за отправленным «полетать» телевизором, курс доллара заметно вырос. Валюта прибавляла в цене каждый день… Фиаско с газовым проектом, безусловно, сильно ударило по двум друзьям, вложившим в него все свои сбережения. Но, вернув в срок банковский кредит со всеми начисленными…

 

 

04. Спец Читать →

Жанр: Боевик Виталий Дёмочка больше известен в криминальном мире под кличкой Бендера или Бондарь. Он – бывший организатор преступной группировки в Приморском крае, за плечами которого четыре судимости, в том числе за грабёж и убийство. В 2004 году им был отснят кинофильм о криминальной жизни на востоке России. По мотивам киноленты и был написан этот роман. Все участвующие персонажи и происшедшие события –…

 

 

05. Строгий режим Читать →

Жанр: Детектив История, о которой пойдёт речь в этой книге, на самом деле произошла в середине девяностых по ту сторону решётки, где даже закоренелые преступники, в одночасье оставшись без женщин, спиртного, табака и наркотиков начинают горевать и вспоминать те чувства, на которые даже они не знали что способны. /p> И так как за решёткой выбирать не приходится, многие начинают проявлять симпатию…

 

 

fictionbook.in

Строгий режим - Виталий Дёмочка

  • Просмотров: 3823

    Землянки - лучшие невесты! (СИ)

    Мария Боталова

    Вы знали, что девушки с Земли — лучшие невесты во всех объединенных мирах? Никто не знал, и оттого…

  • Просмотров: 2901

    Самый хищный милый друг (СИ)

    Маргарита Воронцова

    Болезненные отношения, тяжелый развод… Теперь Кате не нужны мужчины, она их избегает. Но мужчины…

  • Просмотров: 2703

    Аукцион (СИ)

    Ольга Коробкова

    Кира работает в благотворительном фонде и содержит сестру. Им приходится очень сложно. И тут…

  • Просмотров: 2643

    Операция О.Т.Б.О.Р (СИ)

    Альмира Рай

    У меня никогда не было выбора. Я не могла решать свою судьбу, когда погибли родители. Не могла…

  • Просмотров: 2561

    Чудовища не ошибаются (СИ)

    Эви Эрос

    Трудно жить и работать, когда твой сексуальный босс — чудовище с девизом «Я не прощаю ошибок». А уж…

  • Просмотров: 2509

    Лилия для герцога (СИ)

    Светлана Казакова

    Воспитанницы обители нередко выходят замуж за незнакомцев, не имеющих возможности посвататься к…

  • Просмотров: 2254

    Научи меня любить (СИ)

    Кира Стрельникова

    Лилия - хрупкий, нежный цветок с тонким ароматом. Лиля - хрупкая, нежная девушка с мечтой в любовь…

  • Просмотров: 2014

    Покорность не для меня (СИ)

    Виктория Свободина

    Там, где я теперь вынужденно живу, ужасно плохо обстоят дела с правами женщин. Жен себе здесь…

  • Просмотров: 1760

    Э(ро)тические нормы (СИ)

    Сандра Бушар

    Ее муж изменяет. Прямо на глазах, даже не пытаясь этого скрыть… На что способна жена,…

  • Просмотров: 1716

    Алеррия. Обмен судьбы. Часть 1 (СИ)

    Юлия Рим

    Дочиталась фэнтези! Думала сказки, такого не бывает. И ни куда я не падала, и никто меня не сбивал!…

  • Просмотров: 1632

    Замуж на три дня (СИ)

    Екатерина Флат

    Раз в четыре года в королевской резиденции собираются холостые лорды и незамужние леди. За месяц…

  • Просмотров: 1575

    АН-2 (СИ)

    Мария Боталова

    Невесты для шиагов — лишь собственность без права голоса. Шиаги для невест — те, кому нельзя не…

  • Просмотров: 1473

    Тиран моей мечты (СИ)

    Эви Эрос

    Я никогда не мечтала о начальнике-тиране. Что же я, сама себе враг? Но жизнь вносит свои коррективы…

  • Просмотров: 1462

    И небо в подарок (СИ)

    Оксана Гринберга

    Меня ничего не держало в собственном мире, да и в новом - лишь обещание данное отцу, Королевский…

  • Просмотров: 1401

    Наследница проклятого мира (СИ)

    Виктория Свободина

    Отправляясь в увлекательную экспедицию вместе со своим любимым парнем, я никак не ожидала, что она…

  • Просмотров: 1240

    Игра на двоих (ЛП)

    Селини Эванс

    В автомобильной катастрофе близнецы Дэй теряют своих родителей, едва оставшись в живых сами. По…

  • Просмотров: 1138

    Тайны мглы (СИ)

    Виктория Свободина

    Я родилась человеком. Только прожила совсем недолго. Мне было двадцать лет, когда в мой…

  • Просмотров: 1039

    За твоей спиной (СИ)

    Ксения Болотина

    Она не проживет без него и дня. Без его поддержки, без улыбки, без защиты. Ей не понаслышке знакомо…

  • Просмотров: 1001

    Строптивица для лэрда (СИ)

