Троцкий (книга Тэтчера). Троцкого книги


Лабиринт: книги о Троцком - d_v_sokolov

Еще один дайджест. Книги-биографии и исследования, а также "прямая речь" одного из лидеров большевиков, Льва Троцкого.:Книга открывается рассказом о происхождении Л.Д. Троцкого, описывает юношеские метания Льва Бронштейна, его увлечение народничеством и переход к марксизму, детально показывает путь к центристской позиции, озаренной идеей мировой перманентной революции. Далее авторы уделяют значительное внимание тайному возвращению Троцкого в Россию, его активному участию в революции 1905-1907 гг., подробно анализируют особую линию Троцкого в мировом социал-демократическом движении и его ожесточенные столкновения с В.И. Лениным. Последние главы посвящены краткому пребыванию Троцкого в США, прерванному Февральской революцией, возвращению на родину для участия в бурных политических событиях и его сближению с большевиками.Выразительные эпизоды приоткрывают завесу недосказанности над первым и вторым браками Троцкого, его интимными связями. Зримые детали помогают воссоздать жизнь революционеров в тюрьмах, ссылках, в том числе - дерзкие побеги, на нелегальном положении и в эмиграции.Прилагается альбом архивных фотографий.Основанное на обширном массиве архивных, а также опубликованных документов, издание раскрывает деятельность Л. Троцкого во время революции 1917 года, Гражданской войны и в первые годы НЭПа. На посту председателя Петроградского Совета Троцкий сыграл ведущую роль в большевистском перевороте в октябре 1917 года, что тогда признавалось повсеместно, в том числе и И.В. Сталиным. В качестве наркома по иностранным делам Троцкий принимал участие в переговорах по заключению мира в Брест-Литовске, где по принципиальным соображениям он отказался подписать мирный договор, что привело к ожесточенной дискуссии в партийных кругах. Повествование продолжают главы о назначении Троцкого наркомом по военным и морским делам, его роли в создании Красной армии. Особо рассмотрены первые стычки Троцкого со Сталиным, ставшие причиной будущей острой вражды. В книге показано, что Троцкий был ярым сторонником "военного коммунизма", строителем "трудовых армий", непосредственно возглавлял жестокое подавление Кронштадтского восстания, поддержал введение НЭПа.С особым вниманием проанализированы история отстранения от власти больного Ленина; эпизоды борьбы между Троцким и "тройкой" членов Политбюро - Сталиным, Г.Е. Зиновьевым и Л.Б. Каменевым в ходе схватки за ленинское наследство; постепенная утрата Троцким, занимавшим второе после Ленина место в партийной и государственной иерархии, своих позиций.Прилагается альбом архивных фотографий.Издание посвящено деятельности Л.Д. Троцкого в качестве руководителя объединенной и левой оппозиции в ВКП(б).Том открывается анализом причин отхода Троцкого от официального партийного курса, ведущего, по его мнению, к установлению в СССР всевластия верхушки партаппарата во главе со Сталиным. В отличие от предшественников авторы рассматривают выступления Троцкого и его сторонников в 1923 году как зарождение оппозиционной деятельности, не вылившейся в реальную оппозицию. Лишь к 1926 году эти настроения привели к образованию объединенной оппозиции сторонников Троцкого, с одной стороны, и Зиновьева и Каменева - с другой. В книге исследуются требования оппозиции, выраженные, в частности, в ее платформе 1927 года, описываются контрдемонстрации 7 ноября 1927 года, приведены примеры использования сталинским руководством партийно-государственных административных и репрессивных ресурсов для подавления оппозиции и упрочнения власти Сталина и его фракции. Заключительные главы повествуют об исключении Троцкого из ВКП(б), его ссылке в Алма-Ату и попытках оттуда координировать действия ссыльных оппозиционеров во имя борьбы со сталинской диктатурой; о высылке Троцкого из СССР в Турцию. Много внимания уделено и личной жизни героя, его семье.Прилагается альбом архивных фотографий.Издание рассматривает жизнь и деятельность Л.Д. Троцкого в эмиграции, где он со временем стал признанным и единоличным руководителем мирового оппозиционного коммунистического движения "большевиков-ленинцев". Книга создана на основе документальных фондов Троцкого в архивах Гарвардского университета и Гуверовского института войны, революции и мира (США) и на материалах архивов других стран, где существовали и действовали группы последователей Троцкого. Особое внимание уделено пребыванию Троцкого в Турции, Франции, Норвегии и, наконец, в Мексике, где Троцкий жил с 1937 г.Авторы исследуют историю связей Троцкого с альтернативным коммунистическим движением в Европе, Азии и Америке, взаимодействие с левыми оппозиционерами различных политических группировок. Наибольшее внимание уделено переходу Троцкого от оппозиции в рамках существовавших компартий к курсу на создание независимых оппозиционных коммунистических партий "большевиков-ленинцев" и их объединение в новый 4-й Интернационал. Рассмотрены также роль Троцкого в разоблачении сталинского "большого террора" 1936-1939 гг., описание Троцким истории становления и упрочения тоталитарной системы в СССР и жизненного пути Сталина от провинциального революционера до кровавого советского диктатора. Подробно освещены эпизоды личной жизни Троцкого в эмиграции, его связь с мексиканской художницей Фридой Кало и сложные отношения с мужем Фриды, известным мексиканским художником Диего Риверой. В последней главе повествуется о многочисленных планах НКВД, направленных на устранение главного сталинского соперника и завершившихся убийством Троцкого в августе 1940 г.Прилагается альбом архивных фотографий.Лев Давидович Троцкий (1879-1940) - яркая политическая фигура XX века.Один из создателей Российской коммунистической партии, глава Петросовета рабочих депутатов в 1905 и 1917 гг., организатор Октябрьского восстания, после революции фактически возглавил Красную Армию.Ближайший сподвижник Ленина (и в то же время его оппонент), Троцкий после его смерти стал в открытую оппозицию к Сталину, был отстранен от политического руководства, выслан за пределы СССР и погиб от руки подосланного "вождем народов" убийцы.Книга Л.