Книга: Жадан Сергей Викторович «Ворошиловград». Ворошиловград книга


Сергей Жадан - Ворошиловград - стр 1

Поэт и прозаик Сергей Жадан (р. 1974) - видная фигура современной украинской культурной жизни. Он организует общественные акции, выступает с рок-группами, переводит немецких и русских поэтов. Его называют лицом и голосом новой украинской литературы.

Роман "Ворошиловград", как и все тексты Жадана, полон поэтических метафор, неожиданных поворотов сюжета, воспоминаний и сновидений, и в то же время повествует о событиях реальных и современных. Главный герой, Герман, отправляется на Донбасс, в город своего детства, окруженный бескрайними кукурузными полями. Его брат, владелец автозаправки, неожиданно пропал, а на саму заправку "положила глаз" местная мафия. Неожиданно для себя Герман осознает, что "продать всё и свалить" - не только неправильно, но и невозможно и надо защищать свой бизнес, свою территорию, своих женщин, свою память.

Роман удостоен премии Би-Би-Си "Книга года".

Содержание:

Сергей Жадан

Поэта и прозаика Сергея Жадана (р. 1974) называют лицом и голосом новой украинской литературы. Его книги удостоены престижных премий, с успехом издаются в России и за рубежом, становятся бестселлерами. Сам Жадан живет и работает в Харькове, переводит поэзию Пауля Целана и Чарльза Буковски, выступает со своими произведениями совместно с музыкальными группами.

* * *

В романе "Ворошиловград" главный герой, Герман, однажды утром узнает, что его старший брат пропал, и отправляется на Донбасс, в город своего детства, окруженный бескрайними кукурузными полями и заселенный газовщиками, цыганами и контрабандистами.

Волей-неволей он оказывается втянутым в мафиозные разборки, запутанные отношения, а также фантастические странствия по округе - то ли реальные, то ли сновидческие.

Свадьбы, похороны и проповеди штундов, абсурд прошлого и настоящего, приправленный мифами и байками, близость материального и мистического миров - все это "Ворошиловград": у каждого свой.

* * *

Жадан, на мой взгляд, скорее рано, чем поздно, станет нобелевским лауреатом по литературе. По меньшей мере изо всех литераторов, пишущих на просторах бывшего СССР, шансы у него наивысшие.

Виктор Топоров

Разница между чудом и обыденностью не так уж и велика. Поэтому-то футбольный матч с мертвецами подается как самая обыкновенная история, а огонь, полыхнувший изо рта благодаря заранее заготовленному керосину, - как чудо. Весь вопрос в том, как посмотреть.

Мария Ремизова, "Октябрь"

Ворошиловград

Часть первая

1

Телефоны существуют, чтобы сообщать о разных неприятностях. Телефонные голоса звучат холодно и официально, официальным голосом проще передавать плохие новости. Я знаю, о чем говорю. Всю жизнь я боролся с телефонными аппаратами, хотя и без особого успеха. Телефонисты всего мира продолжают отслеживать разговоры, выписывая себе на карточки самые важные слова и выражения, а в гостиничных номерах лежат Библии и телефонные справочники - всё, что нужно, чтобы не потерять веру.

Я спал в одежде. В джинсах и растянутой футболке. Проснувшись, ходил по комнате, переворачивал пустые бутылки из-под лимонада, стаканы, банки и пепельницы, залитые соусом тарелки, обувь, злобно давил босыми ногами яблоки, фисташки и жирные финики, похожие на тараканов. Когда снимаешь квартиру и живешь среди чужой мебели, учишься относиться к вещам бережно. Я держал дома разный хлам, как перекупщик, прятал под диваном граммофонные пластинки и хоккейные клюшки, кем-то оставленную женскую одежду и где-то найденные большие железные дорожные знаки. Я не мог ничего выбросить, поскольку не знал, что из этого всего принадлежит мне, а что - чужая собственность. Но с первого дня, с того момента, как я сюда попал, телефонный аппарат стоял прямо на полу посреди комнаты, вызывая ненависть своим голосом и своим молчанием. Ложась спать, я накрывал его большой картонной коробкой. Утром выносил коробку на балкон. Дьявольский аппарат стоял посреди комнаты и навязчивым треском сообщал, что я кому-то нужен.

Вот и теперь кто-то звонил. Четверг, пять утра. Я вылез из-под одеяла, сбросил картонную коробку, взял телефон, вышел на балкон. Во дворе было тихо и пусто. Через боковую дверь банка вышел охранник, устроив себе утренний перекур. Когда тебе звонят в пять утра, ничего хорошего из этого не выйдет. Сдерживая раздражение, снял трубку. Так всё и началось.

- Дружище, - я сразу узнал Кочу. У него был прокуренный голос, словно вместо легких ему вмонтировали старые прожженные динамики. - Гера, друг, не спишь? - Динамики хрипели и выплевывали согласные. Пять утра, четверг. - Алло, Гера!

- Алло, - сказал я.

- Друг, - добавил низких частот Коча, - Гера.

- Коча, пять утра, чего ты хочешь?

- Гер, послушай, - Коча перешел на доверительный свист, - не хотел тебя будить. Тут такая шняга. Я ночь не спал, понял? Вчера твой брат звонил.

- Ну?

- Короче, он уехал, Герман, - тревожно зависло с той стороны Кочино дыхание.

- Далеко? - сложно было привыкнуть к этим его голосовым перепадам.

- Далеко, Герман, - включился Коча. Когда он начинал новую фразу, голос его фонил. - То ли в Берлин, то ли в Амстердам, я так и не понял.

- Может, через Берлин в Амстердам?

- Может, и так, Гер, может, и так, - захрипел Коча.

- А когда вернется? - я успел расслабиться. Подумал, что это просто рабочий момент, что он просто сообщает мне семейные новости.

- По ходу, никогда, - трубка снова зафонила.

- Когда?

- Никогда, Гер, никогда. Он навсегда уехал. Вчера звонил, просил тебе сказать.

- Как навсегда? - не понял я. - У вас там всё нормально?

- Да, нормально, друг, - Коча сорвался на высокие ноты, - всё нормально. Вот только брат твой бросил тут всё на меня, ты понял?! А я, Гер, уже старый, сам я не потяну.

- Как бросил? - я не мог понять. - Что он сказал?

- Сказал, что в Амстердаме, просил позвонить тебе. Сказал, что не вернется.

- А заправка?

- А заправка, Гер, по ходу, на мне. Только я, - Коча снова добавил доверительности, - не потяну. Проблемы у меня со сном. Видишь, пять утра, а я не сплю.

- А давно он уехал? - перебил я.

- Да уже неделя, - сообщил Коча. - Я думал, ты знаешь. А тут вот такая шняга выходит.

- А чего он мне ничего не сказал?

- Я не знаю, Гер, не знаю, дружище. Он никому ничего не сказал, просто взял и свалил. Может, хотел, чтобы никто не знал.

- О чем не знал?

- О том, что он сваливает, - объяснил Коча.

- А кому какое дело до него?

- Ну, не знаю, Гер, - закрутил Коча, - не знаю.

- Коча, что там у вас случилось?

- Гер, ты ж меня знаешь, - зашипел Коча, - я в его бизнес не лез. Он мне не объяснял. Просто взял и свалил. А я, дружище, сам не потяну. Ты бы приехал сюда, на месте разобрался, а?

- В чем разобрался?

- Ну, я не знаю, может, он тебе что-то говорил.

- Коча, я не видел его полгода.

- Ну, я не знаю, - совсем растерялся Коча. - Гер, дружище, ты приезжай, потому что я сам ну никак, ты правильно меня пойми.

- Коча, что ты крутишь? - спросил я наконец. - Скажи нормально, что у вас там случилось.

- Да всё нормально, Гер, - Коча закашлялся, - всё нормалёк. Короче, я тебе сказал, а ты уже смотри. А я пошел, у меня клиенты. Давай, дружище, давай. - Коча бросил трубку.

