Книга Злые игры читать онлайн. Злые книги


Мой топ-5 самых злых книг - Хрум-Хрумыч

 

 

Так уж повелось что мне нравится читать самую разную литературу. Книги могут как задевать чувства, так и волновать, заставлять задуматься. Есть такие которые хочется перечитывать вновь и вновь, а есть и те что откладываешь в сторону после нескольких десятков страниц и уже никогда к ним не возвращаешься. В этом ряду особняком стоят книги которые я, по своим ощущениям, охарактеризовал бы как тяжелые для прочтения. Они выделяются своей гнетущей атмосферой, мрачным,

даже злым содержанием, их однозначно сложно читать, но сложно именно из-за того что эти книги злые сами по себе, а не потому что они скучные. Итак, книголюбы, попробую вспомнить самые злые книги из мною прочитанного.

 

 

 

5. "Черный день" - Алексей Доронин

Задавались ли вы когда либо вопросом: "Что будет если завтра война?". Причем война не абы какая, не мелкая заварушка вроде той что была в Южной Осетии в 2008 году, а самая настоящая Третья Мировая война с полноценным обменом ядерными ударами России и "горячо любимых" аСаШАй. Все сколько-нибудь крупные города обратились "в радиоактивный пепел" (привет Дмитрию Кисилеву!). Из-за поднявшегося в стратосферу большого количества дыма и сажи от взрывов ядерных ракет, Землю окутало непроницаемое облако. Солнечные лучи не могут пробиться через этот пепельный "саркофаг" - вся планета погрузилась во тьму и холод, наступила ядерная зима. На руинах, бывших некогда городами, в поисках хоть какого-нибудь пропитания копошатся немногие выжившие. Каннибализм и мародерство стало обыденными вещами.  

 

Примерно так можно описать завязку романа "Черный день" авторства Алексея Доронина. В мой топ "Черный день" попал из-за его безграничной безысходности и гнетущей атмосферы. К тому же одной из возможных причин начала Третьей Мировой в книге (которая была написана в 2009 году) упоминается Донбасс. На фоне нынешних событий в Украине это не может не настораживать.

 

 

 4. "Ваал" - Роберт Маккаммон

В одной из песен американской группы Slayer есть такая строчка: "Бог ненавидит нас всех". Именно в этом коротком предложении кроется вся суть дебютного романа американского маэстро ужасов (и главного соперника Стивена Кинга на этот поприще) Роберта Маккаммона "Ваал". Злое древнее божество пришло в этот мир и начало перекраивать его под себя. Адепты новой религии начали проявлять активность на Ближнем Востоке и постепенно религиозное безумие, как чума, начало

расползаться по миру.  

 

Книга была написана в далеком 1978 году и считается многими критиками самым слабым романом Маккаммона. Я не могу не согласиться с этом, ведь его перу принадлежит такой шедевр как "Песня Свон". Однако именно "Ваал" заставлял меня морщиться, но продолжать читать. Очень неприятная и непростая в плане восприятия книга. Ваал с одной стороны примитивен (как и всякое древнее кровожадное божество), но с другой стороны флюиды его влияния выворачивают наружу в людях все самое худшее. Читая книгу, я почти физически испытывал отвращение, настолько мерзким и злым вышел Ваал и его последователи.

 

 

3. "Подвал" - Ричард Лаймон

С этой книгой я случайно познакомился лет 12-14 назад, купил по дешевке в одной книжной лавке. Книгу добросовестно прочел и долго не мог понять - что же это такое. Да, ныне покойный Ричард Лаймон считается одним из корифеев жанра ужасов, его работы высоко оценивал сам маэстро Стивен Кинг. Однако "Подвал" - первый роман Лаймона, написанный им в 1980 году - оставляет довольно смешанные чувства. Его можно назвать не столько страшным, сколько грязным. Смесь насилия,

секса, хорорра в совершенно безумных пропорциях - вот суть "Подвала". При этом часть действующих лиц оказывается детьми, что лишь усиливает чувство отторжения от книги. Кстати, недавно узнал что "Подвал" был первой книгой из тетралогии романов "Beast House Chronicles". Остальные три читать мне как-то не захотелось.  

 

 

 2. "Крысы" - Джеймс ХербертВы любите крыс? Таких больших, помойных, с длинными лысыми хвостами, блестящими глазками-бусинками и вечно шевелящимися усами? Нет? Ну тогда вам лучше ни в коем случае не читать роман английского писателя Джеймса Херберта посвященный этим прелестным животным.

 

Сюжет прост как пять пенсов - однажды старый-добрый Лондон (тот самый, который "зэ кэпитэл оф зэ Грэйт Бритэн") подвергся нашествию полчищ огромных и кровожадных крыс. Эти мохнатые монстры совершенно не боялись людей и рассматривали хомо сапиенсов лишь в качестве пищи. Роман состоит из большого количества небольших сюжетов-историй, главными героями которых являются именно крысы пожирающие людей. Зачастую заживо. Книга полна тошнотворных и поистине апокалипсических описаний людоедских пиров, устроенных пристрастившимися к человечине грызунами. Есть и один персонаж-человек, молодой учитель мистер Харрис, которого с натяжкой можно назвать центральным, так как он проходит через большинство сюжетов, связывая все эти истории воедино.

 

Пожалуй именно "Крысы" серьезно претендовали на первое место в моем топе, однако следующая книга бьет все рекорды по тошнотворности и злобе...

 

 

 

1. "120 дней Содома" - Донасьен Альфонс Франсуа де СадТа-да-да-дам! На первом месте раритетнейшая книга, написанная свыше 230 лет назад - аж в 1785 году! Этот роман вышел из-под пера легендарного развратника маркиза де Сада (да, да, того самого), чье имя стало нарицательным для обозначения крайней жестокости и получения удовольствия от мучений и унижений других.

Свой роман де Сад написал во время отбывания тюремного срока в легендарной Бастилии (маркиза обвиняли в целом ряде преступлений - отравлении, содомии, похищении трех девушек с целью изнасилования и т.д.). Видимо гнетущая атмосфера тюрьмы содействовала написанию "самой грязной из когда-либо рассказанных историй" (по мнению самого автора).

 

Сюжет вкратце таков: четыре высокопоставленных друга - герцог, епископ, судья и банкир - решили провести зиму (четыре месяца, те самые 120 дней из названия книги) предаваясь разнузданным оргиям и пыткам. Для этой цели богатые извращенцы арендовали шато высоко в горах и наняли шайку бандитов для охраны и захвата жертв. "Расходным материалом" для четверки друзей стали несколько десятков юношей и девушек, а также подростков, которых извращенцы в течении всей зимы, одного за другим, насилуют, пытают и убивают.

Книга получилась крайне тяжелая к прочтению из-за обилия подробнейших описаний жестокий экзекуций и сексуальных сцен со всеми мыслимыми и немыслимыми формами извращений. Поэтому "120 дней Содома" запрещена в некоторых странах (и не без оснований). Стоит отметить, что по своим убеждениям де Сад был сторонником либертинизма и отрицал существовавшее во Франции XVIII века деления людей на сословия, в его понимании существовало всего два сословия - властители и рабы. Все эти убеждения де Сада наглядно видны на примере вышедших из-под его пера "120 дней Содома". Ни в коем случае не читайте эту книгу, если вам дорого ваше психическое здоровье.

www.dnevniki.ykt.ru

Злые циничные книги

TEq 27-03-2012 17:59

Порекомендуйте книгу(и), соответствующие следующим критериям:

- неидеализированный главный герой. циник/нигилист/подлец- присутствие сильной сюжетной линии (не сплошь душевные терзания)- ГГ чтобы был человеком "дела"- чтобы ГГ не раскаивался и не отступался от избранного им курса- желательно (но необязательно) - антиутопию

Для наглядности - Замятин "Мы", но только чтобы без слюней было. нечто типа к/Ф Эквилибриум, но чтобы ГГ не перевоспитывался. Нечто вроде Портрета Дориана Грея (не понравилось только обилие "описательства"), "Отцы и Дети" (Базаров с его нигилизмом).

Кречет 28-03-2012 16:46

Круз, "Земля мертвых" - по всем пунктам :D:D:D

Raptor 28-03-2012 17:31

"Герой нашего времени" :)

TEq 29-03-2012 12:27quote:Круз, "Земля мертвых" - по всем пунктамэпоха мертвых? читал все 6 книг цикла о зомби )quote:"Герой нашего времени"тоже читал, хотя еще в школе. думаю перечитать тогда :)kaban1 29-03-2012 09:46

Санин "72 градуса ниже нуля", "Трудно отпускает антарктида"....

AllBiBek 30-03-2012 18:10

"Кокон" Е.Немца, но это никак не антиутопия.

Н.Валерич 01-04-2012 02:30

ИЗ той-же серии что и Андрей Круз. Свежая книга Артёма Каменистого - РАЙ БЕСПОЩАДНЫЙ(наверно с продолжением). Мне показалось что жестокая и без "лишних наворотов". Люди попадают на другую планету и пытаются выжить среди других людей с Земли,главное что взрослые невыживают сразу. Советую С.Лукьяненко - "Рыцари сорока островов".

