Книга: Книга Дагона. Проклятые Писания Ассирийских Жрецов . Стр: 6 Автор: Неизвестный из раздела: Магия. Книга дагона


Книга: Книга Дагона. Проклятые Писания Ассирийских Жрецов . Стр: 1 Автор: Неизвестный из раздела: Магия.

Добавить в избранное

Книга Дагона. Проклятые Писания Ассирийских Жрецов ,Неизвестный 

Книга Дагона

Проклятые Писания Ассирийских Жрецов

«Книга Дагона» - уникальный документ, написанный жрецами Древней Ассирии в XV тыс. до н.э, который Алое Братство сегодня безуспешно пытается выдать за подделку времен позднего средневековья, при помощи пропаганды, ведущейся подставными организациями, преследуя только одну цель - возбудить недоверие к действительно полезным сведениям из области Черной Практики. Однако, то, что оригинал, хранящийся в библиотеке Галльской Конгрегации Великой Черной Ложи, написан на пергаменте, а не на глиняных табличках, не может служить достойным аргументом для тех, кто пытается оспорить древнее происхождение книги. Не секрет, что поздняя шумерская цивилизация деградировала - именно этим и объясняется появление клинописных табличек вместо других материалов для письма. Да и то последние применялись в основном для записи деловых расчетов и всякого рода мелочей, К тому же пергамент довольно часто использовался шумерскими жрецами для нанесения магических знаков, а значит, вполне может быть, что в последние века шумерской цивилизации он приобрел сакральное значение и вследствие этого возник запрет изображать на данном материале какую-либо другую информацию, кроме магической. Понятно, что эта гипотеза не опровергает возможность применения пергамента для написания труда, подобного «Книге Дагона». Следующая проблема на пути признания подлинности труда - истинное название, либо утраченное, либо вовсе не присвоенное ему авторами. Объясняем ситуацию. «Книга» состоит из двух частей, именуемых на раннем аккадском диалекте «Al Nimlu Kirtag» - «Красный Свиток» и «Аl Shchera Kirtag» «Черный Свиток». Первая часть рассказывает о рецептах Запредельной Демонолатрии, а вторая представляет собой некую зловещую летопись - сказание о похождениях царя Ракасаула, правителя земли Мот - страны, по утверждению Фон Юнтца, абсолютно реальной, а не мифической, расположенной в Центральной Америке, сообщение с которой для представителей древних высокоразвитых цивилизаций, населяющих некогда Евроазиатский континент, не представляло особого труда. Название «Книга Дагона» присвоил документу голландец Иеремия Ван-Мейер, живший во времена испанской оккупации Нидерландов - первый европейский оккультист, известный своей приверженностью традициям Заклинательства и почитания Старцев и Древних, который «раскопал» сей раритет во время своих странствий по Палестине. Перейдем теперь к языку документа. Как различались методы представления сакральной и бытовой информации, так, по логике вещей, язык жрецов не мог быть идентичен наречию простых обывателей. Известно, что сам Ассур, Воплощение Зверя, основатель Древнего Ассирийского царства, даровал своему народу азбуку UBRASH, построенную из 343 знаков. Со временем она была утрачена, поскольку отдельные символы использовались нечасто и только наиболее посвященными - обычно жрецам требовалось около семидесяти знаков даже для создания очень сложных текстов и заклинательных формул, - они и составили основу азбуки NAHAR, а прочие, начертание которых сильно упростилось, стали служить в качестве лреффиксов, интанаклей, или простых огласовок, уточняющих произношение букв, которых теперь было семьдесят две. Язык Красного и Черного Свитка построен на базе алфавита NAHAR, Латинский перевод, сделанный Ван-Мейером с подлинника, хранился в библиотеке Виллема Лазаруса, купца Генуэзской Компании, и, в конце концов, попал вместе с подлинником в руки Аббата Бартоломью. В дальнейшем, что типично для такого рода произведений, и подлинник и перевод осели в Оксфорде и перешли к Черной Ложе в период понтификата Иоганна Келленхейма, в 1904 году.

Мы предлагаем вам перевод с латыни и, частично подлинника, сделанный N.S.T. of G.B.L.

N.S.T. of G.B.L.

A.M.C. Vendetta

Скачать книгу: Книга Дагона. Проклятые Писания Ассирийс [1.99 МБ]

libland.ru

Книга Дагона - Дагот Ур

«Книга Дагона» — уникальный документ, написанный жрецами Древней Ассирии в XV тыс. до н.э, который Алое Братство сегодня безуспешно пытается выдать за подделку времен позднего средневековья, при помощи пропаганды, ведущейся подставными организациями, преследуя только одну цель —возбудить недоверие к действительно полезным сведениям из области Черной Практики.Однако, то, что оригинал, хранящийся в библиотеке Галльской Конгрегации Великой Черной Ложи, написан на пергаменте, а не на глиняных табличках, не может служить достойным аргументом для тех, кто пытается оспорить древнее происхождение книги.Следующая проблема на пути признания подлинности труда — истинное название, либо утраченное, либо вовсе не присвоенное ему авторами. Объясняем ситуацию. «Книга» состоит из двух частей, именуемых на раннем аккадском диалекте «Al Nimlu Kirtag» — «Красный Свиток»Al Shchera Kirtag» — «Черный Свиток». Первая часть рассказывает о рецептах Запредельной Демонолатрии, а вторая представляет собой некую зловещую летопись —сказание о похождениях царя Ракасаула, правителя земли Мот — страны, по утверждению Фон Юнтца, абсолютно реальной, а не мифической, расположенной в Центральной Америке, сообщение с которой для представителей древних высокоразвитых цивилизаций, населяющих некогда Евроазиатский континент, не представляло особого труда. Название «Книга Дагона» присвоил документу голландец Иеремия Ван-Мейер, живший во времена испанской оккупации Нидерландов — первый европейский оккультист, известный своей приверженностью традициям Заклинательства и почитания Старцев и Древних, который «раскопал» сей раритет во время своих странствий по Палестине.Перейдем теперь к языку документа. Как различались методы представления сакральной и бытовой информации, так, по логике вещей, язык жрецов не мог быть идентичен наречию простых обывателей. Известно, что сам Ассур, Воплощение Зверя, основатель Древнего Ассирийского царства, даровал своему народу азбуку UBRASH, построенную из 343 знаков. Со временем она была утрачена, поскольку отдельные символы использовались нечасто и только наиболее посвященными — обычно жрецам требовалось около семидесяти знаков даже для создания очень сложных текстов и заклинательных формул, — они и составили основу азбуки NAHAR, а прочие, начертание которых сильно упростилось, стали служить в качестве префиксов, интонаклей, или простых огласовок, уточняющих произношение букв, которых теперь было семьдесят две. Язык Красного и Черного Свитка построен на базе алфавита NAHAR,Латинский перевод, сделанный Ван-Мейером с подлинника, хранился в библиотеке Виллема Лазаруса, купца Генуэзской Компании, и, в конце концов, попал вместе с подлинником в руки Аббата Бартоломью. В дальнейшем, что типично для такого рода произведений, и подлинник и перевод осели в Оксфорде и перешли к Черной Ложе в период понтификата Иоганна Келленхейма, в 1904 году.Воззвание, создающее связь между глиняным подобием и живым человеком:Eye Ghe Ah Arat Tu HezerSeth Du ZpailEye Ghe Bestamed Non KatuKhad Du Mansunem Er Dabu Damabu DarhabturetAvao Tshae Yazhemosh TabashturВзирающий с высоты доставит тебе помощь в делах погружения в Сахватт сущности твоего врага и любой вещи.Алаанн.

Летающий посох.Записано со слов Кету Хаппашура, жившего в царствование Аштинапала Бефшамаша, Черного Солнца, Источника Благоденствия, старшим писцом Храма Эннану, Хизгийагом Ал Нинуком, впоследствии умерщвленным ради неразглашения тайны и задавленным каменными жерновами во славу Шуб-Ниггурат, Звезды Рассвета.Я поведаю о том, как знающий и бесстрашный может подняться в небо и достичь звезд, и парить в воздухе подобно птице над лицом всей земли. Для этого в полночь шестой убывающей луны пусть придет на берег реки, имея с собой черного агнца и острый меч. Пусть заколет агнца и кровью его начертит на песке звезду, чтобы расстояние между знаками серпа составило тридцать шагов:Закончив начертание звезды, встань в ее середину и обрати лицо свое к созвездию Северной Короны, возопив при этом:AOR READH MEIGAHAMSEB ASHTA TERIAM BEASHMEI GAHAM ELZAHORRAT BEASHMEI GHAHAM IS VERA GHADBEASH ME! TERA ENAHINASMA

Едва будут сказаны слова этого страшного таинственного заклятья, воды реки придут в волнение и чародей услышит шум, подобный звукам медных труб и ударам тяжелых молотов. И поднимется из воды престол из черного камня. На нем будет сидеть старец в черных одеждах.Увидев это, не сходи с места, иначе погибнешь. Простри над землей правую руку и возгласи громким голосом:ENAHAHASHTA1ERAZEB NAMEH АВ AHASVORTALAH ISVERA HELZAHEARA HAVALASHТогда старец достанет из своего плаща длинный посох и бросит его у самого берега, и скроется под водой сам и престол, на коем сидит. Приблизившись к посоху, возьми его левой рукой там, где конец посоха изогнут. Чтобы пробудить заключенную в посохе силу, необходимо направить его заостренный конец в ту сторону небесного свода или к той звезде, которой нужно достичь и произнести:AHVIR HESSIT AORIMANIMBEL HED ASMAORTHEOMOS MEHITUMALEHATEAESITЧтобы вернуться из путешествия, направь изогнутый конец к низу, но помни правила:Если небеса подобны железу, нельзя возвращаться. Странствуй далее, доколе они не примут цвет свежей крови или какой-либо другой.Если вдали вспыхивают молнии и слышится как бы шум воды, нельзя возвращаться. Странствуй далее, доколе не увидишь равнину, изрытую норами, или что-либо другое.Если черные скалы, окруженные золотым сиянием, предстанут пред тобою, нельзя возвращаться. Странствуй далее, доколе не увидишь реки кипящей лавы или что-либо другое

Крепость имеет четыре Внешних Поля: Печать Владыки, Месть, Плен и Отбросы; шесть Внутренних Полей: Зари Демонов, Левое Поле Ужаса, Правое Поле Ужаса, Злодеи, Изгнанники, Чума; два Поля, которые одновременно являются Внутренними и Внешними: Скипетры и Казни. Все они связаны с отдельными видами Кхата и Кхйилх'а и могут быть использованы во вред ничтожным и на благо достойным.Внешние Поля:Кахваш, или Печать Владыки, есть то, что нельзя измерить. Прикосновение к ней руки посвященного разрушает миры, если на его облачении начертаны все нужные теталы планет и если он ничем не оскорбил Нар-Мардука, правителя подземной области, и божеств Хранителей, чьи имена — Бенахас, Кетраш, Секбер, то есть не пощадил ни одной женщины и ни одно дитя человеческое, выбрав других для приношений, ибо если вместо избранного на алтарь приносится другой, наказание будет таким же, как для всех милосердных, даже если жрец просто ошибся, выбирая жертву, а не жалел избранного для приношения. Тот, кто ни разу не поднимал руки своей на человеческий скот, пусть не прикасается к Печати. Посвященный, на коем лежит провинность, прикоснувшись к ней, погибнет сам.

Nrar, Поле Скипетров, имеет лишь одно свойство — все силы и сокровища, хранимые землей в месте, где маг коснулся этого поля Крепости, будут принадлежать ему без остатка. Вот заклинание, которое позволяет пробудить силу этого поля:Dastar Gehavaosh Seyho AsagEtan Zipah Segal Eo Act Saoshrah

Ассирийский Чернокнижник, вызывающий Демона в Храме.Миниатюра Иеремии Ван Мейера (реконструкция).ассириец3Между внутренней и внешней стеной расстояние должно составить два локтя. Размеры Храма, измеренные по внутренней стене, пусть будут пятьдесят локтей с Востока на Запад и пятнадцать локтей с Севера на Юг. Крышу делают из кедра, укладывая стволы на столбы внешней стены.Вход устраивается на Восточной стороне — там ни бревен, ни столпов, не ставят вовсе, и пусть будет он точно посередине и ширина его составит шесть локтей.Земля, на которой стоит храм, должна быть бесплодна. И пусть это будет такая земля, которой ни плуг, ни соха не касались во веки. Пол нужно залить особой смесью из смолы с размолотыми в порошок витыми морскими раковинами, и размолотым в порошок янтарем — таким, чтобы внутри был чист. Теперь на полу Храма надобно выстроить Крепость для вызывания особенно могущественных существ:2Линии вычерчивают кедровым жезлом, вымоченным в крови дев, пленников и рабов, а знаки и теталы — особой краской. Чтобы приготовить ее, надо развести мускуса восемнадцать мер, применяя в качестве меры верхнюю часть черепа младенца, в четырнадцати полных чанах едва забродившего вина, таких, чтобы каждый был три локтя в высоту и шесть с половиной локтей в обхвате.В каждый из чанов надобно добавить желчи павлина, произнося при этом заклинательные формулы Теталов Юпитера, Венеры и Меркурия — до тех пор, пока смесь не закипит. Она будет кипеть девять дней и, в конце концов, на дне чанов останется густой осадок, заполняющий каждый из них на четверть локтя от дна. Его собирают медной лопатой и выкладывают в яму, выложенную изнутри глиняными кирпичами.Сшив из кожи гиены сапоги, жрец должен влезть в яму и топтать полученное вещество, доколе оно не затвердеет и поверхность его не станет ровной и гладкой подобно озеру. Через три дня осадок заливают водой, настоянной на корне фиалки, выросшей вблизи могил, и растении Касфу , в количестве четырех бурдюков такого размера, чтобы на изготовление каждого уходила бы одна шкура агнца. Когда осадок полностью впитает воду, в яму нужно бросать кедровые дрова и жечь семь дней, чтобы поверхность вещества всегда была сплошь покрыта углями. При этом, находясь рядом с ямой, жрец должен носить маску из железа, выплавленного в том месте, куда не проникает дневной свет, ибо дым, идущий от ямы, ядовит и смертельно опасен.Затем нужно растолочь золу от дров с веществом и разбавить человеческой кровью, и краска будет готова.Приготовления к вызыванию.После того, как Крепость начертана, поставь в кресты, приваянные зубчатыми линиями к двойной окружности в ее середине, две бронзовых курильницы с таким курением: глаза орла, порошок дикой мяты — 6 частей, корень цикуты — 4 части, пятилистник — 2 части и трава Акомон (чемерица), а также 1 часть желтой серы, замешанные с миртовым маслом, после чего смесь высушивают и делают куски величиной с ноготь мизинца, и зажги их.Облачись в положенную тебе мантию жреца со всеми знаками, и, встав с Восточной стороны Крепости, сперва прочти положенные перед началом такой могущественной церемонии формулы . Затем страшным воплем возгласи древнейшее из воззваний:AYE UNNAPHAS ТА SHADUISKHVHLNUTAOEEHVEAAKHAAYATOATAYNNAUTSUOEAAKHAAYE ASAU PASHTANNLETSETAASUNAALUKVLKOSHASAIN KABITU ASAIN SLASHAA T'NYOT HA ATEG KHATAA APATU EGHINNU OMMLAA SPHAATKILA ASU NALG AIRL KILA KILADUMESHAS KUT SAPHAMMU KILA KILAТогда знак, начертанный в середине двойной окружности, возгорится, и жидкий огонь заполнит пространство крепости вплоть до восьмиугольной двойной стены. Издавая ужасный рев, он будет рваться к курильницам. При этом все теталы, изображенные в пределах Двойной стены, будут отражаться на крыше Храма.Если во время вызывания Маг начнет блевать кровью и желчью, пусть не боится, но нельзя допустить, чтобы выблеванное им попало в границы Крепости. У того же, кто прогневал Бога чем-либо, например, ошибкой в приготовлениях, изо рта полезут кишки и он сдохнет, как пес. Если этого не случиться, то жрец получит Высшее Благословение Нар-Мардука.