Клиенты у него, - подумал я. - В пять утра.

www.profilib.net

Книга: Жадан Сергей Викторович. Ворошиловград

Сергей ЖаданВорошиловград«Ворошиловград» – роман жесткий, меланхоличный и реалистичный. Насколько вообще может быть реалистичным соцреализм. Однажды ты узнаешь, что твой брат исчез в неизвестном направлении, приятели… — Фолио, (формат: 60х90/16 (~145х215 мм), 320стр. стр.) электронная книга Подробнее...2011118.75электронная книга
Сергей Викторович ЖаданВорошиловград«Ворошиловград» – роман жесткий, меланхоличный и реалистичный. Насколько вообще может быть реалистичным соцреализм. Однажды ты узнаешь, что твой брат исчез в неизвестном направлении, приятели… — Фолио, (формат: Твердая бумажная, 443 стр.) Подробнее...2011бумажная книга
Жадан С.В.ВорошиловградПоэт и прозаик Сергей Жадан (р. 1974) — видная фигура современной украинской культурной жизни. Он организует общественные акции, выступает совместно с рок-группами, переводит немецких и русских… — Редакция Елены Шубиной (АСТ), Современная проза Подробнее...2012203бумажная книга
Жадан Сергей ВикторовичВорошиловградПоэт и прозаик Сергей Жадан (р. 1974) - видная фигура современной украинской культурной жизни. Он организует общественные акции, выступает совместно с рок-группами, переводит немецких и русских… — Редакция Елены Шубиной, Подробнее...2012328бумажная книга
Сергій ЖаданВорошиловградЗа версією конкурсу «Книга року Бі-бі-сі» роман «Ворошиловград» став кращою книгою десятиліття! Пил доріг, іржаві бензоколонки, втомлені автобуси, старі «хрущовки»… Місто, що залишилось десь поза… — Книжный Клуб «Клуб Семейного Досуга», электронная книга Подробнее...2012113электронная книга
Сергій Вікторович ЖаданВорошиловградЗа версією конкурсу «Книга року Бі-бі-сі» роман «Ворошиловград» став кращою книгою десятиліття! Пил доріг, іржаві бензоколонки, втомлені автобуси, старі «хрущовки»… Місто, що залишилось десь поза… — Книжный Клуб «Клуб Семейного Досуга», Подробнее...2015бумажная книга
Сергей ЖаданВорошиловградЗа версією конкурсу"Книга року Бі-бі-сі"роман"Ворошиловград"став кращою книгою десятиліття! Пил доріг, іржаві бензоколонки, втомлені автобуси, старі"хрущовки" — (формат: 84х108/32 (~130x210 мм), 320стр. стр.) Подробнее...201560бумажная книга
Сергій ЖаданВорошиловградОдного разу ти дізнаєшся, що твій брат зник у невідомому напрямку, приятелі займаються фінансовими аферами, а бізнес намагаються перекупити представники незрозумілих структур. Реальність виявляється… — Фолио, (формат: 60х90/16 (~145х215 мм), 320стр. стр.) электронная книга Подробнее...2010118.75электронная книга
Сергій Вікторович ЖаданВорошиловградОдного разу ти дізнаєшся, що твій брат зник у невідомому напрямку, приятелі займаються фінансовими аферами, а бізнес намагаються перекупити представники незрозумілих структур. Реальність виявляється… — Фолио, (формат: 60х90/16 (~145х215 мм), 320стр. стр.) Подробнее...2010бумажная книга
Жадан С.В.ВорошиловградПоэт и прозаик Сергей Жадан (р. 1974) - видная фигура современной украинской культурной жизни. Он организует общественные акции, выступает совместно с рок-группами, переводит немецких и русских… — Издательство «АСТ», (формат: 60х90/16 (~145х215 мм), 320стр. стр.) Жадан Подробнее...201260бумажная книга
Жадан Сергей ВикторовичВорошиловградПоэт и прозаик Сергей Жадан (р. 1974) - видная фигура современной украинской культурной жизни. Он организует общественные акции, выступает совместно с рок-группами, переводит немецких и русских… — АСТРЕЛЬ, (формат: Твердая бумажная, 443 стр.) Подробнее...201273бумажная книга
Сергей ЖаданВорошиловградПоэт и прозаик сергей жадан (р. 1974) - видная фигура современной украинской культурной жизни. Он организует общественные акции, выступает со — Астрель, (формат: Твердая бумажная, 443 стр.) Подробнее...201279бумажная книга
Сергей ЖаданВорошиловград. Бігти, не зупиняючисьОт издателя:"Ворошиловград" -роман жесткий, меланхоличный и реалистичный. Насколько вообще может быть реалистичным соцреализм — (формат: 60х90/16 (~145х215 мм), 320стр. стр.) Подробнее...201586бумажная книга
Жадан С.Ворошиловград. РоманПоэт и прозаик Сергей Жадан (р. 1974) - видная фигура современной украинской культурной жизни. Он организует общественные акции, выступает с рок-группами, переводит немецких и русских поэтов. Его… — Астрель, (формат: Твердая бумажная, 443 стр.) Подробнее...201259бумажная книга
Сергей ЖаданВорошиловград. Бігти, не зупиняючисьСергій Жадан (нар. 1974 р.) - поет, прозаїк, перекладач. Автор кількох книг віршів та прози. У видавництві"Фоліо"вийшли друком його книжки:"Депеш Мод" (2004),"Цитатник" (2005),"Anarchy In The Ukr"… — (формат: 60х90/16 (~145х215 мм), 320стр. стр.) Подробнее...201577бумажная книга