Марадёр и Каратель - Беркем Аль Атоми.

Павел Корнев "про Скользкого" 4 книги и ещё 2 про то же.

o.tuk 01-04-2012 05:16quote:Павел Корнев "про Скользкого" 4 книги и ещё 2 про то же. Его же дилогия "Проклятый металл" и "Жнец",повесть "Ростовщик и море".mura-nsk 02-04-2012 08:35

"Бесы" Достоевского. Без шуток. Там и мерзавцы, и действие, и отсутствие раскаяния, и антиутопия.Очень рекомендую. Подонок на подонке, ни одного положительного героя.

P.S. Посмотрел Ваш профайл (19 лет) - нет, рановато Вам ещё Достоевского, будете постарше - тогда попробуете.

abwehr 05-04-2012 18:22quote:Originally posted by TEq:Порекомендуйте книгу(и), соответствующие следующим критериям:

- неидеализированный главный герой. циник/нигилист/подлец- присутствие сильной сюжетной линии (не сплошь душевные терзания)- ГГ чтобы был человеком "дела"- чтобы ГГ не раскаивался и не отступался от избранного им курса- желательно (но необязательно) - антиутопию

Маркиз де Сад, почти все пункты подходят :D

AllBiBek 05-04-2012 18:56quote:Originally posted by mura-nsk:Посмотрел Ваш профайл (19 лет)Почитал Ваш - ПМВ по Ремарку изучаете, значит и ВМВ по Пикулю. В Самообороне, опять-таки постоялец. В кают-компании пятой частый гость крайние пару лет. Короче, Вам тоже рановато Достоевского. А вот человек, которого припустить пытаетесь, его уже перерос.

С Уважением.

AllBiBek 05-04-2012 19:01quote:Originally posted by abwehr:почти все пункты подходятВообще-то все. Под означенные условия изначально только два автора подходят, Де Сад и "Крыса из нержавейки" Гарри Гаррисона. Хотя, из него же и "Билл - герой галактики" подойдет. Еще вот "Мир Пауков" Колина Уилсона вспомнился на эти условия ввода, но это на любителя.mura-nsk 05-04-2012 19:24

[QУОТЕ]Оригиналлы постед бы АллБиБек:[б]Почитал Ваш - ПМВ по Ремарку изучаете, значит и ВМВ по Пикулю. В Самообороне, опять-таки постоялец. В кают-компании пятой частый гость крайние пару лет. Короче, Вам тоже рановато Достоевского. А вот человек, которого припустить пытаетесь, его уже перерос.

С Уважением.[/б][/QУОТЕ]

"Нехороший ты человек, Косой. Злой, как собака..."Что Вы на меня так вызверились? В "Самообороне" я последний раз был года 2 назад, можете проверить по профайлу. А насчёт того, что ТС ПЕРЕРОС Достоевского, так тогда какого хрена он здесь фантастику-антиутопии выспрашивает? Это вообще-то чтиво для 11-14 летних пацанов.Я действительно не понимаю, Вы же археолог, и посты у Вас везде грамотные и выдержанные.То, что до Достоевского дорасти надо, чтобы впечатление на всю жизнь не испортить, так это всем известно. Как и до Толстого.И, кстати, слово "крайние" - Вы водолаз или парашютист? Или так, повыёживаться?С уважением.

AllBiBek 05-04-2012 19:50

:) Второе :) Не обижайтесь, просто за симпатичного мне человека заступился малость. Ибо к врачам трепетно отношусь. Ну вот не получилось в своё время на мед. пойти, то что полевым фельдшером мотаюсь периодически, и могу лечить полевые "пять П" (порез-понос-простуда-похмелье-перелом) - это так, сублимация.

Достоевский - это отдельная тема. Почему его в англоговорящих странах любят крайние годы - вроде понял, по стилистике и манерам раскрытия характера, и за счет предельной детализации на Кинга похож, и частично - на Симмонса. Имхо. А вот в русскоязычных...

Сорри если задел, не обижайтесь.

abwehr 05-04-2012 19:51quote:Originally posted by AllBiBek:Вообще-то все.

По мне, так антиутопией это не назвать.Но топикстартеру, я так понял, скорее атмосфера важна, так что сойдёт, наверное :)

abwehr 05-04-2012 20:02

Ещё можете почитать цикл про Тома Рипли писательницы Патриции Хайсмит.Тоже не антиутопия (типа, дефектив), но остальное, вроде как, присутствует.Сам не читал, чисто по слухам.

IS90 05-04-2012 20:47quote:ПМВ по Ремарку изучаетекак историк- Ремарк, конечно не катит. но он не совсем о истории( как науке) писал .:)quote:Порекомендуйте книгу(и), соответствующие следующим критериям:- неидеализированный главный герой. циник/нигилист/подлец- присутствие сильной сюжетной линии (не сплошь душевные терзания)- ГГ чтобы был человеком "дела"- чтобы ГГ не раскаивался и не отступался от избранного им курса- желательно (но необязательно) - антиутопиюпожалуй в свете посоветованных вам книг - вам подойдет Франсуа Рабле "Гаргантюа и Пантагрюэль" :)и Маркиз де Сад.abwehr 05-04-2012 20:53

Не стоит проходить и мимо замечательного Бёрджесса с его "Заводным апельсином"

IS90 05-04-2012 21:00

Бёрджесса с его "Заводным апельсином" ------------------------------------------------------------------кстати да.Достаточно легко читается- несмотря на своеобразный стиль.ну или может немного правда не в тему- Кен Кизи "Гнездо кукушки"

теоретег 07-04-2012 12:24

Маркиз де Сад - полная блевотина. Графоманский высер садиста-импотента. На волне perestroika кинулся было читать, но ниасилил. Рабле - это совсем другое дело. Несколько перегружен опейсаниями, но читать вполне можно.

теоретег 07-04-2012 12:26quote:Originally posted by mura-nsk:И, кстати, слово "крайние" - Вы водолаз или парашютист? Или так, повыёживаться?Украинец, наверно.Korppi 07-04-2012 16:07

Ежи Косински "Раскрашенная птица".

mura-nsk 07-04-2012 18:41quote:Originally posted by AllBiBek: :) Второе :) Не обижайтесь, просто за симпатичного мне человека заступился малость. Ибо к врачам трепетно отношусь. Ну вот не получилось в своё время на мед. пойти, то что полевым фельдшером мотаюсь периодически, и могу лечить полевые "пять П" (порез-понос-простуда-похмелье-перелом) - это так, сублимация.

Достоевский - это отдельная тема. Почему его в англоговорящих странах любят крайние годы - вроде понял, по стилистике и манерам раскрытия характера, и за счет предельной детализации на Кинга похож, и частично - на Симмонса. Имхо. А вот в русскоязычных...

Сорри если задел, не обижайтесь.

Также приношу Вам свои извинения, что-то я сорвался. Насчёт Достоевского - так я бы запретил его изучение по школьной программе, чтобы желание у людей не перебить. Я пришёл к нему только в 30 лет, поэтому и говорю про возраст, не в укор топикстартеру.А если Вас, уважаемый ТС, интересует не только фантастика, то очень, ОЧЕНЬ, рекомендую по заданной теме "Господ Головлёвых". Совершенно замечательная вещь, ни одного положительного героя, ни тени раскаяния, ублюдок на ублюдке!

ahin 11-04-2012 19:05

"Петр 1" А.Н. Толстого. В историческом плане - сложно сказать, в художественном - весьма ничего себе.

mura-nsk 11-04-2012 19:37

да там же все персонажи милые и симпатичные.

AllBiBek 11-04-2012 19:57quote:Originally posted by mura-nsk:Совершенно замечательная вещьПолностью согласен. Салтыкова-Щедрина в 18 лет тоже понять трудно, там едва до Экзюпери дорастаешь. Для разных возрастов эти сказки.abwehr 11-04-2012 20:13

Да ладно вам, все эти возрастные границы - большая условность...

AllBiBek 12-04-2012 03:01

УК РФ тут не согласен, там нынче охота на ведьм идет, причем рулят теоретики которые педофилию от эфебофилии не отличают. Флудю, блин..

abwehr 12-04-2012 10:35

Я и говорю - его уже за особо тяжкое посадить могут, а ничего страшнее Чипполино еще не давали читать - не поймёт... Дисгармония!

Это еще ничего, питерские избранники вон Раммштайн от гомосеков отличить не могут, аж всполошились :D

unecht 13-04-2012 16:30

Трилогия Артёма Мичурина "Еда и патроны". Чем дальше, тем больше жестокости, цинизма и каннибализма.

mura-nsk 13-04-2012 16:34

Очень интересно. Мичурин - современный писатель? Или советский?

unecht 13-04-2012 16:49

Современный. ЕиП - постапокалипсис.

mura-nsk 13-04-2012 17:16

Спасибо.

AllBiBek 13-04-2012 18:58

Теперь в русскоязычной литературе есть свой Фоллаут, с подкидным дураком и блудницами.

mura-nsk 13-04-2012 20:33quote:Originally posted by AllBiBek: блудницами.