Азбука Nahar, представляющая собой сокращенный вариант азбуки Ubrash» состоит из 72 знаков, разделенных на 4 группы5

akievgalgei.livejournal.com

Читать онлайн книгу Дагон - Говард Филлипс Лавкрафт бесплатно. 1-я страница текста книги.

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 1 страниц)

Назад к карточке книги

Говард Ф.ЛавкрафтДагон

Licensed under CPL

http://neon-inc.ru/irc/cpl.txt

Я пишу в состоянии сильного душевного напряжения, поскольку сегодня ночью намереваюсь уйти в небытие. Я нищ, а снадобье, единственно благодаря которому течение моей жизни остается более или менее переносимым, уже на исходе, и я больше не могу терпеть эту пытку. Поэтому мне ничего не остается, кроме как выброситься вниз на грязную улицу из чердачного окна. Не думайте, что я слабовольный человек или дегенерат, коль скоро нахожусь в рабской зависимости от морфия. Когда вы прочтете эти написанные торопливой рукой страницы, вы сможете представить себе хотя вам не понять этого до конца, как я дошел до состояния, в котором смерть или забытье считаю лучшим для себя исходом.

Случилось так, что пакетбот, на котором я служил в качестве суперкарго, подвергся нападению немецкого рейдера в одной из наиболее пустынных и наименее посещаемых кораблями частей Тихого океана. Большая война в то время только начиналась, и океанская флотилия гуннов еще не погрязла окончательно в своих пороках, как это случилось немного погодя. Итак, наше судно стало законным военным трофеем, а с нами, членами экипажа, обращались со всей обходительностью и предупредительностью, как и подобает обращаться с захваченными в плен моряками. Наши враги охраняли нас не очень-то тщательно, благодаря чему уже на шестой со времени нашего пленения день мне удалось бежать на маленькой лодке, имея на борту запас воды и пищи, достаточный для того, чтобы выдержать довольно длительное путешествие.

Обретя наконец-то долгожданную свободу и бездумно положившись на волю волн, я имел весьма смутное представление о том, где нахожусь. Не будучи опытным навигатором, я смог только очень приблизительно определить по положению солнца и звезд, что нахожусь где-то южнее экватора. О долготе я не имел ни малейшего представления; тщетной оказалась и надежда на то, что вскоре удастся увидеть полоску берега или какой-нибудь островок. Стояла хорошая погода и в течение бессчетного количества дней я дрейфовал под палящим солнцем, ожидая, что появится какой-нибудь корабль или течение выбросит меня на берег обитаемой земли. Однако ни корабль, ни земля так и не появились, и постепенно меня охватило отчаяние от сознания своего полного одиночества посреди вздымающейся синей громады нескончаемого океана.

Изменения произошли во время сна. Я не могу припомнить в деталях, как все случилось, поскольку сон мой, будучи беспокойным и насыщенным различными видениями, оказался тем не менее довольно продолжительным. Проснувшись же, я обнаружил, что меня наполовину засосало в слизистую гладь отвратительной черной трясины, которая однообразными волнистостями простиралась вокруг меня настолько далеко, насколько хватало взора. Моя лодка лежала на поверхности этой трясины неподалеку от меня.

Хотя легче всего представить, что первым моим чувством было изумление от такой неожиданной и чудовищной трансформации пейзажа, на самом деле я скорее испугался, чем изумился, ибо воздух и гниющая почва произвели на меня столь жуткое впечатление, что я весь похолодел внутри. Почва издавала мерзкий запах, исходящий от скелетов гниющих рыб и других, с трудом поддающихся описанию объектов, которые, как я заметил, торчали из отвратительной грязи, образующей эту нескончаемую равнину. Скорее всего мне не удастся в простых словах передать картину этого неописуемого по своей мерзости пейзажа, который окружал меня со всех сторон. Я не слышал ни звука, не видел ничего, кроме необозримого пространства черной трясины, а сама абсолютность тишины и однородность ландшафта подавляли меня, вызывая поднимающийся к горлу ужас.

Солнце сияло с небес, которые показались мне почти черными в своей безоблачной наготе; казалось, они отражали это чернильное болото у меня под ногами. Когда я влез в лежащую на поверхности трясины лодку и немного пораскинул мозгами, я решил, что ситуации, в которой я оказался, может найтись только одно объяснение. Вследствие подводного извержения вулкана невиданной силы часть океанского дна оказалась выброшенной на поверхность, причем наверх были вынесены слои, которые в течение многих миллионов лет лежали скрытыми под необозримой толщей воды. Протяженность новой земли, поднявшейся подо мной была столь велика, что, как я ни напрягал свой слух, я не мог уловить ни малейшего шума океанской волны. Не было видно и никаких морских птиц, которые обычно в таких случаях слетаются в поисках добычи, каковую представляют из себя мертвые морские организмы.

В течение нескольких часов я сидел, предаваясь размышлениям, в лодке, которая лежала на боку и давала мне небольшую тень, в то время как солнце перемещалось по небу. На закате дня почва стала менее вязкой, и мне показалось, что она достаточно подсохла для того, чтобы в скором времени по ней можно было пройти пешком. В ту ночь я спал, но очень немного, а на следующий день занимался упаковкой вьюка с водой и пищей, готовясь к поискам исчезнувшего моря и возможного спасения.

На третье утро я обнаружил, что почва стала уже настолько сухой, что по ней можно было шагать без всяких усилий. Запах гниющей рыбы сводил с ума, но я был слишком озабочен более серьезными вещами, чтобы обращать внимание на такие незначительные неудобства, и бесстрашно продвигался к неведомой цели. Весь день я уверенно шел на запад, сверяя курс по отдаленному холму, вздымавшемуся посреди этой черной пустыни. В ту ночь я сделал привал под открытым небом, а наутро продолжил свое продвижение к холму, хотя моя цель, как мне показалось, почти не приблизилась ко мне по сравнению с днем, когда я впервые заметил ее. К вечеру четвертого дня я достиг подножия холма, который оказался гораздо выше, чем он виделся на расстоянии; из-за прилегающей долины он более резко выделялся на общем фоне. Я слишком устал, чтобы сразу начинать подъем, и прикорнул у окрашенного лучами заходящего солнца склона холма.

Я не знаю, почему мои сны были в ту ночь такими безумными, но еще до того, как убывающая, фантастически выпуклая луна взошла на востоке и стала высоко над равниной, я проснулся в холодном поту, решив больше не спать. Слишком ужасными были мои ночные видения, чтобы я мог и дальше выносить их. И тут-то, в холодном сиянии луны, я понял, как опрометчиво поступал, путешествуя днем. Пережидая дневные часы в каком-нибудь укрытии, куда не достигали слепящие лучи обжигающего солнца, я мог бы сберечь немало сил для ночных переходов; и в самом деле, сейчас я чувствовал себя вполне способным совершить восхождение, на которое я не решился во время заката солнца. Подхватив свой вьюк, я начал путь к гребню холма.

Я уже говорил, что монотонное однообразие холмистой равнины наполняло меня неясным страхом; но мне кажется, что страх этот был ничем по сравнению с тем ужасом, что я испытал, когда достиг вершины холма и глянул вниз на другую его сторону. Моему взору предстал бездонный карьер или, если угодно, каньон, черные глубины которого не трогал пока свет луны, взошедшей еще недостаточно высоко для того, чтобы пролить свои лучи за крутой скалистый гребень. У меня возникло чувство, что я стою на краю мира и заглядываю в бездонный хаос вечной ночи, начинающийся за этим краем. Меня охватил ужас, и перед моими глазами пронеслись реминисценции из Потерянного рая и страшное восхождение Сатаны из проклятого царства тьмы.

Когда луна поднялась выше, я стал замечать, что склоны долины были отнюдь не такими вертикальными, как я представлял себе вначале. Выступы и обнаженные слои породы образовывали хорошую опору для ног, благодаря чему можно было легко спуститься вниз, а через несколько сотен футов крутой обрыв и вовсе переходил в пологий спуск. Под влиянием импульса, который я и сейчас не могу до конца объяснить себе, я начал спускаться по почти отвесной стене, с трудом цепляясь за выступы скал, пока не остановился внизу, на пологом склоне, не отрывая взора от стигийский глубин, которых никогда еще не достигал ни единый луч света.

Почти сразу же мое внимание привлек огромных размеров странный предмет, расположенный на противоположном склоне, круто поднимавшемся примерно на сотню ярдов надо мной; обласканный лучами восходящей луны, которых он не знал, наверное, уже миллионы лет, предмет этот испускал белое мерцающее сияние. Вскоре я убедился, что это была всего лишь гигантская каменная глыба, однако все же не мог отделаться от впечатления, что ее контуры и положение не являлись результатом деятельности одной только природы. Когда мне удалось разглядеть предмет более подробно, меня охватили чувства, которые я не в силах выразить, ибо, несмотря на чудовищную величину глыбы и ее присутствие в бездне, разверзшейся на морском дне еще во времена, когда мир был слишком молод, чтобы его могли населять люди, несмотря на все это, я вдруг совершенно отчетливо понял, что этот странный предмет являлся тщательно оконтуренным монолитом, массивное тело которого несло на себе следы искусной обработки и, возможно, служило когда-то объектом поклонения живых и мыслящих существ.

Ошеломленный, испуганный, и тем не менее испытывающий нечто вроде невольной дрожи восхищения, присущей ученому или археологу, я внимательно осмотрел окружающую меня картину. Луна, находящаяся почти в зените, ярко и таинственно светила над отвесными кручами, окаймлявшими ущелье, и в этом почти дневном сиянии мне удалось различить, что на дно каньона стекает обширная река она извивается и исчезает в противоположных его концах, почти задевая мне ноги своими водами. Мелкие волны на другой стороне ущелья плясали у основания громадного монолита, на поверхности которого я мог сейчас ясно видеть как надписи, так и грубо высеченные фигурки. Надписи были выполнены в иероглифической системе, абсолютно мне незнакомой и состоящей по большей части из условных символов, связанных с водной средой. Среди знаков были рыбы, утри, осьминоги, ракообразные, моллюски, киты и им подобные существа. Все это было совершенно непохоже на то, что я когда-либо видел в ученых книгах. Некоторые символы представляли из себя изображения каких-то морских существ, очевидно, неизвестных современной науке, но чьи разложившиеся формы, мне довелось ранее наблюдать на поднявшейся из океана равнине.

Но более всего я был очарован живописной резьбой. По ту сторону текущего между мной и каменной глыбой потока воды находилось несколько барельефов, которые, благодаря их огромным размерам, можно было разглядеть, не напрягая зрения. Клянусь, их сюжеты могли бы вызвать зависть у самого Доре. Я думаю, что эти объекты, по замыслу, должны были изображать людей или, по крайней мере, определенный род людей, хотя существа эти изображались то резвящимися, как рыбы, в водах какого-то подводного грота, то отдающими почести монолитной святыне, которая также находилась под волнами. Я не отваживаюсь останавливаться подробно на их лицах и формах, ибо одно лишь воспоминание об этом может довести меня до обморока. Гротескные в такой степени, недоступной, пожалуй, даже воображению По или Булвера, они были дьявольски человекоподобными в своих общих очертаниях, несмотря на перепончатые руки и ноги, неестественно широкие и отвислые губы, стеклянные выпученные глаза и другие особенности, вспоминать о которых мне и вовсе неприятно. Довольно странно, но они, похоже, были высечены почти без учета пропорций их сценического фона например, одно из существ было изображено убивающим кита, который по величине едва превосходил китобоя. Как я уже говорил, я отметил про себя гротескность фигур и их странные размеры; однако мгновение спустя я решил, что это просто боги, выдуманные каким-нибудь первобытным племенем рыбаков или мореходов, чьи последние потомки вымерли за многие тысячелетия до появления первого родственника пилтдаунца или неандертальца. Охваченный благоговейным страхом, который вызвала во мне эта неожиданно представшая моим глазам картина прошлого, по дерзости своей превосходящая концепции наиболее смелых из антропологов, я стоял в глубоком раздумье, а луна отбрасывала причудливые блики на поверхность лежащего предо мною безмолвного канала.

Затем вдруг я увидел его. Поднявшись над темными водами и вызвав этим лишь легкое, почти беззвучное вспенивание, какой-то необычный предмет плавно вошел в поле моего зрения. Громадный, напоминающий Падифема и всем своим видом вызывающий чувство отвращения, он устремился, подобно являющемуся в кошмарных снах чудовищу, к монолиту, обхватил его гигантскими чешуйчатыми руками и склонил к постаменту свою отвратительную голову, издавая при этом какие-то неподдающиеся описанию ритмичные звуки. Наверное, в тот самый момент я и сошел с ума.