Троцкого "Моя жизнь" - незаурядное литературное произведение, подводящее итог деятельности этого поистине выдающегося человека и политика в стране, которую он покинул в 1929 году.В ней представлен жизненный путь автора - от детства до высылки из СССР.Эффектная наружность, красивая широкая жестикуляция, могучий ритм речи, громкий, совершенно не устающий голос, замечательная складность, литературность фразы, богатство образов, жгучая ирония, парящий пафос, совершенно исключительная, поистине железная по своей ясности логика - вот достоинства речи Троцкого. Он мог говорить лапидарно, бросить несколько необычайно метких стрел, мог произносить величественные политические речи. Так говорили о Троцком современники.В настоящее издание включены архивные статьи, письма, интервью и другие документы, написанные Львом Троцким в эмиграции в период 1933-1936 гг. На русском все тексты обнародуются впервые. Часть документов является первопубликацией. Основные затронутые темы: оценка Троцким международного положения и положения в отдельных странах после установления в Германии нацистской диктатуры; особенности развития СССР под властью Сталина, обоснование курса на формирование параллельных (троцкистских) компартий и их международного объединения в IV Интернационал. В томе публикуются документы, свидетельствующие о стремлении Троцкого к установлению контактов идущих за ним организаций с некоторыми другими левыми политическими силами и в то же время о решительном осуждении Троцким курса III Интернационала, контролируемого Москвой, на создание антифашистского народного фронта.Письма жене Н.И. Седовой дают представление о личной жизни Троцкого, его характере и вкусах.Том подготовлен к изданию известными российскими историками, проживающими в США, - докторами исторических наук Ю.Г. Фельштинским и Г.И. Чернявским. Книга снабжена предисловием, примечаниями и именным указателем.Составитель: Фельштинский Ю.Г.Летом 1936 года Троцкий закончил книгу «Что такое СССР и куда он идёт? », изданную во многих странах под названием «Преданная революция». Само это название указывает на главную тему книги, представлявшей итог многолетних размышлений о судьбах победоносной народной революции, устоявшей под натиском внешних и внутренних врагов, но преданной изнутри силами, формально выступавшими от её имени. В «Преданной революции» самые сложные теоретические проблемы излагаются в чёткой и лаконичной манере, что делает её доступной пониманию любого образованного человека. Тем не менее эта книга, как справедливо указывал И. Дойчер, является самой трудной работой Троцкого. Её восприятие требует диалектического мышления, отвергающего плоские формально-логические конструкции и применение категорических законченных определений для характеристики динамичных и незавершённых исторических процессов.Книга канадского историка Р. Дэя была опубликована в 1973 году и до сих пор остается основным исследованием экономических взглядов Л.Д. Троцкого. Дискуссии 1920-х годов о строительстве социализма рассмотрены с точки зрения экономических отношений советской России с западными странами. Основная идея автора заключается в том, что Троцкий не возражал против строительства социализма в одной стране, но считал ошибочной концепцию возможности построения социализма в стране, отдельно взятой. Исследуя взгляды Троцкого, его деятельность, борьбу с политическими противниками, соотношение концепций изоляционизма и интеграции с Западом, Дэй дает новую и весьма убедительную интерпретацию большого периода советской истории - от октябрьской революции - до 1940 года. Анализ автора основан на хорошем знании фактов и глубоком исследовании источников.В приложениях публикуются две ранее не переиздававшиеся основные экономические работы Троцкого. Для всех, кто интересуется историей экономической мысли.Осенью 1924 года Л.Д. Троцкий выпустил очередной том собрания своих сочинений, включавший речи и статьи 1917 года. Предваряло том авторское предисловие "Уроки Октября". В этой работе изложено развитие идей, которые разрабатывались Троцким в 1923-1924 годах, прежде всего в процессе осмысления поражения германской революции 1923 года.Юлия Сергеевна Аксельрод - внучка Л. Д. Троцкого. В четырнадцать лет за опасное родство Юля с бабушкой и дедушкой по материнской линии отправилась в Сибирь. С матерью, Генриеттой Рубинштейн, второй женой Сергея - младшего сына Троцких, девочка была знакома в основном по переписке.Сорок два года Юлия Сергеевна прожила в стране, которая называлась СССР, двадцать пять лет - в США. Сейчас она живет в Израиле, куда уехала вслед за единственным сыном.Имея в руках письма своего отца к своей матери и переписку семьи Троцких, она решила издать эти материалы как историю семьи. Получился не просто очередной труд троцкианы. Перед вами трагическая семейная сага, далекая от внутрипартийной борьбы и честолюбивых устремлений сначала руководителя государства, потом жертвы созданного им режима.О Льве Троцком (1879-1940), вечном бунтаре, одержимом идеей мировой революции, неистовом враге Сталина, фанатичном строителе новой Вавилонской башни - Коммунистического интернационала, существует огромная литература, но всего двух цветов - черного или белого. Георгий Чернявский, профессор, доктор исторических наук, впервые предпринял попытку объективного жизнеописания этой мятежной фигуры: от юношеских марксистских колебаний, митингующей молодости, ссылок и побегов, зарубежной революционной выучки среди анархистов, меньшевиков и большевиков - до второго после Ленина вождя молодого пролетарского государства, жесткого наркомвоенмора, яростного дискутёра, высланного из страны оппозиционера, скитальца по странам и континентам, погибшего в Мексике от руки агента своего главного врага. В книге Троцкий пред­ставлен в многокрасочной палитре. Борец-практик и кабинетный теоретик, нежный мужи герой всевозможных любовных афер, деспот и человек безоглядных страстей, щеголь и гневный обличитель буржуазных уютов, но всегда, по его словам, - большевик-ленинец. Лев Троцкий, полагает автор, остался в истории последним великим коммунистом-утопистом. Книга содержит много новых, неизвестных материалов из архивных фондов России, Украины, США, Мексики и других стран.2-е издание