    Франциска Вудворт

    До чего же я люблю сказки… Злодей наказан, главные герои влюблены и женятся. Эх! В реальности же…

  • Просмотров: 979

    Домовая в опале, или Рецепт счастливого брака (СИ)

    Анна Ковальди

    Он может выбрать любую. Магиня-огневка, сильнейшая ведьма, да хоть демоница со стажем! Но…

  • Просмотров: 934

    Пока не нагрянет любовь

    Ирина Ирсс

    Один нежеланный поцелуй может перевернуть весь твой мир с ног на голову, особенно если узнается,…

  • Просмотров: 904

    Соседи через стенку (СИ)

    Елена Рейн

    Сборник романтических историй серии книг "Только моя": 1. "СОСЕДИ ЧЕРЕЗ СТЕНКУ" Наше первое…

  • Просмотров: 819

    Тьма твоих глаз (СИ)

    Альмира Рай

    Где-то далеко-далеко, скорее всего, даже не в этой Вселенной, грустил… король драконов. А где-то…

  • Просмотров: 799

    Моя (чужая) невеста (СИ)

    Светлана Казакова

    Участь младшей дочери опального рода — до замужества жить вдали от семьи в холодном Приграничье под…

  • Просмотров: 770

    Игрушка олигарха (СИ)

    Альмира Рай

    Он давний друг семьи. Мужчина, чей взгляд я не могу выдержать и десяти секунд. Я кожей ощущаю…

  • Просмотров: 767

    Шериф (ЛП)

    Алекса Райли

    Размножение #2.5  Бонусная история из книги «Механик» о шерифе Лоу и его Джозефин.Как всегда…

  • Просмотров: 600

    Молчаливый ангел (СИ)

    Ася Сергеева

    Диана богатая наследница и счастливая невеста. Так думают ее «любящие» родители, когда решают…

  • Просмотров: 590

    Ш - 2 (СИ)

    Екатерина Азарова

    Я думала, что если избавлюсь от Алекса, моя жизнь кардинально изменится. Примерно так все и…

  • itexts.net

    Читать онлайн книгу Строгий режим

    сообщить о нарушении

    Текущая страница: 1 (всего у книги 22 страниц)

    Назад к карточке книги

    Виталий ДёмочкаСтрогий режим

    – Они же все на строгом режиме уже сидели, как они к нам на зону попали?

    – Ну мало ли… Отсрочку может заменили… Ну так чё, будем им качать?

    – Не, я пас. Ты же знаешь этих строгачей, перевернут все так, что мы еще и крайними останемся.

    В. Дёмочка «Первая ходка»

    Строгий режим

    «Встать. Суд идёт», – опять прозвучала команда в её ушах, и она открыла глаза. «Нет, это всё-таки не сон», – с сожалением констатировала Ольга, глядя на возвращающихся из совещательной комнаты судей и народных, как ей сказали, заседателей.

    «Встань, встань, Оля», – послышался сбоку шёпот любимого Юрки, вместе с которым её судили сегодня. Она повернулась к нему и увидела мать, которая была в зале и подавала ей сигнал рукой, чтобы она поднялась. Она глубоко вздохнула и встала с этой скамьи, которую называли скамьёй подсудимых. За один только день, проведённый в этом здании городского суда, она узнала так много всяких разных слов, которых раньше никогда не слышала и значения которых без адвоката не поняла бы. Оказывается, её жених Юрка, которого на следствии называли соучастником, теперь стал подельником. По крайней мере, так говорил адвокат, объясняя ей, как вести себя и что говорить на суде.

    У Юрки был свой адвокат, который тоже что-то долго объяснял ему перед началом процесса. Его родители не пожалели денег и наняли для своёго единственного сына самого лучшего в этом городе адвоката. Но все связи родителей и адвокатов уже вряд ли помогут несостоявшимся молодожёнам в сфабрикованном против них деле, это они оба поняли ещё в ходе судебного процесса. Видимо, кому-то из сильных мира сего нужно было, чтобы они сидели в тюрьме. Следствие нарочно вводило их в заблуждение, давая понять что ничего серьёзного нет, поскольку они оба находились под подпиской и могли грамотно обеспечить себе защиту. Расслабленное поведение следователей сделало своё дело. Молодые, думая, что всё выяснится и их оправдают, как им и обещали, вели себя беспечно и даже подали заявление в ЗАГС, надеясь после суда сыграть свадьбу. Но когда на суде всё посыпалось на них и свидетели, которых ни она, ни Юрка, ни разу в жизни не видели, стали в один голос говорить на них, адвокаты сразу сникли. А появившиеся во время перерыва перед приговором милиционеры могли означать только одно: кого-то будут уводить.

    Увидев конвой, адвокат Ольги сразу подошёл к её родителям, в глазах которых стояли слёзы после посыпавшихся на их дочь обвинений. Он попытался немного ободрить их, но сам уже понимал, что кому-то нужно было всё свалить на его подзащитную и вряд ли здесь дадут хотя бы условно, не говоря уже об оправдании.