Экая тонкость и обходительность в формулировках.

unecht 13-04-2012 21:10quote:Originally posted by AllBiBek:Теперь в русскоязычной литературе есть свой Фоллаут, с подкидным дураком и блудницами.Свой Фоллаут - это "Рука "Анклава" Виталия Егорова.AllBiBek 13-04-2012 21:16quote:Originally posted by unecht:Свой ФоллаутВ курсе, первым её читал и предредакцию делал. Сосед он мой бывший, двушку на пару для экономии снимали пару лет года три назад. После дороги разошлись. Вроде продолжение он не пишет, в фотографию ушёл.unecht 13-04-2012 21:18

А мы её издали :)

AllBiBek 14-04-2012 12:28

Кого только не встретишь на Ганзе! :) Очень приятно, камрад. Успеха вашему издательскому дому. Кста, даже не знал, что ее издали, в стол писАлась, в предверии выхода очередной части Фола.

тов.Берия 16-04-2012 11:08

Лимонов. "Палач".ГГ - циничный эротоман, садист и альфонс.

Freemason 16-04-2012 12:02quote:ГГ - циничный эротоман, садист и альфонс.

Хм. Мне мистер Худзински (как и большинство главных героев у Лимонова) показался скорее мягким, ранимым и чувствительным человеком. Как там у Шекли - "цинизм, это всего лишь форма наивности..." (с).

Хотя читать Лимонова, безусловно, стоит.

По части годного цинизма категорически рекомендую Сорокина ("День Опричника" и "Сахарный Кремль" для начала) и Елизарова.Если поприземленнее и без изысков, то Дмитрия Лекуха - цикл о околофутболе.

тов.Берия 16-04-2012 12:11quote:Originally posted by Freemason:Мне мистер Худзински ... показался скорее мягким, ранимым и чувствительным человеком. Ага. Издевался над женщинами по-всякому, шрамы на телах во время секса он оставлял от своей утонченности и чувствительности. Может, в своей душе он и был сентиментальным, страдая только от поступков Натальи, только снаружи он был совсем другим - не зря дочь Габриэлы сравнивала его с упырем.Freemason 16-04-2012 12:20

не могу согласиться.

«В сущности, у тебя нет реальной власти,- вдруг признался Палачу Оскар Домашний.- Как ни сжимай туго челюсти, как ни смотри строго и безжалостно, что-то в тебе, брат, мешает быть настоящим повелителем женщин. Нечто мягкое и сентиментальное. Ты не стал повелителем Женевьев в свое время. И не стал ты повелителем Габриэл: Почему?»(с) сабж

Еще топикстартеру книги Чарльза Буковски порекомендую.

Вот кто-кто, а его герой Генри Чинаски, в отличие от Эдички (с которым его наши критики часто сравнивают) не страдает сентиментальностью и сомнениями и всегда очень собой доволен. Цинизмом же обладает бескрайним, "как вид с Останкинской телебашни" (с).

тов.Берия 16-04-2012 12:30quote:Originally posted by Freemason:<В сущности, у тебя нет реальной власти,- вдруг признался Палачу Оскар Домашний.Вот еще один диагноз - шизофрения. В одном теле уживались два психически разных человека. Но в реальности все равно выходило, что Оскар - циничный и беспринципный тип.

Что же касается Чинаски, то он мне не показался таким уж циничным. Он просто откровенный человек, вернее, автор книг Ч.Буковски его сделал таким, практически списав с себя. Ну пьет человек, ну блудит. Где его утонченные издевки? Он непосредственен и откровенен.

AllBiBek 17-04-2012 17:16quote:Originally posted by Freemason:"День Опричника" и "Сахарный Кремль"Тогда уж "Голубое сало", "День опричника" - это гротеск на антиутопию.mura-nsk 17-04-2012 18:30

А знаете, под условия ТС подпадают самые разные герои: тот же О.Бендер.Подходит по всем параметрам, кроме "антиутопия"!

AllBiBek 17-04-2012 22:23

Таки он в ней живет, исходя из наличия у него своей утопии: Рио-де-Женейро. То, что эта антиутопия - по совместительству реализм, лишь частный случай, бывает.

limon 18-04-2012 21:34

У Берджесса есть ещё "Трепет намерения", обилие мерзавцев всех приятно удивит.Настоятельно рекомендую Олега Дивова "Выбраковка" и "Ночной смотрящий"!!! Неожиданные сюжеты, полная бкзысходность и ошеломительная жестокость персонажей. После этого самопиарящийся постаппокалиптик Андрей Круз покажется дитём -графоманчиком...

limon 18-04-2012 21:42

И разумеется Михаил Елизаров "Библиотекарь", Захар Прилепин "Санькя" и "Черная обезьяна".Так же отменно хорош в плане гадостей и цинизма Ян Валетов, его тетралогия вправе быть на почетном месте в библиотеке истинного мизантропа...

Freemason 18-04-2012 22:15

Из классики Свифта горячо советую. "Путешествия Гулливера" - вот уж где презрение к человекам чистейшее, как водка Абсолют.

memorire 23-04-2012 02:35

Американский маньяк (Америкэн Сайко) Брета Еастона Еллиса должен тебе понравиться. Очень хорошая книга.

Опасные Связи. Тоже хорошая книга.

Морской Волк.

Уловка 22 (Йоссариан там)

Грозовой перевал Бронте. (но там много душевных терзаний)

Кречет 23-04-2012 02:39quote:- неидеализированный главный герой.- присутствие сильной сюжетной линии (не сплошь душевные терзания)- ГГ чтобы был человеком "дела"- чтобы ГГ не раскаивался и не отступался от избранного им курса

"Финансист" Драйзера, "Майор Звягин" Веллера...

Freemason 23-04-2012 08:29

К "Американскому психопату" Эллиса добавлю еще "99 франков" Бегбедера.

тов.Берия 23-04-2012 09:15

Поскольку упомянули Веллера с его майором медицинской службы Звягиным, то порекомендую похожие произведения других авторов:1. Андрей Шляхов с его медицинской серией про доктора Данилова (вышло уже то ли 6, то ли 7 произведений) и отдельный сборник медицинского криминала "Черный крест".2. Андрей Ломачинский с его "Курьезами военной медицины" и "Рассказами судмедэксперта".Причем, если Ломачинский делает упор именно на медицинские курьезы, то Шляхов подробно расписывает изнутри работу самых разных медучреждений (роддом, скорая помощь, поликлиника, психбольница, морг и т.д.) и уловки медперсонала.

limon 23-04-2012 18:31

Ну Вы даёте тов.Берия! Ну какой из веллеровского майора "злойи циничный" персонаж... Он насквозь этичен, морален и до твращения благороден. Даже творя злодейские поступки. Ведь во имя Добра!Вот встречу на днях( прогуливаясь по набережной Штромми) Михал Ёсича - непременно повеселю его...

mura-nsk 23-04-2012 18:43

Я думаю, Лаврентий эту книгу просто не читал.

тов.Берия 23-04-2012 18:46

Это не я привел героя книг Веллера в пример. Я, увидев пост Кречета, вспомнил, что читал другие книги - там герои-медики, особенно в "Черном кресте" ведут себя очень цинично. Им не во врачи, а в каратели идти.Что же касается книг Ломачинского, то там цинизма хоть отбавляй - особенно в "Криминальных абортах".Встретите Михаила Иосифовича - передайте ему мою благодарность за его книги.Кстати, есть у Веллера похабная и циничная книжка "Забытая погремушка"... Местами рассказы очень злые, вернее, герои рассказов.

тов.Берия 23-04-2012 18:51quote:Originally posted by mura-nsk:Я думаю, Лаврентий эту книгу просто не читал. Еще один...Про Звягина тут Кречет вообще-то писал.limon 23-04-2012 18:53

Коллега, не будем наезжать на камрада. Здесь всё таки собрались взаимно доброжелательные люди. Наверно Лаврентию запомнился рассказ об изничтожении "злого палача НКВД, замучевшего академика в 30-е". Только и всего...Веллер живет неподалеку от дома моего отца, несколько раз спорили о его творчестве(Таллин - не Москва, как говорят в Санкт-Ленинграде: "Все по одной улице в булочную ходим"). Абсолютно вменяемый человек...

тов.Берия 23-04-2012 18:57quote:Originally posted by limon:Наверно Лаврентию запомнился рассказ об изничтожении "злого палача НКВД, замучевшего академика в 30-е". Только и всего...Еще циничней и расчетливей Звягин приканчивал Комогена. Уколом, в бане.А как он подставлял Игоря, жениха Валечки - соперника Ларика? Это к вопросу о том, чтоquote:Originally posted by mura-nsk:эту книгу просто не читал. mura-nsk 23-04-2012 19:04

А-а-а!Второй раз извиняюсь в одной теме!