d-v-sokolov.livejournal.com

Троцкий (книга Тэтчера) — Википедия

«Троцкий» (англ. Trotsky) — однотомная биография Льва Троцкого, написанная профессором Ольстерского университета Яном Тэтчером в 2003 году[⇨] и ставшая результатом его многолетних исследований политической мысли и карьеры революционера[⇨]. В книге автор стремился понять, что делал и о чём писал Троцкий, предприняв попытку поместить действия советского наркома в исторический контекст и показать ту интеллектуальную среду, в которой жил и работал революционер. Тэтчер проанализировал и прогнозы Троцкого: часть из них историк признал сбывшимися, но многие всё же показались ему «избыточно оптимистичными»; в целом автор поставил под сомнение образ Троцкого как выдающегося марксистского мыслителя[⇨]. Критики книги отмечали, что автору не удалось добавить много нового к уже известным фактам из жизни революционера[⇨]. К 2018 году работа Тэтчера неоднократно переиздавалась[⇨].

По мнению редакции издательства «Routledge», жизнь и деятельность Льва Троцкого всегда вызывала сильные эмоции — ряд историков позитивно относятся к советскому наркому, в то время как другие испытывают к нему неприязнь. При этом однотомная биография за авторством профессора Ольстерского университета и университета Глазго Яна Тэтчера дает читателю полный обзор политической жизни Троцкого, основанный на множестве первичных источников, включая ряд ранее не публиковавшихся материалов. Автор по-своему видел положение Троцкого как в российской, так и в мировой истории: Тэтчер поставил под сомнение «ключевые мифы» о героической работе Троцкого в качестве революционера (особенно в период Первой русской революции и Гражданской войны). Хотя Троцкий, по версии автора, имел весьма ограниченное понимание важнейших событий своего времени — таких как приход Адольфа Гитлера к власти в Германии — бывший наркомвоенмор все же был заметным мыслителем и политиком, известным, не в последнюю очередь, как резкий критик сталинизма. По мнению редакции, книга Тэтчера, открывающаяся краткой хронологической таблицей с основными событиями в жизни героя[1], является доступным исследованием о жизни и мысли Троцкого для всех тех, кто интересуется русской и мировой историей XX века[2][3].