    Юркины родители держались. Может они надеясь на всесильность своих денег, может адвокат заверил их в успехе, но слёз в их глазах не было видно, хотя и они тоже выглядели беспокойно. Отец Юрия был коммерсантом и, как водится в этой среде, выкаблучивался перед конкурентами и даже друзьями по бизнесу, что хоть сына и просто подставили и на суде наверняка оправдают, он всё равно нанял самого лучшего и дорогого адвоката. Его друзья, которые тоже выпендривались друг перед другом у кого круче машина, дом или что-то ещё, восприняли это как должное. Они ведь тоже, живя в Приморье и имея под боком прекрасные японские машины, уже начинали заказывать себе издалека, не имея рядом западного сервиса, «немцев» или «американцев», чтобы хоть чем-то отличаться от других, хотя бы на уровне небольшого города. Поэтому для себя все друзья Юркиного отца решили, что если, не дай бог, попадут в беду, то адвокатов будут нанимать уже круче, из Москвы или ещё откуда.

    Судья начал зачитывать приговор. Ольга стояла, боясь даже пошевелиться, чтобы вытереть слёзы. Она всё ещё не могла поверить в происходящее и теперь уже со страхом вспоминала тот злополучный день, когда они пошли с Юрой в ресторан.

    Собственно, по ресторанам они ходили часто. Имея таких родителей и уже начиная потихоньку втягиваться в бизнес отца, Юрка ездил на дорогой машине и частенько водил Ольгу по ресторанам. А в тот раз они были на дне рождения их общего друга, через которого когда-то и познакомились. Всё было как обычно, веселились до поздней ночи. Но когда уже разъезжались по домам и они с Юркой садились в машину, их скрутили неожиданно откуда-то взявшиеся сотрудники милиции и увезли в отдел. Друзья их тоже тогда ничего не поняли и провожали их недоумёнными взглядами. Кое-кто, будучи изрядно навеселе, пытался даже заступиться и отбить их у ментов, но всё произошло очень быстро.

    В отделе их стали допрашивать, куда они ездили этой ночью и что делали. Ольга удивлённо смотрела на дежурного следователя и отвечала, что они с вечера сидят в ресторане и никуда не отлучались. Лишь только на вопрос, как они собирались ехать домой, если водитель был в нетрезвом состоянии, она промолчала. Юрий, как и его отец, уже верил в силу денег и не боялся быть пойманным.

    Но когда при них стали осматривать машину и обнаружили спереди повреждения, она немало удивилась.

    В ресторан они приехали на целом авто, а сейчас хорошо было видно, что на машине не просто ездили, а ещё и врезались куда-то. И, судя по незначительным повреждениям, скорее всего это сбили человека. Атак как менты вели себя очень грубо и дерзко, сбили насмерть. Но кто? Юрка просидел весь вечер с ней и никуда сам не отлучался. Разве что вдвоём они уединялись на какое-то время в туалете. Но сам-то он без неё никуда точно не ездил, и ключи от машины лежали у него в кармане. Когда вышли из ресторана, он же открывал машину сам.

    Она ничего не понимала, и Юрка сам выглядел озабоченным. К тому же его ещё и помяли немного, когда брали и везли в отдел. Но когда утром дежурный следователь передал дело другому, тот успокоил их обоих и сказал, что во всём разберутся. Он взял с них подписку о невыезде и обязательство являться по вызовам, потом спокойно попрощался и отпустил домой.

    Долго они тогда вдвоём голову ломали, протрезвев, кто мог ездить на их машине. Пришли только к такому заключёнию, что это кто-то у ресторана споткнулся и очень сильно упал на их машину. Другого ничего не получалось. Не мог же кто-то из друзей втихаря вытащить ключи у Юры из кармана и поехать прокатиться по городу?! Все были из приличных, и даже более чем, семей.

    А когда на следствии им сказали, что органы обязаны довести это дело до суда, где их обязательно оправдают, они успокоились совсем.

    И вот теперь выходило, что они отъехали от ресторана ночью и на улице Ленина, недалеко от здания ГОВД, сбили человека. И не просто сбили, а тяжело раненого добили ударом уже разбитой головой об асфальт, и добивала его именно она, как следовало из показания свидетелей. Раньше, когда на следствии проводились эти опознания, следователь говорил ей и Юрке, что это наверняка ошибка и суд во всём разберётся. А сейчас выходило, что они оба были изобличены и только усугубляли своё положение, отрицая свою вину на следствии и суде.

    Судья сейчас как раз читал тот момент, где они якобы выбежали из машины к только что сбитому ими пешеходу, который к тому же оказался сыном крупного городского чиновника. Подтащив окровавленное тело с разбитой головой к машине, они вдруг не стали его сажать в салон, а просто взяли и добили пришедшего в сознание пешехода. И добивала его, как оказалось, именно она. А потом они бросили безжизненное тело и скрылись с места преступления.

    У Ольги закружилась голова. Как такое может быть?! Ведь не может же быть, чтоб вот так вот свалили всё на невиновного человека и осудили?! С детства была воспитана на правде, и у неё в голове не укладывалось, как может быть такая несправедливость?