Я почти не помню своего сумасшедшего подъема на гребень скалы и возвращения к брошенной лодке, которые я совершил в каком-то исступленном бреду. Мне кажется, всю дорогу я не переставал петь, а когда у меня не оставалось сил петь, принимался бездумно смеяться. У меня остались смутные воспоминания о сильной буре, которая случилась через некоторое время после того, как я добрался до лодки; во всяком случае, я могу сказать, что слышал раскаты грома и другие звуки, которые природа издает только в состоянии величайшего неистовства.

Когда я вернулся из небытия, я обнаружил, что нахожусь в госпитале города Сан-Франциско, куда меня доставил капитан американского корабля, подобравшего мою лодку в открытом океане. Находясь в бреду, я очень многое рассказал, однако, насколько я понял, моим словам не было уделено какого-либо внимания. Мои спасители ничего не знали ни о каком смещении пластов суши в акватории Тихого океана; да и я решил, что не стоит убеждать их в том, во что они все равно нс смогли бы поверить. Как-то раз я отыскал одного знаменитого этнолога и изумил его неожиданной дотошностью своих распросов относительно древней палестинской легенды о Дагоне, Боге Рыб, но очень скоро понял, что мой собеседник безнадежно ограничен, и оставил свои попытки что-либо у него узнать.

Это случается ночью, особенно когда на небе стоит выпуклая, ущербная луна. Тогда я снова вижу этот предмет. Я пробовал принимать морфий, однако наркотик дал только временную передышку, а затем захватил меня в плен, сделав рабом безо всякой надежды на освобождение. И сейчас, после того, как я представил полный отчет, который станет источником информации или, скорее всего, предметом презрительного интереса окружающих, мне остается только покончить со всем этим. Я часто спрашиваю себя, не было ли все случившееся со мною чистой воды фантомом всего лишь причудливым результатом деятельности воспаленного мозга в то время, как после побега с немецкого военного корабля я лежал в бреду в открытой лодке под лучами палящего солнца. Я задаю себе этот вопрос, но в ответ мне тут же является омерзительное в своей одушевленности видение. Я не могу думать о морских глубинах без содрогания, которое вызывают у меня безымянные существа, в этот самый момент, быть может, ползущие и тяжело ступающие по скользкому морскому дну, поклоняющиеся своим древним каменным идолам и вырезающие собственные отвратительные образы на подводных гранитных обелисках. Я мечтаю о том времени, когда они поднимутся над морскими волнами, чтобы схватить своими зловонными когтями и увлечь на дно остатки хилого, истощенного войной человечества о времени, когда суша скроется под водой и темный океанский простор поднимется среди вселенского кромешного ада.

Конец близок. Я слышу шум у двери, как будто снаружи об нее бьется какое-то тяжелое скользкое тело. Оно не должно застать меня здесь. Боже, эта рука! Окно! Скорее к окну!

Назад к карточке книги "Дагон"

itexts.net

Книга: Книга Дагона. Проклятые Писания Ассирийских Жрецов . Стр: 6 Автор: Неизвестный из раздела: Магия.

Добавить в избранное

может тронуть его во время церемонии поклонения Божествам, стоящим на стороне Чистого Зла. Над главным теталом Поля символом самого Владыки, попирающего все и пренебрегающего всем, находится простой тетал Большой Парящей Птицы, ибо сложный, приваянный к полю мести, не может там располагаться, потому что оскорбит достоинство Владыки. Справа от Главного тетала расположен тетал Повозки Узника - он окружен знаками Малой Птицы, умерщвляемой на ступенях и Большой Птицы, пронзенной стрелой. Слева от

9 Khat (древнеарийское) - таинство, Khyilh - сила, энергия 10 В русском языке такого слова нет. Это попытка дословного перевода древнеарийского «Sakamumteh», образованного от двух слов: Sakh - соединение и Amumteh – лепить из глины. Главного тетала находится тетал Кадильницы. Прикосновение к знакам главного поля дарует особый вид зрения, так что жрец может видеть все находящееся впереди и позади него, также силу, приподнимающую жреца над землей во время церемоний, способность распознать Писание, принесенное в мир нечеловеком и многие другие силы, о которых позволено знать только Верховному жрецу. Вот правила прикосновения к Знакам Главного Поля без прикосновения к Теталу Зари: Сперва Кадильница со словом Asaog, затем Повозка со словом Neitahg, затем Большая Птица со словом Kehskh. Правила Прикосновения к знакам Главного Поля, сопровождающегося прикосновением к Теталу Зари: Кадильница со словом Aisus, Большая Парящая Птица со словом Ezker, Повозка со словом Nhev, Птица, умерщвляемая на ступенях, со словом Hayit. Птица, Пронзенная стрелой, со словом Raah, и Тетал Зари со словом Vaarr.

Stabror, или Алтарь (Жертвенник) находится в середине Крепости. Касаться его может младший жрец, имеющий два посвящения. Он освобождает разрушительную силу из хранилищ Сахватта и Карруша11 - один из аспектов Запредельной Реальности. Слева и справа от него находятся Малые поля: Naamlu Tashat, Зов Крови, притягивает демонов и духов Тьмы, над ним написаны два знака Ubrash: Ayich (слева) и Аu - прикасаясь к этому малому полю, их не нужно произносить. Zaafu Tashat, Зов Камней - малое поле, которое приводит в мир спящих идолов с тех забытых островов, что лежат за Чертою Зрения Смертных. Над ним написаны знаки Ubrash: Nhog (слева) и Saa прикасаясь к этому малому полю, их также не следует произносить. Вычитывающий знаки Ubrash над малыми полями может попасть в плен или вынужден будет заключить договор, но договориться о чем-либо с пробужденным идолом никому ни под силу - это ложь, будто бы Железная Вода12 остановит их. Касаются теталов над Малыми полями так: сперва левый, затем правый, как при вычитывании, так и без него. Neggu Ya Far, Левый Ужас, есть поле превращений, которое извлекает свет из текучих веществ и в том числе человеческих жидкостей13 Этому полю принадлежат теталы Трезубца и Факела. Прикасаясь к Факелу, посвященный говорит: Наu, потом, прикасаясь к трезубцу: Sheh. Elhu Ya Far, Правый Ужас, удерживает внутренний свет внутри текучих веществ и человеческих жидкостей, в том числе и в крови, не позволяя ему

11 То же, что «Керош» в «Тайнах Червя» 12 Термин «Железная Вода», кроме книги Дагона, упоминается только в сочинениях арабского Чернокнижника Ибн Стакхабао. Это - некая магическая субстанция, используемая в ритуале, названном автором трактата «Кормчий железной ладьи». Приводим рецепт изготовления по трактату Ибн Стаккабао «Сочинение о проклятых городах и запретных таинствах»: «Железную воду получают так: сердце Дракона нужно разрезать на двенадцать частей, потом сделать тесто, сметав мускус пополам с вулканической серой и покрыть им каждую в отдельности. Шесть частей должны 14 суток покоиться в скорлупе страусиного яйца, а еще шесть - в серебряной чаше с кровью младенца, и то и другое надобно держать вдали от солнечного света. На пятнадцатый день взять две cтупы из чистого железа и железными пестами с двумя волнистыми линиями, проведенными по окружности каждого в одной истолочь в порошок содержимое чаши, о другой содержимое скорлупы Далее перемешать второе вместе с первым и подвергнуть перегонке. Получатся тяжелые маслянистые капли янтарного цвета. Разбавь их кислым вином, всыпав в него немного угольной пыли, и будет у тебя прозрачная жидкость, применяемая в ритуале» 13 Перевод слова «Flammu» - «желчь», «гной», «слизь». Слово «Nammalu» - «кровь», здесь не употребляется. Из него следyeт, что прикосновением к полю Левого Ужаса можно извлечь из человеческой крови особую форму энергии, называемую внутренним светом и используемую в целях оживления глиняных статуй либо продления жизни самого мага, невозможно. Это делают другим способом (см. раздел «Книги Дагона»: «Писания, изъятые из святилища Экваббу») уйти в течение многих дней или месяцев, будучи ничем не удержан, он уходит через три дня, если это кровь, и по прошествии срока от семи до десяти дней для других жидкостей. Полю Правого Ужаса принадлежат теталы Трезубца, Пленника, раздавленного жерновами, Большого Настенного Светильника слева от последнего, и Малого Настенного светильника справа. Прикасаясь к Трезубцу, посвященный говорит: Нааr, затем - к Большому светильнику со словом: Kyar, к Пленнику со словом Vayh и к малому светильнику со словом: Khar Nasdu, Злодеи, есть поле Крепости, прикосновение к которым дает власть над судьбой человека - как пожелает посвященный, так и будет, если он бросит волосы непосвященного на главный тетал Поля, не прикасаясь к нему. Это поле не содержит никаких других теталов, кроме главного и потому пробуждается заклинательнои формулой, произнесенной перед прикосновением: Sau Akas Etevdal Frish Raan Anvash Hamesh Ktal Nibbuth Sardu, Изгнанники, есть поле, дарующее власть над мертвыми душами. Прикасаясь к нему, можно вытащить душу непосвященного из Ганзира и поместить в особый сосуд из глины, и заставить выдавать тайны, известные только мертвым. Как и поле Nasdu, оно содержит только главный тетал и пробуждается заклинательнои формулой: Etu Ab Shatumash Mannim Tartash Sel Babannim Amannim A'khannim Линия Разрыва, Kvila Rasah, разделяет оба поля и дает защиту от могущественных чародеев, отражая их натиск. К ней приваян тетал Двойной Петли, и Секиры Акхаша. Чтобы пробудить ее силу, посвященный прикасается сперва к Двойной Петле со словом Seen, затем к секире со словом Ayish Nergel, или Чума, есть самое зловредное Поле Крепости. Даже верховный жрец без особой необходимости не станет прикасаться к нему. Если прикоснуться к нему, держа в другой руке вещь, украденную у чародея, он

Скачать книгу: Книга Дагона. Проклятые Писания Ассирийс [1.99 МБ]

libland.ru

Сборник материалов о магии и колдовстве.

Книга Дагона

Проклятые писания Ассирийских Жрецов

«Книга Дагона» - уникальный документ, написанный жрецами Древней Ассирии в XV тыс. до н.э, который Алое Братство сегодня безуспешно пытается выдать за подделку времен позднего средневековья, при помощи пропаганды; ведущейся подставными организациями преследуя только одну цель - возбудить недоверие к действительно полезным сведениям из области Черной Практики Однако, то, что оригинад хранящийся в библиотеке Галльской Конгрегации Великой Черной Ложи, написанна пергаменте, а не на глиняных табличках, не может служить достойным аргументом для тех, кто пытается оспорить древнее происхождение книги Не секрет, что поздняя шумерская цивилизациядеградировала- именно этим и объясняется появление клинописных табличек вместо других материалов для письма Да и то последние применялись в основном для записи деловых расчетов и всякого рода мелочей, К тому же пергамент довольно часто использовался шумерскими жрецами для нанесениямагическихзнаков, а значит, вполне может быть, что в последние века шумерской цивилизациион приобрел сакральное значение и вследствие этого возник запрет изображатьна данном материале какую-либо другую информацию, кроме магической Понятно, что эта гипотеза не опровергает возможность применения пергамента для написаниятруда, подобного «Книге Дагона>. Следующая проблема на пути признанияподлинности труда - истинное название, либо утраченное, либо вовсе не присвоенное ему авторами Объясняем ситуацию. «Книга» состоит из двух частей, именуемых на раннем аккадском диалекте «Al Nimlu Kirtag» - «Красный Свиток» и «Al Shchera Kirtag» «Черный Свитою>. Первая часть рассказываете рецептах Запредельной Демонолатрии, а вторая представляет собой некую зловещую летопись -сказание о похождениях царя Ракасаула. правителя земли Мот - страны, по утверждению Фон Юнтца, абсолютно реальной, а не мифической, расположенной в Центральной Америке, сообщение с которой для представителей древних высокоразвитых цивилизаций населяющих некогда Евроазиатскийконтинент, не представляло особого труда. Название «Книга Дагон»> присвоил документу голландец Иеремия Ван-Мейер, живший во времена испанской оккупации Нидерландов- первый европейский оккультист, известный своей приверженностью традициям Заклинательстваи почитания Старцев и Древних, который «раскопал» сей раритет во время своих странствий по Палестине Перейдем теперь к языку документа Как различались методы представления сакральной и бытовой информации так, по логике вещей, язык жрецов не мог быть идентичен наречию простых обывателей. Известно, что сам Ассур, Воплощение Зверя, основатель Древнего Ассирийского царства, даровал своему народу азбуку UBRASH, построенную из 343 знаков. Со временем она была утрачена, поскольку отдельные символы использовались нечасто и только наиболее посвященными- обычно жрецам требовалось около семидесяти знаков даже для создания очень сложных текстов и заклинательныхформул, - они и составили основу азбуки NAHAR, а прочие, начертаниекоторых сильно упростилось, стали служить в качестве лреффиксов, интанаклей или простых огласовок, уточняющих произношение букв, которых теперь было семьдесят две. Язык Красного и Черного Свитка построен на базе алфавита NANAR. Латинский перевод, сделанный Ван-Мейером с подлинника, хранился в библиотеке Виллема Лазаруса, купца Генуэзской Компании, и, в конце концов, попал вместе с подлинником в руки Аббата Бартоломью. В дальнейшем, что типично для такого рода произведений, и подлинники перевод осели в Оксфорде и перешли к Черной Ложе в период понтификата Иоганна Келленхейма, в 1904 году.

Мы предлагаем вам перевод с латыни и, частично подлинника, сделанный N.S.T. of G.B.L.