тов.Берия 23-04-2012 19:06

Извинения принимаются.Но все же надо читать повдумчивее. А то уже сложился локальный мем - "На Ганзе постов не читают".

limon 23-04-2012 19:24

Охохоюшки! Тема предпологает собрание злобных (кровожадно улыбчивых) но!истинных мизантропов, не запятнавших своё доброе имя слюняво-общечеловечскими высказываниями...Вдвойне приятно - никакаго скатывания в срач, все друг друга понимаем. При полном пренебрежении к толерантности....

abwehr 23-04-2012 19:36

Раз зашла речь о цЫничных докторах... Луи-Фердинанд Селин, "Смерть в кредит".

unecht 24-04-2012 18:33

Раз пошла такая пьянка - Борис Виан "Я приду плюнуть на ваши могилы".

kolchin 28-04-2012 22:01

Александр Громов

у него, похоже, положительных героев вообще нет

Yep 29-04-2012 09:22

Я чо-то пропустил - это ганза или где?Мародёр, Беркем :D

AlDjazzar 01-05-2012 18:34

Валерьев "Фаранг"

rexfox 04-05-2012 16:51

"Плохая война""Хорошая война"автора не помню-гугл в помощьв первой книге средневековые ландснехты режутся с швейцарцамиво второй герой, выживший в первой книге, едет на рыцарский турнир в Италиикниги бесподобны

AlDjazzar 04-05-2012 17:16quote:"Плохая война""Хорошая война"автора не помню-гугл в помощьв первой книге средневековые ландснехты режутся с швейцарцамиво второй герой, выживший в первой книге, едет на рыцарский турнир в Италиикниги бесподобны

Зубков.

андроныч 08-05-2012 11:59

Николай Басов, серия книг Проблема Выживания. там вообще целый город 70х годов на сферу Дайсона переселили.

Симаргл 08-05-2012 13:41quote:Originally posted by kolchin:Александр Громов

у него, похоже, положительных героев вообще нет

Присоединяюсь."Вычислитель", "Прыткая и потаскун", "Вибрион", "Феодал"... Сволочи и мерзавцы, как и угодно ТС.

андроныч 08-05-2012 14:24

*шепотом* никитин "странные романы" цинизма завались

AllBiBek 11-05-2012 22:26quote:Originally posted by андроныч:Николай Басов, серия книг Проблема Выживания. там вообще целый город 70х годов на сферу Дайсона переселили.Акститесь, "Мир вечного полдня" - это скорее реверанс в сторону Колина Уилсона с его психоло-психическими загонами. А Ростик - ГГ - типичная Мерри Сью, положительная во всём.андроныч 12-05-2012 11:02

не читал пауков, сцкучно показалось. но акстицца, пожалуй, акстюсь, на всякий случай.

AllBiBek 26-05-2012 18:42quote:Originally posted by Yep:Я чо-то пропустил - это ганза или где?Угу, пропустил. Четвертый или пятый пост в теме.plombir 22-08-2012 20:51

Павел Дартс "Крысиная башня"В 151-й уже пересрались насколько герои там "неположительные и цыничные" :)http://guns.allzip.org/topic/151/911414.html

Максуд-Оглы 28-08-2012 12:02

Натан Дубовицкий(по слухам - псевдоним Суркова. Да-да! Того самого!- :)) "Околоноля" Подходит по всем пунктам, кроме, пожалуй душевных терзаний. Главный герой терзает свою душу. Но и чужие не меньше.

alvis 31-08-2012 15:27

"Еда и патроны", "Ренегат" Артема Мичурина, ЕМНИП

Неизвестный 04-09-2012 17:39

" Блуда и Мудо" Алексей Иванов.Заодно откроете для себя этого писателя.

Максуд-Оглы 04-09-2012 17:44

А чем Блуда то зла? По моему, воспевает доброе и вечное?! Или я чего не понял?

limon 04-09-2012 21:44

Присоединяюсь! чегой то не увидел в книгах Иванова цинизма, наоборот - "И милость к падшим призывал."Персонажи:сборище рефлексирующих меланхоликов и агрессивных дебилов; и этими особями атор любуется, умиляется и взывает к пониманию и прощению.Типа: все мы такие...

Максуд-Оглы 04-09-2012 21:48quote:Originally posted by limon:рефлексирующих меланхоликов и агрессивных дебиловЭто, скорее в Географе у него..- :)Dragunov 18-11-2012 13:38

Мишель Хольбек - Атомизированные

Konstantin217 24-01-2013 19:08

Если начинаешь искать книги с формулировкой "злые, циничные", то надо с колобка и Рябы, начинать, а вот лет через десять...

Gurian 11-02-2013 13:07

"Скарамуш" Р.Сабатини

Пож@рник 06-05-2013 21:49

А чем вам Том Харрис не угодил?

------------------Кто к нам с чем, и зачем. Тот от того, и того.

ahin 07-05-2013 12:33

Евгений Дубровин. В ожидании козы.

Grimnir 03-10-2013 15:58

Мопассан "Милый друг". Не злой, будущую тёщу любит :) но циничный и прагматичный.

Рядовой запаса 22-08-2014 14:05

Cорокин вышеупомянутый - трилогия"Лёд"

MraK111 22-08-2014 15:41

Валентин Пикуль

"Богатство"

Памяти профессора Михаила Алексеевича Сергеева, старейшего историка Русского Севера, который еще в пору моей молодости указал мне на богатую страну, где в цветущих долинах, осыпанных вулканическим пеплом, жили гордые и сильные люди, отвечавшие на оскорбление точным выстрелом

Vitar 22-08-2014 17:09цитата:Изначально написано TEq:Порекомендуйте книгу(и), соответствующие следующим критериям:

- неидеализированный главный герой. циник/нигилист/подлец- присутствие сильной сюжетной линии (не сплошь душевные терзания)- ГГ чтобы был человеком "дела"- чтобы ГГ не раскаивался и не отступался от избранного им курса

Д.Симмонз 'Террор'

До печёнок проберет

'середина XIX века, Арктика, полярная экспедиция сэра Джона Франклина ищет Северо-Западный проход между двумя великими океанами. Вынужденная зимовка, позднее, холодное лето, и вот уже для полутора сотен человек, на затертых льдами кораблях, остается одно желание - выжить. Выжить, несмотря ни на что - на жуткий холод, на испорченные консервы..Возможно ли в данных условиях пройти по самому краю и остаться человеком? Или можно только найти достойную смерть?

TxNxMx 31-08-2014 17:53

Э, не понял, мы на Ганзе или где?

Василий "Viper_NS" Федорович - Белые шнурки.

Sobaka1970 31-08-2014 18:11цитата:Изначально написано TxNxMx:Э, не понял, мы на Ганзе или где?

Василий "Viper_NS" Федорович - Белые шнурки.

О как он оказывается и пишет-человек многогранный как стакан.

Шарман 01-09-2014 12:57

Ильф-Петров и ихний Остап Сулейманович. Пойдет?

KOSTYA 04-09-2014 21:33цитата:Изначально написано abwehr:Не стоит проходить и мимо замечательного Бёрджесса с его "Заводным апельсином"

Не в каждом переводе хорош...в журнале "Юность" был хороший перевод,а вот в бумажных книгах и большинстве электронных версий обычно другой - туфтовый. :D

тов.Берия 05-09-2014 07:00цитата:Originally posted by KOSTYA:в журнале "Юность" был хороший переводВ журнале произведение урезано и выхолощено.Хороший перевод полной версии книги был у одного издания. ЕМНИП, в мягкой обложке.Grimnir 05-09-2014 13:44

Уильям Пирс "Дневник Тёрнера", "Охотник"

KOSTYA 05-09-2014 16:12цитата:Изначально написано тов.Берия:В журнале произведение урезано и выхолощено.

Зато перевод нормальный :)

цитата:Изначально написано тов.Берия:Хороший перевод полной версии книги был у одного издания. ЕМНИП, в мягкой обложке.

С удовольствием прочитал бы полную книжную версию с НОРМАЛЬНЫМ переводом.Не попадалась. :)

тов.Берия 05-09-2014 21:42

Скажу так: перевод в журнале и есть урезанный цензурно и объемно перевод из ТОЙ книги :)

TxNxMx 06-09-2014 16:06цитата:Originally posted by Grimnir:Уильям Пирс "Дневник Тёрнера", "Охотник"Это бл*ть ад и смерть мозга. Не стоит времени, затраченного на прочтение.

guns.allzip.org

Читать книгу Злые люди и как они расплачиваются за свое зло Германа Шелкова : онлайн чтение

Текущая страница: 1 (всего у книги 9 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

Герман ШелковЗлые люди и как они расплачиваются за свое зло

© Герман Шелков, 2017

© Издательство Телеграф, 2017

© Оформление, Борис Прохин, 2017

© Верстка, Валерий Невский, 2017

Предисловие

Мои знакомые отправились на две недели в туристический поход. Набили рюкзаки, взяли детей, двух домашних собак и веселой компанией поехали за леса и поля в какое-то чудесное место. Уезжая, они сказали мне: «Как жаль, что всего две недели! Нам и двух месяцев было бы мало, потому что мы настоящие «бродяги», любим природу, обожаем свежий воздух и песни у костра!»