    Обе матери, теперь уже и Юркина, плакали. Со слезами смотрели на неё подруги Вика и Катя, которых до этого вызвали только как свидетелей показать, что они с Юрием отлучались, как и все, из-за стола, чтобы побыть друг с другом наедине. Теперь они зашли на приговор как зрители и стояли, плача, с её родителями. Она смотрела на них непонимающим и, кажется, даже невидящим взглядом.

    – …суд постановил: признать виновным… – донеслось до неё сквозь бурю разных мыслей и теперь уже всё смешалось у неё в голове. Беспристрастные лица судьи и остальных служителей закона резко контрастировали с плачущими лицами друзей и родственников. Двое вполне благополучных людей становились на их глазах опасными преступниками, пытавшимися уйти своими отказами от ответственности. Самое ужасное было то, что после показаний всех свидетелей и приводимых доказательств каждый из родителей и друзей в глубине души понимал, что ведь они действительно могли выехать из ресторана, прокатиться и случайно сбить человека. Вот только про удар раненого человека головой об асфальт совсем не верилось, даже если такое могло произойти со страха. И только сама Ольга и Юра знали, что они вообще никуда не ездили. И как могла их машина, с их номерами, там оказаться и сбить человека, и кто это там добивал пешехода, было для них теперь вопросом жизни.

    Не дослушав приговор до конца, Юрий опустился на скамью. Пять лет… За что? Он обхватил голову руками и только стоящий рядом конвойный, тронув его за руку, показал подняться. Когда Ольге объявили тоже пять лет она не слышала, но по плачущей уже навзрыд матери поняла: её посадили.

    – …Приговор может быть обжалован… – заканчивал свою речь судья и теперь уже у Ольги подкосились ноги, и она почти рухнула на эту скамью. Но тут же её подняли конвоиры и, надев обоим наручники, быстро вывели из зала мимо тянущих к ним руки плачущих матерей и кричащих друзей.

    Ольга шла молча. Если не считать залитого слезами лица, она была как зомби. Ничего не понимая и ничего не слыша вокруг, она смотрела только на любимого Юрку, которого вели впереди. Она всё ещё не до конца осознавала, что мечты о счастливой семейной жизни с ним так и останутся мечтами. Находящиеся в коридоре люди, у которых тоже судили в других залах друзей и родственников, провожали заплаканную девушку сочувствующим взглядом. Многие из них видели, что на суд её с тюрьмы не привозили. Как и её подельник, она пришла из дому.

    Конвоиры провели их через какую-то дверь и находящийся там милиционер услужливо распахнул перед ней решетчатую дверь клетки.

    – Добро пожаловать, – весело проговорил он, предлагая ей жестом пройти. Потом он закрыл за ней дверь и подмигнул своему напарнику. – Сегодня точно международный женский день, одни тёлки.

    – Да-а, – весело протянул тот, провожая Ольгу похотливым взглядом. – Хорошо, что Альбины Игоревны нет, сами будем обыскивать.

    – Ха-ха, – хохотнул первый конвоир и открыл дверь соседней клетки для Юрия.

    Только сейчас, оказавшись за решёткой, Ольга начала осознавать действительность. Она не слышала ни издевательского тона конвойных, ни их слов. Но находящиеся вместе с ней женщины шёпотом успокаивали её.

    – Не бойся, они тебя не будут шмонать и лапать.

    Ольга непонимающе посмотрела на них и уставилась на Юрку. Мужчин вместе с ним в клетке было только двое, тогда как с ней сидело, а вернее, стояло шесть или семь женщин разного возраста. Она ещё не обращала внимания на такое необычное соотношение мужчин и женщин за решёткой, хотя сознание уже возвращалось к ней. Она смотрела в глаза своёго любимого, который что-то тараторил про то, что они подадут жалобу и тогда всё разрешится. Он и сам был ещё в шоке, но успокаивал в этот момент скорее не себя, а Ольгу, которую очень любил.

    – Всё будет хорошо, Оля. Отец мне крикнул, что подаст тоже жалобу, и нам с тобой надо написать. Всё будет хорошо, там во всём разберутся.

    Ольга смотрела на него, с трудом разбирая его слова, и перед её глазами вдруг встала картинка из прошлой, теперь уже, жизни. Когда-то она смотрела на зверей в зоопарке, они там находились в точно таких же клетках, в какой она видит сейчас своёго любимого и в какой она находится, значит, и сама. В голове сразу стало мутно и ноги у неё подкосились.

    * * *

    Очнулась Ольга, когда уже подъехал воронок. Она лежала на полу на подстеленной одной из заключённых женщин куртке. Из Юркиной клетки уже выводили последнего мужчину, и милиционер подошёл к двери, чтобы выводить женщин.

    – Вставай давай! Хули развалилась тут?! – пнула её ногой одна из заключённых.

    – Ну не трогай её, пожалуйста, – как-то неуверенно заступилась та, что постелила ей свою куртку. – Видишь, у неё обморок.

    Ольга уже всё слышала и понимала. Слышала она и то, что помогающая ей женщина боится ту, которая её пнула. И понимала она, что попала в ту самую страшную сказку, которой пугают подростков, в которой есть настоящие волки и волчицы, которые могут тебя съесть. Ей стало очень страшно.