N.&T. of G.RL

A.M.C. Vendetta

 

AI Nimlu Kirtag

Красный свиток

Воззвание к богине Акмарру

Перед началом церемонии:

NSALT VOOS SHENEBTUDOT MAAR AMEYASHAS KRIBB TENEMIT STARR EALSUNLETB GEFKVAOGHE ETANNU SFORISH SEHELU STFOR NARAYANTUU ASHEMEHVARAH NERTSABAON BELISH VAOSAYAOG NISPHELZAYM

Гимн для разрушения оков:

Записано со слов жреца Бхару Ашватт'а его преемником Эббу Стагфорру Амманним ом в царствованиеЧерного Солнца Источника Благоденствие Его Превосходства БельтамашураСавасрохапри особых обстоятельствах

кне nao asvag shusulmev bust hezrago* autunan sba asnu oya lalatu vorvoeg

oya pashittu nebayaoso ra asu gheo gha reshevmet ra 1 atu gheo gha reshevmet ra amu gheo gha reshevmet sod zeltarain best neyagar reshev ella elalash atag gha от nesvarah tsakarmev eayin ea yin

Кто откроет Рты, истекающие кровавой слюной Насыщение предвкушающие Ты ли, Госпожа, правящая в день Меркурия Ты ли, непобедимая Дьяволица Жри детей моих Я на коленях пред тобою Убей жену мою Я на коленях пред тобою Убей мать мою Я на коленях пред тобою Но пусть смертные Чьи лица покрыты грязью, поклонятся. Имя свое, Госпожа, мне открой Стану свободным тогда Будь же благословенна

-----------------------* Относительно низших существ (непосвященных) древнеарийское слово Ra (Rha) употребляется в двух значениях, «лишать жизни» и «пожирать». В данном случае приходится полагаться на оккультную интуицию человека, впервые переводившего гимн в историческую эпоху Виллема Лазаруса

Книга Сожженных Писаний

Где находят приют погибшие души? Не в землях Дильмуна пребывают они. И тесно им в семи крепостях преисподней. Кто укажет им тропу в Сумерках - там, где мир исчезает, как плоть в пастях чудовищ. Есть тайны, такие, что земля не удержит того, кто познает их. Есть слова, проклятые с первых дней творения; Имена, забытые давно, чья сила разрушит столпы и оборвет дыхание всех живущих навеки. Об этом молчат трусливые жрецы и ни словом не обмолвятся псы-предатели. Но придет час, когда все будет раскрыто и Бездушие сменит жизнь. Аллаанн! Таков закон, и не простится должникам, не уплатившим сполна Губителю, и боящимся утратить рассудок от чтения заклинаний и укрывающим людей и животных от положенной жертвы. Не простится защитнику, но нападающему простится. И если царь не осмелится топтать подданных копытами коней своих, то не быть ему царем. И если не слушает он чернокнижников, стоящих у трона, то царство его не устоит. И если нарушает права чародеев, горе престолу его. Если ты простой человек, то падай ниц перед познавшим тайны, целуй ноги его, но не жди похвал. Радуйся, когда башмаки его пинают тебя, и уста его поносят тебя. Если же он на тебя посмотрит, пронзи свое чрево кинжалом, дабы не осквернить его чистый взор видом своей отвратительной живой плоти. Если ты не так прост, смотри на познавших тайны без боязни и следуй за ними

Ключ Рахмухуша

Принуждает некоторых духов и демонов открыть свое истинное имя и положение.

Значение и применение символов:

Тетал (символ) вершины левого столпа освобождает и призывает силы блистательной Шабниггорат- Венеры. Он должен быть начертан на куске кожи черного козла или на поясе чернокнижника на восточной стене алтаря и на западной стене святилища Заклинательнаяформула:

AEHOZAN RETEN SOOD BEKER EVOPAEZBET KHEV NIRNA A VASSUMMEH KELEASH TAAL NISHTABAAL KESHEAV TELSU GEREB NDAABDHAAN

Тетал середины левого столпа освобождает и призывает силы Марса, Нинурты-Воителя. Он должен быть начертан на коже нерожденного агнца, на ножнах жертвенного кинжал а чернокнижника на северной стороне алтаря и северной стене святилища

Заклинательнаяформула:

SUTTARAAH KRIASBASH AHEMESH BESABAHOT LEB AZLAYN YAAV ETUSH KNERREBDAOS EZCURTAAHIRRAVAON АРАО STILTAAN NENEBRASH

Тетал подножия левого столпа освобождает и призывает силы Сатурна- Эйи. Он должен быть начертанна коже блудницы, на шапке чернокнижника, на рукоятке жертвенного ножа

Заклинательная формула:

KENEB ESAYA TAARITEROSH TSEFER NE4LEB ASHTAG ВНАШ АН VAAIKER VALNESHTUTSAM VOLECH TEAMBABU ARSAG NA ASTUHARISH ESCER

Тетал вершины правого столпа освобождает и призывает силы Луны - Сиунн Он должен быть начертанна коже девы, на подошвах башмаков чернокнижнику на западной стене алтаря и на восточной стене святилища

Заклинательнаяформула:

ASPHELAAH ASTAN BEVZUHAE4 VARSEMIS TERBIZ SAFOTH KLIBERBEN YOSNUN AGELGESH SAVASH NATLENIR GHEGORATZ ETECU ZEALBATAN

Тетал середины правого столпа освобождает и призывает силы Солнца -Шемеш. Он должен быть начертан на коже черного быка, на подошвах башмаков чернокнижнику на южной стене алтаря и на южной стене святилища

Заклинательнаяформула:

KARMUMELECK ATA ACOZ SETDU ANUKTAR KFOILTSEB TEFUAYFETH ECAF NEYARZN ТА

Тетал- подножия правого столпа освобождает и призывает силы Юпитера -Аннуки, Он должен быть начертан на коже убитого воина, на рукоятке жертвенного ножа, на полу святилища

Заклинательная формула:

ATANNU TEBEL NOAPZU VERVI SUR BARASTAN KELIAB EZCATU NFARAYN ASPAZECAF ETERRU GHENALAYN EGER ASSU VATSEBISH LILASH

Срединный Тетал освобождает и призывает силы Меркурия - Набу. Он должен быть начертан на коже младенца и на кадильницах установленных в святилище.

Заклинательная формула:

SEBHEM VASUTISH MESGERIT ABEZ NECAVARON VA ATAYA SLA ECIR AYA KENEV VA ANRU SELV OZO IZBATAN HEHESH NLA ASHATOT KLEASH SAADHATOT AERIA TCHAITLNEV

Воззвание, создающее связь между глиняным подобием и живым человеком:

Eye Ghe Ah Arat Tu Hezer Seth Du Zpail Eye Ghe Bestamed Non Katu Khad Du Mansunem* Er Dabu Damabu Darhabturet Avao Tshae Yazhemosh Tabashtur

--------------------* Первые четыре строчки переводятся примерно так: О ты, Арат Ту Хезер, создай связь! О ты, Бештамед Нон Кату, будь свидетелем моих деяний, глядя с высот. Последующие комментарии посвящены описанию природы этих существ

Комментарий Жреца: Создающий связь есть также Рассвет Демонов и повелитель всех вредных сил, приходящих с востока Его именем заклинается путь живых существ на вечное уничтожение и утрату всякой памяти в НепознанныхДебрях Сахватта.

---------------------Сахватт означает примерно то же, что "Саккат" в "Тайнах Червя" - один из аспектов запредельной реальности.

Взирающий с высоты доставит тебе помощь в делах погружения в Сахватт сущности твоего врага и любой вещи. Алаанн

О том, как может быть воссоздан образ Богини Шабниггорат Иштар из речной воды и песчаной пыли:

Этот ритуал совершают в пятницу, на закате солнца, но прежде следует тщательно готовится к нему. Семь дней, вплоть до дня свершения таинства, нужно носить ошейник из кожи вола с золотой пряжкой и особым узором, сделанным железной иглой:

Потребуется переспать с блудницей, срезав прядь волос с ее головы и не заплатив ей нисикля. Ибо все, дарованное или уплаченное в дни подготовки кому-нибудь кроме богини, обернется проклятием для выполняющего церемонию - поэтому следует воздерживаться от всяких подношений и подарков в течение этих семи дней.

В день Шамаша в воскресенье, поднимись до восхода солнца и поймай черного голубя в диких и ненаселенныхместах и ровно в полдень того же дня зарежь его на вершине холма, напейся крови и окропи ей свое одеяние. Голову птицы зарой в десяти шагах к северу от вершины и приветствуй Богиню особым поклоном - обе руки нужно завести за спину, потом поместить их перед собой и, скрестив ладони так, чтобы правая лежала поверх левой, коснуться ими земли. В среду, день Набу, ты должен отправиться к озеру или реке, что избраны тобой для проведения ритуала, взяв с собой все необходимое для этого: четыре столба из тикового дерева в рост человека, шкура буйвола, льняные веревки, два живых белых голубя и зерно, чтобы кормить их и сосуд с чистой водой для себя, которую ты будешь пить все эти дни, не вкушая никакой пищи. Прикасаться к воде из того озера или той реки ты не должен. Возьми шило из чистого железа с рукоятью из янтаря, алтарь из черного дерева высотой в полтора локтя, жертвенный нож с рукояткой из кедра, золото и серебро для подношений Богине. Когда придешь на место, убей рабов, несущих поклажу. Врой столбы в песок между сторонами света и укрепи на них шкуру, прокалывая ее шилом в тех местах, где это потребуется, посредством веревок из девственного льна/

Западная стена алтаря Верхняя грань

Поставь под навесом алтарь и приступай к первому действию в ночь на четверг. Установив светильник на алтаре, разрежь ножом прядь волос на две часта Одну накрути на палец, а другую сожги в огне светильника, залив в него миртовое масло с примесью одной двадцатой части сока мандрагорыи одной двадцатой части желчи дикой серны, убитой одной стрелой в день равноденствия

Сжигая волосы блудницы в светильнике, произноси такое заклинание

DAMANASHURA VARTAM SCAR DHRGANAN DU ZATAT ERL NATTARU ZIKHAMET TCHANAN DU SEDMEDVUCH

Тогда огонь станет подобен большому манулу и цветом будет походить на свежую кровь и не угаснет, когда кончится масло, но уйдет лишь с рассветом.

В ночь на пятницу снова зайди под навес и посвяти голубей Богине при помощи заклинательнойформулы: SATSAT KEMESH KETVADDU SANAT. Тогда вихри пламени цвета ляпис лазури поднимутся над водой и тучи, наполненные красным сиянием, покроют небо. Вечером, в день Богини, нужно зарыть в песок золото и серебро и над этим местом убить птиц, после того, как будет произнесено заклинание

EITTA STHAM BAELOCH AVIRAYASH AMATUMOSH LATRY MISHMANNAM AVAMAN TEIRAESH UZZAAT AMTARTAM DU VARDESHTURAM GRAAT

Тогда образ поднимется из воды и достигнет берега, вобрав в себя землю, где зарыты были подношения и будет говорить с тобой.

Летающий посох.

Записано со слов Кету Хаппашура, жившего в царствование Аштинапала Бефшамаша, Черного Солнца, Источника Благоденствия, старшим писцом Храма Эннану, Хизгийагом Ал Нинуком, впоследствии умерщвленным ради неразглашения тайны и задавленным каменными жерновами во славу Шаб Ниггурат, Звезды Рассвета. Я поведаю о том, как знающий и бесстрашный может подняться в небо и достичь звезд, и парить в воздухе подобно птице над лицом всей земли. Для этого в полночь шестой* убывающей луны пусть придет на берег реки, имея с собой черного агнцаи острый меч. Пусть заколет агнцаи кровью его начертит на песке звезду, чтобы расстояние между знаками серпа составило тридцать шагов:

--------------------* Считая от начала Священного года в древней шумеро-аккадской традиции - дня весеннего равноденствия - А.М.С.

Закончив начертаниезвезды, встань в ее середину и обрати лицо свое к созвездию Северной Короны, возопив при этом:

AOR READH MEIGAHAM SEB ASHTA ХЕШАМ BEASH MEI GAHAM ELZAHORRAT BEASH MEI GHAHAMISVERA GHAD BEASH ME! TERA ENAHINASMA

--------------------Заклинание приведено в редакции Иеремии Ван Мейера

Едва будут сказаны слова этого страшного таинственного заклятья, воды реки придут в волнение и чародей услышит шум, подобный звукам медных труб и ударам тяжелых молотов. И поднимется из воды престол из черного камня. На нем будет сидеть старец в черных одеждах. Увидев это, не сходи с места, иначе погибнешь Простри над землей правую руку и возгласи *громким голосом:

------------------ * Применительно к первому заклинанию в подлиннике употребляется слово «Tashat» - «кричать», применительно ко второму - «Nlehg» - «выговаривать громко и четко»

ENAELAHASBTATERA ZEB NAMEH ABAHAS VORTALAH ISVERA HELZAH EARA HAVALASH

Тогда старец достанет из своего плаща длинный посох и бросит его у самого берега, и скроется под водой сам и престол, на коем сидит. Приблизившись к посоху, возьми его левой рукой там, где конец посоха изогнут. Чтобы пробудить заключенную в посохе силу, необходимо направить его заостренный конец в ту сторону небесного свода или к той звезде, которой нужно достичь и произнести:

AHVIR HESSIT AORIM ANIMBEL HED ASMAOR THEOMOS MEHITU MALEHATEAESIT

Чтобы вернуться из путешествия, направь изогнутый конец к низу, но помни правила Если небеса подобны железу, нельзя возвращаться Странствуй далее, доколе они не примут цвет свежей крови или какой-либо другой. Если вдали вспыхивают молнии и слышится как бы шум воды, нельзя возвращаться Странствуй далее, доколе не увидишь равнину, изрытую норами, или что-либо другое. Если черные скалы, окруженные золотым сиянием, предстанут пред тобою, нельзя возвращаться Странствуй далее, доколе не увидишь реки кипящей лавы или что-либо другое.

Ключ Ашшахвата

Комментарий неизвестного жреца: Говорят, что во времена Завоевателей Думешаса

---------------------Имеется ввиду эпоха покорения народа фэрзов, происходящих от смешения представителей белой и желтой расы (по дневникам Фон Юнтца - примерно 39 тыс. до н. э., по «Бестиолатрии» Аббата Бартоломью - 40 тыс. до н.э. в правление Этера, который был вторым царем Ассирии после самого Ассура.

некоторые племена в землях Ассаум-Нергел применили против войска Священного Царства таинственную силу, исходящую из некой Крепости,

-----------------------«Крепость» - оккультный термин, введенный еще в период атлантов, обозначает сложную диаграмму, составленную из различных символов, заключенных в прямоугольный или круглый контур. Иеремия Ван Мейер утверждал, что общее число Крепостей, приведенных в различных писаниях по Черной Традиции, превышает 70000. Является это преувеличением или нет, нам, не достигшим той ступени посвящения, на которой стоял он, судить невозможно.