« Политическая жизнь Л. Д. Троцкого (1879—1940) — счастье для биографа. Она включает в себя карьеру, начавшуюся в деревенской глуши и достигшую пика в момент захвата власти в столице России; последующее падение в борьбе за роль преемника Ленина; и длительный период ссылки, в котором текущие и прошлые события были проанализированы самим Троцким в его многочисленных публикациях[4]. »

Кульминация и контекст[править | править код]

Британский исследователь Роберт Маккин отзывался о книге Тэтчера — завершение которой стало возможным благодаря полугодовому отпуску автора и предоставленной ему шестимесячной научной стипендии от Leverhulme Trust[en][5] — как о «кульминации» многолетнего изучения автором как политической мысли, так и карьеры Троцкого; Маккин писал о книге как о работе, опиравшейся на ряд выдающихся статей автора, опубликованных в течение десятилетия, предшествовавшего изданию. Отмечая противоречивость фигуры Троцкого, Маккин соглашался с автором в необходимости бесстрастного исследования жизни и творчества наркома. Он также утверждал, что Тэтчер справился с поставленной задачей, создав увлекательную и хорошо написанную монографию. Маккин видел в работе Тэтчера попытку понять, что делал и писал революционер — и, главное, почему он поступал так, а не иначе: попытку поместить действия Троцкого в более широкий контекст и разъяснить читателю те дилеммы, с которыми сталкивался Лев Давидович на протяжении своей жизни[6][7].

Л. Троцкий с дочерью в 1915 году

Маккин также отмечал «превосходную» критику предыдущих (основных) работ о Троцком, данную Тэтчером во введении[6]. По мнению Маккина, скрупулёзная книга Тэтчера содержала, сбалансированные и «в высшей степени справедливые» суждения: в частности, мысль о провале Троцкого как в политической карьере, так и в попытке теоретического анализа европейского капитализма, советского общества и мирового революционного движения. Исторические же исследования Льва Давидовича Маккин воспринимал как работы, преследовавшие политические цели[8].

Главный лектор в области политики и международных отношений Портсмутского университета[en] Пол Фленли отмечал в своём обзоре книги, что Холодная война наложила глубокий отпечаток на исторические исследования Русской революции в целом и личности Троцкого. В частности, на Западе революционер воспринимался преимущественно как трагический герой, раздавленный сталинскими махинациями и партийной бюрократией; его удаление от власти отождествлялось с закатом революционной мечты и победой реакционных сил[9]. Работа же Тэтчера, по мнению Фленли, представляла собой попытку проанализировать карьеру Троцкого и его ключевые произведения вне рамок, наложенных политическими разногласиями. Констатируя, что книга не содержит большого числа новых первоисточников, Фленли всё же отзывался о ней как о «легко читаемой» и, зачастую, провокационной: Тэтчер, в частности, ставил под сомнение образ Троцкого как выдающегося марксистского мыслителя[10].

Прогнозы и новизна[править | править код]

Особого внимания Фленли заслужил анализ прогнозов, сделанных Львом Давидовичем, данный в книге: хотя часть из них можно признать сбывшейся (например, образование «Соединённых Штатов Европы»), многие всё же казались избыточно оптимистичными (социалистическая революция в Германии и Индии, недооценка национал-социализма, переоценка силы рабочих движений и так далее). Фленли рассматривал потерю Троцким власти как одну из основных тем работы Тэтчера: восстановление дисциплины, подобной той, что имела место в царской армии, и активное участие бывших офицеров в формировании РККА оттолкнули многих большевиков от наркомвоенмора и привели к его острому конфликту со Сталиным (см. Царицынский конфликт). В 1922—1923 годах, когда Троцкий стал создавать себе образ «защитника демократии», это плохо вязалось с его предыдущей позицией по многим вопросам: создание Трудовых армий, восстановление строгой дисциплины на железных дорогах и удаление от власти профсоюзов[10]. Его борьба с партийной бюрократией воспринималась как «чрезмерный алармизм»[11].