dic.academic.ru

Книга: Жадан Сергей Викторович. Ворошиловград

Сергей ЖаданВорошиловград«Ворошиловград» – роман жесткий, меланхоличный и реалистичный. Насколько вообще может быть реалистичным соцреализм. Однажды ты узнаешь, что твой брат исчез в неизвестном направлении, приятели… — Фолио, (формат: 60х90/16 (~145х215 мм), 320стр. стр.) электронная книга Подробнее...2011118.75электронная книга
Сергей Викторович ЖаданВорошиловград«Ворошиловград» – роман жесткий, меланхоличный и реалистичный. Насколько вообще может быть реалистичным соцреализм. Однажды ты узнаешь, что твой брат исчез в неизвестном направлении, приятели… — Фолио, (формат: Твердая бумажная, 443 стр.) Подробнее...2011бумажная книга
Жадан С.В.ВорошиловградПоэт и прозаик Сергей Жадан (р. 1974) — видная фигура современной украинской культурной жизни. Он организует общественные акции, выступает совместно с рок-группами, переводит немецких и русских… — Редакция Елены Шубиной (АСТ), Современная проза Подробнее...2012203бумажная книга
Жадан Сергей ВикторовичВорошиловградПоэт и прозаик Сергей Жадан (р. 1974) - видная фигура современной украинской культурной жизни. Он организует общественные акции, выступает совместно с рок-группами, переводит немецких и русских… — Редакция Елены Шубиной, Подробнее...2012328бумажная книга
Сергій ЖаданВорошиловградЗа версією конкурсу «Книга року Бі-бі-сі» роман «Ворошиловград» став кращою книгою десятиліття! Пил доріг, іржаві бензоколонки, втомлені автобуси, старі «хрущовки»… Місто, що залишилось десь поза… — Книжный Клуб «Клуб Семейного Досуга», электронная книга Подробнее...2012113электронная книга
Сергій Вікторович ЖаданВорошиловградЗа версією конкурсу «Книга року Бі-бі-сі» роман «Ворошиловград» став кращою книгою десятиліття! Пил доріг, іржаві бензоколонки, втомлені автобуси, старі «хрущовки»… Місто, що залишилось десь поза… — Книжный Клуб «Клуб Семейного Досуга», Подробнее...2015бумажная книга
Сергей ЖаданВорошиловградЗа версією конкурсу"Книга року Бі-бі-сі"роман"Ворошиловград"став кращою книгою десятиліття! Пил доріг, іржаві бензоколонки, втомлені автобуси, старі"хрущовки" — (формат: 84х108/32 (~130x210 мм), 320стр. стр.) Подробнее...201560бумажная книга
Сергій ЖаданВорошиловградОдного разу ти дізнаєшся, що твій брат зник у невідомому напрямку, приятелі займаються фінансовими аферами, а бізнес намагаються перекупити представники незрозумілих структур. Реальність виявляється… — Фолио, (формат: 60х90/16 (~145х215 мм), 320стр. стр.) электронная книга Подробнее...2010118.75электронная книга
Сергій Вікторович ЖаданВорошиловградОдного разу ти дізнаєшся, що твій брат зник у невідомому напрямку, приятелі займаються фінансовими аферами, а бізнес намагаються перекупити представники незрозумілих структур. Реальність виявляється… — Фолио, (формат: 60х90/16 (~145х215 мм), 320стр. стр.) Подробнее...2010бумажная книга
Жадан С.В.ВорошиловградПоэт и прозаик Сергей Жадан (р. 1974) - видная фигура современной украинской культурной жизни. Он организует общественные акции, выступает совместно с рок-группами, переводит немецких и русских… — Издательство «АСТ», (формат: 60х90/16 (~145х215 мм), 320стр. стр.) Жадан Подробнее...201260бумажная книга
Жадан Сергей ВикторовичВорошиловградПоэт и прозаик Сергей Жадан (р. 1974) - видная фигура современной украинской культурной жизни. Он организует общественные акции, выступает совместно с рок-группами, переводит немецких и русских… — АСТРЕЛЬ, (формат: Твердая бумажная, 443 стр.) Подробнее...201273бумажная книга
Сергей ЖаданВорошиловградПоэт и прозаик сергей жадан (р. 1974) - видная фигура современной украинской культурной жизни. Он организует общественные акции, выступает со — Астрель, (формат: Твердая бумажная, 443 стр.) Подробнее...201279бумажная книга
Сергей ЖаданВорошиловград. Бігти, не зупиняючисьОт издателя:"Ворошиловград" -роман жесткий, меланхоличный и реалистичный. Насколько вообще может быть реалистичным соцреализм — (формат: 60х90/16 (~145х215 мм), 320стр. стр.) Подробнее...201586бумажная книга
Жадан С.Ворошиловград. РоманПоэт и прозаик Сергей Жадан (р. 1974) - видная фигура современной украинской культурной жизни. Он организует общественные акции, выступает с рок-группами, переводит немецких и русских поэтов. Его… — Астрель, (формат: Твердая бумажная, 443 стр.) Подробнее...201259бумажная книга
Сергей ЖаданВорошиловград. Бігти, не зупиняючисьСергій Жадан (нар. 1974 р.) - поет, прозаїк, перекладач. Автор кількох книг віршів та прози. У видавництві"Фоліо"вийшли друком його книжки:"Депеш Мод" (2004),"Цитатник" (2005),"Anarchy In The Ukr"… — (формат: 60х90/16 (~145х215 мм), 320стр. стр.) Подробнее...201577бумажная книга

dic.academic.ru

Читать онлайн электронную книгу Ворошиловград Voroshilovgrad - 4 бесплатно и без регистрации!

В ту ночь он спал глубоко и спокойно, будто кто-то перегонял сквозь него сны. Они прокатывались через него, как вагоны с мануфактурой по узловой станции, и он просматривал их все, как начальник станции, от чего вид у него был сосредоточенный и ответственный. Спал он на улице, на своей любимой катапульте, где вчера, на ночь, выпил принесенные мной витамины. Я притащил из вагончика старую шинель и накрыл его, но ночью все равно пару раз просыпался и ходил проверить, все ли с ним в порядке. У ног его спали дворняги, забредшие с трассы. Ветер гонял по ночной площадке бумажные пакеты. На плечо ему садились птицы, а в открытые ладони заползали муравьи, слизывая с кожи красные витаминные пятна. Ночью в северном направлении исчезли последние облака, по небу рассыпались созвездия, и погода снова напомнила о начале июня. Июнь в этих местах пробегал быстро и насыщенно – стебли наполнялись горьковатым соком и листья делались шероховатыми, как кожа на морозе. С каждым днем становилось все больше пыли и песка, которые попадали в ботинки и складки одежды, скрипели на зубах и сыпались из волос. В июне воздух прогревался, как военные палатки, и начиналась теплая пора разомлевших мужчин на улицах и шумных детей в водоемах. Уже утром стало понятно, что готовиться нужно к жаркому лету, которое продлится бесконечно и выжжет все, что попадется под руку, включая кожу и волосы. И даже летние дожди никого не спасут.

Просыпался Коча долго и чувствовал себя с утра опечаленным, как в детстве, когда приходилось вставать вместе с родителями, которые спешили на работу и заставляли собираться в школу. Проснувшись, ходил вокруг гаража, кормил собак черным хлебом, задумчиво осматривал долину, наконец пошел будить меня. Усевшись на соседний диванчик, долго рассказывал какие-то несвязные истории о своей бывшей жене, доставал фотокарточки, нашел где-то под диваном дембельский альбом, обтянутый шинельным сукном, совал его мне. Я лениво отбивался, пытаясь снова заснуть, но после дембельского альбома сделать это было не так-то просто. Наконец поднялся и, завернувшись в колючее больничное одеяло, стал слушать. Коча рассказывал о любви, о том, как встречался со своей будущей женой, о сексе на переднем сиденье старой волги. Почему не на заднем? – переспросил я его, – все же делают это на заднем; дружище, – объяснил Коча, – в старых волгах переднее сиденье – сплошное, как и заднее, поэтому нет никакой разницы, где этим заниматься, ясно? Ясно, – ответил я ему, – нет никакой разницы. И Коча благодарно кивал головой – правильно, дружище, ты все верно сечешь, – и с этим пошел варить чифир.

Спустя какое-то время с заправки просигналила первая машина. Коча раздраженно нацепил очки и поспешил на выход.

– Коча, – сказал я ему, – давай помогу.

– Да ладно, Гер, – отмахнулся он, – от тебя такая помощь…

– Ну какая есть.

– Ну давай. – Он ждал в дверях, пока я искал свою одежду. – Только надень что-нибудь. Куда ты в своих джинсах? У меня там под диваном есть что-то старое, поищи, ладно? – И ушел.

* * *

Под диваном у него были два чемодана, набитых тряпьем. Все это отдавало табаком и одеколоном. Я брезгливо порылся в первом чемодане, нашел черные военные штаны, латанные на коленях, но еще вполне товарного вида, с сильным запахом одеколона. Открыл другой чемодан, вынул бундесверовскую куртку, мятую, но не рваную. Натянул ее на плечи. Куртка была тесноватой, Коча, наверное, поэтому ее и не носил, он был примерно одной со мной комплекции. Но особенно выбирать было не из чего. Я посмотрел в окно. Отражение дробилось солнцем и исчезало в лучах. Можно было распознать лишь какие-то очертания, тень. Со стороны я напоминал танкиста, чей танк давно сгорел, но желание воевать осталось. С этими мыслями и пошел трудиться.

* * *

В девять приехал Травмированный. Критически оглядел мою рабочую одежду, хмыкнул и пошел к себе в гараж. Я, по большому счету, не так помогал, как мешал. Пару раз разлил бензин, долго разговаривал с каким-то дальнобойщиком, который гнал в Польшу, постоянно цеплялся к Коче, не давая ему выполнять профессиональные обязанности. Наконец он не выдержал и отправил меня к Травмированному. Тот все понял, дал мне пропитанную бензином тряпку и велел очищать какой-то лом, облепленный илом, ржавчиной и масляной краской. Через полчаса такой работы я вконец заскучал, все же многолетнее отсутствие физического труда сказывалось. Шура, – сказал Травмированному, – давай перекурим. Здесь не курят, – ответил на это Травмированный, – это бензозаправка. Ладно, – сказал спустя минуту, – пойди отдохни, потом вернешься. Я так и сделал.