Вернулись они раньше – всего через три дня. На их лицах я увидел растерянность и разочарование. Дети притихли и о чем-то задумались, и даже собаки, казалось, были удручены.

В походе с ними что-то случилось.

Выяснилось, что им встретился злой человек. Он вел себя ужасно: кривлялся, лез драться, кричал и сквернословил. И все было испорчено. В первую очередь, хорошее настроение.

Я спросил знакомых: «Разве нельзя было повернуться и уйти?»

Они ответили, что злой человек не возник на дороге и не выскочил из леса, а находился в той туристической группе, с которой им предстояло следовать вместе. Две группы для того и объединились. Это была их цель. То есть злым человеком оказался турист, любитель природы, свежего воздуха и песен у костра.

Меня это сначала удивило, но потом я подумал, что злые люди попадаются везде, даже вот и в туристическом походе. Можно ли знать заранее, что они появятся там, где их не ждешь?

Знакомые это подтвердили: никто из туристов не знал, что среди них окажется злой человек. Он был новичок.

«Негодяй! – сказали эти расстроенные люди. – Испортил нам отпуск! Ну, ничего, рано или поздно он ответит за свое зло. Мы верим в справедливость. Однажды его настигнет возмездие, соразмерное его поступкам!»

Я стал размышлять: «Любопытно, чем расплачиваются злые люди за свои нехорошие дела? Получают ли они по заслугам, как принято говорить в народе?»

После этого я решил, что следует написать о злых людях книгу. О том, какое наказание обрушивается на них за причиненное зло.

Как всегда, я отправился спросить у простых людей – известно ли им что-нибудь об этом.

Оказалось, что известно, да еще как! Зло не остается безнаказанным.

Вот какие истории мне рассказали в подтверждение этому.

Герман Шелков

* * *

Анна Ге-нко, 1977 года рождения: «Злого человека я впервые увидела будучи ребенком, в десять лет. Это был злой мальчик четырнадцати лет. Нехороший подросток. Он жил в нашем подъезде, тремя этажами выше. Мы переселились в этот дом недавно, а он уже там проживал. Я узнала, что он злой, когда наша соседка тетя Маша уронила на площадке первого этажа кулек с сахаром, и тот лопнул. Тетя Маша сказала: «Эх, гадость какая!» Она была расстроена тем, что кульков у нее было три и все три выпали из руки, но лопнул именно тот, что был с сахаром. В другом находились апельсины, в третьем – фигурные галеты, но рассыпалось именно сыпучее. По закону подлости. На полу оказалось именно то, что собирать было бессмысленно, и женщина очень расстроилась.

В эту минуту злой мальчик спускался по лестнице. Он все видел.

Он стал громко смеяться и кривляться.

Речь, которую он произнес, была ужасная: «Что, старуха, руки кривые? Или пьяная? Или сошла с ума? А ну, давай, встань на четвереньки и ешь свой сахар. Тебе это пойдет. Эх, что ж такое? Какая только дрянь не живет в нашем доме!»

Тетя Маша работала в районной поликлинике. Она была женщина хорошая, добрая. Ей было лет сорок, то есть она еще не достигла старости, а злой мальчик обозвал ее старухой. И говорил ей «ты», показывая тем самым самое ужасное неуважение.

Он открыто издевался над ней. И она стала говорить ему: «Как тебе не стыдно! Ты позоришь и себя, и своих родителей! Разве можно так разговаривать со взрослыми?»

Услышав это, злой мальчик вышел из себя и вдруг выхватил нож и стал им размахивать. Это было и страшно, и неожиданно.

Он размахивал ножом и пыхтел от злобы. И сказал: «Только еще раз попробуй мне возразить, стерва! Я тебя проучу!»

Тетя Маша испугалась и скрылась в своей квартире. Почему она не обратилась в милицию, я не знаю. Наверное, она пожалела родителей злого мальчика. Она их хорошо знала.

Этого злого мальчика многие боялись. Он своими выходками наводил ужас.

Его часто забирали в милицию, но всегда отпускали. И он ходил по двору довольный, ухмылялся и гримасничал.

Во дворе его боялись все дети, все подростки и юноши-студенты и даже некоторые взрослые мужчины.

Злой мальчик вел себя очень нахально. Он был несдержанным хамом, негодяем и низкой личностью. Он подчинил себе всех своих ровесников, а уж тех, кто был младше, он сделал просто-таки своими слугами.

Он переходил улицу так, словно по ней двигались игрушечные пластмассовые автомобили, не способные причинить никакого вреда. Очень дерзко переходил улицу – когда вздумается и в каком угодно месте. И водители сильно нервничали. Визжали тормоза, слышались проклятья. Иногда кто-нибудь выскакивал из своей машины и бросался к злому мальчику, чтобы его наказать, а ему как будто именно это и было нужно. Он кривил лицо, выхватывал нож и орал: «А ну, подходи, сволочь! Давай, кидайся, я тебя сейчас порежу!» И, бывало, сам кидался на водителей, а те в страхе убегали.

Так продолжалось, пока ему не исполнилось пятнадцать лет.

В пятнадцать лет все это прекратилось, потому что злой мальчик очень изменился. Но изменился он не по своей воле, а в результате одного случая.

Свидетелями этого происшествия, говорят, были только два человека, то есть лишь двое что-то слышали и видели. Одна бабуся, которая проживала на первом этаже, стояла у окна и все видела. А также еще одна пожилая женщина, которая находилась в этот момент на балконе второго этажа. Она тоже кое-что заметила.

Это было утром в воскресенье. Злой мальчик вышел из подъезда, остановился и закурил. Он курил с двенадцати лет, и его папа и мама ничего не могли с этим поделать. Он дымил, где только ему вздумается, и швырял окурки в самых неподходящих местах. И еще он имел привычку во время курения плевать под ноги и в сторону.

И вот он стоял у подъезда, курил и плевал. Наверное, он раздумывал, куда ему пойти.

Вдруг появился незнакомый человек, мужчина лет тридцати, и спросил злого мальчика: «Это какой дом? Какой у него номер?»

Злого мальчика это почему-то взбесило. И он сказал: «Ты что, баран, не видишь, что тут написано?» Он имел в виду, что номер дома выведен краской на стене.

Впоследствии этого незнакомца искали, но не нашли. Потому что он совершил преступление. Его искала милиция. Но он, видимо, был приезжий и покинул город. Или, быть может, он проживал в другом районе и даже не знал, что его ищут.

Больше никто и никогда не видел этого человека возле нашего дома.

Обе свидетельницы описывали его одними и теми же словами: «Молодой, лет тридцати, крепкий, среднего роста, лицо круглое, задумчивое и недоброе».

Бабуся, которая стояла у окна в своей кухне, слышала, что он сказал, этот незнакомый человек. Он сказал: «Что-что-что?»

После этого незнакомец резко ударил кулаком злого мальчика в лицо. Ударил всего один раз. И после этого ушел.

Злой мальчик остался лежать перед домом. Бабуся с первого этажа смотрела на него из окна. А другая свидетельница глядела с балкона. И обе они забеспокоились и поспешили выйти к лежащему, потому что он не шевелился. Они позвонили на станцию скорой помощи. И злого мальчика увезли в больницу.

Он лежал в беспамятстве неделю напролет, а когда пришел в себя, ничего не мог вспомнить. Когда его спрашивали, что случилось, он ничего не мог рассказать. Он был очень слаб. У него кружилась голова. Бедняжка не мог принимать пищу.

В больнице он пробыл месяц и еще две недели. Потом его забрали родители и привезли домой. Надели на него мягкую фланелевую рубашку. Надели такие же мягкие брюки. На ноги – сандалии. Держа за руку выводили во двор. Сажали его на лавку. И он там сидел, глядя под ноги или перед собой. Ни с кем не разговаривал. Бедный и бледный мальчик.

Он стал тихим, беспомощным, безобидным подростком. Его ровесники и те дети, которых он когда-то превратил в слуг, подходили в нему, бросали в него мусор, плевали ему на голову, насмехались над ним, а он их боялся и закрывал лицо руками.

Его папе и маме видеть это было невыносимо. И они увезли сына в деревню.

Рассказывали, что там он через год в ненастную погоду испугался грозы, побежал к реке, упал в воду и утонул.

А может быть, и не было этого. Может быть, про грозу придумали какие-то люди, которым хотелось, чтобы так было.

Во всяком случае, один злой человек повстречал другого злого человека, и вот что из этого вышло».

* * *

Николай Ер-ков, 1974 года рождения: «Один очень злой паренек жил в нашем дворе, в доме напротив. Он был старше меня на три года. Злобы в нем было как воды в озере. Он каким-то образом впитал все плохое, что есть в жизни. Он хамил и сквернословил, плевал куда вздумается, бросался на людей, затевал драки, а когда дрался, хватал с земли палки, булыжники, бутылки и все это пускал в ход, лишь бы одержать победу.

Он был весь в шрамах, в порезах. У него было надорвано ухо.

Его не просто сторонились и пугались, а боялись даже думать о нем. Даже крепкие, рослые мужчины избегали попадаться ему на глаза.