    – Да глаза вон у неё открыты, чё ты чешешь!? – опять рявкнула строгая заключённая, протискивая к выходу свой мешок. – Ну-ка, подскочила быстро! Хахаля твоего теперь нет, на руках носить никто не будет.

    В этот момент конвойный открыл дверь их клетки и скомандовал:

    – Давай выходи по одной.

    Женщины стали осторожно переступать через ноги Ольги, которые лежали поперёк выхода. Она стала подниматься.

    – Давай, давай, выскакивай. Я последняя выхожу, – скомандовала в свою очередь из клетки её обидчица.

    – Что-то пока пацан её тут был, ты не трогала её, Коса, – с иронией сказал ей конвойный, который уже знал не первый раз ездившую на суд арестантку.

    – Да чё мне её хахаль? – воспалилась та. – Он ей здесь уже не поможет. Ну-ка, иди, – пхнула она к двери Ольгу и встала у выхода со своим мешком.

    Конвоир выпустил Ольгу и показал рукой, куда идти. Несмотря на свою похотливость, он не стал хлопать её по заднице рукой, как обычно это делал с молодыми заключёнными. Что-то человеческое шевельнулось в нём, и он понял состояние девушки, которую прямо со свободы забрали и посадили в клетку к прожжённым зечкам, к тем самым матёрым волчицам.

    * * *

    Юра уже сидел в автозаке в одной из двух, разделённых железной стенкой длинных клеток без света, и смотрел, как одна за другой проходят, согнувшись, женщины во вторую. Он сидел у самой двери, верх которой был решетчатый и всё видел, что происходит на улице.

    Когда Ольга потеряла сознание он не находил себе места и всё жалобно звал её, но так и не дозвался. И вот сейчас он с замиранием сердца ждал, что её вынесут на руках. Но когда Ольга, пошатываясь, вышла сама и забралась по лестнице в воронок, у него отлегло, и он даже обрадовался.

    – Оля! Олька, всё нормально будет! Держись! – подбадривал он её, прильнув лицом к решётке и жадно смотря на любимую.

    Следом за ней прошла с тяжёлым вещмешком грозного вида девушка лет тридцати, которая окинула его надменным взглядом, прежде чем войти в свою клетку.

    – Девятая! Всё! – послышался крик из здания, и зашла ещё одна хрупкая женщина с распущенными волосами.

    – Девятая! – повторил конвоир у дверей клеток и, захлопнув за ней дверь, уселся на лавку перед ними. Второй, захлопнув входную дверь, уселся рядом с ними, и машина тронулась с места.

    – Оля! Оля, ты как? – взволнованно спросил Юрий через решётку.

    Ольга молчала, ещё не придя в себя. За неё ответила сидящая у самой двери, чтобы строить глазки конвою, та самая заключённая по прозвищу Коса.

    – Всё, фраер. Просрал ты свою Олю, – с издёвкой произнесла она. – Теперь вон, симпатичные мальчики из конвоя её трахать будут вместо тебя. Правда, ребят?

    Конвоиры улыбнулись ей в ответ и посмотрели на Юрия. Коса не давала им скучать, когда они её сопровождали.

    Её голос хоть и звучал с иронией, но был таким грубым, что Юра даже не понял, что это была шутка. Он молящим взглядом уставился на ментов и, вцепившись в решётку пальцами, стал просить.

    – Не трогайте её, пожалуйста. Слышите? Это моя невеста.

    – Всё, забудь про свою невесту. Её помимо этих мальчиков ещё все дубаки на тюрьме перетрахают, как Зою Космодемьянскую.

    Конвой явно забавляла эта сцена, и они решили даже подыграть своей любимой «актрисе», которая внесла приятное разнообразие в их скудные трудовые будни. Один из них вставил ключ-ручку в дверь, за которой находилась Ольга, и спросил у напарника:

    – Ну чё, ты будешь?

    Тот сделал вид, что раздумывает. А Коса, обрадовавшись игривому настроению конвоя, уступила место у двери Ольге и стала пихать её к выходу.

    – Иди, иди, невеста. Сейчас женихи с тобой поиграют, как следует.

    От страха Ольга сжалась и заплакала.

    – Не-ет! Не надо! – заорал Юра, изо всех сил дергая решётку, и из глаз его полились слёзы отчаяния и бессилия.

    – Ха-ха-ха-ха, – захлёбывалась от радости Коса.

    В этот момент кто-то сзади тронул Юрия за плечо и сказал вполголоса:

    – Не бзди, парень. Они угарают просто.

    Юра обернулся на говорившего и тут же повернулся к ментам, надеясь увидеть шутливые улыбки на их лицах. Но те все же услышали, что ему кто-то подсказал, и решили доиграть до конца.

    – Да не, чё-то не хочу. Башка болит, – сказал тот, который якобы раздумывал над предложением напарника. – А ты чё не хочешь?

    – Так я же с Косой натрахался уже с утра. Ну смотри, как хочешь, – сказал второй конвоир и вытащил ручку обратно.