* * *

Около полудня подключили телефон. Я набрал Болика. Голос у него был глухой и раздраженный.

– Герман! – кричал он мне. – Как ты там?

– Нормально, – отвечал я. – Здесь курорт. Река рядом. Щуки ловятся.

– Герман! – пытался докричаться до меня Болик. – Какие, на хуй, щуки? Какие щуки, Герман? У нас отчетно-выборная конференция на этой неделе, Герман. А ни хуя не готово, брат. И вообще ты нам нужен, по бизнесу. Ты когда будешь?

– Вот, Боря! – кричал я ему. – Вот именно об этом я и хотел с тобой поговорить. По ходу я задержусь.

– Что, Гера? Что ты сказал?

– Задержусь, я сказал, задержусь!

– Как это задержишься? Надолго?

– Неделя – максимум. Не больше.

– Герман, – вдруг серьезным голосом спросил Болик. – У тебя там все нормально? Может, чем-то помочь надо?

– Да нет, – я говорил легко и убедительно, – расслабься. Через неделю буду.

– Ты же там не останешься, правда? – В голосе Болика действительно слышалось какое-то то ли беспокойство, то ли недоверие, то ли даже надежда.

– Да нет, ну что ты.

– Герман, я тебя давно знаю.

– Тем более.

– Ты же не сделаешь этого?

– Не волнуйся, я же сказал.

– Герман, просто прежде чем сделать глупость, подумай, хорошо?

– Хорошо.

– Подумай о нас, твоих друзьях.

– Я думаю о вас.

– Прежде чем сделать глупость.

– Ну, ясно.

– Подумай, хорошо, Герман?

– Ну а как же.

– Давай, брат, давай. Мы любим тебя.

– И я вас, Боря, я вас тоже люблю. Обоих. Тебя больше.

– Не пизди, – Болик наконец положил трубку.

– Да-да, – кричал я, слушая с той стороны короткие гудки, – и я по тебе тоже! Очень-очень!

* * *

После этого я несколько раз набирал брата. Тот упорно не отвечал. Солнце заливало комнату, пыль стояла, как взмученная рыбой речная вода. Я смотрел в окно и чувствовал, как опускается теплое нутро июня, касаясь всего живого на этой трассе. Что делать дальше? Можно было еще раз спуститься в долину, попытаться найти друзей и знакомых, которых я не видел сто лет, поговорить с ними, расспросить о делах, о жизни. Можно было еще сегодня уехать отсюда какими-нибудь попутками, выбраться подальше от всего этого ада, с тысячью лучей и воспоминаний, которые забивали легкие и слепили глаза. Проще всего было, конечно, все это продать. А бабки разделить с компаньонами. Брат, скорее всего, обижаться не стал бы. Даже если бы стал, что бы это изменило? Особого выбора он мне не оставил. Можно какое-то время тусоваться здесь с Кочей, пока тепло и щуки ловятся, делать вид, что хочу помочь, заливать бензин в фуры. Но рано или поздно придется иметь дело с документами, налогами, всем тем хламом, которого я избегал всю свою жизнь. Теперь история с регистрацией фирмы на мое имя казалась странной и неразумной, брат должен был это все предусмотреть, он, в отличие от меня, все всегда просчитывал, зачем ему было подставлять меня, я так и не понял. А главное – почему он теперь исчез, ничего не объяснив, не оставив никаких распоряжений: мол, делай что хочешь, хочешь – продай все, не морочь себе голову, хочешь – раздай бедным, перепиши контору на детский приют, пусть сами заправляют бензином весь этот ковбойский автотранспорт, а хочешь – просто подожги эту будку, вместе со свидетельством о регистрации, и поезжай домой, где тебя ждут верные друзья и интересная работа. Но он никаких распоряжений не оставлял. Просто исчез, как турист из отеля, вытащив меня на просмоленные солнцем холмы, на которых я всегда чувствовал себя неуверенно, еще с детства, от первых воспоминаний, и вплоть до последних лет, проведенных здесь, вплоть до того прекрасного осеннего дня, когда мы с родителями выбрались отсюда, когда наш папа, отставной военный никому не нужной армии, получил жилье неподалеку от Харькова, и мы уехали. Брат тогда остался, не захотел ехать, даже говорить об этом не хотел, с самого начала сказал, что останется, и, кажется, так до конца и не простил нам этого бегства. Прямо он об этом никогда не говорил, но я всегда чувствовал отчужденность с его стороны, особенно по отношению к родителям, которые сдались и покинули эту долину, со всем ее солнцем, песком и шелковицей. Он остался, врылся в холмы и отстреливался на все стороны, не желая уступать свою территорию. Ничем не оправданное упрямство, которого я никогда не понимал, это нас и отличало, он способен был до последнего цепляться за пустую землю, я легко уступал пустоту, пытаясь от нее избавиться. Наконец жизнь все решила по-своему – он сидел в Амстердаме, я застрял на этом холме, с которого, казалось, был виден конец света, и он мне откровенно не нравился.

Коча совсем обессилел, сидел на катапульте и лениво отбивался от водителя, какого-то своего давнего приятеля, который так же лениво пытался подбить его продолжить работу, то есть заправить его перед дальней дорогой. Я вышел во двор и сменил Кочу на его боевом посту. Солнце пахло бензином и висело над нашими головами, как бензиновая груша.

* * *

Работа внесла в мое смятение определенную размеренность и упорядоченность. Когда тебе есть чем заняться, ты меньше думаешь о коридорах будущего, по которым так или иначе придется пройти. Я помогал компаньонам, до вечера крутился под оранжевым июньским небом, а вечером Коча достал консервы, забил пару папирос и надел мои наушники. Мы сидели под яблоневыми ветками молча и расслабленно, ощущая кожей, как садится солнце и от реки постепенно поднимается свежесть. Когда совсем стемнело, Травмированный стал собираться, мылся под желтым пластмассовым рукомойником, поливался духами. Надел свою пижонскую белую рубашку и спустился в долину, к золотому электричеству и сиреневым теням в переулках, где его ждали любовницы, открыв окна в черную и прохладную ночь.

* * *

Свежий воздух и сладкий драп делали сон глубоким и размеренным, как старое русло; кожа, разгоряченная солнцем, к утру охлаждалась, хотя простыня еще долго сохраняла тепло, которое передалось от тела. Утром Коча поднял меня своими байками, приготовил завтрак и выгнал на улицу чистить зубы. Все это напоминало какое-то детское туристическое путешествие, я совсем выпал из времени, неожиданно получив отпуск, круиз на бензозаправку, и теперь слегка ошалело бродил среди скатов, оплетенных травой, и ржавого железа, в котором скрывались полевые птицы. Травмированный смотрел на меня так же недоверчиво, но не слишком строго; следующим вечером, уже в среду, снова достал мяч, вынес из гаража две банки из-под краски и, поставив меня в эти импровизированные ворота, долго оттачивал удар левой. Кое-кто из водителей меня узнавал, здоровался, спрашивал, как дела, надолго ли я и где мой брат. Я избегал прямых ответов, говоря, что все нормально, хотя понимал, что говорю это неискренне. В конце концов, кому какое дело.

* * *

В четверг после обеда появилась Ольга. Приехала на своем скутере с большой плетеной корзиной на плече. Корзина билась о руль и мешала ехать, Ольга с легкостью обогнала фуру, соскочила с трассы и, промчав к заправке, вырулила перед нами. Мы с Кочей сидели в креслах и отгоняли назойливых ос, что кружились вокруг, одурманенные запахом табака и одеколона. Ольга соскочила со скутера, поздоровалась с Кочей, кивнула мне головой.

– Ты еще здесь? – спросила.