Его звали Анатолий П. Но он предпочитал, чтобы его называли Толиком.

Когда ему было двенадцать лет, он держал в страхе весь наш двор, а достигнув пятнадцати лет, подчинил себе и другие дворы в нашем районе. Можно сказать, что он был самый сильный подросток на территории, охватывающей пять улиц. Он был самый дерзкий и решительный. И очень-очень злой. Бешеный.

Ему ни в чем нельзя было прекословить. Попробуй возразить ему в чем-либо – и он сразу приходит в ярость, замахивается, хватает за воротник, за шею, и ему все равно, кто перед ним – человек малых лет или взрослый. На взрослых он бросался с камнями и палками, и, бывало, взрослые люди получали такой отпор, что после этого у них дрожали руки.

А у Толика ничего не дрожало. Он казался твердым и бесстрашным.

Волосы у него на голове были жесткие, как проволока, кожа желтоватая, с пятнами. Пальцы сильные и цепкие. Роста он был среднего.

Уже в двенадцать лет он собрал вокруг себя ватагу мальчишек и повелевал ими. Посылал их воровать печенье и другую еду в магазине, заставлял выпрашивать мелочь у прохожих. За любую провинность наказывал, не откладывая, бил по лицу, хватал за волосы и швырял на землю. И мальчишки его боялись порой до заикания.

А в пятнадцать лет он сделался словно правителем подросткового мира – регулировал все отношения между несовершеннолетними, судил и преследовал. Отбирал деньги, вещи. Кого-то приближал к себе, а кого-то удалял.

Отцовский гараж на пустыре был у него штаб-квартирой. Когда-то в гараже стоял мотоцикл с коляской, потом гараж пустовал. Толик его занял, принес туда большое кресло, кушетку, распивал там спиртное, играл на гитаре. Там же, при нем, находилась и его ватага.

Учился ли он в школе, как прочие подростки? Из нашей школы его выгнали после пятого класса за систематическое нарушение дисциплины. Он угодил в интернат, но отчего-то, по неизвестной причине, его чаще можно было увидеть во дворе, чем в этом интернате. Он безнаказанно оттуда сбегал, прогуливал занятия. Почему его не ловили и не доставляли обратно – никто не знает.

В шестнадцать лет он ограбил двух прохожих, двух военных, избил их, и они не смогли за себя постоять. Одному из них он проломил голову булыжником, а другого отходил палкой. Офицеры только кричали и стонали, но ничего не могли сделать.

Толика арестовали, судили и отправили в тюрьму. Он вернулся через четыре года, когда ему исполнилось двадцать лет. Я заканчивал школу, сдавал выпускные экзамены. Помню, что когда Толик снова появился в нашем дворе, я в этот день сдавал экзамен по английскому языку.

Я шел домой и повстречал знакомых парней из соседнего двора, учащихся ПТУ. Они сказали: «Слыхал? Видал? Толик вернулся! Сидит в вашем дворе на лавке, курит и потягивает пиво. Но с ним что-то не то… Он какой-то задумчивый и мрачный. Худой, как спичка. В общем, он изменился».

Мы пошли взглянуть на Толика, потому что умирали от любопытства.

Толик сидел на лавке не похожий на себя. Истощенный. Сутулый. Однако его лицо по-прежнему было лицом злого человека. Брови как всегда сдвинуты к переносице.

Он часто подкашливал.

Мы вышли к нему поздороваться, и он был этому как будто рад. «Ну что, сорванцы? – спросил он. – Как жизнь молодецкая свищет? Обычно, как у кретинов?»

Мы сказали, что сдаем экзамены.

И тут я увидел на лице Толика большую досаду. Он о чем-то сильно тужил. Впрочем, спрашивать его об этом было немыслимо – никто из нас не забыл его бешеной натуры и умения быть до конца безжалостным. И я, и другие, мы могли только ждать, когда Толик сам расскажет, что с ним случилось.

И он сказал: «Эх, черт возьми! У меня туберкулез. Вот ведь угораздило подхватить заразу!»

Мы были немало удивлены. Нас удивило, что этот человек уязвим, что он может быть больным и изможденным.

Мы еще не знали, что это конец Анатолия П. Двадцать лет – вот и вся его жизнь.

Никто из нас никогда не рассуждал о коварных, смертельных болезнях. Мы мало слышали о туберкулезе и вообще не задумывались, отчего в нынешнее время можно умереть.

Толик допил пиво и пошел домой, в свою квартиру на первом этаже.

Все лето окно его комнаты было распахнуто, и мы могли его видеть. Иногда он сидел на подоконнике, иногда ходил из угла в угол, а бывало, торчал посреди комнаты, как палка. Он умирал. Но мы об этом даже не догадывались. Мы думали, что с ним всего лишь приключилась какая-то напасть, которую он однажды одолеет. Мы все в свое время болели ангиной и вылечились. Мы болели гриппом и поправились. Кто-то болел скарлатиной и сейчас гоняет мяч на футбольном поле. Чем Толик хуже?

Он прожил лето и осень, а в середине зимы умер. Ему не исполнилось и двадцати одного года.

Его вынесли в гробу и поставили гроб на лавку у подъезда. Мы пришли на него взглянуть. И все, кто знали этого человека, подумали, что это кто-то другой.

Мы увидели восковую куклу с таким худым лицом, что казалось, кожа натянута на кости.

Вот и все, что осталось от когда-то злого, безжалостного паренька, держащего в страхе нашу округу.

Еще недавно, летом, он выглядывал в окно и, заметив кого-нибудь из нас, подзывал свистом и посылал в магазин за пивом. Мы ходили. Приносили пиво, табак, семечки. Осенью Толик уже не свистел в окно. И мы думали, что он идет на поправку. Мы ошибались. Мы не знали, что ему уже не до пива и семечек.

Гроб накрыли крышкой, подняли, поставили в бортовую машину и увезли. На кладбище никто из нас не поехал. Поехала только мать Толика и двое неизвестных нам людей.

Бабушки покачали головами и разошлись. Две из них проживали в моем подъезде, на моей лестничной площадке. И одна сказала другой: «Плохой был паренек, злой, дьявольский. Вот дьявол его и прибрал. А как же иначе? Так всегда было и будет. Что посеешь, то и пожнешь. Да!»

* * *

Ольга Руза-ва, 1970 года рождения: «На нашей улице в поселке жила одна семья, в которой было три брата и три сестры. Шесть детей. Все темно-русые, кроме одного, Алеши Н., самого красивого из всех. Он был белокурый, блондин. Действительно, очень красивый мальчик. Но очень злой!

С детства он бил кошек и собак, швырял камни в птиц и лягушек в пруду. И всегда затем, чтобы убить. Если птице или лягушке удавалось увернуться, Алеша приходил в ярость. Ему нужно было видеть их смерть. Он топал ногами. Орал на других мальчиков. И когда он злился, то каждый раз плевался. Вот почему? До сих пор непонятно, откуда в нем было столько злости.

Смеялся он всегда злобно и некрасиво. Такой симпатичный – и такой негодяй! Никто ничего не мог с ним поделать.

Его просили, и все без толку, упрашивали – и бесполезно. Грозили, пугали, стыдили, а ему все равно. Он стремился так провести время, чтобы кто-то страдал, мучился, нервничал, чтобы были слезы, крики, потери. Ни красивые облака в небе, ни яркие цветы, ни запахи из фруктового сада его не волновали, как и все остальное, что доставляет радость и удовольствие обычным людям. Это был человек, родившийся причинять вред. Пожалуй, это самое верное определение в отношении Алеши. Вредить он умел лучше всех.

Он любил высмеять и оскорбить. Попасться ему на глаза означало, что сейчас ты услышишь о себе какую-нибудь гадость. Чаще всего это касалось внешнего вида – одежды, обуви, прически или физических особенностей – походки, дефектов речи, формы носа.

Помню, что мой брат, когда ему было четырнадцать лет, носил пальто, доставшееся от двоюродного брата. Обычное серое пальто с темными пуговицами. Разумеется, оно было не новое, но вполне сносное на вид, годное. Но сколько моему братцу пришлось выслушать скверных слов от злобного Алеши! «Что за драный тулуп, дружище? – орал на всю улицу Алеша. – Ты что, сдурел? Где ты это взял? Раскопал могилу, снял с покойника?»

Мой брат Саша не был храбрецом-острословом, мгновенно реагировать не умел. Поэтому он сильно смущался, краснел. Приходил домой, снимал пальто и швырял его в угол. Говорил нашей мамочке, что больше эту вещь не наденет. И мы его убеждали, что дело не в пальто, оно ни при чем. Вещь как вещь, такая же, как у всех. Дело в Алеше, в этом злом, ничтожном человеке. Нужно дать ему отпор… Отпор!

Саша усмехался и мотал головой. Насчет отпора – это можно, вот только кто первый? Алеша не простой паренек с нашей улицы, а жестокий, бешеный, дикий. Решительный. Что ему стоит выхватить нож? Или схватить железный прут? Или палку? И останешься калекой!

Так говорил мой брат, и мы его понимали. Потому что все это было правдой.