но их чародейства были остановлены Демонопоклонниками а скрижали с образом Крепости изъяты завоевателями Замечательное свойство Крепости Ашшахвата - в том, что любая злобная сила может быть призвана из той области, которая на ней обозначена, с помощью прикосновения или заклинания Потом настали дни, когда правители земли Мот с помощью этой силы освободились от священного ига Ассирийцев, хотя одна из скрижалей до сих пор хранится в святилище Аннуки в городе Месхер.

Значение полей и символов:

Крепость имеет четыре Внешних Поля: Печать Владыки, Месть, Плен и Отбросы; шесть Внутренних Полей: Зари Демонов, Левое Поле Ужаса, Правое Поле Ужаса, Злодеи, Изгнанники Чума; два Поля, которые одновременно являются Внутренними и Внешними Скипетры и Казни Все они связаны с отдельными видами Кхата и Кхйилх'а

-----------------Khat (древнеарийское) - таинство, Khyilh - сила, энергия

и могут быть использованы во вред ничтожным и на благо достойным.

Внешние Поля:

Кахваш, или Печать Владыки, есть то, что нельзя измерить. Прикосновение к ней руки посвященного разрушает миры, если на его облачении начертаны все нужные теталы планет и если он ничем не оскорбил Нар-Марратука, правителя подземной области, и божеств Хранителей, чьи имена - Бенахас, Кетраш, Секбер, то есть не пощадил ни одной женщины и ни одно дитя человеческое, выбрав других для приношений, ибо если вместо избранного на алтарь приносится другой, наказание будет таким же, как для всех милосердных, даже если жрец просто ошибся, выбирая жертву, а не жалел избранного для приношения Тот, кто ни разу не поднимал руки своей на человеческий скот, пусть не прикасается к Печати. Посвященный, на коем лежит провинность, прикоснувшись к ней, погибнет сам.

Аксу, или Месть, обращает в пепел человеческие тела, и дома в серый прах. Она же дает посвященному взгляд, обращающий испражнения в золото. Изнутри к Полю Аксу приваяны

-----------------В русском языке такого слова нет. Это попытка дословного перевода древнеарийского «Sakamumteh», образованного от двух слов: Sakh - соединение и Amumteh -лепить из глины.

три тетала - Крест Великой Злобы, Малая Парящая Птица и Большая Парящая Птица Чтобы призвать силу, заключенную в поле, прикасаясь к Кресту, жрец говорит: Alhaev, прикасаясь к Малой Птице, он говорит: Asaosh, и прикасаясь к Большой Птице, говорит Svashah.

Акду, или Плен, дает власть видеть самые глубокие пещеры и сокровища, укрытые в них. Изнутри к Полю приваяны два тетала Большой и Малый Замок, рядом с ним находится символ Великой Рыбы. Чтобы пробудить силу, заключенную в поле, жрец говорит, прикасаясь к Малому замку: Nhev; прикасаясь к Большому замку: Hvaah, прикасаясь к Рыбе, пребывает в безмолвии.

Кхшабб, или Отбросы есть прекращение жизни, достатка, богатства и процветания, красоты женщины, бесплодие женщины и мужчины, мор и несчастье в доме врага К этому Полю жрец не прикасается Он просто роняет на него каплю крови с жертвенного ножа, выкликая при этом: Nsah! и делая знак Массута с простертым в сторону севера указательным пальцем правой руки.

Внутренние Поля:

Арат Ту Хезер, или Заря Демонов есть главное Поле Крепости. Прикасаться к нему строжайше запрещено младшим жрецам, и лишь Верховный Жрец может тронуть его во время церемонии поклонения Божествам, стоящим на стороне Чистого Зла. Над главным теталом Поля символом самого Владыки, попирающего все и пренебрегающего всем, находится простой тетал Большой Парящей Птицы, ибо сложный, приваянный к полю мести, не может там располагаться потому что оскорбит достоинство Владыки. Справа от Главного тетала расположен тетал Повозки Узника - он окружен знаками Малой Птицы, умерщвляемой на ступенях и Большой Птицы, пронзенной стрелой. Слева от Главного тетала находится тетал Кадильницы Прикосновение к знакам главного поля дарует особый вид зрения, так что жрец может видеть все находящееся впереди и позади него, также силу, приподнимающую жреца над землей во время церемоний, способность распознать Писание, принесенное в мир нечеловеком и многие другие силы, о которых позволено знать только Верховному жрецу.

Вот правила прикосновения к Знакам Главного Поля без прикосновения к Теталу Зари: Сперва Кадильницасо словом Asaog, затем Повозка со словом Neitahg, затем Большая Птица со словом Kehskh. Правила Прикосновения к знакам Главного Поля, сопровождающегося прикосновениемк Теталу Зари: Кадильницасо словом Aisus, Большая Парящая Птица со словом Ezker, Повозка со словом Nhev, Птица, умерщвляемая на ступенях, со словом Hayit. Птица, Пронзенная стрелой, со словом Raah, и Тетал Зари со словом Vaarr.

Stabror, или Алтарь (Жертвенник) находится в середине Крепости. Касаться его может младший жрец, имеющий два посвящения. Он освобождает разрушительную силу из хранилищ Сахватта и Карруша

---------------------То же, что «Керош» в «Тайнах Червя»

- один из аспектов Запредельной Реальности. Слева и справа от него находятся Малые поля: Naamlu Tashat, Зов Крови, притягивает демонов и духов Тьмы, над ним написаныдва знака Ubrash: Ayich (слева) и Аи - прикасаяськ этому малому полю, их не нужно произносить. Zaafu Tashat, Зов Камней - малое поле, которое приводит в мир спящих идолов с тех забытых островов, что лежат за Чертою Зрения Смертных. Над ним написанызнакиUbrash: Nhog (слева) и Saa прикасаяськ этому малому полю, их также не следует произносить. Вычитывающий знаки Ubrash над малыми полями может попасть в плен или вынужден будет заключить договор, но договориться о чем-либо с пробужденным идолом никому ни под силу - это ложь, будто бы Железная Вода

-------------------------Термин «Железная Вода», кроме книги Дагона, упоминается только в сочинениях арабского Чернокнижника Ибн Стакхабао. Это - некая магическая субстанция, используемая в ритуале, названном автором трактата «Кормчий железной ладьи». Приводим рецепт изготовления по трактату Ибн Стаккабао «Сочинение о проклятых городах и запретных таинствах»: «Железную воду получают так: сердце Дракона нужно разрезать на двенадцать частей, потом сделать тесто, сметав мускус пополам с вулканической серой и покрыть им каждую в отдельности. Шесть частей должны 14 суток покоиться в скорлупе страусиного яйца, а еще шесть - в серебряной чаше с кровью младенца, и то и другое надобно держать вдали от солнечного света. На пятнадцатый день взять две ступы из чистого железа и железными пестами с двумя волнистыми линиями, проведенными по окружности каждого в одной истолочь в порошок содержимое чаши, о другой содержимое скорлупы Далее перемешать второе вместе с первым и подвергнуть перегонке. Получатся тяжелые маслянистые капли янтарного цвета. Разбавь их кислым вином, всыпав в него немного угольной пыли, и будет у тебя прозрачная жидкость, применяемая в ритуале»

остановит их. Касаются теталов над Малыми полями так: сперва левый, затем правый, как при вычитывании так и без него.

Neggu Ya Far, Левый Ужас, есть поле превращений, которое извлекает свет из текучих веществ и в том числе человеческих жидкостей.

--------------------Перевод слова «Flammu» - «желчь», «гной», «слизь». Слово «Nammalu» - «кровь», здесь не употребляется. Из него следует, что прикосновением к полю Левого Ужаса можно извлечь из человеческой крови особую форму энергии, называемую внутренним светом и используемую в целях оживления глиняных статуй либо продления жизни самого мага, невозможно. Это делают другим способом (см. раздел «Книги Дагона»: «Писания, изъятые из святилища Экваббу»)

Этому полю принадлежаттеталы Трезубца и Факела Прикасаяськ Факелу, посвященный говорит: Наи, потом, прикасаяськ трезубцу: Sheh.

Elhu Ya Far, Правый Ужас, удерживает внутренний свет внутри текучих веществ и человеческих жидкостей, в том числе и в крови, не позволяя ему уйти в течение многих дней или месяцев, будучи ничем не удержан, он уходит через три дня, если это кровь, и по прошествии срока от семи до десяти дней для других жидкостей. Полю Правого Ужаса принадлежаттеталы Трезубца, Пленника, раздавленногожерновами, Большого Настенного Светильника слева от последнего, и Малого Настенного светильника справа Прикасаясь к Трезубцу, посвященный говорит: Нааг, затем - к Большому светильнику со словом: Куаг, к Пленнику со словом Vayh и к малому светильнику со словом: Khar

Nasdu, Злодеи, есть поле Крепости, прикосновение к которым дает власть над судьбой человека - как пожелает посвященный, так и будет, если он бросит волосы непосвященногонаглавныйтетал Поля, не прикасаясь к нему. Это поле не содержит никаких других теталов, кроме главногои потому пробуждается заклинательноиформулой, произнесенной перед прикосновением

Sau Akas Etevdal Frish Raan Anvash Hamesh Ktal Nibbuth

Sardu, Изгнанники есть поле, дарующее власть над мертвыми душами. Прикасаясь к нему, можно вытащить душу непосвященного из Ганзира и поместить в особый сосуд из глины, и заставить выдавать тайны, известные только мертвым. Как и поле Nasdu, оно содержит только главный тетал и пробуждается заклинательноиформулой:

Etu Ab Shatumash Mannim Tartash Sel Babannim Amannim A'khannim

Линия Разрыва, Kvila Rasah, разделяет оба поля и дает защиту от могущественных чародеев, отражая их натиск К ней приваян тетал Двойной Петли, и Секиры Акхаша Чтобы пробудить ее силу, посвященный прикасается сперва к Двойной Петле со словом Seen, затем к секире со словом Ayish

Nergel, или Чума, есть самое зловредное Поле Крепости. Даже верховный жрец без особой необходимости не станет прикасаться к нему. Если прикоснуться к нему, держа в другой руке вещь, украденную у чародея, он будет уничтожен самым ужасным образом, и ветры Рлхагаразорвут его душу в клочья. Слева от главного тетала расположен знак Svah, а под ним - тетал, принадлежащий только этому полю и только этой Крепости. Их вычитывают, дотрагиваясь до главного, но не прикасаясь к ним, сперва Svah, потом особый знак, произнося его названиетихим голосом: Nhriish.

Особые Поля:

Особые Поля не являются ни внутренними, ни внешними, не имеют теталов, принадлежащих или приваянных к ним, и потому сила их пробуждается только заклинаниями которые читаются перед прикосновением

Nrar, Поле Скипетров, имеет лишь одно свойство - все силы и сокровища, хранимые землей в месте, где маг коснулся этого поля Крепости, будут принадлежать ему без остатка Вот заклинание, которое позволяет пробудить силу этого поля:

Dastar Gehavaosh Seyho Asag Etan Zipah Segal Eo Act Saoshrah

Hashru, Поле Казней, обращаете рабов всех людей, живущих в двух днях пути от того места, где маг прикоснулся к этому Полю и пробуждается таким заклинанием

Alu Arsag Saru Arta Acash Ze Kapashnu Eit Seheru Tnaynl Seho Ezverah Kahar

Исполнение Образа Крепости:

Образ Крепости должен быть исполнен железной иглой на доске из агата, изумруда, или ляпис-лазури В седьмой день месяца Овна его нужно окропить кровью однолетнего агнца и выловленного в полнолуние бешеного шакала, а также двенадцати младенцев женского и двенадцати младенцев мужского пола Далее, в девятый день месяца Тельца, принести Образ к морю, другой берег которого не видит человеческий глаз, войти в соленую воду на закате и омыть в ней Образ, выкликая имена Эксера, Хамошаи Шаб-Ниггорат-Иштар. Тогда он будет готов к действию.

Правила, прикосновения:

Khaas есть магический жест, используемый для прикосновения к Внешним Полям. Указательный и средний пальцы, которыми посвященный касается Крепости, соединены, а большой приставлен к середине того и другого снизу.

Massut - жест, используемый для прикосновения к полям Внутренним Посвященный касается Крепости указательным пальцем, соединив большой и средний.

Aspu - жест, используемый для прикосновения к Скипетрами Казням, а также к Полю Чумы - указательный и средний пальцы соединены вместе, а большой приставлен к середине того и другого сверху, охватывая их. Дотрагиваться до Образа после того, как он приготовлен к действию, дозволено только левой рукой, и лишь верховный Жрец в особых случаях может коснуться Его правой.

Призывание Нар-Марратука

Из тех, кто правит самыми отдаленными краями Бытия, кто имеет Колодцы, выходящие только и преисподнюю и не имеет Колодцев, выходящих на свет, а если получит таковые, уничтожит мир навсегда, нет Божества более грозного, более беспощадного, более бесчеловечного. Вестники Его суть Призраки Подземного мира, и вид их ужасен - они велики ростом, бесформенны и туманны Он также есть Господин Теней, Парящих во Мраке и Пьющих Кровь, и тени сии суть души предавшихся Ему. Он владел землей прежде, нежели была сотворена и будет владеть ею, когда погибнет. Величайшие из Магов и Жрецов призывали Его, чтобы получить высшее благословение и чтобы, когда Вселенная рухнет, остаться жить, а не умереть вместе с прочими несчастными Жрецу потребуется возвести особый храм, у которого внутренняя стена будет составлена из тисовых бревен, врытых в землю на четыре локтя и возвышающихся над нею на пятнадцать, стоящих вплотную друг к другу, а внешняя стена - из каменных столпов, врытых в землю на такую же глубину, на такую же высоту над ней возвышающихся, и также поставленных вплотную.

Ассирийский Чернокнижник, вызывающий Демона в Храме. Миниатюра Иеремии Ван Мейера (реконструкция).