– Да, – ответил я, – решил взять отпуск. За свой счет.

– Понятно, – сказала Ольга. – Как там твои друзья?

– Какие друзья?

– На джипе.

– А, эти. Прекрасно. Оказались милыми людьми.

– Серьезно? – не поверила Ольга.

– Крутили мне музыку, предлагали дружить.

– Ну и как?

– Музыка? Говно.

– А дружить?

– Я думаю, – признался я.

– Ну-ну, – холодно сказала Ольга. – Вот, Коча, держи, – протянула ему корзину и пошла в гараж к Травмированному. Поблагодарить Коча не успел.

В корзине оказался свежий хлеб и молоко в пластиковой бутылке из-под кока-колы. Коча с удовольствием отломил кусок хлеба и ухватил его своими желтыми и крепкими, как у старого пса, зубами. Протянул мне бутылку с молоком. Я отказался. Скутер сверкал белыми боками, быстро нагреваясь под солнечными лучами. В долине было тихо, между деревьями сновали птицы, стараясь отыскать в воздухе наименее прогретые участки.

Через некоторое время из гаража вышла Ольга. За ней, в рабочей одежде, вытирая шею белоснежным платком, пыхтел Травмированный. В руке держал какие-то бумаги, которые, очевидно, только что получил от Ольги, недовольно размахивал ими и пытался что-то ей объяснить. Но та его даже не слушала.

– Шура, – сказала она, – ну что ты от меня хочешь?

Травмированный скомкал бумаги, засунул их в карман куртки и, размахивая кулаками, исчез в гараже.

– Что там у вас? – спросил я на всякий случай.

– Ничего, – бросила Ольга. Села на скутер, завела его, посидела так какой-то миг, заглушила двигатель. – Герман, – сказала, – у тебя сейчас много работы?

– Вообще много, – растерялся я. – Но вот как раз сейчас у меня перерыв.

– Давай сходим на речку, – предложила она. – Коча, – обратилась к старику, – ты не против?

Коча в знак согласия сделал большой глоток.

– Ну что – ты идешь? – Ольга снова соскочила со скутера и двинулась по склону вниз. Мне не оставалось ничего другого, как встать и пойти следом.

Она шла впереди, выискивая тропку между густыми кустами терновника и молодыми шелковицами. Склон круто обрывался, трава забивалась ей в кроссовки, со стеблей взлетали бабочки и осы, под ногами мелькали изумрудные ящерицы. Я едва успевал за ней, изнемогая от гонки сквозь раскаленный воздух. Зелени становилось все больше, долина то появлялась из-за высоких веток, то скрывалась за ними, несколько раз дорожка просто исчезала, тогда Ольга легко спрыгивала в траву и пробиралась вперед. В конце концов я не удержался на ногах и покатился вниз, по горькой полыни, проклиная все на свете.

– Эй, что там? – крикнула Ольга откуда-то снизу. – С тобой все в порядке?

– В порядке, в порядке, – недовольно ответил я.

Мне не нравилось, что она заметила и мою усталость, и то, как я скатился в эти травы, и то, что я не выдерживаю темпа, который она задала еще там, на горе. Ну, давай, думал, подойди и протяни мне руку помощи. Зачем-то же ты меня затащила в эти дебри. Давай, подойди ко мне.

Но она и не думала подходить. Она стояла где-то внизу, за стеблями, невидимая и разгоряченная бегом, стояла и ждала, поэтому я вынужден был подняться и, вытряхивая из карманов песок, двинуться вперед, на ее дыхание. Дальше шли молча. Река была не так близко от заправки, проще было спуститься сюда по трассе, но Ольга упрямо обходила деревья и кусты, продиралась сквозь сорняки, перепрыгивала через норы и ямы, как вдруг дорожка оборвалась – внизу, прямо под нами, поблескивала река. Ольга шагнула вперед и, скользнув по крутому меловому склону, легко съехала к воде. Я обреченно скатился за ней. На берегу был небольшой клочок песка, окруженный со всех сторон камышом.

– Только не смотри, – сказала она. – Я без купальника.

– Я вижу, – ответил я.

Она сбросила свое длинное платье, под которым оказались только белые трусики, и ступила в воду. Я хотел отвернуться, но не успел.

– И плавать я не умею, – сказала она, стоя в воде по шею.

– Я тоже, – ответил я, сбросил свои танкистские доспехи и пошел к ней.

Вода была теплая, меловые горы, отражая солнечные лучи, прогревали ее, в такой воде совсем не хотелось двигаться.

– Я, – сказала Ольга, – когда-то работала пионервожатой в пионерском лагере. Это километров пятьдесят отсюда. И каждый день нам с напарницей приходилось вылавливать из реки пионеров.

– Утопленников, что ли? – не понял я.

– Нет, каких утопленников? Нормальных живых пионеров. Они заплывали в камыши и прятались там до вечера. Знали, что мы плавать не умеем. Ты представляешь, какая это ответственность?

– Представляю, – сказал я. – А мы с друзьями рыбу глушили в этой реке.

– Тут есть рыба?

– Нет. Но мы ее все равно глушили.

– Понятно, – сказала Ольга. Капли воды в ее рыжих волосах медно поблескивали, а морщинки под глазами совсем разгладились от теплой воды. – У тебя здесь много друзей?

– Да. Друзей детства.

– Чем они отличаются от других друзей?

– Они многое помнят.

– Герман, у тебя комплексы.

– У меня много комплексов. Например, я не умею плавать.

– Я тоже не умею плавать, – жестко сказала Ольга. – Но не комплексую по этому поводу.

– Вот так и утонешь – незакомплексованной.

– Не утону, – уверенно сказала Ольга. – Нельзя утонуть в реке, в которой плаваешь всю жизнь.

– Может, и так. Просто я в ней давно уже не плавал.

Насекомые пробегали по поверхности воды, как рыбаки зимой по серому льду.

– Что ты решил? – не выдержала Ольга. – С этой заправкой.

– Не знаю. Решил подождать. Время у меня есть. Может, брат вернется.

– Ясно. И сколько будешь ждать?

– Не знаю. Лето длинное.

– Знаешь, Герман, – сказала она вдруг, отгоняя ос, – я тебе помогу, если нужно будет.

– Хорошо, – ответил я ей.

– Но я хочу, чтобы ты понял – это только бизнес. Ясно?

– Ясно.

– Тогда что ты опять на меня пялишься? Я же сказала, что без купальника.

Вода уносила ветки и ворочала по песчаному дну черную траву, насекомые нависали над водой, прилипая к ее клейкой поверхности, вязкая и тягучая полуденная река не столько текла, сколько жила.

Через какое-то время мы выбрались на берег и начали собираться. Ольга снова попросила не смотреть, незаметным движением стянула с себя мокрые трусики и, зажав их в ладони, стала натягивать платье. Мы двинулись и, взобравшись на меловые утесы, побрели вверх, вслед за вечерним солнцем, уже севшим за холмы. Ольга шла впереди, крепко сжимая в левой ладони трусики, платье облепило ее мокрое тело, и я вообще старался на нее не смотреть. На заправке она забрала у Кочи пустую корзину, незаметно бросила туда белье, пошепталась о чем-то с Травмированным, после чего тот кинул на меня суровый взгляд, села на скутер и растворилась в вечернем воздухе, словно ее и не было.

* * *

Вечером Коча хрипло рассказывал о своих женщинах, об их коварстве, неразумности и нежности, за которые он их и любил. Консервы заканчивались, я дал Коче денег, он сел на старую украину и поехал вниз, за харчами. Я остался сидеть в кресле, наблюдая за тем, как над трассой проплывают красные потоки, воздух сжимается от пыли и сумерек, а небо становится похожим на томатную пасту.