Дать отпор Алеше никто не решался, поскольку он действительно мог искалечить. Все помнили случай, когда он набросился с черенком от лопаты на парня старше себя на пять лет. Ему было четырнадцать, а тому, с кем он подрался, девятнадцать. Казалось бы, это не только приличная разница в возрасте, а еще и превосходство в физической силе. Но все вышло не так, как должно было выйти. Все потекло иначе. И это было очень жестоко.

Через три дома от нас жили дядя Коля и тетя Оля С., работники хлебозавода, и вот однажды их сын, которого год назад призвали на службу в армии, приехал в отпуск из воинской части. Лето только началось. Стояли теплые дни. Алеша, как и другие подростки, большую часть времени проводил на улице. В тот день он сидел на заборе, бездельничал, швырял камни в кошек и в птиц, курил. Рядом с ним околачивались его верные приятели, которые, по сути, и приятелями-то не были, а из-за страха покорились ему и всячески прислуживали. И вот на улицу вышел сын дяди Коли и тети Оли С., Михаил. Приехал ночью, на поезде. И его еще никто, кроме родителей, не видел.

Он вышел в военной форме. Ботинки тщательно начищены, на голове фуражка, а на груди блестят значки.

Вероятно, он хотел, чтобы люди на него посмотрели, на то, как он окреп и возмужал, и на все прочее. Ведь он действительно изменился в лучшую сторону.

Михаил увидел Алешу и его приятелей и помахал им рукой. Подошел к ним и сказал: «Ну что, пареньки, об армии думаете? Ничего, время пролетит быстро, и вы тоже станете солдатами. Но надо уже сейчас готовиться, потому что в армии нелегко!»

Это были обычные слова, которые произносят, наверное, все солдаты перед допризывниками. Но то, что Миша услышал в ответ, было совсем необычно…

Алеша вдруг заорал: «Ох, ничего себе! Всякий дурак будет меня учить! Ты что это, сволочь, на свою телогрейку нацепил? Что за чепуха? Из консервной банки вырезал? Или у малышей на леденцы выменял?»

Миша был в парадном кителе, а не в телогрейке. И на кителе у него были солдатские значки, а не какая-то чепуха. Но не только это оскорбило его, а вообще поведение Алеши. Он скривился, побледнел. Сжал кулаки.

«А ну, слезай с забора, – сказал он Алеше. – Я тебе сейчас покажу, мерзавцу, консервную банку!»

Этому Михаилу сначала нужно было подумать, как действовать. Он должен был хотя бы представить, кто перед ним, вспомнить, если забыл. Ведь Алеша стоял за пределами обыкновенных человеческих отношений. То есть он никогда не рассуждал, что позволяется, а что нет. Он впадал в бешеную ярость и бросался на обидчика, и мог избить даже зрелого мужчину, не то что девятнадцатилетнего солдата. Впрочем, Михаил, наверное, вообразил, что армейская служба сделала его сильным, что он нарастил кулаки, научился приемам самбо или чему-то подобному, и потому выйдет победителем. Как он заблуждался!

На земле валялась лопата, и Алеша, спрыгнув с забора, схватил ее и так сильно ударил по забору – для устрашения, что в руках у него остался лишь черенок, а железяка отвалилась.

С этим черенком он набросился на Михаила и до того избил его, что тот лежал на земле и стонал, а подняться не мог.

Алеша, наклонившись над ним, схватил его за волосы и заорал: «Ну что, погрустнел, солдатик? Кто тебе разрешил, сволочь, выпячиваться? Сидел бы дома, сосал бы сушку, и, глядишь, проскочил бы!»

Никто не мог сказать, откуда в этом человеке столько ярости и злобы и почему доброта ему ненавистна. Не было в нашем поселке людей, которые могли объяснить характер Алеши. Говорили только, что он последняя гадина. Называли негодяем и подонком. И все его боялись. Еще бы: может покалечить, свернуть нос, переломать руки, вышибить зубы. И Алеша знал это и ухмылялся. И ему каким-то образом везло. Вот странно! Все его ужасные выходки не имели для него ужасных последствий. Его, например, никто не пытался засудить. Не удивительно ли это?

Наверное, все понимали, что эти страшные пороки у него врожденные. Впрочем, что из того? Если бы люди поступали с ним так же, как он, то есть – никому никаких уступок, он давно бы уже оказался в тюрьме. Но этого не было. Даже Михаил, угодив в больницу с переломами рук, грудной клетки и ключиц и не сумев по этой причине вовремя вернуться из отпуска в воинскую часть, не стал судиться. Провалялся в больнице какое-то время, выписался и уехал, а когда отслужил положенный срок, назад в поселок не вернулся. И много лет его не видели.

Алеша чуть ли не каждый день встречал отца и мать Михаила, и те смотрели на него с ненавистью, но ему было это безразлично. Он даже собственных родителей не почитал, грубил им, хамил и угрожал. И они от него приходили в ужас. Сколько помню, эти люди никогда не ходили со своим сыном вместе, а лишь раздельно.

Моя тетя, Вера Ивановна, столкнулась однажды с Алешей в магазине. Он явился со своей ватагой купить сигарет, а тетя покупала растительное масло. Она уже расплатилась, когда Алеша подошел к прилавку и бросил на него деньги. Эта привычка – швырять бумажные деньги – была у Алеши с детства, и многим взрослым людям она не нравилась. Но мало кто мог возразить, а тетя вдруг решилась. «Ишь, как швыряешь! – воскликнула она. – А ведь еще не зарабатываешь, только родители твои зарабатывают».

Алеша сказал: «Тебе-то что, старая курица?»

Тетя ответила: «Не груби, мальчик». И вышла из магазина. Отправилась домой, по дороге зашла к нам, и я в этот момент была дома. Тетя рассказала, как Алеша ее оскорбил, но я увидела, что она спокойна, будто ничего не случилось. Я спросила тетю, почему она не волнуется. «Разве тебе не обидно? – сказала я. – Этот негодяй Алешка всем грубит, всем хамит, и даже вот женщинам. Когда это закончится?» И вдруг тетя произнесла речь: «Этот мальчик обречен. Уже сейчас ясно и понятно, что с ним произойдет. Беда, вот что. Потому что он к ней стремится. Если одни люди хотят для себя счастья, то этот человек хочет себе горя. Ну, а раз так, то горе и придет. Безобразно поступающего человека ждет безобразный конец! А иначе не бывает. Это очень-очень редкий случай, когда кто-то манит к себе плохое, а оно все не приходит и не приходит».

Тетя была мудрая женщина, но ее слова показались мне глупостью. Ведь я тоже жила в поселке и хорошо знала, что у нас происходит. Наши мужчины ведут себя странно в отношении Алеши, среди них есть здоровенные, с виду бесстрашные силачи, однако даже они не берутся с ним тягаться. Почему?

Люди боятся за свое здоровье. Мужчины не хотят увечий и переломов, берегут зубы, а больше этого берегут репутацию. А еще они думают, наверное, что Алеша может зайти слишком далеко – может убить.

Мне показалось, что тетя произнесла свою речь, не подумав. Что значит – Алеша обречен? Почему же он до сих пор здоров и невредим, ходит себе и ухмыляется, и за все плохое его никто ни разу даже не щелкнул по носу?

Как всякий нормальный человек, я хотела бы видеть возмездие, поскольку мы, обычные люди, предпочитаем видеть наказание за преступление. На этом стоит наше понимание справедливости.

Но до сих пор я вижу, что этого нет. Наоборот, Алеше почему-то везет. Ничто ему не угрожает, никто на него не бросается, не преследует. Это создает впечатление неопределенности положения: будет ли зло наказано, непонятно. Нехорошее впечатление.

Все это я сказала тете, и она ответила: «Нет, Олечка, это не так. Алешу ждет ужасный конец, и жизнь он проживет короткую. Потому что он притягивает к себе зло. А зло бывает разное, и бывает такой величины, что слопает этого мальчика с потрохами, и нет его!»

Спорили мы с тетей около часа. Потом стали говорить о другом и забыли про Алешу. Но тетины слова я запомнила. Алеше тогда было почти семнадцать лет. В следующем году ему полагалось отправляться на военную службу, а там дисциплина, командиры, и если им не подчиниться, то осудят и отправят в тюрьму. Мне было любопытно: сразу ли Алешу арестуют и посадят за решетку или он какое-то время будет слушаться командиров. Ведь он бешено строптивый, а в войсках таких людей не держат, а держат их в тюрьме.

Но Алеша вообще не пожелал служить в армии. Взял и уехал из поселка. Махнул рукой на закон и поступил по собственному усмотрению.

Наш поселок стал жить без Алеши. Был негодяй – и куда-то подался. Никто о нем ничего не слышал. Его родители, а также братья и сестры отвечали одно и то же: «Ничего не знаем. Где он сейчас – неизвестно».