Между внутренней и внешней стеной расстояние должно составить два локтя. Размеры Храма, измеренные по внутренней стене, пусть будут пятьдесят локтей с Востока на Запад и пятнадцать локтей с Севера на Юг. Крышу делают из кедра, укладывая стволы на столбы внешней стены. Вход устраивается на Восточной стороне - там ни бревен, ни столпов, не ставят вовсе, и пусть будет он точно посередине и ширина его составит шесть локтей. Земля, на которой стоит храм, должна быть бесплодна И пусть это будет такая земля, которой ни плуг, ни соха не касались во веки. Пол нужно залить особой смесью из смолы с размолотыми в порошок витыми морскими раковинами и размолотым в порошок янтарем - таким, чтобы внутри был чист. Теперь на полу Храма надобно выстроить Крепость для вызывания особенно могущественных существ:

Линии вычерчивают кедровым жезлом, вымоченным в крови дев, пленников и рабов, а знаки и теталы - особой краской. Чтобы приготовить ее, надо развести мускуса восемнадцать мер, применяя в качестве меры верхнюю часть черепа младенца, в четырнадцати полных чанах едва забродившего вина, таких, чтобы каждый был три локтя в высоту и шесть с половиной локтей в обхвате. В каждый из чанов надобно добавить желчи павлина, произнося при этом заклинательные формулы Теталов Юпитера, Венеры и Меркурия - до тех пор, пока смесь не закипит. Она будет кипеть девять дней и, в конце концов, на дне чанов останется густой осадок, заполняющий каждый из них на четверть локтя от дна Его собирают медной лопатой и выкладывают в яму, выложенную изнутри глинянымикирпичами Сшив из кожи гиены сапоги, жрец должен влезть в яму и топтать полученное вещество, доколе оно не затвердеет и поверхность его не станет ровной и гладкой подобно озеру. Через три дня осадок заливают водой, настоянной на корне фиалки, выросшей вблизи могил, и растении Касфу,

-----------------------Возможный перевод - тамариск

в количестве четырех бурдюков такого размера, чтобы на изготовление каждого уходила бы одна шкура агнца Когда осадок полностью впитает воду, в яму нужно бросать кедровые дрова и жечь семь дней, чтобы поверхность вещества всегда была сплошь покрыта углями. При этом, находясь рядом с ямой, жрец должен носить маску из железа, выплавленного в том месте, куда не проникает дневной свет, ибо дым, идущий от ямы, ядовит и смертельно опасен Затем нужно растолочь золу от дров с веществом и разбавить человеческой кровью, и краска будет готова

Приготовления к вызыванию.

После того, как Крепость начертана, поставь в кресты, приваянные зубчатыми линиями к двойной окружности в ее середине, две бронзовых курильницы с таким курением: глаза орла, порошок дикой мяты - 6 частей, корень цикуты - 4 части, пятилистник - 2 части и трава Акомон (чемерица), а также 1 часть желтой серы, замешанные с миртовым маслом, после чего смесь высушивают и делают куски величиной с ноготь мизинца, и зажги их. Облачись в положенную тебе мантию жреца со всеми знаками и, встав с Восточной стороны Крепости, сперва прочти положенные перед началом такой могущественной церемонии формулы .

--------------------Воззвание к Богине Акмарру (см. в начале Книги).

Затем страшным воплем возгласи древнейшее из воззваний

AYE UNNAPHAS ТА SHADU ISKHVHLNUTAQEEHVEAAKHA AYATOATAYNNAUTSUOEAAKHA AYE ASAU PASHTANNLE TSETAASUNAALUKVLKOSH ASAIN KABITU ASAIN SLASH АА T'NYOT НА ATEG КНА ТАА APATU EGHINNU OMMLAA SPHAAT KILA ASU NALGAIRL KILA KILA DUMESHAS KUT SAPHAMMU KILA KILA

Тогда знак, начертанный в середине двойной окружности, возгорится, и жидкий огонь заполнит пространство крепости вплоть до восьмиугольной двойной стены. Издавая ужасный рев, он будет рваться к курильницам При этом все теталы, изображенные в пределах Двойной стены, будут отражаться на крыше Храма Если во время вызывания Маг начнет блевать кровью и желчью, пусть не боится, но нельзя допустить, чтобы выблеванное им попало в границы Крепости. У того же, кто прогневал Бога чем-либо, например, ошибкой в приготовлениях, изо рта полезут кишки и он сдохнет, как пес. Если этого не случиться, то жрец получит Высшее Благословение Нар-Марратука

Святилище Экваббу

Комментарий Сидкафа Амилахаша, придворного мага Сатпанипаша Баэл Тезера, Черного Солнца, Его Превосходства, Источника благоденствия: Каждый из нас спрашивает, откуда мы пришли и куда стремимся. Кто-то хочет выведать тайны прошлого у отцов и дедов, а если они не отвечают, сгонит множество рабов в древние священные места, где ритуалы и церемонии не совершаются уже не одно столетие, и прикажет надсмотрщикам раздать им лопаты, чтобы копали землю под этим местом.

----------------------Отрывок датируется VII тысячелетием до н.э. - уже в то время в государстве Ретенну (Ашшур), жрецы занимались раскопками с целью выяснить происхождение многих культов и верований, бытующих в современную для них эпоху.

То, о чем я поведу речь, находится в нескольких часах пути от города Уммы. Это - развалины святилища одного из Древнейших Богов по имени Экваббу, которому в наши дни едва ли кто-нибудь поклоняется. Он либо вовсе не имел образа, либо видеть его могли только избранные, но мои глазаи глаза других жрецов, имеющих три посвящения, которых я расспрашивад а было их много, не видели изображений бога ни в дереве, ни в камне, ни в металле. Так что даже торговцы на базарах, продающие статуэтки, не могут извлечь никакой выгоды из этой преданной забвению страшной веры. Летописи наших жрецов называют Экваббу Демоном Черты, отделяющей мир, привычный глазу смертного, от мира ужасного и бесформенного, подобного вечно волнующемуся морю, и как любому из Существ Границы, ему не писаны никакие законы Он приходит и уходит, когда захочет, потому призывать его бессмысленно. Пребывая на Границе, он волен странствовать по обе стороны от нее, делая страшное.

Есть также одна старая легенда в записях Хваахкхала В те дни, когда в святилище совершались церемонии, а было это и царствование Семет - Ришабха, Его Превосходства, Черного Солнца, Источника Благоденствия, Сорок Шестого Царя Ассирийского, случилось следующее.

В храме держали женщин, предназначенныхв жертву богу, и семеро жрецов Инанны однажды вознамерились изнасиловать одну из них, ибо она была прекрасна видом, а в то время жрецы Иштар могли взять любую женщину, какую пожелают, будь она хоть принцессой - так велика была их власть. Но один из семерых убоялся такого поступка, о чем поведал своим товарищам, и не желал гневить Бога, хотя и не служил Ему сам. "Ты - трусливая собака, предал нас, а ведь мы были вместе во всех делах" - и с этими словами жрецы зарезали его, а потом отправились в храм Экваббу и сделали там дело, которое задумали, с одной из женщин, и после этого также зарезали ее, опасаясь мести служителей Экваббу, кои ни с чем и ни с кем не считались и власть жрецов Иштар не признавали Как только собрались они уходить, их товарищ, восстав из мертвых, о чем свидетельствовали многочисленныераны, с которыми жить нельзя человеку, вошел в храм. Помнили жрецы, как дыхание его остановилось у них на глазах и весьма испугались Они рассудили было, что, поскольку даже не удосужились похоронить убитого - так сильна была их похоть, что не вспомнили об этом, Богиня гневается на них и вернула убитому жизнь для мести, или же он восстал, требуя похоронного обряда согласноправилам Но голос, не принадлежащийчеловеку, изошел из уст мертвеца, и рек: Я Экваббу. Эта женщина моя, так пустите же меня к ней. И жрецы, услышав тот голос, пали замертво, тела их высохли и сморщились, а младший служитель, что видел все это, поведал другим, когда пришли в храм, и увидели семь тел в багряных облачениях Шесть из их числа были сухими, а седьмое уже начинало гнить И еще окровавленный труп женщины В назидание другим неразумным все высохшие тела поместили в ниши в стенах храма, а тело жреца, не совершившего преступления перед богом, отнесли в гробницу. Так и стояли они в нишах до того дня, когда пал великий город Умма под натиском Фэрзов и Египтян, и все святилища города были разрушены Однако рабы, роющие землю по приказу моему, не нашли никаких тел, зато обнаружили янтарную доску с теталами жреческих посвящении, которые вышивались на одежде жрецов и вырезывались на их амулетах в далекое время, когда закатилось второе Черное Солнце и взошло Третье.

-----------------------Имеются ввиду второй и третий (в порядке царствования) правители Древней Ассирии

Причем в самой верхней части рисунка, над теталами третьего посвящения, были начертаны знаки служителей Экваббу.

На этой доске в самом нижнем квадрате указаны символы первого посвящения, в том, что над ним - второго, а еще выше - третьего. Все эти знаки вышивались на одежде. Над чертами, выходящими за пределы квадратов и продолжающих их стороны слева от них самих, буквами Ubrash написаны священные имена, выбиваемые на амулетах - сегодня никому не под силу их прочесть. Происхождение и значение символов, приваянных к главной фигуре или расположенных рядом с нею, неизвестно ни мне, ни всем тем, кого я об этом спрашивал, а люди это были знающие Давал ли этот знак, если судить по начертаниям жреческих теталов, власть над другими посвященными нашей великой страны или защиту от их справедливого гнева? Если так, мне страшно и помыслить об этом, и сразу становится понятным, почему служители Экваббу не боялись никого. Но почему же тогда простые невежественные воины опрокинули город и храм разрушили Кто знает? Разве пребывающие во власти Нар Марратука, в жерле Хамошатерзаемые? Есть также легенда о неком медном ящике, украшенном изображениями животных и птиц, который стоял в углу между северной и восточной стеной храма и прозывался Ковчегом Убийцы, ибо всякий открывающий его, даже если сам служил Экваббу, в тот же миг падал замертво и даже не успевал никому рассказать о том, что там увидел, после чего крышка сундука падала сама собой и замок защелкивался Служители Бога утверждали, будто бы эта вещь досталась им от Предков и никто теперь не знает, как пользоваться ее силой, поэтому, подняв крышку, не обретает ничего, кроме быстрой смерти, и что настанет день, когда сам бог явится за нею и они, жрецы его, должны сберечь эту реликвию. Мы действительно нашли медный ящик, украшенный искусно сделанными изображениями рыб, птиц и зверей, и хотели было поднять крышку, но замок никак не поддавался, и послали тогда за мастером из квартала Аваш, чтобы открыл замок Но прежде чем явился мастер, ящик пропал при невыясненных по сей день обстоятельствах, и сколько не пытали мы рабов, стороживших ящик и кожу содрали, и отрезали детородные члены, не говоря о носах и ушах, никто ничего не сказал полезного, вернее, все твердили одно -лишь на миг отвернулись, а он возьми да исчезни, а как все было, не знаем, не видели. Такие вот страшные тайны таит в себе прошлое нашего народа, и хвала Иштар, что многие из них забыты.

Песнь Ктулху (на древнеарийском языке)

Транскрипция древнеарийских слов приводится по Иеремии Ван Мейеру Вариант Великой Черной Ложи имеет следующие отличия:

Вариант Ван Мейера Вариант G В L
Aussum Behostag Asteg Azkev Zenar Aztagh Yoshum Behoshtag Ashtag Adjkev Saunar Ashtahg

 

Верховный жрец:
о! Alhaen! Aussum! О Ты! О Непревзойденный! Слава тебе!
Младшие жрецы:
Hayn Haorsag Nimdur Ashvenar Так! Именно так, О Разрушитель Царств
Жертвенный Хор:
Ez Behostag Nimdur Hazrain Да будем все отданы Разрушителю!
Младшие жрецы:
Su Alchao Ozto Nimmlaa Khayn Ты покидаешь убежище, чтобы напиться крови, о Предок!
Верховный жрец:

 

Iz Arta Subrain Atashdu Raa Да пребудет с намиблагословениетвое. Я вопию: Выйди!
Младшие жрецы:
Ilge Sumeosh Denahvaosh Ke Atrain Sur Aeztabal Kheg Sur Keghtu Sur Khaev О Владыка! Царь, которому суждено править твердью земной, небесами и воздухом.
Жертвенный хор:
Haokav Izt Havaeg Ola Azpain Мы твои, Истребитель всего Дышащего.
Младшие жрецы:

Nattar Ztel Kemamut Raa

Alza Asteg Ne Voker Ya Uztumem Krhash Ahaog Raa Raa Iztabalosh Autae Selmi Azkev Babeth Zenar Kev! Kev!

Из Незримой Башни, Из Южных Врат, Выйди, выйди! Первый из Стражей Заката! Страж Порога Безвременья, выкликаю, выйди, выйди!
Жертвенный хор:
Sa Ozkchottoar Ne Alain

Sa Akae Nimmlu Snar Azkev Shaddu Atar

Вот мы! Ради Великого Порядка Бездушия Возьми нас и напейся крови. Пусть наши стоны радуют твой слух.
Младшие жрецы
Ozo Seoshvar Taf Vao Nkag Raa Raa

Attaum Nkev Zartain Aola Aer Raa

Raa Aznat Nizeresh Ksao Izkat Attum Nezerbain Sa Elu Aztagh

Hain Eyahaev Aoz Su Rhat

Мы собрались в святилище Твоем, Бесстрашный. Выйди, выйди! Преклоняемся пред тобой, пребывающий за гранью земной видимости, выйди Выйди из сумрака ночи на зов наш. Вот Стражи, готовые усилить и присоединиться Так! Все приготовлено! Спеши, чтобы поглотить!
Верховный жрец:

Ahez lis Hnayiss Oarah

Произносит слова, составленные из первых букв первых слов каждой строки.

Al Shchera Kirtag Черный свиток

Песнь 1

Ужас землю покрыл пеленою кровавой. От Севера до Юга, от Востока до Запада От края дальних земель придет погибель. Ибо камень поднялся. И Раковина издалазвук. Жало Ужаса - голос Ее. Бесформенный явится - кто спасется Пред войском Эл-Гийаха устоит ли плоть? (Ne Selamsu Davadmed Sakar Akau Nrafash Ru Nallengaar*)

--------------------Непереводимый текстовый фрагмент (в реконструкции Ван Мейера) Подобные фрагменты встречаются многократно вплоть до конца черного свитка.

Песнь 2

Я, Ракасауд царь Земли Мот, сидел в тронной зале дворца моего и смотрел на солнце, ибо был полдень и открыты были ворота дворца. И вот вижу, солнца свет померк, и некто, подобный черной тени, стоит в дверях. И был я весьма сильно изумлен этим видением Тогда сказал призрак "Не изумляйся, Царь, но послушай, что скажу тебе.