После потери власти, у Троцкого, по мнению Фленли, происходил всё больший разрыв между ощущением собственной значимости и реальной ситуацией, показанной Тэтчером: ситуации, в которой бывший нарком являлся всего лишь наблюдателем за происходящими без его непосредственного участия событиями. «Нет оснований предполагать», что альтернативный путь развития СССР, предлагаемый Троцким, отличался бы большей демократичностью или более высоким благосостоянием граждан страны. Завершая свой обзор книги, Фленли отмечал несколько избыточную жёсткость автора в отношении своего героя (чрезмерное принижение его роли): как бы то ни было, про немногих людей можно сказать, что они своими действиями изменили ход мировой истории; даже возможно излишнее возвеличивание роли Троцкого в Русской революции можно признать заслугой самого наркома, создавшего ряд исторических трудов, сформировавших подобный взгляд. То же можно сказать и об образе Сталина, во многом созданном именно Троцким в своих работах (см. «Сталин»)[11].

Автор другой биографии Троцкого, опубликованной в 2015 году, американский профессор Пол Ле Блан[en], называя книгу Тэтчера критической биографией, отмечал недоверие автора к словам и произведениям Льва Давидовича (особенно, к его автобиографии ) — его попытку объяснить действия и теоретические рассуждения революционера через призму «жажды власти» или как оружие в политической борьбе. При этом Ле Блан обращал внимание на то, что, несмотря на подобный скепсис, Тэтчер всё же считал телеологическую[12] книгу Троцкого «История русской революции» обязательной для прочтения всем тем, кто интересуется тематикой революционных событий 1917 года; более современные исторические работы о революции выглядели, по мнению Тэтчера, не такими уж и современными при сравнении с книгой, опубликованной в 1930 году. Принижение роли Троцкого в событиях 1905 и 1917 года, а также Гражданской войны в России, не осталось без внимания Ле Блана: в частности, апеллирование Тэтчера к мнению профессора Джеффри Суэйна показалось американскому исследователю безосновательным[13]. Сам же Суэйн утверждал в 2006 году, что Тэтчеру удалось показать, насколько «ненадёжными» могут быть печатные работы за авторством Троцкого[14][15][16].

Профессор восточноевропейской истории в Гумбольдском университете Йорг Баберовски начал свой обзор книги с повторения вопроса, заданного самим Тэтчером в начале биографии: «Что можно сказать о Троцком, что уже не было сказано ранее?» — и констатировал, что автору на данный вопрос ответить не удалось. По мнению Баберовски, читатель не получил ответа, что за человек был Троцкий и в какой интеллектуальной среде он жил и работал: герой книги представал, прежде всего, как автор текстов. Немецкий исследователь отмечал, что Тэтчер просто хронологически воспроизводил жизнь революционера, даже не попытавшись объяснить читателю, зачем ему всё это знать[17]: почему человек в начале XXI века должен был интересоваться биографией бывшего наркома, что нового он мог для себя в ней открыть[18]? Соглашаясь с Баберовски в том, что Троцкий в работе Тэтчера представлен прежде всего как писатель, автор другой биографии наркома, вышедшей в 2009 году — Роберт Сервис — считал анализ ранних (дореволюционных) работ Льва Давидовича, представленный в книге фундаментальным[19].

Не разделяя мнение Тэтчера по ряду вопросов — в частности, о роли Троцкого в заключении Брестского мира — профессор Рональд Ковальски из Вустерского университета говорил о книге как о произведении, «освежающе свободном» как от агиографии, так и от демонизации наркома[20]. Ковальски отмечал новый взгляд автора на «меньшевизм» Троцкого, который не являлся сторонником открытой и массовой партии, и на роль наркомвоенмора в массовом призыве бывших царских офицеров на службу в РККА[17]. Ковальски также считал, что Тэтчеру удалось развенчать миф о Троцком как об авторе Новой экономической политики и поставить под сомнение троцкизм в качестве альтернативу сталинизму: демократическая риторика Льва Давидовича сочеталась с его нетерпимостью к тем, кто не разделял его взгляды и убеждения. В заключении Ковальски утверждал, что благодаря книге Тэтчера современные студенты и исследовали смогут узнать для себя много нового как о самом наркоме, так и об истории России и Советского союза первых четырёх десятилетий XX века[18].