* * *

Это были удивительные дни – я оказался среди давно знакомых и совершенно неизвестных мне людей, которые смотрели настороженно, что-то от меня требуя, ожидая каких-то поступков с моей стороны. Они все будто замерли, выжидая, что же я теперь скажу и как именно начну действовать. Меня это откровенно напрягало. Я привык отвечать за себя и за свои поступки. Но здесь был немного другой случай, другая ответственность. Она свалилась на меня, как родственники с вокзала, и избавиться от нее было не то чтобы невозможно, а просто как-то неловко. Я жил своей жизнью, сам решал свои проблемы и старался не давать незнакомым лишний раз номер своего телефона. И вот вдруг оказался посреди этой толпы, чувствуя, что так просто они меня не отпустят, что придется выяснять отношения и выходить как-то из сложившейся ситуации. На меня тут, похоже, рассчитывали. Мне это откровенно не нравилось. Главное – очень хотелось горячей пиццы.

* * *

На следующий день, то есть в пятницу, ближе к вечеру, к нам прибыл странный персонаж, который тут же обратил на меня внимание, да и я его тоже приметил. Приехал он на старом уазе, на таких машинах раньше ездили агрономы и прапорщики, ехал с севера, возвращался в город, одет был, как и я, в военные брюки и камуфляжную майку. На голове какая-то эсэсовская фуражка. Смотрел на всех с подозрением. Молча приветствовал Кочу, отдал честь Травмированному, прошел с ним в гараж. Увидев мою бундесверовскую куртку, подошел, поздоровался.

– Хорошая куртка, – сказал.

– Нормальная, – согласился я.

– Это хорошее сукно. Ты Герман?

– Герман, – ответил я.

– Королев? Юрика брат?

– Ну.

– Ты меня, наверное, не помнишь, я делал с твоим братом бизнес.

– Здесь все делали с моим братом бизнес, – слегка раздраженно сказал я.

– У нас с ним были особые отношения, – он постарался выделить слово «особые». – Он брал у меня горючее для самолетов и продавал куда-то в Польшу. Фермерам.

– У тебя – это где?

– На аэродроме.

– Ты работаешь на аэродроме?

– На том, что от него осталось. Эрнст, – представился он и протянул руку.

– Что это у тебя за имя?

– Это не имя, это погоняло.

– А зовут тебя как?

– Да так и зови – Эрнст. Я уже привык. Ты кто по образованию?

– Историк.

Он изменился в лице. Внимательно осмотрел меня с головы до ног, осторожно взял под локоть и, выведя из гаража, потащил в сторону, от удивленных Кочи с Травмированным.

– Знаешь, Герман, – он все еще держал меня под локоть, уводя подальше от заправки. – Я тоже историк. Эта работа, на аэродроме, просто так получилось. Ты что заканчивал?

– Харьковский университет.

– Истфак?

– Истфак.

– Где практику проходил?

– Да под Харьковом и проходил.

– Копал?

– Копал.

– А что можешь сказать по поводу «Мертвой головы»?

– Какой головы?

– Мертвой. Дивизия такая была.

– Ну, – заколебался я, – ничего хорошего.

– Вот что, Герман, – он больно сжал мне локоть. – Ты обязательно должен приехать ко мне на аэродром. Я открою тебе глаза.

– На что? – не понял я.

– На все. Ты же ничего не понимаешь.

– А ты понимаешь?

– А я понимаю. Я, Герман, перекопал здесь все до самого Донбасса. Короче, так – жду тебя в понедельник. Приедешь?

– Приеду, – согласился я.

– Найдешь?

– Найду.

– Вот и хорошо.

Он решительно повернулся и направился к уазу. Подошел к Коче, сунул ему бабки за бензин и запрыгнул в кабину.

– В понедельник! – крикнул на прощанье.

Когда пыль за ним рассеялась, я подошел к Коче.

– Кто это? – спросил.

– Эрнст Тельман, – ответил с удовольствием Коча, – лучший друг немецких пионеров.

– Что за имя?

– Нормальное имя, – засмеялся Коча. – Механик с аэродрома.

– Наверное, я его знаю.

– Здесь все друг друга знают, – словно повторил за кем-то Коча.

– Он нам спирт сливал, из каких-то авиационных запасов. Лет двадцать назад, – начал вспоминать я.

– Вот видишь, – согласился Коча.

– А почему Эрнст?

– Он перекопал тут полдолины. Ищет немецкие танки.

– Танки?

– Угу.

– Зачем ему танки?

– Не знаю, – признался Коча. – Для самоутверждения. Он говорит, что где-то здесь в наших местах осталось несколько танков. Ну, и ищет теперь. У него дома целый фашистский арсенал – автоматы, снаряды, ордена. Но при этом он не фашист, – предупредил Коча. – Поэтому и Эрнст Тельман.

– Ясно, – понял я.

– Немецкий танк, – добавил, подойдя, Травмированный, – больших денег стоит. Только хуй он что откопает.

– Почему? – не понял я.

– Гера, – раздраженно сказал Травмированный, – это же не мешок картошки, это 60 тонн железа. Чем он его, саперной лопаткой копать будет? Ладно, давай работать.

Травмированный недовольно развернулся и исчез в гараже. Я побрел за ним. 60 тонн, думал, и правда не мешок картошки.

* * *

Для себя я открыл, что работа может приносить если не удовольствие, то, по крайней мере, чувство честно выполненного долга. Последний раз нечто подобное я испытывал в третьем классе местной школы, когда нас вывозили собирать яблоки в совхозных садах, и мы усердно искали тяжелые опавшие плоды в холодной сентябрьской траве. В субботу машин было больше, чем обычно. Они двигались на север, в сторону Харькова. Коча радостно считал бабло, переживая, хватит ли на всех запасов горючего, поскольку бензовоз должен был приехать только на следующей неделе.

* * *

Днем, когда очередь убавилась, а солнце взошло на высшую точку, я сбросил тяжелые рукавицы, предупредил Кочу, что отойду на час, и двинулся вдоль холма, подальше от трассы. Даже не знаю, куда именно я собирался идти, скорее всего, просто нужно было от всего этого отдохнуть, пройтись по живописным окрестностям, так сказать. Спустившись с холма в балку и выбравшись наверх, я вышел на бескрайние кукурузные поля, тянувшиеся до горизонта, да и за горизонтом, похоже, они точно так же тянулись. Никакой дороги здесь не было, поэтому я просто пошел вперед, стараясь, чтобы солнце светило в спину и не слепило глаза. Пейзаж был салатным от молодой кукурузы и черным от сухой земли, кое-где попадались небольшие впадины, местность напоминала поле для гольфа, на котором зачем-то посеяли кукурузу. Вдруг впереди, метрах в двухстах, заметил какую-то фигуру, кто-то замер, прислушиваясь к окружающей тишине. Я не мог разглядеть, кто именно это был, и подумал, что мы, наверное, странно здесь выглядим среди кукурузы, среди черноземных массивов, странно и подозрительно. А подойдя ближе, узнал Катю. На ней был джинсовый комбинезон, в котором, наверное, было тяжело двигаться в такую жару. Под комбинезоном – ярко-желтая майка. На ногах – те же самые сандалии, что и в прошлый раз. Она меня тоже заметила, стояла и ждала, пока я подойду.

– Что ты здесь делаешь? – спросил я вместо приветствия.

– А ты? – она, похоже, совсем не удивилась, увидев меня.

– Тебя искал.

– Ага, рассказывай, – она смотрела холодно и недоверчиво.

– Привет, – протянул ей руку.

Она какое-то мгновение подумала, потом протянула свою. Даже улыбнулась, хотя скорее пренебрежительно, чем дружески.

– Так что ты тут делаешь?

– Пахмутову ищу.

– Кого? – не понял я.

– Пахмутову. Овчарку. Она постоянно сюда убегает, в поля.

– Вернется. Собаки – они мудрые.

– Да она старая совсем, – обеспокоенно сказала Катя. – У нее склероз. Она пару раз выбегала на трассу, я ее потом еле находила. Хорошо, что ее тут все знают, поэтому никто не трогает.