На закате солнца иди к берегу морскому и если поступишь, как я сказал, то узнаешь великую тайну". После этих слов призрак сильно задрожал и рассыпался, обратившись в кучу черной пыли, и сделалось в воздухе зловоние весьма сильное. И поступил я по слову его, пошел на закате к берегу моря и встал около самой воды. Так стоял я и со мной прислужники воинов трое душ. Когда закатилось солнце, воды моря вспенились и сделались большие волны, которые погубили всех бывших со мною на берегу, и остался я один. После сего воды расступились и вышла из них жена, имевшая облик не как у живущих на земле женщин, а необычайный и странный. Глаза ее были как у мертвеца, волосы длинны, а на голове диадема, как если бы она была царицей, и вместо ног - две ядовитые змеи. И так она изрекла:

Слушай мои слова, О Царь. Знай, что Отец Отца твоего не был вполне человеческого рода, ибо его мать родилась от Великой Рыбы. Поэтому, О Царь, тебе суждено узнать великие тайны, которые прокляты и забыты богами этого мира, и всем людям они недоступны. Ты же должен будешь вступить на дорогу, что идет в Обиталище древних Богов, и обретешь мудрость, которая ныне таится во Мгле Внешней, и будешь ты жить во Дворце Восьми Медных Башен; и узнаешь все тайны низвергнутыхв Бездну. Теперь уходи, а завтра приди сюда снова и позови меня, когда закатится солнце. Имя мое Нэшиартнам, я сестра и жена Царя Змей.

На закате следующего дня я, Ракасауд встал на берегу морском и стал призывать Нэшиартнампо имени, ибо это было имя, под которым ее почитали как божество. Имя же ее в племени было Нцхег, и была (Shapattu Nskallaim Ammalinreqstavatt) она Когда закатилось солнце и море стало бурным, воды расступились как прежде, и вышла из них Нэшиартнам. и сказала "Слушай, О Царь. Иди сейчас во дворец, и возвратись, взяв с собой трехлетнего сына своего. Идти же до дворца было близко. И вот, совершил я сие, как было сказана И вышла Нэшиартнам-Нцхег из моря, взяла ребенка и съела его. И сказала еще: Теперь приведи ко мне дочь свою, которой исполнилось четырнадцать годов. Когда это было исполнено, и предстала девица перед очами Нцхег, то задушила и съела ее. И сказала тогда: приведи мне беременную жену свою и сделай это скорее". И совершил я волю царицы Нэшиартнам и привел к ней жену свою, которая была беременна седьмой месяц. Тогда снова явилась из моря Нцхег Нэшиартнам; и вырвала она плод из чрева беременной, ибо на руках ее были когти и перепонки, и съела она неродившегося младенца, выпила кровь матери его, и насытилась/

И, насытившись, извлекла змею из влагалища своего и, взяв в руки, разодрала надвое тело змеи, и кровью ее начерталазаклинаниена двух створках раковины, кои вручила мне с такими словами: "Когда Меркурий войдет в созвездие Рыб, а невидимая планета Кхаб будет посылать лучи свои, от которых рабы и люди неблагородногопроисхождения испытают сильный зуд на коже, и будут мочиться и испражняться посреди улиц, а воины - бить их мечем в сильной ярости, приди к горе Роф, что прозывается в народе Великой и прочти написанноена первой створке, стоя на вершине. И пошел я в надлежащийчас к тому месту и шел два дня и две ночи, а когда достиг вершины горы, прочел заклинание; и явился мне призрак, которого я видел во дворце, и спросил я его: "Видел я три знамения на пути моем. Гриф с куском падали кружил над головой моею, источая смрад, видел я также горного барса, и грыз он горло убитого воина на узкой тропе, и еще огонь необычайный во вторую ночь, меж двух холмов, там, где могилы чужеземцев. О Ходящий Двумя Путями Тьмы. Скажи, не ждать ли мне скоро Гостя?" И ответил призрак: "Ты верно понял, о Царь. Ты должен встретить Того, Кто Хуже Погибели в тысячу раз, в сердце долины Нуф, когда умрет Луна Имя Его - Господин Зыбкого Тумана, и умирают в муках мужчины, заслышав имя его, дети и старики, и чрево беременных разверзается прежде положенного срока. Теперь иди к вершине Кафву Алсаг, и, взобравшись на нее, прочти заклинание; написанноеженой царя Змей на второй створке раковины Тогда узришь черную радугу от края до края неба, и явится Тот, Кто Предшествует - он разъясниттебе путь, ведущий к цели" И сказав эти слова, призрак исчез. И пошел я к вершине Кафву Алсаг, и взошед на вершину, прочел второе заклинание Тогда увидел я черную радугу, составленную из девяти полос. И первая сверкала, вторая жгла, третьи издавалаплач младенца, а четвертая - рев зверя, пятая была подобна куску металла, шестая - куску камня, седьмая - высохшей крови, восьмая была словно смерть, а девятая - Ужасом Неизъяснимым. И предстал предо мной Тот, кто предшествует. И слова его были таковы:

"Вот (Nsarah Amalhassit Nuo) огонь и ветер, буря (Arushesaar Tu) земля и смерть. Мы сжигаем пламенем небеса В сердце полуночи их под землей погребаем Ибо мы построили башню. Утвердили озеро на уступе скалы. И пещеру, где прячется смерть. Шесть углов в основанииколодца. Наша рука наполнилатрупами ущелье. Воронов и стервятников мы посылаем с вестью.

И спросил я Его:

О Сапнурасах, Звезда Преисподней. Поведай же мне, как приготовить путь Господину Зыбкого тумана

И ответил Он:

"Слушай и сделай, как я скажу. Вымости черепами дорогу в сердце пустыни от захода солнцаА на этом месте вырой колодец такой глубины, чтобы не было видно дна Отбери жен из своего народа, а также из пленных и рабынь. Убей их, возьми их глаза и сердца и сбрось в колодец. Телами их выложи вокруг него большую звезду, сто двенадцать лучей должно быть у нее, и каждый длиною в три дня пути. Колодец должен быть таким, чтобы обойти его можно было за одну ночь. Отбери потом также юношей из народа своего, рабов и пленных, молодых женщин, еще детей до пяти лет и столько же белых верблюдов, и наполниих телами колодец. Сверху пусть завалят колодец большими камнями, и поставь по краям колодца лучших стрелков из своих воинов, числом до двух тысяч. И когда будут кружиться над колодцами грифы и стервятники, пусть воины поразят их из лука, ты же топчи убитых стервятников ногами и кричи: "Не для вас приготовил я пиршество". Так поступай шестнадцать дней, а на семнадцатый выйди к колодцу в облачении царском, имея на голове венец из червонного злата, а в руке - камень (Heod), поджигающий серебро. И возопи громко: Приди, О Господин Зыбкого Тумана Приди, О Отрада Сожженных Душ. Еще вели собрать сто пленных воинов и раздать им мечи. И пусть убивают друг друга, доколе не останется один. Его же подвесь на петле, сплетенной из волос девственниц, внутри колокола, отлитого из червленой меди, (Saofanah Kezpadurah Avezme Suo Akah Teital <символ> Rasbaasssan Ahae Lammaligrah Nutsrof Seieh Satmaehas Arao Nrehaf Naat Taare Uslom Khu Sakae Tlemerit Kaab Edashta Smalserib Kaatrinab Kaashi Doth)

И когда подует сильный ветер, то убьет всех, стоящих вокруг, кто еще жив, и увидишь Лик Господина Зыбкого Тумана Который видом своим повергает в Погибель безмерную. И откроется Тропа смерти. Возьми тогда стрелу, отлитую из чистого золота, и пусти ее против ветра, что дует с севера. Нога твоя ступит на путь в страну, где свод небес подобен черному зеркалу. Когда кровавые слезы смоют твои следы, внемли же слову камней. Слушай их голос немой, и пройдешь через Зыбкий Туман, В город, где шпили башен небо пронзили до звезд. Взглядом с камня сотри сто тысяч мертвых имен. Тотчас откроется дверь будто пламя, что лижет плоть. Тогда, простившись с землей, путь прокляни и войди.

A.M.C.Vendetta

Древнеарийский алфавит

Азбука Nahar, представляющая собой сокращенный вариант азбуки Ubrash» состоит из 72 знаков, разделенных на 4 группы Группа Первичных используется наиболее часто при написаниислов, не имеющих серьезного мистического значения, Группа Низкошипящих часто применяется в окончаниях имен божеств или демонов; Группа благородных представлена наименьшим числом символов, часто используемых в словах заклинаний Группа прединтанаклер

---------------------Термин "Интанакль" был введен в оккультную терминологию Верроном - Чернокнижником (У1век,) для обозначения буквы магического алфавита или мертвого языка, а также части слова, добавляющей к слову дополнительную смысловую нагрузку Символы, не несущие смысловой нагрузки, а просто кардинальным образом изменяющие произношение. Черная Ложа назвала прединтаниклями.

наименее изучена адептами Черной Ложи. Назначениесимволов этой группы - менять произношение слов и, частично заложенный в них смысл.

Первичные:

Благородные:

Низкошипящие:

Прединтонакли:

dreamsilver-taro.narod.ru

Книга: Книга Дагона. Проклятые Писания Ассирийских Жрецов . Стр: 3 Автор: Неизвестный из раздела: Магия.

Добавить в избранное

жертвенного кинжала чернокнижника, на северной стороне алтаря и северной стене святилища.

Заклинательная формула:

SUTTARAAH KRIASBASH AHEMESH BESABAHOT LEB AZLAYN YAAV ETUSH KNERREBDAOS EZCURTAAH IRRAVAON АРАО STILTAAN NENEBRASH

Тетал подножия левого столпа освобождает и призывает силы Сатурна - Эйи. Он должен быть начертан на коже блудницы, на шапке чернокнижника, на рукоятке жертвенного ножа.

Заклинательная формула:

KENEB ESAYA TAAR ITEROSH TSEFER NINLEB ASHTAG BHAIN АH VAA IKER VALNESHTUTSAM VOLECH TEAMBABU ARSAG NA ASTUHARISH ESCER

Тетал вершины правого столпа освобождает и призывает силы Луны - Сиунн. Он должен быть начертан на коже девы, на подошвах башмаков чернокнижника, на западной стене алтаря и на восточной стене святилища.

Заклинательная формула:

ASPHELAAH ASTAN BEVZUHAIN VARSEMIS TERBIZ SAFOTH KLI BERBEN YOSNUN AGELGESH SAVASH NATLENIR GHEGORAIZ ETECU ZEALBATAN Тетал середины правого столпа освобождает и призывает силы Солнца - Шемеш. Он должен быть начертан на коже черного быка, на подошвах башмаков чернокнижника, на южной стене алтаря и на южной стене святилища. Заклинательная формула:

KARMUMELECK ATA ACOZ SETDU ANUKTAR KFO ILTSEB TEFUAYFETH ECAF NEYARZN ТА

Тетал подножия правого столпа освобождает и призывает силы Юпитера - Аннуки. Он должен быть начертан на коже убитого воина, на рукоятке жертвенного ножа, на полу святилища. Заклинательная формула:

ATANNU TEBEL NOAPZU VERVI SUR BARASTAN KELIAB EZCATU NFARAYN ASPAZECAF ETERRU GHENALAYN EGER ASSU VATSEBISH LILASH

Срединный Тетал освобождает и призывает силы Меркурия - Набу. Он должен быть начертан на коже младенца и на кадильницах, установленных в святилище. Заклинательная формула:

SEBHEM VASUTISH MESGERIT ABEZ NECAVARON VA ATAYA SLA ECIR AYA KENEV VA ANRU SELV OZO IZBATAN HEHESH NLA ASHATOT KLEASH SAADHATOT AERIA TCHAITLNEV

Воззвание, создающее связь между глиняным подобием и живым человеком: Eye Ghe Ah Arat Tu Hezer Seth Du Zpail Eye Ghe Bestamed Non Katu Khad Du Mansunem2 Er Dabu Damabu Darhabturet Avao Tshae Yazhemosh Tabashtur

Комментарий Жреца: Создающий связь есть также Рассвет Демонов и повелитель всех вредных сил, приходящих с востока. Его именем заклинается путь живых существ на вечное уничтожение и утрату всякой памяти в Непознанных Дебрях Сахватта3. Взирающий с высоты доставит тебе помощь в делах погружения в Сахватт сущности твоего врага и любой вещи. Алаанн.

О том, как может быть воссоздан образ Богини Шабниггорат Иштар из речной воды и песчаной пыли:

Этот ритуал совершают в пятницу, на закате солнца, но прежде следует тщательно готовится к нему. Семь дней, вплоть до дня свершения таинства, нужно носить ошейник из кожи вола с золотой пряжкой и особым узором, сделанным железной иглой:

Потребуется переспать с блудницей, срезав прядь волос с ее головы и не заплатив ей ни сикля. Ибо все, дарованное или уплаченное в дни подготовки кому-нибудь кроме богини, обернется проклятием для выполняющего церемонию - поэтому следует воздерживаться от всяких подношений и подарков в течение этих семи дней.

В день Шамаша, в воскресенье, поднимись до восхода солнца и поймай черного голубя в диких и ненаселенных местах и ровно в полдень того же дня зарежь его на вершине холма, напейся крови и окропи ей свое одеяние. Голову птицы зарой в десяти шагах к северу от вершины и приветствуй Богиню особым поклоном - обе руки нужно завести за спину, потом поместить их перед собой и, скрестив ладони так, чтобы правая лежала поверх левой, коснуться ими земли. В среду, день Набу, ты должен отправиться к озеру или реке, что избраны тобой для проведения ритуала, взяв с собой все необходимое для этого: четыре столба из тикового дерева в рост человека, шкура буйвола, льняные веревки, два живых белых голубя и зерно, чтобы кормить их и сосуд с чистой водой для себя, которую ты будешь пить все эти дни, не вкушая никакой пищи. Прикасаться к

Скачать книгу: Книга Дагона. Проклятые Писания Ассирийс [1.99 МБ]

libland.ru

Book: Дагон

Я пишу в состоянии сильного душевного напряжения, поскольку сегодня ночью намереваюсь уйти в небытие. Я нищ, а снадобье, единственно благодаря которому течение моей жизни остается более или менее переносимым, уже на исходе, и я больше не могу терпеть эту пытку. Поэтому мне ничего не остается, кроме как выброситься вниз на грязную улицу из чердачного окна. Не думайте, что я слабовольный человек или дегенерат, коль скоро нахожусь в рабской зависимости от морфия. Когда вы прочтете эти написанные торопливой рукой страницы, вы сможете представить себе хотя вам не понять этого до конца, как я дошел до состояния, в котором смерть или забытье считаю лучшим для себя исходом.