    Юрий недоверчиво посмотрел на мужчину, который подсказал ему о хохме. Он даже не знал, верить ему или нет. Здесь, в этом мире, о котором он слышал столько разных страшных историй, по его представлению всего можно было ожидать.

    Тем временем автозак подъехал к воротам тюрьмы и слышно было, как снаружи началось какое-то движение. Кто-то выскочил из кабины на улицу, захлопали какие-то двери. Коса по-прежнему кокетничала с ментами, сидящими на лавке напротив дверей клеток. Она уже оставила Ольгу в покое и переключила всё своё внимание на ментов.

    – Ну что, мои хорошие? Наверное не увидимся уже больше в ближайшей пятилетке, на зону уже вояки повезут.

    – Да, Косулюшка, – в тон ей с грустью сказал ближайший к ней молодой милиционер и сделал движение, как будто смахивает слезу. – Жаль расставаться с тобой, жаль.

    – Нам будет тебя не хватать, – подыгрывал второй конвоир и все втроём весело рассмеялись.

    – Но ничё, вот выйду, мы ещё встретимся. Правда? – наивно спросила Коса, полагая, что этой встрече парни будут рады.

    Внешние ворота тюрьмы открылись и воронок въехал внутрь. Вокруг машины слышно было много голосов и лай собак. Раньше Ольга и Юрий видели тюрьму только снаружи, изредка проезжая возле её мрачной стены. Теперь же им предстояло увидеть её изнутри и пройти через все её испытания. Лязгнул замок входной двери, кто-то открыл её снаружи, и один из ментов отпрыгнул на улицу. Второй встал у дверей клеток и вставил ручку в дверь, где были женщины.

    – Давай сразу в семёрку! – послышался командный голос откуда-то снаружи. – Открывай!

    Конвоир открыл дверь женской клетки и скомандовал:

    – Пошли! Первая!

    – Ну, вот и всё. Вот я и дома. Пока мальчики, – лепетала Коса, неся свой мешок впереди себя.

    – Давай, – хлопнул её по заду конвоир. – Вторая!

    Когда Ольга вышла, Юра опять крепко вцепился в решётку и бессильно застонал. Он видел её состояние, но сделать ничего не мог.

    – Оля, Олечка-а.

    Она оглянулась на выходе и взглянула на него мокрыми от слёз глазами. Видно было, что она не прощается с ним, а просто ещё не пришла в себя и мало что понимает. Спрыгнув на мокрый после утреннего дождя асфальт она прищурилась от уже вышедшего из-за облаков яркого весеннего солнца и растерянно озиралась вокруг.

    Вот она, тюрьма.

    Вокруг нависали грозного вида здания с железными, похожими на жалюзи, решётками на стенах. Реснички у этих железных занавесок были расположены таким образом, что заключённых за ними не было видно. Но арестанты находили в них щели и видели всё. Некоторые из них даже кричали от удовольствия при виде красивой девушки.

    – Иди к нам, красавица! – неслось с одной стороны.

    – Давай лучше к нам, мы тебя приласкаем! – кричали с другой.

    – А-а-а-а! – тоже кто-то выражал свои эмоции с третьей.

    – Вперёд, не задерживайся! – вывел её из оцепенения грозный окрик кого-то из стоящих вокруг людей в военной форме, и она направилась к указанной двери.

    Крики вокруг не прекращались. Не видящие месяцами и годами женщин заключённые тюрьмы радовались приятному зрелищу. Стоящие вокруг и тоже смотрящие на неё военные и лай собак ещё больше воздействовали на её и без того ужасное состояние.

    Все собирались в одну кучу в одном из зданий СИЗО. Когда ожидали уже последних женщин, офицер, который стоял рядом с ними, удивлённо произнёс:

    – Ну и ну. Восьмое марта уже месяц как прошло вроде. Женский день сегодня, что ли, в нашей бане?

    Но кроме неунывающей Косы на его шутку никто не ответил.

    – Давай к нам, командир, заодно и помоешься, – весело хохотнула она.

    Потом он повёл всех по узкому мрачному коридору в конец корпуса, где другой офицер уже распахнул для них массивную дверь. А когда они все зашли туда, эта тяжёлая, обитая с обеих сторон толстым железом дверь с грохотом захлопнулась и слышно было как лязгнул, запирая их, огромный засов.

    * * *

    Когда стали выводить мужчин, Юра вышел первым и прошёл в корпус. Он очень удивился, увидев, как помимо тех двух человек, которые сидели с ним в клетке в суде, к ним присоединилось ещё шесть заключённых. В темноте клетки воронка он даже и не видел, что внутри уже кто-то был. Почти все были со спортивными сумками или вещмешками, а у него в руках было пусто и ему казалось, что именно поэтому на него так косятся двое из тех заключённых, кого он в суде не видел. Вид у них был такой, что он сразу вспомнил все виденные им про тюрьму или зону фильмы.

    «Какие там были цивильные, белозубые бандиты, по сравнению с этими рожами», – думал он, совсем забыв, что в кино бандитов изображали актёры, а теперь он попал в настоящую, не киношную жизнь.