  1. ↑ Thatcher, 2003, pp. ix—xii.
  2. ↑ Thatcher, 2003, p. i.
  3. ↑ Ulster University.
  4. ↑ Thatcher, 2003, p. 1.
  5. ↑ Thatcher, 2003, p. viii.
  6. ↑ 1 2 McKean, 2004, p. 325.
  7. ↑ Фельштинский, Чернявский, 2012, с. [261], [265].
  8. ↑ McKean, 2004, p. 326.
  9. ↑ Flenley, 2006, p. 565.
  10. ↑ 1 2 Flenley, 2006, p. 566.
  11. ↑ 1 2 Flenley, 2006, p. 567.
  12. ↑ Blackledge, 2006, pp. 3—4.
  13. ↑ Le Blanc, 2015, pp. 15—17.
  14. ↑ Swain, 2006, p. 1.
  15. ↑ Talbot, 2009, p. 94.
  16. ↑ Фельштинский, Чернявский, 2012, с. [265].
  17. ↑ 1 2 Baberowski, 2006, s. 627.
  18. ↑ 1 2 Baberowski, 2006, s. 628.
  19. ↑ Service, 2009, p. xxi.
  20. ↑ Baberowski, 2006, s. 627—628.
КнигиСтатьи

ru.bywiki.com

Троцкий (книга Тэтчера) — WiKi

Кульминация и контекст

Британский исследователь Роберт Маккин отзывался о книге Тэтчера — завершение которой стало возможным благодаря полугодовому отпуску автора и предоставленной ему шестимесячной научной стипендии от Leverhulme Trust[en][5] — как о «кульминации» многолетнего изучения автором как политической мысли, так и карьеры Троцкого; Маккин писал о книге как о работе, опиравшейся на ряд выдающихся статей автора, опубликованных в течение десятилетия, предшествовавшего изданию. Отмечая противоречивость фигуры Троцкого, Маккин соглашался с автором в необходимости бесстрастного исследования жизни и творчества наркома. Он также утверждал, что Тэтчер справился с поставленной задачей, создав увлекательную и хорошо написанную монографию. Маккин видел в работе Тэтчера попытку понять, что делал и писал революционер — и, главное, почему он поступал так, а не иначе: попытку поместить действия Троцкого в более широкий контекст и разъяснить читателю те дилеммы, с которыми сталкивался Лев Давидович на протяжении своей жизни[6][7].

  Л. Троцкий с дочерью в 1915 году

Маккин также отмечал «превосходную» критику предыдущих (основных) работ о Троцком, данную Тэтчером во введении[6]. По мнению Маккина, скрупулёзная книга Тэтчера содержала, сбалансированные и «в высшей степени справедливые» суждения: в частности, мысль о провале Троцкого как в политической карьере, так и в попытке теоретического анализа европейского капитализма, советского общества и мирового революционного движения. Исторические же исследования Льва Давидовича Маккин воспринимал как работы, преследовавшие политические цели[8].

Главный лектор в области политики и международных отношений Портсмутского университета[en] Пол Фленли отмечал в своём обзоре книги, что Холодная война наложила глубокий отпечаток на исторические исследования Русской революции в целом и личности Троцкого. В частности, на Западе революционер воспринимался преимущественно как трагический герой, раздавленный сталинскими махинациями и партийной бюрократией; его удаление от власти отождествлялось с закатом революционной мечты и победой реакционных сил[9]. Работа же Тэтчера, по мнению Фленли, представляла собой попытку проанализировать карьеру Троцкого и его ключевые произведения вне рамок, наложенных политическими разногласиями. Констатируя, что книга не содержит большого числа новых первоисточников, Фленли всё же отзывался о ней как о «легко читаемой» и, зачастую, провокационной: Тэтчер, в частности, ставил под сомнение образ Троцкого как выдающегося марксистского мыслителя[10].

Прогнозы и новизна

Особого внимания Фленли заслужил анализ прогнозов, сделанных Львом Давидовичем, данный в книге: хотя часть из них можно признать сбывшейся (например, образование «Соединённых Штатов Европы»), многие всё же казались избыточно оптимистичными (социалистическая революция в Германии и Индии, недооценка национал-социализма, переоценка силы рабочих движений и так далее). Фленли рассматривал потерю Троцким власти как одну из основных тем работы Тэтчера: восстановление дисциплины, подобной той, что имела место в царской армии, и активное участие бывших офицеров в формировании РККА оттолкнули многих большевиков от наркомвоенмора и привели к его острому конфликту со Сталиным (см. Царицынский конфликт). В 1922—1923 годах, когда Троцкий стал создавать себе образ «защитника демократии», это плохо вязалось с его предыдущей позицией по многим вопросам: создание Трудовых армий, восстановление строгой дисциплины на железных дорогах и удаление от власти профсоюзов[10]. Его борьба с партийной бюрократией воспринималась как «чрезмерный алармизм»[11].