Случилось так, что пакетбот, на котором я служил в качестве суперкарго, подвергся нападению немецкого рейдера в одной из наиболее пустынных и наименее посещаемых кораблями частей Тихого океана. Большая война в то время только начиналась, и океанская флотилия гуннов еще не погрязла окончательно в своих пороках, как это случилось немного погодя. Итак, наше судно стало законным военным трофеем, а с нами, членами экипажа, обращались со всей обходительностью и предупредительностью, как и подобает обращаться с захваченными в плен моряками. Наши враги охраняли нас не очень-то тщательно, благодаря чему уже на шестой со времени нашего пленения день мне удалось бежать на маленькой лодке, имея на борту запас воды и пищи, достаточный для того, чтобы выдержать довольно длительное путешествие.

Обретя наконец-то долгожданную свободу и бездумно положившись на волю волн, я имел весьма смутное представление о том, где нахожусь. Не будучи опытным навигатором, я смог только очень приблизительно определить по положению солнца и звезд, что нахожусь где-то южнее экватора. О долготе я не имел ни малейшего представления; тщетной оказалась и надежда на то, что вскоре удастся увидеть полоску берега или какой-нибудь островок. Стояла хорошая погода и в течение бессчетного количества дней я дрейфовал под палящим солнцем, ожидая, что появится какой-нибудь корабль или течение выбросит меня на берег обитаемой земли. Однако ни корабль, ни земля так и не появились, и постепенно меня охватило отчаяние от сознания своего полного одиночества посреди вздымающейся синей громады нескончаемого океана.

Изменения произошли во время сна. Я не могу припомнить в деталях, как все случилось, поскольку сон мой, будучи беспокойным и насыщенным различными видениями, оказался тем не менее довольно продолжительным. Проснувшись же, я обнаружил, что меня наполовину засосало в слизистую гладь отвратительной черной трясины, которая однообразными волнистостями простиралась вокруг меня настолько далеко, насколько хватало взора. Моя лодка лежала на поверхности этой трясины неподалеку от меня.

Хотя легче всего представить, что первым моим чувством было изумление от такой неожиданной и чудовищной трансформации пейзажа, на самом деле я скорее испугался, чем изумился, ибо воздух и гниющая почва произвели на меня столь жуткое впечатление, что я весь похолодел внутри. Почва издавала мерзкий запах, исходящий от скелетов гниющих рыб и других, с трудом поддающихся описанию объектов, которые, как я заметил, торчали из отвратительной грязи, образующей эту нескончаемую равнину. Скорее всего мне не удастся в простых словах передать картину этого неописуемого по своей мерзости пейзажа, который окружал меня со всех сторон. Я не слышал ни звука, не видел ничего, кроме необозримого пространства черной трясины, а сама абсолютность тишины и однородность ландшафта подавляли меня, вызывая поднимающийся к горлу ужас.

Солнце сияло с небес, которые показались мне почти черными в своей безоблачной наготе; казалось, они отражали это чернильное болото у меня под ногами. Когда я влез в лежащую на поверхности трясины лодку и немного пораскинул мозгами, я решил, что ситуации, в которой я оказался, может найтись только одно объяснение. Вследствие подводного извержения вулкана невиданной силы часть океанского дна оказалась выброшенной на поверхность, причем наверх были вынесены слои, которые в течение многих миллионов лет лежали скрытыми под необозримой толщей воды. Протяженность новой земли, поднявшейся подо мной была столь велика, что, как я ни напрягал свой слух, я не мог уловить ни малейшего шума океанской волны. Не было видно и никаких морских птиц, которые обычно в таких случаях слетаются в поисках добычи, каковую представляют из себя мертвые морские организмы.

В течение нескольких часов я сидел, предаваясь размышлениям, в лодке, которая лежала на боку и давала мне небольшую тень, в то время как солнце перемещалось по небу. На закате дня почва стала менее вязкой, и мне показалось, что она достаточно подсохла для того, чтобы в скором времени по ней можно было пройти пешком. В ту ночь я спал, но очень немного, а на следующий день занимался упаковкой вьюка с водой и пищей, готовясь к поискам исчезнувшего моря и возможного спасения.

На третье утро я обнаружил, что почва стала уже настолько сухой, что по ней можно было шагать без всяких усилий. Запах гниющей рыбы сводил с ума, но я был слишком озабочен более серьезными вещами, чтобы обращать внимание на такие незначительные неудобства, и бесстрашно продвигался к неведомой цели. Весь день я уверенно шел на запад, сверяя курс по отдаленному холму, вздымавшемуся посреди этой черной пустыни. В ту ночь я сделал привал под открытым небом, а наутро продолжил свое продвижение к холму, хотя моя цель, как мне показалось, почти не приблизилась ко мне по сравнению с днем, когда я впервые заметил ее. К вечеру четвертого дня я достиг подножия холма, который оказался гораздо выше, чем он виделся на расстоянии; из-за прилегающей долины он более резко выделялся на общем фоне. Я слишком устал, чтобы сразу начинать подъем, и прикорнул у окрашенного лучами заходящего солнца склона холма.

Я не знаю, почему мои сны были в ту ночь такими безумными, но еще до того, как убывающая, фантастически выпуклая луна взошла на востоке и стала высоко над равниной, я проснулся в холодном поту, решив больше не спать. Слишком ужасными были мои ночные видения, чтобы я мог и дальше выносить их. И тут-то, в холодном сиянии луны, я понял, как опрометчиво поступал, путешествуя днем. Пережидая дневные часы в каком-нибудь укрытии, куда не достигали слепящие лучи обжигающего солнца, я мог бы сберечь немало сил для ночных переходов; и в самом деле, сейчас я чувствовал себя вполне способным совершить восхождение, на которое я не решился во время заката солнца. Подхватив свой вьюк, я начал путь к гребню холма.

Я уже говорил, что монотонное однообразие холмистой равнины наполняло меня неясным страхом; но мне кажется, что страх этот был ничем по сравнению с тем ужасом, что я испытал, когда достиг вершины холма и глянул вниз на другую его сторону. Моему взору предстал бездонный карьер или, если угодно, каньон, черные глубины которого не трогал пока свет луны, взошедшей еще недостаточно высоко для того, чтобы пролить свои лучи за крутой скалистый гребень. У меня возникло чувство, что я стою на краю мира и заглядываю в бездонный хаос вечной ночи, начинающийся за этим краем. Меня охватил ужас, и перед моими глазами пронеслись реминисценции из Потерянного рая и страшное восхождение Сатаны из проклятого царства тьмы.

Когда луна поднялась выше, я стал замечать, что склоны долины были отнюдь не такими вертикальными, как я представлял себе вначале. Выступы и обнаженные слои породы образовывали хорошую опору для ног, благодаря чему можно было легко спуститься вниз, а через несколько сотен футов крутой обрыв и вовсе переходил в пологий спуск. Под влиянием импульса, который я и сейчас не могу до конца объяснить себе, я начал спускаться по почти отвесной стене, с трудом цепляясь за выступы скал, пока не остановился внизу, на пологом склоне, не отрывая взора от стигийский глубин, которых никогда еще не достигал ни единый луч света.

Почти сразу же мое внимание привлек огромных размеров странный предмет, расположенный на противоположном склоне, круто поднимавшемся примерно на сотню ярдов надо мной; обласканный лучами восходящей луны, которых он не знал, наверное, уже миллионы лет, предмет этот испускал белое мерцающее сияние. Вскоре я убедился, что это была всего лишь гигантская каменная глыба, однако все же не мог отделаться от впечатления, что ее контуры и положение не являлись результатом деятельности одной только природы. Когда мне удалось разглядеть предмет более подробно, меня охватили чувства, которые я не в силах выразить, ибо, несмотря на чудовищную величину глыбы и ее присутствие в бездне, разверзшейся на морском дне еще во времена, когда мир был слишком молод, чтобы его могли населять люди, несмотря на все это, я вдруг совершенно отчетливо понял, что этот странный предмет являлся тщательно оконтуренным монолитом, массивное тело которого несло на себе следы искусной обработки и, возможно, служило когда-то объектом поклонения живых и мыслящих существ.

Ошеломленный, испуганный, и тем не менее испытывающий нечто вроде невольной дрожи восхищения, присущей ученому или археологу, я внимательно осмотрел окружающую меня картину. Луна, находящаяся почти в зените, ярко и таинственно светила над отвесными кручами, окаймлявшими ущелье, и в этом почти дневном сиянии мне удалось различить, что на дно каньона стекает обширная река она извивается и исчезает в противоположных его концах, почти задевая мне ноги своими водами. Мелкие волны на другой стороне ущелья плясали у основания громадного монолита, на поверхности которого я мог сейчас ясно видеть как надписи, так и грубо высеченные фигурки. Надписи были выполнены в иероглифической системе, абсолютно мне незнакомой и состоящей по большей части из условных символов, связанных с водной средой. Среди знаков были рыбы, утри, осьминоги, ракообразные, моллюски, киты и им подобные существа. Все это было совершенно непохоже на то, что я когда-либо видел в ученых книгах. Некоторые символы представляли из себя изображения каких-то морских существ, очевидно, неизвестных современной науке, но чьи разложившиеся формы, мне довелось ранее наблюдать на поднявшейся из океана равнине.

Но более всего я был очарован живописной резьбой. По ту сторону текущего между мной и каменной глыбой потока воды находилось несколько барельефов, которые, благодаря их огромным размерам, можно было разглядеть, не напрягая зрения. Клянусь, их сюжеты могли бы вызвать зависть у самого Доре. Я думаю, что эти объекты, по замыслу, должны были изображать людей или, по крайней мере, определенный род людей, хотя существа эти изображались то резвящимися, как рыбы, в водах какого-то подводного грота, то отдающими почести монолитной святыне, которая также находилась под волнами. Я не отваживаюсь останавливаться подробно на их лицах и формах, ибо одно лишь воспоминание об этом может довести меня до обморока. Гротескные в такой степени, недоступной, пожалуй, даже воображению По или Булвера, они были дьявольски человекоподобными в своих общих очертаниях, несмотря на перепончатые руки и ноги, неестественно широкие и отвислые губы, стеклянные выпученные глаза и другие особенности, вспоминать о которых мне и вовсе неприятно. Довольно странно, но они, похоже, были высечены почти без учета пропорций их сценического фона например, одно из существ было изображено убивающим кита, который по величине едва превосходил китобоя. Как я уже говорил, я отметил про себя гротескность фигур и их странные размеры; однако мгновение спустя я решил, что это просто боги, выдуманные каким-нибудь первобытным племенем рыбаков или мореходов, чьи последние потомки вымерли за многие тысячелетия до появления первого родственника пилтдаунца или неандертальца. Охваченный благоговейным страхом, который вызвала во мне эта неожиданно представшая моим глазам картина прошлого, по дерзости своей превосходящая концепции наиболее смелых из антропологов, я стоял в глубоком раздумье, а луна отбрасывала причудливые блики на поверхность лежащего предо мною безмолвного канала.

Затем вдруг я увидел его. Поднявшись над темными водами и вызвав этим лишь легкое, почти беззвучное вспенивание, какой-то необычный предмет плавно вошел в поле моего зрения. Громадный, напоминающий Падифема и всем своим видом вызывающий чувство отвращения, он устремился, подобно являющемуся в кошмарных снах чудовищу, к монолиту, обхватил его гигантскими чешуйчатыми руками и склонил к постаменту свою отвратительную голову, издавая при этом какие-то неподдающиеся описанию ритмичные звуки. Наверное, в тот самый момент я и сошел с ума.

Я почти не помню своего сумасшедшего подъема на гребень скалы и возвращения к брошенной лодке, которые я совершил в каком-то исступленном бреду. Мне кажется, всю дорогу я не переставал петь, а когда у меня не оставалось сил петь, принимался бездумно смеяться. У меня остались смутные воспоминания о сильной буре, которая случилась через некоторое время после того, как я добрался до лодки; во всяком случае, я могу сказать, что слышал раскаты грома и другие звуки, которые природа издает только в состоянии величайшего неистовства.

Когда я вернулся из небытия, я обнаружил, что нахожусь в госпитале города Сан-Франциско, куда меня доставил капитан американского корабля, подобравшего мою лодку в открытом океане. Находясь в бреду, я очень многое рассказал, однако, насколько я понял, моим словам не было уделено какого-либо внимания. Мои спасители ничего не знали ни о каком смещении пластов суши в акватории Тихого океана; да и я решил, что не стоит убеждать их в том, во что они все равно нс смогли бы поверить. Как-то раз я отыскал одного знаменитого этнолога и изумил его неожиданной дотошностью своих распросов относительно древней палестинской легенды о Дагоне, Боге Рыб, но очень скоро понял, что мой собеседник безнадежно ограничен, и оставил свои попытки что-либо у него узнать.

Это случается ночью, особенно когда на небе стоит выпуклая, ущербная луна. Тогда я снова вижу этот предмет. Я пробовал принимать морфий, однако наркотик дал только временную передышку, а затем захватил меня в плен, сделав рабом безо всякой надежды на освобождение. И сейчас, после того, как я представил полный отчет, который станет источником информации или, скорее всего, предметом презрительного интереса окружающих, мне остается только покончить со всем этим. Я часто спрашиваю себя, не было ли все случившееся со мною чистой воды фантомом всего лишь причудливым результатом деятельности воспаленного мозга в то время, как после побега с немецкого военного корабля я лежал в бреду в открытой лодке под лучами палящего солнца. Я задаю себе этот вопрос, но в ответ мне тут же является омерзительное в своей одушевленности видение. Я не могу думать о морских глубинах без содрогания, которое вызывают у меня безымянные существа, в этот самый момент, быть может, ползущие и тяжело ступающие по скользкому морскому дну, поклоняющиеся своим древним каменным идолам и вырезающие собственные отвратительные образы на подводных гранитных обелисках. Я мечтаю о том времени, когда они поднимутся над морскими волнами, чтобы схватить своими зловонными когтями и увлечь на дно остатки хилого, истощенного войной человечества о времени, когда суша скроется под водой и темный океанский простор поднимется среди вселенского кромешного ада.

Конец близок. Я слышу шум у двери, как будто снаружи об нее бьется какое-то тяжелое скользкое тело. Оно не должно застать меня здесь. Боже, эта рука! Окно! Скорее к окну!

www.e-reading.mobi


Смотрите также