    Когда к ним присоединился последний арестант и все собрались в коридоре корпуса, один из офицеров повёл их в какую-то комнату, если её можно было так назвать.

    – А чё, всех на шмон что ли? Мы же с суда трое! – попробовал воспротивиться один из тех, кто сидел с Юрием в клетке суда.

    – Давай, давай, не базарь, расчехляйся, – оборвал его грубым голосом офицер и спросил у кого-то из подчинённых: – Где там Женя?

    – Ну п…здец, – выругался вполголоса тот, который не хотел идти на обыск, – щас придёт, дьявол. Этот может и в жопу палец засунуть.

    – Кто? – удивленно спросил Юрий, раздеваясь вместе со всеми.

    – Щас увидишь кто. Женя Шмон щас придёт.

    Одновременно с этими словами в помещёние зашёл невысокого роста светловолосый офицер лет пятидесяти. Когда-то, обыскивая подозрительного заключённого в нетрезвом состоянии, этот служака засунул тому арестанту палец в анальное отверстие, чтобы проверить, нет ли там торпеды с деньгами или ещё с чем-то запретным. Повторялось ли это неоднократно – неизвестно, не каждый же будет рассказывать, что ему в попу пальцем ткнули. Но того одного раза, когда это произошло на глазах у всего этапа, было достаточно, чтобы об этом офицере, ответственным за обыски заключённых и камер, слагали легенды.

    Этот Женя Шмон цепким взглядом оглядел всех и выборочно полапал своими руками одежду некоторых арестантов уже после того, как её осмотрел сержант.

    – Нагинайся. Булки раздвинь, – спокойно и привычно командовал он. – Одевайся.

    Заключённые по очереди подходили к нему голыми и, нагнувшись, раздвигали руками свои ягодицы. АЖеня, полуприсев, вглядывался в анус каждого с расстояния вытянутой руки. Палец он никому не засунул, но когда дошла очередь до Юрия и Шмон позади него немного задержал свой пристальный взгляд на его анусе, Юра весь сжался в ожидании того, что вот сейчас-то этот дьявол и пустит свой знаменитый палец в ход, а точнее, в проход.

    Но офицер не стал этого делать и Юра облегченно выдохнул, когда последовала команда одеваться. То ли от пережитого волнения, то ли ещё от чего, у него заурчало в животе и нестерпимо захотелось в туалет. Он сказал об этом тому заключённому, с которым уже хоть немного пообщался.

    – Терпи, чё делать, – ответил тот равнодушно, складывая свои развороченные вещи обратно в сумку. – Щас в отстойник отведут, там сходишь.

    – Куда? – переспросил Юрий, думая, что отстойником тот называл туалет.

    – В этапку, – пояснил его «товарищ по несчастью» более популярно, поняв, что в тюрьме человек впервые.

    Но Юрий всё равно не знал и этого слова и, чтобы не показаться полным профаном, он кивнул головой, как будто он понял и, сжав мышцы ягодиц, стал терпеливо ждать. Рядом складывал вещи второй сосед по судебной клетке. Он был очень крепкого телосложения и казался просто огромным.

    – Первый раз здесь? – спросил этот здоровяк, и в ответ на кивок Юры предложил: – Держись рядом со мной, не пропадёшь. Меня Олег зовут.

    – Меня Юра, – кивнув головой ответил он, обрадовавшись поддержке.

    Когда все оделись и вышли обратно в коридор, тот офицер с грубым голосом, которого сосед по клетке назвал ДПНСИ, скомандовал с иронией в голосе:

    – Та-ак! Красные, зелёные, голубые выходи!

    Заключённые, уже привыкшие к юмору тюремного офицера, заулыбались. А Юрий ничего не понял и остался стоять в недоумении, не зная, что делать. А когда из их строя вышло двое человек со своими вещами, он уже хотел спросить у Олега, что это всё означает, но его оборвал грубый голос ДПНСИ.

    – Этих – в восьмёрку! – скомандовал он одному из своих помощников и, когда вышедших двоих куда-то повели, повернулся к оставшимся. – За мной.

    Их повели длинными тюремными коридорами в другой корпус, это было понятно по одному узкому переходу, по бокам которого не было дверей тюремных камер. Все шли молча, но расслабленно, видно было, что этот маршрут для них привычен. Юрия тоже окружающая обстановка не напрягала, как бы она не была мрачна. Пока он беспокоился только об Ольге и совсем не думал о себе, к тому же сильно хотел в туалет и думал о том, что скорее бы прийти в этот отстойник или как его там «сосед» назвал.

    Наконец их подвели к двери, на которой крупными цифрами было написано 74, и какой-то прапорщик, ожидающий их возле камеры, отворил для них эту дверь.

    * * *

    Как только девушки и женщины оказались в своём отстойнике одни, Коса сразу подошла к Ольге.

    – Ну что, лапочка? Попала? – тон её был насмешливый, но наглый вид и бегающий по Ольгиной одежде взгляд не предвещал ничего хорошего.