После потери власти, у Троцкого, по мнению Фленли, происходил всё больший разрыв между ощущением собственной значимости и реальной ситуацией, показанной Тэтчером: ситуации, в которой бывший нарком являлся всего лишь наблюдателем за происходящими без его непосредственного участия событиями. «Нет оснований предполагать», что альтернативный путь развития СССР, предлагаемый Троцким, отличался бы большей демократичностью или более высоким благосостоянием граждан страны. Завершая свой обзор книги, Фленли отмечал несколько избыточную жёсткость автора в отношении своего героя (чрезмерное принижение его роли): как бы то ни было, про немногих людей можно сказать, что они своими действиями изменили ход мировой истории; даже возможно излишнее возвеличивание роли Троцкого в Русской революции можно признать заслугой самого наркома, создавшего ряд исторических трудов, сформировавших подобный взгляд. То же можно сказать и об образе Сталина, во многом созданном именно Троцким в своих работах (см. «Сталин»)[11].

Автор другой биографии Троцкого, опубликованной в 2015 году, американский профессор Пол Ле Блан[en], называя книгу Тэтчера критической биографией, отмечал недоверие автора к словам и произведениям Льва Давидовича (особенно, к его автобиографии ) — его попытку объяснить действия и теоретические рассуждения революционера через призму «жажды власти» или как оружие в политической борьбе. При этом Ле Блан обращал внимание на то, что, несмотря на подобный скепсис, Тэтчер всё же считал телеологическую[12] книгу Троцкого «История русской революции» обязательной для прочтения всем тем, кто интересуется тематикой революционных событий 1917 года; более современные исторические работы о революции выглядели, по мнению Тэтчера, не такими уж и современными при сравнении с книгой, опубликованной в 1930 году. Принижение роли Троцкого в событиях 1905 и 1917 года, а также Гражданской войны в России, не осталось без внимания Ле Блана: в частности, апеллирование Тэтчера к мнению профессора Джеффри Суэйна показалось американскому исследователю безосновательным[13]. Сам же Суэйн утверждал в 2006 году, что Тэтчеру удалось показать, насколько «ненадёжными» могут быть печатные работы за авторством Троцкого[14][15][16].

Профессор восточноевропейской истории в Гумбольдском университете Йорг Баберовски начал свой обзор книги с повторения вопроса, заданного самим Тэтчером в начале биографии: «Что можно сказать о Троцком, что уже не было сказано ранее?» — и констатировал, что автору на данный вопрос ответить не удалось. По мнению Баберовски, читатель не получил ответа, что за человек был Троцкий и в какой интеллектуальной среде он жил и работал: герой книги представал, прежде всего, как автор текстов. Немецкий исследователь отмечал, что Тэтчер просто хронологически воспроизводил жизнь революционера, даже не попытавшись объяснить читателю, зачем ему всё это знать[17]: почему человек в начале XXI века должен был интересоваться биографией бывшего наркома, что нового он мог для себя в ней открыть[18]? Соглашаясь с Баберовски в том, что Троцкий в работе Тэтчера представлен прежде всего как писатель, автор другой биографии наркома, вышедшей в 2009 году — Роберт Сервис — считал анализ ранних (дореволюционных) работ Льва Давидовича, представленный в книге фундаментальным[19].

Не разделяя мнение Тэтчера по ряду вопросов — в частности, о роли Троцкого в заключении Брестского мира — профессор Рональд Ковальски из Вустерского университета говорил о книге как о произведении, «освежающе свободном» как от агиографии, так и от демонизации наркома[20]. Ковальски отмечал новый взгляд автора на «меньшевизм» Троцкого, который не являлся сторонником открытой и массовой партии, и на роль наркомвоенмора в массовом призыве бывших царских офицеров на службу в РККА[17]. Ковальски также считал, что Тэтчеру удалось развенчать миф о Троцком как об авторе Новой экономической политики и поставить под сомнение троцкизм в качестве альтернативу сталинизму: демократическая риторика Льва Давидовича сочеталась с его нетерпимостью к тем, кто не разделял его взгляды и убеждения. В заключении Ковальски утверждал, что благодаря книге Тэтчера современные студенты и исследовали смогут узнать для себя много нового как о самом наркоме, так и об истории России и Советского союза первых четырёх десятилетий XX века[18].

ru-wiki.org

Человек без биографии

Cайт «Троцкиана», многолетний проект германских библиографов Вольфганта и Петры Любиц, подсчитывает все тексты, посвященные Троцкому. Сейчас там общий объем литературы перевалил за 16 тысяч единиц. Однако число статей и книг о Троцком, которые можно было бы назвать сколь бы то ни было концептуальными, рубежными или просто важными, не так велико. Пройдемся по базовым текстам.