– Так привяжи ее. Чтобы она не убегала.

– Давай я тебя привяжу, – разозлилась Катя. – Чтобы ты не убегал.

– Ну ладно, ладно – примирительно сказал я.

Но Катя уже не слушала. Отвернулась и стала звать свою овчарку.

– Пахмутова! – кричала она в пустые поля. – Пахмутоваааа!

И тут появился странный звук. Он нарастал, распадаясь на дребезжащие ноты, и раскалывал собой тишину, как ледокол речные льды. Катя сразу напряглась и посмотрела вверх. По небу двигался странный предмет. Двигался он в нашу сторону, и вскоре я понял, что это кукурузник, АН-2. Неожиданно Катя бросилась ко мне и, потянув за рукав, упала на землю. Я упал на нее. Ничего себе, подумал. А Катя тут же зашептала:

– Лежи тихо и не двигайся. И прикрой меня. У меня майка яркая, могут заметить.

– Кто? – не понял я.

– Кукурузники.

– Это что – их авиация?

– Да. Лучше им на глаза не попадаться. Они не любят, когда кто-то заходит на их территорию. Могут быть проблемы.

– Да ладно, – я попытался подняться.

Но Катя резко потянула меня на себя и сказала с неподдельным испугом в голосе:

– Лежи, я сказала!

Я уткнулся лицом ей в плечо. Земля под ее волосами была сухая и потрескавшаяся, по кукурузным стеблям пробегали муравьи, и пыль забивалась Кате в черные волосы. Глаза у нее были цвета пыли, она будто пыталась слиться с местностью и остаться незамеченной. Самолет тем временем приближался, гудел отчаянно и угрожающе, и в какой-то момент я прикрыл Катю собой, втиснувшись в нее, как в траву. Она настороженно дышала и вдруг скользнула рукой мне под футболку.

– Ты совсем мокрый, – сказала удивленно.

– Это от солнца.

– Лежи тихо, – повторила.

– Какой у тебя неудобный комбинезон, – я пытался расстегнуть пуговицы на шлейках и просунуть руку ей под футболку, но они не поддавались, я напрасно их дергал и тянул на себя, нервничал и злился, а она как-то отстраненно и невесомо касалась моей кожи, при этом даже не глядя на меня. Она вся сосредоточилась на этом самолете, который вдруг тяжелой тенью скользнул по нашим телам, оглушил ревом и быстро стал отдаляться, оставляя после себя дым, чад и пустоту. Мне даже удалось расстегнуть ей одну из пуговиц, но тут она, похоже, почувствовала, что опасность миновала, и сразу же, вытянув свою руку из-под моей футболки, легко меня оттолкнула.

– Все, хватит, – сказала и поднялась.

– Погоди, – не понял я. – Куда ты?

– Вставай.

– Куда ты? Подожди.

– Хватит, – спокойно повторила она и застегнула пуговицу, над которой я так долго бился.

Черт, подумал я.

И вдруг услышал над головой тяжелое дыхание. Поднявшись, увидел рядом с собой овчарку. Я даже не заметил, когда она подошла. Теперь старушка Пахмутова стояла рядом и смотрела на меня с каким-то неподдельным удивлением – мол, что ты от нас хочешь. И я не знал, что ей ответить.

– Все, пошли, – сказала Катя и направилась в сторону телевышки, торчавшей из-за горизонта. Пахмутова охотно последовала за ней. Я отряхнул пыль и обломанно побрел за ними.

По дороге Катя молчала, на мои попытки завязать разговор не обращала внимания, что-то мурлыкала себе под нос и говорила в основном с Пахмутовой. У ворот вышки остановилась и протянула мне руку.

– Спасибо, – сказал я. – Извини, если что не так.

– Да ладно, – ответила она спокойно. – Все в порядке. Не забредай в кукурузу.

– Что ты их так боишься?

– Я их не боюсь, – ответила Катя. – Я их знаю. Все, я ушла.

– Подожди, – остановил я ее. – Что ты вечером делаешь?

– Вечером я делаю уроки. И утром тоже, – добавила она.

Овчарка на прощание обнюхала мою обувь и тоже отправилась домой. Вечер трудного дня, подумал я.

* * *

Травмированный посмотрел на меня с подозрением, как будто все зная и понимая. Но промолчал. А уже собираясь домой, подошел и сказал:

– Короче, Герман, – голос его звучал глухо, но доверительно. – Ты нам завтра будешь нужен.

– Кому это вам?

– Увидишь, – уклонился от ответа Травмированный. – Мы заедем часов в одиннадцать. Будь готов. Дело серьезное. На тебя можно рассчитывать?

– Ну ясно, Шур, о чем речь.

– Я так и думал, – сказал на это Травмированный, сел в свою легковушку и покатил к трассе.

Ну вот, подумал я, началось. И не говори, что ты был к этому не готов.

librebook.me

Книга: Сергей Жадан. Ворошиловград

Сергей ЖаданВорошиловград«Ворошиловград» – роман жесткий, меланхоличный и реалистичный. Насколько вообще может быть реалистичным соцреализм. Однажды ты узнаешь, что твой брат исчез в неизвестном направлении, приятели… — Фолио, (формат: 60х90/16 (~145х215 мм), 320стр. стр.) электронная книга Подробнее...2011118.75электронная книга
Сергей Викторович ЖаданВорошиловград«Ворошиловград» – роман жесткий, меланхоличный и реалистичный. Насколько вообще может быть реалистичным соцреализм. Однажды ты узнаешь, что твой брат исчез в неизвестном направлении, приятели… — Фолио, (формат: Твердая бумажная, 443 стр.) Подробнее...2011бумажная книга
Жадан С.В.ВорошиловградПоэт и прозаик Сергей Жадан (р. 1974) — видная фигура современной украинской культурной жизни. Он организует общественные акции, выступает совместно с рок-группами, переводит немецких и русских… — Редакция Елены Шубиной (АСТ), Современная проза Подробнее...2012203бумажная книга
Жадан Сергей ВикторовичВорошиловградПоэт и прозаик Сергей Жадан (р. 1974) - видная фигура современной украинской культурной жизни. Он организует общественные акции, выступает совместно с рок-группами, переводит немецких и русских… — Редакция Елены Шубиной, Подробнее...2012328бумажная книга
Сергій ЖаданВорошиловградЗа версією конкурсу «Книга року Бі-бі-сі» роман «Ворошиловград» став кращою книгою десятиліття! Пил доріг, іржаві бензоколонки, втомлені автобуси, старі «хрущовки»… Місто, що залишилось десь поза… — Книжный Клуб «Клуб Семейного Досуга», электронная книга Подробнее...2012113электронная книга
Сергій Вікторович ЖаданВорошиловградЗа версією конкурсу «Книга року Бі-бі-сі» роман «Ворошиловград» став кращою книгою десятиліття! Пил доріг, іржаві бензоколонки, втомлені автобуси, старі «хрущовки»… Місто, що залишилось десь поза… — Книжный Клуб «Клуб Семейного Досуга», Подробнее...2015бумажная книга
Сергей ЖаданВорошиловградЗа версією конкурсу"Книга року Бі-бі-сі"роман"Ворошиловград"став кращою книгою десятиліття! Пил доріг, іржаві бензоколонки, втомлені автобуси, старі"хрущовки" — (формат: 84х108/32 (~130x210 мм), 320стр. стр.) Подробнее...201560бумажная книга
Сергій ЖаданВорошиловградОдного разу ти дізнаєшся, що твій брат зник у невідомому напрямку, приятелі займаються фінансовими аферами, а бізнес намагаються перекупити представники незрозумілих структур. Реальність виявляється… — Фолио, (формат: 60х90/16 (~145х215 мм), 320стр. стр.) электронная книга Подробнее...2010118.75электронная книга
Сергій Вікторович ЖаданВорошиловградОдного разу ти дізнаєшся, що твій брат зник у невідомому напрямку, приятелі займаються фінансовими аферами, а бізнес намагаються перекупити представники незрозумілих структур. Реальність виявляється… — Фолио, (формат: 60х90/16 (~145х215 мм), 320стр. стр.) Подробнее...2010бумажная книга
Жадан С.В.ВорошиловградПоэт и прозаик Сергей Жадан (р. 1974) - видная фигура современной украинской культурной жизни. Он организует общественные акции, выступает совместно с рок-группами, переводит немецких и русских… — Издательство «АСТ», (формат: 60х90/16 (~145х215 мм), 320стр. стр.) Жадан Подробнее...201260бумажная книга
Жадан Сергей ВикторовичВорошиловградПоэт и прозаик Сергей Жадан (р. 1974) - видная фигура современной украинской культурной жизни. Он организует общественные акции, выступает совместно с рок-группами, переводит немецких и русских… — АСТРЕЛЬ, (формат: Твердая бумажная, 443 стр.) Подробнее...201273бумажная книга
Сергей ЖаданВорошиловградПоэт и прозаик сергей жадан (р. 1974) - видная фигура современной украинской культурной жизни. Он организует общественные акции, выступает со — Астрель, (формат: Твердая бумажная, 443 стр.) Подробнее...201279бумажная книга
Сергей ЖаданВорошиловград. Бігти, не зупиняючисьОт издателя:"Ворошиловград" -роман жесткий, меланхоличный и реалистичный. Насколько вообще может быть реалистичным соцреализм — (формат: 60х90/16 (~145х215 мм), 320стр. стр.) Подробнее...201586бумажная книга
Жадан С.Ворошиловград. РоманПоэт и прозаик Сергей Жадан (р. 1974) - видная фигура современной украинской культурной жизни. Он организует общественные акции, выступает с рок-группами, переводит немецких и русских поэтов. Его… — Астрель, (формат: Твердая бумажная, 443 стр.) Подробнее...201259бумажная книга
Сергей ЖаданВорошиловград. Бігти, не зупиняючисьСергій Жадан (нар. 1974 р.) - поет, прозаїк, перекладач. Автор кількох книг віршів та прози. У видавництві"Фоліо"вийшли друком його книжки:"Депеш Мод" (2004),"Цитатник" (2005),"Anarchy In The Ukr"… — (формат: 60х90/16 (~145х215 мм), 320стр. стр.) Подробнее...201577бумажная книга