    На Ольге был дорогой деловой костюм, подаренный накануне Юркой в день её рождения. На суде хотелось выглядеть прилично и она надела его. Глаза Косы ясно выражали её заинтересованность этим костюмом, так же как и плащём, который Ольга, как назло, одела сегодня, несмотря на уже установившееся тепло. Не ускользнули от её взгляда и модные сапожки Ольги, тоже подаренные Юркой на прошедший женский день.

    Даже невооружённым глазом видно было, что вся эта одежда будет мала Косе, выглядевшей крупнее Ольги. Также видно было и то, что наглая заключённая очень переживает по этому поводу и усиленно думает, что бы предпринять. Упускать такие шмотки ей явно не хотелось, но и напялить это всё на себя она не смогла бы. Даже её рот, не умолкающий до этого ни на минуту, сейчас не изрекал никаких выражений.

    Наконец, решившись довольствоваться хотя бы плащом, который тоже стоил немало и его можно было бы выгодно обменять на что-нибудь, она с сожалением произнесла.

    – Да-а, повезло кому-то, в чью хату попадёшь. Дайка плащ твой посмотрю, – она протянула руку, одновременно доставая из кармана пачку сигарет.

    Голос Косы звучал так грубо и уверенно, что Ольга безропотно подчинилась и стала снимать плащ. Вид этой агрессивной арестантки, спокойно прикуривающей сигарету и даже не смотрящей на саму Ольгу, не оставлял у девушки сил и мужества сопротивляться. Но не успела она ещё раздеться, как дверь открылась и на пороге появились женщины в военной форме.

    – Вещи к осмотру приготовили, – скомандовала та, что была с офицерскими погонами.

    Коса, не спуская глаз с плаща, который Ольга сняла и отдала одной из досмотрщиц, стала распаковывать свой мешок, который ей передали в суде через конвой.

    – Больше вещёй нет? – спросила Ольгу после осмотра плаща военная. – Раздевайся.

    После обыска всех арестанток офицер взяла у своей помощницы, держащей стопку каких-то папок, листок бумаги и зачитала список фамилий.

    – Кого назвала, пошли. С вещами, – скомандовала она и встала в дверях.

    Все стали собираться, кроме Ольги и ещё одной женщины. Коса, поглядывая на стоящую в проходе досмотрщицу, сверлила взглядом Ольгу и находящийся в её руках плащ. Но присутствие людей в военной форме всё же остановило её и, бросив на Ольгу последний печальный взгляд, она вышла из помещёния последней вслед за остальными заключёнными.

    – Куда их? – спросила Ольга у единственной оставшейся сокамерницы, когда дверь опять закрылась.

    – По хатам, они-то уже прописаны все. А мы с тобой ночевать будем здесь, в отстойнике, – отвечала сокамерница, расстилая на нарах свою джинсовую куртку. – Меня Лера зовут. Тебя как?

    – Ольга, – коротко ответила она, и тут же спросила про Юрку. – А парней куда отведут?

    – Он у тебя красный? – спросила Лера.

    – Нет, – ответила сначала Ольга, поняв вопрос сокамерницы буквально.

    – Ну если не красный и не петух, то на новом корпусе в отстойнике щас будет после шмона. А если б красный был, то вот здесь за стенкой бы сидел, – хлопнула Лера по стене у себя за головой.

    Как раз в это время послышался лязг стальных засовов соседней камеры и топот ног в коридоре.

    – Вон как раз с нашего этапа закрывают, – пояснила происходящее Лера.

    Ольга, услышав, что любимый мог бы быть за стенкой, сразу встрепенулась и оживилась. Её шоковое состояние уже начало проходить, и она постепенно стала воспринимать реальность. Ещё и сознание возможной близости с Юрием заставили её сердце биться чаще.

    – Слушай, а что такое красный или петух? – спросила Ольга, в надежде, что хоть какое-то из этих определений относится к Юрке. – А то я не поняла сначала, может он у меня и относится к кому-нибудь.

    – Петух – это пидор, – объяснила Лера. – Это-то знаешь что такое?

    Ольга кивнула.

    – Ну вот, – продолжала сокамерница, – а красный – это вязаный по зоне, – сказала она и, видя, что Ольга не понимает значение и этих слов, предложила: – Да ты спроси у них сама, чё ты. Туда ещё стукачи ломятся и те, кто на следствии сдавал, бывает. Может в натуре туда кинули.

    – А как спросить? – подскочила Ольга, молясь, чтобы Юрка оказался кем-нибудь из названных Л ер ой непонятных слов.

    – Да по параше вон, – кивнула сокамерница на то место, которое Ольга считала туалетом. И видя её округлившиеся глаза, взяла её за руку и подвела к этому месту. Вытащив за верёвочку целлофановый кляп, который закрывал сливное отверстие, она крикнула туда, наклонившись немного. – Восьмёрка!

    Ольга смотрела на неё удивлёнными глазами. Но когда из отверстия раздался отчётливый, но исходивший как из глубокого колодца мужской голос, она кинулась к сливному отверстию и крикнула туда, нагнувшись слишком сильно:

    Назад к карточке книги "Строгий режим"

    itexts.net