Прошло девять лет. Наш поселок изменился: появились новые люди и новые дома. Появились состоятельные жители, которые купили себе сразу несколько домов. Зато многие из местных уехали из наших мест кто куда. Одни переселились в город, другие предпочли отправиться в дальние края, даже за границу. Алешина семья тоже распрощалась с поселком, продали все, что можно, и уехали. В их доме поселился какой-то горожанин, дачник. Он и его жена приезжали только на лето. Возились на огороде, ходили на реку, в лес. Варили варенье.

Поначалу это было для нас удивительно: идешь по улице, а навстречу незнакомцы. Не здороваются и даже не смотрят. То же и в магазинах. Иногда казалось, что поселок не родной, а чужой, но потом мы привыкли и смирились. Некоторые из приезжих сильно отличались от нас, местных. Один такой дядя употреблял слова «отнюдь» и «несомненно», которые в нашем поселке никому бы не пришли в голову и не попали на язык. Все мы изъяснялись куда проще, однако, я думаю, нас это не портило.

Я осталась жить в поселке с мужем и детьми. Мой муж из местных. Когда я выходила за него, он предложил уехать, но я сказала: «Уехать мы всегда успеем. Не будем торопиться. Пока у нас здесь есть работа и дом, поживем, а там увидим». Действительно, перебраться в город мы могли в любое время, хоть в разгар зимы, когда сугробы и метели, то есть когда продавать дом и прочее имущество невыгодно. Зимой цена на дома всегда ниже. Но если бы мы захотели, то не посмотрели бы и на это. Мы с мужем всегда действуем заодно, разногласия у нас редкость. Я хочу сказать, что мне повезло с мужчиной, и я радуюсь и по сей день. Мы оба из тех людей, которым много не нужно, жизнь для нас в удовольствие и без богатства. И хорошо, когда так. Мы даже умеем не завидовать. Хотя в нашем поселке, к слову сказать, прямо на нашей улице поселились обеспеченные люди, горожане. Приехали, чтобы приобрести «загородные владения». Купили сразу три дома, перестроили их, разбили газоны, лужайки. Среди них был молодой мужчина весьма привлекательной наружности, белокурый, блондин. И я как-то раз, разглядев его хорошенько, сказала мужу: «Смотри-ка, он похож на Алешу Н. Не вылитый Алеша, но сходство все же имеется». Муж сказал: «Верно. Только этот человек вежливый, воспитанный, а Алеша был хам, негодяй. Стоило ему выйти на улицу, как он уже кричал кому-нибудь: «Эй, чучело! Ты где такой пиджак взял? От прадеда остался? Или свинью наизнанку вывернул и надел?» Подлый был парень. Мерзавец. Где он теперь?» Я ответила: «Кто знает».

После этого я стала чаще вспоминать Алешу. Что с ним сделалось? Моя тетя говорила, что такие люди притягивают зло. Манят к себе все плохое. Так ли это? Я хотела бы знать, настигла ли Алешу кара за его подлость, но о нем не было никаких сведений, даже самого короткого сообщения, в одно слово, например, «умер» или «в тюрьме». И вот однажды произошло удивительное событие: в одном из нищих бродяг, которые появились в нашем поселке, я узнала этого человека.

Двое отвратительных бездомных неожиданно появились возле нашего дома в обычный полдень, посреди недели. Это было весной. Снег уже сошел, но теплые дни еще не наступили. И оба они тряслись от холода – худые, изможденные, невероятно опустившиеся люди. Я смотрела на них в окно и думала: «Чего им здесь нужно?» Потом мне пришло в голову, что они высматривают хозяев, чтобы попросить еды или денег. Я вышла во двор, поглядела на них поверх забора. И вдруг один из них обратился ко мне: «Хозяюшка, подай хлеба!» Я была готова к этому и вернулась в дом. Взяла хлеба, нарезала сала, налила в бутылку горячего чая с сахаром, прихватила еще несколько вареных яиц. Когда я отдала еду, то внимательно разглядела бродягу, который ко мне обратился. Боже мой! До чего жестоко может обойтись судьба с человеком! Он был изуродован: часть подбородка снесена, ухо разорвано, глаз вытек… Во рту почти нет зубов. Руки искалечены. Он был одет в такое нищенское тряпье, что оно не сгодилось бы даже для огородного чучела. Но спрашивать таких людей о чем-либо личном, конечно, не стоит. Расспрашивать их о причинах, приведших к такому падению, не годится. И я, поэтому, молча повернулась, чтобы уйти. И тут бродяга спросил: «Скажите, пожалуйста, а где семья Н.? Они жили вон в том доме. А теперь их нет. Там другие люди. Они что, уехали?» Я сказала: «Уехали три года назад. Адреса не оставили. Где они сейчас, не знаю».

Голос бродяги показался мне знакомым. И я снова поглядела на него. И уж не знаю как, но я догадалась, кто этот человек. Алеша Н.! Опустившийся нищий, смрадный бездомный – это наш бывший сосед по улице, жестокий негодяй Алешка. Я растерялась. Алеша в моей памяти остался совсем другим. Люди, ненавидящие его, говорили, что он мерзавец, и так и было, однако он никогда не терял своей привлекательности. К неряшливости тоже не стремился. Наоборот, был чистюля. Его кожа от природы имела красивый карамельный оттенок. Пальцы у него были длинные и аристократически изящные. Идеальной формы ногти. А теперь…

iknigi.net

Книга Злые игры читать онлайн Анжела Марсонс

Анжела Марсонс. Злые игры

Инспектор полиции Ким Стоун - 2

 

В написании романа мне особенно помогли две книги: «Ваш сосед социопат» Марты Стаут и «Без совести» доктора Роберта Д. Хэйра.

Как всегда, я хотела бы поблагодарить команду «Букотур» за то, что они разделяют мою увлеченность Ким и ее историями. Их энтузиазм, вера и поддержка были всеобъемлющими и вдохновляющими. Моя благодарность Оливеру, Клэр и Ким бесконечна, и я считаю для себя честью носить гордое имя писателя издательства «Букотур».

Благодарности моей маме, которая прикрепила копию моей книги к ветровому стеклу своего автомобиля, и папе, который гуляет, не выпуская из рук подаренный ему экземпляр. Их энтузиазм и поддержка просто восхитительны.

Мои благодарности всем блогерам, которые не только прочитали мои книги и прислали свои обозрения, но и приняли приключения Ким Стоун близко к сердцу. Их любовь к книгам и поддержка сильно вдохновляют меня.

Особые благодарности членам моего книжного клуба: Полин Холлис, Мерл Робертс, Дее Вестон, Джо Томсон, Сильвии Кэдбай и Линетт Уэллс.

И, наконец, мне никогда не хватит слов, чтобы выразить мою благодарность моему партнеру Джулии. Каждая моя книга – это памятник ее неизменной вере в меня. Она была моим светочем в мрачные дни и не позволяет мне останавливаться. Она воистину мой мир.

 

Март 2015 г.

 

Это была самая крупная облава в истории их участка. Ее готовили несколько месяцев. Сотрудники социальной службы находились на противоположной стороне дороги в ожидании сигнала. Уже сегодня две маленькие девочки будут спать в другом месте.

Две минуты.

– Все на местах? – Она нажала на кнопку рации.

– Ждем вашей команды, шеф, – ответил Хокинс. Он со своей командой расположился за две улицы от дома, наблюдая за тылом здания.

– Готовы, командир, – отрапортовал Хэммонд из машины, стоявшей сзади.

Он отвечал за «ключ-вездеход», который обеспечит им быстрое и беспрепятственное проникновение в дом.

Одна минута.

Рука Ким Стоун сжала ручку автомобильной двери. Ее мускулы напряглись; поток адреналина, вызванный предчувствием возможной опасности, поступил в кровь. Казалось, ее тело стояло перед выбором – дерись или беги. Как будто «беги» было для нее возможным вариантом.

Она обернулась и посмотрела на Брайанта, своего партнера, у которого в руках была наиболее важная вещь – ордер на обыск и арест.

– Брайант, готов?

В ответ тот только кивнул.

Ким наблюдала, как секундная стрелка коснулась цифры «двенадцать».

– Пошли, вперед, вперед! – крикнула она в микрофон передатчика.

Восемь пар ботинок прогремели по тротуару и остановились у входной двери. Ким была у нее первой. Она отошла в сторону, когда Хэммонд замахнулся кувалдой. Дешевая деревянная дверная коробка разлетелась под ударом трех тонн кинетической энергии.

Как было сказано на брифинге, Брайант и констебль бросились по лестнице к хозяйской спальне, чтобы предъявить ордер.

– Браун, Грифф – гостиная и кухня. Если надо, разнесите все по камешкам! Доусон, Рудж, Хэммонд – за мной.

Дом немедленно заполнился звуками хлопающих дверей и выдвигаемых ящиков.

Половицы у нее над головой заскрипели, раздался истеричный крик женщины. Ким не обратила на это никакого внимания и дала сигнал двум социальным работникам войти в помещение.

Сама она остановилась у двери в подвал. На двери был висячий замок.

– Хэммонд, ножницы! – крикнула Ким.

У нее за спиной материализовался офицер и профессионально перекусил дужку замка. Затем прошел первым и стал шарить по стене в поисках выключателя.

knijky.ru