dic.academic.ru

Книга: Сергей Жадан. Ворошиловград

Сергей ЖаданВорошиловград«Ворошиловград» – роман жесткий, меланхоличный и реалистичный. Насколько вообще может быть реалистичным соцреализм. Однажды ты узнаешь, что твой брат исчез в неизвестном направлении, приятели… — Фолио, (формат: 60х90/16 (~145х215 мм), 320стр. стр.) электронная книга Подробнее...2011118.75электронная книга
Сергей Викторович ЖаданВорошиловград«Ворошиловград» – роман жесткий, меланхоличный и реалистичный. Насколько вообще может быть реалистичным соцреализм. Однажды ты узнаешь, что твой брат исчез в неизвестном направлении, приятели… — Фолио, (формат: Твердая бумажная, 443 стр.) Подробнее...2011бумажная книга
Жадан С.В.ВорошиловградПоэт и прозаик Сергей Жадан (р. 1974) — видная фигура современной украинской культурной жизни. Он организует общественные акции, выступает совместно с рок-группами, переводит немецких и русских… — Редакция Елены Шубиной (АСТ), Современная проза Подробнее...2012203бумажная книга
Жадан Сергей ВикторовичВорошиловградПоэт и прозаик Сергей Жадан (р. 1974) - видная фигура современной украинской культурной жизни. Он организует общественные акции, выступает совместно с рок-группами, переводит немецких и русских… — Редакция Елены Шубиной, Подробнее...2012328бумажная книга
Сергій ЖаданВорошиловградЗа версією конкурсу «Книга року Бі-бі-сі» роман «Ворошиловград» став кращою книгою десятиліття! Пил доріг, іржаві бензоколонки, втомлені автобуси, старі «хрущовки»… Місто, що залишилось десь поза… — Книжный Клуб «Клуб Семейного Досуга», электронная книга Подробнее...2012113электронная книга
Сергій Вікторович ЖаданВорошиловградЗа версією конкурсу «Книга року Бі-бі-сі» роман «Ворошиловград» став кращою книгою десятиліття! Пил доріг, іржаві бензоколонки, втомлені автобуси, старі «хрущовки»… Місто, що залишилось десь поза… — Книжный Клуб «Клуб Семейного Досуга», Подробнее...2015бумажная книга
Сергей ЖаданВорошиловградЗа версією конкурсу"Книга року Бі-бі-сі"роман"Ворошиловград"став кращою книгою десятиліття! Пил доріг, іржаві бензоколонки, втомлені автобуси, старі"хрущовки" — (формат: 84х108/32 (~130x210 мм), 320стр. стр.) Подробнее...201560бумажная книга
Сергій ЖаданВорошиловградОдного разу ти дізнаєшся, що твій брат зник у невідомому напрямку, приятелі займаються фінансовими аферами, а бізнес намагаються перекупити представники незрозумілих структур. Реальність виявляється… — Фолио, (формат: 60х90/16 (~145х215 мм), 320стр. стр.) электронная книга Подробнее...2010118.75электронная книга
Сергій Вікторович ЖаданВорошиловградОдного разу ти дізнаєшся, що твій брат зник у невідомому напрямку, приятелі займаються фінансовими аферами, а бізнес намагаються перекупити представники незрозумілих структур. Реальність виявляється… — Фолио, (формат: 60х90/16 (~145х215 мм), 320стр. стр.) Подробнее...2010бумажная книга
Жадан С.В.ВорошиловградПоэт и прозаик Сергей Жадан (р. 1974) - видная фигура современной украинской культурной жизни. Он организует общественные акции, выступает совместно с рок-группами, переводит немецких и русских… — Издательство «АСТ», (формат: 60х90/16 (~145х215 мм), 320стр. стр.) Жадан Подробнее...201260бумажная книга
Жадан Сергей ВикторовичВорошиловградПоэт и прозаик Сергей Жадан (р. 1974) - видная фигура современной украинской культурной жизни. Он организует общественные акции, выступает совместно с рок-группами, переводит немецких и русских… — АСТРЕЛЬ, (формат: Твердая бумажная, 443 стр.) Подробнее...201273бумажная книга
Сергей ЖаданВорошиловградПоэт и прозаик сергей жадан (р. 1974) - видная фигура современной украинской культурной жизни. Он организует общественные акции, выступает со — Астрель, (формат: Твердая бумажная, 443 стр.) Подробнее...201279бумажная книга
Сергей ЖаданВорошиловград. Бігти, не зупиняючисьОт издателя:"Ворошиловград" -роман жесткий, меланхоличный и реалистичный. Насколько вообще может быть реалистичным соцреализм — (формат: 60х90/16 (~145х215 мм), 320стр. стр.) Подробнее...201586бумажная книга
Жадан С.Ворошиловград. РоманПоэт и прозаик Сергей Жадан (р. 1974) - видная фигура современной украинской культурной жизни. Он организует общественные акции, выступает с рок-группами, переводит немецких и русских поэтов. Его… — Астрель, (формат: Твердая бумажная, 443 стр.) Подробнее...201259бумажная книга
Сергей ЖаданВорошиловград. Бігти, не зупиняючисьСергій Жадан (нар. 1974 р.) - поет, прозаїк, перекладач. Автор кількох книг віршів та прози. У видавництві"Фоліо"вийшли друком його книжки:"Депеш Мод" (2004),"Цитатник" (2005),"Anarchy In The Ukr"… — (формат: 60х90/16 (~145х215 мм), 320стр. стр.) Подробнее...201577бумажная книга

dic.academic.ru