Ранние идеологические биографии

Первая книга о Троцком под названием «Трибун революции», планировалась к публикации еще в 1919 году, в разгар Гражданской войны. Но вышла лишь в первой половине 1920-го в московском непартийном издательстве «Денница». Ее автор, Георгий Устинов (1882–1932), провинциальный литератор, это тот самый человек, что обнаружит в 1925 году труп Есенина. Брошюра представляет собой яркий образчик пропагандистской биографии. Клише эпохи войн и революций конструируют «культовый» нарратив. Сам наркомвоен, судя по всему, не участвовал в публикации книги и даже не вспоминал о ней позднее.

В 1921 году в Нью-Йорке вышла книга под говорящим названием «Троцкий. Характеристика (по личным воспоминаниям)» за авторством Григория Зива. Важность мемуаров была сразу отмечена ведущим на тот момент публицистом русской эмиграции Марком Алдановым в рецензии для «Современных записок». Без упоминания этого труда не обходится ни одна серьезная биография Троцкого. Автор был товарищем Троцкого по первой революционной организации, а позднее общался с ним в Нью-Йорке. Апеллируя к своему уникальному опыту, а также к марксистской ортодоксии и даже «научной» психологии, Зив создает резко негативный образ Троцкого. Но автор не скрывает политической антипатии: Троцкий для меньшевика-оборонца Зива — это «прогерманский» экстремист и нравственный урод.

В том же году в Берлине вышла книга М. Смоленского. Под этим псевдонимом, скорее всего, скрывался литератор Михаил Шварц. По сравнению с «характеристикой» Зива, тут мы имеем дело с первой попыткой проанализировать Троцкого в более нейтральном ключе и в качестве «политического идеолога». Впрочем, подобно Зиву, Смоленский критикует Троцкого с позиций ортодоксии II Интернационала, прибавляя к этому психологические характеристики. Как и книга Устинова, «Троцкий» Смоленского остался практически не замечен как современниками, так и потомками.

Дружественная и враждебная историографии

В 1924 году в СССР развернулась масштабная кампания по политической дискредитации Троцкого. После публикации им книги «О Ленине» и предисловия к тому собрания сочинений под заголовком «Уроки Октября», на Троцкого посыпался град индивидуальных и коллективных критических опусов. Все они были направленны против «троцкизма». Вот лишь некоторые из этих брошюр: «Ленинизм или троцкизм?» Л. Б. Каменева, «Троцкизм или ленинизм?» и «Большевизм или троцкизм» Г. Е. Зиновьева, «Об уроках троцкизма» В. М. Молотова, «Об истоках троцкизма» А. С. Мартынова, «История одного уклона» С. И. Канатчикова. В сущности, почти каждый видный партийный босс поучаствовал в односторонней «литературной дискуссии», заложившей фундамент последующего сталинистского мифа о «троцкизме». С этого момента Троцкий лишается права на биографию в СССР.

Но уже в 1925 году за границей вышло сразу две книги, которые заложили основу дружественной Троцкому историографии: «Лев Троцкий: портрет юности» и «После смерти Ленина». Автором обеих был радикальный писатель Макс Истмен (1883–1969), вскоре ставший одним из первых коммунистов, а затем и троцкистов в США. Книгу о детстве и юности своего героя Истмен писал с опорой на собственное небольшое исследование и дозированную информацию от самого Троцкого.

Но успех первой книги вскоре оказался в тени громкого скандала, который был связан со второй книгой. В ней Истмен опубликовал текст «Завещания» Ленина. Политбюро вынудило Троцкого заявить, что американец совершил подлог. Этот унизительный акт однако не испортил дальнейших отношений Истмена с Троцким, чьи основные труды он переводил на английский язык. Обеих книг Истмена нет на русском, но входят в обязательный список для всех, кто интересуется биографией Троцкого.

Мемуары и монографии

В 1930-е годы «Троцкиана» пополнялась лишь отдельными статьями, главами в воспоминаниях или политическими памфлетами. Лишь в 1948 году вышла монография со специальным фокусом на Троцкого: «Трое, совершивших революцию» Бертрама Вульфа (1896–1977). «Трое» — это Ленин, Троцкий и Сталин, у которых, по мысли автора, больше общего, чем различного. Повествование Вульфа органично встроилось в интеллектуальную атмосферу «холодной войны», эпоху широкого спроса на объяснение природы большевизма.

В 1951 году на французском языке публикуется «Жизнь и смерть Троцкого» за авторством революционера и писателя Виктора Сержа (1890–1947). Некоторые абзацы в книге были помещены в кавычках, потому что они были написаны женой Троцкого — Натальей Седовой (1882–1962). Как и Макс Истмен, Серж разошелся во взглядах с Троцким в конце 1930-х годов, но это не стало препятствием для создания в целом апологетической книги. Так что, главным образом, она интересна воспоминаниями Седовой.

gorky.media


Смотрите также